Башня

Ровена медленно и важно спускалась по резной лестнице, рассматривая незнакомые интерьеры Слизерин-мэнора. Когда дорогой Салазар запирал ее в Башне, он не стал устраивать ей экскурсии по дому, так что сейчас леди Рэйвенкло-Слизерин с удовольствием смотрела по сторонам, наслаждаясь его выверенной изысканностью. — Какой же все-таки мой милый педантичный,— усмехнулась женщина, прикасаясь к идеально разложенным на рабочем столе документам, листочек к листочку, папка к папке, книга к книге. Не менее аккуратными были и записи Слизерина — не то, что ее, постоянно перемежающиеся рисунками и рассуждениями на совершенно посторонние темы.— Ну как же все некстати... Ровена устало вздохнула, присаживаясь на стул. И что же ей было делать? Когда она продумывала свое триумфальное появление, то совершенно не подумала о том, что благоверного может не оказаться на месте. А просто так бродить по замку ей не хотелось — за предыдущие часов шесть она уже достаточно насмотрелась на изысканность интерьеров. Но и не заявить о своем открытии не может. Это было бы совсем не в характере леди Рэйвенкло-Слизерин. Что же делать? Наконец, на губах женщины появилась кривая усмешка — Ровена придумала неплохую шутку над своим высокомерным супругом. Она пододвинула к себе пачку каких-то, наверное, очень и очень важных документов, и, окунув в чернильницу мохнатое перо, написала поверх размышлений мужа всего одну фразу. "Что значат щиты твоей Башни по сравнению с теми, что ты возвел вокруг моего сердца?"