Your Human and You / Твой Человек и Ты

      Пока я смотрел на устройство в своих руках, сотни мыслей быстро заполнили мой разум. Мой смартфон? Как, черт возьми, и где они смогли его достать?       Я медленно повертел его в руках, внимательно изучая. Он выглядел так, словно прошёл через огонь и воду: пыль и грязь покрывали его некогда глянцевую поверхность, а массивная трещина разделила сенсорный дисплей пополам. Чисто из любопытства я нажал на кнопку включения. Попытка — не пытка, как говорится. Как и следовало ожидать, экран остался черным. Может быть, батарея села или поврежден один из элементов на плате, если вообще что-то в нём осталось целым.       Звук того, как кто-то прочистил горло, заставил меня поднять глаза. Я удивленно моргнул, увидев мрачное выражение лица Селестии.       — Ну, — спросила она слегка дрожащим голосом. — Ты знаешь, что это такое? Это опасно?       Я посмотрел на неё и быстро встал между ней и телефоном, сбитый с толку. Это то, о чем она беспокоилась?       Я ничего не мог с собой поделать. С тем, как она вела себя, я думал, это будет что-то серьезное, нечто действительно опасное. Подумать только, что я был так взвинчен из-за телефона, боялся, что действительно не смогу помочь ей.       Я громко рассмеялся, отчего на лице Селестии вспыхнула тревога, и она сделала быстрый шаг назад. Я прикрыл рот рукой, пытаясь взять себя в руки, но растерянные взгляды, мелькнувшие на лицах всех присутствующих, заставили меня смеяться ещё громче. Реакция Твайлайт была наихудшей: она склонила голову набок, одно ухо приподняла, а другое прижала к голове. У нее было странное выражение лица, словно она не могла решить, радоваться ей или беспокоиться. Пока я смеялся, смущение Луны сменилось гневом и она впилась в меня взглядом.       — Мы не понимаем, что тут смешного, — фыркнула она, бросив взгляд на Селестию, которая смотрела на меня слегка удивленно нервничая от моего веселья.       — Мне очень жаль, но это устройство не опасно, — подписал я, кладя телефон на колени, и усмехнулся. — Это также опасно, как книга.       — Это не опасно? — спросила Селестия со слабой надеждой в голосе. — Как ты можешь быть в этом уверен?       — Потому что он мой, — самодовольно подписал я.       — Что?! — я вздрогнул, когда все пони в библиотеке закричали одновременно, даже стражи. Потерев уши, я написал:       — Да, это мое. Я потерял его, когда банда Даркфлэра нашла меня в пустыне.       — Значит, он не представляет угрозы для наших пони? — спросила Луна, когда Твайлайт подошла и встала рядом со мной. Она посмотрела на устройство у меня на коленях, с любопытством рассматривая его.       — Нет, если только вы не бросите его кому-нибудь в лицо, — невозмутимо ответил я. — Эта вещь ни в коем случае не является угрозой для кого-либо.       — Что это? — спросила Эбони, двигаясь поближе, чтобы лучше рассмотреть это.       – Это… устройство связи, – ответил я, потому что на языке копыт нет такого слова.       — Как это работает? — спросила Луна, переминаясь с ноги на ногу. Селестия молчала, глядя на телефон у меня на коленях с нейтральным выражением лица.       — Ну, я думаю, что могу объяснить тебе это.       — Превосходно! — внезапно сказала Селестия, выпрямляясь. — Давайте просто приведем сюда другие элементы гармонии, и тогда ты сможешь показать нам, как использовать это… устройство.       — Ну, вообще-то, я не могу показать… — начал я, но Селестия уже не слушала. Повернувшись к стражникам, она сказала:       — Майор Роуз, будьте так добры, сбегайте за Мисс Рарити, Флаттершай и Пинки Пай, и приведите их сюда… — Эбони быстро отдала честь и куда-то убежала, прежде чем Селестия обратилась к Авере. — И будьте так добры, заберите Мисс Дэш и Эпплджек и приведите их сюда, лейтенант.       — Считайте, что дело сделано, — сказала Авера, прежде чем оба стража быстро покинули библиотеку.       — Но, видите ли... — я попытался еще раз, но как и прежде, меня проигнорировали.       — Твайлайт, — сказала Селестия, поворачиваясь к маленькой девочке-аликорну. — Если вы не возражаете, могу я воспользоваться вашей ванной комнатой? Мне нужно выглядеть более... презентабельно. – и указала на свои растрёпанные крылья и гриву. Твайлайт кивнула и сказала:       — Конечно.       Селестия поднялась по лестнице, оставив меня сидеть на диване.       Я повернулся, чтобы посмотреть на Луну, но она уже была в движении.       — Мисс Праймроуз, не могли бы вы подойти сюда на минутку? Мы хотели бы поговорить с вами. — с этими словами, принцесса Луна и бэтпони двинулись в дальний угол комнаты.       Я повернулся, чтобы посмотреть на Твайлайт, надеясь на помощь, но она уже была занята уборкой комнаты, ведь скоро прибудут ее друзья. Пока я сидел на диване с выключенным телефоном, только одна мысль пробивалась в мою голову.

***

      Остальная пятерка прибыла как раз в тот момент, когда вечер начал медленно опускаться на Понивилль, и каждая из них с любопытством смотрела по сторонам, спрашивая причину того, зачем их вызвали. Когда все удобно устроились за столом, Твайлайт переместилась в центр комнаты. Я сидел тихо, пытаясь успокоиться, и не думать о том, как я собирался вернуть свой телефон к жизни.       В своем углу Луна и Праймроуз разговаривали так тихо, что их не было слышно. Время от времени одна из них поглядывала на меня, прежде чем вернуться к их разговору. Я проигнорировал это, сосредоточившись вместо этого на задаче, стоящей передо мной. Как, черт возьми, я должен оживить эту штуку? У меня даже нет зарядного кабеля или чего-то еще. Черт, я даже не знаю, есть ли здесь электричество.

***

      Когда все, наконец, расположились, Рарити уже была на месте и предложила снова стать моим голосом, чтобы перекинуть мостик между нами и убрать коммуникационный разрыв для тех, кто не знал копыто-язык. К счастью для нее, Твайлайт удалось улучшить заклинание. Вместо того, чтобы я говорил один, теперь и Рарити могла говорить пока я использую заклинание, теперь голос звучал так, словно два голоса слились в один. Когда Рарити заговорила, у нее был нормальный голос. Когда я использовал Рарити в качестве марионетки, мягкий, шепчущий голос раздавался из губ единорожки. Однако мы не могли говорить одновременно, как довольно быстро выяснили. Давайте просто скажем, что для любого, кто проходил мимо библиотеки, это, вероятно, звучало так, как будто кошку засунули в блендер с кучей колокольчиков.       Еще одним улучшением заклинания был тот факт, что Рарити могла видеть то, что происходит вокруг нее, и сохранила свои двигательные навыки. Мне просто пришлось держать руку на её роге, чтобы удержать соединение. Как только коммуникационный мост был активирован, мы наконец-то смогли начать.       — И как же эта штука называется? — спросила Твайлайт, не отрывая глаз от телефона в центре стола. Перо, окутанное её магией, быстро делало какие-то пометки на свитке, висевшем у неё над головой.       Я фыркнул, закатив глаза, поскольку вынужден был отвечать на этот вопрос уже в сотый раз. По крайней мере, на этот раз у меня было, чем отвечать на него.       — Это называется айфон, и это смартфон. Умный, с-м-а-р-т, телефон, ф-о-н. — сказал я, и моя рука слегка напряглась на роге Рарити, когда она произносила эти слова за меня. Вокруг стола толкались одиннадцать пони и маленький дракон, каждый из которых с лёгким любопытством разглядывал телефон. Рэйнбоу и Авере было легко, паря над столом на своих крыльях, они наблюдали за всем этим сверху.       — И что именно он делает? — спросила Твайлайт, сверкая глазами. Рядом с ней Эбони держала свиток и, взяв свое собственное перо, писала так быстро, как только могла. Я несколько секунд жевал губу, так как пытался придумать лучший способ описания человеческой технологии для расы, которая использовала магию. Пока я размышлял, мои глаза блуждали, пока не остановились на Спайке, который сидел возле Флаттершай. Маленькая ухмылка коснулась моих губ, когда я посмотрел на него.       — Думай об этом как о миниатюрной версии Спайка, — сказал я. Это вызвало у них кучу непонимающих взглядов.       — Не мог бы ты уточнить? — спросила Селестия своим спокойным голосом. Глаза Эбони, Аверы и Праймроуз округлились вместе с другими девочками, им потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя. Когда их напряженные позы стали более расслабленными и умиротворенными, я продолжил:       — Эта штука может посылать сообщения любому другому, у кого есть смартфон, почти мгновенно, — ответил я. – Это также позволяет людям разговаривать друг с другом, несмотря на расстояние.       — Что ты имеешь в виду?       — Если бы я был здесь, в Понивилле, а Твайлайт была бы, например, в Кантерлоте, и у нас обоих было бы по одному смартфону, мы могли бы разговаривать друг с другом так, как будто находимся в одной комнате, несмотря на расстояние между нами. Моментальная связь.       — И это все, что он делает? — усмехнулась Рэйнбоу, складывая копыта.       — Обычный телефон? Да. Этот телефон? Нет. Он куда более продвинутый. По нему вы можете отправить сообщение и поговорить с людьми о чем угодно, но вы также можете играть в игры, слушать музыку, смотреть видео, а также многое другое.       — Это потрясающе! — взвизгнула Твайлайт, ее перо двигалось так быстро, что я был поражен тем, что свиток не загорелся от трения. — Подумать только, что люди смогли придумать что-то вроде этого! Этот уровень технологии просто невероятен! — она продолжала радостно писать ещё несколько секунд до того, как ее слова запечатлелись в памяти. Она замерла, бросив на меня испуганный взгляд. – Я… я не это имела в виду! — она заикалась, опуская уши. Я усмехнулся, помахав свободной рукой.       – Я знаю, что ты имела в виду, — сказал я.       — Невероятно, что ваш вид может обладать такими вещами. Как вы придумали такое средство коммуникации? — спросила Луна, смотря на телефон. Я покачал головой и пожал плечами.       — Если вы хотите знать точную причину, я не могу вам сказать. Я могу сказать моё собственное мнение по этому вопросу.       — Буду очень признательна, — сказала Луна, одарив меня быстрой улыбкой.       — Мы сделали это, потому что люди — ленивые ублюдки, — сказал я, хихикая при виде шока на лицах всех присутствующих.       — Но если они ленивы, то как же они додумались до этого? — спросила Селестия, приподняв бровь и кивнув головой в сторону телефона. – Разве такие достижения не были бы невозможны, если бы вы все сидели весь день без дела?       — Много лет назад группа людей приплыла из их родных стран за океан для того, чтобы колонизировать новую землю. Когда колонии были сформированы, им потребовалось почти шесть недель, чтобы связаться с людьми на родине, поскольку сообщение должно было быть доставлено вручную обратно в их родную страну.       — Почему бы не использовать магию, чтобы отправить его быстрее? — спросила Пинки, склонив голову набок.       — Там, откуда я родом, нету магии. — ответил я. — Нам пришлось все преодоелевать по трудному пути.       — Путь земного пони, — сказала Эпплджек с ноткой гордости в голосе. Я кивнул ей в знак согласия, прежде чем продолжить.       — Как я уже говорил, обычно требовалось около шести недель, чтобы сообщение дошло до их старого дома. Затем им потребуется еще шесть недель, чтобы получить ответ. Это означало, что если колонии нуждались, скажем, в медицинской помощи, то им потребовалось бы двенадцать недель или больше, чтобы получить её. И это в том случае, если корабль не попадёт в шторм и не подвергнется нападению пиратов. Если бы это случилось, то не было бы никакой возможности для того, чтобы им помочь, потому что колонии либо родительская страна узнали бы об этом уже через много недель.       — Похоже, что они продвинулись в этом направлении не потому, что были ленивы, а потому что им это было необходимо, чтобы выжить, — заметила Селестия.       — Это могло быть правдой с самого начала, но я не думаю, что это правильно и в наши дни, — сказал я.       — Это еще почему? — спросила Твайлайт.       — Потому что теперь там, дома, это сделало всех ленивыми. Тебе нужно поговорить со мной или кем-то на другом конце страны по поводу деловой сделки? Вместо того, чтобы встретиться с ним, у тебя есть конференц-связь, которая позволяет людям общаться, хоть они и разбросаны по всей стране. Все разговаривают друг с другом, не покидая своих офисов.       — Это больше похоже на хорошее использование времени и сил, чем на лень. — пропищала Твайлайт.       — Ты хочешь поговорить со своей матерью, которая живет в доме в другом городе, но не хочешь ехать к ней. Ты ей просто позвонишь. Захочешь поговорить с другом, но не почувствуешь его. Захочешь чего-нибудь поесть, но не хочешь покинуть дом? Вам просто нужно позвонить кому-то и они принесут еду прямо к вашей входной двери. Люди, возможно, и начали делать успехи в технологическом развитии, но это сделало нас ленивой расой в процессе. Конечно, не все такие, есть и другие очень немногие, которые продолжают встречаться вживую и видеться с родными. Но помни, — сказал я, откидываясь на спинку стула. – Это всего лишь мое мнение на этот счет, и я, вероятно, принимаю все с долей иронии. Я признаю, что коммуникационные технологии принесли огромную пользу людям на родине. Теперь врачи могут разговаривать друг с другом в течение нескольких секунд, что позволяет им быстрее помогать своим пациентам. Экстренные службы, такие как пожарные и фельдшеры, так же могут быстрее реагировать на стихийные бедствия.       — Это очень похоже на драконий огонь, который мы используем, чтобы быстро общаться с нашими войсками в полевых условиях, за исключением ограниченного использования, — сказала Эбони.       – Да, да, — раздраженно фыркнула Рэйнбоу, закатив глаза. – Общение — это прекрасно и все такое, но ты сказал, что он делает больше вещей, например, игры, верно?       — Да, — ответил я, моргая. — Именно этот телефон имеет такую возможность.       — Ну, давайте посмотрим несколько игр! — сказала она, и ее лицо загорелось желанием.       — Действительно, — сказала Луна, кивая головой. – Хотя говорить об этом довольно интересно, я бы предпочла увидеть его в действии.       — Я не могу, — сказал я, потирая затылок свободной рукой.       — А почему нет? — спросила Селестия, прищурившись.        Я просто кивнул в сторону телефона и покачал головой.       — Он сдох.       Флаттершай громко ахнула и вскинула голову.       — О нет, — расстроенно сказала она со слезами на глазах и печалью на лице.       — Я не совсем правильно выразился, — быстро ответил я. – Эта штука вообще никогда не была живой. Просто представьте, что у него не осталось никакой энергии.       Когда Флаттершай успокоилась, Селестия просто склонила голову набок.       — Так ты не можешь просто зарядить его? — спросила она.       — Мне нечем, — вздохнул я. — Я сомневаюсь, что у вас есть источник переменного или постоянного электричества, а также адаптеры питания, а ещё кабели.       — Электрическая сеть? — брови Селестии поднялись, и легкая улыбка тронула ее губы. — То есть электричество. Вот такое? — ее рог начал мягко светиться и искриться. Я пробежал взглядом вверх и вниз по всей длине. Мои глаза расширились, и я быстро покачал головой, махнув ей свободной рукой.       – Нет. И опять таки, это какое электричество? Переменное или постоянное? Какой здесь ампераж, какое напряжение?       — Тогда нам просто придется начать с маленького напряжения и увеличивать скорость питания постоянно, пока мы не найдем нужное напряжение. Я нахмурился, проводя рукой по волосам, уставившись на Селестию.       — Все еще есть вероятность, что ты уничтожишь телефон, прежде чем мы успеем выяснить точное напряжение и силу тока.       — Если то, что ты говоришь, правда, то эта штука сейчас бесполезна. Если мы в конечном итоге разрушим его, то ты ничего не потеряешь, — ответила Селестия, и улыбка на ее лице медленно превратилась в ухмылку. Я вздохнул, прежде чем кивнуть головой:       — Хорошо. Селестия наклонилась вперед, свет вокруг её рога немного усилился.       — Куда мне нужно направить свое заклинание? — спросила она, с любопытством разглядывая телефон. Протянув руку, я развернул телефон и указал на порт зарядного устройства на дне айфона. Селестия сморщила лицо, когда концентрированный, маленький завиток электричества пошёл к порту телефона. Маленькие искорки посыпались из маленького облачка золотистого света. Когда он вошел в порт зарядного устройства, Селестия бросила на меня быстрый взгляд.       — Есть ли что-то конкретное, чего мы ждем? — спросила она, пока телефон пытался зарядиться.       — Должно пройти хотя бы пять минут. Батарея сейчас полностью разряжена и телефон не сможет включиться, пока общая емкость батареи не заполнится хотя бы на несколько процентов.        Селестия хмыкнула и, закрыв глаза, направила тонкий луч чистой энергии в порт айфона.       Минуты плыли очень медленно, а с морды солнечной принцессы начали капать капельки пота. Казалось, время остановилось, пока Селестия подавала заряд на телефон. Ничего не происходило, поэтому солнечная принцесса просто начала постепенно увеличивать поток магии. "Да зарядишься ты или нет?!" - злобно подумала она про себя. Ещё слегка увеличив поток магии, случилось чудо - на экране зажёгся серебряный логотип надкусанного яблока.       — Вот и всё, — задыхаясь, сказала Луна. — Держи ровный уровень магии, Тия. — Селестия ничего не сказала, но кивнула головой.       Затаив дыхание, я смотрел на экран и ждал. Серебряное яблоко оставалось на экране ещё несколько долгих секунд, после чего он переключился на экран блокировки iPhone. Значок батареи в центре экрана показывал красную полосочку. Пока я наблюдал, она медленно начала расти и стала белой. Селестия каким-то чудесным образом зарядила телефон своей магией.       — Будь я проклят, — выдохнул я. Количество заряда продолжало стремительно расти, намного быстрее, чем я когда-либо видел раньше дома. Прошло всего несколько секунд, а экран показывал уже половину зарядки. — Это действительно сработало!       — А разве были какие-то сомнения? — самодовольно сказала Луна. Она насмешливо посмотрела на меня, прежде чем снова посмотреть на телефон.       — Этого должно хватить, — сказал я, когда батарея была заряжена примерно на 70%.       Селестия опустила рог и слегка отдышалась. Поскольку телефон больше не заряжался, то значок батареи исчез, сменившись фотографией планеты Земля. Краем глаза я заметил, как Твайлайт слегка дёрнулась, её глаза расширились от волнения, когда она уставилась на телефон, как будто в нём хранились все секреты мира.       — О, — произнесла Луна, наклоняясь ближе, чтобы посмотреть на экран. — Это картина с изображением вашей родной планеты?       — Это не картина, — сказал я. — Это фотография.       — Что?! — Твайлайт и Луна вскрикнули одновременно и обе уставились на меня с разинутыми ртами.       — Фотография? — ахнула Твайлайт. — Но это значит, что… судя по снимку, он был сделан с самой… Луны! – когда я кивнул в знак согласия, её глаза расширились. — Ты действительно был на своей Луне?!       — Лично я — нет, но человечество было, и уже давно. Мы отправили людей на Луну, — сказал я с самодовольным чувством удовлетворения от шокированных взглядов на лицах всех присутствующих. Рэйнбоу почти упала, но удержалась за секунду до падения.       — Но… Я не… что… – Твайлайт запнулась, глядя на меня, затем вниз на картинку в шоке, прежде чем она исчезла, когда телефон автоматически погас.       — Людям удалось достичь Луны, — тихо сказала Селестия, тоже глядя на телефон.       — Но что же могло заставить их уйти? – Луна никого конкретно не спрашивала. — Во время моего пребывания там я не увидела ничего, что могло бы вызвать интерес.       — Мы решили отправиться на Луну не потому, что это было легко, а потому, что это было трудно, — сказал я с ухмылкой. Я знал, что они не получат радости от такого ответа, но этот интерес в их глазах... Это была слишком хорошая возможность, чтобы её упустить.       — Но это же невозможно! — сказала Твайлайт, а ее крылья дергались от волнения. — Ты никак не можешь добраться до Луны без применения магии, но ты же говорил, что в твоем мире нет магии! Полететь на Луну без магии невозможно!       — Любая достаточно продвинутая технология ничем не отличается от магии для тех, кто её не знает, пойми уже, — тихо сказал я. — Когда люди впервые посмотрели на Луну, они думали, что невозможно прикоснуться к небесам, однако это их не остановило, и мы как вид, наконец, смогли ступить на луну. Те, кто это сделал, даже водрузили флаг, символизирующий наше путешествие.       — Они водрузили флаг… на луне? — прошептала Луна, покраснев, когда на ее лице появилось взволнованное выражение.       — Да-да, неважно, — нетерпеливо сказала Рэйнбоу, возвращаясь к своему скучающему поведению. — Давайте продолжим с этим! — когда Твайлайт бросила на неё раздраженный взгляд, я сказал, тихонько хихикнув:       — Ладно, ладно, попридержи коней. — Рэйнбоу моргнула в замешательстве.       — Придержать... коней? — спросила она, склонив голову набок.       — Это такое выражение, — ответил я. — Оно означает «успокойся».       Взгляд Селестии приковался ко мне при моих словах, но когда я оглянулся, она смотрела на меня с удивлением и со спокойным выражением лица, ожидающим продолжения. Потянувшись вперед, я театрально поднял палец, прежде чем опустить его и нажать кнопку "Домой". Пинки жадно следила глазами за моим пальцем. Когда экран засветился, я приложил палец к экрану телефона и провёл им по гладкой поверхности, разблокировав устройство. С щелчком экран блокировки исчез, заменившись вместо этого на основной экран айфона.       Я посмотрел на море нетерпеливых лиц, улыбаясь и прикусывая нижнюю губу. Взгляды удивления и изумления на их лицах заставили меня рассмеяться. Это было всё равно, что смотреть на ребенка, который смотрит на кучу новогодних подарков под рождественской ёлкой.       — Дамы, — сказал я, прежде чем посмотреть на Спайка. – Дракон. Вы все показали мне свой мир. А теперь позвольте мне показать вам кусочек моего. — с этими словами я провёл пальцем по экрану, проводя им по страницам главного экрана. Одно из приложений попалось мне на глаза, и моя улыбка стала шире, когда я открыл его.       — Это одна из самых легких игр, которые может иметь этот телефон, — сказал я, когда приложение начало загружаться. — Она называется «судоку».       — Похоже, это игра для яйцеголовых, — сказала Дэш, разглядывая цифры и коробки с разочарованным видом.       — Это потому, что это игра для очень умных, — сказал я. Некоторые наклонились ближе. Лицо Твайлайт засияло, когда я сказал это, и она начала что-то записывать быстрее.       — В чем смысл этой игры? — спросила она, в мгновение нарисовав доску судоку на своём пергаменте.       — Чтобы получить числа от одного до девяти в пределах каждого квадратика. В каждом квадрате числа не должны повторяться, а также не должно быть повторов по вертикали, горизонтали и диагонали.       — Звучит крайне сложно, — прокомментировала Праймроуз.       — Это потому, что так и должно быть, — сказал я с улыбкой. — Это игра-головоломка. Она такой и задумывалась.       — Игра-головоломка? Тогда это вовсе не игра, — заскулила Рэйнбоу, запрокинув голову и громко застонав. — Я думала, что будет круто! А тут ещё и задачки решать...       — Это не единственная игра, которая есть в телефоне, — сказал я, снова нажимая кнопку "Домой". Бегая по экрану, мои глаза загорелись, когда я увидел игру, которая была идеальна для такого случая. Если бы создатели только знали, что их игра попадёт в другое измерение... Я тихонько посмеивался про себя, когда выбрал игру. Все вздрогнули, когда на экране меню заиграла музыка, воспроизводя звук через динамики телефона.       — Он тоже может шуметь? — спросила Твайлайт на одном дыхании.       Я проигнорировал её и коснулся экрана, заставляя музыку мгновенно измениться. Один человек запел, а на экране серебряный единорог с серебряным хвостом и радужной гривой начал пробегать по платформе из пурпурной травы. Через несколько секунд единорог добрался до конца платформы. Они с восторженным вниманием наблюдали за тем, как я играю в игру. Вскоре Пинки уже напевала себе под нос песню, которая играла на заднем плане, качая головой в такт музыке. Когда пришёл хор, поющий о гармонии, Селестия с удивлением откинула голову назад, на её лице легкая улыбка коснулась её губ. Я продолжал играть в эту игру еще несколько раз за несколько секунд до того, как я неправильно рассчитал прыжок. До того, как единорог может упасть с экрана и взорваться, я быстро нажал кнопку «Домой», завершая игру и возвращая нас к главному экрану телефона.       — Ух ты, — сказала Рэйнбоу, глядя вниз, на телефон. — Это было так же, как на игровых автоматах в клубе "Аркада", только на 20% круче.       — Только он как портативный автомат! — вмешалась Пинки. Когда все отошли от оцепенения при виде игры, я пролистал страницы приложений на телефоне.       — Игры — это не единственное, что может сделать эта штука, — сказал я, пока рассматривал приложения в поисках того, что бы ещё показать им. — Ты можешь делать заметки прямо здесь на телефоне, как Твайлайт и Эбони делают со своими свитками. Поскольку это не на бумаге, записка может быть настолько длинной, насколько тебе захочется, размер не имеет значения, — Пока я говорил, я открыл приложение «Блокнот», чтобы показать им. Однако я тут же пожалел об этом и застонал. Внутри появился мой старый список:

Сделать: 1. Позвонить маме о приеме у стоматолога 2. Забрать зарплату с работы 3. Вернуть Эндрю контроллер от Xbox 4. Ничего не делать всю субботу

      — Эй, смотри, Твай, — сказала Эпплджек, пытаясь сдержать смех. — Он любит составлять списки, как и ты!       Рэйнбоу не была такой сдержанной и начала смеяться, всё ещё паря в воздухе. Лицо Твайлайт покраснело от этого замечания и она закрылась своим свитком.       — Да, да, заткнись, Эпплджек, — сказал я, выходя из приложения «Блокнот». — Как будто тебе не нужны напоминания. Что-то время от времени забывается, так что напоминания необходимы, — кобылка застыла, но затем показала мне язык, и на её лице появилась дразнящая улыбка. — У этой штуки также есть календарь, где вы можете установить время, встречи, часы, которые могут выступать в качестве будильника. Ещё есть встроенный калькулятор, а также место для размещения контактной информации всех, кому вы захотите позвонить или отправить сообщение. На нем также есть книги, — сказал я, увидев открытое приложение «iBooks».       Едва эти слова слетели с моих губ, как телефон вдруг оказался окружен лавандовой аурой и вырван из моей руки. Я дёрнул головой и поднял глаза, увидев Твайлайт, держащую в копытах телефон, глядя на него, как будто это было самое прекрасное, что она когда-либо видела.       — На этой штуке есть книги?! — спросила она, хихикая. — Книги, написанные людьми из другого мира? — она продолжала хихикать, постучав копытом по экрану. После нескольких секунд на её лице появилось хмурое выражение, ведь ничего не произошло. Она снова постучала по экрану, но результат был таким же. — Почему не работает? — она заскулила, снова и снова постукивая по дисплею экрана копытом, ее ухо безумно дергалось. — Книги! Мне нужны книги!       Внезапно телефон вырвался из её копыт и вернулся на стол.       — Думаю, пока что хватит, Твайлайт, — сказала Селестия, скрывая смех в голосе. Твайлайт залилась краской, когда поняла, что только что сделала, а также увидела множество пар глаз, которые теперь уставились на неё. С тихим писком, который мог бы соперничать с Флаттершай, она скользнула под край стола, пока не стала видна только её грива.       — Копыта не будут работать на экране, — сказал я, посмеиваясь на ее выходки. — В следующий раз попробуй использовать свой нос.       Когда Твайлайт медленно вылезла из-под стола, Рарити наклонилась ближе к телефону, стараясь не выдернуть свой рог из моей хватки.       — Это устройство кажется довольно инновационной вещью, — сказала она. — Подумать только, что что-то настолько маленькое может сделать так много. Это почти невероятно!       — Мы ещё даже не закончили, — сказал я, как только убедился, что она говорит правду. Я не собирался говорить что-то ещё. — Эта штука также может... играть музыку.       Нажав на музыкальное приложение, я быстро организовал все мои песни по жанрам. — В каком жанре вы хотите сначала послушать?       — А как насчёт всех остальных? — спросила Луна, глядя на всех. Мгновение, и рядом с ней Селестия кивнула головой в знак согласия. Похоже, она наслаждалась этим маленьким шоу. Минуты проходили быстро, пока я проигрывал все песни, что были у меня в плейлистах: альтернатива, металл, рок, классика, танец, электроника и хеви-метал. Твай, кажется, мгновенно прониклась симпатией к Daft Punk после прослушивания только одной песни из них. Она сказала, что это ей напомнило любимого диджея, называемого Pon3.       Я попытался сыграть все песни из каждого жанра так, чтобы каждый мог найти что-то, что ему понравится. Попутно просматривая свои альбомы, я наткнулся на «Призрака оперы». Улыбаясь, я бросил взгляд на Луну перед тем, как сыграть для неё "музыку ночи". Пока её сестра напевала вместе с песней, Селестия сказала, одарив меня благодарной улыбкой:       — Я читала всё, что вы написали об этом устройстве.       — Судя по рассказам, эта музыка прекрасна, — сказала Луна, когда песня закончилась. — Но ещё прекраснее услышать это лично.       Я продолжал играть для них песни ещё около часа, и все они были вполне довольны тем, что сидят здесь и слушают новую и странную музыку. В течение этого периода Твайлайт должна была начать второй свиток, заполнив первый полностью нотами. Когда я закрыл музыкальное приложение, другое приложение привлекло мое внимание. Я улыбнулся и нажал на него. Когда приложение загрузилось, я поднял телефон и держал его в руке перед собой.       — Эй, улыбочку! — сказал я с ухмылкой. Все смущённо взглянули на меня, и я усмехнулся, прежде чем нажать на экран. С помощью вспышки и щелчка я сделал снимок пони напротив меня. Когда я положил телефон на стол, чтобы показать им картинку, у всех отвисла челюсть. Даже у принцесс вид был ошеломленный.       – У него тоже есть камера?! — спросила Пинки, широко улыбаясь.       — Угу, — ответил я.       — Но где же он хранит свою пленку? — спросила Эбони, её зеленые глаза расширились от удивления.       — Нет никакой пленки. Количество снимков, которые вы можете сделать, ограничено объемом памяти телефона, поэтому вы могли бы сделать до нескольких тысяч снимков, прежде чем память кончится.       Пока я говорил, улыбка Пинки все росла и росла, угрожая раскроить ей голову пополам.       — Играет музыку без пластинки, фотографирует без пленки, есть книги без страниц, — сказала Твайлайт, с благоговением глядя на телефон. Пока она говорила, я поднял аппарат и начал с ним возиться. — Есть ли что-нибудь, чего эта штука не может сделать? — спросила она, качая головой, и её глаза расширились от шока, когда её голос донёсся из телефона. Ухмыляясь её шокированному взгляду, я перевернул айфон, показывая миниатюрную Твайлайт, смотрящую на всех с улыбкой. Нажав на кнопку, я включил маленький видеоклип, который я успел снять про маленькую Твайлайт. Покачав головой, она сказала "Вау...". Это все, что Твайлайт могла сказать, глядя на её движущуюся фотографию.       Я улыбнулся, увидев ошеломлённое выражение её морды, и только двинулся, чтобы нажать кнопку «Домой», но как только мой палец коснулся экрана, видео с Твайлайт исчезло, и я обнаружил, что смотрю на мой фотоальбом, содержащий все фотографии, которые у меня когда-либо были. Улыбка сползла с моего лица, когда я уставился на экран с рядами картинок. Тяжело сглотнув, я медленно опустил телефон обратно на стол, мои руки слегка дрожали. Я услышал обеспокоенные голоса, в основном Флаттершай. Я не слышал, о чём они говорили из-за моего внимания, сосредоточенного на устройстве передо мной. Осторожно протянув палец к одному из снимков, я дотронулся до него и увеличил так, чтобы заполнить весь экран.       По комнате пронёсся вздох, когда все увидели, что изображено на картинке. Там, глядя вверх на окружающих, со смехом, застывшим на наших лицах, на фотографии были я и мои друзья во время нашего выпуска из универа. Я и четверо моих друзей были сгруппированы вместе, дипломы в одной руке, цветок — в другой. Мы были одеты в бордовые выпускные мантии, наши академические шляпы сидели на наших головах. Один из моих друзей висел у меня на плече, его рука обвилась вокруг моей шеи, когда он засмеялся. Рядом со мной был еще один из моих друзей. Самая широкая улыбка на его лице, его академическая фуражка наклонилась боком на голову.       — Клянусь создателем, — выдохнула Эбони, наклоняясь, чтобы достать сигарету и посмотреть поближе. — Они все улыбаются!       Глядя на фотографию, я слышал, как пони комментируют происходящее на фото. Не обращая на них внимания, я провёл пальцем по экрану, переходя от картинки к картинке, каждая из которых изображала часть нашего выпуска. Последнее фото в группе показало меня и мою бывшую девушку, стоявшую рядом, которая с улыбкой обнимала меня. Её академическая шляпа отсутствовала, а моя всё ещё была у меня на макушке. Она склонила голову набок, прислонившись к моему плечу и смотря в камеру с гордой улыбкой на лице.       — О, — произнесла Рарити, глядя на фотографию. — А она хорошенькая. — её тон не был злым, просто удивлённым. Подняв глаза, я увидел, что все смотрят на картинку с различной степенью шока или удивления на лицах. Твайлайт смотрела на картину с удивлением. Поджав губы, она слегка прищурилась.       — Невероятно, — выдохнула Луна, широко раскрыв глаза. — Я не принимала тебя за лжеца, но на самом деле видеть это собственными глазами... Разумные люди — это действительно удивительно.       Снова нажав на экран, я быстро пролистал весь альбом до конца. Остальные фотографии я бегло просматривал фотографию за фотографией. Я слегка напрягся, а дыхание спёрло. Имея старые воспоминания в телефоне, мои глаза вновь заслезились. Небольшая улыбка промелькнула на моём лице, когда я вспомнил прошлое и хорошие времена, запечатленные объективом на телефоне.       Движимые движением моего пальца на экране, воспоминания текли мимо, чтобы пони могли их увидеть. В тот день мы с друзьями пошли на пляж. Здесь мой лучший друг Эндрю и я ныряем в ледяную воду. Здесь моя бывшая девушка загорает на пляже, лежа на полотенце. А здесь забитый пляж, и всё больше и больше людей прибывает, чтобы найти способ остыть, когда солнце так сильно печёт высоко в небе. А тут все мои друзья собрались вместе вокруг потрескивающего костра, разгорающегося по мере захода солнца.       — Ну и ну, — выдохнула Эпплджек, когда я медленно переходил от фотографии к фотографии. — С тех пор, как увидела тебя, купающегося во время нашей поездки на пляж, я никогда не думала, что увижу то, как так много людей купается.       — Они все носят какую-то одежду, — сказала Рарити. — Здесь нет никаких голых людей.       — Это потому, что нагота — табу у нас дома. — объяснял, я пытаясь побороть меланхолическое чувство, что захватило меня. — Большую часть времени мы носим одежду, на публике или в присутствии другого человека.       — Ты, кажется, не возражаешь иногда ходить туда-сюда голышом, — сказала Твайлайт, глядя на меня снизу вверх.       — Проведя две недели голышом в клетке и проходив по Кантерлоту в обнаженном виде, я вроде как притупил мою чувствительность к этому, особенно видя, как здесь повсюду ходят голые люди. У меня ещё есть немного проблем с этим, но даже при том, что я хожу голый в библиотеке, я не выйду на улицу без одежды.       — Почему? — спросила Луна, склонив голову набок. — Не похоже, что ты будешь единственным человеком на улице без одежды.       — Пусть я уже и привык видеть других голыми, но щеголять без одежды просто неудобно, и я чувствую себя лучше в одежде. Меня утешает то, что я одет.       — Всё в порядке, — сказала Луна, склонив голову. — Мне просто было любопытно.       — Но зачем тебе утешение? — спросила Твайлайт. — Мы же не заставляем тебя нервничать, правда?       — Это скорее инстинктивно, — сказал я, останавливая путешествие по фотографиям, чтобы ответить ей. — Единственное время, когда два человека обычно бывают голые вместе — во время... интимного момента.       — Значит, когда вы были голыми, то вы собирались... — сказала Рэйнбоу, постукивая копытами друг о друга в полу-суггестивной манере.       — Более или менее, — ответил я, отводя взгляд в сторону.       — Должно быть, это было крайне неловко и... смущающе для тебя — в течение первых нескольких недель быть голым, — сказала Селестия с ноткой юмора в голосе.       — Ты даже не представляешь, — простонал я, качая головой. — Хотя голые люди были не самым худшим шоком, который я получил во время моих первых двух недель здесь. — мой взгляд встретился с Луной, и она вздрогнула, одарив меня натянутой улыбкой.       — Действительно, — сказала Селестия, её губы были поджаты и она глядела на меня. — Я слышала о твоём опыте от моей сестры. Я понимаю, почему ты не решался протянуть руку помощи, когда мы впервые встретились.       — Что с ним случилось? — спросила Рэйнбоу, оглядываясь между мной и принцессами.       — Давайте не сейчас, — сказала Селестия и легкая улыбка вернулась на ее лицо. С этими словами она наклонилась и снова обратила своё внимание на экран телефона.       Я возобновил прокрутку, переходя от картинки к картинке. Там были фотографии моего отца, где я стою у машины скорой помощи, а он одет в форму фельдшера. Некоторые были взяты из задней части машины скорой помощи: я лежу на койке, притворяясь мертвым, а на моём лице глупая улыбка, когда язык вывалился из уголка рта. Пинки громко захихикала, увидев эту картину, и некоторые тоже рассмеялись, остальные пони улыбнулись. Фотографии меня на работе, сделанные коллегой в течение медленного дня, на которой я сижу в металлической тележке, подталкивая себя метлой, как будто я гребу на лодке.       — Эта одежда, — сказала Луна, склонив голову набок. – Это было то самое место, где ты был, когда... был вырван из вашего мира в наш?       — Да, — сказал я, разглядывая фотографию. — Это... та же форма, что была на мне, когда я попал сюда. Я не знаю, что Даркфлэр сделал с ней.       — В чем был смысл этого места? — спросила Эбони.       — Мы обеспечивали быструю и дешёвую еду для клиентов.       — Значит, это был ресторан, — просто сказала она.       — Конечно, — бесстрастно ответил я. Пока она строчила на своём свитке, я продолжил листать фотографии.       На следующих нескольких фотографиях я стоял в черном смокинге, держа в руке виолончель. Это было во время последнего концерта, на котором я играл в старшей школе перед выпуском. На фоне были другие члены оркестра, настраивающие свои инструменты и разговаривающие друг с другом.       — Ты умеешь играть на виолончели? — спросила Твайлайт, оглянувшись и удивленно посмотрев на меня. Когда я кивнул, она навострила уши и на её лице появилось задумчивое выражение. Она посмотрела на Селестию и Луну, после чего снова обратила внимание на телефон.       — А каков твой уровень игры? — спросила Праймроуз.       — Я был лучшим виолончелистом, но это отчасти было связано с тем, что я был единственным старшеклассником в школе, который в то время ходил на занятия, — ответил я с ухмылкой.       Я пропустил несколько сохраненных фотографий из одного из приложений на моём телефоне, большинство из которых были интернет-мемами и дурацкими картинками. Там были ещё фотографии моих друзей: наша поездка в аркаду, наша поездка в Сент-Игнас, наше пристанище на реке. После прыжка через эти фотографии я приземлился на ту, что заставила большинство пони удивлённо отпрянуть назад.       — Что это такое? — спросила Твайлайт, наклонив голову.       — Это, — сказал я, уставившись на фотографию с большой улыбкой. Улыбка росла на моем лице, – это пятифунтовый чизбургер с дополнительным луком внутри, — просто посмотрев на экран, у меня потекли слюнки. Я совсем забыл об этом конкретном опыте.       Рарити и Пинки обе слегка дернулись от рвотных позывов, в то время как большинство других просто выглядели слегка сокрушенно. Праймроуз только склонила голову набок, глядя на большой бургер на экране с любопытным взглядом. У Аверы была очень странная реакция: её глаза расширились, и лёгкая улыбка медленно расползалась по ее лицу, а хвост завилял, когда она подлетела ближе к столу, чтобы поближе рассмотреть фотографию.       – Ты ведь всё это не съел, правда? — спросила Эбони, её лицо слегка сморщилось.       — Я съел половину, а остальное забрал домой на потом, — ответил я, меняя картинку.       — Пять фунтов мяса... — пробормотала Эпплджек. Она что-то шептала себе под нос, а я продолжал. — Хотя для тебя это естественно.       После нескольких минут прокрутки, я наткнулся на мою семейную поездку в Нью-Йорке.       — Эти здания огромны! — сказала Рэйнбоу, затаив дыхание с благоговейным выражением на лице. У других были похожие взгляды, когда они смотрели на большие здания на картинке. Снимок был сделан ночью, так что здания освещали темноту всеми цветами радуги.       — Что это за место? — мягко спросила Твайлайт, её взгляд приклеился к экрану.       — Это место называется Манхэттен, расположен в Нью-Йорке, — сказал я. Селестия вскинула голову и посмотрела на меня с шокированным взглядом.       — Ты сказал «Манхэттен»? — я кивнул. На лице принцессы появилось озадаченное выражение.       — Ага, — ухмыльнулся я. — У меня была такая же реакция, как у вас сейчас.       — Сколько там живет людей? — спросила Твайлайт, яростно строча. На меня даже брызнули чернила от скорости письма ее пера.       — Если я правильно помню, в настоящее время в Нью-Йорке проживает около восьми миллионов человек.       — В-восемь миллионов? — спросила Эбони, ее перо со скрипом замерло. — Всего в одном городе?       — Это много людей, — присвистнула Рэйнбоу, Эпплджек согласно кивнула. Я же тихонько хихикнул. Когда я переключился на следующую картинку, только чтобы сделать паузу, я увидел, что это не фото, а видео. Я почувствовал, что мой желудок свернулся, когда увидел, что это было видео моей мамы. Оно было сделано во время нашей поездки в Нью-Йорк.       — Что это такое? — спросила Луна, наклоняясь и глядя вниз, склонив голову набок. Я ничего не ответил. Вместо этого я протянул руку и коснулся пальцем кнопки пуска. В тот же миг воздух наполнился голосом моей матери.       — Ты ведь не записываешь это, правда? — спросила она, с беспокойством глядя в камеру. Послышалось хихиканье, и её глаза расширились. — Макс! Я не причесывалась сегодня утром! — пока она ворчала, мой отец смеясь, вошёл в кадр.       — Пойдем, сын, — сказал он, вставая рядом с ней. — Мы же в отпуске! — На этом видео закончилось и в комнате воцарилась жуткая тишина.       — У тебя есть ещё такие же? — спросила она робко.       Я молча начал листать галерею, пытаясь найти другие видео. После нескольких секунд я нашёл его. На этом снимке был я, захваченный врасплох моим другом после того, как он выхватил мой телефон у костра. Когда видео начало проигрываться, все пони наклонились вперед. Их головы практически соприкасались, когда они смотрели на телефон широко раскрытыми глазами. Видео было такое некачественное: камера дрожит, когда мой друг бежит задом наперед, держа телефон, снимающий меня. Я погнался за ним с раздражённым выражением на лице.       — Давай, чувак, — раздался голос моего друга за камерой. Его голос был полон смеха. — Если ты хочешь его, так догони меня! — его смех рос, когда на моем лице появилась хмурая гримаса.       — Я тебя придушу, как только доберусь до твоей наглой задницы, — зарычал я, когда бросился в камеру. При звуке моего голоса Твайлайт резко вдохнула, её глаза расширились. Камера яростно дернулась, когда я выбил телефон из его рук, отправив его в полёт. Зеленая трава заполнила поле экрана, когда он приземлился с мягким стуком на землю. До конца оставалось ещё несколько секунд, когда внезапно его подняли в воздух. Моё лицо внезапно заполнило экран, глядя на окружающих пони с ошеломлённым выражением лица.       — Чувак, будь осторожен, — сказал я, поворачиваясь, чтобы посмотреть на него. — Если эта штука сломается, я не смогу купить новый, пока не выплачу кредит. — я повернулся, чтобы посмотреть на экран телефона, и изображение вдруг застыло — видео закончилось. Все пони уставились на телефон с широко раскрытыми глазами. Несколько секунд никто не произносил ни слова и даже не двигался. Даже волосы Селестии и Луны, казалось, застыли. В конце концов, молчание нарушила Авера.       — Я знаю, что ты умный и все такое, но с тех пор, как ты... никогда ничего не говорил, это действительно ещё ничего, — сказала она тихо, глядя на меня.  — Но это... — начала она, махнув копытом в сторону телефона. — Это было просто странно.       — Говорящие люди, — сказала Эпплджек, качая головой. — Извини, но это неестественно.       Пинки и Рарити кивнули в знак согласия. Твайлайт просто продолжала смотреть на телефон, странно глядя на меня. Её лицо и щёки пылали.       — Поразительно, — выдохнула Селестия, отрывая взгляд от телефона и смотря на меня. — Разница в технологиях между вашим и нашим мирами поражает. — она было открыла рот, чтобы сказать что-то ещё, но вместо этого закрыла его и снова посмотрела на телефон. — Ты… ты не будешь возражать, если я позаимствую твой смартфон, то есть заберу его с собой в Кантерлот? — спросила она, искоса поглядывая на меня. — Теперь, когда ты показал нам, как работает эта штука и то, что она делает, я хотела бы, чтобы мои ученые рассмотрели его. С твоего разрешения, конечно.       Я молча посмотрел на руку с телефоном, нажав кнопку «Домой». Слегка зажав его в ладони, я сморщил лицо, размышляя над её предложением. С одной стороны, было приятно снова иметь кусочек моей старой жизни в моем распоряжении. С другой стороны, в данный момент он был для меня почти бесполезен. Единственное, что телефон предоставил мне, были фотографии моего прошлого, несколько игр и немного музыки. Не поймите меня неправильно, это было удивительно —иметь возможность снова посмотреть на лица моих родителей, даже если это было всего лишь в виде картинки, но это было всё, что телефон представлял из себя. Просто ностальгическое устройство, не более. После того, как я несколько раз прокрутил эту идею в голове, через несколько секунд я тяжело вздохнул, прежде чем взять смартфон и передать Селестии.       — Держи, — сказал я. — Считай это проявлением добра, веры и дружбы. — когда Селестия подарила мне смущенный взгляд, я продолжил. — Ты сказала, что хочешь доверять мне. Я хочу показать тебе, что я не имею в виду ничего из того, что могло бы причинить тебе вред. Я даю тебе телефон в качестве демонстрации доверия и дружбы.       — Ты отдаёшь его мне просто так? — спросила Селестия, моргая от удивления.       — Да, — кивнул я. (Абсолютно тупой и идиотский поступок.)       — Но... — сказала она, глядя на телефон в моей руке. — Это же напоминание о твоём доме. Твоих друзьях и семье. Ты уверен, что хочешь отдать это мне навсегда?       Не говоря ни слова, я протянул телефон и поднял брови, глядя на неё. Принцесса сглотнула, прежде чем осторожно принять телефон.       — Спасибо, — тихо сказала она, слегка улыбнувшись. Я тоже улыбнулся ей. Селестия спрятала телефон под крыло, Рэйнбоу громко зевнула. Взглянув на часы, я увидел, что стрелка уже приближалась к двенадцати.       — Ого, — сказала Эпплджек, тоже посмотрев на часы. — Мне уже пора возвращаться на ферму. — послышался тихий ропот согласия. Пони вокруг стола начали устало моргать, по поводу телефона волнения теперь не было. Селестия усмехнулась.       — Да, я полагаю, мы надолго задержали тебя. Ты, наверное, устал, Макс.       — Всё в порядке, принцесса, — сказала Рарити, когда я убрал мою руку с ее рога. — Это был интересный опыт.       — Ага! — сказала Пинки, прыгая вокруг стола. — Это было супер-пупер-потрясающе — видеть все эти разговоры людей! Могли бы вы себе представить, если бы наши люди здесь тоже были умными? Подумайте обо всех вечеринках, которые я бы устроила. Это было бы похоже на непрерывное веселье! Вечеринки пони днем, человеческие вечеринки ночью! — пока пони продолжала бессвязно болтать о фантастических вечеринках, Авера смотрела на неё пустым взглядом.       — Как она всё ещё не устала? — спросила она, откидывая уши. Праймроуз тоже покачала головой, глядя на Пинки.       — Даже не знаю. Я ночная по своей природе, но даже я уже устала.       Потихоньку пони начали расходиться по домам: Рэйнбоу сопровождала Флаттершай, так как бедная пегаска была слишком напугана, чтобы идти одной. Последними ушли Селестия и Луна. Остановившись в дверях, Селестия оглянулась, противоречиво, но не злобно посмотрев на меня. Она выглядела так, словно хотела сказать что-то, но после передумала. Покачав головой, она тепло улыбнулась, посмотрев на меня.       — Спокойной ночи, человек, — сказала она мягким голосом. — И да, спокойной ночи, Авера, Эбони. Макс, ещё раз спасибо тебе. — с этими словами она повернулась и вышла из библиотеки, закрыв за собой дверь.       — Хорошо, — сказала Авера. После нескольких секунд молчания, она сказала. — Я в постель!       — То же самое, — сказала Эбони, подавляя зевок. Пара направилась к двери подвала, а я встал и потянулся, моя спина несколько раз хрустнула. Оглядевшись, я заметил, что Твайлайт осталась сидеть на своём месте и смотрела на закрытую дверь библиотеки, ее голова склонилась набок. Я наклонился к ней и помахал рукой перед её мордой, заставив её моргать от удивления.       — Как ты думаешь... — её взгляд медленно оторвался от закрытой двери, — ...принцесса Селестия может одолжить мне твой телефон? Для изучения, конечно.       — Тебе просто нужны книги, что есть в нём, не так ли? — её уши опустились, и она повернула нос, поднимая на меня надменный взгляд.       — Я не стану ни подтверждать, ни отрицать это, — фыркнула она, встав со стула.       Повернувшись, она ткнула меня в бок, прежде чем подняться по лестнице. Я наблюдал за ней, и широкая ухмылка расползалась по моему лицу. Добравшись до верха лестницы, она обернулась и посмотрела на меня. Краешком глаза она по-прежнему смотрела на меня со снобизмом и с лицом типа «Эти книги будут моими!». Пока я улыбался, она исчезла на лестнице. Посмеиваясь, я повернулся к двум оставшимся обитателям комнаты, оба из которых смотрели на лестницу после ухода Твайлайт. Спайк повернулся, чтобы посмотреть на меня с растерянностью на лице. Я просто пожал плечами, прежде чем снова упасть на пол рядом с диваном, на котором лежала Праймроуз.       — Без всякого неуважения, чувак... — сказала она, качая головой, пока она рылась в сумке. Дважды убедившись, что Твайлайт не спустится вниз, бэтпони вытащила наполовину задолбленный косяк.       Сунув его в рот, она вытащила зажигалку из кармана и зажгла конец. Затянувшись косяком, она выдохнула клуб дыма, закурив и счастливо вздохнув.       — Да, твоя хозяйка действительно сумасшедшая, и сегодня мы все в этом убедились.

***

      Холодный ночной воздух обдувал принцесс, когда они летели обратно к Кантерлоту. Между ними было устройство, надёжно удерживаемое в магической хватке Солнечной принцессы. «Айфон», как назвал его человек. Пока они летели, Селестия следила одним глазом за телефоном — она не хотела рисковать потерять такой ценный подарок от человека. "Подумать только", — размышляла она. — "После всего моего недоверия к нему, он всё ещё смог найти внутри себя доброту и доверие ко мне... прости меня, Макс".       Она знала, что не стоит подозрительно относиться к человеку, ведь его причины пребывания в Эквестрии были настоящими, и он показал Луне в пределах мира грёз не меньше, что у него не было дурных намерений против её пони. Тем не менее, было это ноющее чувство в глубине души. Её разум, в котором она просто не могла себе представить, что всё так хорошо. Ей казалось, что что-то не так. Будто она что-то забыла, что-то важное, но никак не могла вспомнить, что именно. Селестия нахмурилась и летела дальше.       — Сестра? — Звук голоса ее сестры вырвал ее из раздумий. Обернувшись, она взглянула на Луну, которая с любопытством смотрела на неё. — Есть ли какая-то особая причина, по которой ты не сообщила человеку о побеге Даркфлэра? — спросила Луна и подлетела ближе к сестре. Селестия нахмурилась ещё сильнее.       — Я не хотела отягощать его ум вещами, которые он не хотел бы узнать. Тем более, я сама все проконтролирую. — ответила она мягким голосом. — Точно, так и сделаю. Нужно увеличить количество охранников вокруг Понивилля и разместить несколько сенсорных боевых магов внутри городских границ, но я не хочу, чтобы он или Твайлайт знали об этом.       — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — сказала Луна. — Ради него, а также ради Твайлайт.       — А как же ты? — спросила Селестия, глядя на неё. — Я видела, как вы разговаривали с Праймроуз перед тем, как она ушла. Что она может сказать?       — По-видимому, Макс узнал, что она… сангвинировала после того, как она случайно попала в солнечный свет сегодня. — Селестия остановилась на полпути, её расширившиеся глаза смотрели прямо на сестру.       — И какова была его реакция? — спросила она, приходя в себя.       — Настороженность, но всё же желание, чтобы она была рядом, — ответила Луна, и лёгкая улыбка тронула её губы. — По её словам, он, похоже, просто был застигнут врасплох внезапной переменой в её поведении и внешности.       — Великолепно, — сказала Селестия, тоже улыбаясь.       Сестры продолжали лететь молча в течение нескольких минут. Но потом Луна заговорила снова:       — Сестра, ты возьмешь это устройство и отдашь в Академию на изучение?       — Нет, Луна, — ответила Селестия, и ее улыбка исчезла. — Я не отдам это в руки Академии.       — Ты не доверяешь Академии?       — Я доверяю Академии, — фыркнула Селестия, — но не доверяю верховному магу. Он что-то скрывает от меня. То, что случилось в подземельях, хотя я и не знаю, что именно. Пока он не признается, я буду держать его на коротком поводке.       Луна склонила голову в знак понимания, и сестры провели остаток полёта в горный город в тишине.