Княжна Хованская

Подготовка к предстоящей свадьбе сестры с головой захватила Настеньку, и она и думать забыла о смерти сестры и своем горе. Но сегодня их пригласили на вечер Волконские, тем самым давая Насте и Эльзе шанс еще раз обдумать предстоящую свадьбу. Они ехали в карете и время, казалось, летело со скоростью лошади на скачках. Сестры обсуждали украшения, которыми украсят зал, шикарное платье Эльзы, костюм Сергея, обеденный стол, списки гостей и все-все-все на свете. Эльза очень хотела видеть на свадьбе семейство Волконских, хотя Настя особых желаний по этому поводу не выказывала. Но несмотря на внешнее равнодушие к этому сестры, Эльза знала, что Насте очень хотелось бы видеть Александра на празднике. И, может быть, потанцевать с ним. Пусть Анастасия и капризничала, плакала, даже пыталась злиться, уходила, кричала, когда на горизонте появлялся Волконский, но она очень его любила. Возможно, порой у нее не было настроения, и она могла его ударить, но от этого ни его любовь к ней, ни ее любовь к нему не ослабевала, а становилась со временем только крепче. В конце концов уже скоро два месяца как они знакомы и столько же его бесплодным попыткам завоевать любовь и расположение Настеньки. Любовь он, конечно, завоевал, но какая от нее радость, если она даже поговорить с ним не желает? Всякий раз, как он оказывается рядом, он получает либо оплеуху, либо равнодушие (Настя называла это словом «ignore» на английский манер). Хованские вошли в холл. Настенька скинула с плеч шубку, отдала ее лакею и подошла к зеркалу. Сегодня она была в лиловом платье. Впервые за долгое время она была не в черном. Александр был почти рад этой перемене в ней. За одним только исключением. Ему нравилось, когда она была в черном. Он стоял, опершись плечом о стену, пока Настя поправляла платье и прическу и не замечала его. Она заметила его только когда мимо прошла Эльза и поздоровалась с ним. Младшую Хованскую испугал голос Волконского почти у нее за спиной и она, вздрогнув от страха, повернулась. — Волконский! — почти в гневе выкрикнула Хованская, краснея от смущения. — Да, моя княжна? — улыбнулся молодой человек и, взяв ладонь Настеньки, поцеловал ее. — Я в вашем распоряжении. — Будьте добры, скройтесь за горизонтом. — с притворной злобой рыкнула Настенька. Александр отвесил поклон, поцеловал ручку княжны и удалился. Настя сделала разозленное лицо, обернулась к зеркалу и продолжила поправлять прическу. Волконский тем временем вернулся в зал, отошел немного от дверей и затаился в толпе, ожидая Настеньку. Павел за прошедшие три дня поуспокоился и стал больше обращать внимание на что-то более веселое, нежели смерть Танечки или его собственная. Паша стал больше смеяться, иногда отпускал глупые шутки. Александр над ними смеялся, хотя они не всегда были смешными. Смеялся только для того, чтобы Паша не чувствовал себя обделенным и никому не нужным. Но на самом деле Александр про брата и думать забыл, он был весь поглощен Настенькой. Никогда он не помнил за собой такого влечения к Хованской. Вечно бы смотрел на нее. Не отпускал бы от себя. Посадил бы рядом и все глядел бы. Наконец, Настенька вошла в зал, поздоровалась со всеми, кого встретила, и скрылась в углу зала. В ее, кажется, любимом кресле. Александр краем глаза заметил, что какой-то из приглашенных князей или графов, незнакомый ему, направился в сторону маленькой Хованской. Князь Волконский поставил недопитое вино на столик и направился наперерез конкуренту. Хотя… Какой он конкурент? Самонадеянный франтишка в накрахмаленном пиджачке. Больше ничего. Александр подошел к сидящей в кресле Настеньке, которая поедала конфеты, опустился перед ней на колено и пригласил на танец. — Оставьте меня, Александр. — попросила Настя, отправляя в рот очередную шоколадную конфету. Молодой человек поднял княжну на ноги, взял из вазочки несколько ее любимых шоколадных конфет и положил их в карман пиджака. Кажется, он становится сентиментальным. Он даже знает, какие конфеты она любит. В это же время подошел этот франтишка. — Молодой человек… — обратился он к Александру. — Вы могли бы отпустить юную леди? — А вы могли бы не появляться в поле зрения моей невесты? — На ней не написано, что она ваша невеста. — самодовольно улыбнулся молодой человек. — А с каких пор с девушкой можно обращаться как с вещью? И тащить на танцы только потому, что на ней не написано, что она чья-то невеста? Злой и раздосадованный молодой человек снял с левой руки белую перчатку и бросил ею в лицо Александра. Волконский мог бы разозлиться на него и нагрубить, но в светском обществе было принято отвечать на такое. Настенька тем временем присела на колени, подняла с пола перчатки, отряхнула от пыли и протянула молодому человеку, попросив его удалиться. — Позор. — улыбнувшись, пристыдил его Александр. — Вы даже перчатку бросить не можете. — Ах так.! — краснея от злости, выкрикнул франтишка, фамилия которого, как вспомнил сейчас Волконский, была Черезов. Да. Граф Черезов. Имени его он вспомнить не мог. — Не утруждайтесь, граф. — отмахнулся Александр. — Я принимаю ваш вызов. Когда? — Через четыре дня. В четыре часа пополудни. Я буду с секундантом и оружием на пустыре за пятым краем кладбища. — Черезов оправил пиджак, натянул перчатку и ядовито ухмыльнулся. — Там вас и похороню. — Захватите лопату и гроб по размеру. Думаю ваш секундант о вас позже позаботится. — Еще посмотрим. — злобно рыкнул граф и скрылся в толпе ахающих дам и качающих головами мужчин. Александр достал из кармана пиджака конфету и протянул Настеньке. Княжна злобно взяла угощение и, замахнувшись, влепила Александру пощечину. Князь виновато опустил голову, опустился на колени и стал целовать руки Настеньки. Хованская вырвала ладони из рук Александра и обиженно отвернулась. Волконский поднялся с колен и приобнял маленькую княжну. — Александр, как вы можете? — Настя оттолкнула молодого человека и открыла конфету. — Вы позорите меня и мою честь! — чуть не плача говорила она, злобно топая ножкой. Волконский обнял Настю и поцеловал в висок. Кажется, он поцеловал ее в первый раз. Настенька закрыла лицо руками и спряталась в объятиях молодого человека. Она плакала. И снова плакала из-за него! Он всегда (или почти всегда) заставляет ее страдать! Она же постоянно плачет из-за него! — Настенька, что случилось? Не плачь, любовь моя… — Вы всегда думаете только о себе! — плакала княжна, вытирая слезы со щек. — Принимая вызов на дуэль, вы думали только о своей чести, а обо мне не думали ни секунды! — Это неправда, Настя. — Александр заглянул в ее глаза. — Если я откажусь от дуэли, меня будут считать трусом. А какое уважение может быть к подруге сердца труса? — Он убьет вас. — грустно, со слезами в голосе и глазах сказала княжна. Она уткнулась носом в плечо Александра и горько заплакала. — Не ходите. Я не хочу, чтобы люди вокруг меня умирали. Я этого больше не вынесу. — Настенька, не говорите чепухи. Никто никого не убьет. — успокаивал он ее. Он сам готов был расплакаться. Не мог он смотреть, как его любимая страдает! Но и словами он не мог помочь ее горю. Как и она — слезами — его горю. — Вы не понимаете! За мной всегда по пятам следует смерть. В день моего рождения умерла моя бабушка, затем дедушка. Костя и Саша, родившиеся после меня, тоже умерли. Умерла моя кошка. Умерла Танечка. — Настя, живым свойственно умирать. Не превращайте это в теорию заговора. — Сейчас еще и вы… — княжна помолчала, смотря в глаза Александра. — Я не хочу, чтобы люди вокруг меня умирали. — Я не умру. — улыбнулся молодой человек и сразу же получил пощечину. — Не смейте улыбаться! Это не смешно! Если вы умрете, будет не до смеха. Ни мне, ни вашему брату, ни вашему отцу. — Граф Черезов посмеется от души. Между ними повисло напряженное молчание. Настя уже перестала плакать. Александр сейчас думал о том, чтобы не довести ее до слез снова. Волконский достал из кармана еще одну конфету и протянул ее Настеньке. Она взяла ее, грустно опустила глаза, сняла фантик, разломила конфетку пополам и протянула одну часть Александру. Он благодарно принял угощение. — Обещайте мне, что вы не умрете. — попросила Настя. — Что за глупости вы говорите, Настенька? — слабо посмеялся молодой человек. Настя, надув губки, покрытые тонкой шоколадной пленкой, толкнула его в плечо. — Обещайте. — требовательно буркнула княжна. Александр тяжко вздохнул, приобнял даму сердца и наклонился к ее ушку, увенчанному красивой серебряной сережкой. — Обещаю. — шепнул он и поцеловал ее в висок. — Александр… — Настя раздраженно толкнула его в плечо. — Что люди подумают? — Что я вас очень люблю. — Нет… — Или что мы скоро поженимся. Вы выйдите за меня замуж? — молодой человек заглянул в зеленые глаза Настеньки. Она грустно опустила голову. — Нет, Настенька, только не плачь. Умоляю. Не надо плакать. — Я не плачу. — грустно вздохнула княжна. — Вы выйдете за меня замуж? — Если вы не умрете. — Настя… — будто упрекнул ее Александр. — Что за ерунду вы несете? Я не умру. — Если это правда так, то да. Александр улыбнулся и прижал Настеньку к себе. Пожалуй, он никогда не был так счастлив до этого момента. Не был даже так счастлив, когда Настенька подарила ему томик Пушника.