Оставаться человеком

Очнулся Брок уже в госпитале, в чистоте одиночной палаты, под мерное пиканье кардиомонитора. - Очухался, командир, - хрипло произнесли сбоку. – Слава яйцам. - Джек, - прохрипел Брок, узнавая голос. – Ты чего тут? - Дык, двое суток ты того… в себя не приходил. Я… беспокоился, в общем. На душе потеплело, хоть голова по-прежнему зверски болела, а перед глазами расплывалось. - Не вижу нихрена, - признался Брок. – Что врачи говорят? - Сотрясение у тебя, - с осуждением ответил Джек. – Сильное. И как ты своими ногами до машины скорой дошел – не ебу знать. Говорил тебе – каску надевай, бессмертный ты, что ли? Так нет же, выебнуться все норовишь. - Как остальные? – перевел тему Брок, потому что чем дольше Джек жил с Молли, тем большей наседкой становился. - Да в норме все. Мэй на больничном, плечо у нее. Мне рожу подлатали, а так целы все, слава богу. Такая заваруха была – чисто свалка, а вот поди ж ты. К тебе, кстати, Кэп заходил. То есть заезжал. - Заезжал? – с тревогой переспросил Брок. - Ну, дык, ногу ему несколько часов собирали, доктор Нелл трясется теперь над ней, как над собственной задницей. Вот и гоняет наш Кэп в робокресле, Старк для него, говорят, придумал. Тот даже по ступеням может карабкаться, как робот-сапер. - И чего Кэп? - Роллинз втайне любил всякую интересную технику и мог восхищаться ею часами, а потому Брок вернул его к более интересной теме. - Спрашивал, как ты, - начал Джек, и Брок, давно знавший его, понял, о чем тот спросит, только по интонации. – Командир, вы с ним, с Кэпом, в смысле… того? - Чего – того? – усмехнулся Брок, гадая, насколько очевидно все для остальных, если даже Джек, никогда ничего не замечавший, просек. - Ну, он так… Блядь, не мое дело это, командир. Просто… - Джек, ты знаешь меня с первого курса академии. Только поэтому я тебе отвечу, хоть это и не твое дело. Мы с ним еще не «того», но я наизнанку вывернусь, чтобы да. Понял? - Понял, - коротко отозвался Роллинз, сразу успокоившись. Он всегда успокаивался, как разрешался какой-то важный для него вопрос, неважно, как, но разрешался. Джек был из тех, кто терпеть не мог неопределенности и недомолвок. - Кстати, - Брок перекатил голову по подушке и, борясь со слабостью и усиливающейся головной болью, спросил: - Твоя Молли, вроде, любительница экзотических растений? - Ну, - Джек, смутно различимый в полумраке палаты, поерзал на стуле, - в последний раз на годовщину я ей акокантера или как его там… из Южной Африки заказывал. - Слушай, дай контакты поставщика, а? - Тебе-то зачем? – простодушно спросил Джек. – А, - через секунду дошло до него. – А что Кэп… кхм, прости, не мое дело это. - Мужики, по-твоему, цветы любить не могут? – с притворным возмущением спросил Брок, забавляясь реакцией. - Ну, мне они как бы до лампочки, - признался Джек. - Мне тоже. Но ты будь другом – номерок оставь? Джек с сопением порылся в телефоне, и через секунду на тумбочке звякнуло. - Скинул. Ты бы того… поспал еще, что ли? - Посплю. Вот закажу веник – и посплю. Брок, застонав, потянулся за своим телефоном, но Джек его остановил. - Сам закажу. От тебя. А ты спи. - Что-нибудь эдакое… - пробормотал Брок, отрубаясь. – Красивое и ядовитое. Что ему ответил Роллинз, он уже не услышал. *** - Что это? – спросил Брок, едва открыв глаза в следующий раз. У его постели сидел Стив, небрежно забросив загипсованную ногу на край кровати. В руках у него был большой горшок со странными красными цветами, неприятно напоминавшими разинутые пасти. - Это дионея, - улыбнулся Стив. – Венерина мухоловка. - Мухо – что? – тупо переспросил Брок, пялясь на полные влажные губы Стива. Ему, по сути, было все равно, как назывался этот монстр, лишь бы Стив продолжал говорить и улыбаться. Стив иронично дернул бровью и бережно переставил горшок на тумбочку. - Мухоловка. Подарок. Мне казалось, ты должен быть в курсе. - Я. Да. Кхм. Не думал, что оно выглядит так. Стив рассмеялся – тихо, искренне, потом наклонил голову к плечу знакомым до боли движением и облизал губы. - Ты – это что-то с чем-то, Брок. Как твоя голова? - Лучше, - он протянул руку и осторожно коснулся гипса, затянутого в яркий веселый чехол. – А твоя лодыжка? - Ну, с танцами придется повременить, - Стив фыркнул, но ногу не убрал. – Минимум неделя фиксации и потом еще какое-то время на разработку и восстановление подвижности. Но домой отпустят уже сегодня, после контрольного рентгена. Брок вдруг почувствовал укол сожаления – иррационального и глупого. Стив вернется домой, а ему валяться тут еще минимум две недели. - Эй, - окликнул его Стив, будто прочитав мысли. – Я буду приходить. С корзинками фруктов, сладостями и цветами. Брок покосился на мухоебку, занявшую его тумбочку, и поспешно ответил: - К цветам равнодушен. Можешь компенсировать поцелуями. Стив прищурился, будто оценивая серьезность его предложения, а потом убрал ногу с кровати и подкатился ближе в своем чудо-кресле. - Тут камеры, но если тебя это не смущает… У Брока в голове зашумело от его близости, от желания прикоснуться, поэтому он только коротко бросил: «Нахуй» и притянул его к себе за шею, даже мысли не допуская, что, в общем-то, против мог быть сам Стив. Но, судя по тому, с каким жаром тот ответил, опасения в любом случае были бы напрасными. *** Стива было не застать: после разгрома, учиненного Читаури на Манхэттене, его таскали по всевозможным интервью, заседаниям комитетов, встречам с пострадавшими, комиссиям по восстановлению и прочим инстанциям, как в составе «Мстителей», так и самого по себе. Брок успел выписаться и вернуться к должностным обязанностям, прежде чем, наконец, смог поймать его без свидетелей дольше, чем на несколько секунд. Если бы не взгляды, которыми они обменивались, едва оказавшись в одном помещении, Брок бы решил, что Стив его избегает. Но тот смотрел: ласково, жадно, будто просил немного потерпеть. И Брок терпел, не навязывался и не спешил вываливать из шкафа их общие скелеты – проблем и так хватало. И он еще помнил, что сказал ему Стив при первой попытке сближения. «Это недопустимо». Оставалось надеяться, что «недопустимо» касается лишь каминг-аута, а не возможности быть вместе в целом. Теперь Брок впрягся в работу на полную, как и все остальные причастные. Одно то, что операцию «Спасение Нью-Йорка» разобрали бессчетное количество раз на самых различных уровнях – от внутреннего брифинга в Страйке до совещания на уровне министра обороны, отняло кучу нервов и сил. Когда Брок задержался в раздевалке после поздней тренировки (днем на поддержание формы совершенно не было времени), он ощущал лишь кромешную, беспробудную усталость. Больше моральную, чем физическую – физическая, как раз, его всегда умиротворяла. Он заебался. Мысли: неотступные, навязчивые, которые он много лет прятал даже от себя, кружили в пустой от усталости голове, как рой мух над трупом. Он хотел Стива. Хотел его так, что перед глазами темнело. Себе. Всего, полностью. Разложить на кровати, навалиться сверху и… гладить, ласкать горячую кожу. Насытиться его запахом, пропитаться им. Никуда не спешить, ни на что не отвлекаться. Просто вернуть его себе. Вернуть себе то, что никогда, по сути, ему не принадлежало. - Я надеялся застать тебя здесь, - Брок едва удержался, чтобы не вздрогнуть от неожиданности: Стив подошел бесшумно и положил руку на плечо. Брок уже успел одеться после душа, и только поэтому смог медленно развернуться лицом и молча прижаться губами к губам, а не сразу рухнуть на колени, сдирая со Стива форменные штаны. Они целовались долго и почти нежно. Наверное, усталость все же брала свое, потому что если утром этого почти бесконечного дня он готов был разорвать на Стиве чертову форму голыми руками и завалить его прямо на стол в переговорной, то теперь он будто плыл на теплых волнах, наслаждаясь близостью, на которую уже устал надеяться. Вдруг настойчиво зазвонил телефон - резко и тревожно, его звонок гулким эхом прокатился по пустому помещению, и Стив отстранился. - С этим, к сожалению, придется смириться, - тихо и хрипло произнес он, доставая чертов гаджет из кармана. – Я отвечаю в любом состоянии. Роджерс, - коротко бросил он, приняв звонок и продолжая поглаживать Брока по спине. Этот успокаивающий, извиняющийся жест тоже был знакомым. Брок лизнул его шею, чуть солоноватую, вкусную, от жесткого воротничка формы до линии челюсти, проследил губами артерию, с гордостью слыша, как у Стива едва заметно сбивается дыхание. - Нет, - тем временем спокойно сказал тот. – Ник, кажется, мы это уже обсуждали. Давай завтра в рабочем порядке. Ты на часы смотрел? Хорошо, буду через десять минут. Прости, - он поцеловал Брока и с явной неохотой отстранился. – Давай завтра поужинаем вместе? Брок хмыкнул. Там, в нескольких десятках метров под землей, они решили сделать все «по-приличному», а это означало, что с постелью придется повременить. Что ж, Брок ждал уже так долго, что несколько недель погоды не сделают. - «У Марио» в восемь, я закажу столик. Заехать за тобой? Или мы не настолько по-приличному будем? - Встретимся на месте, - Стив улыбнулся и снова его поцеловал. – И цветов не надо, я и так прихожу за полночь и думаю, где взять мух. Броку стало смешно. Он думал, что «мухоловка» это просто название, Роджерс, похоже, так не считал. - Купи специальную смесь, которая в землю наливается, - посоветовал он. – Молли, жена Джека, всегда так делает. - Я, если честно, думал о зоомагазине. Сейчас есть такие, где, знаешь, лягушки продаются, змеи, ящерицы. Вряд ли кто-то специально заводит у себя тараканов, чтобы их кормить, верно? Брок не хотел говорить о тараканах, поэтому он расстегнул куртку Стива и провел по тонкой нижней футболке ладонями. Стив хрипло выдохнул и прижал его к шкафчику всем телом, давая почувствовать, как крепко у него стоит. - Мне нужно идти, - губы у него потеряли всякую приличную форму, но Брок еще раз почти до боли поцеловал их, напрасно пытаясь наверстать три недели без возможности даже переброситься несколькими словами наедине. – Завтра. В восемь. - Без цветов, - Брок скользнул ладонями на идеальную задницу и застонал от ощущения твердых мышц под грубой тканью. – Потом я провожу тебя и буду надеяться на поцелуй у крыльца. - С чего ты взял, что не наоборот? - Потому что это ты у нас приличный, - Брок легко прикусил крепкую шею, стараясь не оставлять синяков, и Стив со вздохом отошел на полшага. - Это я тебя пригласил, - напомнил он, застегивая куртку. – Значит, плачу и провожаю тоже я. - Глупое правило, с учетом того, что я готов отсосать тебе прямо сейчас, не сходя с этого места. Стив порозовел, расправил форму и повел плечами, будто сбрасывая с себя все человеческое и снова натягивая образ Капитана, как экзоскелет, прячущий нежную изнанку. - Увидимся, - официально бросил он и вышел, на ходу доставая телефон. Через несколько секунд Броку пришло сообщение: «Слухи о моем моральном облике не всегда соответствуют действительности». Что ж, в новом мире Стив осваивался с завидной скоростью. При мысли о том, как тот вбивает в поисковик что-то вроде «однополые отношения в двадцать первом веке», Брока бросило в жар. Сдавшись, он через штаны сжал член, надеясь, что в таком состоянии доедет до дома более-менее благополучно, никого по дороге не сбив и не переехав. *** В маленький ресторанчик Брок приехал первым. Хозяином тут был отец его бывшего сослуживца, Марко, а потому еще ни одно посещение не обходилось без задушевных бесед и попыток сосватать Броку одну из своих племянниц. Намеки об ориентации добродушный толстяк Марио пропускал мимо ушей, считая интерес к мужчинам глупой блажью. Вот уже семь лет Брок не пытался его разубедить, но и от свиданий с очередной «прелестной Марией» отказывался. Из «приличных» он готов был обхаживать только Стива. Стив стоил любых усилий. Брок призвал всю свою выдержку и весьма ограниченный запас терпения, занял самый дальний столик, отделенный от посторонних глаз пестрой ширмой, и сделал заказ. Стив появился вовремя, но Брок поначалу просто обратил внимание на свой типаж вошедшего в зал мужчины: высокий, мощный, светловолосый – и только потом понял, на кого смотрит. В узких темных джинсах, тесной светлой футболке и кожаной куртке видеть Стива было непривычно. А если добавить к образу легкую небритость и модную стрижку, то Брок готов был прозакладывать душу, что там, в девяносто восьмом, он был именно с этим человеком. Он мог не помнить деталей внешности, но не свою реакцию на него. Моментальный отклик всем телом, жар, жадность, желание, идиотская радость и даже гордость тем, что этот человек идет к нему – все это ничуть не изменилось за последние пятнадцать лет. - Здравствуй, - чуть улыбнулся Стив и наклонился за поцелуем – легким, дразнящим. – Давно ждешь? - Уже, - Брок прочистил горло, прежде, чем продолжить, потому что голос бессовестно выдавал все то, что он хотел бы сделать со Стивом прямо сейчас, на этом самом столе, покрытом льняной скатертью с кружевными вставками. – Уже успел сделать заказ и поболтать с хозяином. - Так вот как тебе удалось заказать здесь столик, да еще в пятницу вечером, - Стив осмотрелся и, стянув с плеч куртку, устроился напротив, подперев голову широкой ладонью. Точно так же он когда-то слушал совсем молодого Брока Рамлоу – с искренним, теплым интересом, совершенно не догадываясь, что вот так, походя, перекраивает под себя всю его жизнь. - Да. Его сын какое-то время служил под моим командованием. Я уже лет десять хожу сюда время от времени, - Брок беззастенчиво пялился на Стива, а потому легко заметил, как тот нахмурился – всего на мгновение, но этого оказалось достаточно, чтобы добавить: - Роджерс, ты первый мальчик в моей жизни, достаточно приличный для того, чтобы познакомить тебя с Марио, так что расслабься. Ни с кем, кроме Роллинза и Молли, я сюда не приходил. Стив смущенно улыбнулся. - Все так очевидно? Брок хотел ответить что-то вроде: «Если знать, куда смотреть», но тут Фло, одна из многочисленных племянниц Марио, принесла заказанный томатный суп, расставила тарелки, продемонстрировав Стиву содержимое своего декольте, и Брок промолчал. Да, многие вещи становились очевидными, если желание узнать другого человека становилось жгучей потребностью. А о потребности в Стиве Брок знал все.