The Black Rose Season

— Опусти пистолет, Пит, — говорит Брендон с закатанными глазами, непринужденно и едва ли не утомленно. Я цепенею, осознавая, что впервые в жизни оказался под дулом пистолета. Брендон и Пит едва признают мое существование, и я почти парализован страхом. — Ты знаешь, что не собираешься никого убивать. — Да? — спрашивает Пит, сужая глаза. — Ага. Могу поспорить, что у тебя даже нет настоящих пуль в этой фигне, — огрызается Брендон. — Почему ты так уверен? — Что проис- — начинаю я, но Пит выкрикивает: «Заткнись!» и я закрываю рот, мое сердце бешено бьется. Пит смотрит на меня. — Какого хрена ты здесь делаешь, тупой ублюдок? Кажется, я говорил тебе- — Ты мне солгал! — кричу я на Пита, и он машет пистолетом в мою сторону, мгновенно заставляя меня заткнуться. Мы стоим в комнате в треугольнике, я ближе всего к двери, и никто не осмеливается двигаться. Брендон ни разу на меня не взглянул, Пит выглядит опасным и свирепым, и я понятия не имею, что делать. — Брендон- — Заткнись, Райан! — рявкает на меня Брендон. — Отдай мне документы, — рычит Пит на Брендона, и я только сейчас замечаю, что Брендон держит в своих руках папку. — Нет. — Отдай мне документы! — лает Пит и взамен направляет пистолет на Брендона. Брендон даже не вздрагивает, но я тут же делаю шаг навстречу Брендону, готовый при необходимости повалить его на пол. — Я застрелю Райана, — угрожает Пит, и я замираю. Брендон разочаровано стонет. — Пит, тупой ты ублюдок, ты не можешь никого убить. Как ты собираешься мне отомстить, если тебя посадят в тюрьму? — Я не убью его, просто отстрелю одно колено. Брендон мотает головой. — Ты не сделаешь ничего, из-за чего тебя могут арестовать. У тебя не хватит смелости. — Отдай мне документы! — с большим разочарованием снова требует Пит. Брендон вздыхает и начинает говорить с Питом высокомерным тоном, что кажется полным безумием, потому что у Пита гребаный пистолет. — Ты заметил, что вообще-то здесь нет никакого парня из приемной комиссии? Я про то, что, черт возьми, Пит, ты думал, что я не знаю, что ты меня преследуешь? Этого избиения тебе было недостаточно? Для выпускника Гарварда ты кажешься слишком тупым. Пит улыбается. — О, но ты же не знал, что Райан- — Да ладно. Я знаю уже несколько недель, — выплевывает Брендон, и я замираю. Брендон уже несколько недель знает, что я за ним шпионил? — Пойми намек, Вентц: не ты меня одурачил. Всё это время тебя дурачил я. Ты думал, что всё, что я рассказал Райану о Джулс, было на самом деле реальным? — смеётся Брендон. — Блять, да я всё это выдумал, чтобы убедиться, что ты не узнаешь ничего, кроме кучи лжи. Мы с Питом оба замираем. Пит бросает на меня разгневанный взгляд, но я смотрю на Брендона не веря своим ушам. В тот день, когда он мне рассказал, когда мы сидели в пустой аудитории и Брендон нервничал, но всё равно улыбался и целовал меня... он лгал? Но Трэвис. Трэвис и Кэш и Джон и кодовые имена и, и... — Так ты думаешь, что наконец нашел свой компромат, верно? — спрашивает Брендон, открывая папку и вытаскивая кучу бумаг. — Подробности о Улучшителях, доказательства, которые тебе нужны? Ты ведь должен что-то показать Уиттл и её команде, чтобы меня выгнали из Swan, верно? — выплевывает Брендон, вбрасывая в эту неразбериху имя президента всего университета. Он вскидывает листы бумаги в воздух, и они всё оказываются пустыми. — Ничего, — рычит Брендон на Пита, когда вся бумага оседает на полу вокруг нас. — У тебя ничего на меня нет, потому что ты, блять, не можешь ничего доказать. Скорее всего, тебе хватило мозгов записать всю брехню Райана на диктофон, но тебе это не понадобится. Всё, что я рассказал Райану — неправда. Улучшители? Слуги? В смысле, Боже! — смеётся Брендон. — Ты купился на это дерьмо? Пит пялится на Брендона в ужасе, сжимая пистолет. — Нет, это не так. Ты рассказал Райану правду, — лихорадочно говорит Пит, хоть и заметно неуверенно. — Ты бы не стал врать своему парню. — Парню? — насмехается Брендон, и меня пронзает внезапная боль. Брендон смотрит на меня презрительным взглядом. Я с ужасом пялюсь на него в ответ. Хорошо, теперь он знает, что я ему солгал, что я его предал и обманул, и я не знаю, как долго он знает. Но Брендон смотрит на меня, и его глаза настолько холодные, что ко мне даже приходит мысль о том, что Брендону изначально было наплевать на меня и наши с ним отношения. Нет. Он не настолько хороший актер. Может и так. Брендон ухмыляется мне. — Ты выглядишь растерянным, Росс. — Брендон, я ничего не знал. Клянусь, я не знал! — оправдываюсь я отчаянно. — Что именно ты не знал? Что когда в мае я слегка пьяный шел домой из клуба, Пит напал на меня, скорее всего, понимая, что не сможет разобраться со мной, будь я трезв? Этого ты не знал? — спрашивает он насмешливо, и я заставляю себя кивнуть. Брендон переводит взгляд на Пита. — Похоже, мы все где-то солгали, Вентц. — Ты шлюха, Брендон, грязная шлюха! — на ровном месте выкрикивает Пит. — Ты разрушаешь жизни, и я имею право разрушить твою, мерзкий маленький- Брендон останавливает тираду Пита, двигаясь быстрее, чем я думал. Брендон бросается вперед, хватаясь за вытянутую руку Пита, выкручивая пистолет вверх, прежде чем ударить Пита локтем по руке. Пит стонет и поддается. Брендон вытаскивает пистолет из его пальцев, делает шаг назад и твердыми руками указывает на него пистолетом. Пит смотрит на него, потрясенный, и Брендон посмеивается, взвешивая пистолет в руках. — Он кажется легким, — размышляет он. Брендон проверяет пистолет и усмехается. — Что ж, пистолет настоящий, но в нем нет пуль. Чертовски жалко, — огрызается он и бросает его на пол с громким лязгом. Я расслабляюсь, успокаивая дыхание, потому что в комнате нет заряженного оружия. Пит держится за свою руку и смотрит на Брендона с такой ненавистью, что я содрогаюсь. — А теперь, раз уж мы все здесь, давайте докопаемся до сути, не против? — спрашивает Брендон. Его поведение холодное и расчетливое, совсем ему не характерное, или, может быть, это и есть настоящая натура Брендона. — Пит — внук Стэнли Блейка, — утверждает он. У меня раскрывается рот. — Что? — Не знал? — ухмыляется Брендон. — Пит злится на меня за то, что репутация его драгоценного дедушки была разрушена из-за нашего с ним романа. Я думаю, Пит просто завидует. Могу поспорить, Стэнли заставлял Пита сосать его член, когда тот был ребенком... — Пошел ты, это отвратительно! — рычит Пит. — Ты разрушил всю его карьеру, работу всей его жизни! Его вышвырнули, а тебя, ебаный ублюдок, нет! Кто-то должен был всё исправить! — Всё-таки Уиттл тебя наняла, не так ли? Мне повезло, что моим родителям удалось откупиться от предыдущего президента университета. Последнее, что он сделал перед уходом со своего поста, это получил взятку от Ури. Это бесило Уиттл без конца, но скажи... она первая к тебе подошла или ты сам подошел к ней? — с поддельным интересом спрашивает Брендон. — Бьюсь об заклад, это был ты, Пит. Бьюсь об заклад, ты сказал: «Уиттл, я могу нарыть компромат на Ури, достаточно хреновый, чтобы у нас появился повод выгнать его из Swan.» И она согласилась, хотя для тебя это несло личный характер, а для неё было вопросом принципа... и я думаю, что именно здесь и вмешался наш шпион, — заключает Брендон и переводит на меня взгляд своих карих глаз. Моя голова идет кругом. Джон сказал, что дело не в Джулс, а в Брендоне. Теперь я знаю почему. Пит хотел отомстить за своего дедушку, потому что избиения Брендона ему было недостаточно. Пит хотел разрушить всё будущее Брендона, так же, как в прошлом году была разрушена карьера Стэнли Блэйка. Я осознал масштабы этой схемы только сейчас. Профессор Уиттл, президент Университета Swan наняла Пита, чтобы он нашел способ избавиться от Брендона. Я работал на самый верх. И Гейб, он хотел, чтобы Брендон ушёл по той же причине, за то, что он облажался и не был достойным Сигмой или учеником Swan, не был достоин ничего из этого. Внезапно я вспоминаю, что сказал мне Гейб, когда мы впервые встретились на неделе набора. Он сказал, что ещё не составил списков всех кандидатов, потому что Уиттл нужно было с ним о чем-то посоветоваться. Гейб с Питом оба на неё работали. И это значит, что я тоже на неё работал. — Я ничего этого не знал, — говорю я Брендону. — Мне всё равно, что ты знал. — Нет, послушай! Пит сказал мне, что это исследование! Я даже не знал, что это было- если бы я знал, что тебя- — Райан! — выкрикивает Брендон, и я замолкаю от внезапной вспышки его ярости. — У вас ничего на меня нет, ни у кого из вас! А ты, Пит, — рычит Брендон, — сдавайся. Сдавайся, потому что ты ничего не можешь сделать, чтобы спасти своего дедушку. Я был не единственным за его карьеру студентом, которого он трахал, и я никому об этом не рассказывал. Если его поймали, то это его гребаная вина, а не моя. Ты не можешь меня выгнать, ни ты, ни Гейб, ни Уиттл. Пит злобно смотрит на Брендона, скорее всего осознавая, что Брендон прав. Если всё это было аферой, если Джулс никогда не существовало, то у Пита вообще ничего нет. — А теперь послушай меня. Если ты ещё раз попытаешься ко мне лезть, то лучше дважды перед этим подумай. Я Сигма Swan, а ты пытался засунуть свой нос в братство, — выплёвывает Брендон Питу. — Я без колебаний расскажу об этом Патрику и братьям, и они тебя достанут. Лучше, блять, не связывайся с Сигмой Хи Бетой. Вернись домой, уничтожь все записи и забудь, что это когда-либо происходило. И больше никогда не переходи мне дорогу, потому что однажды ты тоже сможешь оказаться в парке поздно ночью. Ты тоже сможешь там оказаться. Брендон делает шаг назад и делает успокаивающий вдох. — Ты облажался, — говорит он побледневшему Питу. Он направляется к двери, и я тянусь к его руке. — Подожди! — прошу я его срочно, меня сковывает ледяной шок и страх, когда вокруг меня разваливается моя собственная ложь, рассеиваясь повсюду капельками горьких слов. Брендон вырывается из моей хватки, глядя на меня с отвращением. — Ты думаешь, я не знал? — смеётся он, замечая ужас в чертах моего лица. — Думаешь, я не знал, что ты просто за мной шпионишь? Я знал. Я чертовски хорошо знал. Я делаю шаг назад, когда его глаза загораются от гнева, его челюсть сжимается. — Это не ты играл со мной, Росс, — выплевывает он. — А я с тобой. Всё, что я говорил тебе о Джулс, было выдумано. А мы? Всё это? Игра. Ты никогда ничего для меня не значил. Я не могу дышать, по всему моему телу распространяется боль. — Брен, ты же это не всерьёз, ты же- — Ты был всего лишь пешкой. И теперь ты мне больше не нужен. Брендон отступает от меня, бросая последний взгляд на нас с Питом, прежде чем отвернуться. Он распахивает дверь и захлопывает её за собой, звук отдается по комнате звонким эхом, пока мы с Питом в подавленном молчании смотрим ему вслед. Я поворачиваюсь к Питу и моргаю внезапно заслезившимися глазами. — Ты использовал меня! Ты, блять, меня использовал! — О, черт возьми, да забудь ты об этом! — огрызается Пит. — Ты заставил меня думать, что если я тебе всё расскажу, то ты оставишь нас в покое, но всё это время ты планировал избавиться от Брендона! — Я выгляжу так, будто мне не наплевать?! — кричит он на меня, расхаживая по комнате и оттягивая свои волосы. Он стонет, глядя на чистые листы бумаги, валяющиеся на полу. — Блять! — Зачем ты заставил меня рассказать тебе всё о Сигмах, если тебе было наплевать? Всё это было для тебя бесполезно! Пит закатывает глаза. — Ты всё равно там был. Меня всегда интересовали такие общества! — Это и есть твоя гребаная причина? И это всё? — Да, — пожимает он плечами. — Ты лживый кусок дерьма! — кричу я на него. — Только не надо читать мне морали! Ты точно такой же, Райан! Черт, да он обманул нас обоих! — Нет, — уверенно мотаю я головой. Нет, Брендон обманул Пита, но не меня. Это не могло быть ложью. Не могло, потому что это бы означало, что наши отношения были ложью, Нью-Йорк, когда мы занимались любовью, когда он сказал, что влюбляется в меня... никто не может быть настолько хорошим актером. Я пытаюсь убедить в этом самого себя, потому что это не может быть правдой. И когда я узнал о романе Брендона и взбесился, Брендон был ранен и плакал. Это не было игрой, это не могло ей быть. — Гребаный идиот, ты даже не понял, что он тебя обманывает! Черт возьми, Райан, ты был бесполезен! — выплевывает Пит и бьет кулаком по стене. Во мне разгорается отчаянное пламя злости. — Мне похуй на тебя, на твою миссию и на тайное общество! — Ну так я больше не буду за тебя платить! В конце года тебе придется забрать документы, когда ты не сможешь заплатить за своё обучение! Ты был пустой тратой времени и денег! — Мне больше не нужны твои деньги! Лучше бы я никогда на это не соглашался! — Я спас твою задницу! — Ты избил Брендона! — кричу я на него злобно, перед моими глазами снова появляется образ раненого Брендона, лежащего на Земле. Пит лгал мне, использовал меня, и мое сердце разрывается. Не в силах сдержаться, я подхожу к Питу и бью его по лицу. Это застает его врасплох, и костяшки моих пальцев ударяются о его челюсть. Пит стонет от боли и пятится назад, а я шиплю и держусь за пульсирующую руку, глядя на него в удивлении от своего поступка. Пит бросает на меня шокированный взгляд и в одно мгновение бьет меня сильнее, чем я. Я падаю спиной на пол, моя щека излучает боль. — Вот только не надо начинать! — кричит на меня Пит, когда я встаю на ноги. Мы гневно смотрим друг на друга, и я держусь за свою щеку, кожа горячая и на ней уже образуется след. Он мотает головой и выглядит мрачнo. — Мы оба облажались. Ебаный Брендон Ури останется в Университете Swan... всё это... было напрасно. Я смотрю на него в ужасе. Это всё, что его волнует, его мелкая месть? Брендон использовал меня, Пит использовал меня. Мое сердце разрывается в груди, и всем абсолютно плевать. И Брендон, мой Брендон, я потерял его. Я всё-таки его потерял. Я больше ничего не знаю. Как бы мне ни хотелось думать, что я имел для него значение, он сказал мне, что это не так. Единственное, что удерживает меня от того, чтобы не разрыдаться — это мой гнев. Пит горько смеётся. — Полагаю... полагаю, мы закончили. Я просто хотел всё исправить, восстановить справедливость... — Стэнли Блейк — старый больной ублюдок, который десятилетиями приставал к студентам, — говорю я ему. — Правосудие свершилось в тот момент, когда его выгнали. Он настолько близорукий, что заставил тебя делать его грязную работу? — Дедушка об этом не знает, — огрызается Пит. — Речь о чести нашей семьи! Что вообще ты об этом знаешь? О ценностях и верности! — Сигмы- — Райан, — жестоким смехом останавливает меня Пит. — Ты никогда не был предан никому, кроме себя. Ты не Сигма, — говорит он многозначительно. Меня захлестывает очередная волна стыда и унижения. Он прав. Я никогда не был Сигмой Хи Бетой. Даже сейчас, я всего лишь плохая имитация. — Тебе повезло, что Брендон не может нас сдать, потому что ему нужно что-то, чтобы меня шантажировать... хитрый ублюдок. Когда-нибудь это обернется против него! Если бы у Брендона ничего на меня не было, Сигмы бы уже знали, что ты предатель. Ты ничего не знаешь о верности или чести. Комок в горле не дает мне ничего сказать. Пит ухмыляется, видя меня на грани срыва. — Если кто-то здесь и грязный, так это ты. Маленький Райан, амбициозный, бедный ребенок... не получилось так, как ты мечтал, да? — Пошел ты, — говорю я, но мой голос ломается. — Я не виноват в том, что ты вмешал в это своё сердце. Я никогда не просил тебя об этом, — напоминает он мне, и это правда. Я не должен был влюбляться в Брендона. Это моя вина, но если Брендон знал, что я шпион, он сыграл со мной злую шутку. Неужели он ненавидел меня настолько сильно, что позволил в него влюбиться, ухмыляясь в ту же секунду, как только я отвернусь? Каждый поцелуй был ложью? Гениальный план Пита провалился, и мы оба остались с пустыми руками. Брендон победил. И я думаю, Питу просто нужно на ком-то отыграться и увидеть, как кто-то страдает больше, чем он, потому что Брендон больше не мой парень, если он вообще когда-либо им был. Между нами всё кончено. Из-за агонии, которая распространяется от моего сердца ко всем частям моего тела, на моих глазах наворачиваются слезы и сжимается челюсть. Пит смеется надо мной, добивая, когда моё моральное состояние уже на дне. — Думаю, мне пора найти грант на проведение исследований в другом университете, — говорит он с горьким вздохом, поднимая с пола пустой пистолет и засовывая его в карман. — Всё это было напрасно... но было приятно с тобой познакомиться, Райан Росс. Это имя не войдет в историю, — добавляет он, кидая на меня взгляд. Я онемевши смотрю на него в ответ. Пит медленно подходит к двери, делает паузу, возможно, думает сказать что-то ещё, но решает лучше. Он уходит из моей жизни так же внезапно, как и появился. Я остаюсь в лаборатории один, смотря ему вслед. Я не могу дышать. Мои ноги подкашиваются под моим весом, когда боль наконец прорывается наружу. Я прислоняюсь спиной к покрытой полиэтиленом столешнице, усаживаясь на пол и обнимая колени, пытаясь выравнить своё дыхание. Дело никогда не было в Джулс. Уиттл хотела, чтобы Брендон ушёл, потому что Ури пожертвовали деньги, чтобы он остался в университете, что шло вразрез с её принципами. Гейб хотел, чтобы Брендон ушёл, потому что он опозорил Сигму Хи Бету, что, в какой-то степени, делает из Гейба верного Сигму, даже если одновременно с этим он предал братство. А Пит... Пит просто хотел отомстить. Все были настроены против Брендона, чтобы уничтожить его за то, в чем, по моему мнению, он не был виноват. Он совершил ошибку. И я помог этим людям его уничтожить. Может, мне стоит радоваться, что я провалил свою миссию. И я рад, потому что если бы у нас всё получилось... Я бы потерял Брендона в любом случае. Слезы катятся по моим щекам, потому что всё, что у нас было, разрушено. Я не знаю, как долго я сижу на месте. Я продолжаю смотреть в пространство перед собой, вытирая щеки и заставляя себя дышать. Пит больше не будет платить за мое членство в Сигме, так что мне придется покинуть братство. Замечательно. Скорее всего, Брендон больше не хочет меня видеть. Я больше и не смогу его видеть. Я уйду без ничего. Мы должны были поехать в Лас-Вегас на следующей неделе. Я хотел, чтобы мои родители с ним познакомились. Я истерически смеюсь, мои мысли не имеют никакого смысла. Всё было ложью? Я отказываюсь верить, что всё это было игрой. Но он сказал, что Джулс не существует, а это значит, что он лгал мне неделями. Я больше не знаю, во что верить, кому доверять. Единственное, что я знаю, это то, что я чувствую. Я знаю, что чувствую к Брендону, несмотря на всё, что случилось. Я заставляю себя встать, но проходит полчаса, прежде чем у меня получается взять себя в руки и выйти из комнаты. Я оставляю листы бумаги, которые принес с собой Брендон, лежащими на полу. Снаружи здания зоологии ничего не изменилось. Всё тот же воскресный день, и несколько студентов хмурятся при виде меня, идущего, как мертвец, с красными глазами и отметиной на щеке, до сих пор в пижамных штанах и футболке в середине ноября, хотя я едва чувствую холод. Мне лишь нужно, чтобы Брендон со мной поговорил. Я знаю историю Пита, знаю свою, но до сих пор не знаю его. Даже если он скажет, что больше не хочет меня видеть, мне нужно, чтобы он сказал мне, было ли всё это ложью или нет. Однажды Пит сказал мне, что я предал Брендона своим телом не меньше, чем словами. А Брендон... он продал свое тело ещё раньше, просто чтобы получить то, что хочет. Он сделал это и со мной? От этой мысли меня тошнит, потому что это не может быть правдой. У нас всё было по настоящему. Я продолжаю убеждать себя в этом всю оставшуюся дорогу до дома братства. Я дрожу, возможно от холода, возможно от того, что я разорван на части, а мое будущее и настоящее теперь разрушены. Мне приходится постучать в большие двери дома Сигм, потому что у меня нет с собой электронного ключа. Один из братьев открывает дверь, бросая на меня странный взгляд, когда я без объяснений проскальзываю мимо него внутрь. — Ты в порядке? — спрашивает он. Мой голос хриплый, еле слышный. — Да, — отвечаю я, откашливаясь. Получается грубо и сухо. Он открывает рот, чтобы сказать что-то ещё, но я направляюсь к лестнице. Я молюсь, чтобы Брендон был в нашей комнате, чтобы это была просто очередная ссора, и он сказал что-то, что не имел всерьез. Мы можем всё обсудить. Мы можем всё исправить, как раньше. Мы можем друг другу помочь. Я останавливаюсь возле нашей комнаты, мои пальцы сжимают ручку. Я никогда в жизни так не уставал. Мне никогда не было так страшно. И я не знаю, как всё исправить, я не знаю, я не смогу... наверняка не смогу. Но я должен попытаться. Я толкаю дверь и вхожу внутрь, тут же оглядываясь в поисках Брендона, на его кровать, на его стул... но ничего нет. Моя рука слабеет на ручке, и дверь полностью открывается, пока я пялюсь на комнату. На стороне Брендона пусто. Его вещей больше нет. Брендон ушел. И я перестаю притворяться, что всё поправимо. Мы все сломлены. Больше ничего не будет как раньше.

***

Я слышу стук в дверь, но этого недостаточно, чтобы заставить меня встать. Я лежу на кровати уже несколько часов, бессмысленно смотря в потолок. — Райан? И снова стук в дверь. Я не обращаю на него внимания, надеясь, что он прекратится. Всё стихает, и я перекатываюсь на бок, начиная смотреть теперь в стену. Я плакал, но я могу плакать лишь до тех пор, пока не закончатся все слезы. А потом я просто чувствую пустоту. Мой телефон звонит, прорываясь сквозь туман и возвращая меня к жизни. Я отчаянно протягиваю к нему руку, но звонившим оказывается не Брендон. Я невидяще смотрю на экран, прежде чем слышу настойчивое: — Я слышу, как звонит твой телефон, я знаю, что ты там! Я вздыхаю, на экране мигает «Спенсер», и его голос эхом отдается через дверь. Я оцениваю расстояние между моей кроватью и дверью, задумываясь над тем, хватит ли во мне сил, чтобы его преодолеть. Я с трудом сглатываю, прежде чем дотащить себя до двери и открыть её. Глаза Спенсера расширяются при виде меня, Джон стоит позади него с гневом в глазах. Выражение лица Спенсера меняется, и он выглядит виноватым. Он выглядит более чем виноватым, и я отвожу взгляд. — Пойдем, — тихо говорит он, беря меня за руку и заводя обратно внутрь. Джон идет за ним, но Спенсер его останавливает. — Я справлюсь. — Но- — Я справлюсь, — повторяет Спенсер, и Джон соглашается, бормоча, что если Спенсеру что-нибудь понадобится, то он будет в своей комнате. Спенсер закрывает за ним дверь и ведет нас к моей кровати. Я медленно сажусь, так до сих пор ничего и не сказав. Спенсер садится рядом со мной. — Ты очень, очень дерьмово выглядишь. Я не улыбаюсь. Мне нужно с чего-то начать, поэтому я говорю: — Мне жаль. — Знаю. — Нет, Я... Я не знал, Спенсер, клянусь, я не знал, что Пит- — Знаю. Я молча киваю. Джон рассказал ему мою историю. — Где Брендон? — шепчу я испуганно и растерянно. Я продолжаю смотреть на совершенно голую половину его комнаты. — Брендон теперь живет с Сиски. Джон поменял ему комнату, и уговорил об этом Патрика. — Где ты собираешься жить? Спенсер неуверенно улыбается. — Ну... я надеялся здесь, с тобой. Я смотрю на Спенсера с удивлением. — Как ты можешь меня не ненавидеть? — Райан, — сочувственно вздыхает он. — Джон сказал мне, что ты думаешь, что я... он сказал, что ты тоже в Джулс. И я солгал тебе. Я ударил тебя ножом в спину, а ты хочешь жить со мной в одной комнате? — Я едва ли не начинаю смеяться от смеси самоненависти и удивления. На лице Спенсера появляется выражение боли, и он укладывает нас обоих на мою кровать. Он обнимает меня, и прежде чем я успеваю это осознать, я начинаю рыдать в его грудь. — Всё в порядке, всё хорошо, — тихо шепчет он, успокаивающе потирая мою спину. Я этого не заслуживаю. Спенсер должен ненавидеть меня, как ненавидит Джон, как ненавидит Брендон. Я должен знать, поэтому я спрашиваю: — Брендон знал всё с самого начала? Спенсер колеблется, прежде чем сказать: — Нет... это я ему рассказал. Я отрываю голову от его заплаканной рубашки. — Что? — Я рассказал Брендону, что ты работаешь на Пита, — бормочет Спенсер и на его лице появляется извиняющаяся улыбка. — Мы знаем уже несколько дней. — Как ты об этом узнал? Спенсер слегка краснеет и смотрит через мое плечо. — Я... я прочитал твой дневник. Прости. Он просто оказался... там, и я, я всегда был одержим желанием знать о том, что в действительности думают обо мне другие люди, так что... оказывается, когда мы впервые встретились, тебе показалось, что я чересчур прилипчивый, — усмехается он. — И кажется так до сих пор. — Ага, что ж... — бормочет он, и по какой-то ебаной причине, несмотря на то, что я предал Спенсера, а он предал меня в ответ, мы продолжаем лежать на моей кровати, и он позволяет мне разваливаться на кусочки в его объятиях. Никто другой в мире не сделал бы то же самое. — Ты чертовски замечательный, — выдавливаю я сквозь внезапно начавшиеся всхлипы. Спенсер хмурится при виде очередной волны слез. Он вытирает мне щеки и успокаивает, а я пытаюсь взять себя в руки. Ему не нужно рассказывать мне, что произошло. Я оставил свой дневник в его комнате, и это была моя вина. Он прочитал, что я шпион Пита и, как член Джулс, рассказал об этом Брендону, их лидеру. Они поссорились именно из-за этого. А это значит, что наши отношения с Брендоном не были игрой. Брендон сказал, что всё было ложью, но всё было по настоящему. Это значит, что Брендон не знал, что я предатель. Я причинил ему боль. Блять, я даже представить себе не могу, как сильно я его ранил. Я заставляю себя произнести: — Значит... Значит, Брендон тебе сначала не поверил? — Пфф, ты шутишь? У Брендона чертовски грязный рот, когда он злится. Не думаю, что меня когда-либо так оскорбляли, — легко говорит Спенсер, улыбаясь мне с грустным взглядом. — Мне жаль. — Я знаю, — снова говорит он, убирая мои волосы за ухо, а после кладет свою руку на моё бедро, твердо и утешительно. — Как ты можешь быть в Джулс? Ты не нравишься Брендону. — Дело не в том, кто кому нравится, — отмечает он. — Ты знаешь, чем мы занимаемся, ты Служитель. Важно то, что мы работаем вместе ради благородного дела. Мы с Брендоном не очень друг другу нравимся, да, но это не меняет того факта, что мы верим в одно и то же. — Значит, Служители и Улучшители существуют? — спрашиваю я, чтобы убедиться. — Разумеется. Я знаю, что ты Розы, хорошее имя. А я Зефир. — Я должен был догадаться, верно? — посмеиваюсь я слабо. — Я до сих пор не знаю, кто Мясник и Кровавая Мэри. — Я не могу тебе сказать, — говорит он, и я лишь киваю. Не думаю, что я вообще хочу это знать. Я колеблюсь, прежде чем сказать: — Брендон... Брендон сказал Питу, что всё это время он мне лгал, что Джулс никогда не существовало... Спенсер грустно улыбается. — Ты знаешь правду, Райан, Пит знал правду. Брендон сказал то, что должен был, чтобы спасти Джулс. Я впервые осознаю то, что Брендон невероятный актер. Всё просто, так просто, и мы с Питом оба на это купились. Пит знает факты, из-за которых Брендона могут выгнать из университета, но Брендон убедил Пита, что все улики, которые тот собрал, ничего не стоят. Он спас себя и своё общество. Последние несколько дней я был его пешкой. Когда он приходил домой пьяный, когда мы трахались... он знал. Когда на следующую ночь он остался у Дерека, он мог вернуться домой, но избегал меня. И я этого не заметил. Он скормил мне ложь о фальшивой встрече Джулс, зная, что я расскажу о ней Питу. Брендон меня использовал. Но мне всё равно, что он сделал. Это меньшее из того, что я заслуживаю. — Ты... Ты не видел Брендона? — шепчу я тихо. Спенсер натянуто кивает. — Ты разговаривал с ним? Он что-нибудь говорил, он- — Джон обо всём позаботился. Патрик разрешил Брендону сменить комнату, потому что вы... потому что вы расстались, и даже Патрик не настолько жесток, чтобы заставить вас жить в одной комнате. — Мы расстались? — шепчу я тихо. — Да... Брендон объявил об этом сегодня утром. — Спенсер чувствует, как всё снова приближается, и обхватывает меня руками, когда я начинаю неудержимо дрожать. — Эй, всё в порядке, — успокаивает он меня, оставляя на моих волосах поцелуй. Брендон влюбился в меня, узнал, что я лжец, и бросил. — Он здесь? Мне нужно с ним поговорить, — говорю я, слегка отстраняясь, дрожащими руками вытирая щёки. — Это не очень хорошая идея... может быть, завтра. Дай ему немного времени, пусть всё утихнет, хорошо? Затаись, пока всё не уляжется. Гейб ещё не в курсе, но его вот-вот навестят члены Джулс. Джон хотел сделать с тобой то же самое, но я сказал ему не прикасаться ни к единому волосу на твоей драгоценной голове. И мы должны убедиться, что Патрик никогда не узнает о том, что в доме было два предателя. Он не должен об этом знать, это дело Джулс, так что... просто затаись на некоторое время. Мы должны всё скрыть. — Думаю, мне было бы лучше, если бы вы меня избили. Спенсер тихо смеётся. — Ну, у тебя и так синяк на лице, он придает тебе таинственный, я бы даже сказал сексуальный вид. Как ты его получил? — Я ударил Пита. Он ударил меня в ответ, — объясняю я монотонно. — Всё заживет, — уверяет меня Спенсер. — И твое сердце тоже. Брендон где-то в этом доме, но мне нельзя с ним видеться. Мы больше не вместе. А чего я ожидал? Он теперь меня ненавидит. Я видел это в его глазах в лаборатории, эту пылающую ненависть. И я снова начинаю рыдать. Я словно очнулся от странного, прекрасного сна. — Я забыл, кто я, — удается мне сказать Спенсеру. — Я забыл... Спенсер целует меня в лоб и прижимает к себе крепче.