find my way back

[au, где Лидия и Сьюзан — двойняшки] Сколько Сьюзан себя помнит, Лидия всегда была лучше ее в сто крат; ей не нужно было прилагать никаких усилий в учебе — знания оставались после первого прочтения учебника, она куда красивее — рыжеватые густые волосы и зеленые глаза заставляли Питера шутливо обнимать ее и шептать, что он будет отгонять всех мальчиков, она была совершенней — чертова идеальная девочка. Сьюзан не была ревнивой, завистливой или злобной, Сьюзан просто хотела счастья, именно поэтому, когда они отправились в Нарнию в первый раз, она заперла Лидию в спальне, не позволив окунуться в сказку; Люси хотела вернуться, как и Питер, но Сьюзан и на них нашла управу — а вдруг этот мир закроется, и они никогда не смогут вернуться? Однако, все это не меняло того факта, что Лидия и Сьюзан были двойняшками, а значит делили судьбу пополам; Сьюзан вплетала в косы Лидии цветы и рассказывала про Нарнию взахлеб, а Лидия мечтала о том, чтобы быть там вместе со всей своей семьей. И Аслан сжалился; открыл портал еще раз, да и познакомил с ним — Каспианом, что будто сошел с обложки дорогого журнала, который Лидия рассматривала в магазине, куда строго было запрещено заходить детям; его улыбка, смех, глаза снились ей в сладких снах, а случайное прикосновение к пояснице чуть ли не осталось навеки ожогом. Сьюзан заметила первая, как Лидия дергалась рядом с Каспианом, и не могла сдержаться — хохотала громко, до выступающих слез, и лезла с кучей советов, полезных или нет — Лидия закатывала глаза; проблема была лишь одна — Лидия не Королева Золотого Века, Лидия — сестра, не успевшая вовремя, Каспиану не она нужна. Каспиан пытался быть ближе к Сьюзан, чей Рог и призвал Королей в этот страшный миг, но девушка, находящаяся с ней рядом, похожая как две капли, отличающаяся лишь цветом глаз и волос, заставляла сердце волнительно трепетать, падать куда-то вниз, царапать изнанку ребер; Каспиан убеждал себя, что Лидия — плохой вариант, она из другого мира, и эфемерной птицей упорхнет, едва война окончится, но все чаще замечал, что смотрит на нее, приоткрыв рот. Пока однажды Лидия не закричала; закричала так пронзительно, оглушающе и пугающе, что Питер сразу понял — опасность, поднял оружие, бросился в бой, оставив Люси защищать Лидию, забившуюся в угол, сжавшуюся в нервный клубочек; Каспиан так и не смог подойти к ней в следующие два дня, спросить, что это было и, что самое главное, как она. Лидия пришла к нему сама, с распущенными волосами и босая — чисто ведьма ночи, вытягивающая у тебя душу, пока спишь, и у Каспиана перехватило дыхание; Лидия села рядом, положила голову на плечо и молчала целую ночь, не сомкнув глаз; они смотрели друг на друга, вбирали каждую черточку, силились з а п о м н и т ь. А утром Каспиан провожал их домой. Лидия целовала его на глазах всей толпы, пообещав никогда не забывать, и Каспиан видел в ее глазах — если попросит, она останется, никуда не пойдет; теперь Нарния — ее страна и, быть может, именно с них начнется Алмазный Век, но Каспиан не мог так поступить, только не с ней. Лидия шагнула в портал, махнув напоследок рукой, и вернулась спустя пару мгновений; вернулась с горящими глазами и решительная настолько, что Каспиан моментально забыл, что такое правильно; Каспиан шагнул вперед, заключая ее в объятия, чувствуя ее холодные пальцы в своих волосах. — Я не оставлю тебя. Каспиан никогда не был так счастлив, как в это мгновение; Лидия снимала его руку, вспоминая, как Сьюзан насильно толкнула ее обратно в портал, и с вызовом смотрела на Аслана, улыбающегося настолько добродушно, что Лидия поняла — отпустил, позволил, оставил. И будут они править как муж с женой, и будет их власть крепнуть, а дети станут прекрасной опорой, пока Аслан не позовет Лидию на Землю, и Каспиан отпустит ее с легким сердцем, зная, что они еще встретятся. А Лидия первая, не отпуская руки Сьюзан, зайдет спустя земные годы в поезд, что навеки привяжет их к Нарнии, и сразу же бросится в объятия к Каспиану.