Похищенная

Я бежала по холодной земле, босыми ногами. Больше всего, я боялась не грозу, которую я с детства боялась, а Юнги, который всегда предупреждал, не злить его. Я уверена, что я его разозлила. Что если он и правда страшен в гневе? Я слышала,что он кричит позади мое имя, но останавливаться я не собираюсь! Нужно спрятаться, вот только куда? У меня нет, времени на остановки, он уже догоняет меня, и вот я уже выбежала из лесу, гроза уже закончилась, может, тут есть дорога и у меня выйдет остановить машину? Но пока звуков машин, я не слышу, а слышу лишь шум воды. Я вижу еле освещенную лунным светом тропу, которая кончается на крутом обрыве, а дальше все, как в тумане. Я не успеваю остановиться и падаю вниз, я не умею плавать, я пытаюсь вынырнуть, гребу руками и ногами как могу. У меня получилось, но меня сразу же накрыло волной, я перевернулась в воде, наверное, раза двадцать, воздух в легких уже кончался, руки и ноги, окаменели от холодной воды. Я не могла пошевелить ни руками, ни ногами, я уже погружалась на дно, кислорода в легких уже не осталось. Воздух, мне нужен воздух. Я уже отключалась, как почувствовала, что меня кто-то взял за руку и обнял за талию, открыв глаза, я увидела Юнги. Он поцеловал меня в губы, поделился воздухом и помог мне вынырнуть. Я обвила его шею руками, настолько сильно, насколько могла, боялась,что он меня отпустит, и я снова погружусь на холодное дно. Не хочу, не хочу, чтобы он меня отпускал, мне холодно, я вся тряслась, Юнги молчал. Он, видимо, очень зол на меня. — Юнги, прости! – прошептала я. — Нет! – он начал убирать мои руки, с его шеи. -—Нет, нет, Юнги, не отпускай, я боюсь, прошу, не отпускай. — Не дождешься, ты мне еще нужна! Отпусти, мне неудобно будет плыть! — Я, не умею плавать. — Тогда, залазь на спину. Я хотела отпустить Юнги, но резкая боль дала в голову, а дальше – темнота. Очнулась я уже в кровати, голова жутко болела, и тело все ломило. Юнги рядом не было, я хотела пить. Мне пришлось встать и пойти на кухню, зайдя туда, Юнги и тут не было, на столе лежала записка; "Я очень зол на тебя, и мне лучше пока не видеть тебя и так, как ты еще не пришла в себя, я ушел, чтобы не сорваться, но учти, как только тебе полегчает – жди худшего!" Ясно. Он очень зол на меня! Ну и пусть злится, это его вина, а не моя! Я попила воды и пошла в душ. Приняв горячий душ, я приготовила себе яичницу. Поев, я пошла на диван, смотреть телевизор, здесь больше заняться нечем, найдя канал с мультиками, я посмотрела уже три мультика, и мне наскучило. Я решила пойти в сад. Зайдя туда, у меня пропало настроение, пошли эти страшные воспоминания о вчерашней ночи, мне стало плохо, и я ушла обратно в дом. Посмотрев на часы, время было полпятого. Время быстро летит. Зайдя на кухню, я решила состряпать что-нибудь, вот только продуктов, кроме как на кашу или яичницу, не было. Ладно, тогда уберусь в доме, но и тут провал. В доме чисто, я только протерла пыль, пол и все, больше работы не нашлось. Посмотрев снова на часы, время было шесть, теперь оно медленно идет. Может, полазать у Юнги в шкафу? *как неприлично* Плевать! Открыв шкаф в его комнате, я наткнулась на такое зрелище, все было идеально сложено, было пять полок, и в каждой были разные вещи: в первой лежали толстовки и кофты, в другой-брюки джинсы, в третьей-футболки, в четвертой-шорты, ну, а на самой верхней пятой- головные уборы. Кстати, насчет одежды, кажется, я была вчера в его футболке, только в белой, а не в серой. Ну, да, он же не положит меня в мокрой, вот только он меня переодевал. Он меня видел голой. Черт! Хотя я должна быть благодарна ему за его заботу, но все же он видел меня голой, открыв второй шкафчик, там висели рубашки, куртки, пиджаки, а внизу, в задвижках были галстуки и ремни, еще два шкафчика в верхнем были аксессуары такие, как браслеты, кольца и цепочки, а в нижней была его обувь, как все аккуратно. Я захотела надеть одну из его рубашек и выбрала белую – мой любимый цвет. Надев ее, я собрала свои волосы в хвостик и взяла еще галстук черного цвета, хотела надеть и брюки, но услышала звон ключей за входной дверью. Что же делать? Я не успею переодеться. И вот, у порога комнаты стоит Юнги, его рука была в кармане его джинс, он осмотрел меня холодным взглядом с ног до головы. — Я смотрю, тебе уже лучше? - он подошел ко мне и поправил мой галстук, ну, то есть, его галстук, который на мне. — Угу, ужинать будешь? –  проговорила я, дрожащим голосом, чтобы хоть как-то отвлечь его оттого, что он зол на меня. — Да, буду - он посмотрел на меня своим холодным взглядом, и у меня по всему телу прошли миллионы мурашек, почему-то, его спокойствие меня пугает — П-пойдем. – я обошла его и хотела пойти на кухню, чтобы приготовить ему яичницу, а больше нечего, но он снял с моих волос резинку, и мои локоны сразу же легли мне на плечи, я повернулась к нему и вопросительно посмотрела на него, он лишь ухмыльнулся. — Куда ты? – спросил он меня. — На кухню, готовить ужин. — Зачем? Мой ужин уже тут. — Ч-что? - он схватил меня за галстук и повел к кровати. Толкнув меня на кровать, осмотрел меня, а потом на вис надо мной, мои руки он держал одной рукой над головой и стал жестоко и жадно целовать мою шею, спускаясь ниже до ключиц, хоть я и знаю, что бесполезно вырываться, но я все равно пыталась. Он уже меня предупреждал, что если это момент настанет, то он не остановится, и вот он настал, я пыталась вырываться. — Ты только еще больше возбуждаешь меня тем, что пытаешься вырваться, так что, можешь не стараться.  – он стал стягивать галстук и завязал руки. Я уже не пыталась ни вырываться, ни просить его отпустить меня, он ведь все равно сделал бы это когда- нибудь, я тупо захлебывалась в слезах. POV Юнги Я стал расстегивать рубашку, когда закончил с рубашкой, я приступил к лифчику, закончив с ним, я стал осматривать ее тело, Сногсшибательный вид: ее нежная и гладкая бледная коже, мм, не могу сдерживать себя, я поцеловал ее в ее нежные губы и укусил ее нижнюю губу, она невольно и, как можно тихо, застонала. Я стал оставлять засосы на ее шеи, плечах и ключицах, спускаясь до груди, я стал ласкать ее грудь. Я делал все, как можно нежнее, ведь это ее первый раз. Конец POV Юнги POV Автор Чертики в глазах Юнги, кажется, устроили войну. Пошло ухмыльнувшись, парень приблизился к губам девушки, облизывая и посасывая их, та, в свою очередь, пыталась оттолкнуть его от себя, но все было бестолку. Язык Юнги выписывал свои узоры во рту у Мэй, сплетая их языки в горячем танце. Отстранившись от губ, кареглазый начал потихоньку опускаться ниже, к шее и ключицам. Юнги облизывал, покусывал и оставлял засосы на молочной коже девушки, которая от таких действий выгибалась на каждое движение Юнги. Ее мозг давно отключился, а тело предательски поддавалось умелым ласкам блондина. Ведь она никогда не чувствовала, столько нежности от одного прикосновения Юнги. Она пыталась отвергнуть мысли о том, что ей приятно, но это плохо выходила. Оставляя девушку в одних трусиках, кареглазый провел дорожку поцелуев от шеи до резинки нижнего белья, второй рукой поглаживая промежность Мэй через ткань, получая желанные стоны и прерывистое дыхание. Девушка уже сдалась и подалась искушению. Стянув с себя штаны, блондин остался в одних боксерах. Нависнув над телом девушки, приблизился к ее губам. — Ты ведь хочешь меня? – опаляя ухо, жарким дыханием, прошептал Юнги. Девушка, смутившись, закусила губу, томно смотря в глаза парня и робко кивая. Пошло ухмыльнувшись, Юнги увлек девушку в мокрый поцелуй, постепенно углубляя его, укусив и оттянув губу своими зубами, сверкнул глазами, спускаясь к заветному месту. Стянув трусики, Юнги стал поглаживать клитор девушки, его движения сопровождались громкими и протяжными стонами девушки. Возбуждение Юнги росло с каждой минутой, в трусах становилось все теснее и теснее. Снова припав к губам девушки, утянул ее в продолжительный поцелуй. Юнги развязал руки Мэй, та в свою очередь, очень сильно обняла парня. — Ты готова? – просил парень, смотря в красные глаза, от уже давно высохших слез девушки. — Нет. – прошептала девушка дрожащим голосом. — Я боюсь, Юнги. – глаза Мэй снова стали стеклянные от наполнившихся в них слез. Юнги поцеловал девушку в лоб и прошептал: — Не бойся, я буду нежен. Девушка посмотрела парню в глаза и еле заметно кинула. —Будет немного больно, потерпи немного, малыш. – победно ухмыльнувшись, проговорил кареглазый. Он до сих пор не понимал, что она с ним творит, его разум давно улетел в неизвестном направлении, а сердце предательски стучало. Стянув с себя последний элемент одежды, тем самым высвободив своего разгоряченного и возбужденного дружка, кареглазый резким толчком вошел в Мэй, она оказалась очень узкой и тесной, от чего парень застонал. Пронзительная боль внизу живота девушки, от чего на глазах появились слезы, кареглазый остановился, давая привыкнуть к новым ощущениям. Затем, с одобрения Мэй, стал медленно двигаться. Боль потихоньку отходила на второй план, ее заменяло приятное чувство наслаждения. Юнги наращивал темп, откинув голову и тяжело дыша. Комната наполнилась стонами и вздохами, становилось слишком жарко. Юнги, чувствуя скорую разряду, кончил прямо в нее, та тоже излилась, выкрикивая имя своего мученика. С тяжелой отдышкой, Юнги лег рядом с Мэй. Накрыв себя и девушку покрывалом, и притянул Мэй к себе сильно обнимая ее. Мэй уткнулась носом в грудь парня, и уснула.