Пляска пепла и ветра

— Падаль — В себя Сет пришел не сразу, а через несколько минут после того, как тело начало потряхивать из-за болезненных спазмов. Сначала ничего не понимая, парень пытался припомнить, после чего его организм может быть в таком побитом состоянии. Неужели он нарушил запрет Каулитца, и тот исполнил-таки свою угрозу выбить из него всю душу за то, что сунулся в тренировочный зал? Но он не помнил, как дрался с ним. Значит, дело было в чем-то другом, что блокировало уставшее сознание. Сет попытался открыть глаза, и тут же чуть не взвыл из-за боли, которая пронзила черепную коробку. Да что за нахер, блять?! Почему такое ощущение, будто его катком раз сто переехали? Парень попытался еще раз открыть глаза, и на этот раз у него это вышло, только дневной свет резанул по сетчатке. Пересилив боль, он медленно осмотрел окружающую его обстановку, и пришел к неутешительному выводу: он находился в чужой комнате. На ум сразу пришли Локиус и Бальтазар, к другим бы он не пошел, если бы по какой-то причине не мог находиться у себя. Но раз так, где тогда сами псы? Когда ему удалось сконцентрировать слух на посторонних звуках, он услышал приглушенные голоса в ванной. Судя по тону, которым каратели говорили, они прибывали не в шибко радостном настроении. Это заставило его смутиться и почувствовать себя виноватым за то, что он перегадил им планы своим очередным взбрыком. Но это не объясняло, почему его тело в таком состоянии. Его кто-то избил? Но почему он тогда не помнит, как дрался? Тем более… болели не те места, которые обычно задействованы в драке. Вспышки боли отзывались внизу поясницы, на запястьях, в затылке и самое главное в голове. Словно кто-то пару раз шарахнул его об пол вверх ногами. Такое вполне могло случиться, но раньше, не сейчас, когда все знают, что любой вред в его сторону карается жестокой карой от Теневого лидера и смертью от отца. Кто мог не бояться их? Таких людей и в отряде, и в ближайшем окружении не было. Разве что… Вир, который чувствовал свое особое положение и пользовался им по своему усмотрению. Но не мог же он сдуру нарушить запрет приближаться к нему. Это даже для него было бы слишком глупо. Сет медленно сел, чувствуя головокружение, и как тянутся напряженные мышцы. Осмотрев себя, он с облегчением заметил, что видимых ран на нем нет, тем более он одет, и на одежде нет следов борьбы. Стоп… а когда он успел одеться? Ведь, последнее, что он помнил, как ложился спать в свою постель, а теперь… Сет еще раз осмотрел комнату, и тут же замер, когда взгляд наткнулся на бритву, которая была отброшена на пол. Вдобавок ко всему, она была в чем-то испачкана. Смола или кровь? Нечто среднее, напоминающее вязкую субстанцию и слизь одновременно. Что за херня? Он что, кого-то поранил, а потом отключился и преспокойно продрых, пока этот «кто-то» истекал кровью? Горло сдавило спазмом, когда в голове возникла одна догадка. — Локи… — прохрипел парень, в ужасе вскакивая на ноги, но тут же со стоном падая обратно, — блять, какого хуя… Внезапно тихий голос пса заставил его задрожать и начать искать источник. — Тише, Роксет, не подрывайся так резко, — приглушенно проговорил Локиус, выходя из ванной и останавливаясь на некотором расстоянии от кровати, — у тебя еще не все рецепторы восстановились. — Что произошло? — морщась из-за вспышек боли, спросил Сет, а затем вернул пристальный взгляд к напряженной фигуре пса. — Я ничерта не помню. Как я попал к вам в комнату? Кто на этот раз вышел? И что… что с тобой?.. Это я?.. Парень широко раскрытыми глазами смотрел на плотные бинты, которые были обернуты вокруг шеи, запястья и часть грудной клетки Локиуса, которая была видна из-за расстегнутой кофты. Кожа пса была бледнее обычного, а в змеиных глазах застыло напряжение и тяжелое ожидание чего-то. Сет с неким шоком осознал, что эти эмоции вызвал он своими действиями, которых не помнил. Сам же Локиус едва слышно вздохнул и постарался расслабить тело, чтобы еще больше не напрягать мальчишку неизвестностью. — Это не ты, это Невидимый, — голос чуть дрогнул из-за подсознательной паники, но затем пес совладал с собой и дальше заговорил уже спокойно, — с какого момента теряются воспоминания? Как порезал руку помнишь? Или то, что с тобой делал Блэк? Сет угрюмо покачал головой, понимая, что он потерял больше суток и неизвестно что творил, пока эта закадычная парочка владела его телом. Он знал, если в этом пиздеце замешан Вир, значит, внутренний бляденок снова показал свою рожу, а затем и помог выйти в реальность этому ублюдку, который поранил Локи. Еще и собственная рука пострадала, потому что этим выродкам не сиделось в сознании. — Последнее, что я помню, это как засыпаю в своей комнате, — мрачно и сипло из-за прилива ярости, проговорил парень и раздраженно ударил кулаком по подушке, — блять, неужели снова нужно устроить сожжение, чтобы эти засранцы сидели по норам. — Эй, притормози, — взволновано проговорил Локиус, плюнув на свой страх и сев рядом с парнем, тут же взяв его за руку, — пока никакого сожжения, для начала нам надо разобраться, почему случился такой глубокий и долговременный заплыв. И постой-ка… что значит «снова»? Ты уже «сжигал» себя? Сет пугающе усмехнулся, но в его усмешке не было смеха, а только затаенная боль, которая трансформировалась в жестокость. — Сжигал, топил, закапывал, травил, резал… — отстраненно, но с сознательностью проговорил он и горько улыбнулся, смотря на свою перевязанную руку, — что я только не делал, но все без толку. Рано или поздно, они восстанавливаются и снова выползают наружу. Одинокий говорил, что не нужно давать им даже минимальную власть над событиями, но в те годы я не выдержал бы всего происходящего, если бы занимал главенствующее место. Локиус инстинктивно затаил дыхание, когда понял, что парень говорит о времени, когда контроль был разделен между Сетти и Невидимым. Он вообще удивлен, как удалось выйти на эту тему, ведь раньше любое упоминание о том времени вызывало негативную реакцию. Или дело в том, что сейчас перед ним именно Роксет, личность-ядро, на которую не действуют ограничения? — Что с тобой происходило в те годы? — едва слышно спросил Локиус и пояснил, когда заметил непонимающий взгляд. — Когда у руля были Сетти с Невидимым. Сет нахмурился и поджал губы, на некоторое время замолкая. Локиус уже успел пожалеть о том, что спросил, и смириться с тем, что пока эта информация будет закрытой. Когда вдруг мальчишка звучно цокнул языком и хлестко рубанул: — Я был падалью и половой тряпкой, об которую вытирали ноги все, у кого вставал на нескладное тело. Меня ведь не заставляли, я сам ложился под этих ублюдков, потому что мне нужны были деньги, чтобы скрываться от ищеек отчима. Во время всего процесса у руля был Сетти, а я как будто со стороны наблюдал за всем, эмоции и восприятие забирал Невидимый. Я просто смотрел, как мое тело берут в различных позах, как пичкают его наркотиками и алкоголем, но все это проносилось мимо меня, потому что они не позволяли ощутить даже малую часть. Почему Сетти чаще всего был и остается в связке с Невидимым? — словно сам у себя, спросил Сет и неопределенно хмыкнул, чувствуя желчь на языке. — Потому что Стелс может выдержать что угодно, любая херня сделает его только сильнее, так как он может переработать любой негатив себе во благо, но самое главное, он забирал боль. Но однажды наступил такой момент, когда даже он не смог выносить всю эту плотину из боли и гнили, и она начала его изменять. Сперва он транслировал видения с полной эмоциональной подпиткой, когда я находился в клетке сознания, потом стал экспериментировать с воспоминаниями и реальными событиями. Например, когда я убил хозяина борделя, пока тот спал, приняв его за одного из насильников, которые измывались надо мной в прошлом. Когда я осознал свои действия, было уже поздно, хозяин уже захлебнулся кровью, а Невидимый лишь посмеялся и посоветовал, действовать помедленнее, чтобы насладиться мучениями жертвы. В будущем он не раз прибегал к такому трюку, чтобы лишний раз напомнить мне, что собственная гнилая душонка никогда не будет сыта, и ее постоянно нужно кормить или кровью, или сексом. В те годы, я постоянно был на «колесах» или «коктейлях», поэтому моральный фактор не особо волновал, как и вред организму. Что не нравилось Одинокому, но тогда сфера влияния ему не принадлежала, и ему приходилось затыкать свое недовольство. А власть Стелса все больше захватывала мое сознание, тем более с такой подпиткой, которую давал Сетти… одним словом, удобно устроились. Парень на некоторое время замолк, и у пса появилась возможность обдумать услышанное. Но мыслей не было, один лишь знак вопроса. Как такое можно творить с малолетним пацаном, который к тому же, не отвечает за свои действия? Зачем углублять раскол еще больше этими «добровольными» убийствами и связями? Если Невидимый хотел «закалить» таким конченным способом психику Роксета, то почему в конечном итоге добился противоположного эффекта? Или он с самого начала задался целью полностью уничтожить личность Колда, чтобы потом установить свой тотальный контроль? Но тогда не понятно, почему Одинокий и Рокс это допустили, если видели, к чему все идет. Понимая, что после таких откровений парень не особо будет в состоянии разбираться в хитросплетениях своих альтеров, Локиус решил спросить о чем-то незначительном, чтобы понизить градус напряжения. — Стелс? Сет сухо хмыкнул и ответил почти не задумываясь, словно речь шла о погоде. — Его изначальное имя, как и у всех остальных, — отстраненно проговорил он и перечислил всех альтеров: — Одинокий — Лоньерес, Рокс — Инферно, Невидимый — Стелс, Сетти — Дирн, Агнец — Ламир. Ассоциативные имена появились после того, как они проявили характер и отличились какой-то выходкой. Локиус приподнял бровь, немного удивленный таким поворотом событий. Он-то думал, что вторые имена тоже были с самого момента возникновения альтера. И если причины появления прозвищ Лоньереса и Стелса он, в принципе, понимал, то остальные вызывали вопросы. — Почему ты позволил Инферно и Дирну взять твое имя? Скулы Роксета заметно очертились, выдавая его напряжение и истинное отношение к этой теме, но потом его лицо вновь стало бесстрастным и холодным. — Потому что они заменяли меня для окружения, — показательно спокойно проговорил он и изогнул губы в жестокой ухмылке, — у Рокса хорошо подвешен язык, он любит взрывать мозги своими словесными выпадами. И это если не считать, что он мастерски может вскрыть глотку. Сетти — это проявление моей блядовитости в чистом виде, почему Вир так и любит эту «личность». Не задаю лишних вопросов, а только подставляю рот или зад, чтобы доставить удовольствие очередному ебарю. Идеальная дырка, блять, и такой же идеальный проводник для Стелса. Сет говорил едко и холодно, с презрением, обращенным к самому себе, и создавал такое впечатление, будто его контроль опять ускользнул в руки одного из альтеров. Но это было не так, Локиус отчетливо чувствовал и видел, что сейчас парнем никто не владеет. Но с другой стороны, где взять уверенность в том, что он наблюдал достоверную картину, а не очередной оживший мираж? Ведь перед столкновением с Невидимым он тоже был почти уверен, что перед ним именно Роксет, а оказалось… Нет. Сейчас ощущения не врали, и от этого было еще более херово на душе, потому что приходило понимание: все, о чем говорил парень, — правда. — А Агнец, — сиплым голосом спросил Локиус, сдерживая собственную дрожь в теле, — за что отвечает он? Сет кривовато улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз и создала впечатление застывшей маски. — За суицидальные мысли, за наружные раны, за ожоги и порезы, которые я наносил себе, чтобы вернуть контроль над сознанием, — со странным спокойствием проговорил он и хмыкнул, проводя пальцами по бинтам на своей руке, — подозреваю, это — тоже его творение. Еще в его обязанности входит игра в слабого и беззащитного ребенка, который мало что умеет и своей тени боится. И ты мог его видеть недавно, только из-за налета Сетти не понял, что это другой альтер. — Значит, я принял его за тебя и поэтому не сразу понял, что произошло слияние, — виновато и смущенно проговорил Локиус, удивляясь, какого хера он допускает такие ошибки в отношении своего «подопечного», — прости, я ошибся, что привело к выходу Стелса в реальность. — Локи, — беспечно усмехнулся Сет, пристально вглядываясь в виноватое лицо пса, — для начала нужно выяснить, что я из себя представляю, а потом уже корить за то, что не узнал или спутал с другим альтером. Подумай хорошо, что или кто я есть, и из чего состою. Ведь даже сейчас ты не уверен до конца, что говоришь с личностью-ядром, ведь так? Пес нехотя кивнул, не зная, что отвечать на слова парня. А Сет только лишь едва заметно хмыкнул, словно подтвердил свои слова, и осторожно поднялся, стараясь не делать лишних движений. — Ты измотан, Локи, — даже не спрашивая, а утверждая, проговорил парень и забрал свой мобильный с поверхности прикроватной тумбочки, — отдохни, как следует, за меня не переживай, справлюсь. А то чую, Бальт хочет в бетон меня замуровать из-за этой истории со Стелсом… Что ж, нельзя его винить за это, я сам еще долго себе это не прощу. Но сейчас нам всем лучше побыть по-отдельности, чтобы проветрить мозги. — Роксет, ты уверен? — начал было Локиус, но тут же осекся, когда увидел, как по лицу парня прошла секундная тень боли и злости, — Хорошо, я молчу. Позвони или приходи, когда будешь готов продолжать сеансы. Сет молча кивнул, соглашаясь с его словами, и поспешил покинуть комнату, опасаясь, как бы его опять не накрыло в присутствии пса. Добавлять ему новых проблем не хотелось вообще, старых хватало с головой. Не обращая внимания на боль в теле, он быстро преодолел коридоры общаги и заскочил в свою комнату, поначалу не узнав ее даже. Но потом, когда дрожащие сознание немного успокоилось, он смог выдохнуть и уже более уверенным шагом пройти по помещению, отмечая детали. Свалка одежды кубарем лежит на кровати, на полу разобранная аптечка, следы крови и потеки воды. Очевидно, когда Ламир пытался обработать рану на руке, не особо обращал внимание на окружающую его обстановку. Раздраженно цокнув языком, Сет убрал аптечку из-под ног и принялся разбирать кучу вещей, про себя удивляясь, что можно было искать в подобной свалке. Хотя он не помнил причины ее появления, подозревал, что это дело рук Сетти, этому засранцу всегда было наплевать на их вид и состояние. Но внезапно парень замер, почувствовав на себе пристальный и едкий взгляд. Зная, кому он может принадлежать, но всеми силами моля об ошибочном восприятии, Сет медленно обернулся и зло уставился на фигуру мужчины, сидящего за его столом. Хотя он прекрасно понимал, что этот ублюдок — только в его голове, не мог удержаться от ядовитого плевка. — Ну ты и урод, Стелс. Невидимый растянул губы в жестокой ухмылке и мрачно хохотнул. — Не больший урод, чем ты, мон шер, — довольно проговорил альтер и притворно досадно хмыкнул, — хотя должен отметить, на этот раз твое окружение очень интересное, не то что в прошлом. Сет захотел зарядить кирпичом ему по морде, но потом вспомнил, что от этого не будет эффекта, и решил плюнуть. Хочет ублюдок наблюдать за всем из первого ряда, пускай, только главное — не забыться и не допустить, чтобы контроль не перешел к нему.