Его подруга

— Ты игнорировала меня за ужином, я успел расстроиться, — Тэ не стал ждать, пока девушка подойдёт, и сам подбежал к ней. — Привет. — Ким Тэхён, — начала СокМи, развязывая шарф, но парень не дал продолжить. — Я тоже люблю тебя. Ооо, а это мои вещи? — Ви рассмеялся. — На тебе очень смотрится. — Ага, а снимаю я их, потому что мне жарко от тебя, — тихо проворчала девушка и вернула шарф, шапку на тело хозяина. — Я просто думала... я люблю тебя, Тэ, но не как парня, правда. Мне жаль, что ты неправильно понял. — Подожди... — Ви ошарашено уставился на девушку. Он не мог осознать сказанные ей слова. Поверить тоже не мог. — Но ведь у нас все было хорошо. Мы можем стать идеальной парой! — Мне нравится кое-кто другой, — СокМи покачала головой и опустила голову. — Я пришла, чтобы ты не ждал меня полчаса, думая, что я опаздываю. — Ладно, — несколько отстранённо и равнодушно ответил Тэхён. — И кто же тебе нравится? — Голос такой, будто ты убьешь его, узнав имя, — попыталась пошутить девушка. — Пойдём лучше домой. — Мне и тут хорошо, — парень надулся и сложил руки у груди. — Иди, без тебя это место прекрасно. — Ну Тэ, — СокМи сделала шаг к нему, но Ви нахмурился и отступил назад. — Не обижайся, пожалуйста. — Кстати, ты обещала купить вещи, которые испортила. — А ты сказал, что не надо! — но парень покачал головой и ответил, что теперь говорит — «надо». — Я оставлю тебе свой номер. Буду рада, если позвонишь, когда перестанешь расстраиваться. — Я не позвоню тебе, — упрямо сообщил парень вслед уходящей девушки. И когда она вернулась в общежитие, Тэ сел на крышу и закрыл лицо руками. — О? А мы как раз гулять собрались, — Чимин мягко улыбнулся, забавно наклоняя голову набок. — Давай с нами. Чимин, Хо и СокМи вышли. Девушка старалась не думать о Ви и о том, что он до сих пор стоит на крыше. Старалась, но увы. — СокМи! — она вопросительно посмотрела на хитрого Хоупа. — А какой день тебе больше всего нравится? Дождливый, снежный, солнечный? — Пасмурный, — ответила Чхве озадаченно и переглянулась с Чимином. — А что? — Ничего, просто интересно, — Хоби пожал плечами, произнеся с заговорщической интригой, предвещающей уловку. — Окей, — художница спрятала руки в карманы, ведь было холодно. — Ну а... вам какой нравится? — Я люблю солнце, — тихо ответил Чимин, с улыбкой отводя взгляд. — Оно на тебя похоже. — Эй, — Хосок возмущенно пихнул Пака в бок. — Вообще-то, это я тут главное солнышко. СокМи рассмеялась. От плохого настроения ничего не осталось. Хотелось просто идти и наслаждаться, в конце концов, она ничего не может исправить, вернуть. И пусть Юнги посылает её хоть десять раз, пусть её отказ не каждый принял со смирением, пусть. А сейчас можно и развлечься — Хоби и Чимин ярко улыбаются, идут с разных от неё сторон и ни в чём не винят. — Так какой день тебе нравится? — переспросила девушка у Хоби. Тот ответил ей загадочным взглядом — толи в нём плескалось безудержное тепло и мягкость, толи тоска, разрывающая душу, толи прежнее веселье и нескончаемая энергия. — Мне нравится каждый день, проведенный с тобой. — А, — СокМи смутилась уже второй раз из-за ответа на подобный вопрос. — Тогда мне нравится любой день, что напомнит о вас. Они двинулись дальше — к парку, подальше от людей, случайных фанаток и, вообще, автомобильного дыма. — Эх, сейчас бы печенек, — протянула девушка и плюхнулась на скамейку. — Сто лет так не гуляла, живот помирает. — У меня есть немного денег, я куплю, — Чимин улыбнулся и пошел, но одиночеством наслаждался недолго. Посылать друга одного в темноту не в правилах кого-либо из них. Не наевшись двумя пачками калорийного печенья (к которому Пак не притронулся), два айдола и художница решили покорить путь назад, в общежитие, чтобы напасть на холодильник. — Ты так дрожишь, — Хосок рассмеялся и накинул куртку на съежившуюся Чхве. Чимин смутился и опустил голову, ведь не мог так сделать. Под теплой толстовкой была лишь футболка. Два блудных сына и дочь вернулись в тепло. Через несколько часов художнице надо будет выезжать. Она старалась не грустить. Незачем раздувать из того, что через пару месяцев станет ничем, что-то драматическое и слезливое. Тем не менее, сердце ныло. Справляла боль она в объятиях Чимина, чисто дружеских, как решили все трое. Рядом рассказывал что-то Хосок. На этот раз никто не слушал. — Не хочу отпускать тебя, — прошептал на ухо Чимин и несмело нашел ладонью руку девушки. — Давай не будем говорить об этом? — вздохнула СокМи и прикрыла глаза. Хосок, сообщив что-то вроде «проверю, выключил ли Сокджин плиту», поднялся. — Давай, я стану преступником и украду тебя? — Чимин сдаваться совсем не хотел, положил голову на плечо девушки, чуть нахмурившись. — Выключил я плиту, не переживай, — невпопад тихой атмосфере откликнулся Джин, проходящий мимо их комнаты и, конечно, услышивший попытки Хоупа сбежать. С — совпадение. Чону пришлось сесть обратно и с особым интересом уставиться в окно. — Я буду тебя кормить, слушать, покупать все, что хочешь. Тебе не нужна будет работа, — пробормотал Пак куда-то в шею художницы. — Классный из меня маньяк, правда? — Так, не хочу вас отвлекать, но СокМи скоро выезжать! — Хосок оттащил друга от девушки и указал на дверь. — А особо маленьким нужно спать. — Хён! В общем, тот самый момент, избивающий психику молодых людей, настал — СокМи стояла у порога дома и чувствовала себя плохо. Душу щемило. Предчувствие. Девушка выглядела мрачной — кажется, она что-то упустила. Забыла. Нечто важное, ценное, согревающее всё внутри, нечто, что позволит ей спокойно уехать. Поэтому девушка уехала совсем неспокойно. Предчувствие сбылось. Через пару недель она потеряла телефон, а вместе с ним и контакт с парнями. Из семерых счастлив оказался никто.