Your Human and You / Твой Человек и Ты

      — Твайлайт, ты когда в последний раз спала?       — Я не сумасшедшая, Эпплджек! Я понимаю, что я говорю!       — Я не говорю, что ты сумасшедшая, я лишь предлагаю тебе отдохнуть. В последнее время на тебя слишком много всего свалилось.       Разворачивающееся передо мной представление было лучше всяких ток-шоу по телевизору.       — Я тебе говорю, он стоял прямо передо мною и делал это! Ты понимаешь?!       — А я тебе говорю, что это невозможно.       — Раз я начала этот разговор, значит, я всё это видела! Всё это было реально.       Хм, где же пакет с попкорном и бутылочка колы, когда их так не хватает? Это же лучшее представление в истории!       Я перенёс вес с одной ноги на другую, ведь острая солома резала кожу ступней. Мы вместе со своей хозяйкой находились в амбаре, принадлежавшем одной из её подруг, оранжевой пони по имени Эпплджек, чьё имя мне напоминает довольно известный напиток.       Самое интересное было то, что Твайлайт любит читать вслух. Я это понял, когда моя хозяйка стала читать книгу «Твой человек и Ты». Когда вокруг тихо, то её бормотание себе под нос казалось довольно громким, и первое время это меня очень раздражало.       В этой книге была написана полная чушь, которая явно не относилась ко мне. Рассказывалось о правильной дрессировке человека и прочее. Но меня удивил тот факт, что люди этого мира не умеют улыбаться. И на следующий день я стал использовать полученные знания, дабы довести Твайлайт до истерики. Увидев то, что я творю, Твайлайт решила обратиться к своей подруге за помощью, дабы разобраться в моих шалостях.       — Говорю же, что он улыбался! Так же, как и пони, — сказала Твайлайт, топнув копытом по земле.       — Сахарок, я абсолютно уверена, что люди не могут этого делать.       — Он просто хочет довести меня до безумия, — раздражённо продолжала Твайлайт. — Макс улыбается лишь тогда, когда рядом никого нет.       Судя по выражению оранжевой пони, Эпплджек не желала больше продолжать спор. Тяжело вздохнув, она сняла шляпу с головы и, прихрамывая, пошла прочь. Её левая нога была перевязана, и на ней было некое подобие гипса.       — Прости, Твайлайт, но у меня просто нет времени на то, чтобы что-то доказывать тебе, — Эпплджек раздражённо отвернулась, возвращаясь к кормлению своих людей. Их было сотни в сарае, и все они находились за небольшим решетчатым ограждением. Это очень сильно напоминало загон для свиней, только модифицированный для содержания людей.       Здесь было примерно одинаковое количество как мужчин, так и женщин. Для каждого пола был свой загон, дабы не было проблем с нежелательным потомством, ведь люди, как оказалось, очень быстро размножаются. Все эти… рабы были полностью голыми. Конечно, за эти три недели я привык к этому, поэтому я больше остро не реагировал на данный факт. Дикие люди ходили по своим загонам, с любопытством смотря то на меня, то на Твайлайт, попутно устраивая мелкие разборки. Мне было омерзительно смотреть на это дикое поведение людей, они больше напоминали безумных шимпанзе, чем homo sapiens, и в такие моменты мне начинает казаться, что прогнозы футурологов не такие уж и ложные.       Твайлайт закрыла глаза, опустив голову и прижав уши. Она выглядела чересчур уставшей. Это было заметно по синякам под глазами и растрёпанной гриве. Несомненно, я был счастлив, ибо моя тяжёлая работа дала свои плоды.       — Прости меня, ЭйДжей. Меня просто сильно расстраивает мой неправильный подход к Максу. Я и представить себе не могла, насколько это будет сложно. И как ты со всем этим справляешься… — грустно сказала Твайлайт, махнув копытом на загоны. Эпплджек лишь улыбнулась, посмотрев на принцессу.       — На самом деле, это не особо сложно, — сказала она, смотря на один из загонов. — Эти люди предназначены для разведения. Я им даю лишь воду и пищу, а всё остальное они делают сами, — от этих слов зрачки Твайлайт расширились.       — Ты разводишь людей? — спросила принцесса, удивлённым взглядом смотря на свою подругу. — Я думала, ты их просто используешь как рабочую силу, — Эпплджек кивнула и кинула несколько яблок в вольер. Люди моментально слетелись на фрукт, словно рой пчёл на прекрасный цветок, и спустя секунду от сладкого плода яблони ничего не осталось.       Пока люди с жадностью ели, я подошёл к клеткам, дабы рассмотреть их поближе. Немного наклонившись, я увидел, что у каждого человека есть татуировка в виде яблока, выжженная на бедре, А внутри самих яблок были выгравирована аббревиатура «ФСЯ». Учитывая то, что это место называется «Ферма Сладкое Яблоко», я предположил, что это является аббревиатурой названия этой самой фермы, и скорее всего, она принадлежит Эпплджек… ну, или её семье.       Я вернулся поближе к хозяйке и почесал свою кожу под «рубахой», которую мне сделала Рарити. Хотя называть это рубашкой было слишком сложно. Это был старый картофельный мешок с вырезанными отверстиями для рук, но самым неприятным было то, что эта одежда была крайне неудобной. Мои штаны выглядели не лучше, будто эта модельер-недоучка просто объединила части нескольких мешков во что-то, примерно напоминавшее штаны. Это была наихудшая одежда из всех, что я когда-либо носил, но, по крайней мере, я не хожу голым.       — Мы используем их и для разведения, так и для тяжёлой работы, — сказала она, рысью идя к следующей группе людей. — Мы просто держим их в отдельном сарае, чтобы не было нежелательного потомства.       — Значит, ты разводишь людей, чтобы они могли работать на вашей ферме? — спросила Твайлайт, медленным шагом следуя за Эпплджек. Она тянула меня за собой, и, так как мой поводок всё ещё был у неё, я снова стал разглядывать людей, заточённых в вольере.       Эти люди, как я заметил, были чистыми и хорошо откормленными. По крайней мере, фермерша заботилась о них.       — На самом деле, нет. Большинство людей, полученных во время гибридизации, недостаточно сильны, — ответила Эпплджек, бросая немного еды в соседнюю корзину. — А поскольку мы фермеры, то люди, работающие тут, выполняют лишь самую тяжёлую работу, а так яблоки собираются только моей семьёй или дополнительно нанятыми рабочими.       — Итак, есть ли у тебя какие-нибудь советы, которые ты могла бы дать мне в том, как нужно правильно обращаться с человеком? — спросила Твайлайт, её глаза загорелись надеждой.       — Просто правильно ухаживай за ним и иногда балуй его, — сказала Эпплджек, повернувшись к подруге, при этом она слегка вздрагивала, когда переносила свой вес на повреждённое копыто. — Если он счастлив, тогда ты тоже будешь довольна, — Твайлайт слегка нахмурилась, явно недовольная ответом.       «Мне уже нравится эта кобыла. Хоть кто-то тут не до конца сошёл с ума».       — А если он продолжит себя безобразно вести? — спросила она, вскинув голову.       — Ну, Твайлайт, лучший способ удостовериться, что он больше не будет причинять беспокойства, это кастрировать его.       В этот миг я возненавидел эту проклятую фермершу, желая ей поскорее сгинуть в помойной яме.       — Кастрировать? Это единственный способ? — она оглянулась на меня с… это была жалость? Печаль? Я не мог сказать точно, но мне было все равно. Я ждал ответа. Нужно знать, стоит ли мне бояться за свои крайне важные органы.       — Когда кто-то из этих мужчин становится слишком буйным и беспокойным, я просто выпускаю погулять их по двору или, в крайнем случае, врач проводит кастрацию. Всё проходит быстро, и после этой процедуры они успокаиваются довольно быстро, — Твайлайт в последний раз взглянула на меня, после чего покачала головой, заставив меня с облегчением вздохнуть.       — Нет, я не могу этого сделать, — я расслабился. Эпплджек просто пожала плечами, вернувшись к своей работе.       — Это не обязательно, но если передумаешь, я с радостью помогу тебе. Я знаю ветеринара, который за умеренную плату всё сделает, — достигнув конца ряда, Эпплджек вручила Твайлайт яблоко, прежде чем выбросить остатки в последний вольер, вызвав ещё больше криков и драк за эти сладости. Твайлайт же бросила фрукт мне. Я поймал его и стал рассматривать. Самое обычное яблоко…       — Что-то ещё нужно, сахарок? Если нет, то я возвращаюсь к работе. Мне нужно, чтобы всё было готово к сбору урожая в этом году.       — Ты уверена, что сможешь справиться с этим? — спросила Твайлайт, взглянув на повреждённую ногу своей подруги, а я лишь понюхал яблоко. В принципе, оно пахло как яблоко…       — Врач сказал, я полностью восстановлюсь через две недели, — ответила Эпплджек, улыбаясь. — Кроме того, я бы ни в коем случае не пропустила сбор урожая, — я откусил яблоко, и мои зрачки расширились. На вкус оно не было похоже на яблоки с Земли или даже на те, которыми меня кормила Твайлайт после еды, как десерта. Это было самое вкусное, самое сочное яблоко из всех, что я когда-либо пробовал за всю свою жизнь. К сожалению, я слишком быстро съел его, чтобы полностью насладиться этим невероятным вкусом.       — Ладно, но смотри, не сделай себе ещё хуже, ведь могут быть осложнения, ты сама знаешь, — сказала Твайлайт, улыбнувшись подруге.       Я огляделся в поисках другого яблока, но, к сожалению, больше фруктов нигде не было. Мы втроём направились к двери сарая, в то время как кобылы обсуждали дальнейший сбор урожая. Я же, в свою очередь, просто слизывал оставшийся сок со своей руки. Добравшись до двери сарая, мы вышли на улицу.       — Было приятно поговорить с тобой, Твай, — сказала оранжевая, обнимая подругу.       — Спасибо, что выслушала, ЭйДжей, — с радостью ответила Твайлайт.       Отпустив её, Эпплджек похромала к дому, находившемуся на холме, напоследок махнув нам здоровым копытом. И пока Эпплджек кое-как шла, Твайлайт повернулась, чтобы посмотреть на меня. Мы сверлили взглядом друг друга несколько секунд, словно соревнуясь, кто кого сожжёт первым. Затем я улыбнулся, сверкнув на солнце своими белыми зубами. Её взгляд дрогнул, и улыбка пропала с её морды. Я издевательски захихикал, после чего Твайлайт так заорала, что птицы в нескольких километрах с криком слетели с деревьев и устремились куда подальше отсюда.

* * *

      Прошла неделя с того момента, как я прибыл в город Понивиль и решил сделать жизнь Твайлайт настоящим адом. Зачем? Потому что мне это нравилось. Вдобавок ко всему, они относились ко мне как к тупому животному. Так что мне ничто не мешает быть некоторое время полным скотом. Во всяком случае, как я уже сказал, прошла уже неделя с того момента, как Твайлайт стала моим официальным «владельцем», и уже сейчас она выглядела как псих, над которым ставит эксперименты гестапо.       В одно прекрасное солнечное утро Твайлайт спустилась в гостиную и обнаружила маленький «подарок», который я оставил для неё, и я прекрасно знал, что ей он очень понравится. Её выражение морды было восхитительным, а то, как она убирала… Теперь я понял, почему мой пёс любил гадить на ковёр, правда, я решил сделать это под ковёр, но это не так важно.       Я вредил ей до тех пор, пока она не стала запирать меня в подвале на весь день. После того, как у неё загорелось одеяло в подвале, я был с почестями выгнан на улицу. Могу заметить, что эта принцесса крайне быстро адаптируется к моим невинным шалостям. Я уже сбился со счета, сколько раз я пытался сотворить что-то, что разрывало бы шаблон Твайлайт. Когда я вернулся в библиотеку, то стал просто шагать взад и вперёд. Это было очень простое и обычное дело, но оно выводило мою хозяйку из себя, заставляя её буквально обезуметь от ярости. Что самое интересное, Твайлайт частенько так же ходила во время своих раздумий, но стоило мне так походить пару минут, как на меня обрушивался шквал ругательств, и некоторых слов даже я не знал. Думаю, мне стоит их записать.       Недавно Твайлайт ушла куда-то по своим делам и оставила на столе письмо, которое она называет «сообщением принцессе Селестии о магии дружбы». И пока сама шаталась с друзьями по городу, я смог добраться до пергамента и, не тратя ни секунды на чтение, я стал рвать свиток на куски, разбрасывая крошечные кусочки бумаги по всей комнате. Мне кажется, у моей хозяйки случился какой-то нехороший приступ после того, как она вернулась домой. Остаток того дня я провёл в подвале без еды, но это того стоило.       Иногда я хотел покинуть пыльную библиотеку и выйти на улицу. Смотря за поведением других людей, я понял, что для этого они ударяют ладонью входную дверь, прося таким образом выйти. Потом, будучи уже снаружи, повторял все эти действие, когда я хотел войти. Я много раз повторял данные действия, после чего Твайлайт просто оставляла меня либо на улице, либо дома, никуда не выпуская и частенько ругаясь. Особенно было весело, когда она в этот момент что-либо читала, а я со всей силы бил дверь, заставляя её подпрыгивать на месте.       О, как же я мог забыть про мытье. Твайлайт, будь она неладна, вычитала в книге, что человека нужно купать каждый божий день, дабы держать кожу здоровой и чистой. Не стоит и говорить, что во время этих сеансов купания мне удавалось вылить всю воду на пол. И не раз после всего этого она выходила из комнаты полностью промокшей, после чего убирала весь бардак, оставленный мною, и запирала меня в подвале, предварительно убрав всё оттуда.       Когда наступала ночь, я начинал греметь кастрюлями и бить посуду. Если это не помогло разбудить Твайлайт, то я начинал стучать кулаком по стене и по оконным стёклам. Рано или поздно, она спускалась. Спайк, кстати, всё ещё очень сильно пугался, когда я находился с ним в одной комнате, и я, пользуясь этим, каждый раз просился выйти на улицу или старался его напугать, корча немыслимые рожи. Твайлайт выпускала меня и ждала, пока я бесцельно бродил по двору, после чего возвращалась обратно наверх спать. Проходило пару часов, после чего я всё начинал по новому кругу. Не стоит и говорить, что через неделю Твайлайт выглядела измотанной и морально уничтоженной, в то время как я был в экстазе. В конце концов, она это заслужила. По крайней мере, я так думаю.

* * *

      После посещения фермы ЭйДжей мы вскоре вернулись в библиотеку. Открыв дверь, Твайлайт вошла внутрь и потащила меня за собой. Устало вздохнув, она, опустив голову, стала медленно взбираться по лестнице. С её глаз капали слёзы.       В этот момент я осторожно наблюдал за ней.       — Что это с ней? — подумал я, когда она исчезла наверху. — Ах, точно, дело же во мне! — улыбнувшись этой мысли, я сел на свою кровать. В принципе, она была не так уж и плоха, хотя на боку лежать было довольно неудобно. Впрочем, после сна у меня не болела каждый раз спина, что не могло не радовать, тем более, это лучше, чем каменный пол. Я лёг, после чего мысленно пожелал себе спокойной ночи и заснул. В конце концов, это был тяжёлый и весёлый день.

* * *

      Я проснулся в полной Тьме. Резко вскочив, я понял, что мои глаза ослепли. Хотя мне всё равно было не на что смотреть в пустоте. Я знал, что сейчас вокруг меня ничего не было.       — Я вижу тебя… Безликий, Странник… — от испуга я начал вертеть головой, пытаясь разглядеть хоть что-то. Тьме было всё равно. Здесь никого не было, лишь пустота, не больше.       — Если… Никого нет… то кто говорит? — удивился голос. Я начал бежать. Мне было всё равно куда, мне просто нужно было уйти подальше отсюда. Я побежал, но и Тьма последовала за мною. Я был в ловушке пустоты.       — Ты не можешь убежать от меня, Чужак, — сказал голос, повышая свою громкость и тон с каждым произнесённым словом. Я ускорился, но без толку. Я бежал на одном и том же месте. Я не мог понять, что это за существо, но мне надо бежать от него, и как можно быстрее. Сердце как сумасшедшее стучало в моей груди, словно пытаясь вырваться наружу, навстречу этому голосу.       — …пожалуйста… помоги им… — грустно попросил ещё один голос, на этот раз очень молодой и мягкий, который явно принадлежал женщине.       — Что за хрень здесь вообще происходит? — закричал я, попутно сбавляя шаг. У меня больше не было сил бежать, а мои веки закрывались от сильной усталости. Внезапно волосы на голове встали дыбом. Что-то было рядом со мной, и это что-то смотрело прямо на меня взглядом, который я смог почувствовать в полной темноте. Сглотнув, я медленно повернулся, и моё сердце замерло от нахлынувшего ужаса. Пара гигантских красных глаз смотрела на меня, окружённых ярким демоническим огнём, вуалью стелящимся из глазниц. Я закричал, но мой крик потонул в глухом смехе, напоминающем вопль смерти. Он заполнил мой разум, словно Тьма смеялась над своей новой игрушкой. — Я … тебя … вижу!

* * *

      Я резко проснулся и сел на кровати, будучи полностью мокрым от холодного пота. Пока я пытался отдышаться, до меня вдруг дошло, что это был всего лишь сон. Но какой ужасный и реалистичный…       Прислонившись к стенке, я попытался успокоиться и выровнять дыхание после пережитого кошмара.       Неожиданно звук копыт привлёк моё внимание. Повернувшись к лестнице, я увидел Твайлайт, которая медленно цокала по ступенькам вниз с понурой головой. Подойдя к столу, она положила на него какой-то свёрнутый свиток, после чего посмотрела в мою сторону. Что-то было не так в её взгляде. Через секунду до меня дошло, что именно. Она смотрела с… сожалением?.       «Что она задумала?» — подумал я, немного приблизившись. Подойдя ко мне, она проверила узел, удерживающий меня, после чего развернулась и пошла в сторону двери. Она вышла из библиотеки и аккуратно закрыла за собой дверь. Я посмотрел ей вслед. Можно было не беспокоиться о её уходе. Она часто уходила в… «Сахарный Уголок», вроде так называлось это место.       Наверняка Твайлайт собиралась встретиться с друзьями. Мне уже доводилось гулять с ней, когда она решила, что её человеку необходимо размять ноги после целого дня в подвале. Я сидел, облокотившись о стену, и пытался придумать что-нибудь, что убило бы моё свободное время. О сне сейчас я мог и не задумываться, ибо меня всё ещё трясло от пережитого. Я рассеянно стал гладить поводок. Застыв, я медленно поднёс его к своему лицу. На одном месте у него была трещина. Не слишком большая, чтобы заметить, но при этом достаточно, чтобы попробовать порвать поводок. Я почувствовал, как улыбка появляется на моем лице. У меня таки появился шанс на спасение.       Мне пришлось встать, чтобы потянуть его на себя в попытке освободиться. Через минуту я упёрся одной ногой об стену и стал тянуть повод. Спустя считанные секунды он стал трещать. Мои руки были напряжены до предела, в то время как я уже буквально стоял на этой долбанной стене, пытаясь разорвать пластик. Моё лицо раскраснелось, но вскоре раздался треск. Ещё один рывок — и повод разорвался. Я упал, при этом больно ударившись затылком об пол.       Некоторое время моё тело просто лежало на полу, а я пытался прийти в себя. Вскоре, когда перед моими глазами прекратили плясать маленькие космонавты, я сел. С моего ошейника свисал оборванный крепкий пластик. Неделя моих мучений, наконец, подошла к концу. Теперь я свободен! Прямо сейчас я мог спокойно добраться до леса, и Твайлайт даже не заметит этого. А Спайка всё равно дома не было — он был на ночёвке с какими-то там «Меткоискателями». Никто не мешал мне сбежать прямо сейчас!       Но сначала… Я огляделся со злой улыбкой на лице. Мне хотелось оставить моей «хозяюшке» прощальный подарок. Хм… что бы мне сделать? В этот момент мой взгляд уцепился за пергамент, который лежал на столе. Всё ещё улыбаясь, я направился к столу, после чего взял свиток в руки. Вытащив печать, я развернул её.       «Давайте посмотрим, что именно я собираюсь уничтожить. Может мне стоить дописать пару тёплых слов Селестии?» — я стал читать это послание. Это было письмо Принцессе Селестии. О боже, надеюсь, это не те глупые «отчёты о дружбе». Сам свиток был в некоторых местах мокрым, словно от слез, а почерк корявым и дёрганным.

«Дорогая принцесса Селестия. С тяжёлым сердцем я пишу вам о человеке, которого вы мне прислали в качестве подарка. Я не знаю, какова была цель этого дара, но в любом случае… Я не смогла справиться с этим животным. С момента своего прибытия он причинял мне только боль, с каждым разом всё больше разочаровывая меня. Он постоянно плохо себя ведёт и буквально издевается надо мною, хотя, по вашим словам, всё должно быть с точностью до наоборот. Этот человек раскидывает всё, что попадётся ему под руку, мешает мне работать днём, а ночью — спать. Из-за него я даже чуть было не сгорела в своей библиотеке, ведь он умудрился поджечь подвал.       Я пыталась понять, зачем он это делает, пыталась быть к нему терпимее, но я так больше не могу. Я пыталась обращаться с ним лучше, чем остальные пони со своими людьми, но он будто сражается со мной по любому возможному поводу. У меня даже есть предположение, что вскоре он может стать диким, и тогда… Простите меня. Я подвела вас. Как только Спайк вернётся, я попрошу его прислать вам это письмо. Мне очень жаль, но я не смогла сделать того, что вы возложили на меня. Простите… Ваша верная ученица, Твайлайт Спаркл.

      Я несколько раз перечитал письмо, после чего положил его на стол и сел. Теперь мне не хотелось улыбаться. Но ведь я должен быть рад, не так ли? В конце концов, это был мой план. Чтобы Твайлайт не выдержала. Я же должен быть счастлив!       Так почему же мне сейчас грустно?       «…потому что это не я» — сказал кто-то во мне.       Я снова взглянул на письмо. «Я старалась обращаться с ним лучше, чем остальные пони со своими людьми, но он будто сражается со мной по любому возможному поводу».Я прикусил губу, перечитывая это предложение снова и снова. Для пони я был человеком. Для пони человек был не более чем глупым животным. Твайлайт не пыталась относиться ко мне ужасно, просто я был для неё… примитивным. Это ничем не отличается от того, как мы обращаемся с коровами или козами. «У меня даже есть предположение, что вскоре он может стать диким». Я вздрогнул. Она назвала меня «диким». Я просто действовал как типичный человек этого мира, а она назвала меня диким…       Я действовал как животное. Я вёл себя как дикий зверь. Она не ошиблась. Я действительно вёл себя как дикий человек этого мира, а не разумный человек с планеты Земля.       «Это ведь не я» — моя рука дотронулась до ошейника. Схватив прохладный пластик рукой, я стал медленно осматривать свою комнату. Игрушки были разбросаны где попало, а кровать, на которой я спал, была чуть ли не перевёрнута на бок. Все это напоминало мне домик какого-то пса. И ничто из этого не означало «интеллект». Скорее, это можно было назвать «домашнее животное».       Мой взгляд зацепился за зеркало, висящее рядом. Я на ватных ногах подошёл к нему, внутренне боясь смотреть. Собрав своё оставшееся мужество, я всё же заглянул в него. И лицо, которое посмотрело на меня в ответ, показалось мне чужим. Попав сюда, я был в довольно неплохой форме: аккуратно уложенные волосы, чистое выбритое лицо, не считая усов. Тогда я действительно был человеком! Но то, что смотрело на меня в отражении зеркала, было совершенно другое. Мои коричневые волосы были теперь лохматыми, а недели без бритья превратили моё лицо в морду шимпанзе. Колючая борода покрывала большую часть моего лица, в то время как комки грязи и сажи осели по всей моей коже. Я был ужасным, отвратительным, тупым животным.       Я посмотрел в свои карие глаза. И не узнал их. Те глаза были наполнены жизнью, счастьем, надеждой. Надеждой на то, что я поступлю в ВУЗ, что я смогу найти работу.       Потом я вырос, и часть моих надежд воплотились в жизнь. И всё, что осталось от всего этого, были лишь воспоминания. У меня больше не было жизни. Был только инстинкт. Инстинкт животного. Я ушёл от человека, которым когда-то был, и опустился до людей, которые были животными в этом проклятом богом мире.       «… это не я» — я смотрел, и слезы стали капать с моих глаз, разбиваясь о деревянный пол.       — Когда всё стало катиться в Тартар? — оторвав взгляд от зеркала, я провёл пальцами по своим неопрятным волосам, торчавшими в разные стороны. Взгляд забегал по комнате, словно ища что-то. Что угодно, лишь бы это могло спасти меня. Мои глаза снова опустились на стол. На стопку бумаг, лежащих на нём.       Помнится, когда я попал сюда, первым делом я пытался дотянуться до пергамента. Что ж… теперь мне никто не мешает это сделать. Я подошёл к столу, и мои руки стали шарить по ящикам в поисках заветных чернил и перьев. Найдя искомое, я отвинтил колпачок, после чего взял перо и макнул его острым концом в моё возможное спасение — чернила. Я колебался ещё секунду, после чего начал писать.

* * *

      Солнце уже село за горизонт, когда Твайлайт вернулась в библиотеку. Всё это время я сидел, пытаясь собраться с мыслями и понять, что же мне делать дальше и как не допустить ошибок.       Цокот копыт вырвал меня из мрачных раздумий. Принцесса открыла дверь, и в лунном свете я увидел, наверное, самый печальный взгляд, какой можно было себе представить в этом мире. Даже Дисней не мог такое изобразить. На душе стало как-то ещё грустнее, ведь я виноват в этом… Дверь закрылась, и в доме снова стало темно.       Я сидел за столом, когда она включила лампу. Тусклый свет заполнил комнату, давая возможность своей хозяйке видеть весь беспорядок, который образовался за время моего проживания в её обители. Она посмотрела на мою кровать. Её уши мгновенно встали торчком, а сама она всхлипнула, когда заметила оборванный поводок. Её глаза в испуге забегали по комнате, ища пропажу. Через секунду я уже смотрел в них, наполненные печалью и страхом.       — Ты освободился, — всхлипнула она, и из её глаз покатились горькие слезы. — Что, во имя Дискорда, ты уничтожил на этот раз? — я просто сидел и смотрел на кобылку, чья жизнь превратилась в самый настоящий ад, устроенный мною. Я медленно и осторожно поднял пергамент, показывая его Твайлайт.       Принцесса стала медленно подходить ко мне, пытаясь прочесть немного корявые слова, написанные мною. Через несколько шагов она застыла. Её зрачки расширились, а крылья приподнялись от удивления, когда Твайлайт прочитала всего четыре простых слова, которые я написал на этом чёртовом листе:       «Твайлайт, нам нужно поговорить.»