Пропащие ребята

      Майское солнце неприятно било по глазам, заставляя Эшли Старк щуриться. Удерживать равновесие с каждой секундой становилось всё сложнее. Ужасно мешал и песок, больно впивающийся в ладони. Эшли хитрила, незаметно меняя ведущую руку, но помогало не сильно. Мокрые от пота волосы прилипали ко лбу, особенно настырные пряди лезли в глаза. Старк казалось, что вот сейчас она просто пошатнётся от усталости. Осталось ещё чуть-чуть. Правая рука подвернулась и… Бах! Эшли позорно шлёпнулась на песчаное покрытие детской площадки, каким-то чудом не свернув себе шею. Потёрла жопку, обтянутую тренировочными шортами, тихо поохала и прыжком встала на ноги, тут же скривившись от боли. Утяжелители на запястьях жёстко натирали кожу, уставшие руки ныли, вспотевшая голова чесалась, а ноги превратились в один сплошной горящий кусок плоти; синяки, разбросанные по всему телу, дополняли картину «раненый солдат на поле боя». Эшли чувствовала себя сейчас одним оголённым нервом и материла всё, что попадалось ей на глаза. Кроме тёплого ветерка, слегка пощипывающего, но приятно холодившего кожу. — Да, пошло всё к ебеням! — зло бросила Эшли и захромала к деревянной скамейке, дёргая спортивную майку. Только произнесла она это едва слышно, почти про себя. Барнсу — а за две недели он незаметно из Зимнего Солдата превратился в Барнса — не скажешь, что устала, что больно, отмазка «я же девочка» с ним тоже не прокатывает. И уж тем более Барнс даже не посмотрит, что они вечерами вообще-то неплохо общаются. Назвался агентом спецподразделения, изволь соответствовать: вкалывать как подорванный, терпеть боль и не жалеть себя. Попытки сжульничать, срезать километраж на тренировках, халявить или «заболеть» жёстко наказывались. — Да хорош, а? Пять минут и вперёд, — стоило Эш поднять глаза, как перед ней скалой вырос Барнс. Массивный, высокий, весь твёрдый и холодный как камень. Он не сказал ни слова, но по небрежному жесту девчонке стало понятно: лишних два круга на завершающей тренировку пробежке ей не избежать. Эшли плюнула на правило «сразу после интенсивной нагрузки не садиться» и беззаботно чертила носками кроссовок какие-то линии на песке. Краснота на лице и шее постепенно сходила, ноги уже не так горели, утяжелители не казались чем-то лишним. Эш почувствовала себя лучше. Она покрутила руками, с наслаждением потянулась. Тренировка ещё не закончилась, да и Барнс не терпел жалобного «может, хватит на сегодня». Серые глаза грозно сверкали. Его неудовольствие вынужденым перерывом физически действовало на нервы, давило. Эш тяжело вздохнула и шагнула вперёд. Кроссовки мягко утонули в песке. Перед глазами резко потемнело, голова закружилась. Эшли попыталась сделать шаг, но пошатнулась и упала бы, если бы не сильные руки, подхватившие её. Солдат оказался рядом очень вовремя, мягко усаживая девчонку на песок. Или не вовремя. Эш согнулась пополам, голова взорвалась пульсирующей болью. Её несколько раз вырвало. Барнс поддерживал девушку, но попыток помочь не предпринимал. Через несколько минут Эшли стало легче. Она неуверенно поднялась с колен, сглотнула кисловато-горькую слюну и кивнула настороженному Барнсу — можно идти. Они успели дойти до металлической ограды площадки, как Эш снова повело. Глаза закрылись, и последнее, что почувствовала Старк, перед тем как окончательно потерять сознание, — её закинули на плечо и понесли, не особо заботясь о комфорте. Она сидела за стойкой какого-то придорожного бара, ела картошку, периодически макая её в кетчуп, и запивала её пивом. К ней несколько раз подсаживались полупьяные мачо в залихватских шляпах. Они цыкали языками, стреляли глазами и клали лапищи ей на колени. Хватало их примерно на пять минут, потому что потом Эшли театрально закатывала глаза, дула пузыри из слюней и замогильным голосом начинала вещать о конце света и трёх его предвестниках: Инстаграме, Саше Грей и взлетевших цен на бензин. Мачо тут же крутили пальцами у виска и отсаживались от неё. Бармен за стойкой понимающе усмехался и с интересом наблюдал за представлением, но ничего не говорил. А всё так хорошо начиналось. Треклятая Гидра, чтоб у них там у всех яйца отсохли! Эш рассчитывала по-быстрому закончить это задание: подключиться к компьютерам этой сраной организации, чтобы удалённо наблюдать за всеми действиями нациков. Проблема в том, что нужен был физический доступ к железу. И Старк влезла на одну из баз, вскрыла чёртову металлическую коробку, но не учла одного — голосовой интерфейс сигнализации, реагирующий на «чужой» звук. Похоже, ей не стоило ругаться. Правда, Эшли, как человек увлекающийся, проморгала момент, когда в диспетчерскую вломились агенты Гидры. Пресловутое «ещё пару секунд», и Эш получила пулю в плечо. Хорошо, вовремя успела телепортироваться, мысленно поймав образ более или менее безопасного места, где можно перевести дух. Да только Эшли совсем забыла, что дорогие родственники давно вычеркнули её из семьи. И когда она буквально упала на праздничный стол, заляпав белоснежное платье матери и розовую накрахмаленную рубашку нового отчима, на неё накинулись с криками и обвинениями во всех смертных грехах. Отношения Эшли и её матери всегда оставляли желать лучшего, но в этот раз Кэндис превзошла себя: она отреклась от дочери, обвинив Эшли в своей испорченной жизни. Это стало последней каплей. Под конец Эшли не выдержала. Она непроизвольно подняла в воздух графин с вином и запульнула его в нарисованный портрет семейки Стерлингов, где были все, кроме неё. После этого исчезла в яркой синей вспышке. Последнее, что Эшли отчётливо запомнила, как переместилась в нескольких метрах от спокойной глади моря. Через секунду она смачно плюхнулась в прохладную воду. Следующие десять дней она провела в нескончаемом пьяном угаре, меняя бары и мотели. Пару раз ребята из Ультры пытались до неё достучаться, но без толку. Получилось это только у грёбанного Зимнего Солдата, который просто взял её за шкиряк и вытащил из очередной тошниловки. Пробуждение было на удивление лёгким и спокойным. Никаких пинков под зад, сталкиваний с кровати, холодной воды за шиворот и громких звуков клаксона над ухом. За последние две недели Барнс выдёргивал её из сна изощрённо, по-садистски грубо и безжалостно. Эшли даже на секунду показалось, что никакой Зимний в её жизни и не появлялся, а она снова лежит в лофте под кайфом, пока очередной парень на одну ночь собирает свои шмотки. Эш откинула колючий плед и села. Тихо, слишком тихо для лофта. Так непривычно. Старк потёрла глаза рукой, почесала шею и, наконец, смогла осмысленно оглядеть комнату. Просторную гостиную мягко освещал торшер, стоящий между диваном и креслом, на котором развалился Баки Барнс. Блеск лампы отсвечивал в экране плазменного телевизора, встроенного в кирпичную стену лофта. Эш забавы ради скорчила пару рожиц своему отражению, размяла шею, попыталась языком достать до носа. Со стороны кресла послышался едва уловимый смешок, скрипнул подлокотник. Эшли резво вскочила с дивана, сделала шаг вперёд и упёрлась в закинутые на светло-коричневый журнальный столик ноги в чёрных штанах. Барнс, наконец, оторвался от книги, которую читал до этого, и вопросительно поднял бровь. Вся его поза, — вальяжная, полурасслабленная, спокойная, — говорила, что ему комфортно. Учитывая шизанутую историю Солдата, Эшли сочла это прогрессом. — Так и будем молчать? — хрипло спросила Эш, скрещивая руки на груди. Она смотрела на Барнса сверху вниз, но всё равно чувствовала себя ужасно неловко и пыталась скрыть это за внешней агрессией. Мужчина ничего не ответил. Он медленно, с наслаждением, потянулся, не прерывая зрительного контакта, свесил ноги со стола и встал. Эшли тут же оказалась в невыигрышном положении. Так происходило всегда, когда они стояли друг напротив друга. На голову выше её, Барнс был шире, сильнее, мощнее. В сочетании с вечно хмурой рожей и угрожающей позой он ощутимо подавлял, тревожил, заставлял шевелиться. Отчасти именно поэтому, он так положительно влиял на окончательно распоясавшуюся Эшли, недавно ушедшую в запой. — Голова не кружится? — участливо спросил Барнс. Готовая к чему угодно от ругани до «за шкиряк и на улицу», Эшли от удивления мотнула головой вместо того, чтобы ответить что-нибудь колкое. Грубоватый тон не соответствовал его мирному и даже какому-то дружелюбному виду. Серые тренировочные штаны, удобная футболка с дурацким рисунком Бендера из «Футурамы», синие носки с тремя символичными полосками, расслабленная поза, всклокоченные волосы — Барнс сейчас мало походил на то того цепного пёсика, которого с таким рвением выращивала Гидра. Книгу мужчина аккуратно положил на столик между раскрытой папкой с чёрно-белой фотографией Джеймса «Баки» Барнса и обрывком разлинованного листа с инструкциями. Эшли, настороженно следившая за каждым движением Солдата, сразу узнала мелкий каллиграфический почерк Камалы. На папке, закрывая нижнюю часть фотографии, стояла покорёженная алюминиевая банка, набитая бычками, пеплом и мелким мусором. — Так, что сказала Кам? — спросила Эш, пальцем показывая на бумажку. — Переутомление, — Барнс совсем по-детски шмыгнул носом и щелчком отправил тлеющий окурок, до этого мирно лежащий на краю банки, в кучу своих собратьев. Переутомление, значит. Эшли кивнула, принимая информацию к сведению. Да, вполне возможно, учитывая сумасшедший ритм жизни в последнее время. Сначала она разругалась с матерью и родственниками, потом ушла в долгий запой, мешая лёгкие наркотики с выпивкой, и, наконец, завершила долбанутый месяц жёсткими тренировками по армейскому стандарту. Ничего удивительного, что организм сдал. Гораздо интереснее, почему этого не произошло раньше. Пока Эшли прибывала в своих мыслях, Солдат решительно сократил расстояние между ними, и теперь они стояли почти вплотную. Со стороны это выглядело довольно нелепо из-за существенной разницы в росте. В полумраке комнаты всё сливалось, так что из двух людей получилось одно косматое чудовище с четырьмя руками и ногами. — Эээ… ты чего? — Эш настороженно выставила руки вперёд, как будто отгораживаясь от Барнса. Его слишком вальяжный и в то же время непривычно обеспокоенный вид нервировал. Глаза Солдата лихорадочно блестели в неярком свете торшера. В расширенных зрачках было что-то странное, дикое. Чудесатый день становился ещё чудесатее. И если бы они были бы героями сопливого кино, Эшли точно сказала бы, что сейчас они постоят минуту, а потом сольются в поцелуе. Но они не в дурацкой мелодраме, и перед ней не Эдвард Каллен и не Джек Доусон, а Зимний, мать его, Солдат. И тут сам собой возникал ещё один вариант — она окончательно допекла Барнса, и он решил её убить. Тем более за последние две недели Барнс бесчисленное количество раз грозился её задушить, пристрелить, зарезать и всячески умертвить. Некстати вспомнился вчерашний инцидент с канцелярской кнопкой на стуле, пердящей подушкой на диване и отключением горячей воды в душе. Эшли отступила на шаг, подняла указательный палец и открыла рот, намереваясь произнести последние слова. В голову пришла очень необычная мысль о том, что она забыла обновить завещание. Эшли обожала придумывать и добавлять в него новые пункты. В этом было что-то солидное. — Эй вы, двое, шмотки в руки и бегом вниз! Барнс среагировал почти моментально. Книга, секунду назад лежащая на столике, пролетела несколько метров, прежде чем попасть прямо в руки к Броку Рамлоу. Тот, криво усмехаясь и придерживая толстую амбарную дверь, стоял на пороге. Судя по форменной одежде и пристёгнутой к бедру кобуре с торчащей рукояткой пистолета, пришёл он по работе. — «2001: Космическая одиссея», — насмешливо прочитал Брок. Он внимательно оглядел парочку и хмыкнул. Для него всё было ясно. — Мило. А теперь бегом за шмотками и вниз. У нас полно работы. Гидра раньше срока запустила «Озарение». Им нужен Солдат. А мне нужен инженер. Чего стоим, бегом! Только Брок Рамлоу мог себе позволить так разговаривать с Солдатом. Эшли даже позавидовала, её-то Барнс ни во что не ставил, а тут вон как лихо подорвался. Словно бы очнулся, движения из медленно-неловких стали чёткими, быстрыми, во взгляде появилось что-то более-менее осмысленное. Исчезло то дикое нечто, что несколько минут назад двигало им. Барнс прошёл мимо Эш, задев её плечом. Не сильно, но ощутимо. В движении не было ничего обидного, скорее обещающее, вроде как: ещё не договорили. Эшли подвигала бровями, прищёлкнула пальцами и пошла одеваться. Их никто не ограничивал в выборе оружия и экипировки для заданий, но форма была обязательна. Правда, чего уж там, форма всем нравилась: удобная, практичная, тёплая, не сковывающая движения, специально защищённая на локтях и коленях, к тому же стильная. Собраться меньше чем за пять минут — выполнено. Эшли быстро побросала кое-какую мелочь в рюкзак и закинула его на плечо. Барнс уже стоял рядом с Броком, привычно холодный, собранный. В руке полупустая спортивная сумка. Гидра снабжала его по минимуму: тактический костюм, одна пара джинсов, дешёвая синтетическая майка и чёрная толстовка. Все остальные шмотки его одалживал Страйк, давно привыкший к всеобщему разгильдяйскому коллективизму. Тяжёлую амбарную дверь закрывал Брок. Он дождался механического писка, а потом на специальную петлю повесил массивный замок, украшенный издевательским жёлтым смайликом. Эшли, склонная ко всякого рода дурости, нарочно дразнила соседей, вывешивая всякие плакаты, замки и таблички на дверь. Удивлению соседских домушников не было предела, когда замок снимался, а дверь не открывалась. — А может лучше я, хоп, и оказалась на базе, а? — страдальчески протянула Эшли, стоило всей компании оказаться на улице. Лёгкая серость очень раннего утра постепенно уступала место тёплым краскам дня. Эш вскользь подумала, что нехило так она поспала. Почти двенадцать часов. — В машину, — «лентяйских» телепортаций Рамлоу не уважал. С его точки зрения, частые перемещения без сильной необходимости только расхолаживали. Эшли хотела усесться на переднее сидение массивного Хаммера, но холодная металлическая рука, ненавязчиво лёгшая на плечо, отправила её назад. С глубокомысленным «ну ладно» девчонка запрыгнула в машину, кинула рюкзак на пол и развалилась на кресле. Брок завёл мотор, и Хаммер покатил по блёклым улицам утреннего Нью-Йорка. Рамлоу вёл плавно, размеренно, без скачков из ряда в ряд. Находящийся в предбоевом расслабоне Брок наслаждался поездкой, позволяя чуть тёплому ветру сквозь приоткрытое окно трепать волосы. Барнс вёл себя тихо, отстранено. Он молча глазел по сторонам и о чём-то серьёзно размышлял. За две недели Эшли много чего о нём передумала, поэтому, чтобы забить чем-то время, стала сравнивать машины и их хозяев. У неё была теория, что каждый выбирает себе тачку максимально похожую на него самого. Вот Хаммер, к примеру, подходил Броку на сто процентов. Массивная, надёжная машина, такая же прямолинейная и упрямая как Брок. Широкая, вместительная и абсолютно необидчивая, даже когда десять безбашенных троглодитов перетасовываются по салону, играя в пятнашки. Отец Эшли предпочитал другие машины: лёгкие, быстрые, с интеллектуальной начинкой, не громоздкие с минимумом пассажирских мест, только для самых близких. Тони всё ещё жил по правилу «живи быстро, умри молодым» и иногда казалось, что по развитию он сам недалеко ушёл от Эшли. Джек катался на стареньких пикапах: простоватых, но надёжных, уверенных в своей прочности. А вот у Джадикаи аккуратный чёрный Форд Мондео: плавный, представительского класса, строгий, брутально-элегантный, с хитринкой, идеальное сочетание качества, удобства и стиля… Барнс сидел на стуле и чистил пистолет, закинув одну ногу в тяжёлом ботинке Эшли на спину. Одновременно с чисткой оружия, он умудрялся следить за девчонкой и считать её отжимания. Часто случалось так, что Эшли недожимала, тогда Барнс легонько дёргал ногой, и ей приходилось опускаться ещё ниже, касаясь всем телом пола. Маленькие комочки грязи, отрываясь от ботинка, неприятно катались у неё по спине. Ещё чуть-чуть. До установленной Барнсом отметки «пятьдесят» ещё два подхода по три. Этому научил её всё тот же Барнс, у которого жизненный опыт был побольше. И кто сказал, что эта глыба мышц может только убивать? Вон, сидит, нагло скалится, ещё и насмехается над ней. Нет, вообще-то Эш понимала, почему именно Барнса приставили к ней. Брок сейчас нужен в другом месте, а больше ни у кого не хватило бы сил с ней справиться. Барнс идеальный надзиратель: спокойный, равнодушный, сильный. Такой и двинуть, в случае чего, может. Как раз то, что ей нужно. — Чёрт! Да хватит уже! — Барнс даже не дёрнулся. — Ну, ладно, чёрт возьми, ладно! Ещё один. Вот теперь он придирчиво окинул взглядом пистолет, зачем-то подышал на него, и только потом скинул ногу. С громким «пфф», Эшли перевернулась на спину и бухнулась на пол, тяжело дыша. Она отцепила «краба» и взъерошила тёмные волосы, рассыпавшиеся по полу. Ну и что, что пол грязный? Голову всегда можно помыть. Барнс неодобрительно цокнул, но промолчал. Он вообще всегда молчал, что первое время сбивало Эшли, привыкшую к постоянному шуму, с толку. Тишина больно била по ушам, зато давала возможность сосредоточиться. И если вначале Баки Барнс и казался стереотипным качком с эмоциональным диапазоном инфузории туфельки, то после неполных двух недель вместе, Эшли резко поменяла своё мнение. — Эй, громила, как насчёт фильма? — спросила Эш, чтобы что-то спросить. Она бросила короткий взгляд на Барнса, и ей не понравилось выражение его лица. Эшли ненавидела это его состояние отрешённости и безразличия, словно тело — оболочка, а он сам где-то не здесь, и там ему лучше и… Она понятие не имела, как это выразить словами, как передать это странное ощущение, но интуитивно понимала, то, что происходит — плохо. Эш не придумала ничего лучше, чем приподняться и толкнуть мужчину в бок. Разумеется, Барнс перехватил ногу до того, как она его коснулась. Задумчиво провёл бионическим пальцем по белой полоске на кроссовке и резко дёрнул на себя. — И зачем? — с интересом спросил он. Эш удовлетворённо опустила голову на пол. Раньше бы он уже давно применил какой-нибудь приёмчик, а сейчас вот, уже нормально реагирует на тычки. Опытным путём Эшли установила, что по какой-то причине из сомнамбулического транса Барнса выводит именно «шоковый тактильный контакт» — резкий удар, неожиданное прикосновение к незащищённым местам, касание с возможным сексуальным подтекстом. Контакт. — Эй, доморощенный Эйнштейн, выметайся, тебе сюда, — Брок потряс Эшли за плечо. Оказалось, они успели приехать на базу и даже проскочить главные ворота. Эшли вывалилась на бетонную парковку около главного корпуса и бодро зашагала внутрь. Она мельком оглянулась назад и заметила Барнса, внимательно провожающего её взглядом. Рюкзак, спущенный куда-то до уровня задницы, бился по ноге, но дискомфорта не доставлял. Наоборот Эшли чувствовала себя этаким трудным подростком из американского кино. Не хватало только крутой музыки на фоне. Около автомата с шоколадками стоял Роджер и бил кулаком по металлическому корпусу. Понятно, автомат опять заглючил. Левую ногу чуть ниже колена обвивал плотный эластичный бинт. Под шумок лелеемая борода грозилась разрастись и перейти в неаккуратный куст. Эшли коварно улыбнулась. Она точно знала, кто теперь будет добрым старичком в красном колпаке на Новый год. — О, Зена! — приветливо улыбнулся Родж, нагибаясь за выпавшей шоколадкой. Вместе с ней он вытащил и пачку M&M`s, которую тут же перекинул девчонке. — Держи презент. Тебя там твой Шпунтик ждёт. — А с тобой-то что? — Эш показала на обмотанную ногу. Месяц назад, когда она его в последний раз видела, всё было в порядке. — Да, так, связки потянул. Меня вот теперь не выпускают, — ощущалась, что Роджер совсем не расстроен по этому поводу. Аж сияет, гад такой. — Бегом, Винтик, там работа уже вовсю кипит. Оп, оп! Эш закатила глаза и неспешно двинулась вглубь командного центра. Поворот налево, коридор, ещё два поворота направо, лестница вниз, бам — она на месте. Створки металлических дверей, обшитых карбоном, отъехали, и Эшли резко погрузилась в мир компьютеров, различных девайсов и наработок ещё несозданных гаджетов. В помещении пахло новой техникой, подгоревшей проводкой, сваркой и пиццей. Тоскливые серые стены украшали плакаты научно-фантастических фильмов, схемы и чертежи, хулиганские речёвки и стикеры со списками дел. Столы с компьютерами расположились вдоль стен, отделённые лишь тонкими пластиковыми перегородками. Центр комнаты занимали уютный диванчик, который при случае можно было разложить, и сделанный из куска фанеры и трёх брёвен столик. На большом, главном, экране была выведена старая фотка Арнима Золы, подпись-лозунг «Останови или умри» и какая-то статья, которую Эш поленилась прочесть. По комнате от компьютера к компьютеру шастала толпа парней, среди которых затесались три девушки и Тони Старк. С первого взгляда никогда не скажешь, что эта разношёрстая компания — одни из лучших международных хакеров. Одетые неприметно, в удобные джинсы, широкие футболки и практичные кроссовки люди походили на студентов технического колледжа. — Больше напоминает сборище сумасшедших гиков, — понимающе прошептали ей на ухо. Эшли в момент развернулась в замахе. Удар звучно просвистел, но в цель не попал. Тони, отлично зная повадки дочери, успел отойти на безопасное расстояние. С их последней встречи отец посвежел, подстригся и выглядел отдохнувшим. В карих глазах плескалось веселье, помноженное на природное любопытство и прибавленное к специфическому, старковскому, безумию. Встопорщенные волосы и обворожительная почти мальчишеская улыбка придавали её отцу ещё больше шарма. — Ну, добро пожаловать в «Теорию Большого Взрыва», — усмехнулась Эшли, слегка поёжившись. Иногда она чувствовала себя неуютно в компании гения, миллиардера и далее по списку. Иногда казалась себе очень маленькой и незначительной по сравнению с ним. — И чего меня дёрнули? — Арним Зола — нацистский гений, талантливый учёный, мерзкая крыса и просто не очень хороший человек, — Тони махнул рукой. — Важно другое. Он перенёс своё сознание в компьютер. Тело гниёт в могиле, а мозг ничего, функционирует. — Типа, как Хнум? — Эшли быстро уловила суть, но ещё не до конца поняла проблему. — Не совсем, — Тони задумчиво проводил взглядом одну из трёх работающих здесь девушек — известную в компьютерной среде Аюми. За ней числилось миленькое истинно женское хобби: каждого третьего числа каждого месяца взламывать то ФБР, то ЦРУ. Что примечательно, в жизни это была скромная японская студентка, носившая брекеты. — Хнум не просто какой-то андроид, он на половину реальный человек. Киборг. Мозг, часть внутренних органов, сосудов и капилляров биологические, его собственные. Бионические части лишь поддержка жизнеобеспечения… — Зола кардинально отличается от Хнума, — Эшли оказалась в объятьях Сета Райана, её брата по разуму. Частенько их действительно принимали за кровных родственников: черноволосые и кареглазые, обладающие похожими чертами лица, чем-то неуловимо смахивающие друг на друга. — Он просто-напросто перенёс своё сознание в компьютер. По сути, он сейчас не более чем компьютерная программа. — Вирус, — важно уточнил Тони, недовольный тем, что его перебили. Как истинный гений, он ревностно относился к подлым конкурентам, посягающим на его право разбираться во всём. — Который можно хакнуть, — Эшли знала, что её братец сейчас улыбается и строит в своей кудрявой головке коварные планы. О, Сет готов биться в экстазе. Даже оргазм сейчас принёс бы ему меньше удовольствия, чем это дельце. Вызов. Вызов лично для него и его профессиональных качеств. Тони закатал рукава тёмно-синего пиджака и повёл Эшли вглубь помещения, к столу Сета, где примостился ноутбук с эмблемой Старка. Восторженный парнишка крутился юлой и взъерошивал и без того встрёпанные волосы. Видок у него был ещё тот — весь возбуждённый, встопорщенный, небрежный. Сет редко когда обращал внимание на свою одежду, но тут он превзошёл сам себя: на футболке пятно от пиццы, разодранная штанина на коленке, развязанные шнурки кедов и нарисованные на запястье крестики, напоминающие ему о чём-то. — Так, а в чём проблема? Судя вот по этому, — Эшли махнула куда-то назад, в сторону прибитой к стене пробковой доске, на которую кто-то прицепил краткий пересказ биографии Арнима, — наш товарищ один из перевоспитавшихся, помогал ЩИТу. Ну, было у него тёмное прошлое. Так, в Ультре за каждым втором числится такое… — А Зола и не прекращал работать на Гидру. Он переметнулся в ЩИТ, чтобы тайно распространять идеи нацистов. А дальше тяжелая болезнь и хорошо обдуманное безумное решение продолжить своё дело уже в цифровом формате, — Тони щёлкнул мышкой на текстовый файл и прокрутил до последней картинки. В его голосе то и дело проскальзывали ноты восхищения. Видимо, сама идея Золы ему нравилась. — Я начал подозревать кое-что пару месяцев назад. Романова жаловалась на непонятные задания, Бартон как-то проболтался, что обстановка в организации стала неспокойной, Роджерс, кажется, тоже что-то подозревал, Фьюри ходит мрачнее, чем обычно. Допустим, конечно, у старичка проблемы с внезапными отпрысками… Эшли закатила глаза. Её отец мог часами обсуждать эту тему. С конкретными примерами и драматичным заламыванием рук. Куда больше её интересовал Арним Зола — низенький дядька с ранней проплешиной, круглый как мячик, с животом и в очках, чем-то похожий одновременно и на моржа, и на птичку из игры Angry Birds. Напыщенно важный, с отутюженными брюками и в неизменном галстуке Арним не выглядел враждебно, скорее смешно. Такие любят выступать на всяких конференциях криптозоологов и уфологов. Ничего примечательного, кроме нездорового блеска в глазах. — Эш! — Сет помахал рукой перед лицом Эшли. — Что будем делать с ним? — У нас есть на него разнарядка? — Ну, разумеется, — и Сет так маньячно улыбнулся, что стоящего рядом Тони Старка передёрнуло. — Какие предложения, маэстро? Теперь уже не только Сет смотрел на Тони, но и Эшли. Сейчас последнее слово за ним. С недавних пор в вопросах кибербезопасности и инженерии Рамлоу и Джадикая уступали первенство Тони Старку, со скрипом, но признавая его превосходство в этих областях. Так что сейчас от него ждали решения. Ждали покорно, с полной готовностью исполнять всё, что он скажет. Где-то на заднем плане толпа лучших молодых хакеров вычисляли «место проживания» Золы. Эшли смотрела на отца в упор и видела, как трудно даётся ему это решение. Вон, даже на нахмуренном лбу появилась упрямая складка. Он просчитывал все варианты, сравнивал все плюсы и минусы каждого, пытался найти тот путь решения проблемы, при котором все риски свелись бы к минимуму. Морально это было трудно. Сама Эшли навскидку могла предложить два варианта. Первое — запереть Арнима в изолированном виртуальном пространстве. Второе — обратно переместить его в человеческое тело, а потом уничтожить. И там, и там необходим был физический доступ к железу. Видимо, Тони пришёл к тем же выводам, потому что устало провёл ладонью по лицу и кивнул каким-то своим мыслям. Где-то сзади закипел электрический чайник. — Два варианта наиболее эффективны. Первый доступнее, но в перспективе могут возникнуть большие неприятности. Переносим объект в карантин и запираем его там, по принципу антивируса. Над вторым придётся попотеть, но если мы справились с Хнумом, то и тут должны. Перенести цифровое сознание в реальное тело и уничтожить. — Чёрт, заманчиво, — покачал головой Сет. Он запрыгнул на стол и, чтобы занять чем-то руки, принялся щёлкать ручкой, которую достал из заднего кармана джинсов. Дурацкая привычка, которая раздражала Эшли, потому что мешала нормально думать. — Пойдём по критическому пути или по пути наименьшего сопротивления? У них не так много времени, чтобы запереть сознание Арнима в специальном виртуальном пространстве. К тому же всегда есть шанс, что он вырвется из плена. Всё-таки Арним Зола не совсем человек. Да чего уж там. Не человек, цифровая программа, из единичек и ноликов. С компьютерными вирусами всегда такая фигня. К тому же существует большой шанс, что плохой мальчик Арнима создал резервную копию. Они не могли так рисковать. В конце концов, СовБез именно потому так и доверял институту Ультре, что работу тут выполняли быстро, качественно и без лишних свидетелей. — Эй, босс, — к Сету подошла вторая талантливая девушка-хакер. Эми Дженкинс — блондинка восемнадцати лет от роду с шикарными формами и отлично поставленным хуком слева. В Ультру её взяли при попытке дистанционно запустить ядерную боеголовку в открывшийся портал читаури. Девчонке тогда грозило пожизненное, но Тони и Джадикая забрали её и взяли под крыло Ультры. Бывшая в своей школе изгоем, почти не имевшая друзей, зато становившаяся объектом частых сексуальных приставаний, Эми быстро прижилась среди ультравских гиков, получая кайф от абсолютно бешеной энергетики этого места. Эшли она нравилась, — нам удалось приблизительно вычислить местоположения Золы. Только там ничего нет, пустырь какой-то, заброшенный военный лагерь и лес. — Спасибо, Эм, — сказал Сет. О, он был доволен, как ребёнок получивший новую машинку. — Нальёшь кофе? Спасибо, милая! — Ой, смотри, как бы Рейчел не узнала, — хмыкнула Эшли, провожая девушку взглядом. — Пап, а если у нас случайно завалялось чьё-то тело двухнедельной давности, можем ли мы его использовать? Или нужна свежая туша? — Знать не хочу, откуда тело, но можно попробовать, — Тони принялся машинально расхаживать туда-сюда. Эшли подумал, что для большего эффекта ему не хватает только круглых очков и белого халата, который бы красиво развевался. — Нет, стоп! Мозг уже умер. Существует, правда, вероятность того, что кое-какие нейронные связи всё ещё остались, но лучше свежий труп. Мужчина, желательно средних лет и без повреждений мозга, сердца и других важных органов. Не будем рисковать. Но и тут не всё так гладко. Ай, да что там! Может, вообще ничего не получиться! Это область плохо изучена! Эшли это напомнило один фильм, который они с Барнсом смотрели на днях. Вернее, смотрела вроде как она одна, пока Барнс отжимался рядом и делал вид, что ему неинтересно. Надо признать, удавалось ему это мастерски. Оголённая спина выглядела чертовски сексуально, и до того шрама хотелось дотронуться. А по пояснице вниз заманчиво сбегала капля пота. Так, стоп! Её занесло куда-то не туда. Эшли помотала головой, встала и решительно направилась в другой конец комнаты, где на стене висел большой, во весь рост, постер Терминатора. Обычно она была куда более общительна, но две недели с Барнсом приучили её как можно меньше болтать и как можно быстрее двигаться. — Нам не нужен труп или живой человек, чтобы перенести сознание. Кроме того, никто не отменял личность самого человека. Душу там какую-нибудь, психею и прочую лабудень. Тони скептически посмотрел на дочь, приподняв бровь. В вопросе веры они вечно расходились во мнениях и постоянно спорили. Но в этот раз Тони милостиво промолчал, решив, что сейчас не время и не место устраивать жёсткие дебаты. Он не до конца понимал эмоциональное состояние Эшли, что его очень беспокоило. Но утверждение имело смысл. Возможно, чтобы всё прошло хорошо, действительно нужен кибернетический мозг. Только, по сути, они будут менять то на то. Эшли уже продумывала этот момент. Они берут бота и перетаскивают Арнима в него. Но он всё ещё остаётся смесью единичек и ноликов. Случись что, и нет гарантии, что он не «утечёт» в Сеть. Отец прав: эта область почти не изучена. Все-таки им нужен не цифровой «мозг», а вполне себе человеческий. Возникает вопрос, откуда его взять? Да ещё и «чистый»? — Мм, помнишь, Аюми и Уруми не так давно, может, год назад, были в Осаке на конференции? — Эшли недовольно скривилась, но промолчала. Она вообще сейчас молчала больше, чем говорила. И в какой-то степени была благодарна брату за то, что не он не стал спрашивать, а просто «прочитал» её мысли. Всё-таки в ментальной связи есть и свои плюсы. — Так вот у тех чуваков в халатах был проект искусственного мозга. Только я в упор не помню, то ли они его сами создавали, то ли они клонировали, то ли копировали… — И почему я узнаю об этом только сейчас? — воскликнул Тони, ероша волосы. Он задумался на мгновение. Эшли была уверена — в скором времени Stark Industries заключит новый выгодный контракт с японским НИИ. — Если удастся раздобыть это, мы решим главную проблему. Тогда останется понять, как осуществить сам перенос. Есть одна идея… Тони коснулся левого запястья, которое плотно обтягивал кожаный ремешок с небольшим дисплеем в металлической оправе. Он поднёс его к губам и произнёс, тщательно проговаривая каждую букву: — Джарвис, доставь в Ультру Страшилу. Нет, меня не волнует, что он недоработан. Да, без него не обойтись. Да, включи режим невидимки, проведём тест-драйв. И нет, не надо ставить в известность мисс Поттс и мистера Роудса. Эшли, любопытства ради, потыкала в коммуникатор и вопросительно выгнула бровь. Тони объяснил, что это недоработанный образец, работающих на предельно дальних расстояниях, но не способен пока правильно и точно расшифровывать все поступающие сигналы. Как показала практика, нельзя предусмотреть всё. Что такое «предельно дальние расстояния» при этом тактично не пояснялось. — Страшила — это который гибрид Железного Человека и Халка? — уточнил Сет. Как второй любимый близкий ученик, он знал всё о том, что происходило в закрытых лабораториях Старка. — Не, тот Халкбастер. А Страшила — это тот, с башкой как у Оптимуса Прайма. Он потому и Страшила, что тело у него одно, а голова другая. Па, а ты специально так задумал? — Само вышло, — отмахнулся Тони. И не стал упоминать, что Страшила родился в период его запоя после Нью-Йорка и читаури. Он практически ненавидел этого Марка, хотя и сам не мог объяснить, почему. Старк подозвал к себе пару парней из команды — близнецов Оуэна и Маркоса, специализирующихся на создании фаерволов — и шёпотом попросил их достать моток витой пары, кабель с HTML разъёмом и чистый съёмный блок памяти на терабайт. Братья кивнули и унеслись выполнять поручения. Пора вступать в дело. Народ отдохнул, надо и поработать. Эшли вскочила на стол, звучно свистнула, привлекая внимание, и объявила дальнейший план действий. У них есть каркас, но нет программы переноса. Значит, надо исхитриться и создать её. И на всё у них только два с половиной дня. Ребята прониклись вдохновлённой речью Эшли, которую занесло. То там, то тут слышались тихие поддерживающие хлопки, кое-кто задорно улыбался. Аюми одобрительно показывала большой палец, а Эми даже успела снять импровизированное выступление на телефон. Жди какой-нибудь постик на Тамблере. Однако малышка Старк уж слишком сильно разошлась, чтобы обратить на это внимание. — Да сразим же этого змия, и да окупится наша жертва! Во имя Битов и Байтов, не дадим захватчику погубить нашу любимую Паутину! — Эш торжественно выкинула кулак вверх и трижды прокричала «ура». Послышался нестройный гул голосов. Сет ловко подхватил под локти девчонок и повёл друзей-товарищей к общему столику — разрабатывать программу. Эшли хотела возмутиться: это она собиралась взять на себя роль полководца и координировать всю группу, но наглый братец опередил её. Тони помог ей спуститься, заодно отдёрнул форменную куртку и заботливо поправил капюшон выглядывающей толстовки. — Как ты? — Эш уловила скрытое волнение и озабоченность отца, которая тут же скрылась под привычной маской этакого баловня жизни, что, впрочем, не являлось правдой. — Этот ваш Гарри Поттер хоть помог? — Какой Гарри Поттер? — не поняла девушка. Потом до неё всё-таки дошло, что Гарри Поттер — это Баки Барнс, Зимний Солдат, который на секундочку три шкуры с неё сдирал на тренировках и регулярно грозился её убить. И ей внезапно стало дико смешно. — Ну, вроде как. Сейчас значительно лучше. Эй, пап, да всё будет нормально, переживу. Не конец же света! Эшли улыбнулась впервые за последние две недели. Широкая, открытая, по-детски озорная улыбка понравилась Тони, что он решил забыть загул дочери как страшный сон. Единственное, о чём он жалел, и это было хорошо заметно — то, что его не было рядом, когда дочь ушла в отрыв. Последний раз, когда такое произошло, — за несколько месяцев до вторжения, — Пеппер каким-то чудом удалось погасить бурю в самом начале. И уже на следующий день они всей маленькой компанией, почти настоящей семьёй, валялись на пляже, на частном острове. Тони кивнул и нерешительно двинулся в сторону компании хакеров, занятых мозговым штурмом. На жёлтом куске ватмана, потому что за белым, разумеется, никто не соизволил сходить, уже вырисовывались какие-то схемы, точки и линии, надписи и расчёты. Эшли пока оставалась в стороне, наблюдая за процессом. Для посторонних — довольно забавное зрелище. Трое парней толкались и пихались, генерируя новые идеи. Девчонок поставили красиво рисовать картинки на ватмане. Вихрастый Сет командовал девчонками и традиционно строил из себя клоуна, принимая к сведению наиболее рабочие варианты решения проблемы. И как-то очень легко и органично в эту компанию влился Тони Старк — талантливый учёный, эксцентричный миллиардер, человек, которого едва терпит Ник Фьюри. Несмотря на существенную разницу в возрасте и социальном положение, Железный человек был тепло принят командой молодых хакеров самоучек. Они учились друг у друга. Каждый привносил что-то новое, своё в общее дело. И на выходе получалось что-то очень крутое. Так было с системой безопасности Ультры, новыми пушками и ботинками-антигравами, которые уже в ближайшее время должны отправиться на МКС. Эшли определённо нравилась её работа. Именно тут, в царстве электроники, двоичных кодов и матриц, электронных схем и проводов она чувствовала себя на своём месте.

***

Удар, поворот, удар, нырок, уход. Раз-два-три. Раз-два-три. Бой — тот же самый танец. Раз-два-три. И принципы те же. Ну, может чуток кровавее. Может, маленько пожёстче. Какая, в сущности, разница? Раз — кувырок назад, два — вскочить, не теряя времени двинуть коленом в солнечное сплетение. Три — и противник будет валяться на полу. Перехват ноги, залом руки, секунда, и её грубо уложили на лопатки, просто перекинув через плечо. Чёрт! Эшли досадливо пнула воздух, надеясь попасть по ноге Барнса, но тот, хер такой, предусмотрительно отошёл в сторону. Ну, и плевать! Не очень-то ей и хотелось его побеждать. Тело отозвалось болью. Довольно скалится, зараза. Опа, да это что-то новенькое! Эшли звонко шлёпнула по протянутой руке Солдата и позволила ему себя поднять. Барнс придирчиво оглядел её с головы до ног, педантично снял соринку со спортивных штанов, как бы невзначай провёл ладонью по спине Эшли, разглаживая прилипшую к телу футболку. Это тоже что-то для Барнса непривычное. Обычно он не то что не помогает встать, так ещё отвесит смачного пинка, если валяешься дольше тридцати секунд. И это новое выражение лица. Появились зачатки дружелюбия, хмурость и равнодушие уступили место любопытству и некоему подобию куража. И эти поглаживания. В самом начале Барнс вообще не признавал никого физического контакта. Сказать, что он начал его искать, Эшли не могла. Да это и не были полноценные поглаживания. Солдат грубо, не соизмеряя силу, проехался по её спине, ненадолго задержавшись на пояснице. Только почему-то даже такие бабуинские жесты вызывали у Эшли ненормальное чувство голода. Кажись, вчера он притащил килограмм сосисок. В животе тут же заскреблось. — Ладно, окей, я всё поняла, — заторможено сказала Эш, думая о том, сколько сосисок надо сварить. — Круче тебя только волосатые яйца Чака Норриса. А не пора ли нам поесть? Эшли вытерла лоб тыльной стороной ладони. Появившаяся чёрная полоска мрачно взирала на подвешенный за металлический крюк костюм Железного Человека. Нижняя часть брони лежала в разобранном состоянии на металлическом столике рядом. Тони вертелся рядом, что-то подворачивал, постукивал костяшками пальцев по обшивке, двигал сферический каркас, расположенный на месте шлема, по-хозяйски ощупывал броню, придирчиво окидывая всю конструкцию взглядом. Удовлетворившись результатом, он несильно хлопнул по торчавшей коленке дочери. Эшли отвлеклась от тестирования внутренних систем и вылезла из-под Страшилы. — Ну, вроде бы готово, — произнесла Эш, машинально перебирая в пальцах тестер для проверки силы тока. — А как мы вообще поместим мозг сюда? Ладно, хуй бы с тем как. Вопрос, пап, в другом: он вообще приживётся? Тони поморщился. Его всё ещё напрягало, что дочь легко может вставить крепкое слово в любой разговор с кем бы то ни было. Но поезд ушёл. Эшли выросла. Ему оставалось только нацепить тонкие медицинские перчатки и смириться с тем, что он многое упустил в воспитании дочери. — Должен. Когда Сет привезёт мозг, мы переместим его в сферу. Джарвис с помощью простейших манипуляций и специальной жидкости имитирует черепную коробку. Подключим тут, протянем провода здесь.…Так, начинаем! Эми, Оуэн на датчиках. Аюми, ты мне нужна здесь. Эш, на тебе всё железо. Сет, дуй за компьютер. Народ быстро задвигался, заскользил между столами, кто-то перепрыгнул через массивный кабель, чуть не задев его. В воздухе ощутимо повисло напряжение. Сет вкатил тележку с чёрным ящиком и в одно движение оказался у компьютеров. Эшли видела, как он хрустнул пальцами и застучал по клавишам. Краем глаза она зацепила худенькую Эми и рыжеволосого качка Оуэна, которые уже держали наготове провода с датчиками. Аюми подкатила тележку как можно ближе к броне. Её отец руководил процессом, помогая кукольной японке отстегнуть страховочные тросы от ящика и откинуть тяжёлую крышку. Эшли ещё раз быстро проверила весь каркас брони, готовая защёлкнуть крепления сферы и мгновенно подключить к нему гибкий шланг, через который должен поступать физраствор. Канистра стояла в пределах досягаемости, слева от Эшли на трёх поддонах, которые обычно использовали как столик. На счёт три Тони вытащил морщинистый, в сине-фиолетовых прожилках, мокрый мозг. Время побежало. Теперь всё решала скорость. Тут же подскочил широкоплечий Оуэн, закрыв Эшли обзор. Да, ей и не надо было ничего видеть. Она буквально кожей ощущала, кто, где находится и что делает. Вот Эми ошеломлённо налетела на Оуэна и дёрнула его за рукав пятнистой толстовки, вот Сет дробно застучал по полустёртым клавишам, отец и Аюми спешно запихивали мозг обратно в ящик, запричитал Джарвис, выстреливая словами. — Сорок секунд до уничтожения. Тридцать девять, тридцать восемь, — бубнил Оуэн, размахивая руками. Как будто это могло помочь. Послышалось долгое «пи», и датчики затихли. — Какого, блядь, хера? — Эш одной фразой умудрилась описать всю ситуацию. — Что случилось? — Не может этого быть, — покачал головой Тони, закрывая крышку ящика. — Сет, выведи показатели датчиков. Джарвис, проведи сканирование мозга и всего ящика. — Надо было всё-таки позвать Кам, — послышался голос Сета. Эшли обернулась, думая, что брат сказал это вслух, но он даже не оторвал глаз от компьютера, продолжая лихорадочно щёлкать мышкой. На экране высветилась цифровая модель мозга. Следом появились числа и формулы, соединяющиеся стрелочками с тем или иным участком мозга. Сейчас цвет всей картинки был серый, означающий «смерть» органа. В нормальном состоянии подсветка должна отсвечивать бежевым. Сет качал головой, крутил фенечку на руке и, казалось, просто не мог понять, что пошло не так. Но Эшли, знавшая брата даже лучше чем себя, могла сказать точно — сейчас он думает над запасным вариантом. — Сэр, вероятно продукт Би-34 был не доработан. Учитывая тонкость и сложность проекта, такой результат был предсказуем, — механический голос Джарвиса бил по ушам. — Провести детальную диагностику? — Нет времени. Вот же сука! — ругнулся Сет. Он ударил кулаком по столу, отчего фигурка Бамблби подпрыгнула и закачала головой на пружинке. — И чё теперь делать? Эшли посмотрела на отца. Тони стоял, опустив голову, с остекленевшим взглядом и нехорошим выражением лица. Просчитывал варианты? Думал, что делать дальше? Не знал или знал, что так будет, но всё равно пошёл на риск? Куча вопросов. Эшли могла надавить на отца, могла довести до ручки, могла грубо использовать старенький трюк с внушением, чтобы узнать ответы. Но она никогда не стала бы так делать. Даже в самой критической ситуации. А по её внутренней шкале та лажа, в которую они попали, как раз находилась на отметке «Без пяти минут тотальный пиздец». Да ещё и привкус крови во рту откуда-то появился. Эшли провела языком по губам, проверяя, не содрала ли она где кожицу. Но всё было в порядке. Только вот воображаемый щелчок перенёс её в место, абсолютно далёкое от базы Ультры. Эш оказалась рядом с затянутым в форменную одежду Лео Бергом на плоской крыше какого-то здания в Вашингтоне. С площадки отлично просматривалось шоссе, на котором сейчас разворачивались сцены прямо-таки достойные Майкла Бея. Какие-то солдафоны куда-то бежали, крутые парни в чёрной экипировке палили из автоматов, осыпая едва успевающую маневрировать машинку. О, на крышу несчастного авто приземлилось косматое чудище с отчётливо блестящей металлической рукой. Эш оценила, как профессионально водитель крутанул машину, пытаясь скинуть незваного гостя. У него это даже получилось. Монстр, в народе ласково именуемый Зимним Солдатом, не удержался. Он эффектно и совсем по-киношному перелетел через тачку и затормозил бионикой, пропахав асфальт тяжёлыми берцами. Эшли повернулась, приветственно улыбнулась Лео и тут же присела, неуклюже спрятавшись за невысоким выступом крыши. Берг явно что-то увидел, потому что на несколько секунд всё словно замерло. Негромкий вдох, палец Лео опустился на спусковой крючок, секунда-другая и… выстрел, потонувший в окружающем шуме. Ещё один из серьёзных человечков в чёрной форме бухнулся на бетонное покрытие дороги. Для копошащихся людей внизу почти ничего не изменилось, а вот Лео довольно улыбнулся, отрываясь от винтовки. На нижней губе кровила небольшая ранка. Он кинул быстрый взгляд на Эшли, показал большой палец с заусенцем и вновь сосредоточился на своей цели. Количество агентов Гидры сокращалось, время для побега Вдовы и Кэпа увеличивалось, а Барнсу оказывалась посильная помощь. Лео, для которого Солдат входил в тройку кумиров наряду с Броком Рамлоу и Джеком Роллинзом, с энтузиазмом отстреливал потенциальных врагов и ждал, пока Кэп сделает какую-нибудь глупость в отношении Солдата. Тогда у него будет официальная причина подстрелить самого Стива Роджерса. Наглая ухмылка на скуластом лице не предвещала ничего хорошего. Эш даже внутренне успокоилась. Барнс был надёжно прикрыт. Эшли хватило секунды, чтобы снова оказаться в полуподвальном логове хакеров, прозванного Тони Старком «Приютом Пиратов». Она недоверчиво почесала затылок, прислушалась к себе, а потом удивлённо произнесла: — Фига, я, блядь, за него действительно волновалась. Вот это номер, — а потом флегматично спросила у Сета. — Ну, так что в итоге? — «Тётка-3», — рассеяно ответил Сет. Он уже о чём-то жарко спорил с Тони и Эми, как обычно размахивая руками. Сильно. И судя по довольной мордашке Эми, идея как раз принадлежала ей. Эшли издала тихий страдальческий вопль, скорчила Страшиле рожу под названием «как же вы меня все достали», плюхнулась на продавленный диван и от безысходности откусила лежащий на столике кусок позавчерашней пиццы. За время жизни с Барнсом она как-то отвыкла от всякого фаст-фуда, поэтому сейчас даже холодная пицца с нелюбимыми ею ананасами казалась вкусной. Проблема Золы волновала её всё меньше и меньше. Куда больший интерес представлял Барнс, которого внезапно оказалось много. «Тётка-3» — оружие грозное и затягивающее. Используя его легко можно потерять себя, забыть о реальной жизни, полностью погрузившись в грёзы. «Тётка-3» качественно отличается от любого огнестрела, она не похожа ни на меч, ни на кинжал, ни на секиру. Действие этой штуки больше напоминает наркотик, оно разрушает нервную систему, заставляет человека деградировать, вырывает из настоящего. И также вызывает привыкание. Брок называл создателя этой вещи не иначе как Сатаной, а саму «Тётку-3» — дьявольским отребьем. К Тётке прибегали только в крайнем случае, когда выхода уже не было. Обычно перед её использованием проводили усечённый обряд экзорцизма, для которого Ультра даже заимела своего собственного священнослужителя, отправив учиться церковному ремеслу одного из бывших раскаявшихся наёмников. Удивительно, но через пять положенных лет, наёмник действительно покаялся во всех своих греховных деяниях и верно служил благому делу. Но сейчас на церковь не было времени. Тони тяжело вздохнул и дал «добро». Хакеры-самоучки ломанулись по своим компьютерам, чтобы тут же подключиться к общему серверу и вставить в дисковод потенциального убийцу мозга. Синхронное движение указательного пальца, и диск с жизнерадостной картинкой человечков и крупной надписью «The Sims 3» скрылся в недрах системного блока. На экранах высветился голубой фон, в центре которого ярко горел зелёный вытянутый октаэдр. Поверх него, усыпляя бдительность, плавала надпись «The Sims 3», а ниже картинки закруглённая с боков полоска выводила проценты загрузки программы. Эшли, всё ещё сидящая на диване, оценила всю злодейскую задумку отца. Даже создавать ничего не надо. Надо просто чуть-чуть переписать игровой код, добавить в него пару новых строчек, убрать всё лишнее, закрыть все баги, оставив только одну лазейку, и отрубить доступ к Сети. На всё это требуется не так уж много времени. Как раз можно уложиться в срок. Зола так и останется в электро-цифровом виде, но уже никому не сможет навредить. Фактически, он просто замкнётся сам на себе. А диск с переписанной программой и странствующим внутри неё Золой они просто запрут в чёрном ящике, являющимся по своей сути диэлектриком. Она отправится в лапы к Арниму, чтобы загнать его на диск. Это даже не обсуждалось. А пока Эшли тяжело откинулась на спинку дивана, закинула ноги в байкерских ботинках на столик и прикрыла глаза. Ситуация с Барнсом её напрягала. Она легко прощала ему любую вольность: пинки, тычки, броски, поглаживания, его непонятное поведение, когда не знаешь, то ли сейчас прибьёт, то ли промолчит и оставит в покое. Странные действия утром, кстати, не укладывались в привычную схему общения с ним. Уж слишком много заботы и дружелюбия для этого домашнего садиста. Хотя вот та сигарета. Уж не тот ли это косячок был, сохранившийся с её загула? Тогда это всё объясняло. Или ничего не объясняло. — Блин, только запуталась, — простонала Эшли, сгибая ногу в колене. — А вообще, пошёл он нахуй! Надеюсь, я это чудище больше не увижу. А внутри ненавязчиво поселилось желание повторить эти две недели. Пока ещё смутно осознаваемое и почти неощутимое, но уже вполне сформировавшееся. Что-то в этом громиле интересовало её. Червячок симпатии, поселившийся в день первой встречи, в Таллине, с каждым разом грыз сильнее. Эшли ловко перепрыгнула с одной крыши на другую, радуясь, что дома в старой части города расположены близко друг от друга. Где-то сзади горела деревянная церковь, на которую напали агенты Гидры. Эш и сама не поняла, как выбралась оттуда невредимой. Кто-то большой, сильный и с металлическим протезом вместо левой руки выдернул её. Чёрт! Простая спасательная миссия оказалось одной сплошной подставой, спровоцированной Гидрой. Лео ещё вначале говорил, что у него плохое предчувствие. Надо было послушать. Они едва выбрались живыми из старых катакомб. Гидра просто гоняла их по подземке, не давая телепортироваться. Откуда возник чувак в маске и с железной рукой никто так и не понял. Но он вывел их из катакомб и велел убираться из города как можно скорее. И чёрт её дёрнул проверить ту церковь. Чувствовала ведь: ничего там не найдёт. Просто в голове возникла дурная мысль, что она ещё раз сможет увидеть мужика с классной рукой. Эшли оказалась права. Он, не церемонясь, схватил её за волосы, и вышвырнул из здания. Через секунду храм загорелся. Мрачный мужик с красной звездой на плече толкнул Эшли в спину и указал направление. Эш благодарно кивнула, зачем-то порывисто обняла спасителя и побежала по узкой улочке старого города.

***

Полуразвалившийся бункер. Тёмный-тёмный коридор. Местами выщербленный пол, девушка вся в чёрном, уверенно топающая по развалинам. Красным пятном по бетону шлёпал Железный Человек, нарушая всю мистику. Вытянув руку вперёд, Старк подсвечивал дорогу встроенным в костюм фонариком. Скептически настроенная Эшли подозрительно молчала и шагала за отцом, время от времени натыкаясь на металлическую спину, когда Тони останавливался, чтобы получше рассмотреть развешанные на стенах картинки: старые фото, газетные вырезки, ещё чушь какая-то. Половина старого лагеря Лихай лежала в руинах, после того, как здесь побывали Вдова и Роджерс. Хорошо ещё до самых нижних уровней эти варвары не дошли. Или не хорошо, потому что Эшли так надеясь сфилонить и никуда не пойти. Она даже уже придумала, что напишет в отчёте: так мол и так, в связи с вмешательством Капитана Америки, настоящее имя Стивен Грант Роджерс, и Чёрной Вдовы, гражданкой Натальей Альяновной Романовой, провести операцию «Карательная миссия Тётки-3» не удалось. В срыве операции прошу винить их. Но нет, эти треклятые супергерои даже взрыв нормальный устроить не могут! Всё у них половинчатое, и диверсия такая же. Ну кто, спрашивается, запрещал им устроить на территории бывшего военного лагеря тотальный геноцид? Ну, хоть бы раз оторвались по полной! Дали бы волю своим деструктивным наклонностям. После десятого бумканья о броню отца Эшли потёрла лоб ладонью, затянутой в велосипедные перчатки без пальцев, обогнула Тони по дуге и пошла впереди него, держа пистолет наготове. С недавних пор любимый "Smith and Wesson" модели M&P 2.0 всегда был при ней. Барнс умел вдалбливать прописные истины: постоянно быть начеку, всегда иметь при себе оружие и запасное оружие, чётко выполнять приказы и не поддаваться эмоциям. Эшли на собственной шкуре испытала всё, что может случиться, если забывать эти правила. — И тут это Чудовище без Красавицы! Чтоб ему икалось! Чтоб бабы ему не давали! — взвыла Эшли, несильно стукнув по полу. — Знаешь, пап, вот.… Эй, ты чего? Она повернула голову и увидела, как Тони, подняв лицевой щиток, проводит железной перчаткой по какой-то фотке. Подойдя ближе, Эшли узнала молодого Говарда Старка. Здесь он был даже моложе отца, с залихватскими усиками и насмешливым выражением лица. В карих глазах плясали чертенята. Тони и Говард были слишком похожи. Может, именно поэтому они и не уживались. Эшли стало не по себе. Она и сама не сильна во всей этой родственной мути и ничем не могла сейчас помочь отцу, которого любое упоминание Говарда приводило в непонятное отрешённое настроение. — У нас работа, — негромко произнесла Эш, нарушая неловкую тишину. Тони рассеянно кивнул, с трудом отрываясь от фотографии в простой деревянной рамке, и они двинулись дальше. Броня Железного Человека пока что неплохо скрывала их присутствие, да и взрыв сделал своё дело, на время тормознув навигационные системы Золы. К сожалению, эта скотина не уничтожилась, как думал Кэп, уходя отсюда. Арним никогда не был идиотом и предполагал возможность того, что кто-то может нагрянуть в его логово. На случай форс-мажора он создал закрытую сеть, соединяющую три компьютера: в «лицевой» части лагеря, на его подземном уровне и в маленькой кофейне рядом с Трискелионом — главном штабе ЩИТа, куда отправился Сет. Они рассчитывали как раз на три компьютера, поэтому с Эшли отправился Тони, решивший побыть немного с дочерью. «Тётка-3» была надёжно спрятана в обувном мешке на спине Эшли. Но никто почему-то не подумал, что старый лагерь может находиться в полуразрушенном состоянии. Они молча прошли два поворота и оказались у круглой бронированной двери. Тони просканировал помещение на предмет кого живого, потому что и такой вариант исключать нельзя, и проделал в стене рядом с дверью прямоугольную дыру, в которою они затем легко вошли. Вот теперь Зола их засёк. Тут же из подвешенных под потолком пулемётов начали выплёвываться патроны. Активировалась система безопасности — комната вплоть до вмонтированного в стену монитора затянулась сетью лазеров. Тони, прикрывая Эшли, вышел вперёд и сейчас активно сбивал пулемёты. Эш не стала медлить и очень уж сильно морочиться. На глаз до цели — метров пять. Только бы не попасть вот в тот миленький пластиковый кондиционерчик. На кой хер он тут нужен, она не знала, хотя очень уж интересно стало. Как обычно при телепортации вначале по телу прошлись знакомые мурашки, дробящие её тело на атомы, а дальше только синяя вспышка. — Блядь! Да что за день-то сегодня такой? — зарычала Эшли, вытаскивая ногу из ботинка. Конечно, рассчитать так, чтобы не попасть в кондиционер, она может. А вот чтобы при этом не залипнуть в бетоне — не может. Хорошо, только подошва впечаталась. На стене висел электрический щиток, внутри которого помещалась контрольная панель лазеров. Эшли лень было возиться с системами, поэтому она понадеялась на всесильный случай и выстрелила из пистолета. Щиток коротнуло, погасли энергосберегательные лампочки. На какое-то время помещение погрузилось во тьму, ярко освещаемое только неоново-красными лазерами. Тони ругнулся, но тут включилось аварийное освещение, автоматически вырубились лазеры. — Сет, погнали, — сказала Эшли в пространство, попутно выуживая диск-убийцу. Тони нашёл системный блок, скрытый внутри стены, открыл дисковод и вставил «Тётку-3». То же самое сейчас в кофейне делал и Сет. Компьютер поглотил симулятор — одну из лучших разработок Старка и команды. На экране забегали цифры, какие-то палочки, скобочки. Программа ловила сетевого призрака. Эшли скрестила пальцы за спиной. Пам, пам, пам! Попался, сучара! — Эш, уходим отсюда, — сказал Тони, вытаскивая диск и возвращая его в коробку. — Сейчас точно рванёт. — Да без проблем, — улыбнулась Эш, хватая отца за плечо. Всё действие заняло не больше трёх секунд. Старый лагерь Лихай только начал самоуничтожаться, а отец и дочь уже стояли на жёлтом вкопанном квадрате во дворе Ультры. Где-то со стороны спортивного корпуса, расписанного граффити, слышались свисты, удары коньков об асфальт и задорные крики. Молодняк играл в хоккей на роликах. В воздухе витал щекочущий аромат лета. — Так, я считаю, что на сегодня приключений хватит, — Тони поднял лицевой щиток и, взяв Эшли за подбородок, пристально посмотрел на неё. — Ну, не красавица, конечно, но с этим уже можно работать. — Пап, ну хватит, а! — Да шучу я. Иди спать, чудовище. Но чтоб отчёт как миленькая написала, — отец принял строгий вид и шутливо погрозил пальцем. — И без выкрутасов, а то знаю я тебя. Всё, дочь проведал, создал оружие массового поражения, мир спас. Ну, разве я не чудо? Тони поцеловал Эшли в лоб, опустил забрало и резко взлетел вверх. Эшли покачала головой, убрала, наконец, пистолет в набедренную кобуру и зашлёпала к жилому корпусу, расстёгивая на ходу форменную куртку с эмблемой Ультры на плече. Пожалуй, теперь можно и отдохнуть немного. Они закончили работу в рекордные два с половиной дня, отлично уложившись в рамки. Задание выполнено. Только не забыть бы ещё закинуть диск с Золой в Пандору, — место для хранения всякой сверхъественной дряни, — и позвонить Пеппер. Вытащить её, что ли, на прогулку по магазинам. Заодно можно будет спросить про Барнса. Может хоть Пеппер знает, как вытравить этого придурка. А то, ну, достал.