Коморэби

      Все недоумение, что охватывало его раньше, уже прошло, уступив место испугу. Сколько он уже идет? Час? Два? Ну, точно не двадцать минут, как сказал Укитаке. Интересно, это он пошутить с ним так решил или, в самом деле, запамятовал? Темные ветки хлестали по лицу так, что становилось очевидно – этой дорогой он к просеке точно не дойдет. Свет все уменьшался, то некое подобие тропинки, по которой он шел, быстро исчезало, обращаясь в густую спутанную траву, в некоторых местах доходившую и до колена эльфа, самый обычный на вид лес постепенно превращался в густую чащу. Продираться сквозь ветки стало практически невозможно. Они рвали в клочья одежду, болезненно царапали кожу и будто старались дотянуться до глаз и выколоть их своими хлесткими и заостренными черными пальцами. Ноги, ободранные колючими шипами диких растений, нещадно саднило, голова гудела от сильной усталости, нарушаемой только шорохом его одежды, во рту пересохло от длительного обхождения без воды, тело знобило из-за резкого похолодания, а в глазах мутнело. Среди этого многообразия зеленого цвета, взгляд мог зацепиться лишь за редко встречающиеся необыкновенные рыжие цветы, которые на опушке уже давно не росли. А лес все чернел и чернел, становясь совершенно дикими и заросшими трущобами. Густая листва больше не пропускала свет солнца, воздух стал каким-то спертым, не давая вздохнуть с первого раза, появился сильный запах гнили и затхлости. Бьякуя почувствовал, как внутри все холодеет и съеживается, и это уже было не от снижения температуры, это был самый настоящий страх. Разумом он понимал, что страху нельзя поддаваться, он губит даже самых смелых эльфов и отбирает желание дальше сражаться или выживать, но сердце предательски дрогнуло. Остановившись, эльф попытался сконцентрироваться и привести мысли в порядок. Но внезапно он почувствовал, как его правая нога начала куда-то быстро проваливаться, увязать в чем-то противном и гадком. Поборов подступивший к горлу ком, Бьякуя судорожно схватился за лиану и, с большим трудом вытащив ногу из противно чавкающей трясины, завалился на мох. Закрыв лицо ладонями, эльф в который раз сделал попытку заставить себя успокоиться. «Что происходит?! Что, черт возьми, происходит?» - мысленно спрашивал он у себя. Уставший мозг не выдавал никаких ответов, кроме того, что надо поскорее отсюда уходить. Вдруг вдалеке послышались отголоски какого-то угрожающего звериного рыка. Эльф, как в замедленной съемке отнял руки от побледневшего лица и так же медленно поднялся. Что это сейчас было? Не похоже, что он ослышался, звук прочно и отчетливо въелся в его память. Что это за животное?! И главное – как далеко оно от него?! Протяжный рык повторился. Бьякуя нервно перевел плечами, сделал шаг и сорвался в бег. Он несся, не разбирая дороги, постоянно перепрыгивая через поваленные раскорячившиеся деревья и скользкие кочки. Лицо сразу же ожгло ноющей болью от многочисленных исполосованных ранок, и эльф вытянул вперед руки, чтобы хоть как-то защитить его. Страх овладел им, но страх и гнал его, не давая пощады израненным ногам и ослабевшему телу. Бьякуе все время казалось, что кто-то преследует его, бежит за ним по пятам и стоит только остановиться, как немедленно падешь и больше не встанешь. Оглянувшись через плечо, он не заметил впереди препятствие и со всего размаху налетел на лианы. Его лихорадочные и резкие движения все больше и больше запутывали в этих гибких, но плотных растениях и только, когда Бьякуя в отчаянии воспользовался кинжалом, ветви отпустили его, разметавшись по земле обрубками длинных и вьющихся лент. Наконец выпутавшись из плена лиан и сняв с себя остатки их тонких побегов, эльф пошатнулся, как во сне сделал несколько заплетающихся шагов и, полностью выдохшийся, распластался на земле. Сил больше ни на что не хватало, даже чтобы просто открыть глаза. Этот лес поглощал его, поглощал словно ненасытное чудовище, получившее свою добычу и не желающее с ней расставаться. Это конец?! Неужто и вправду он найдет здесь конец своего земного пути? Жизнь – очень сложная, непонятная штука, всегда полная самых разнообразных и закономерных сюрпризов. Засыпая, мы никогда не задумываемся, что день грядущий нам готовит, а даже если раздумывали, то мало чего могли бы изменить. Как все это удивительно, - еще вчера он спокойно прогуливался с Рукией, размеренно беседовал с Укитаке на личные темы, занимался своими прямыми домашними обязанностями, а что сегодня? Сегодня он уже пытается выжить, спастись, выйти хотя бы целым из этого страшного леса. Какая, однако, ирония. Но эльф переоценил себя, переоценил свои силы. Он ничего не может противопоставить этому огромному и могучему зеленому чудовищу, этому монстру, тот просто высосал все его силы, а самого спеленал страхом и отчаянием. Пропало всякое желание выживать, хочется просто зажмуриться, съежиться в комочек, отключиться и будь что будет. Пусть этот зверь, чей рык разносится гулким эхом по всему лесу, не заметит его, пусть он пронесется мимо или учует что-то другое, пусть он споткнется об корягу, в конце-то концов! Но нет, рычание животного становилось все громче, теперь уже стало и слышно, что оно не одно, их даже несколько, и приближаются они неумолимо быстро. Это точно конец. Бьякуя совершенно понял это, когда рев стал просто оглушительным, уже совсем близко послышался глухой перестук лап по земле и громкий шорох, задеваемой зверем листвы со звонких хрустом ломающихся веток. «Соберись, - приказал он себе, - соберись, не будь жалкой кучкой дерьма, что выкинули посреди леса». Яростный и гулкий рык раздался совсем рядом. Сделав над собой нечеловеческое усилие, эльф с трудом приподнялся на израненных руках, опрокинулся на пятки, осторожно, пытаясь не поддаться панике повернул голову в сторону, откуда было слышно рычание и замер. Внутри все сразу сжалось в тугой комок, пальцы стали липкими от страха, а глаза непроизвольно расширились от ужаса. Около темных зарослей, на совсем незначительном расстоянии примостился огромный огненный тигр, покрытый завораживающими черными иероглифами полосок, испещряющими его словно шрамы. Весь его внушительный вид говорил о недюжей силе, а раздраженный рык отнюдь не о хорошем расположении духа. Эльф почувствовал, что сердце в груди стучит как ненормальное, с такой учащенностью, будто решило выпрыгнуть оттуда, а его самого начинает жутко трясти. Послышался скреб острых когтей по земле, очередной атакующий рев и приглушенный топот быстро приближающего животного. Бьякуя и опомниться не успел, как зверь опрометью кинулся на него в яростном прыжке. На уровне инстинктов, он вскинул растопыренную руку, пытаясь хоть как-то защитить себя. Мощная лапа с вытянутыми наружу когтями высекла из тонкой аристократичной руки кровь, оставив на бледной коже глубокую рваную рану. Не дожидаясь , когда следующий толчок тигра достигнет своей цели, эльф пригнулся и мгновенно перекатившись на другую сторону, поспешно вскочил на ноги. Адреналин гонял кровь по телу с бешеной скоростью и порванные сосуды не могли прервать ее неистовый поток, в висках пульсировало, а руку неимоверно жгло и кровоточило. Какие-то доли секунды спустя последовала новая, еще более сильная атака, опрокинувшая его навзничь. Отлетев на несколько сантиметров, Бьякуя, ощутимо приложился лицом об заросший мхом булыжник и чуть не потерял сознание. Следующий удар мог бы серьезно покалечить эльфа, если бы не задержавшие атаку тигра лианы, так удачно подвернувшиеся на пути. Пока животное в слепом бешенстве пыталось вывернуться из их запутанных и прочных, обвившихся вокруг его лап, побегов, Бьякуя успел подняться и, прижимая к себе сильно кровоточащую руку, переместился на несколько шагов влево, прячась за черным, увитым причудливо изогнувшимся плющом, деревом. Совсем рядом раздался протяжный вой тигра, наконец, разодравшего ненавистные лианы и готового вновь преследовать свою добычу. Зверь оглянулся, слизал свежую алую кровь с разросшегося повсюду мха, и вновь почуяв жертву, рванул к черному исполину, плохо скрывающему фигуру эльфа. Бьякуя резко дернулся, когда мощные, заостренные когти врезались в кору дерева, всего в паре сантиметров от его лица и, сглотнув, наблюдал, как они медленно съезжают вниз, пропахивая в ней длинные глубокие борозды. Дальше ждать нельзя – этот тигр, раз вкусивший его крови больше не остановится, и череда неудач, постигших зверя во время многочисленных попыток его убить, будет все расти и раскаляться. Он только-только вошел в азарт и ему доставляет непомерное удовольствие поиграться жертвой, потом загнать ее в угол, чтобы она почувствовала всю безысходность, всю отчаянность своего положения и напоследок, вдоволь наигравшись со своей, ставшей уже бесполезной добычей, впиться в разгоряченную плоть когтями, вырвать свежие куски красного мяса, услышать этот звучный хруст костей и вылакать еще горячую пульсирующую алую кровь. Холодная дрожь пробежала по телу эльфа, как только он представил себе эту картину. Сразу стало как-то гадко, противно и мерзко. Надо бороться, во что бы то ни стало надо бороться за свою жизнь. Не для того она ему дана, чтобы вот так, запросто отдать ее какому-то дикому зверю. Попытавшись унять учащенное сердцебиение, эльф закрыл глаза, пытаясь сконцентрировать всю свою реацу и, прошептав про себя какие-то слова, скинул руку и выкрикнул: - Бакудо №4 Хайнава! – с кончиков его пальцев сорвалась длинная светящаяся нить и, плавно изогнувшись вокруг дерева, крепко обвила лапы животного. Тигр издал яростный рев, попытался вырвать лапы из очередной связавшей их ловушки, но те лишь сильнее его запутывали и животное, не сумев удержаться, с грохотом повалилось на землю. Замеревший около дерева Бьякуя, только сейчас смог опустить приготовленную для защиты руку. Он не знал, сработает ли такое малоуровневое бакудо против этого могучего зверя, а если и сработает, то как долго оно сможет продержаться? В любом случае ему нужно хоть немного открытого пространства , ибо в таком дремучем месте, где деревья и кустарники растут на каждом шагу, а лианы обвивают и расползаются чуть ли не по всем веткам, он ничего не может противопоставить. Какое угодно кидо сейчас будет бесполезно, да и опасно для него самого. К тому же попросту тратить реацу, которой и так осталось мало, явно не стоит. Сжав пальцы в кулак, эльф посмотрел в сторону разъяренного, корчащегося по земле тигра, которого еле сдерживала сеть бакудо, и понял, что долго оно не продержится, уже очень скоро кидо распадется под раздраженным и бешеным напором зверя. Надо срочно искать какое-то открытое место, поскорее убираться подальше отсюда, иначе такими темпами он рискует умереть. Бьякуя, собрав последние остатки своих сил и прижав покалеченную руку к телу, сорвался в бег. Теперь он уже не мог так лихо и быстро рассекать пространство, что раньше. Превозмогая противно ноющую боль, эльф постоянно спотыкался, придерживался за стволы деревьев и чуть было не упал, зацепившись о разлагающуюся древесину. Его преследовали звуки погони, доносившиеся будто со вех сторон. Он бежал, совершенно не соображая куда, в каком направлении, и все время пытался разглядеть хоть малейший просвет сквозь толщу темных силуэтов. Сзади почувствовался огромный выброс реацу, своим оглушающим давлением просто сбивший эльфа с ног. Упав на колени и попытавшись восстановить сбившееся дыхание, Бьякуя услышал яростное и протяжное рычание взбесившегося животного. Столько злобы было в нем, что становилось ясно – только кровь и мясо убитой им жертвы сможет успокоить зверя. Паника, которая, казалось, уже немного отпустила его, начала накатывать с новой силой, начала затоплять, заставляя захлебываться в ней. Липкий ужас пробирался внутри, не давая шевельнуться конечностям. А глухие удары лап становились все учащеннее, рык громче, и хруст веток все ближе. Сильно подрагивая, Бьякуя заставил себя подняться и на непослушных ногах, насколько быстро позволяли силы, посеменил дальше. Но убегать уже было поздно, за спиной почувствовалось разгоряченное дыхание тигра, и в ту же секунду огромное тело сильным ударом опрокинуло эльфа вниз, разодрав тому щеки и нос. Мгновенно сориентировавшись и перевернувшись на спину, он направил свободную руку на животное и выговорил: - Хадо №33 Сокацуй! – тигр отлетел на несколько метров и врезался в кусты, давая эльфу возможность встать. Тяжело поднявшись и облокотившись об близ стоящее дерево. Бьякуя выдохнул и опять рванулся в бег. Заклинание не охладило пыл зверя, наоборот еще больше раззадорило его, и он с громким ревом продолжил погоню. Бьякуя, шатаясь от усталости, бежал впереди, боясь оглянуться назад. То, что осталось от туники пропиталось темной кровью от новых ран, глаза заливало холодным потом, горло жгло от недостатка кислорода, легкие с усилием вбирали воздух, заставляя дышать ртом, мышцы перестали ощущаться и существовала только одна мысль «бежать…что бы ни случилось…надо бежать…не останавливаться…». Отчаяние накрывало с головой, паника затопила его и, когда Бьякуя уже утратил надежду на спасение, слыша нагоняющие его шаги тигра, ноги сами вынесли его на некое подобие поляны. Круто развернувшись, он соединил между собой руки и, нацелив их на приближающегося зверя, выкрикнул: - Хадо №73 Сорен Сокацуй! – из его ладоней вырвался огромный концентрированный поток энергии, настолько мощной, что сразу уничтожил всю ближайшую растительность, а белоснежная вспышка от него осветила все пространство, находившееся в радиусе нескольких километров. Тигр, в этот момент собравшийся было атаковать эльфа, попал под прямое действие этого сильного взрыва и, слившись с огненным всплеском, мгновенно загорелся. Разрывающий барабанные перепонки рык заполнил поляну. Зверь рухнул на выжженную землю, бешено катаясь по ней и пытаясь сбить охвативший все его тело огонь. Животное рычало и скулило от невыносимой боли, пока наконец не успокоилось и замерло, теперь уже навсегда. Когда-то прекрасная красноватая шерсть теперь была подпаленной во многих местах, а в нескольких страшно почерневшей и обуглившейся. Могучее тело, наполненное хищной грацией, вытянулось на земле, говоря о по-королевски чудовищной силе зверя. Наверное, оно останется здесь навсегда, истлев потом до скелета, блистающего своими белыми костями и послужив домом для мелких грызунов или птиц . Бьякуя, которого снесло мощным потоком в сторону, только сейчас смог открыть глаза и хоть немного приподняться. Осторожно, боясь не нарушить установившуюся мирную тишину, он оглянулся по сторонам и заметив невдалеке неподвижно лежащего обгоревшего тигра, замер. Сердце пропустило удар, а руки сами собой начали мелко подрагивать. Он мертв? Или все-таки еще жив? Но, учитывая насколько сильным был взрыв, и то, какие разрушения он принес, это животное просто никак не могло выжить. Но проверить все-таки стоило, - хватит на сегодня играть в догонялки со смертью. Опершись об подвернувшуюся под руку корягу, эльф встал и собрался было уже направиться к зверю, когда его достиг яростный рев, причем явно не одного, а нескольких животных. Теперь сердце уже не замерло, оно просто перестало биться. Ноги сами подогнулись и он как подкошенный рухнул на колени, упершись нервно трясущимися руками в землю. Весь мир перед глазами затмило отчаяние. Черное, устрашающее, словно огромная и глубокая заволакивающая пропасть. Никакой надежды, никакого хотя бы ее крошечного просвета. Только одна затягивающая бездна. Совсем близко раздался протяжный громкий рык, сразу же продублированный остальными тиграми. Бьякуя судорожно дернулся, но так и не смог поднять свои, словно окаменевшие руки. Застывшими пустыми глазами он смотрел на выжженную твердь, но ничего там не видел, все было размыто как в тумане. Раненая рука ныла противной тупой болью, все еще давая понять, что это никакая не иллюзия, а самая настоящая реальность. Реальность больше похожая на вымысел, настолько она нелепа. Такая глупая и бессмысленная смерть. Он- воин, и уж если ему придется умирать, то только с оружием в руках. Но как же иронично и насмешливо обошлась с ним судьба. Простой и обыденный поход за травами превратился в какой-то сплошной фарс, где главная победа - жизнь. И сейчас, когда уже маленькая крошечная, словно робкий лучик, пробившийся сквозь толщу туч, надежда наконец-то появилась , когда страх немного притупился и он смог одержать такую дорогую и ценную победу, появляется новая напасть, намного страшнее и сильнее предыдущей. И здесь он точно погибнет, никаких поблажек от судьбы ожидать уже не стоит, ей тоже надоели эти сумасшедшие догонялки по лесу. А животные, видно, разгорячились от быстрого бега и готовы вдоволь наиграться с совсем обессиленной, оттого и не сопротивляющейся жертвой. Загонять до смерти не удастся, но ведь можно и так позабавиться, постепенно раздирая эту мраморную кожу, разверзав все скрытые от мира внутренности сего существа и выдрать еще трепещущее окровавленное сердце, обагрив красным пятном, как и земную твердь, так и тело эльфа. Один из тигров, что был в самом центре, плотоядно облизнулся и внюхался. В воздухе чувствовался запах пота, гари, крови и смерти. Здесь все ею пропиталось, она словно окутала это пространство своей белесой пеленой. Издав еще один короткий угрожающий рык, зверь выбил из-под лапы комок земли и прогнулся, приняв атакующую позу. Тигры, что держались сбоку, тоже приготовились к нападению. Резко оттолкнувшись от земной поверхности и взметнув россыпь мелких камешков животные мгновенно перешли в наступление. Зверь, находившийся в центре, одним гигантским прыжком преодолел расстояние, что отделяло его от эльфа и с размаху набросился на него. Послышался хруст сломанных костей а затем и сдавленный хрип, заглушенный победоносным ревом обезумевшего от жажды крови тигра. Бьякуя в ужасе уставился на свою ногу, в которую вонзились, острые, как кинжал клыки, мигом превратив ее в окровавленный фарш. Животное продолжало терзать плоть дальше, вырывая у жертвы жуткие болезненные стоны. Превозмогая раздирающую боль, эльф изловчился и со всей силы, что осталась у него, ударил тигра в бок а затем, воспользовавшись секундным замешательством животного, рывком высвободил истерзанную ногу. С такими ранами он не то, что бегать, он и ходить не сможет. Бьякуя попробовал было отползти в сторону и уже сделал первую попытку, как сзади на него опрокинулись могучие лапы другого тигра, разрывая спину и прочерчивая на ней глубокие красные линии. С рычанием выдернув когти из разодранной спины, зверь лизнул кровь, разлившуюся большой алой лужей на земле. Тут же подбежавший третий тигр с громким рыком оттолкнул от добычи второго и с остервенением вгрызся в поцарапанное плечо эльфа. Глухо вскрикнув от страшной боли, Бьякуя попытался выдернуться, но животное лишь сильнее вонзало клыки, пробираясь все глубже в мясо. Паника клокотала в душе вперемешку с истерикой. Они пожирали его, разрывали кожу, заживо сдирая плоть. Эти животные уже не играли с ним, их охватило настоящее безумие. Неутолимая жажда крови и азарт раскаляли изнутри, делая зверей поистине неуправляемыми и совершенно дикими. Кровь, такая красная и горячая, ее металлический солоноватый привкус просто заводит, желая еще и еще ощутить его, заводит так же сильно, как и истерзанный вид обессиленной жертвы. Теперь боль раскаленным железом обожгла и правый бок. Один из тигров с перемазанной в крови мордой когтями рассекал его, с дикостью глядя на конвульсивные, полные боли движения эльфа и его судорожные, на грани истерики попытки вырваться из их лап. Кровь стекала по подбородку зверя, окрашивая некогда белую шерсть в алый цвет и капала на исполосованный живот Бьякуи. Пока одно животное раздирало его бок и напивалось свежей кровью, другой тигр запрыгнул на грудь эльфа, отчего ребра отозвались звонким хрустом; они просто не могли выдержать вес такого огромного и тяжелого зверя. Из горла Бьякуи вырвался придушенный хрип, боль была невыносимой, казалось, она заполнила все тело и каждая его клеточка разрывается по частям, ломая остальные. Само тело вмиг отяжелело, такое чувство, что он и пальцами пошевелить не сможет, не говоря о всей руке. Такое позорное бессилие. -Давай уже, перегрызи мне глотку. Ведь ты этого хочешь?- сипло проговорил эльф, смотря прямо в затуманенные яростью глаза животного и выплюнув сгусток крови, которая тонкой струйкой текла изо рта. - Не стоит медлить. Разъяренно рыча, тигр впился когтями в грудь Бьякуи и, в мгновение распоров кожу, принялся драть глубже. Эльф под ним забился сильнее, лихорадочно передергиваясь от каждого нового удара зверя. Страх огромной волной накатил на него, смешиваясь с паникой и заставляя коченеть внутренности. Холодный пот, леденя тело, прочертил несколько тонких дорожек и слился с многочисленными кровавыми полосами. Судорожная дрожь пробежалась по всему телу. Нет, они не убьет его просто так. Перегрызть горло - это слишком просто и скучно. Таким способом можно завалить любое другое мелкое животное на охоте. Сейчас же совершенно другой случай. Попробовать крови эльфа им еще никогда не удавалось а вкусить плоти тем более. Эти дикие и жаждущие крови и жертв звери теперь не упустят свой шанс, слишком долго они этого желали. Видя, что их жертва уже на пределе, что на ней практически не осталось ни одного живого места и играть дальше с ними она просто не в состоянии, тигры начали терять к ней интерес. Однако ярое желание убить и добраться до самого главного, которое скрыто глубоко в груди и дает всем существам жизнь, никуда не пропало. Это одна из самых мучительных смертей, что Бьякуя мог себе представить. Как можно вытерпеть ту жуткую и неимоверную боль, когда тебе вживую вырывают сердце?! Почему его просто не убил тот тигр, может все и сложилось бы не так плохо. Зверь, терзающий его грудь, вонзался все глубже и безумно скалился, облизывая красным языком капающую с подбородка кровь. Эльф надрывно застонал и попытался коленом ударить взбесившееся животное, но другой тигр немедленно пресек это движение, придавив ногу своей тяжелой лапой. Кость с неприятным звуком треснула, заставив Бьякую болезненно захрипеть, на что-то большее его уже не хватало. Вот он, его конец. Вот каким он будет. Бьякуя никогда не представлял, что он умрет так глупо: заблудившись в каком-то лесу и став легкой добычей тиграм. Но теперь он понял - судьба любит издеваться над своими подчиненными. Неизвестно как окончится твой земной путь, будь ты эльфом-воином или же простым сельским человеком. Жизнь сложна, и судьба добавляет ей большей неизведанности и неожиданных поворотов, которые могут принести как и благоприятные, так и неприятные, а подчас и отвратительные последствия. Никто не знает, что с ним будет дальше. Судьбе нравится играться со всеми жизнями, что находятся у нее в зависимости. Ставить препятствующие испытания на пути, доводить до отчаяния,- да много способов есть, чтобы сломать жизнь. Правда, существа иногда оказываются слишком строптивыми и продолжают бороться, не соглашаясь со своей судьбой. И здесь неизвестно в чью пользу закончится бой, ведь судьба настолько изменчива и иронична. В мыслях промелькнула Рукия. Маленькая, милая и дорогая сердцу брюнетка. Справится ли она там без него? Сможет и найдет ли в себе силы жить дальше? Он даже попрощаться с ней нормально не успел, сразу убежал по делам, а вот как все вышло. Как она отреагирует на его истерзанное тело, превратившееся в окровавленное месиво с зияющей дырой в груди, где по определению должно находится сердце? Только бы они не показывали ей, если найдут его, только бы она не увидела это. От воспоминаний сердце забилось сильнее, так захотелось увидеть Рукию, оказаться снова в селении, но острые, раздирающие плоть когти, неумолимо возвратили его в реальность. Грудь разрывало от боли, казалось тигр уже пробрался глубоко, делая все медленно и мучительно, чтобы хоть как-то растянуть удовольствие. Сил терпеть этот ужас не осталось, казалось он сойдет с ума от такой сильной боли. Вдруг, в стороне послышался какой-то странный крик, совершенно не похожий на тигриный. Зверь встрепенулся, повел ушами и начал настороженно оглядываться по сторонам в поисках так внезапно возникшего звука. Два других тигра тоже всполошились и усиленно внюхивались в воздух, пытаясь распознать нарушителя. Наверху быстрой молнией промелькнула тень, послышался перестук задеваемых веток, шелест осыпавшейся листвы и чуть позже приглушенный шлепок тела о землю. Увидев знакомую фигуру, тигры тут же успокоились, и уже было, вновь собрались заняться своей трапезой, как резкий оклик остановил их. Ускользающее сознание эльфа зацепилось за странные, отрывистые фразы на незнакомом языке. Послышалось шебуршание, разозленный, недовольный рык, после которого голос стал громче и резче. Лапы, державшие Бьякую, наконец, отпустили, хоть и с явной неохотой, и появилась возможность вздохнуть. Эльф с болью закашлялся и кое-как выплюнул скопившуюся кровь, которая растеклась на всем подбородке. Вскоре стало тихо и были слышны только мягкие шаги неизвестного, постепенно приближающиеся к Бьякуе. Он попытался поднять голову, чтобы взглянуть, кто к нему подходит, но при малейшем движении все тело пронзила дикая боль, и эльф отключился. Последним, что он увидел были свешивающиеся пряди длинных красных волос…