Эй, Микки!

      Микки успевает застелить постель, вынести мусор и включить воду в душе, когда в дверь барабанят. Сначала он думает, что вернулся Галлагер, и открывать даже не собирается, так и отмокает под прохладными струями. Но стучат всё настойчивее и настойчивее, а насколько Микки успел узнать Йена — и нет, не за прошедшую ночь, что уже само по себе звучит отвратительно по-пидорски, а за три года, что они знакомы, — тот бы себя так вести не стал. В голове мелькает ленивая мысль про мудака Мэнди, но тот бы наверняка уже просто снял дверь с петель и попытался задушить Микки душевым шлангом. У соседей причин буйствовать тоже нет.       За дверью может быть только Мэнди, понимает он и кивает сам себе. Хер с ней, пусть попляшет в коридоре, ей полезно. В конце концов, если вдруг заскучает, у неё есть ключ, ну а Микки пока успеет помыться.       Тому, кто придумал соединить гель для душа и шампунь в одном флаконе, нужно вручить Нобелевскую премию — факт.       Через несколько минут он вытирается и, торопливо одевшись, выходит из душа. И тут же открывается входная дверь, как если бы Мэнди торчала под ней всё это время и прислушивалась. Да наверняка так и было, хмыкает он и поворачивается к ней.       — Даже не сомневался, что это ты.       — Привет, — широко улыбается она.       — У тебя ключи есть, нахера ты так в дверь долбилась?       — Берегу свою нервную систему, — хмыкает она. — Мне по барабану, кого трахаешь ты, ну или кто трахает тебя, но видеть это своими глазами я желанием не горю. У меня и так жизнь не сахар.       — Умно. Не ожидал от тебя.       Мэнди быстро осматривает квартиру, а потом скидывает туфли и, заглянув в ванную и спальню, разочарованно спрашивает:       — Никого?       — Я тут, — машет ей рукой Микки.       — При чём тут ты? Где Йен?       — А мне откуда знать? — выгибает бровь он. — Живёшь у него ты, а знать, где он шляется, должен я?       Она смотрит на Микки с таким подозрением, что, не будь он к этому готов, давно бы чем-нибудь себя выдал. Но он, по счастью, готов, а потому отвечает ей сначала непонимающим взглядом, а потом и откровенно раздражённым. Ну давай, кто кого? Её подозрение тоже довольно быстро превращается в злость, и Микки только что глаза не закатывает. Пускай злится, он сдаваться не собирается. Строит из себя вершительницу судеб.       — Хер с ним, — сдаётся Мэнди через пару минут.       — Надеюсь, что с ним, — вставляет Микки. — Активу без хера нелегко бы пришлось.       — Откуда ты знаешь, что он актив? — прищуривается она.       — А то по нему не видно, что заноза в заднице он не только фигурально, — ухмыляется он.       — Это гейское чутьё? — продолжает наседать она.       — Ты нахера припёрлась, Мэнди? — загорается Микки. — Проверить, у меня ли Галлагер? Если за этим, то видишь, что его нет. Уёбывай.       — Ага, уже, — фыркает она, падает на диван и демонстративно закидывает ноги на стол.       — Ты что-то давно на работе не была, нет? — продолжает настаивать Микки.       — Завтра выхожу. Так что, как тебе клуб?       Он тяжко вздыхает и, обойдя диван, садится рядом с ней. Мэнди подбирается к нему поближе и кладёт голову на плечо.       — Тебя Галлагер к этому уже успел приучить? — бурчит он. — Хотя вы, судя по всему, в его квартире ещё ни разу не пересеклись. Удобно ты устроилась! Вроде с ним живёшь, а вроде и одна.       — О, заткнись, Мик, и не пудри мне мозги. Как тебе клуб?       — Клуб как клуб, — дёргает плечом он. — Выпивка, музыка, толпа.       Он ужасно хочет напомнить ей, что она затащила его туда, сказав, что хочет танцевать, но молчит. Довольно великодушно с его стороны не ловить её на пиздеже, но лучше не рисковать: она хороша в нём так же, как и он. Если бы Микки не знал наверняка, он бы предположил, что они родственники: слишком уж похожи.       — Какие планы на выходные? — без особого интереса спрашивает Мэнди.       — Сидеть на диване и втыкать в потолок.       — Охерительно, — одобряет она и садится поудобнее.       Теперь неудобно Микки, и он слегка съезжает по диванной подушке. И вздрагивает от неожиданности, когда садится как-то неправильно, и зад на полсекунды пронзает боль.       Какая же ты сука, Галлагер!       Носится сейчас где-то без малейших неудобств, а Микки отдувается за обоих перед Мэнди, да ещё и с саднящей жопой. Правда, если бы кто-нибудь предложил ему переиграть всё заново, он бы не согласился, но виноват всё равно Галлагер. Пускай тот вдруг и решил, что это Микки пытался его клеить. Тупоголовый.       — Ты тут все выходные торчать собралась? — спрашивает Микки, устраиваясь наконец на диване без кочерги в заднице.       — Я у тебя и предыдущие пару недель торчала, ты заметил?       — Сложно было тебя не заметить, ты храпишь! — цепляет он, и она пихает его локтем.       — Поумнее ничего не придумал?       — Не успел.       — Оно и видно, — хмыкает Мэнди. — Давай пиццу закажем?       Она подрывается с дивана, хватает с журнального столика ноутбук и пересаживается за кухонный стол, а Микки её разглядывает. На вопрос она отвечать явно не собирается, и он озадаченно думает, что там за чёрная кошка пробежала между ней и Галлагером? Они и пересечься-то толком не успели, где тот успел накосячить? Причём накосячить всерьёз, потому что обычно Мэнди себе такого поведения не позволяет. Ей проще отхуярить, а потом в рожу плюнуть, чем кого-то игнорировать.       Пока Микки размышляет, она бросает на него несколько взглядов над крышкой ноутбука и выгибает брови, но ответа не дожидается, так что отмахивается и продолжает щёлкать по клавишам.       Как только она берёт в руку телефон, тот звонит. Она с недовольством смотрит на экран, недовольно кривится и откладывает его в сторону, вырубив звук.       — И что это? С работы пытаются дозвониться и всё-таки узнать, какого хера ты их прокатываешь который день?       — Йен, — сухо отвечает Мэнди, косясь на телефон.       — Давно ты перестала ему отвечать? — настораживается Микки.       — С того момента, как он съебался куда-то на весь день и перестал отвечать на мои звонки, — раздражённо отрезает она. — Я ему, между прочим, звоню сегодня, как заведённая, и в последний раз звонила, пока под дверью у тебя скакала. И вот он, посмотри, перезванивает! Даже вшивую смс ни разу не прислал, а уж где-то между заходами мог бы выкроить полсекунды, чтобы я поняла, что он не сдох!       Телефон снова звонит. Мэнди снова выключает звук.       — Ответь.       — Завали.       — Он, видимо, вернулся домой, а тебя там нет, — пытается объяснить Микки, хотя сам уже начинает злиться. — Я бы на его месте неебически переживал.       — Примерно как я весь день? — уточняет она.       — А узнав, что у тебя всё в порядке, — продолжает он, — а ты просто не хочешь снимать трубку, накидал бы тебе, чтобы ты больше хернёй не маялась.       — Точно, я так и планировала сделать, потому что, раз уж он мне перезванивает, у него всё в порядке, и трубку он снимать просто не хотел. Хер ему отчекрыжу и в его же собственную жопу и засуну. В следующий раз мозгами подумает, а не хуем.       — Мэнди.       — Да заткнись ты уже, — почти удивлённо говорит она, — защитник.       На этот раз звонит телефон Микки. И не надо быть большого ума, чтобы заранее понять, кто это.       — Потому и спрашивал, — торжествующе показывает он телефон. — Мне-то придётся ответить.       — Вот и ебись с ним сам.       Микки ухмыляется такой точной формулировке и отвечает на звонок.       — Мэнди не отвечает на мои звонки, — тут же принимается тарахтеть Галлагер, не дождавшись от Микки даже приветствия. — Я вернулся домой, а её нет. Вряд ли её нашёл этот, как его... Кемаль? Надо в полицию позвонить.       — Не надо, — остужает его Микки. — Она у меня, всё в порядке.       — В смысле — у тебя? — обалдело переспрашивает Йен. — Обратно переехала?       — В гости заглянула, — поясняет Микки, проявляя чудеса непонятно откуда взявшегося терпения.       — И ты молчал? — разражается возмущением тот. — Предупредить меня не мог?       — Галлагер, а я перед тобой отчитываться должен? Мы не на работе, очнись.       — А теперь представь, что Мэнди свалила от тебя, не сказала ни слова и не отвечает на звонки, а потом ты узнал, что она уехала ко мне, — жёстко говорит Йен. — И когда это повторится в следующий раз, подумай об этом.       — Жёстко ты с ним, — обвиняюще заявляет Мэнди, когда Микки вешает трубку и задумчиво откладывает в сторону телефон.       — Чего?       — Ты ему нагрубил.       — А что, напиздел? — заводится он. — Или мне надо было сказать ему, что ты тоже бесишься, а потом попытаться вас помирить? Идите оба нахер со своими обидами. Но если ты ещё хоть раз проигнорируешь его звонок или сообщение, и болтать с ним придётся мне, я сменю к херам у себя замки и шляйся, обиженная, где хочешь, усекла? Я не слышу.       — Еблан, — цедит она.       — Значит, усекла, — кивает он. — Заказывай свою пиццу. И лучше бери побольше, потому что на месте Галлагера я бы заглянул в гости и прописал тебе профилактических пиздюлей.       Заканчивает Микки со злостью. Потому что Мэнди злиться на Йена действительно может, как и он на неё, а вот как в это дерьмо оказался вмешанным Микки, он так и не сообразил. И после этого злоебучего разговора Галлагер, в общем-то, может и на него, Микки, злиться, а вот это его уже почему-то совсем не устраивает.       Галлагер в гости не заглядывает, больше не звонит и сообщения не пишет ни Мэнди, ни Микки. Следующие часа три они жрут пиццу, запивают её пивом и играют в третью «Диабло». Мэнди постоянно дёргается, проклинает идеальную графику и то и дело возмущается, что она бы лучше сыграла в старый добрый «Фаренгейт», но Микки только хмыкает, а потом заказывает ей такси и чуть ли не пинком отправляет к Йену.       — Вы случайно не гей? — спрашивает она у таксиста, едва садясь в машину, и Микки вскидывает брови и складывает руки на груди.       Таксист смотрит на неё с таким ужасом, будто она предположила, что он ест младенцев на завтрак.       — Вы что! У меня жена, дети...       — Жаль, — перебивает его Мэнди, — а то мой друг без секса становится просто невыносим.       Микки стоит немалых трудов не заржать в окно машины.       — Йену наверняка что-то обломилось, — доверительно наклонившись вперёд, громким шёпотом говорит он. — Его же долго не было.       — Идиот.       Идиот или не идиот, но номера он всё же записывает и сразу отправляет сообщение Йену. Тот отвечает лаконичным «Окей», и Микки, проводив тачку взглядом, возвращается домой.       Ну что, Галлагер, теперь твоя очередь отдуваться.       

* * *

      Галлагер       [11:53 p.m.] Мэнди у меня       [11:53 p.m.] Обиделась, что я не говорю ей, где был       [11:53 p.m.] Смотрит злобным взглядом       [11:54 p.m.] Если меня в понедельник не будет на работе, не удивляйся       [12:14 a.m.] Всё ещё со мной не разговаривает       [12:15 a.m.] Как к ней, блядь, подмазаться?

Вы [12:21 a.m.] Ты её знаешь дольше, чем я

      Галлагер       [12:22 a.m.] Ебать, не прошло и часа       [12:22 a.m.] Ты очень мне помог

Вы [12:24 a.m.] Обращайся

      Галлагер       [12:24 a.m.] Ну конечно, в этом же так много смысла       [12:25 a.m.] Пойду попробую ещё раз       [12:48 a.m.] Микки       [12:51 a.m.] Микки       [12:58 a.m.] Блядь, теперь ты меня динамишь?       [01:06 a.m.] Вы с Мэнди точно не родственники?       at&t       [01:07 a.m.] Поступление на лицевой счёт — $10.

Вы [01:07 a.m.] Ты охуел?

      Галлагер       [01:08 a.m.] Нехер молчать, когда я с тобой говорю       [01:09 a.m.] Знаешь, почему она на меня злится?       [01:09 a.m.] Потому что я был не с тобой       [01:09 a.m.] А на тебя, видимо, не злится       [01:10 a.m.] И что за херня?

Вы [01:14 a.m.] Лузер

      Галлагер       [01:21 a.m.] Ну она хотя бы не сомневается, что у меня был секс       [01:22 a.m.] Потому что про тебя говорит, что тебе бы потрахаться       [01:22 a.m.] В следующий раз жопу твою жалеть не буду

Вы [01:25 a.m.] Оправдание для Мэнди сам придумывать будешь

      Галлагер       [01:25 a.m.] Какое оправдание?

Вы [01:28 a.m.] Почему я не могу сидеть и хожу как парализованный пингвин

      Галлагер       [01:29 a.m.] А ты не можешь сидеть?

Вы [01:31 a.m.] Могу [01:31 a.m.] На твоё счастье

      Галлагер       [01:46 a.m.] Мэнди что-то дохуя вопросов задаёт       [01:46 a.m.] Очень детальных

Вы [01:47 a.m.] Ты на минном поле, Галлагер [01:48 a.m.] Она поймает тебя на пиздеже на раз-два

      Галлагер       [02:01 a.m.] Это пиздец       [02:02 a.m.] Она в душе       [02:02 a.m.] У меня ладони вспотели

Вы [02:03 a.m.] Неженка

      Галлагер       [02:03 a.m.] Короче       [02:04 a.m.] Парня, с которым я типа был, зовут Стэн

Вы [02:05 a.m.] Ты бы его ещё Джоном назвал

      Галлагер       [02:05 a.m.] Если Мэнди будет спрашивать, ты ничего не знаешь

Вы [02:08 a.m.] Если бы ты мне ничего не сказал, я бы реально ничего не знал [02:08 a.m.] Гений ебучий

      Галлагер       [02:11 a.m.] Блядь       [02:11 a.m.] Отъебись       [02:11 a.m.] Мы завтра встретимся?

Вы [02:11 a.m.] Нет

      Галлагер       [02:11 a.m.] Мэнди работает       [02:12 a.m.] Почему?

Вы [02:16 a.m.] Почему работает Мэнди? [02:16 a.m.] Ей деньги нужны, чтобы с голоду не сдохнуть

      Галлагер       [02:17 a.m.] Ха-ха       [02:18 a.m.] Не делай вид, что не понял       [02:24 a.m.] Микки       [02:31 a.m.] Микки?       [02:33 a.m.] Ты уже спишь?

Вы [02:34 a.m.] И тебе советую [02:34 a.m.] Заткнись уже [02:35 a.m.] Заебал

      Приставучий Рыжий Мудак       [02:37 a.m.] Ты же сам мне отвечаешь       [02:37 a.m.] Но вообще я не хочу тебя доставать       [02:39 a.m.] У тебя, кстати, кровать крутая       [02:40 a.m.] У меня матрас дерьмо       Просто Игнорируй Его       [02:46 a.m.] Увидимся в понедельник       Галлагер       [02:47 a.m.] Извини       Микки глубоко вздыхает и качает головой, в очередной раз откладывая телефон. Он никогда не любил сообщения, да и вообще его довольно сложно назвать разговорчивым человеком — в отличие от Галлагера, хмыкает он, — так что он удивляется сам себе. Проваляться на диване с телефоном в руках больше двух часов? Если бы Микки ещё вчера кто-то на это хотя бы намекнул, он бы отношение к умственным способностям чувака скрывать не стал. Но нет, он отвечал. Иногда ржал в голос, иногда откровенно бесился, но отвечал.       Выходит, Мэнди надулась на Йена, потому что ждала, что тот наконец склеит Микки. И забавно, что в том, что ночь они провели якобы не вместе, она винит совсем не Микки, а Галлагера. Считает, ему стоило быть понастойчивее?       В общем-то, она неплохо знает их обоих. Да и её злость на неотвеченные звонки он может понять: ей африканский тролль совсем нервы вытрепал. Она наверняка даже не подумала о том, что тот знать не знает, как выглядит Галлагер, и отыграть с ним месть не может.       Становится немного стыдно, но Микки отгоняет эти мысли. Была бы Мэнди не такой прямой — ха, — и обязательно бы всё знала. Хотя что тут интересного? Трахаются и трахаются: Микки и в самом деле не понимает, почему она так старательно их сводит. Или надеется, что они будут жить долго и счастливо? Ходить по барам, потом ебаться до потери пульса, засыпать вместе, а утром жрать панкейки? Так всё так и было, и Микки очень сильно сомневается, что хернёй под названием «отношения» считается именно это.       К чёрту отношения, Галлагер просто охуительно трахается.       А Микки, оказывается, универсал.       Уже перебравшись в спальню и засыпая, он думает: что за детский сад он устроил с изменением имени контакта? Галлагер — он и в Африке Галлагер, даже когда сообщениями заёбывает.       Особенно когда сообщениями заёбывает.       Странно, но раздражения Микки не чувствует.