Глава 37: Соревнования с вашим человеком
13 июля 2020 г., 21:33
Я стоял в дверях библиотеки, глядя на тарелку с вареным мясом у своих ног с ошеломлённым выражением лица. Мой взгляд медленно поплыл вверх, и я увидел двух нервных пони, стоящих возле порога.
Рарити и Рэйнбоу переступали с ноги на ногу, явно испытывая неудобство, отчего их копыта ещё глубже погрузились в снег. Они нервно переглянулись, а после вновь взглянули на меня. Хвост Рэйнбоу Дэш, казалось, вёл свою отдельную и жизнь и беспорядочно дёргался.
Вопросительно подняв бровь и прикусив губу, я продолжил пялиться на них. На доли секунд опустив взгляд на приготовленный бифштекс, я вновь посмотрел в глаза этим двум пони. Они нашли мясо и даже приготовили его. Что же они задумали?
Не сводя с них глаз, я медленно наклонился и выдвинул ящик маленького столика у двери. Вытащив записную книжку и угольную палочку, которые я там прятал, я закрыл его и открыв чистую страницу, начал писать.
«Хорошо, допустим, я это съем. Но зачем? В чём подвох?»
После прочтения сообщения улыбка Рарити стала ещё более натянутой, а крылья Рэйнбоу снова дёрнулись, и она тихо хмыкнула.
— Дорогой, — сказала Рарити, слегка смутившись. — С чего ты взял, что здесь есть какой-то подвох? — я бросил острый взгляд на мясо, и она испуганно хихикнула. — Ну, ты всеядное существо и твой рацион должен быть сбалансирован. Мясо для тебя крайне важно, поэтому, мы решили тебе так помочь. — Рэйнбоу быстро кивнула.
«Помочь, ага…» — фыркнул я. Если это та игра, в которую они хотели поиграть, то я был бы и не против подыграть им, но не в этой ситуации и не сегодня.
Посмотрев на двух кобыл, я пожал плечами и потянулся за тарелкой с мясом. Выпрямившись, я улыбнулся и кивнул им в знак благодарности, прежде чем начать закрывать дверь.
— Подожди! — я подождал, прежде чем вновь открыть дверь, ухмыляясь двум подругам. — Хорошо, — проворчала Рарити. — Мы надеялись, что ты сделаешь кое-что для нас.
Я приподнял бровь, махнув рукой, чтобы она продолжила.
— Ну, видишь ли... мы надеялись, что, если ты не возражаешь, и, конечно, не стесняйся сказать "нет", но мы надеялись, что ты не будешь против...
— Ну же, Рарити, перестань ходить вокруг да около, — внезапно фыркнула Рэйнбоу, обрывая её на полуслове.
Развернувшись, Рэйнбоу подпрыгнула в воздух и зависла передо мной.
— Ладно, чувак, давай договоримся. В Понивилле сейчас проходит шоу, где люди соревнуются друг с другом. По правде сказать, мы хотим, чтобы ты в нём участвовал, — сказала она прямо, скрестив копыта на груди, и посмотрела на меня.
Я удивленно моргнул, прежде чем прищуриться и посмотреть на неё.
«И почему я должен соглашаться на это?»
— Потому что мы дали тебе мяса! — громко сказала Рэйнбоу, указывая на тарелку в моих руках.
— И потому что победителю, занявшему первое место, полагается приз в двенадцать тысяч бит, — добавила Рарити, бросив на Дэш раздраженный взгляд. — Мы, конечно, готовы поделиться ими с тобой.
«Вам просто нужны деньги, не так ли?»
— Они могли бы пойти на благое дело, — сказала Рарити, глядя то на своё копыто, то на меня. Я повернулся к Рэйнбоу, с любопытством разглядывая ее.
«И на какое же?»
— Один из менеджеров команды погоды Кантерлота, Винтер Колд, записала своего человека на это шоу, — проворчала она. — На последней встрече менеджеров в Клаудсдейле она продолжала говорить о том, что её человек обязательно победит, и что её питомец будет лучшим из лучших... короче, нужно поставить её на место, — проворчала она.
Я слегка нахмурился. Винтер Колд… Почему это имя кажется мне знакомым? Я подумал об этом несколько минут, прежде чем мысленно пожал плечами и вернулся к разговору.
«Поскольку я умный, не означает ли это, что это будет считаться мошенничеством?»
— Пожалуйста! Это будет обманом, если нас поймают, — ухмыльнулась Рэйнбоу, закатывая глаза.
— Кроме того, дорогой, это человеческое шоу, и ты тоже человек. — добавила Рарити.
«И как мы разделим призовые деньги, если выиграем?»
— По четыре тысячи монет каждому, - сказала Рэйнбоу, взмахивая крыльями.
«Я беру половину, а вы остальное».
— Ни за что! — заскулила пегаска. — Я даже треть от выигрыша не получу.
«Ты просишь меня унижаться ради твоей личной выгоды! Я назвал свои условия, или иди проси у Эпплджек дикаря для своих нужд».
— Сорок процентов тебе, остальное нам, потому что у нас есть мясо, — сказала Рарити, глядя на дымящийся кусок мяса на тарелке в моих руках.
Я моргнул пару раз, смотря на этот сочный бифштекс. Тяжко вздохнув, я пожал плечами, прежде чем взять мясо и откусить от него кусочек. Ну вот почему мне сегодня больше нечем заняться…
«Согласен» — кратко ответил я и захлопнул блокнот. Повернувшись, я засунул его в сумку, висевшую на ближайшей вешалке. Застегнув сумки на поясе, я натянул свитер с капюшоном и надел сандалии. Я пытался выпросить пару сапог у Рарити, но вскоре выяснилось, что из-за её нежелания обслуживать людей после несчастного случая со Свити Белль у Рарити не было опыта в изготовлении сапог для людей. Она пообещала как можно скорее придумать, как сшить мне пару, но пока у меня были только сандалии. Я не был уверен, что смогу пережить зиму в одних сандалиях, однако мне повезло, так как Твайлайт смогла быстро найти решение после того, как я рассказал ей о своей проблеме. Она волшебным образом заколдовала мои сандалии, что позволяло мне носить их в жуткий холод, не боясь окоченеть. Несмотря на то, что мои пальцы были открыты для зимней погоды, мне казалось, что я ношу толстые шерстяные сапоги. Единственным недостатком было то, что ей нужно было обновлять заклинание каждые два дня, иначе оно развеивалось. Это также привело к тому, что сандалии изнашивались быстрее, чем обычно.
Взяв мясо, я бросил тарелку на столик и вышел из библиотеки. Закрыв за собой дверь, я откусил еще кусочек мяса и с удовольствием принялся его жевать. Он был удивительно хорош, хотя, на мой взгляд, требовал больше приправ.
Я расправился с мясом, пока мы направились к рынку. Выглянуло солнце, и день выдался на удивление теплым. Жеребята бегали и играли в снегу, их родители наблюдали за ними из своих теплых домов. Пока мы шли, Рарити тихо болтала со мной, объясняя суть этого шоу, а Рэйнбоу парила рядом.
— В этих шоу склонны судить о людях по-разному. Они судят по внешнему виду, поведению, агрессивен человек или нет, и насколько хорошо их можно обучить. Мы должны выступить в лучшем свете по каждому из критериев, так что постарайся вести себя как можно лучше, хорошо? — я бросил на нее раздраженный взгляд, на что она только закатила глаза. — Ты знаешь, что я имею в виду.
— Это будет потрясающе! — взволнованно проговорила Рэйнбоу, делая сальто в воздухе. — Я собираюсь втереть это Винтер в лицо, когда мы победим!
— Ты имеешь в виду "если" мы победим, дорогая, — упрекнула ее Рарити.
— Да ладно тебе, Рарити! Как мы можем не выиграть с этим здоровяком? — спросила она, похлопав меня по плечу. — Нам гарантировано первое место!
— Не говори гоп, пока не перепрыгнешь, — фыркнула Рарити.
Мы как раз добрались до рынка, когда что-то умеренно тяжелое опустилось мне на спину.
— Вот ты где, — проворковал мне на ухо голос, и что-то обвилось вокруг моей шеи. Медленно повернув голову, я увидел черного пегаса, вцепившегося мне в плечи. — И куда это мы направляемся? — спросила Авера, самодовольно улыбаясь мне.
Я зарычал, пытаясь схватить её или хотя бы ударить в бок. Она пригнулась и засмеялась, увернувшись от нерешительной атаки. Оттолкнувшись от моей спины, она поднялась в воздух, лениво пролетая перед нами. Рэйнбоу и Рарити нервно смотрели на неё, не зная, что сказать.
— Мы просто взяли Макса на небольшую прогулку по городу, — запинаясь, сказала Рарити, изо всех сил стараясь казаться непринужденной. — Просто дружеская прогулка.
— Неужели? — спросила Авера, приподняв бровь. — И во время этой прогулки вы и собрались участвовать в человеческом шоу? — при ее словах Рарити и Дэш заметно поникли.
— Слушай, ты можешь никому об этом не рассказывать, ладно?
— Ладно, не буду, — сказала Авера, откидываясь назад и закидывая передние копыта за голову. Когда Рарити и Рэйнбоу вздохнули с облегчением, она самодовольно улыбнулась. — Но тогда я пойду с вами.
— Что?! — Рарити взвизгнула, разинув рот на пегаса. — Определенно нет!
— Да, мы уже проработали все детали! — горячо добавила Дэш.
— Эти детали включают в себя то, что произойдет, если Твайлайт узнает, что вы двое не только заставили её человека участвовать в человеческом шоу, но и позволили ему выйти на публику без одного из его охранников, которые должны сопровождать его? — спросила Авера, всё ещё ухмыляясь.
Рэйнбоу сердито посмотрела на черную пегаску, потом вздохнула и опустила голову, признавая свое поражение.
— Ладно уж… Сколько ты хочешь?
— О, да расслабься ты, мне не нужны деньги, — сказала Авера, снова садясь мне на плечи. — Я просто хочу повеселиться с вами. Мне скучно в библиотеке, когда Праймроуз спит, а Эбони, Спайк и Твайлайт помогают мэру с некоторыми техническими деталями, касающимися Дня Согревающего Очага.
Рэйнбоу было хотела открыть рот, но я прервал её. Покачав головой, я повернулся к Авере.
«Ты можешь тащиться за мной куда угодно, но никаких фокусов, хорошо?»
— Не волнуйся, здоровяк. Мне просто нужно кое-что сделать сегодня, — сказала она, лениво забираясь мне на спину. Закатив глаза, я повернулся и жестом велел Рарити и Рэйнбоу продолжать идти, пока Авера устраивалась поудобнее у меня на спине.
* * *
Шум был первым, что поразило меня, когда мы вошли в здание, предназначенное для шоу. Дом был полон пони, большинство из которых были из другого города, судя по тому, что я никогда не видел их раньше в Понивилле. Пони носились туда-сюда, стараясь внести последние штрихи в то, что было необходимо для начала представления. Люди украшали площадку, некоторые из них двигали громадное оборудование, в то время как другие сидели рядом со своими владельцами, ожидая начала шоу. Я сразу заметил, что большинство людей были женщинами. Войдя внутрь, Рарити поспешила записать меня на шоу, оставив Аверу и Рэйнбоу "присматривать" за мной. — Здесь много пони, — заметила Авера из-за моей спины, оглядываясь по сторонам. — Ага, и они все вот-вот получат от меня под дых, если что-то пойдёт не так, — фыркнула Рэйнбоу с выражением уверенности на лице. На её морде промелькнула безмолвная гримаса, когда ее глаза остановились на ком-то в толпе. Слегка наклонившись в сторону, я положил свою голову рядом с ее, пытаясь увидеть, на кого она смотрит. Через несколько секунд я увидел пони, о котором шла речь. "А, так это и есть Винтер Колд… Теперь я вспомнил её", — подумал я, глядя на кобылу. Это была та самая единорожка, с которой мы с Твайлайт встретились в поезде во время нашей первой поездки на ужин к её родителям. Её светло-серая шерстка была безукоризненно чистой, голубая грива убрана в пучок. Её человек, Брут, сидел рядом с ней, глядя вдаль. Я сморщился, как посмотрел на пару. Повернувшись к Рэйнбоу, я увидел, что она покраснела, глядя на меня. Её лицо было в нескольких дюймах от моего. Я поднял бровь и посмотрел на неё в замешательстве. — Тебе обязательно быть так близко? — спросила она меня. Я только покачал головой, фыркнув от удовольствия, и отодвинулся назад. Через несколько минут Рарити появилась снова, пробираясь сквозь толпу. Приблизившись, она широко улыбнулась нам. — Все готово, — радостно сообщила она. — Теперь нам остается только дождаться начала судейства. — Как вы получили бланки, необходимые для регистрации? — спросила Авера, склонив голову набок. — Я почти уверена, что вам нужна медицинская справка от ветеринара, подтверждающая, что человек здоров. — А почему это проблема? — спросила Рэйнбоу. — Макс здоров. — Да, и у него другие жизненные показатели выше, чем у эквестрийского человека, — ответила Авера. — О, это не имеет значения, дорогая, — сказала Рарити, махнув ей копытом. — Я отдала бланки Эпплджек и попросила её заполнить их с помощью одного из её людей. Осторожно сунув руку в сумку, я вытащил блокнот. «Игнорируя тот факт, что вы убедили Элемент Честности заполнить фальшивые бланки, я уже упоминал, что это всё мошенничество?» — Пока ты держишь свой блокнот при себе, никто никогда об этом не узнает, — раздраженно ответила Рарити. — А теперь не будешь ли ты так любезен надеть это? – я поймал брошенный ею ошейник и повертел его в руках. Это был обычный ошейник, сделанный из чёрной грубой кожи. На одной стороне воротника была белая бирка, на которой жирными черными буквами было выведено число "13". Пока я застёгивал ошейник на шее, Авера с любопытством разглядывала его. — А это ещё зачем? — спросила она с подозрением. — Во время шоу люди должны носить ошейники. Число указывает на то, что Макс является тринадцатым зарегистрированным человеком, — пояснила Рарити. — Да, и ещё кое-что. – её рог на мгновение вспыхнул, и моя одежда окуталась голубым сиянием. Кьютимарка Твайлайт медленно исчезла с одежды, оставив свитер однотонным. "Да уж, ни разу не обман", — ухмыльнулся я, разглядывая лоскуток ткани, на котором раньше была метка моего владельца. Внезапно раздался звон колокольчика, эхом разнесшийся по зданию. Рарити оживилась при этом звуке. — О, похоже, они начали судейство, — открыв седельные сумки, Рарити вытащила щетку, расческу и ножницы, держа их в своей волшебной хватке. Когда она начала приближаться ко мне, я отступил на шаг, настороженно глядя на нее. Рарити раздражённо закатила глаза. — Ну же, дорогой. Первая стадия оценки — внешний вид человека. Мне нужно, чтобы ты выглядел презентабельно, прежде чем придет твоя очередь. Я медленно опустился на землю и сел, скрестив ноги, на чистую землю. Счастливо улыбаясь, Рарити подбежала ко мне и начала расчесывать щеткой мои волосы, используя ножницы, чтобы обрезать любую часть, которая становилась слишком длинной. Пока она работала, я положил блокнот на колени и быстро написал сообщение, убедившись, что никто не смотрит. «Начнёшь вплетать мне в волосы ленточки, и я ухожу». — Не волнуйся, — сказала она, прочитав записку. — Я знаю, когда ленты уместны, а когда нет. Мы просто должны сделать так, чтобы ты выглядел презентабельно. Мы не выиграем ни одного приза, если ты выйдешь в таком виде. Это было бы самое худшее, что могло случиться. После нескольких минут возни с моими волосами к нам подлетела кобыла-пегас с планшетом в копытах. — Мисс Рарити? — спросила она, остановившись перед нашей группой. — Ваш человек следующий. Пожалуйста, переведите его к подиуму. — не дожидаясь ответа, кобыла улетела. Рарити в последний раз провела расческой по моим волосам, прежде чем позволить мне встать. — Ладно, поехали, — сказала она, засовывая свои принадлежности обратно в седло, когда я встал, борясь с желанием покачать головой. — И постарайся держать себя в приличном виде, пока мы не придём. — я прищурился, но всё же последовал за ней, Рэйнбоу и Авера летели рядом, пока мы шли сквозь толпу. В помещении несколько пятнадцатифутовых трибун стояли по кругу, даря прекрасную. возможность зрителям созерцать сцену. Когда Рарити повела нас к промежутку между трибунами, я случайно взглянул на толпу пони, пытаясь разглядеть подиум. Я застыл, мои глаза расширились в ужасе от того, что я увидел. Мой пульс тут же взлетел до небес, а сердце изо всех сил попыталось вырваться из груди. Я смутно осознавал, что происходит вокруг, мои руки внезапно задрожали, а на лбу выступил холодный пот. В центре круга за маленьким столиком сидели несколько пони, очевидно, это были судьи, однако прямо перед ними была большая дыра, которую недавно заколотили. Толстый зелёный ковер лежал поверх деревянных досок, тщетно скрывающий дыру. Это не имело значения — я знал, что находится под этими деревянными балками. Я резко дернулся, когда копыто коснулось моего плеча. Оглянувшись, я увидел, что Авера беспокойно смотрит на меня. — Ты в порядке, верзила? — тихо спросила она, изучая мое лицо. Я несколько секунд смотрел на нее, прежде чем ответить. «Я ухожу.» — Что значит "ты уходишь"? — спросила она. При этих словах голова Рарити резко повернулась и испуганно посмотрела на меня. Даже Рэйнбоу выглядела удивлённой. «Я ухожу. Я отказываюсь принимать в этом участие», — отрезал я, медленно начиная отступать. Вокруг нас пони бросали на нас любопытные взгляды, но никто не задерживался. — Почему ты сейчас отступаешь? — спросила Авера. «Потому что в двенадцати футах под этими досками я чуть не погиб во время драки. Там человеческие ямы,» — тараторил я, показывая пальцем в заколоченную дыру. «Я не собираюсь туда возвращаться!» Голова Аверы дёрнулась назад, её глаза расширились от того, что я сказал ей. Она прижала уши к голове и опустилась на землю. — Что происходит? — прошипела Рарити Авере, когда она подбежала к ней. — Мы следующие на очереди! Пока Авера объясняла, в чём дело, я сделал ещё один шаг назад, не отрывая глаз от скрытой ямы. Я сглотнул, когда тёмные воспоминания начали всплывать на поверхность. Какого черта они проводят человеческое шоу в том же здании, что и… это?! Меня вернула к реальности Рэйнбоу, ткнувшая меня в плечо. — Давай, чувак, — сказала она мягко, с теплой улыбкой на лице. — На этот раз всё по-другому. Мы полностью прикрываем твою спину. Ничего плохого не случится. — Конечно, дорогуша. Если что-нибудь случится, мы мигом вытащим тебя отсюда! — добавила Рарити, одарив меня своей собственной улыбкой. Авера лишь кивнула. Я оглянулся на скрытую яму, всё равно не уверенный в их словах. — Вот что я тебе скажу, парень, — сказала Авера, снова подпрыгивая в воздух. — Ты пойдешь туда и пройдешь обследование, и если после этого тебе всё ещё будет не по себе, мы уйдем без разговоров. Договорились? Я несколько секунд чесал подбородок, а потом тяжело вздохнул, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце, и медленно кивнул головой. "Мне это ох как не понравится", — подумал я, когда мы снова двинулись вперед, направляясь к разрыву между трибунами. Рэйнбоу, всегда преданная, шла рядом со мной, прижавшись плечом к моему бедру и пытаясь успокоить меня. Когда мы прибыли, нас уже ждал жеребец-единорог. Оторвавшись от своего блокнота, он с любопытством посмотрел на меня. — Мисс Рарити и… — он быстро заглянул в планшет. — Макс? — Это мы, — сказала Рарити, кладя копыто себе на грудь. — Как только выступающий в данный момент человек уйдет, настанет ваша очередь. Ждите сигнала, а потом ведите своего питомца к центру сцены, — сказал жеребец. Когда он снова обратил своё внимание на происходящее шоу, Авера посмотрела на меня. — Я пойду на трибуны, чтобы проследить за обстановкой. Рарити и Рэйнбоу будут с тобой всё время, и если что-то случится, я буду там в мгновение ока, хорошо? Я кивнул головой, всё ещё с некоторым трепетом оглядывая пространство перед собой. Инстинкт подсказывал мне бежать, чувство смерти медленно опускалось на меня. Я почти ощущал её вкус в воздухе, но был уверен, что это только мое воображение. Я очень надеялся, что это просто мое чересчур разыгравшееся воображение. Через несколько секунд человек и пони, которые в данный момент находились на сцене, направились к противоположной стороне от трибун, выходя через другую щель на дальней стороне. Помощник судьи помахал Рарити копытом, показывая, что теперь наша очередь. Взглянув на меня, она ободряюще улыбнулась, но это не помогло мне успокоиться. Тяжело сглотнув, я последовал за Рарити, когда она рысью направилась к середине импровизированного миниатюрного стадиона, Рэйнбоу просто летела рядом со мной. Тишина, которая наступила, когда мы направились к сцене, была почти оглушительной. Я почувствовал, что все взгляды устремлены на нас, а точнее на меня, и сглотнул, стараясь идти ровно. Когда мы вышли из-за трибун, воздух наполнился тихим шёпотом, пони негромко хлопали, когда Рарити повела меня к судейскому столу. Пока я шёл, я старался смотреть прямо перед собой и не обращать внимания на внезапную боль в животе. Краем глаза я заметил, что пони с любопытством наблюдают за мной, тихо переговариваясь между собой. Я стиснул зубы, пытаясь сохранить самообладание. Сцена была слишком знакомой, на мой взгляд. Все эти пони, сидящие вокруг площадки — арены, чего уж тут скрывать — смотрят исключительно на меня. Это было просто как… просто как… пиздец, я по-другому не могу выразиться. В тот раз толпа пони над моей головой восторженно ревела, стуча копытами по ящикам и требуя ещё крови. Мешки с битами переходили из копыт в копыта, когда делались ставки и заключались сделки. Пегасы порхали в воздухе, пытаясь получше разглядеть, что происходит внизу. Пронзительные вопли человеческих страданий наполняли воздух, заставляя толпу реветь ещё громче, стуча копытами в воздух. Мой правый глаз болел фантомной болью, но я подавил желание потереть его. Сделав глубокий вдох, я медленно выдохнул, не сбавляя шага. Рядом со мной Рэйнбоу подняла на меня обеспокоенный взгляд. Я проигнорировал её, вместо этого сосредоточившись на хвосте Рарити, качающемся передо мной, пытаясь блокировать все остальное. "Одно и то же, разные пони, разные развлечения", — мрачно размышлял я на ходу. Бьюсь об заклад, никто из них даже не знает, для чего была использована яма. Мне казалось таким позором, что они использовали это место для своего человеческого шоу, учитывая, сколько людей, должно быть, погибло здесь. Я сразу вспомнил ту рыжеволосую женщину, изо всех сил пытающуюся вдохнуть, когда мои руки сжались вокруг её горла. Дрожь снова пробежала по моей спине. Меня вывело из оцепенения что-то мягкое и теплое, коснувшееся моего сжатого кулака. Посмотрев вниз, я увидел, что Рэйнбоу провела крылом по моей руке, стараясь утешить меня. — Пойдем, — тихо пробормотала она, улыбаясь мне. — Ты можешь это сделать. Мы здесь ради тебя. Стараясь расслабить мышцы, я медленно разжал кулак, костяшки пальцев побелели. Сделав ещё один глубокий вдох, я отчаянно попытался успокоить свои нервы. Подняв глаза, я понял, что мы, наконец, добрались до стола судей. Их было трое: кобыла-пегас, кобыла-земнопони и жеребец-единорог. — Мисс Рарити, — сказал жеребец, глядя на листок бумаги, который он положил перед собой. Это был пожилой пони с белыми прядями в каштановой гриве. Его шерсть была темно-зеленого цвета, а локоны длиннее среднего. Он оторвался от бланка, пристально глядя на нас через очки в полуприкрытой оправе, его зеленые глаза внимательно изучали меня. — Это ваш человек? Эмм… Макс, правильно? — спросил он мягким голосом. — Да, это так, — коротко ответила Рарити. Взглянув на бумагу, единорог несколько секунд молчал, а потом кивнул головой. — Очень хорошо. Пожалуйста, разденьте своего человека. Нам нужно осмотреть его. Вашу ж налево… Повернувшись, Рарити бросила на меня быстрый извиняющийся взгляд, прежде чем её рог зажегся. Затем произошла вспышка, и моя одежда исчезла. Теперь я стоял совершенно голый, если не считать ошейника, перед большой толпой пони. «Я думал, что уже объяснял им, что мне неудобно быть голым на публике,» — проворчал я, раздраженно глядя на Рарити. Она бросила на меня еще один извиняющийся взгляд, прежде чем отступить. Один из судей встал и вышел из-за стола. Я посмотрел на неё, когда она подошла ко мне. Её шерсть была насыщенного тёмно-оранжевого цвета, а копыта выкрашены в жёлтый цвет. Её грива из смеси различных оттенков оранжевого и желтого аккуратно ложилась на плечи. Изо рта у неё торчала незажжённая сигарета. Тишина повисла над сценой, когда она начала кружить вокруг меня, глядя на мою обнаженную плоть блестящими голубыми глазами. Когда она остановилась передо мной, раздался знакомый волчий свист, заставивший её слегка вздрогнуть. Я подавил желание застонать. Чёрт возьми, Авера. Не обращая внимания на то, что её прервали, кобыла продолжала маячить вокруг меня. Через несколько минут кобыла отступила назад, жуя окурок сигареты. — Ну что там, Рози? — спросил жеребец. — Человеческий самец, — сказала она, и мне пришлось очень сильно сопротивляться, чтобы не закатить глаза. — Мускулистое телосложение, несколько больше, чем у среднего человека примерно его возраста. Кроме того, он намного выше среднего человека, почти шесть футов ростом, если моё предположение верно. — медленно, она снова начала кружить вокруг меня, пока говорила, её глаза метались туда-сюда, когда она изучала меня с интенсивностью, которая заставила меня почувствовать, что меня просвечивают рентгеном. — Он, кажется, в полном здравии: мускулатура хорошая, волосы в прекрасном состоянии. Никаких видимых опухолей или наростов. — я видел, как глаза Рарити загорелись, когда кобыла заговорила, но выражение счастья медленно исчезло, когда она продолжила говорить. — У него есть несколько шрамов, идущих вертикально вниз по нижней части спины, а также несколько шрамов на левой руке и предплечье. На его груди тоже большой шрам. Похоже, рана была тяжелой — удивительно, что он выжил после этой травмы — а также шрам на лице. Правый глаз слепой. В целом, похоже, ему пришлось нелегко. Нам придётся сделать метку за это. — пока она продолжала излагать свои наблюдения, толпа цеплялась за её слова, перешёптываясь на трибунах. Подойдя ко мне, она вынула сигарету изо рта и засунула её за ухо. Затем она встала на дыбы и положила переднее копыто мне на плечо. Положив другое копыто мне на нижнюю челюсть, она осторожно заставила меня открыть рот, изучая зубы. Увидев мои зубы, она откинула голову назад, удивленно моргая. — Его зубы не выглядят так, как должны выглядеть. У него есть несколько нормальных коренных зубов сзади, но также то, что кажется резцами и клыками спереди. А может быть, они искусственные. — Склонив голову набок, она с любопытством посмотрела на мои зубы, а потом наклонилась вперёд и засунула свой язык мне в рот! Я попытался откинуть голову назад, но кобыла крепче сжала мою шею, удерживая голову на месте. Её копыто не давало мне сомкнуть нижнюю челюсть. Я почувствовал, как её язык скользнул по моим зубам, и вздрогнул. У него был привкус дыма, и я чувствовал, как её слюна покрывала мои зубы. Я с трудом подавил рвотный позыв. Однако она остановилась так же быстро, как и начала. Откинувшись назад, она причмокнула губами, проведя языком по собственным зубам. — Нет, — сказала она наконец. — Они настоящие. — всё ещё держась прямо на моих плечах, она повернулась и посмотрела на Рарити. — Где вы купили этого человека? — В Кантерлоте, — не задумываясь, ответила Рарити. — У группы торговцев, которые нашли его. Если я правильно помню, он бродил по пустыне. — Любопытно, — промурлыкала кобыла, оборачиваясь ко мне. Я был занят, проводя языком по зубам, пытаясь избавиться от привкуса языка пони. Я очень сомневаюсь, что это было необходимо. — Нам придется пометить его за зубы, — сказала кобыла, снова опускаясь на четвереньки. — Они не типичны для людей и не считаются желательными для стандартного человеческого разведения. — Да ладно тебе, — услышал я, как Рэйнбоу фыркнула себе под нос. Она скрестила копыта на груди, сердито глядя на судью. — Однако, — продолжала розовая кобыла, снова обходя меня. Она ткнула меня копытом, стараясь не поранить. На самом деле, её копыто было удивительно мягким и нежным, почти заботливым. — он очень послушный, учитывая состояние его тела. Большинство людей рычат, когда вы пытаетесь заглянуть им в рот, или ерзают, когда их осматривают. Он же всё это время стоял совершенно неподвижно и не издал ни единого звука. Я думаю, что мы можем дать вам дополнительные баллы за это. — улыбнувшись Рарити, она вынула сигарету из-за уха и вернула её в рот. С этими словами она повернулась и отошла к судейскому столу. — Я думаю, что так оно и будет, Мисс Рарити, — сказал жеребец, глядя на Рарити. — Вы можете сопроводить своего человека со сцены и подготовить его к следующему испытанию. Рарити кивнула жеребцу и повернулась ко мне. Её рог зажёгся, и я снова оказался полностью одетым. Я вздохнул, внутренне улыбаясь, когда мы направились к выходу с трибун. Чем ближе мы подходили к нему, тем лучше я себя чувствовал. Шагнув в образовавшуюся щель и оказавшись по другую сторону трибун, я тяжело вздохнул, мои плечи поникли от облегчения. Мне удалось пройти через это испытание. — Видишь, это было не так уж и страшно, правда? — спросила Авера, подходя ближе, спрыгивая с трибун и спускаясь к нам. — Ага, — сказала Рэйнбоу, паря передо мной. — Ты отлично справился, чувак! Хотя ужасно, что они отметили тебя за твои шрамы. Они должны были дать нам больше очков за них. Эти шрамы просто потрясающие! «На самом деле, всё шло довольно хорошо, пока судья не засунула свой язык мне в рот!» — Она засунула свой язык тебе в рот? —пронзительно закричала Авера, что даже её крылья расправились. Стоявшая рядом со мной Рарити кивнула с озадаченным выражением лица. — Действительно, — сказала она. — Клянусь, я не знаю зачем. — Ёбаный стыд… — выругалась Авера, её ухо дернулось, когда широкая улыбка расплылась по её лицу. — Я знала, что сижу не в той секции. С того места, где я была, мне казалось, что она внимательно изучает твои зубы. — Она внимательно их изучала, да. Очень внимательно, — подтвердил я. — Ну, посмотри на это с другой стороны, — ухмыльнулась черный пегас. — Тебе осталось пережить только два испытания. Я закатил глаза и громко фыркнул. Простите, что не прыгаю от радости.* * *
Следующее испытание было предназначено для проверки темперамента и агрессивности человека. Его судила другая кобыла, молодая пегаска с чрезвычайно светлой голубой шерстью и пурпурной гривой. Она должна проверить покорное поведение человека. Если человек проявлял какие-либо признаки агрессии, они будут отмечены соответствующим образом. Чем выше проявление агрессии, тем выше маркировка. Кобыла, которую по случайному совпадению звали Калм Бриз, казалась вполне довольной тем, что делала, даже когда человек чуть не набросился на неё во время одного из её обследований. Когда настала моя очередь, Авера отступила назад на трибуны, чтобы убедиться, что она получила лучшее место на случай, если произойдет ещё что-то интересное. Возвращаясь на импровизированную сцену, я почувствовал, как мой желудок слегка скрутило, но в целом я чувствовал себя лучше, нежели когда впервые вошёл сюда. Калм Бриз улыбнулась, когда мы приблизились, жестом приказав Рарити отвести меня в центр сцены. Когда Рарити отошла, оставив меня одного, я посмотрел вниз на кобылу-пегаса, склонив голову набок. — Привет, — тихо проворковала она, тоже склонив голову набок и слегка улыбнувшись. Подняв копыто, она указала им на пол, прежде чем твердо сказать: «Садись». Шмыгнув носом, я сделал, как она просила, и сел на зелёный ковер, скрестив ноги. Когда я это сделал, Бриз бросила на меня смущённый взгляд, её крылья слегка дернулись. — Странно, — пробормотала она вслух. — Большинство людей так не сидит. — Разве это проблема? — нервно спросила Рарити, вероятно, надеясь, что нас не отметят за это. Я молча согласился. Если они отметят меня за то, как я сижу, я встану и уйду. — Нет, — ответила кобыла, и ее спокойная улыбка вернулась. — Просто большинство людей сидят, вытянув ноги перед собой. Нет ничего плохого в том, как он сидит, это просто... слегка странно. Изучая меня ещё несколько секунд, она двинулась вперед и медленно упёрлась копытом мне в грудь. Она начала давить на меня, пытаясь оттолкнуть назад. Я сразу же смягчился и позволил ей толкать меня назад, пока не оказался лежащим на ковре, всё еще скрестив ноги и глядя на потолок. "Я помню этот вид. Лучше бы не вспоминал…", — сухо подумал я про себя. Калм Бриз, казалось, удивилась той легкости, с которой я позволил ей толкнуть меня. — Он не сопротивлялся, когда его повалили на спину, — сказала она остальным судьям, с любопытством глядя на меня. — Никаких стонов или рычания. Полное спокойствие и покорность. Кроме того, он кажется очень гибким, держа ноги скрещёнными, даже когда ложится. Это выглядит не очень удобно, но он всё равно делает это. Не уверена, потому ли это, что он так обучен, или по другим причинам. Придвинувшись, чтобы сесть рядом со мной, она просунула копыто мне под рубашку, нежно поглаживая живот. Она медленно продвигалась к моей груди, тихонько что-то напевая себе под нос. Это действительно было очень расслабляюще, и я поймал себя на том, что изо всех сил стараюсь держать глаза открытыми — моя прежняя тревога полностью исчезла. — Он позволяет прикасаться к своему животу и груди, не выказывая признаков дискомфорта, несмотря на то, что они открыты, — тихо сказала Калм Бриз. — Во всяком случае, я чувствую, как его мышцы расслабляются от моего прикосновения. — вытащив копыто из-под моей рубашки, она схватила меня за руки и осторожно вернула в сидячее положение. Отпустив мои руки, она быстро схватила мою правую руку своими копытами. Затем она начала играть с ней, двигая моими пальцами, заставляя их сжиматься и разжиматься. Она брала пальцы по отдельности и шевелила ими. Делая это, она не сводила своих тёмно-фиолетовых глаз с моего лица, выискивая признаки агрессии или дискомфорта. Это было странно, но я не возражал. Мой маленький кузен постоянно проделывал это со мной дома, особенно когда у меня что-то было в руках. Одно особенно резкое движение одним из моих пальцев заставило костяшки моих пальцев громко хрустнуть, эхом отдаваясь по всему складу. Из толпы вырвался вздох, и Калм Бриз замерла, ее глаза расширились. Я медленно поднял другую руку, и её тело напряглось. Я сжал кулак несколько раз, прежде чем большим пальцем прохрустеть костяшками на этой руке. С каждым хрустом выражение морды Бриз становилось всё более и более растерянным. Моргая, она несколько раз открыла и закрыла рот, прежде чем, наконец, заговорила: — Он, кажется, не возражает против того, чтобы с его руками играли, и не возражает против того, чтобы у него хрустнул сустав, как это было продемонстрировано им самим. Отпустив мою руку, пегаска некоторое время пристально смотрела на меня, прежде чем двинуться вперёд и ткнуть меня копытом по носу. Я сморщил лицо, пораженный этим внезапным поступком. Потянувшись вперед, она сделала это снова, только на этот раз с большей силой. На этот раз я фыркнул, пытаясь подавить чиханье. Её локоны щекотали мне нос. Когда она сделала это в третий раз, я отреагировал… своеобразно. Вопреки здравому смыслу, я быстро наклонился вперед, протянул руку и коснулся её морды. Она отпрянула с пронзительным криком, взмахнув крыльями. В толпе снова послышался вздох, и я увидел, как один из слуг напрягся, готовый броситься на меня, чтобы задержать. Растерянно моргая, Калм Бриз потирала нос копытом, пока она смотрела на меня. Убрав копыто с морды, она в четвертый раз наклонилась вперед, чтобы коснуться моего лица. Когда её локон коснулся моего носа, я попытался побороть это ощущение, но не смог. Зажав рот рукой, я громко чихнул. Это вызвало хихиканье судьи, а её глаза весело блеснули. — Похоже, у него нет проблем с тем, чтобы пони касались его лица, — сказала она, вставая. — И даже, кажется, он имеет игривый характер. Судя по тому, что я видела сейчас, ему было бы здорово иметь рядом жеребят. — Вы практически ничего не знаете о нём, — сказала Рарити, широко улыбаясь мне. Я не знал, говорила ли она о моём времени с меткоискателями или близнецами Пай. Порхнув к судейскому столу, Бриз взяла пару седельных сумок и подлетела обратно ко мне. Порывшись в сумках, она вытащила яблоко и протянула мне. Я в замешательстве уставился на красный фрукт в своей руке. Оглянувшись на судью, я увидел, что она просто сидит и смотрит на меня. — Давай, — тихо сказала она. — Ешь его. — Она изобразила, что ест что-то, и указала на яблоко. Мысленно пожав плечами, я поднес яблоко ко рту, чтобы откусить кусочек. Однако, прежде чем я успел успокоиться, Бриз протянула копыто и быстро выхватила яблоко у меня из рук. Я сидел, уставившись на свою пустую руку с отсутствующим выражением лица. Я должен был догадаться… — Не реагирует на то, что у него отнимают еду, — сказала Бриз, перебирая яблоко в своих копытах и глядя на меня. Несколько минут она изучала моё лицо, покусывая нижнюю губу. — Он чрезвычайно послушен, почти до невозможности. Я не ожидала этого, учитывая шрамы на его теле, свидетельствующие о прошлых издевательствах. Похоже, он столкнулся нос к носу с мантикорой. — Вообще, их было трое, — поправила Рарити. Глаза судьи тут же расширились, и она зажала рот копытом. Бриз уставилась на нее, разинув рот. — Он сразился с тремя мантикорами... и остался жив?! — Ну, — сказала Рарити, слегка сморщив лицо. — Он не совсем сражался с ними. Скорее, он убегал от них... неся на руках трёх кобылок. — И всё же это впечатляет, — пробормотала она, пристально глядя на меня. Она открыла рот, чтобы сказать что-то еще, но Рэйнбоу перебила ее: — Также он в одиночку сразился со стаей лесных волков и отпинал их. Я лично видела! — Ну что ж, тогда все решено, — сказала Калм Бриз, кивая головой. — Учитывая, что он не только столкнулся с мантикорами и лесными волками, но и вышел таким послушным, я бы сказала, что мы должны дать ему наивысшую оценку. — сунув копыто обратно в седельную сумку, она вытащила печенье и протянула его мне, прежде чем снова повернуться к Рарити. — Вот и всё, — сказала она с улыбкой. — Поздравляю, ваш человек только что получил высший балл за это испытание. Когда судья удалилась, я встал, разглядывая печенье в своей руке. Откусив кусочек, я медленно прожевал его. Лакомство было сухим и довольно пресным на вкус, хотя и с привкусом корицы. "Чем я вообще занимаюсь…" — размышлял я, продолжая есть печенье, когда мы уходили со сцены.* * *
Последнее испытание было простым. Жеребец-единорог должен был проверить способность человека понимать и выполнять простые приказы. Из-за моего высокого балла в прошлом раунде я должен был идти последним. Это означало, что Рарити, Дэш, Авера и я в основном сидели без дела в течение добрых сорока пяти минут. Когда подошло время моего "выступления", Рэйнбоу внезапно улетела. Она вернулась через несколько минут с беспокойным выражением на лице. — Так, я всё проверила, — сказала она приглушенным голосом. — Винтер Колд и её человек уже ушли. Для того, чтобы победить Брута, вам нужно получить идеальный результат! — она нервно переминалась с ноги на ногу, её крылья подрагивали. — Что случилось? — спросила Авера, ухмыляясь. — Я думала, ты сказала, что победа уже у нас в кармане. — Не волнуйся, дорогая, — добавила Рарити, положив копыто на плечо радужной. — Я уверена, что Макс справится. — когда она посмотрела на меня, я слегка улыбнулся и подмигнул ей. — Наверное, — сказала Рэйнбоу. Затем она оживилась, её уверенное поведение вновь вернулось. — Да, да! Мы вполне можем это сделать! В этот момент та же самая кобыла-пегас, что и раньше, подлетела к нам, глядя в свой планшет. — Мисс Рарити, ваш человек следующий, — сказала она. — Пожалуйста, приготовьтесь. — когда она улетела, я встал и, счастливо вздохнув, хлопнул себя по спине. — Последнее испытание, и можем вернуться в библиотеку, — сказала Авера, потягиваясь. Когда Рарити, Рэйнбоу и я направились к разрыву между трибунами, Авера улетела, чтобы снова найти себе место на трибуне. Нас вызвали в ту же минуту, как мы прибыли, и вскоре я уже стоял на сцене в третий раз за этот день, Рарити и Рэйнбоу же были в стороне. Жеребец стоял передо мной, глядя на меня поверх очков. Как только я оказался на месте, мы начали. Команды были довольно стандартными: подойди, остановись, сядь, ляг, встряхнись, притворись мёртвым (это было мое любимое занятие, хотя ирония не ускользнула от меня) и говори (ирония продолжала расти). Он велел мне идти рядом с ним, обходя трибуны, останавливаясь и наклоняясь всякий раз, когда он просил. Я следовал его приказам мгновенно и без колебаний. После нескольких кругов по круглой сцене он начал пытаться поставить мне подножку, быстро отдавая несколько команд подряд. Я не был уверен, был ли он впечатлен тем, что я выполняю его приказы идеально, или же был слишком разочарован, что провести меня у него не получается. Я действительно взорвал их умы, когда в качестве последней отчаянной попытки заставить меня облажаться он выпалил список примерно из десяти команд, одна за другой. Я думаю, он надеялся, что я не буду знать, какой команде следовать. Я выполнил все команды безукоризненно, по порядку, без паузы, и в конце концов посмотрел на судью вверх ногами с подставки для рук. Когда толпа и судья оторвали свои челюсти от пола, я краем глаза увидел, как Рарити и Радуга стучат копытами. — Н-ну, Мисс Рарити, — сказал жеребец, когда, наконец, обрел дар речи. — Должен признаться, я этого не ожидал. Ваш человек способен так хорошо выполнять команды, что он почти как пони. Я действительно считаю, что у меня нет другого выбора, кроме как дать ему высшую оценку за это испытание. — Рэйнбоу мгновенно подлетела в воздух, крича от радости, и сделала сальто в воздухе. — О да! — обрадовалась она, качая копытом. Когда толпа начала аплодировать, слегка хлопая, чтобы не спугнуть людей, самодовольная улыбка расплылась по лицу Рарити. — Теперь небольшой перерыв, после которого мы объявим победителей, — сказал судья, склонив голову. Когда мы вышли, Авера слетела вниз с широкой улыбкой на морде. — Я думаю, что всё прошло довольно хорошо, — сказала она, опускаясь рядом со мной. — Довольно хорошо? — сказала Рэйнбоу, дрожа всем телом. — Он получил высший балл! Это значит, что, если ничего не случится, мы просто займем первое место! — радостно взвизгнув, она перевернулась в воздухе. — Видишь, все было не так уж плохо, правда? — повернувшись ко мне, Авера ухмыльнулась. «Говори за себя. Это была самая неловкая штука, которую я делал за последнее время,» — ответил я, глядя на неё с притворным раздражением. — Ой, — проворковала она, — а кто у нас хочет получить угощение за то, что он хороший мальчик? — с этими словами она подняла ещё одно черствое печенье с корицей и помахала им у меня перед носом. Я зарычал на неё, прежде чем вырвать печенье из ее рук. Положив его в рот, я уставился на неё, а она продолжала смеяться надо мной. «Я собираюсь съесть это, но я всё ещё злюсь,« — пока я жевал несвежее лакомство, звук колокольчика эхом разнёсся по зданию. Толпа притихла, когда раздался голос, усиленный магией. — Судьи приняли окончательное решение. Все участники, пожалуйста, явитесь на сцену для объявления победителей. — когда эхо стихло, Рарити удивленно заморгала. — Ну, это было очень быстро, — сказала она. — А чего ты ожидала? Макс выступал последним. Вряд ли им понадобилось много времени, чтобы вычислить победителей, — усмехнулась Авера, когда мы пошли обратно. На этот раз Авера осталась с нами, когда мы вышли на сцену. Все участники стояли в ряд перед судейским столом, пони стояли рядом со своими людьми, на лицах владельцев было написано выражение надежды. Я видел, что в дальнем конце очереди стоит Винтер Колд с самодовольной улыбкой на лице. Когда мой взгляд переместился на её человека, я вздрогнул. Я не думал, что кто-то может стать уродливее с течением времени. Мы встали в конце очереди, Рэйнбоу возбужденно дрожала, пока мы ждали. Через несколько минут трое судей вышли на сцену и заняли свои места за столом. Толпа умолкла, когда три пони в последний раз приглушенно переговорили, прежде чем обратить свое внимание на шеренгу участников перед ними. Калм Бриз наблюдала за шеренгой людей с лёгкой улыбкой на лице. Жеребец-единорог смотрел на толпу со скучающим выражением лица. Рози встала и откашлялась, привлекая всеобщее внимание. Когда она заговорила, её голос разнёсся по трибунам, чистый и громкий: — После долгих размышлений и обсуждений мы пришли к соглашению. Победители распределились следующим образом: на четвертом месте —Виллоу Висп с её человеком, Кристалл. — когда толпа почтительно зааплодировала, коричневый земнопони с темно-зеленой гривой вышел вперед, чтобы принять свою ленту, застенчиво улыбаясь. Он отошёл назад и встал рядом со своим человеком, молодой женщиной с короткими светлыми волосами. — На третьем месте у нас Эмеральд Дон со своим человеком, Джун. — темно-зеленый единорог выступила вперед, сдувая с лица разноцветную оранжевую гриву, когда она приблизилась к судьям. Как только она получила свою награду, то поставила её рядом со своим человеком. Толпа снова зааплодировала. — Второе место занимает Винтер Колд с её человеком, Брутом. — Винтер удивленно моргнула, её брови нахмурились, прежде чем она взяла себя в руки. Сладко улыбаясь, единорог шагнула вперед, чтобы получить свой приз. Повернувшись, чтобы вернуться к своему человеку, она остановила взгляд на мне. Её глаза слегка расширились, прежде чем её вымученная улыбка превратилась в торжествующую ухмылку. Я почувствовал, как по телу пробежал холодок. Когда Винтер вернулась к своему человеку, Рэйнбоу практически подпрыгивала на месте с широкой улыбкой на лице. На мгновение показалось, что кто-то нарисовал Пинки и дал ей крылья. — И, наконец, — сказала Рози, окидывая взглядом ряд людей, — первое место у нас получает Рарити с её человеком, Максом. — я тут же двинул ногой, чтобы наступить Дэш на хвост, не давая ей подпрыгнуть в воздух и закричать. Авера громко хихикнула, когда Рэйнбоу начала танцевать на месте, качая головой вверх и вниз. С улыбкой на лице Рарити вышла вперед, подбадриваемая толпой, чтобы получить свой приз. — Вы молодец, — сказала Рози. Когда она потрясла копыто Рарити своим собственным, остальные люди и их владельцы начали расходиться, и толпа медленно начала стекать с трибун. — Как чемпион первого места, вы не только получаете приз в двенадцать тысяч бит, но ваш человек также получит определенные права на брачный сезон и будет допущен к участию в любом человеческом шоу в ближайшем будущем, независимо от класса или пола. Я слегка поморщился, когда она заговорила о селекции. Рядом со мной Авера только громче захихикала. — Спасибо, дорогая, — сказала Рарити, принимая большую сумку, наполненную монетами. — У вас прекрасный человек, Мисс Рарити, — сказала Рози с улыбкой. — Поздравляю с победой. — Да, все это очень хорошо и превосходно, но есть небольшая загвоздка, — раздался голос позади меня, заставив меня слегка подпрыгнуть. Обернувшись, я слегка поморщился, когда увидел стоящую за мной Винтер Колд с широкой ухмылкой на лице. — И что же это за проблема, дорогая? — спросила Рарити, с любопытством разглядывая Винтер. — Дело в том, что это не твой человек, — самодовольно сказала Винтер, указывая на меня копытом. Глаза Рози расширились. — Что? — она повернулась, чтобы посмотреть на Рарити и Рэйнбоу, у которых были виноватые лица. — Этот человек не ваш? — Нет, — ответила за них Винтер. — Это не так. Он принадлежит принцессе Спаркл, и я почти уверена, что ни одна из вас не является ею. Рози бросила на Рарити оскорбленный взгляд, её глаза сверкали. — Не соизволите ли объясниться? — И Рарити, и Рэйнбоу молчали, слишком потрясённые таким неожиданным поворотом событий, чтобы сформулировать правильный ответ. Самодовольный вид Винтер продолжал расти. "Кто-то попал в мой список дерьмовых личностей", — подумал я, с презрением глядя на благородную кобылу. — Извините, — фыркнула Рози, когда ни одна из кобыл ей не ответила, — но если это так, то ваш человек дисквалифицирован, и мне придётся сообщить об этом властям. Выражение ужаса промелькнуло на лице Рарити, а Рэйнбоу выглядела так, словно её только что избили. Авера же только рассмеялась и покачала головой. — Вы действительно думали, что принцесса Спаркл придёт на подобное мероприятие? — спросила она, заставив Рози и Винтер посмотреть на нее. — Извините, — фыркнула Винтер, презрительно глядя на Аверу сверху вниз. — А вы кто такая? — Первый лейтенант Авера Ноктус, — ответила она, прежде чем помахать мне копытом, и её улыбка стала шире. — Его телохранитель. — Т-телохранитель? — Винтер поперхнулась, её глаза расширились. Авера проигнорировала её и повернулась к Рози. — Принцесса Спаркл была очень занята сегодня, но хотела ввести своего человека в шоу. Говорила что-то насчет того, чтобы позволить ему выйти и повеселиться, поэтому попросила Мисс Рарити вписать его на своё имя, а не на имя принцессы Спаркл. Рози удивленно моргнула и склонила голову набок. — Это... действительно имеет смысл, — задумчиво пробормотала она. — Но если ты телохранитель, то почему именно эта… кобыла выступала с ним? — спросила Винтер, пытаясь спасти положение. Я прикрыл рот рукой, чтобы скрыть ухмылку. Это все равно что смотреть на тонущую крысу. — Мисс Рарити — парикмахер Макса, поэтому ему с ней комфортнее. Я здесь только для того, чтобы убедиться, что никто не навредит человеку принцессы, — сказала Авера, дёрнув ухом. — Ну, а как же она? — отчаянно спросила Винтер, указывая на Дэш, которая только что зарычала на аристократку. — Она его тренер по физподготовке, поддерживает его в форме и здравии, - ответила Авера скучающим тоном. — Послушай, если ты собираешься жаловаться на то, что заняла второе место, то можешь сделать это в другом месте. — Н-но… — У меня есть свиток, данный мне принцессой Спаркл, в котором говорится, что Мисс Рарити имеет разрешение выступить с человеком принцессы в этом человеческом шоу, — перебила Авера, вытаскивая свиток из сумки на бедре. Протянув его Рози, она изогнула бровь. — Вы хотите его увидеть? — Всё в порядке, — сказала Рози, отмахиваясь от свитка. — Если вы его телохранитель и принцесса действительно дала разрешение, то всё законно. — она робко улыбнулась Рарити, которая, казалось, почувствовала облегчение. — Просто у нас раньше пони крали людей, чтобы просто выступить с ними за призовые деньги. — Ну, уверяю вас, дорогая, это не входило в наши намерения, — с улыбкой солгала Рарити. Я прикусил язык, чтобы не рассмеяться. "Но ведь именно это вы и сделали!" Рози ещё раз извинилась, прежде чем убежать, оставив нас стоять там. Винтер с отвращением посмотрела на нашу группу. Рэйнбоу скрестила копыта с самодовольным видом. — Что случилось, Винтер? Расстроена, что твой человек не так хорош, как наш? Ничего страшного, в следующий раз выиграешь. — Это ничего не меняет, цыплёнок, — прошипела Винтер, сузив глаза. Рэйнбоу и Авера пронзительно завизжали от смеха, услышав это прозвище, и последняя чуть не свалилась на землю. — То, что твой изуродованный шрамами фрик на этот раз победил моего чистокровного, ещё ничего не доказывает. — добавила она, затем повернулась, чтобы посмотреть на меня, но застыла, а её глаза расширились от ужаса. Я живу в Эквестрии уже больше полугода, и этого достаточно, чтобы понять некоторые оскорбления от местного населения, в основном направленные на меня, когда какой-то пожилой жеребец кричал мне, чтобы я убирался с его лужайки, когда я убегал от Рэйнбоу. Назвать пегаса "цыплёнком" все равно, что назвать чернокожего человека ниг… ну, скажем так, это то, что вы не должны говорить. Поэтому, когда Винтер назвала Рэйнбоу "цыплёнком", я решил, что ей пора съебаться отсюда. Пока она говорила, я присел на корточки и наклонился к ней так близко, чтобы мой больной глаз был направлен вперед. Когда она наконец повернулась, чтобы посмотреть на меня, я одарил её самой большой, самой зубастой, самой демонической улыбкой, которую только мог изобразить, и в то же время рычал. Последовала короткая секунда тишины, прежде чем запах мочи заполнил пространство, а затем Винтер пулей умчалась со сцены. Я выпрямился, глядя ей вслед, а потом повернулся и посмотрел на своих друзей. Рарити бросила на меня испуганный взгляд, и улыбка Аверы исчезла, когда она нервно посмотрела на меня. На лице Рэйнбоу отразилось благоговение. — Чувак, ты только что заставил её обмочиться, — выдохнула она. — Это... было ... потрясающе! Достав свой блокнот, я быстро нацарапал сообщение, прежде чем вырвать страницу и передать её Дэш. «Никто не имеет право оскорблять моих друзей в моём присутствии». С этими словами я повернулся и пошёл прочь, намереваясь найти выход из этого гадюшника, который чуть не стал моей могилой.* * *
Когда мы возвращались в город, Рэйнбоу была вне себя от радости. Она порхала туда-сюда, радостно бормоча и прижимая к груди голубую ленту. Я не мог сдержать лёгкой улыбки, когда смотрел на неё. Несмотря на то, что я сделал всю работу, я позволил ей сохранить ленту. В конце концов, 4800 бит мне было вполне достаточно, в которые входят также деньги, которые я заработал в Ночь Кошмаров. Кроме того, хотя я никогда не «говорил» им об этом, я действительно повеселился сегодня. Авера шла рядом со мной, смахивая своими крыльями снег с верхушек снежных куч, мимо которых мы проходили. Рарити шла сзади, глядя на заснеженную землю с рассеянным выражением лица. — Эй, Авера? — вдруг спросила Дэш, порхая вниз и зависая рядом со мной. — Да? — Как ты получила разрешение Твайлайт на бумаге? Она даже не знала, что мы делаем. Авера смущённо нахмурилась. Внезапно она оживилась и ухмыльнулась Дэш. — Ты имеешь в виду тот свиток, который я вытащила? — Да, именно его! — Я вообще не получала разрешения Твайлайт, — рассмеялась Авера. — Твайлайт даже не знает, что мы ушли из библиотеки. Рэйнбоу и я посмотрели на неё в замешательстве. — Но у тебя же есть свиток! — Это просто бумажка, — объяснила Авера, вытаскивая свиток и разворачивая его, показывая, что на нем ничего не написано. — Я блефовала. «— А если бы они заглянули в свиток?» — спросил я, поднимая брови. Авера лишь безразлично пожала плечами. — Тогда у нас были бы неприятности, и нам пришлось бы спешно отступать. — Это было ужасно рискованно… — Кто не рискует, тот не пьёт марсалу, — пожала плечами Авера. — Ну, хвала Селестии, что это сработало! — засмеялась Рэйнбоу, крепче прижимая ленту к груди. Когда мы подошли к рыночной площади, мне пришлось остановиться, чтобы лицезреть довольно странную картину: маленькая серовато-фиолетовая кобылка-единорог в красном шарфе и человек с рыжевато-каштановыми волосами и бородой, одетый в черную толстовку с капюшоном, проносятся мимо нас на санях, приводимых в движение магией единорога. Пока я смотрел, как они удаляются, кто-то за моей спиной откашлялся, чтобы привлечь моё внимание. Обернувшись, я увидел, что Рарити задумчиво смотрит на меня. — Дорогой, если ты не возражаешь, меня кое-что беспокоит, и я просто обязана спросить тебя, — сказала она. – я кивнул ей, слегка улыбнулся и полез в сумку за блокнотом. Рядом оживилась Авера, и Рэйнбоу подлетела ближе, обе с любопытными выражениями на лицах. — Когда ты показывал нам свое устройство, этот… телефон, да? — я кивнул головой, и она продолжила. — Ну вот, когда ты показывал нам эти… движущиеся картины вашего мира, я не могла не заметить, что в них были только люди. Неужели в вашем мире нет пони? Я застыл, улыбка исчезла с моего лица, а тело напряглось. Я ничего не рассказывал Твайлайт о пони с Земли. Честно говоря, я надеялся избежать этой темы. К несчастью, Рарити, похоже, полностью разрушила этот план. — Дорогой? — я моргнул, осознав, что все это время смотрел куда-то вдаль. Посмотрев вниз, я увидел, что Рарити озабоченно смотрит на меня. Медленно открыв блокнот, я сел на соседнюю скамейку, очищенную от снега, и начал писать в своём блокноте. «Да, у нас дома есть пони». — Тогда почему мы ничего не видели о них в твоём аппарате? — спросила Рарити, склонив голову набок. — Даже на той картине большого города не было никаких пони. Может быть, они живут в другой части света? Я задумался, постукивая угольной палочкой по бумаге. Вздохнув, я провёл рукой по волосам, прежде чем ответить. «Помнишь, как ты была потрясена, когда узнала, что я разумный?» Рарити кивнула и потуже затянула шарф вокруг шеи, когда поднялся ветер. — Да, — сказала она. — Я не могла поверить своим глазам. Я была уверена, что сплю, а когда проснусь, то обнаружу, что этого не было. Это просто не имело смысла для меня, даже после того, как Твайлайт объяснила, что ты из другого мира. Но, естественно, я сумела всё обдумать, и вот... мы здесь. — она улыбалась мне в течение нескольких секунд, прежде чем моргнула и слегка смутилась. — А что? «Скажем так, я чувствовал то же самое по отношению к вам, пони». — Что ты хочешь этим сказать? — спросила Рэйнбоу, заглядывая через плечо Рарити, которая выглядела такой же растерянной. Авера на мгновение замолчала, потом резко вздохнула и откинула голову назад. Её голубые глаза расширились, когда она посмотрела на меня. — Не хочешь ли ты сказать… — Она говорила медленно, растягивая этот и без того напряжённый момент. — …что на твоей планете… пони как люди на нашей? То есть мы у вас просто как животные?! — после этих слов они уставились на меня, разинув рты. Я медленно кивнул головой. Уши Аверы опустились, и она посмотрела на меня пустым взглядом. Рарити выглядела подавленной, но сохраняла самообладание, рассеянно поглаживая копытом гриву в успокаивающем жесте. Рэйнбоу продолжала смотреть на меня, разинув рот. Её крылья медленно начали расправляться по бокам. — Должно быть, для тебя было большим потрясением обнаружить, что вы поменялись ролями, — сказала, наконец, Авера слегка небрежным тоном. Я усмехнулся и покачал головой. «Это на самом деле, как ни странно, очень даже забавно… — Как же так? — спросила черная пегаска, и её уши вернулись в нормальное положение. Рарити тоже успокоилась, хотя теперь выглядела довольно встревоженной. Рэйнбоу продолжала смотреть в пустоту, а её лицо покраснело от холода. «Знаешь, какие сёдла ты делаешь, чтобы хорошо выглядеть и быть модной?» — спросил я, глядя на Рарити. Когда она кивнула, моя улыбка стала шире. — «Так вот, дома мы использовали седла как средство, позволяющее нам ездить на лошадях и пони с комфортом». — Вы используете седла, чтобы превратить пони во вьючных животных? — спросила Рарити, и её глаза снова расширились. — Типа как демонстрация доминирования? — спросила Авера, морщась. Рядом с ней пискнула Рэйнбоу, широко расправив крылья. — Нет, как средство для превращения животного в средство передвижения и чтобы мы могли управлять ими. Пони на Земле так же глупы, как люди на Эквусе. — Интересно, — сказала Авера, и по её морде медленно расползлась улыбка. — Я думаю, что принцессы хотели бы узнать об этом способе передвижения. Я нервно сглотнул, мой правый глаз слегка подёргивался. Авера заметила мое беспокойство и покачала головой. — Не волнуйся. Во всяком случае, это может помочь тебе в долгосрочной перспективе. Если можешь относиться к нам, как к равным, несмотря на то, что мы похожи на пони из твоего мира, то кто сказал, что пони здесь не могут сделать то же самое для таких, как ты? — Дорогой, — внезапно произнесла Рарити, и на её лице отразилось беспокойство. — Ты когда-нибудь говорил об этом Твайлайт? — я удивленно заморгал и покачал головой. Она нахмурилась, её встревоженный взгляд стал еще больше. — Понятно… — Она замолчала, потирая копытом подбородок. Она медленно перевела взгляд на Рэйнбоу. Я тоже посмотрел на неё, но обнаружил, что она всё ещё смотрит в пустоту. — Пошли, — сказала Авера, возвращая нас в реальность. — Мы должны вернуться в библиотеку до того, как Твайлайт узнает об этом. — Узнаю о чём? — заговорил голос сзади. Рарити взвизгнула, Авера и Рэйнбоу в шоке подпрыгнули в воздух, а я вскочил со скамейки так быстро, что у меня закружилась голова. Там стояла Твайлайт с шарфом на шее и седельными сумками за спиной. Она ошеломлённо посмотрела на нас, переводя взгляд с одного на другого. Эбони выглянула из-за аликорна с отсутствующим выражением лица. Воцарилась тишина, и все уставились друг на друга, не говоря ни слова. Затем взгляд Твайлайт упал на ленту в копытах радужной. — Что это такое? — спросила она, бросив на неё растерянный взгляд. — Это… лента за ... за... п-полеты. Да, лента за полёты, которую я выиграла в Клаудсдейле! — Рэйнбоу робко улыбнулась ей. Я молча молился, чтобы Твайлайт купилась на эту ложь. Я не хотел сидеть три часа, слушая, как она объясняет мне, почему то, что я сегодня сделал, было неправильно, и что я никогда не должен был делать это и обманывать, параллельно записывая отчет для Селестии. — Неужели? — спросила Твайлайт. — Да, — сказала Рэйнбоу, быстро кивнув головой. — Тогда почему на ней нарисован человек, а также по всей длине ленты выгравирована надпись: «Понивилльское человеческое шоу»? – черт, сорвалась афера… — Я… эмм… ну… — начала Рэйнбоу, нервно переминаясь с ноги на ногу и нервно оглядываясь по сторонам. Она сделала глубокий вдох... и рванула как кролик, лишь радужная полоса тянулась за ней, когда она умчалась в небо. Стук копыт подсказал мне, что Рарити тоже ускакала, оставляя нас с Аверой на произвол судьбы. Мы посмотрели друг на друга, прежде чем повернуться и посмотреть на Твайлайт. Она постукивала копытом по земле, бросая на нас раздраженный взгляд. — Это была его идея! — вдруг закричала Авера, указывая на меня копытом. С этими словами она повернулась и помчалась к библиотеке. Твайлайт посмотрела ей вслед, а потом медленно повернула голову ко мне. Я широко улыбнулся Твайлайт, нервно хихикая. Её глаза сузились. Когда она открыла рот, чтобы что-то сказать, я принял единственное верное решение. Я с гордостью могу сказать, что мне удалось сделать это за пару секунд до того, как лавандовая аура окутала меня, подняв от земли и унося меня в библиотеку, прямиком к моей гибели.
