Post factum

— Том? Том, ты готов? — спрашивает Альфард, поправляя мантию и подтаскивая к выходу два здоровенных чемодана — все их с Томом движимое имущество. Том появляется из дверей ванной комнаты с ещё влажными волосами, смотрит серьезно. — Будет ли это уместным для твоей семьи? — Что? Опять? — фыркает Альфард, подходя ближе и вглядываясь в темные, такие похожие на его собственные, глаза напротив. — Отец зачаровал дом под меня, помнишь? Только под меня. Их не касается кого я буду пускать в свой дом. — Я не хочу быть нежеланным гостем, — отвечает Реддл чуть высокомерно, но Альфард знает, что это просто защитная реакция. — Мои родители любят и уважают тебя, и тебе это прекрасно известно. Думаешь, мама всех подряд называет очаровательными талантливыми мальчиками? Том кривится, и Альфард смеётся, коротко целуя его в щеку. — Пошли уже, комнату нужно освободить до обеда, а уже почти полдень. Том хмурится, проверяя все ли взял, кладёт палочку в нагрудный карман и подходит ближе. Он не знает координат трансгрессии, и Альфарда это немного радует: парное перемещение вынуждает обычно сдержанного в плане эмоциональных проявлений Реддла самого шагнуть ближе и прижаться теснее. Так, обнимаясь и зажимая между собой чемоданы, парни и появляются в тупичке между домами прямо в центре крохотного городка на самом западе Шотландии. Портпатрик уныл даже летом, и Альфард долго просил отца зачаровать на него то их поместье в Сюррее, но он плохо сдал ЖАБА, почти завалил Трансфигурацию, и отец, разумеется, страшно зол на него, так что пока придётся довольствоваться тем, что есть. Они выходят на улицу, и Альфард даёт Тому время осмотреться. Это первый и, Альфард надеется, не последний город, где они будут жить вместе, и Блэку хочется, чтобы Реддлу здесь понравилось. На красивом лице Тома — ни одной эмоции, и Альфард спрашивает: — Как тебе? — Как в Хрустальной пещере. Блэк мрачнеет. Том редко вспоминает приют, и то, что он упомянул его сейчас, не кажется слизеринцу хорошим знаком. — Может, выпьем кофе? — предлагает он без особой надежды. — До дома идти полчаса, а я уже замёрз. — Здесь? — скептически спрашивает Том, кивая на маггловскую кафешку в крохотном домике, больше похожем на склад рыбацких принадлежностей. — Почему бы и нет? Нам все равно нужно узнать окрестности. К его изумлению, Том пожимает плечами и первым направляется к кафе. Радостно улыбаясь, Альфард хватает за ручки тяжелые чемоданы и почти бегом догоняет друга. Внутри заведение выглядит немногим лучше, чем снаружи: это скорее бар для рыбаков, которых в прибрежном городке большинство, чем кафе. Но кофе здесь тоже есть, причём вкусный, а главное — горячий, и Блэк крепко обхватывает свою кружку, грея пальцы. Том напротив него осторожно проводит по ободку щербатой чашки кончиком пальца, на его лице задумчиво-презрительное выражение, Блэк любит его больше всех остальных выражений, потому что это значит, что Реддл расслабился, а терять концентрацию он позволяет себе только в его компании. Блэк чувствует себя важным, когда Том смотрит сквозь него. — Что теперь? — нарушает он повисшую между ними тишину. В кафе пусто, только пожилой бармен за стойкой да молодой парнишка со странной квадратной коробкой, которую он и демонстрирует мужчине. — Ты обдумал предложение Малфоя? Думаю, он душу продаст ради того, чтоб затащить тебя в свой отдел. — Меня не интересуют должности в министерстве, — передергивает плечами Том. — У меня есть планы, и они не включают в себя бесполезное торчание в кабинете и перебирание бумажек. Блэк хмурится. Том не впервые упоминает свой «план», но никогда не вдаётся в подробности, а когда говорит о нем, то Альфарду все время от чего-то становится тревожно. Слишком ярко горят возбуждением вечно равнодушные глаза Реддла, слишком воодушевленным он выглядит. В последний раз, когда Том так предвкушал что-то, он отправился в одиночку останавливать этого сумасшедшего полувеликана и его пауков. Это, конечно, было смело и героически, но каждый раз, когда Альфард думал что было бы, если бы пауки напали на него так же, как на ту несчастную когтевранку… — Ты расскажешь мне о своём плане? Том смотрит на него серьезным взглядом, словно просчитывая что-то в голове. Вдруг, вопреки всем своим привычкам, он наклоняется вперёд и берет Альфарда за руку. — Я расскажу тебе, но не здесь и не сейчас. Никому другому я бы не открыл ни шага из своего плана, но тебе, Ал, я расскажу все. Ты единственный из моих последователей способен оценить все величие того, что я собираюсь свершить, ты единственный заслуживаешь доверия. Альфард улыбается, хотя и чувствует себя немного нелепо, потому что Том говорит тем своим тоном, которым умасливал школьных преподавателей. Но сейчас ему ничего не нужно от Блэка, а значит, он сам себя обманывает, пытаясь искать двойное дно в словах друга. — Молодые люди, — вдруг раздаётся справа, и Альфард отшатывается, вырывая свою руку из пальцев Тома. Рядом с их столиком стоит юноша со странной коробкой. — Вы чего-то хотели? — спрашивает Том, улыбаясь так светло, что у Блэка щемит сердце. — Да, я… не сочтите за бестактность, но могу я вас сфотографировать? Я только что купил новый полароид, увидел вас, и просто понял, что не могу удержаться. — Полароид? — с недоумением переспрашивает Альфард. Юноша показывает ему коробку. — Ну да, фотокамера, новейшая модель. Печатает снимки сразу же. — Почему бы и нет, — вдруг улыбается Том, вставая и вытягивая Альфарда за руку из-за стола. — Но зачем… — ворчит Блэк, послушно поднимаясь. Он не любит все эти маггловские штуки, и вопрос юноши звучит действительно бестактно. — Я бы хотел, чтобы у нас была общая фотография. Это же наш первый день здесь. Я хочу его запомнить, — отвечает Том. Альфард изумленно смотрит на него: Реддл не склонен к сентиментальности. Он даже детство своё не любит вспоминать. Может быть, здесь и сейчас — некий порог их новой жизни, где Том, наконец, сбросит свою броню, через которую не пробиться даже таким сильным чувствам, какие испытывает Альфард, и все станет ещё лучше, чем прежде? Да, этот день Блэк тоже хотел бы запомнить. В эту секунду звучит щелчок, Альфард оборачивается к фотографу, чтобы увидеть, как из прорези наверху выползает квадратик фотографии. — Подождите, позвольте ещё раз, — просит парень. Он снова щёлкает затвором, и из прорези выползает ещё одна бумажка. Постепенно, как по волшебству, на чёрном фоне проступают силуэты, и, наконец, они складываются в застывшую картинку. Юноша прячет второй снимок в карман, а первый протягивает Тому. — Вот. Один вам, один мне, все по честному, — он смеётся. — Спасибо! Вы здесь проездом? Навещаете кого-то? — Мы сюда переезжаем, — отвечает вежливо Том, разглядывая снимок. — О! Здорово, так будем знакомы, я Том, Том Фаинс. Том дергается при звуке его имени, но сохраняет нейтральное лицо. Альфард хмыкает — он знает, насколько Том ненавидит людей с его именем. — Альфард Блэк, — представляется он. — А это Том Реддл. — Очень приятно. Мы с сестрой живем в тринадцатом доме на этой улице. Заходите, как устроитесь, и обращайтесь, если понадобится помощь. Они прощаются, и Том с Альфардом, подхватив чемоданы, выходят на улицу. Дом далеко, а погода портится: Блэк думает, что хотел бы добраться под крышу до начала урагана. О чем думает Том, Альфард не знает.