Пропащие ребята

      В принципе Матвей понимал, почему Брок так часто проводит тренировки в суровых лесах России. Местность тут более чем неоднородная: густой и непроходимый лес органично мешался с просторными холмистыми полями, перетекающими в крутые овраги с маленькими ручьями, так или иначе впадающие в какую-нибудь речку. Постоянные перепады температуры, выпуклый рельеф, удачное сочетание влажности и сухости воздуха делали леса тайги, где располагалась точка Ультры, идеальным местом для кросса и различных тренировок. В зимнее время становилось на порядок сложнее из-за гигантских сугробов, в которых можно в буквальном смысле потеряться и умереть страшной смертью от обледенения. Матвею нравилось бегать по пересечённой местности вообще, но именно здесь он чувствовал особый кураж, словно бы сама атмосфера заводила его, бросала вызов, дразнила. К тому же Брок, которому в своё время пришлось не хило так переработать программу тренировок спецназа под детей, постоянно давал какие-то задания. Зачастую, имея карту, компас и соображалку, надо найти какой-либо предмет, спрятанный или лежащий на виду. Сегодня всё было в разы проще: в некоторых местах снег уже успел растаять, мартовское солнце задорно светило, слегка пригревая, природа постепенно оживала после холодной зимы, температура воздуха была достаточно тёплой, а Матвей наперегонки с Лео проходил средний по сложности полигон «Звёздочка». Любопытства ради Брок развёз парней по разным контрольным точкам и дал час на прохождение всей трассы. — М-да, ситуёвина, — Матвей успел резко затормозить, схватившись за тонкий ствол молодого дерева. В глубокий овраг, который чуть не стал серьёзным препятствием на пути к оранжево-белой призме, посыпались комья грязи. Шипованные кроссовки прочертили жирную полосу на земле. Матвей задумчиво поглядел на неё, погладил ствол дерева и выдохнул. Чувство внутреннего самосохранения работало на все сто, не дав упасть в наполовину растаявшую лужу на дне оврага. Ошибка не смертельная, но стоила бы ему кучу потерянного времени, потому что карабкаться по скользким стенкам с картой наперевес — то ещё удовольствие. — Чего делать? — Матвей задумчиво почесал затылок рукояткой пистолета и поскрёб подошвой кроссовка о ребристый ствол. — О, и как это я сразу тебя не приметил? Иди ко мне, моя прелесть, сейчас я тебя отмечу! Незамеченная ранее призма, примотанная скотчем к низкому красно-белому разметочному столбу, весело сверкала своей оранжевой половиной в защитном файле. Рядом с ней висел, покачиваясь на коротком куске бечёвки, компостер*. Матвей довольно потёр руки, повесив компас на шею. Он подошёл к бумажному прямоугольнику, взял компостер и проткнул карточку, булавками пришпиленную к рукаву его куртки. Это четвёртая отметка. Осталась ещё одна и финиш — тренировка на сегодня закончена. Матвей достал из кармана свёрнутую в трубочку карту, развернул её и задумался. По лицу раздражающе скатилась капелька пота. Последний КП, судя по карте, располагался километрах в двух отсюда на поляне, около отмеченного чёрным прямоугольником дома. Вот только добраться до точки было потенциально проблематично — на пути волнистой линией стоял холм, широкая яма и непонятно откуда взявшееся озеро. — Ладно, пойдём по траектории, — парень пожал плечами и, как всякий опытный ориентировщик, принялся брать азимут**. Пистолет он заткнул за резинку спортивных штанов, чтоб не мешался. На минуту всё замерло, дав Матвею Багрову время сообразить, как лучше выйти на точку. А потом откуда-то слева послышался громкий щелчок, и о спину парня смачно ударился и расползся ярким жёлтым пятном маленький, размером с пульку для игрушечного пистолета, шарик. Матвей пошатнулся, инстинктивно выставив одну ногу вперёд, резко выхватил своё оружие и, не глядя, нажал на спусковой крючок. Толку, конечно, от этого мало. Парень решил не заморачиваться и дать условному противнику подойти поближе. — Не, даже не думай, ты уже убит, — самодовольно произнёс кто-то сзади. Матвей слышал, как к нему подходят, как, не скрываясь, убирают пистолет и рядом с ним прокалывают компостером отметку. Так, ещё чуть ближе. Развернувшись, Багров перехватывает руку противника, выворачивает кисть и с силой бьёт ногой по колену. Предполагалось, что удар нанесёт хоть какой-то урон, но появившийся парень блокировал приём, вырвал руку из захвата и отскочил на пару шагов. — Ладно, чувак, ты выиграл, — Матвей сплюнул на землю, попав точно в небольшую норку, и поднял руки вверх, ладонями наружу. — В следующий раз не зевай, — кивнул Лео Берг и поправил прямоугольную картонку на рукаве. — Ха! — и Матвей выстелил в упор в грудь Лео. Того ещё чуть отбросило. Парень замахал руками в попытке поймать равновесие. Он устоял, хоть нога и скользнула по влажной земле. На белой ветровке расплылось синее пятно. Берг задумчиво посмотрел на него, зачем-то поскрёб ногтем и крякнул. Где-то вдалеке ему отозвалась какая-то птица. Матвей приготовился к небольшой потасовке, внутренне настроился толкаться и пинаться. Бросил быстрый взгляд на Лео — тоже подобравшегося и ожидающего нападения. Но подул пронзительно холодный ветер, остудивший боевой запал парней. В конце концов, они одна команда, один организм. Им делить нечего. — Мир, бро? — Матвей протянул руку. — Так уж и быть, мир, — кивнул Лео, плюнул на свою ладонь и скрепил рукопожатие. — Ну чего, погнали на финиш? Матвей тряхнул головой, что означало согласие по всем пунктам, и перезарядил пистолет. Вдвоём проходить дистанцию в разы проще. «Звёздочка» — не самый сложный полигон, но зато самый коварный. Трасса пролегала через овраги, просеку, небольшое, едва заметное для непосвящённых озерцо и бурелом, оставшийся в память об урагане две тысячи десятого года. Как правило, «Звёздочку» проходили парами или тройками, плюс зачастую к обычному ориентированию прибавлялось какое-нибудь задание из серии «спаси принцессу». Разумеется, к финишу все команды объединялись в одну и вместе, гурьбой, прибегали на последнюю отметку.  — Ты случайно... не знаешь... что за сюрприз... обещал нам... Брок? — спросил Лео. Они взяли быстрый темп, поэтому Берг говорил отрывисто и с придыханием, изредка хлюпая носом. — Говорит... уф... старый знакомый... фу... блин, давай чуть медленнее, — парни резко снизили скорость, от чего Матвей запнулся о случайно попавшийся камень, коварно торчащий из-под земли. — Короче, фиг знает, что там за фиг, мля. — Тавтология, — Лео неуклюже поправил синюю лыжную шапочку, от чего та съехала набок. — А вообще, нам сейчас влетит. Мы опаздываем. — Не, ещё минут пятнадцать у нас точно есть, — легкомысленно отозвался Матвей, сплёвывая в траву. — Ладно, погнали. Парни обогнули два стоящих вплотную друг к другу дерева и свернули на узкую, на одного, тропинку. Бежать вдвоём стало легче и веселей. Озеро они преодолели прыжками по кочкам, периодически промахиваясь и попадая то одним, то другим кроссовком в воду. Матвей разгонялся, перескакивая всякие неровности земли, а затем резко тормозил, заставляя Лео чуть ли не врезаться в него. Берг от этого жутко бесился и толкал развеселившегося братца в спину, иногда отвешивая ему пинки. На поляну парни прибежали мокрые, раскрасневшиеся, довольные и в хорошем настроении. Матвей пропустил брата вперёд и, пока Лео отмечался, отклеивал прилипший к спортивным штанам репейник. Лео, баловства ради, оттолкнулся от земли и прыгнул в задорно сверкающую лужицу, окатив Багрова грязными брызгами. — Да что же, мля, сегодня за день! — Матвей удручённо посмотрел на свои серые в коричневую крапинку штаны, отметил бледно-жёлтым компостером картонку на рукаве и, не говоря больше ни слова, побежал на окончательный финиш. Первой из-за деревьев показалась передняя часть двухэтажного деревянного дома с двумя окнами и одной толстенной, обитой дерматином, дверью, на ручку которой кто-то повесил георгиевскую ленточку. Матвей мимолётно вспомнил, что это вообще-то он сам в порыве алкогольного патриотизма привязал её к ручке. Почему ленточку до сих пор никто не сдёрнул, он не знал, хотя предполагал, что из чувства солидарности Брок подержит её до девятого мая, а потом сорвёт, к чёртовой матери. С него станется. Дом стоял на краю поляны, ближе к лесу, фасадом к широкой ухабистой грунтовой дороге. По бокам от лестницы в три ступени, ведущей на крыльцо, вкопаны два металлических столба. На одном из них висел декоративный череп в военной каске, а на другом скрипело ржавое ведро с нарисованным символом мира. Всё это размещалось здесь с вполне понятной целью — наплодить как можно больше слухов о сатанистах, чтобы никто даже не думал сунуться на поляну. Матвей и подошедший к нему Лео сделали ещё пару мелких шагов, а потом перешли на трусцу и завершили забег, тормознув рядом с Броком, который стоял, прислонившись к одному из флагштоков, на конце которого развевалось знамя Италии. — Живее, недомерки, моя покойная бабуля, царствие ей небесное, бегает и то быстрее вас! — Брок отлип от столба и нажал кнопку на секундомере. За время тесной работы с русскими Рамлоу знатно обрусел. Свою роль сыграло и то, что он вплетён в ментальную цепочку с Матвеем Багровым. Пока Матвей возился с булавками, которые удерживали его карточку, Лео отдал свою и расстегнул ветровку. Солнце грело хоть и не сильно, но ощутимо. Рамлоу выразительно посмотрел на спину Матвея и куртку Берга и покачал головой, готовясь произнести пространную речь этажей так на шесть о порче имущества, своего и чужого. Ожидаемо. Багров торжественно протянул свою картонку. Подумаешь, испачкали вещи, дело-то привычное. У них с Лео всегда так — они в последний момент вспоминают, что им вообще-то ещё необходимо было «убить» друг друга, а не решать задачу совместными усилиями. — Брок, я докрасил! — детский мальчишеский голос прервал грозившую начаться показательную казнь. Рядом с мокрыми и воняющими потом за три километра парнями тормознул мальчишка лет десяти на вид. На козырьке жёлтой кепочки красовался жизнерадостно подмигивающий Микки Маус. В правой, покрытой почти до самых ногтей телесным латексом, руке ребёнок крепко держал хозяйственную кисточку, с кончика которой стекала вязкая коричневая краска. Да и сам паренёк был вымазан с ног до головы: тёмные джинсы на лямках украшали живописные пятна тут и там, белые шнурки на старых, стоптанных в ноль, кедах покрасились в красный цвет, щёку прочерчивала зелёная полоса. — Ой, бляяя… блин, — Брок схватился за голову. — Я тебя, чучело, посылал забор покрасить, а ты зачем перемазался? С этих, что ли, пример берешь? Рамлоу, не глядя, махнул рукой. Лео толкнул Матвея вбок. У парней тут же сделался вид величайшей скорби и раскаяния, не хватало только показательного шмыганья носом и шарканья ножкой. Брок перешёл на какой-то абсолютно новый язык, состоящий из отдельных слогов: «бл», «на», «ёб», «ха», «ху», «пз» и другие производные. Матвей даже заслушался и неосторожно сильно подался вперёд, так его впечатлил словарный запас командира. Раньше-то Брок ругался нормально, по-человечески. С появлением в их компании Хнума вся Ультра стала свидетелями рождения нового языка. — Оно само, — мальчик развёл руки в стороны, от чего капли краски вновь слетели с кисти. — Я не хотел. К тому же у меня отошли какие-то провода, и левая рука плохо работает. Матвей понимающе хмыкнул. После того памятного грандиозного апгрейда мистера Старка, у Хнума то и дело что-нибудь отскакивало, отламывалось и отходило. Хитрющий электронный Пиноккио нашёл в лице Железного Человека мудрого наставника, а в лице Джарвиса старшего брата. И теперь Хнум при любой удобной возможности бежал ремонтироваться и обучаться новым примочкам. — Дегенераты! — Брок напоследок топнул ногой. Свисток у него на шее опасно покачнулся. — У нас новое задание, так что пулей отмываться. Жду вас через двадцать минут. Хнум, за мной. Будем искать, во что бы тебя переодеть. Так-с, надо позвонить Марии. Она точно должна знать, где старые шмотки пацанов. Парни кивнули и, оживлённо переговариваясь и толкаясь, поплелись к другому домику на поляне — бане. Одноэтажное деревянное строение возвели не так давно с подачи отца Матвея и Джека Роллинза, которому внезапно очень понравилась идея паровой ванной с пивом, закусочками и разговорами о бабах. Матвей отлично знал, что предусмотрительный Лео заранее положил чистые вещи на скамейку, поэтому беззаботно и от всей широкой русской души хлестал любимого брата по спине берёзовым веником. Было в этом что-то такое древнее, полудикое, что-то из разряда мифов и легенд. Именно то, что так обожали в Ультре. — Да говорю тебе, пришли мы, значит, туда, а там сидит вот такой бугай, — Матвей развёл руками, показывая размеры предполагаемого бугая, — и собирает самодельную зенитку. Ну, Майк его и начал быковать, типа на слабо разводить. А этот пиздёныш и взялся. Придурок. Ну, Родж с Майком его и скрутили. Лео внимательно слушал. Разумеется, про самодельную зенитку он не поверил, но Матвей рассказывал так бурно и интересно, что прерывать его не хотелось. Парни и не заметили, как поднялись по поскрипывающим ступенькам на крыльцо, открыли дверь. Матвей с разбегу плюхнулся на широкий коричневый диван. — Твою же, блядь! — завопил Багров, приземляясь жопой в чистых штанах на пол. Он больно ударился локтем о так некстати подвернувшийся детский икеевский столик, который Брок холил и лелеял. И только это остановило Матвея от смачного пинка по мебели. С дивана медленно поднималось нечто. Нечто очень большое и очень-очень злое нависло над валяющимся Матвеем. Металлическая рука грозно отбрасывала сатанинские блики, красная звёздочка угрожающе сверкала, крылья носа раздувались в гневе. Матвей сглотнул и скосил глаза на Лео, как на единственное своё спасение. Сам он не успевал телепортнуться. Вся надежда на брата, который пользуясь тем, что стоит за спиной патлатого Нечто, метнулся к двери и вытащил из угла швабру. Лео приготовился, Матвей затаил дыхание. Блям-с! Черенок деревянной метлы треснул и распался на две половинки. Всемирное зло в лице легенды устояло на ногах, с лёгкостью подняло Матвея за шкирку, оголив бледный живот, и усадило паренька на диван. Затем неторопливо развернулось к Лео. Матвей интуитивно чувствовал силу Солдата и, что более важно, умение рационально и эффективно пользоваться этой силой, и это заставляло если не восхищаться, то, по крайней мере, уважать Солдата. — Ага, уже познакомились, — довольный Брок спускался по лестнице со второго этажа. За ним, перепрыгивая через ступеньку, следовал Хнум. Робомальчик держал подмышкой ноутбук. Зрелище, открывшееся Рамлоу, являло собой кадр из какого-то мультика. Лео сместился ближе к печке, около которой несколькими неровными рядами лежали дрова, поудобнее перехватил обрубок швабры и приготовился отражать нападение. Матвей растеряно моргал и то закрывал, то открывал рот. Так его ещё никто не гасил. Солдат теперь смотрел только на Рамлоу. Странные пацаны его не интересовали. К тому же, команды на их устранение не было. Зачем, в таком случае, тратить энергию и силы на ответную атаку? — Вольно, Солдат, можешь сесть, — Брок пропустил Хнума вперёд и выждал стратегическую паузу, дав мальчишке время включить ноутбук и найти необходимые материалы. — Берг, выкинь палку, ты сейчас выколешь кому-нибудь глаз. И шлёндай сюда. Багров, сдвинься, не бегемот. Хнум запустил программу и открыл презентацию, присланную пару часов назад Сетом. Чудо-мальчик чуть сдвинулся и сел на пол. Матвей отчётливо услышал скрежет металлического каркаса — тела Хнума и поморщился. Маленький мальчишка из Египта неожиданно органично влился в команду, а при помощи мистера Старка и доктора Беннера он выглядел совсем как настоящий, так что и воспринимался именно так — как обычный десятилетний ребёнок, только с крутыми примочками R2-D2. Лео присел на край дивана рядом с Матвеем. Солдат молча занял место на подлокотнике и зачем-то принялся ковырять дырку в обивке дивана, с какой-то детской непосредственностью тыкая в бледно-жёлтый вылезающий поролон. — Значит, когда все уселись и успокоились, — выделяя голосом слово «успокоились», Брок встал позади Лео и положил ему руки на плечи, — можно рассказать о деле. Хнум, первый слайд. Мальчишка кивнул, прикрыл глаза и провёл пальцем по голубой гладкой поверхности икеевского столика. На экране лэптопа появилась заставка Ультры, — неоново-синяя буква U на чёрном фоне, — сменившаяся картинкой покосившихся деревенских домиков на заднем плане и красивым речным паромом на переднем. — Господа, знакомьтесь — посёлок городского типа Белоомут, — Матвей легко различил в голосе Брока насмешливое удовольствие — чувствовалось, что для Рамлоу это место имеет какой-то свой особый смысл. — Происшествие случилось позавчера ночью. На секретной базе в лесу около вот этого самого Белоомута проводили эксперименты… Хнум рано щёлкнул кнопкой, картинка сменилась на странных существ, похожих и не похожих на енотов. Справа от чудовищ шла колонка с текстом. Зимний Солдат, молчаливо сидящий на подлокотнике кресла, достаточно далеко от пацанов, но достаточно близко, чтобы видеть экран, заинтересованно подался вперёд. — Хнум, гхм, мать твою, верни как было и без команды даже не думай что-то делать! — грозно сдвинул брови Рамлоу, ощутимо надавив на плечи воспитанника. — Ауч, Брок, не так сильно, — буркнул Лео, шевеля лопатками. Матвей сочувственно постучал по коленке брата, притворно жалостливо заглядывая ему в глаза. Берг опасно сощурился. Матвей знал, что это значит: в скором времени жди какой-нибудь подлянки. — Сейчас я кому-то рожу пастой измажу и отправлю бодаться с английской королевой, — угроза Рамлоу подействовала, и Матвей, вообразив себя приличным маленьким мальчиком, уселся нормально, выпрямив спину и положив ладони на колени. — Возвращаемся к нашим баранам. Чего уж там на выходе хотели получить товарищи учёные, не знаю, но получилась такая вот хренотень. Вот теперь можно, мой нетерпеливый мальчик. Сказано это было почти ласково, с придыханием и так маньячно мечтательно, что мальчишек передёрнуло, и даже Зимний Солдат, человек вообще-то холоднокровный и неэмоциональный, нахмурился и напрягся, сжимая кулак. Хнум резво перелистнул слайды, показав творения извращённой фантазии. На картинке нарисованные еноты сверкали недоразвитыми кожистыми крыльями и неестественно длинными клыками. Матвей подметил удлинённые треугольные уши-локаторы. Что-то это ему напоминало. — Это что за невъебенная проебень? — воскликнул Багров, откидываясь на спинку дивана и совершая удары ногой по воздуху. — Брок, а это точно не шизоидная фантазия Райна и Старк? — Лео, в отличие от Матвея, внешне был спокоен и собран. Ничто в нем не выдавало удивления, шока или страха. И это зачастую становилось поводом для зависти Матвея. — Не в этот раз, — покачал головой Брок. — Короче, товарищи учёные получили вот это вот, то, что вы видите на экране. Ваша задача — выследить этих чудиков и тихо-спокойно их устранить, пока они не уничтожили кучу народу. И да, персонально для тебя, Матюша Багров. Тебе категорически, без исключений, запрещено устраивать геноцид населения. Узнаю, что есть жертвы помимо чудо-енотов, прикончу. — Не сможешь, — Матвей не мог упустить возможность козырнуть тем, что он узнал буквально вчера. — Мы собственность Совета Безопасности, мы неприкосновенные. И Матвей по-детски хвастливо показал язык Броку. Его взгляд случайно упал на Зимнего Солдата, который задумчиво и, вместе с этим, недоверчиво косился на Рамлоу, словно спрашивая: они правда принадлежат кому-то, и их это устраивает? — Значит так, пока мы с Лео решаем всякие формальности и прочее, ты, — Брок ткнул пальцем в макушку Матвея, — берёшь под ручку Солдата и перемещаетесь к Эш за всей техникой. Встречаемся тут через час. И, ради Бога, Матвей, не трогай Солдата. А тебе, — Рамлоу не закончил движения рукой и вместо дружеского похлопывания по плечу, рубанул воздух, — я разрешаю дать этому в глаз, если что. Лео наконец счастливо улыбнулся и ехидно что-то кинул Матвею, скорчившему рожу номер одиннадцать — «злой Гринч». — Так, — Багров прыжком поднялся и осторожно подошёл к сидящему Солдату, на лице которого отражалось всё, что он думает о перемещениях, двух болванах, с которыми ему работать, и о сомнительном кадре с мужским именем Эш. Матвей стал резко серьёзным: — Техника безопасности: ничего не бояться, голову не прикрывать, на меня не вешаться. Я беру тебя за руку и провожу сквозь пространство. Но мне нужно, чтобы ты вообще ни о чём не думал. Лучше всего будет, если ты закроешь глаза и представишь белое или чёрное полотно. Делать всё буду я. Ах, да, чуть не забыл. При пересечении пространства и времени в первый раз может возникнуть побочный эффект — головная боль, головокружение, тошнота, потеря связи с реальностью. Но это быстро пройдёт. Всё, погнали! Солдат поднялся, выпрямился и уставился на Матвея немигающим тяжёлым взглядом. Он был слегка выше Багрова и шире в плечах, мощнее. Солдат чуть качнул головой и протянул левую бионическую руку Матвею, предупреждая. Закрывать глаза он не стал. Обычная телепортация происходила за три секунды, ускоренная — за секунду. Матвей не стал выпендриваться. Он крепко схватил Солдата за запястье, вдохнул и некоторое время настраивался, пытаясь поймать и совместить нужные ритмы мыслей. Есть! Матвей чуть улыбнулся, от чего стал похож на Безумного Шляпника, и шагнул вперёд, в поток сияющих неоново-синих молний, утягивая за собой Зимнего Солдата. — Не, ну, я всё понимаю, но это хамство, — Матвей задумчиво-удивлённо уставился на свою сестру, которая упёрлась лбом в грудь Солдата. Она была ниже его на голову и едва-едва доставала мужчине до плеч. Н-да, похоже, они переместились прям перед её носом. Откуда же Матвею было знать, что вот именно сейчас Эшли приспичит выйти из душа? И если он, Матюша Багров, привык к таким выкрутасам сестры, то Солдат человек неподготовленный. — Вот те ж раз, бля! И тебе не чхать, Старк, нам это, оружие надо. Наблюдать за реакцией Зимнего Солдата одно удовольствие. К тому же, судя по всему, побочных эффектов первой телепортации не ощущалось. Не издавая ни звука и почти не меняя выражения лица, Солдат стал каким-то смущённо-виноватым, замерев статуей на одном месте. Прижавшейся вплотную к нему девчонка была слишком близко, а её сиськи, хорошо ощущаемые сквозь ткань простой чёрной футболки, жутко нервировали. Эшли, наконец, соизволила отлепиться от мужчины и отойти на пару шагов. В серых низко посаженных трусах-шортах с нарисованной сбоку забавной фигуркой Снуппи и без какой-либо другой одежды Эш шокировала и вызывала жгучее желание завалить её в кровать и хорошенько так отодрать. С чёрных мокрых волос порнографично скатывались капли воды. Торчащая в пупке серёжка дерзко сверкала серебряным дельфином. Весь её вид так и говорил: «вдуй мне, папочка». Матвей хорошо представлял, какие мысли сейчас могли ходить в голове Солдата. Да, Зимний Солдат — легенда, призрак, киллер со стажем, который, возможно, при должном подходе, даст пару мастер-классов. Однако более важно то, что он — обычный половозрелый мужик с нормальной реакцией на женское тело. И, пожалуй, именно это заставило Матвея пересмотреть своё скептическое к нему отношение. — Ну, пошли, — девчонка повела плечами и подняла с кровати футболку и джинсовые шорты. Чувство стыда у неё отсутствовало напрочь. В конце концов если уж так получилось, то что же теперь сделаешь-то? — Чувак, ты извини за майку, я её тебе слегка намочила, но компенсирую это крутыми примочками для самого изощрённого убийства. Матвей хрюкнул и отвернулся, чтобы было не видно, как он смеётся, — Солдат непонимающе потрогал мокрое пятно на чёрной футболке и нахмурился. Он мог бы убить девчонку за один удар, да только симпатичная она, и соски у неё так задорно торчат и вообще, мелкая она. Девчонку не убивать надо, а по жопе хорошо так надавать, чтобы перед мужиками голой не ходила. В этом Матвей был полностью солидарен с Зимним Солдатом. Эшли привела их в просторную комнату. Стены были увешаны различным оружием, аккуратно закреплённым на специальных подставках. Слева от автоматических раздвижных дверей стояла большая картонная коробка, внутри которой можно различить кучу ремешков и какие-то футляры. На вопросительно приподнятую бровь Солдата, Багров вытащил за комок ремней простую наплечную кобуру. — Значит, — Эшли, уже натянувшая на себя майку и шорты, прошлёпала босыми ногами куда-то вглубь комнаты, где был ещё широкий заваленный всякой всячиной алюминиевый стол с несколькими стульями вокруг, — сегодня у нас на вооружении пистолет системы Стечкин. Если Лео будет бурчать, дай ему вот это. Эш попутно скомкала какой-то лист бумаги и закинула его в чёрное мусорное ведро, при этом промахнувшись. Солдат и Матвей успели заметить схематично нарисованное чудовище с крыльями и перечёркнутую двумя линиями руку со звёздочкой. Эшли досадливо шмыгнула носом и, сняв с полки оружие, протянула Матвею два пистолета, достаточно удобных и не слишком громоздких. Рукоятки пистолетов кто-то предусмотрительно обернул резиной. Эш нагнулась под стол, из-за чего край шорт отогнулся, открывая вид на её трусы, и вытащила пистолет, по виду больше похожий на бластер какого-нибудь космического фильма типа «Звёздных Войн». — Это что, «Нёрф»? — Матвей не поверил своим глазам. Перед ним действительно предстал пластиковый серо-оранжевый корпус детской игрушки. — Не совсем, — Эшли задорно подмигнула Солдату и торжественно вручила Багрову бластер. — Вот тут провод с электронным браслетом. Надеваешь его на руку, и он сам, как бы, вцепляется в тебя. Дальше, при нажатии на спусковой крючок, бластер генерирует электрический заряд, как бы забирая его у тебя. Короче, не парьтесь, Лео знает, что почём. И напомни ему, что он не только обязался пройти бета-тест, но ещё и написать подробный отчёт. Теперь ты, Рэмбо. Девчонка легко проскользнула между двумя парнями и в два шага оказалась у противоположной стены. Она задумчиво прикусила губу и сняла с полки автоматическую винтовку FN SCAR 17 — относительный новичок на рынке вооружения. Что ценили в Ультре — возможность подсоединения магазинов от АК и АКМ, плюсом шла и точность, превосходящая нежно любимую Джеком винтовку М16. Эшли взвесила FN на руке, что-то прикинула в уме и кинула её Солдату. Тот поймал винтовку на излёте. Матвей, внимательно наблюдавший за взаимодействием своей сестры и бывшего сержанта Барнса и нынешнего агента ГИДРЫ, подметил абсолютно незначительную деталь — они оба слишком спокойно реагировали друг на друга. Чересчур спокойно, так, что это было, по крайней мере, необычно. Матвей, даже мысленно, избегал слово «ненормально». — Так, плюс, ко всей этой шняге, — Эшли снова заскользила по полу. Она поковырялась в коробке с ремешками, кобурой и прочей шушерой, и выудила старый добрый автомат Калашникова, слегка покоцанный и с недостающим магазином. Эш гордо вручила АК Матвею. — А вот это для тебя — классика советского производства. Ну, в представлении эта детка не нуждается, пользуйся на здоровье. — Бля, Эш, а где магазин? — Матвей любовно провёл рукой по стволу автомата, погладил приклад. Он мурлыкнул от удовольствия. Зимний Солдат тем временем крутился так и сяк, с видом маленького ребёнка в магазине игрушек, разглядывая оружие, раскиданное по всему помещению. Будь у него чуть больше времени, он бы с удовольствие опробовал всё, что тут находится. Это Багров понял по поддёрнутым мечтательной дымкой глазам. А ещё, — Солдат размечтался настолько, что в чёрных штанах стало тесно, — можно было бы закинуть эту девчонку на стол, сорвать с неё штаны и заставить её стонать. Но, разумеется, знать об этом никому не нужно было. — Смотри-ка, а наш мальчик так и хочет захапать себе Калаш, — насмешливо раздался голос Эшли в голове Матвея. Она-то скорее всего догадывалась, что «мальчик» хочет поиграть не только с пушкой. — Отстань от него, у человека должно быть какое-то хобби, а то, бля, так и загнётся у себя в ГИДРЕ, — Багров не был уверен, почему Ультра ещё не переманила Солдата к себе, но раз Брок ничего не предпринимает, значит так и надо. — Пока я бегаю за формой, одень его поприличнее, пожалуйста. Эшли цокнула языком и перевела взгляд на Солдата. Пожалуй, у неё найдётся кое-что убойное для него, что способно защитить как минимум от двух пуль, выпущенных в упор.

***

Блядское попадалово! Матвей сидел на дереве и флегматично пытался понять, когда и что пошло не так. Испугаться он уже успел вначале, когда всё только начиналось, так что теперь бояться ему наскучило. Внизу прыгал енот-переросток и скрёбся неестественно острыми когтями об удачно попавшийся толстый ствол дерева. Пистолет системы Стечкина валялся в луже талого снега где-то в лесу. — Эй, чудик, ну-ка получи! — Матвей кое-как снял наплечную кобуру и, раскрутив её за ремешок, запульнул в енота. Он покачнулся, но усидел на удачно толстой ветке дерева. Полосатая треугольная мордочка одного из самых милых животных планеты скривилась так, что Матвей увидел полуметровые острые зубы. Сам енот только на какое-то время прекратил свои действия, потряс очаровательной маленькой головкой на несуразно большом и крепко сбитом теле и вернулся к своему занятию — достань и сожри человека. — Окей, план провалился. И какого, блядь, хуя я не пошёл в космонавты? — пробормотал Багров любимую фразу сестры и стратегически телепортировался, мысленно беря курс на месторасположение брата Лео. — Ну, ты молодец, каракума несчастная, — сквозь зубы прошипел Лео, уворачиваясь от удара когтистой лапы. Пара секунд задержки, и его отбросило назад. Матвей качнул головой, пружинисто подпрыгнул и с разворота залепил техничный маваши-гири по морде енота. А потом быстро отскочил и телепортнулся на ближайшее дерево. Лео последовал его примеру. Им нужна была передышка, за которую надо придумать, что делать дальше. Мутировавшие еноты в это же время стали вести себя очень странно, даже по меркам трахнутой на голову Ультры. Тот, с которым парни только что дрались, с двух лап встал на четыре, застыл изваянием около дерева и стал раскачиваться взад-вперёд. Потихоньку к нему подтянулись и остальные шестеро собратьев. Они все выглядели неестественно, так будто маленький ребёнок на накаченное тело мультяшной акулы из «Подводной братвы»*** приклеил крошечную голову рисованного енота из энциклопедии. Но двигались эти черти быстро, перебирая маленькими лапками. Когда все собрались, Матвей совершенно случайно углядел на полукруглом пушистом ухе красную пластиковую бирку с белыми буквами. Но вот что написано, видно не было. — Ебанный в рот, это ещё что за пляски нанайских народов? — возмутился Багров и почесал лоб, приподняв красную бандану. — Хер знает, — Лео деловито осматривал Стечкина, иногда проводя рукавом форменной мотоциклетной куртки по стволу. Недовольно цокнув языком, он со щелчком вставил обратно магазин и передёрнул затвор. Багров успел заметить блеснувшую кислотно-фиолетовую маркировку пули. — Ну, каракуц, пробуем наудачу? Он прицелился и выстрелил, слегка согнув руку в локте. Пуля с громким звуком вырвалась из пистолета и, задев по касательной одного из енотов, угодила в лоб его соседу. Матвей досчитал до двадцати и с лёгкой победной усмешкой отметил, как пуля сдетонировала внутри существа. Бац! Голова енота переростка резко стала выпуклой, шёрстка не успела дыбом встать, как маленькую головку животного разорвало. В разные стороны полетели куски мяса, и, кажется, Матвей не ручался за правильность догадки, ошмётки мозгов. — Клёво! А у тебя случайно больше нет? — с завистью спросил Багров. У него-то разрывных пуль не было. И пистолета не было. А автомат Калашникова так нежно им любимый болтался на спине, мешая нормально совершать манёвры. Магазин от АК предательски выпал в тот момент, когда один из енотов напал на Матвея сзади, полоснув острыми заточенными когтями по спине. По счастью куртка выдержала удар, хоть и слегка поцарапалась. И именно это, вместе с отменной реакцией, спасло ему жизнь. — Какого чёрта они творят? — спросил Лео, мрачно кивнув на существ внизу. Матвей посмотрел туда, куда ему указали. А среди деревьев, на маленьком пятачке только-только пробивающейся из-под земли травы высились шесть перекаченных стероидами енотов. С ветки Матвею было видно, как ближайшие к нему существа начали неуловимо меняться. Костяные трубки, на которых держалось некое подобие крыльев, каким-то образом начали удлиняться и уплотняться, кожистые перепонки в ответ на трансформацию растянулись, и стали проглядываться выпуклые ниточки вен. По крайней мере, Багров на это надеялся. Собственно, за энное количество времени в Ультре он уже не удивлялся ничему, но то, что милые животные враз из енотов превратились в нечто подобное, стало для него пиздецким сюрпризом. А Матвей ненавидел сюрпризы, если только их устраивал не он. Ему необходимо успеть. Мальчишки загибаются где-то там, в лесу, пока он торчит около этой суки профессорши с вываливающимися из красной кофты буферами. И вот же, вцепилась в него! Как будто он что-то понимает в научной чепухе, которую ему тут втирают. Какого хрена они так медленно идут по коридорам военной базы, когда пацаны там дерутся? Женщина с ярко накрашенными губами говорит что-то малопонятное полушёпотом, с придыханием. Она дышит на него ментоловыми леденцами и осторожно переплетает свои тонкие пальцы с его металлическими. Разворот, холодный предупреждающий оскал и быстрый шаг, с которого он срывается на бег. Хорошо развитое чутьё так и вопит, что пацаны в беде. Он продирается сквозь деревья, перепрыгивает через коряги, кочки и мелкий мусор, скользит на грязи, хорошо рифлёные ботинки тормозят. Ему бы только успеть. Всё-таки жалко будет потерять способных мальчишек, и Рамлоу просил приглядеть за ними. И та девчонка расстроится, если с парнями что-то случится. А расстраивать её отчего-то не хотелось. Матвей вынырнул из головы Зимнего Солдата так же резко, как и нырнул. Громкий звук отвлёк его. Багров посмотрел на соседнюю ветку, где по идее должен сидеть Лео. Но брата там не было. — Чел, берегись! — заорали снизу. Матвей, не думая, сиганул вниз. И вовремя. Там, где ещё секунду назад была голова Багрова в красной бандане, клацнули зубы летающего когтистого енота с очаровательной треугольной полосатой мордочкой. Еноты взлетели, тяжело хлопая кожистыми крыльями, в которых местами можно было разглядеть дырки, словно перепонки рвались и расходились. Один из переростков издал истошный крик, ему вторили все остальные, а глубоко в лесу отозвался звучным «Аууу» какой-то житель Белоомута, так не вовремя оказавшийся в лесу. Положение спас Солдат, совсем не по-геройски выбежав откуда-то сбоку. Он тормознул возле парней, нетерпеливо тряхнул головой, откинув мешающие волосы назад, и наставил на оскаленных енотов бластер. FN SCAR 17 болтался на спине на ремне, перекинутый через плечо. Правый рукав ультравской форменной куртки был порван и задран вверх, на запястье угрожающе сверкал алюминиевый браслет. От него отходил провод к бластеру в серо-оранжевом пластиковом корпусе. Солдат нажал на гашетку и выстрелил в существо, стоящее в центре. Ничего не произошло. Солдат разочаровано сплюнул и уже хотел закинуть бластер за спину, как из ствола вырвалось восемь десятков маленьких, размером не больше чем шарик в ручке, комков синих вспышек. В считанные секунды они достигли цели. Енот задёргался, захлопал крыльями и грузно упал на землю. Солдат не стал медлить, а сделал ещё шесть выстрелов. — Охуенчик! — Матвей восторженно подпрыгнул и исполнил несколько непонятных па, а потом резко упал. Сильно ободранные ноги дали о себе знать неприятным пощипыванием. — Они живы? — Лео предпочёл бы кучу мёртвых енотов и быть подальше от Зимнего Солдата. В этом Матвей его понимал — Солдат настораживал их своей почти рабской покорностью и тем, что он был чужаком. Плюс к этому, было непонятно, что этот парень имел на Эшли Старк. — Скорее всего, — безэмоционально отозвался Солдат, пытаясь нащупать какое-либо подобие пульса у существ. Пульс был, но крайне слабый, еноты находились на тонкой грани. Вдруг Солдата повело, он пошатнулся, согнулся и спазматически подался вперёд. Его несколько раз вырвало чем-то прозрачно-жёлтым, воздух вокруг мужчины стал кисловатым, отдающим не то тухлыми яйцами, не то грязными носками. Лео сразу кинулся к Солдату, пока Матвей бегал за водой. Солдат кашлял и тяжело дышал, время от времени сплёвывая тёплую горькую слюну. Он позволил Лео уложить себя на землю, хотя и недобро сверкал серо-голубыми глазами. — Чёрт, извини, чувак, предполагалось, что «Эл-00» ударит по мне, — почему-то виновато потупился Берг. Он оторвал кусок своей серой майки и вытер влажный лоб Солдату. — Что за хуйня? — спросил вернувшийся Матвей. Он держал две бутылки воды, одну из которых отдал Лео, а вторую открыл и вылил на голову Солдату. — Не хуйня, а откат, — важно пояснил Берг, помогая Солдату приподняться и придерживая бутылку. И хрен бы они так нянчились с Солдатом, если бы Лео не надо было узнать и доложить абсолютно всё о побочных эффектах. Берг вытащил из кармана небольшой целлофановый пакетик, веточкой подцепил вязкую желтоватую блевотину и засунул это дело в пакетик. А затем продолжил как не бывало. — Дело в том, что, чтобы выстрелить, «Эл-00» должен откуда-то черпать энергию. Он, через браслет и провод, забирает её у стрелка и выстреливает. К сожалению, Эшли и Сету ещё не удалось сделать процесс передачи менее болезненным. Солдат утомлённо откинулся обратно на землю, не заботясь о том, что вообще-то лежит на грязи, рядом с лужей собственной блевотины по одну сторону и большими мутировавшими енотами по другую. Мужчина кое-как снял с себя винтовку и передал её Матвею. Магазин был прилеплен от АК. Багров взял FN, провёл большим пальцем со сломанным ногтем по стволу, знакомясь с оружием. Он сделал два шага и выпустил в каждого енота по три патрона: голова, сердце и шейный позвонок. Вот теперь работа точно закончена. Багров собирался отправиться в Москву, навестить родителей и показать младшему братишке пару новых приёмов. Лео думал присоединиться к брату, потому что маленького Мишу Багрова любили все в Ультре. А Зимний Солдат пытался сочинить отчёт о проведённой работе.

***

Матвей стоял на открытом балконе в отцовской телогрейке и курил, наблюдая за тем, как заходит солнце. Красная бандана, с которой он не расставался, сползала на лоб, из-за чего Матвею приходилось её всё время поправлять. Завязать узел посильнее парню было лень. Красный диск солнца окончательно потемнел и сменился полукругом луны. — О чём задумался, боец? — Николай Багров отобрал у сына сигарету, сделал глубокую затяжку и выдохнул дым колечком. — Не знаю, — Матвей задумчиво покусал губу и внезапно широко улыбнулся, от чего выражение его лица стало хитрым, словно он замышлял какую-то гадость. — Знаешь, круче енотов-мутантов может быть только работа бок о бок с самим Зимним Солдатом. Кстати, мировой он мужик, Солдат этот. — Не слишком сильно радуйся, — мрачно остудил пыл Матвея Николай. — Зимний Солдат опасен тем, что тихоня. Вот он сидит себе, выполняет всякие приказы, задания, пнём прикидывается, а потом — раз и взорвал царя. И не делай вид, что не понял. — Тогда почему Брок ничего не делает? Иметь Солдата же выгоднее в союзниках. Николай Степаныч задумался. Брок Рамлоу был кем угодно, только не дураком. И раз он не вытаскивает Солдата из ГИДРЫ, но в тоже время привлекает его к оперативной работе, значит, есть причина. — Скорее всего, Рамлоу будет постепенно вводить его в курс дела, типа подготавливая Солдата к работе с вами. Не знаю, — наконец Николай пожал плечами. — Собственно, пусть Баки Барнс или Зимний Солдат болтается рядом, так хоть если что он сможет вас страхануть. И что-то мне подсказывает, что это только начало вашей работы. Матвей кивнул головой. Он тоже думал об этом. И пришёл к выводу, что с Солдатом чуть спокойней. К тому же у такого профессионала можно кое-чему поучиться. Кто знает, может они настолько скорешатся, что Солдат станет такой же неотъемлемой частью Ультры, как Джек Роллинз или Брок Рамлоу. — Лучше расскажи об этих своих енотах. Откуда они появились? Интересно же, — Николай Степаныч знал как отвлечь сына от тяжёлых мыслей. А про енотов и вправду было интересно. — О, это очень смешная история, — Матвей оживился, скинул гнетущее оцепенение, охватившее его минуту назад, и бодро затрахтел. — Ребята из научно-исследовательского института изобрели новое вещество, которое, по идее должно было стать лекарством не то от рака, не то от СПИДА, но тестировали они его на военной базе около Белоомута, кстати, надо присмотреться. Местечко там вот такое. Матвей на секунду прервался, мечтательно жмурясь и уже воображая, как он возьмёт Камалу подмышку и отправится собирать грибы. А потом они пойдут на пляж и проведут пару жарких ночей в палатке на берегу реки. И там будет вся банда и шашлыки и громкая музыка, пиво и солнце, много солнца. — Так вот, тестировали они вначале на мышах, результат положительный. Потом решили взять контрольный образец покрупнее, выбрали енотов. Ну, тут-то проблемы и начались. Какой-то лаборант спутал образцы, в уже готовое вещество добавил что-то ещё: в соседней лаборатории что-то облучали. Короче, — тут Багров трагически понизил голос до шёпота, — произошёл тотальный пиздец — еноты вышли из-под контроля, и вот такая херь. Но если хочешь знать моё мнение, Броку просто захотелось проверить, как мы будем взаимодействовать с Солдатом. И это было резонно. Николай даже спорить не стал, а лишь ещё раз затянулся почти что дошедшей до фильтра сигаретой. К гадалке ходить не надо: Рамлоу химичит с составами группы, перетасовывает ребят как колоды карт. Тренирует? Или готовит к чему-то посложнее? И вдруг до Николая Багрова всё дошло. Расклад стал ясен как божий день, стоило лишь вспомнить последние слухи. ГИДРА готовила кое-что мощное и убойное. С вероятностью девяносто девять и девять десятых процента в буче будет замешен Зимний Солдат. И вот на этом Рамлоу и играет. Его задача заставить Солдата доверять ему, Броку, полностью. Матвей и Лео талантливые, подающие большие надежды снайперы. Со стороны руководства Ультры это умный ход — столкнуть профессионала с толковыми ребятами, готовыми впитывать новые знания как губка. А то, что парни вынесли пару уроков из заварушки с енотами, это проверенный факт. Их так воспитали. Николай Степаныч хлопнул сына по плечу, по-хозяйски поправил прислонённый к стенке балкона зелёный снегокат и через старую, ещё советских времён, деревянную балконную дверь прошёл в комнату, где жужжал телевизор и его жена прикрикивала на Мишку, младшего брата Матвея. Скорее всего, теперь Брок Рамлоу будет приставлять Солдата к каждой группе. С таким усилением шансы на успешный исход любого задания увеличиваются.