Mistaken

So wrap your arms around me, Так что обними меня And leave me on my own И уходи, оставь меня одного.

— Я была удивлена, когда получила твое сообщение. — Не думай, что я просто заскочил поболтать. Я собираюсь использовать тебя. Малия сдержанно улыбается: — Я так и поняла. Стайлз опускается в старое пыльное кресло, которое помнит еще со времен своего детства. Девушка садится на низкий деревянный стол, с прищуром уставившись на него. — Каков план? — Его нет, — быстро отвечает парень, внимательно смотря на Малию. — Будем импровизировать. Малия хмурится, чувствуя себя крайне неуютно. Это место ей знакомо: старый заброшенный сарай с прохудившейся крышей, который они вместе старались сделать чуть уютнее еще много лет назад. Притащили сюда старую мебель, занавески на окно, и даже ковер, который Стайлз в детстве случайно прожег горящей спичкой. Они давно здесь не были. Все успело покрыться пылью и паутиной, а крыша стала протекать еще сильнее. Место, которое их объединяло, стало таким же холодным и пустым, как их отношения. — Ты будешь отвлекать Дерека, пока я проберусь в их логово и найду то, что мне нужно. Малия поморщилась: — Логово? Ты говоришь о них так, будто они стая волков. — Потому что так и есть. Бешеная и кровожадная стая. — Ты преувеличиваешь. Да, Дерек довольно вспыльчивый, но он не такой… — Ты не понимаешь, — Стайлз резко выдыхает. — Мы теперь в опасности. — Мы? — Лидия и я. Эта дура выскочила как раз тогда, когда Дерек приезжал за мной. Девушка качает головой: — Дерек никогда не тронет непричастную девушку. Да и еще и беременную, — она сжимает пальцами переносицу. — Господи, что ты несешь? Стилински щурится, поджимая губы. Да, он предполагал, что убедить ее будет сложно, но не сдавать же сейчас, пустив все на самотек. — Он твой кузен, я понимаю. Но я когда-нибудь просил твоей помощи просто так, без острой необходимости? Малия на мгновения закрывает глаза, а потом слезает со стола, пристально и хмуро смотря на парня. Он сутулится, засунув руки в карманы старых потертых джинс. — В твоих проблемах с Дереком виноват ты сам, — резко говорит девушка, зло прищурившись. — Но не нужно приписывать сюда то, чего нет. Ты сам все это заварил, а Дерек бы не тронул непричастного, я знаю… — Девчонку избили, и она попала в больницу с кровотечением, — выпаливает Стайлз, следя за тем, как ярость в девушке постепенно сменяется растерянностью. — Она никак не замешана во всей этой ситуации, но тем не менее пострадала. — Откуда ты знаешь, что она непричастна? — звучит не слишком уверенно, и Стайлз уже готов облегченно выдохнуть. Это дело у него в кармане. — Она вообще не отсюда. Переехала недавно. Думаешь, за несколько месяцев жизни в этом затхлом городе, она бы успела насолить такому, как Хейл? Да, она тупая и надоедливая, но явно не злодей, который перешел путь Дереку. Лицо Малии не выражает абсолютно ничего, и Стайлз совершает очередной безрассудный поступок в своей жизни: неуверенно сжимает своей рукой ее плечо. — Думаешь, если бы дело не было серьезным, я бы переступил через свою гордость и написал бы тебе? Давай смотреть правде в глаза, я тебя презираю. Девушка поднимает голову, прошептав: — Я знаю. Сама себя ненавижу. — Помоги мне, — тихо просит Стайлз, немного наклонив голову набок. — Хорошо, — она кивает, закусив нижнюю губу. Неуверенно смотрит на него и протягивает свою руку с тонким запятьем: — Клятва на мизинчиках? Как в детстве. Стайлз медленно, с опаской, тянет свою руку, переплетая их мизинцы: — Как в детстве.

***

План все-таки у него был, но так и не продуманный до конца. Он состоялся в том, что Малия приходит к Дереку, будто в гости, и отвлекает разговорами. Стайлз тем временем вырубает пару-тройку охранников (как раз, как это сделать, он и не придумал) и пробирается в дом. Он забирает то, что ему нужно (Малии Стилински так и не объяснил что именно, сказал просто, что это очень важно) и по-тихому сваливает. После условного знака, который будет сообщением, Малия быстро сворачивает все душевные беседы с братом и уходит, ссылаясь на неотложные дела. Вот и все. Все счастливы, живы и здоровы. План был. С кучей недоработанных деталей, множеством альтернативных концовок, но был. Стайлз знал, что что-то может рухнуть, и все дело покатится к чертям, но надеялся на удачу. — Ладно, давай повторим. Если тебя спросят, зачем ты пришла, что ты ответишь? — Что соскучилась, — Малия фыркает, складывая руки на груди. — Это бессмысленно, Дерек будет рад меня видеть. Стилински щурится, откидываясь на спинку сиденья машины: — Все должно пройти идеально. Ты понимаешь? — Да, — она кивает. — Я знаю, Дерек гад и все такое, но он мой брат. Он будет рад меня видеть и ничего не заподозрит. Стайлз скептически фыркает, но молчит. Девушка ерзает, зажав ладони между коленями: — Может скажешь, что именно ты хочешь сделать? — Нет. — Но я помогаю тебе. Тоже рискую. Я должна хотя бы знать. — Нет, не должна, — парень нахмурился. — Я расскажу тебе, если у нас все получится, хорошо? Девушка почти незаметно кивает. Делает резкий вдох, распахивая дверцу машины, и идет к дому Хейла. Стайлз прижимает к губам костяшки пальцев, с волнением смотря ей вслед. Ее походка напряженная, какая-то неестественная, и это скорее всего вызовет подозрения. Он тихо чертыхается, когда Малия подходит к охранникам у входа. Но все обходится: те пропускают ее, даже не обыскав, будто не обращая внимания. Ленивые попались охранники. Стайлз усмехается. Будет даже легче, чем он думал.

***

Этот громадный особняк совсем не изменился с тех пор, как она была здесь последний раз. Лестницы с высокими ступеньками, полы, не покрытые коврами, и высокий потолок, при взгляде на который она раньше всегда высоко задирала голову. Предметы интерьера, кажется, с головой выдавали характер своего хозяина: массивные, выполненные в темных оттенках. Здесь не было ничего лишнего: Дерек никогда не любил излишние траты на безделушки и развлечения. Малия касается светлых перил. Нельзя сказать, что все это не было пропитано пафосом. Наверное, обстановка этого дома нагоняла мрачную атмосферу, делая для некоторых пребывание здесь крайне неуютным, но только не для Малии. Этот дом она боготворила с детства, множество комнат и мрачный интерьер создавал необходимую обстановку для ее игр. — Предаешься светлым воспоминаниям? Девушка подняла голову, заметив мужчину, который медленно спускался к ней по лестнице. Даже он был одет во все темное: серая футболка и черные джинсы с немного потертыми коленями. Небритая физиономия и густые черные брови создавали ему образ плохого парня, нагоняющего страх лишь одноим своим видом. — Да, вспоминаю те старые добрые времена, когда тебе еще хватало денег на бритву. Дерек усмехнулся, но как-то по-доброму, что придало ей каплю уверенности. Дерек рад ее видеть, значит, шанс на успех их плана заметно повышается. Нельзя сказать, что она не любила его. Наоборот, она любила его всем своим сердцем и желала только лучшего. Малия не могла не осуждать образ его жизни: Дерек был главарем опасной банды, и это удручало ее. Несмотря на это, она бы никогда не согласилась на то, что могло бы причинить ему вред. Стайлза она знала, и была уверена, что все, что бы он там не задумал, безвредно для самого Хейла, именно поэтому девушка согласилась стать соучастницей. — Я вернулась несколько недель назад. — Знаю, — Хейл подходит ближе, слегка наклонив голову. — На самом деле, я был разочарован, что ты не сообщила о своем приезде. Девушка чувствует себя неловко. Она выдавливает из себя виноватую улыбку, осторожно спрашивая: — Откуда ты узнал? — У меня глаза и уши по всему городу. Не в прямом смысле. Малия осторожно кивает, зная, что ведет себя немного странно: — Мы с мамой решили вернуться сюда. Она нашла себе какого-то придурка в Нью-Йорке, а после того, как он узнал, что мама ждет ребенка, он ее бросил. Круто, да? — Да, — Дерек приподнимает уголок губ, и это выглядит, словно хищный оскал. — Как же твоя учеба? — Я вылетела на третьем курсе, — она отмахивается, прочищая горло. — Так что теперь я свободна. Он кивает, плотно сжав губы, и выглядит каким-то растерянным и задумавшимся. — Выпьешь чаю? — предлагает мужчина, и Малия с облегчением кивает. Нужно отвлечь его, дать Стилински пройти незамеченным. Они идут в кабинет Дерека, и девушка усаживается на небольшой кожаный диванчик, смотря на то, как мужчина ставит чайник. — Чайник стоит прямо в твоем кабинете? — Чтобы не ходить далеко. Не люблю отвлекаться. — Хорошо устроился, — она ерзает на месте, стараясь выглядеть как можно более непринужденно. — Не так хорошо, как хотелось бы. Повисает неловкая пауза. Малия понятия не имеет, о чем еще можно его расспросить, но в это время вскипает чайник. Дерек протягивает ей ее любимую с детства оранжевую чашку с нарисованным на ней зеленым зайчиком: — Сахар? — Нет, — качает головой она, делая маленький глоток обжигающего напитка. Пальцы, которыми она держит чашку, уже не могут вытерпеть столь высокую температуру, и она быстро ставит ее на заваленный какими-то бумагами журнальный столик. — Горячо. — Конечно горячо, это же кипяток, — бросает Хейл, опускаясь в такое же кожаное кресло, стоящее напротив дивана. — Ну так, будем продолжать вести светскую беседу, или ты, наконец, скажешь, зачем пришла? — Потому что соскучилась, — Малия хлопает глазами, и надеется, что это получилось достоверно. Дерек морщит нос, чуть приподнимая уголок губ: — Я не тупой. Рассказывай. что случилось. Нужны деньги? Негде жить? — Да нет же, — она злится. — Ты считаешь, что я пришла только для того, что мне от тебя что-то нужно? — Все так делают, — невозмутимо отвечает он, развалившись в своем кресле. — А я просто хотела тебя увидеть. Можешь поверить? — Не могу, — Дерек трет покрытую щетиной щеку. — Но сделаю вид. Хотя бы так. Разговор зашел явно не туда, куда ожидала Малия. За те годы, что она не видела его, Хейл, кажется, стал еще угрюмее и недоверчивее. Девушка не пылала особым желанием узнать причины всего этого. — Ну, — он наигранно улыбается, — продолжай. Малия и не помнит уже, какую чушь несла тогда. Она все время поглядывала на телефон, ожидая сообщения Стайлза, чтобы поскорее покинуть этот дом и его нерадушного хозяина. Нервничала, улыбалась невпопад, и была готова уже умереть на месте, как вдруг раздался рингтон телефона Дерека. — Я сейчас, — быстро произносит он, выходя из кабинета. Девушка впервые за долгое время чувствует, что может вдохнуть спокойно. Она принимает более расслабленную позу, еще раз проверяя телефон. Прошло уже достаточно времени, так почему все еще нет сообщения от Стайлза? Ее размышления и тревоги прерывает Хейл, внезапно вернувшийся в кабинет. Он засовывает телефон в карман джинс, снова опускается в кресло, скрещивая руки на груди. — Послушай, Дерек, — прочищает горло Малия, чувствуя себя неуютно под его пронзительным взглядом, — мне уже пора. Уголок его губ ползет вверх: — Дружка потеряла? Кабинет пронзает тишина, в которой слышно биение ее сердца. Малия впивается пальцами в обивку дивана, широко распахнутыми глазами уставясь на внешне спокойного мужчину: — Что? — Ты же не думала, что ваша маленькая пакость пройдет мимо меня, да? Она резко поднялась, с опаской смотря на его лицо, на котором все больше и больше отображалась его ярость и злость. Она раньше никогда не боялась его, но именно в этот момент ею овладел страх, заставляя пятиться назад, почти не дыша. — Что ты с ним сделал? — спрашивает, решая, что отпираться уже бесполезно. Их разоблачили и неважно, как именно. Хейл молчит, нахмурившись, и неотрывно смотрит на нее. Ей становится немного совестно, когда она видит в его взгляде разочарование, вызванное его поступком, но беспокойство за Стилински все равно перекрывает все остальные эмоции и чувства. Мужчина крепко сжимает ее предплечье и выходит из кабинета, потянув ее за собой. Малия не отпирается, лишь тихо ахает, видя стоящего на коленях посреди большого холла парня. Она останавливается, широко раскрытыми от ужаса глазами уставясь на Стайлза, которого держат на прицеле пистолета. — Стайлз, у меня нет никакого желания вылавливать крыс в своем доме, — Дерек отпускает руку Малии и подходит ближе к Стилински, чуть наклоняясь. — Почему я должен тратить свое время на тебя, а? Парень упрямо молчит, сжав зубы, и Хейл закатывает глаза, повторяя притворно-спокойным тоном: — Что тебе нужно было в моем доме, маленький паршивец? — Стилински молчит, и мужчина наотмашь ударяет его по щеке, не выдержав. — Отвечай!  — Дерек… — дрожащим голосом зовет Малия, но тот огрызается: — Не лезь! — А ты не кричи! — выпаливает она, не подумавши. Дерек меняется в лице. Он выпрямляется и вытаскивает из-за пояса пистолет, направляя его на Стайлза: — Кажется, вы еще не поняли. Вы на моей территории и теперь полностью в моей власти. Стайлз закашливается, чуть ли не сгибаясь пополам от боли: — Сколько пафоса… Пуля попадает совсем рядом с его ногой, застревая в паркете, и Стилински ощутимо вздрагивает, слыша, как неподалеку визжит Малия. Дерек резко дергает его за ворот футболки, сближая их лица практически вплотную, и зло шепчет: — Что ты задумал? — Ничего, — отвечает хрипло. — Опусти. Хейл скептически приподнимает брови, смотря на него, как на безумца: — Ты идиот. Пора уже взрослеть. Стайлз в ответ выругивается так, что даже Дерек морщится, задумчиво всматриваясь в него. Сильно сжимает пальцами его плечо, вдруг сильно толкая так, что парень падает. — Проваливайте. Оба, — он смотрит на Стайлза. — Еще раз подобная выходка, и ты пожалеешь. Понял? Кажется, Стилински собирается съязвить, поэтому Малия быстро тянет его за собой. Прочь, к выходу из этого дома.

***

Он в очередной раз морщится, когда влажная салфетка касается ссадины на его щеке. Малия виновато ойкает, смотря на скривившегося от боли Стилински, в последний раз прижимает салфетку к поврежденному месту и выкидывает через опущенное стекло джипа, скомкав. — Ты в порядке? Он кивает, прижимаясь затылком к спинке сиденья, и прикрывает глаза, чувствуя, что его голова буквально раскалывается. Теплая ладонь Малии все еще касается его щеки, и ему кажется, что только это не дает сорваться ему в бездну забвения. — Послушай, — тихо говорит она, — мне жаль, что у нас ничего не вышло. — Меня спалили охранники, — слабо отвечает Стайлз. — Не такие они и тупые. Он закашливается, и девушка с беспокойством вглядывается в его лицо, несильно сжимая его плечо в знак поддержки. Стайлз открывает глаза и медленно поворачивает голову в ее сторону. — Я скучала по всему этому, — признается она, запинаясь и боясь его реакции. — Оказывается. Парень хмурится, и она продолжает тихим голосом: — Я знаю, что облажалась и поступила тогда как настоящая тварь, но я хочу все исправить. Пожалуйста, дай мне шанс, — она шепчет, и Стилински потрясенно смотрит на нее, не зная, как реагировать. — Мы же друзья. Лучшие. — Были, пока ты не бросила нас тогда, — отрезает он, и в его голосе отражается уже не злость, а обида. — Оставила тогда, когда была нужна так сильно. Малия трет пальцами свое запястье, быстро шмыгая носом. В ее глазах стоят слезы, и она часто моргает. — Я вернулась, чтобы все исправить, — она поднимает лицо, и он видит, как слезы катятся по ее щекам. — Вернулась, ради Скотта. И ради тебя. Стайлз не может понять, что происходит. Ее слова что-то изменили, сломали в нем. Его рука дрожит, пока он тянется к ней, касается мягких светлых волос и чувствует тепло ее тела. Резко подается вперед, касаясь своими ее сжатых губ, и время останавливается. Но что-то не так. Стайлз приоткрывает глаза, отстраняясь, и видит недоуменный и пораженный взгляд Малии. Она качает головой, плотно сжав губы: — Зачем? Он сглатывает. Зачем? Он и сам не знает, почему поддался порыву именно сейчас. — Мне жаль, — твердо говорит девушка, прожигая его взглядом, — но разве тебя дома не ждет беременная жена? Стайлз зажмуривается, чувствуя себя так, будто его переехали поездом несколько раз. Растирает ладонью лицо, собираясь извиниться, но слышит как хлопает дверца машины. Он делает глубокий вдох, прижимаясь горячей щекой к ледяному стеклу своего джипа. Снаружи бушует метель, и Стайлз закрывает глаза, пытаясь унять ураган чувств внутри себя. Впервые за долгое время он чувствует, что хочет домой.