Your Human and You / Твой Человек и Ты

      3:30. Вот что сейчас показывали часы на другом конце комнаты. Я не был уверен, как долго я спал, или в какое время мы легли спать прошлой ночью, но когда я проснулся, была ещё ночь. В окно лился слабый лунный свет, сквозь несколько дыр в облачном покрове проглядывало звёздное небо. Шёл лёгкий снег, в воздухе лениво плавали крупные хлопья.       Огонь в камине погас, пока я спал, и пламя превратилось в тлеющие угольки, согревающие очаг. За нашей дверью я едва расслышал шаги патрулирующего стражника, его копыта были приглушены ковровым покрытием.       Ага, было раннее утро, и я просто лежал, уставившись на балдахин кровати. В данный момент мне нужно было в ванную, и меня останавливало только одно: другой обитатель кровати. Ночью Твайлайт каким-то образом умудрилась прижаться ко мне, передние лапы и крыло в данный момент собственнически лежали у меня на животе. Ее голова покоилась на моей груди, на морде играла лёгкая улыбка. Время от времени ее крыло дёргалось, и перья нежно касались моей кожи.       Я признаю, что она была очаровательна, и я не хотел беспокоить её, но мой мочевой пузырь в настоящее время требовал освобождения, и последнее, что я хотел, это несчастный случай в постели.       Двигаясь медленно, чтобы не разбудить её, я выбрался из-под крыла Твайлайт. Крыло согнулось один раз, прежде чем снова прижаться к её боку. Она что-то проворчала, слегка нахмурив брови, прежде чем её лицо вернулось в расслабленное состояние. Я переместился к краю кровати и встал, моя спина хрустнула, когда я потянулся. Проведя рукой по волосам, я босиком побрёл по холодному полу в ванную.       Толкнув дверь, я моргнул один раз, прежде чем зажмуриться, поскольку волшебные свечи внутри немедленно зажглись, освещая комнату. Я ошеломлённо посмотрел на одну из свечей, прежде чем облизать пальцы и погасить её. Через несколько секунд она снова зажглась и пламя весело заплясало на фитиле. Тяжело вздохнув, я покачал головой, прежде чем вернуться к текущему вопросу. Закрыв за собой дверь, я прошаркал к унитазу и занялся своим болезненно полным мочевым пузырём.       Закончив, я подошёл к раковине и вымыл руки. Взглянув в зеркало, я посмотрел на своё усталое отражение. Мои волосы снова стали немного длинноваты, а бороду, вероятно, не помешало бы подстричь. Под глазами у меня были тёмные мешки, и я чувствовал себя измученным. Твайлайт сказала, что это ещё один побочный эффект зелья и со временем пройдёт.       <Твоё тело использует много энергии для того, чтобы превратиться в другой вид, — сказала она, насильно втаскивая меня в постель. — Это нормально — быть немного голодным и уставшим после этого. Ты сделал это дважды, так что эффект, вероятно, будет удвоен.> Она настояла на том, чтобы я спал дома, и собиралась поговорить с кухонным персоналом о приготовлении большого завтрака после того, как я проснусь.       Но в данный момент я не был голоден. Я просто чувствовал себя так, словно провёл несколько бессонных ночей подряд. Выключив воду, я провёл мокрыми руками по лицу и волосам. Это только усугубило мою головную боль, но мне было все равно. Холодная вода сорвала с моих губ счастливое бормотание. Я вздрогнул, когда несколько капель воды побежали по моей спине.       Оттолкнувшись от раковины, я потянулся, счастливо застонав, когда моя спина снова хрустнула. Подняв руки в воздух, я повернул шею назад и вперёд. Это принесло мне ещё несколько хлопков и хруста в суставах. На высоте растяжки, когда моя рука почти касалась потолка, я несколько раз сжал кулаки, прежде чем — не в силах сопротивляться желанию — щёлкнул пальцами. Жёлтое пламя свечей мгновенно сменилось ярко-красным. Я остановился, опустил руки и в замешательстве оглядел изменившиеся свечи. Я медленно поднял руку и осторожно щёлкнул. Красное пламя сменилось холодным синим.       Я посмотрел туда-сюда между моими пальцами и свечами, прежде чем улыбка медленно распространилась по моему лицу. Я начал непрерывно щелкать пальцами, пламя меняло цвет с каждым щелчком.       *щёлк*       Зелёный лайм.       *щёлк*       Темно-розовый.       *щёлк*       Чирок.       Это продолжалось несколько минут; я просто щелкал пальцами с детским ликованием, когда пламя свечи меняло все возможные цвета. Когда я наконец остановился, пламя было темно-фиолетового цвета. Оглядев свечи, я тихонько рассмеялся про себя. Я и не знал, что они на такое способны.       Я бросил последний взгляд на ванную, прежде чем открыть дверь и выйти, пламя погасло, когда я уходил. Когда я вернулся в спальню, мой взгляд переместился с кровати на диван. Я помолчал, наполовину развлекаясь мыслью о том, чтобы выполнить свой первоначальный план и лечь спать на кушетке, но, оглянувшись на спящую фигуру Твайлайт, смягчился. Её копыта были разложены перед ней поперёк кровати, и они очень часто двигались по простыням, как будто она что-то искала.       Я несколько мгновений наблюдал за тем, как поднимается и опускается её грудь, а потом тихо вернулся к кровати. Приподняв одеяло, я снова нырнул под него. Копыта Твайлайт мгновенно вцепились в мою руку, прижимая её к своей груди с довольным урчанием. Её крыло согнулось, прежде чем развернуться, и легло мне на грудь. Она счастливо вздохнула, уткнувшись носом в мою руку, и снова замерла. Улыбка тронула мои губы, когда я наблюдал за ней, и после того, как я устроился поудобнее, я закрыл глаза и медленно задремал.

* * *

      — Две тройки.       — Одна четвёрка.       — Две пятёрки.       — Одна шестёрка.       — Лжец!       Авера проворчала, когда ей пришлось собрать всю стопку карт. Быстро переложив её в копыто, она выудила пару карт и бросила их на стол.       — Три семёрки.       — Две восьмёрки, — сказала Эбони, ухмыляясь Авере, когда та бросила карты.       — Одна девятка.       — Одна десятка.       — Одна Каденс.       — Две Луны.       — Одна Селестия.       — Одна Гармония.       — Лжец, — небрежно бросила Авера, продолжая раскладывать карты. Праймроуз бросила на неё раздражённый взгляд, прежде чем взять стопку.       — Две двойки.       — Две тройки.       — Одна четвёрка.       — Две пятёрки.       — Одна шестёрка.       — Две семёрки.       — Две восьмёрки.       Стражницы уставились на две карты, которые я только что бросил поверх стопки сброса, и на их лицах отразилась тревога.       — Это были его последние карты? — спросила Эбони, бросив на Аверу нервный взгляд. Та медленно кивнула, глядя на карты так, словно они вот-вот взорвутся. Праймроуз облизнула губы, ее уши откинулись назад. С трудом сглотнув, Эбони подняла на меня глаза и неуверенно, почти вопросительно произнесла:       — ...лжец?       Я вскинул руки в воздух с торжествующей улыбкой на лице.       — Машу вать! — сердито воскликнула Авера, подбрасывая карты в воздух. Уши Эбони откинулись назад, а Праймроуз ударилась головой о стол.       — Я в это не верю, — проворчала она, её голос был приглушен деревом, когда я собрал кучу битов, на которые мы ставили. — Я все время теряю свои деньги из-за человека!       — Откуда у тебя вообще биты, чтобы ставить? — спросила Эбони, махнув мне копытом, когда я положил деньги в сумку. — У тебя даже нет работы! — Я только ухмыльнулся ей, прежде чем собрать все разбросанные карты и начать их тасовать.       В данный момент мы находились в столовой дворца, сидя в дальнем конце одного из дюжины или около того столов, расположенных там. Мы отступили сюда, в основном в моих интересах, чтобы уйти от остальных. Все они — особенно Флаттершай — провели большую часть дня, спрашивая меня, все ли со мной в порядке. Хотя поначалу это было приятно, но быстро стало раздражать. Поэтому, когда Шайнинг и Каденс ушли, чтобы повидать Найтлайта и Вельвет и сообщить им новости о ребёнке, мы с моими охранниками выскользнули через боковую дверь.       В столовой мы тоже были не одни. Время близилось к вечеру, так что в комнате также находилась смесь Солнечной и Лунной стражи. Мягкий гул голосов наполнял воздух, пока они ели и общались. Все солнечные гвардейцы выглядели растрёпанными, многие уже наполовину сбросили форму. Спутанные гривы и усталые глаза указывали на долгий рабочий день, большинство из них выглядели так, как будто они с нетерпением ждали, чтобы отправиться в постель и заснуть.       На противоположном конце спектра находились лунные стражи, которые выглядели бодрыми и настороженными, их темно-лиловые доспехи были отполированы до блеска. У одних в копытах были чашки с кофе, у других — дымящиеся тарелки с едой. Мои охранники и я получили странные взгляды от некоторых из ближайших стражников, но по большей части мы остались одни. Время от времени один из стражей подталкивал локтем ближайшего соседа, что-то шепча ему, указывая на нашу маленькую группу, а точнее, на меня. Однако, я проигнорировал их и сосредоточился на том, чтобы выиграть больше денег у моих охранников. Схватив горсть чипсов из миски рядом со мной, я отправил их в рот, прежде чем начать сдавать карты.       — Клянусь, я ещё пожалею об этом, — пробормотала Праймроуз, доставая из сумки ещё несколько битов. Эбони кивнула в знак согласия и сделала то же самое.       Я как раз закончил раздавать последние карты, когда дверь в столовую распахнулась с громким стуком, заставив большинство стражников — и меня в том числе — подпрыгнуть. Твайлайт быстро вошла, не обращая внимания на стражей, и направилась прямиком ко мне. В её магической хватке был свёрток, и она шла, слегка подпрыгивая.       — Привет, — прощебетала она, подходя к нам. Бросив мне пакет, она добавила: — Вот, надень это!       Я хмыкнул, когда пакет ударился о мою грудь. Держа его в руках, я взглянул на него, прежде чем одарить Твайлайт ошеломлённым взглядом.       — О, да, конечно! — сказала она, закатывая глаза, прежде чем постучать себя по затылку. — Твоё дурацкое табу на наготу. — Я удивлённо поднял брови. "Табу на наготу?"       Мои мысли были прерваны, когда зажегся рог Твайлайт. Ослепительная вспышка света сменилась ощущением невесомости. Я почувствовал, как мой желудок поднимается к горлу на короткое мгновение, прежде чем гравитация вернулась, и я с визгом упал назад. Однако вместо того, чтобы приземлиться на твердый пол столовой, я приземлился на что-то мягкое.       Часто моргая, я заставил себя подняться и огляделся. Я громко фыркнул, когда понял, что Твайлайт только что телепортировала нас обратно в нашу комнату. Она наблюдала за мной с нетерпеливым выражением лица, её хвост метался туда-сюда. Эбони выглядела безразличной к телепортации, в то время как у Аверы было ошеломлённое выражение лица, и она слегка раскачивалась взад и вперёд. Праймроуз лежала на земле, катаясь взад-вперёд, закрыв глаза копытами.       — Черт возьми, чертовы глаза кровоточат! — крикнула она, когда её крылья бесполезно забились об пол. — Это чертовски щиплет, машу вать! — Опустив копыта, она заморгала слезящимися глазами. Ее зрачки были сужены, едва заметны до такой степени, что почти исчезали в радужной оболочке.       — Предупреждайте меня, прежде чем делать что-то подобное, — прорычала она. — Теперь я ничего не вижу!       — Извини, — сказала Твайлайт, одарив ее застенчивой улыбкой, которая была потеряна для временно ослепшего пони. Повернувшись ко мне, она указала на пакет, который теперь лежал у меня на коленях. — Собираешься это надеть?       Я посмотрел на пакет, прежде чем снова поднять глаза на Твайлайт, приподняв бровь.       — Давай, — сказала она, махнув копытом. — Открой его и надень!       "А нужно ли вообще?" — подумал я, все равно поднимая пакет. Разорвав коричневую бумагу и бечёвку, я остановился и посмотрел на чёрный предмет одежды, спрятанный внутри. Когда я поднял его, то понял, что на самом деле это были два предмета одежды: рубашка с длинными рукавами и пара брюк, оба предмета одежды были чёрные.       — Ну? — фыркнула Твайлайт, когда я уставился на одежду. — Надевай!       «Зачем?» — спросил я, опуская рубашку на руки.       — Потому что это понадобится тебе для того, что мы собираемся сделать, — сказала Твайлайт так, словно это была самая очевидная вещь в мире.       — А что именно мы делаем? — спросила Авера.       — Не вы трое, — сказала Твайлайт, прежде чем встать между мной и ими. — Это только для нас с Максом. Не волнуйся, — добавила она, когда Авера скептически посмотрела на нее, — мы не покинем дворец.       «А что именно мы сделаем?» — спросил я, приподняв бровь.       — Ну, сначала ты наденешь это, — сказала Твайлайт, указывая на одежду у меня на коленях. Я снова посмотрел на одежду, прежде чем пожать плечами. "В чем дело? Это же просто одежда."       Завернув одежду обратно в коричневую бумагу, я встал с кровати и направился в ванную. Когда я открыл дверь, свечи снова вспыхнули, вернувшись к своему первоначальному цвету. Их вид вызвал у меня улыбку. Убедившись, что дверь за мной закрыта, я щелкнул пальцами, почти сразу же изменив цвет пламени на весёлый розовый.       Я хихикнул, снова щёлкнув пальцами — заставляя пламя стать глубоким, насыщенным фиолетовым — прежде чем обратить своё внимание на пакет в моих руках. Позволив коричневой бумаге упасть на пол, я развернул одежду и посмотрел на неё поближе. Она была сделана из лёгкого чёрного материала, который казался твёрдым, но был удивительно эластичным.       Я изучал их ещё несколько секунд, прежде чем пожать плечами. Сняв свой нынешний наряд, я надел новый комплект. Он облегал моё тело, но все же позволял комфортно двигаться. Он был теснее, чем все, что я носил дома, но все же я не чувствовал себя таким стеснённым, как думал. В конце рукавов были отверстия, которые позволяли моим большим пальцам просунуться, заставляя рукава закрывать большую часть моей руки.       Проведя руками по ткани, я посмотрел на себя в зеркало, одарив своё отражение ошеломлённым взглядом. Я выглядел так, будто был в чёрном комбинезоне, почти как ниндзя или Солид Снейк из Metal Gear Solid.       Продолжая разглядывать себя в зеркале, я не мог сдержать порыва. Подняв воротник рубашки над носом, я продолжил рубить рукой воздух передо мной, вращаясь вокруг, и в основном делая из себя дурака.       Через пару минут я остановился и опустил ворот рубашки на прежнее место. Бросив на себя последний взгляд в зеркало, я наклонился и подобрал сброшенную одежду. Открыв дверь в ванную, я выскользнул наружу, свечи погасли позади меня. Когда я вышел, Твайлайт подняла голову и широко улыбнулась.       — Превосходно! Они идеально на тебе сидят, — сказала она, радостно хлопая копытами. — Я боялась, что они окажутся слишком маленькими. — Встав, она прошла мимо меня в ванную, на ходу открывая седельные сумки. — Моя очередь!       Когда дверь ванной закрылась, я обернулся, чтобы посмотреть на остальных.       — Кто-то хочет сделать ставку на то, что происходит? — спросила Авера, приподняв бровь.       — Чёрт, если бы я сама знала, — сказала Эбони, качая головой. Праймроуз только пожала плечами.       «Не знаю, — подписал я. — но, судя по тому, что на мне надето, это будет либо интересно, либо крайне забавно.»       — Я бы поставила свои биты на забавное, — проворчала Праймроуз, протирая глаза передним копытом. Она сделала паузу, прежде чем её глаза расширились, и она выругалась: — Мои биты все ещё на столе в столовой! Это заставило глаза Эбони также расшириться в тревоге:       — Чёрт! И мои тоже!       Парочка быстро бросилась к двери и помчалась по коридору в безумной спешке, чтобы вернуться в столовую. Авера ошеломлённо посмотрела на раскачивающуюся дверь, прежде чем посмотреть на меня.       — Ну, раз уж нас не пригласили на эту маленькую вечеринку, я просто пойду за ними, — сказала она, распушив крылья. Я кивнул, и она быстро последовала за своими товарищами-охранниками, закрыв за собой дверь.       Когда в комнате воцарилась тишина, я подошёл к дивану. Усевшись на него, я взял свои сумки и начал их перебирать. Радужное пятно покрывало бок одного из мешков. Оно было слабым, но все ещё видным на фоне темно-фиолетовой ткани. Вытащив один из своих блокнотов, я положил его на колени и открыл чистую страницу. Достав также угольную палочку, я продолжил рисовать, пока ждал.       Вскоре у меня появился карикатурный рисунок аликорна, гоняющегося за своим хвостом в воздухе со счастливой улыбкой на лице. Я несколько секунд смотрел на рисунок с лёгкой улыбкой на лице, прежде чем пририсовать ей усы. И монокль. И цилиндр.       Когда я закрыл блокнот и сунул его обратно в сумку, дверь ванной распахнулась. Я поднял глаза только для того, чтобы ещё раз взглянуть на то, во что была одета Твайлайт. На ней был чёрный костюм, который приятно облегал её тело. Отверстия по бокам позволяли её крыльям быть свободными. Копыта костюма, казалось, были мягкими, заглушая её шаги, когда она шла. Левитируя свои седельные сумки к кровати, она улыбнулась.       — Удивительно, они все еще подходят мне. Мне нужно было только добавить пару отверстий для крыльев.       «Вот и славно, — подписал я, вставая. — Но почему мы так одеты?» — Твайлайт помолчала, прежде чем застенчиво улыбнуться мне.       — Это, э-э… это сюрприз, — Она слабо рассмеялась. Я поднял бровь.       «Мне понравится этот сюрприз?»       — Скорее всего, — быстро ответила Твайлайт, — хотя я думаю, что оставлю это сюрпризом ещё немного. — Я смотрел на неё ещё несколько секунд, прежде чем пожать плечами.       «Ну, пока это не закончится так же, как последний сюрприз, который я получил, меня это вполне устраивает.»       — Превосходно! — счастливо прощебетала Твайлайт, хлопая обитыми копытами. Она посмотрела в окно, прежде чем продолжить: — Похоже, Луна уже подняла луну на вечер, так что это должно сработать идеально. Пошли!       Когда она направилась к двери, я поднял свои сумки и застегнул их на поясе. Встав позади Твайлайт, я наблюдал, как она приоткрыла дверь и высунула голову, оглядываясь по сторонам, прежде чем выскользнуть наружу.       Я вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. Обернувшись, я остановился, когда увидел, что Твайлайт крадётся по коридору, прижимаясь к стене на цыпочках. Я поднёс руку к лицу, несколько секунд ошеломлённо наблюдая за ней, а потом тихо рассмеялся. Мягко ступая, я последовал за ней по середине коридора.       Я не совсем понимал, куда мы идём, но Твайлайт, казалось, не хотела, чтобы нас видели. Всякий раз, когда мы подходили к перекрёстку, она проверяла, чист ли горизонт, прежде чем броситься вперёд. Она избегала света факелов на стене, стараясь держаться в тени, насколько это возможно. При малейшем звуке она замирала, ее уши поднимались и дрожали.       Я просто добросовестно следовал за ней, держа руки в карманах. Я останавливался, когда она делала это, и снова начинал идти, когда она двигалась вперед. Мы продолжали эту небольшую прогулку почти полчаса, пока я не оказался в той части замка, где никогда раньше не бывал. В ней было больше индустриального духа, чем во всем остальном замке. Двери теперь были металлическими, и на них, казалось, были выгравированы буквы и цифры. Проходя мимо одной из них, я взглянул на неё.

Институт гуманитарных исследований НИОКР — 129

      Я замолчал, глядя на слова. Я медленно повернулся, чтобы посмотреть на Твайлайт.       «Ладно, серьёзно. Что мы здесь делаем? Мы вообще должны быть здесь?»       — Тсс, — шикнула на меня Твайлайт, с жаром оглядываясь по сторонам. — Мы здесь, чтобы кое-что посмотреть.       «Хорошо, но...»       — Тсс! — Твайлайт снова шикнула на меня, прежде чем скользнуть вперед. Я оглянулся на дверь, покусывая внутреннюю сторону щеки. Через несколько секунд я вздохнул и медленно последовал за ней. "И почему я вспоминаю одну фермершу, выращивающую яблоки?"       Когда я наконец догнал Твайлайт, она выглядывала из-за угла, низко опустив голову. Несколько секунд она стояла неподвижно, потом медленно завернула за угол и пошла по соседнему коридору. Она успела сделать всего несколько шагов, прежде чем замерла, навострив уши.       — Караул! — прошипела она, бросаясь в тень ближайшей колонны. — Прячься! — Я просто стоял в центре коридора с растерянным выражением лица. — Не стой там просто так, прячься! — зашипела на меня тень. — Нет, не смотри на меня! — добавила она, когда я взглянул в её сторону.       Пока я стоял, почесывая затылок, сзади послышался звук приближающихся копыт. Оглянувшись через плечо, я увидел приближающегося стражника. Это был темно-серый единорог, облачённый в лавандовые доспехи лунной стражи. Подойдя ближе, он с любопытством посмотрел на меня.       — Ты немного задержался, да, парень? — спросил он. — А твой хозяин знает, что тебя нет дома? — его глаза скользнули к моим седельным сумкам, расширившись, когда он увидел на них кьютимарку. — Принцесса Спаркл знает, что ты бродишь один?       Я просто стоял и смотрел на стражника с отсутствующим выражением лица. Он помолчал несколько секунд, прежде чем фыркнуть.       — Ну, какова бы ни была причина, не задерживайся допоздна, — сказал он, прежде чем обойти меня и направиться дальше по коридору.       Через несколько секунд после того, как охранник завернул за угол и исчез из виду, из тени появилась Твайлайт с раздражённым выражением на лице.       — Почему ты не спрятался? — спросила она, подёргивая ухом. Я немного смущённо посмотрел на неё.       «Почему ты спряталась? Разве мы не должны быть здесь?» — Это заставило Твайлайт замереть, её уши откинулись назад.       — Н-ну, нет, но… нам нужно… — она сделала паузу, уставившись на меня с пустым выражением лица, прежде чем тихо фыркнуть. — Неважно, — фыркнула она, проходя мимо меня. — Пошли уже. — Я шмыгнул носом, потирая его тыльной стороной ладони, прежде чем последовать за ней. Мой желудок тихо урчал, когда я шёл, напоминая, что моему телу всё ещё не хватает калорий.       — Ты всё ещё голоден? — удивлённо спросила Твайлайт, оглядываясь на меня через плечо. Я кивнул, одарив её робкой улыбкой. Несколько секунд она молчала, потом тихо вздохнула.       — Напомни мне принести тебе что-нибудь с кухни, когда мы закончим здесь, — тепло сказала она, прежде чем снова обратить своё внимание на то, что было перед ней. Она смотрела на двери, когда мы проходили мимо, бормоча себе под нос. Её внимание переместилось с правой стороны коридора на левую и обратно, когда она посмотрела на номера дверей.       Через несколько минут Твайлайт внезапно остановилась, и я чуть не споткнулся о неё.       — А, вот мы и здесь! — счастливо прощебетала она, указывая на дверь слева. Оглянувшись, я увидел выгравированные на двери слова.

Институт гуманитарных исследований B&A — 334

      «А что здесь?» — спросил я.       — Увидишь, — сказала Твайлайт, бочком пробираясь к двери. Она посмотрела в обе стороны коридора, прежде чем прижаться ухом к металлической двери. Её рог мягко засветился, и она закрыла глаза, её язык высунулся в милой манере, когда она сосредоточилась.       Через несколько секунд дверная ручка приобрела тот же цвет, что и магия Твайлайт, ее глаза все еще были закрыты, а брови нахмурены. Раздался громкий щелчок, и она ахнула, открыв глаза и широко улыбаясь. Отодвинув голову от двери, она взялась за ручку и повернула ее. Дверь бесшумно распахнулась.       — И... откройся! — хихикнула Твайлайт, заглянув в затемнённое помещение. Маленький шарик лавандового света появился на кончике её рога, раздвигая тени. Она помедлила, глядя в комнату в течение нескольких секунд, прежде чем войти внутрь. Я просунул голову в комнату вслед за ней. «Зачем мы вообще зашли в эту комнату?»       Она не ответила. Она просто кралась по комнате, поглядывая по сторонам и тихо бормоча что-то себе под нос. Луч света от ее рога скользнул по комнате в поисках чего-то. Она помолчала, заглядывая под стол, прежде чем продолжить поиски. Я вздохнул, качая головой, прежде чем последовать за ней.       Войдя в комнату, я огляделся, щурясь, чтобы разглядеть что-нибудь в полумраке. Из того, что я мог видеть, несколько столов, покрытых лавиной бумаг и свитков, усеивали комнату. Еще была пара передвижных досок, расставленных наугад по всей комнате, каждая из которых была покрыта письменами и уравнениями, которых я не понимал. Вдоль одной из стен выстроились различные флаконы и сосуды, тихо булькая на медленном огне.       В общем, это было похоже на импровизированную лабораторию, хотя для какой цели она была построена, я не мог сказать. Ещё раз оглядев комнату, я заметил странное устройство, стоящее в углу. Похоже, кто-то взял электрическую инвалидную коляску и соединил её с вращающимся креслом. Провода тянулись от маленькой коробочки, прикреплённой к нижней части устройства, к маленькому аппарату, встроенному в подлокотник, из которого торчал красный джойстик.       С любопытством разглядывая эту штуковину, я сделал шаг вперед, но тут что-то мягко хрустнуло у меня под ногой. Взглянув вниз, я увидел, что наступил на кучу перьев. Они были светло-коричневыми с оттенками серого, и, взяв одно из них, я заметил, что они были немного больше, чем у Твайлайт. Выпрямившись, я с любопытством посмотрел на перо в своих пальцах, медленно поворачивая его.

Твайлайт Спаркл

      Когда конус света проплыл по комнате перед ней, Твайлайт слегка нахмурилась.       — Так куда же они его положили? — пробормотала она себе под нос, прижав одно ухо к голове. Позади себя она услышала, как Макс переминается с ноги на ногу, тихо ворча. Не обращая внимания на своего человека, она продолжала искать намеченную цель.       Перебирая бумаги на одном из столов, она тихо фыркнула.       — Где же он? — Её хвост в волнении метался взад-вперёд. — Только не говорите, что они перенесли его, не сказав мне, — проворчала она, позволяя бумагам упасть обратно на стол.       Подняв глаза, Твайлайт недовольно бормотала, оглядывая комнату.       — Только не говорите мне, что это была пустая трата времени, — начала она, но остановилась, когда её взгляд упал на что-то в глубине комнаты, лежащее на подставке на маленьком письменном столе. Оживившись, она сделала неуверенный шаг вперёд, её глаза сузились. Через несколько секунд её глаза распахнулись, и она радостно завизжала, бросаясь вперёд.       Практически вприпрыжку подойдя к столу, Твайлайт остановилась и уставилась на предмет с широкой улыбкой на лице. Айфон Макса мягко поблёскивал в свете её рога, удобно устроившись на изготовленной на заказ стеклянной подставке. Она видела своё отражение в треснувшем экране, её глаза радостно сверкали.       — Вот ты где, — проворковала она, протягивая копыта и осторожно поднимая устройство. — А теперь давай приступим к работе.       Держа устройство в одном копыте, она кончиком другого нажала круглую кнопку в нижней части экрана. Экран мгновенно загорелся, и в его центре появилось изображение родного мира Макса. Глаза Твайлайт быстро метнулись туда, где находился значок батареи, как назвал его Макс. Сейчас он показывал, что заряжен на сорок два процента.       — Отлично, он всё ещё заряжен, — пробормотала Твайлайт. Однако она чуть не выронила трубку, когда рядом с ней появилась голова Макса с растерянным выражением на лице.       — Это то, что мы искали? — спросил он. — Почему мы вломились сюда только для того, чтобы посмотреть на это?       — Мы не вламывались, — проворчала Твайлайт, перестав теребить телефон в своих копытах. Макс моргнул, прежде чем оглянуться на дверь, которая была оставлена приоткрытой. Он снова посмотрел на Твайлайт, приподняв бровь.       — Мы. Не. Вламывались, — повторила она, раздражённо взъерошив перья. — Я, как принцесса Эквестрии, имею полное право исследовать это устройство, когда захочу.       — А дверь? — ошеломлённо спросил Макс.       — Я не хотела беспокоить доктора из-за его ключей, — сказала Твайлайт, прижав уши к голове и смущённо улыбнувшись ему. Макс несколько секунд пристально смотрел на неё, а потом раздражённо покачал головой. С этими словами он вернулся к изучению пера, зажатого между пальцами, явно не интересуясь, зачем Твайлайт понадобился его телефон.       — Тем лучше, — пробормотала Твайлайт, возвращая своё внимание к устройству. — В таком случае это будет ещё больший сюрприз.       Пока она говорила, телефон отключился, и ей пришлось снова нажать на кнопку. Как только экран засветился, она положила кончик своего копыта на ту часть, которая говорила ей «скользить, чтобы разблокировать». Однако, когда она попыталась провести копытом по экрану, ничего не произошло.       — Ну да, копыта не работают, — нахмурившись, проворчала Твайлайт. Уставившись на экран в течение нескольких секунд, она наклонилась вперёд и прижалась к нему мордой. Быстрый рывок её головы, и телефон открылся с мягким щелчком. Она улыбнулась про себя, когда появился «главный экран» с рядами маленьких квадратных значков, покрывающих его.       — А теперь давай посмотрим, — пробормотала Твайлайт, пролистывая меню носом, ее глаза слегка косили, когда она просматривала. — Это была фотография подсолнуха, не так ли? Где же он? — ее морда случайно активировала один из значков, и она удивлённо моргнула, когда экран стал синим и перед ней появились слова «Facebook».       — Нет, это не то, — фыркнула она. — Как Макс выбирался из них раньше? — водя копытом по экрану, она улыбнулась, когда оно снова ударило по круглой кнопке, отправляя ее обратно к «главному экрану».       — А теперь мне нужен тот, на котором написано… а! — она улыбнулась, увидев то, что искала: подсолнух со словом «фотографии» под ним. Прижав его кончиком морды, она тихонько пискнула, когда на экране появились ряды картинок.       Она начала быстро просматривать фотографии, её глаза метались туда-сюда, пока она искала конкретную фотографию. Её глаза загорелись, когда она наконец нашла её. Приблизив морду к экрану, она постучала по картинке носом, увеличивая её. На фотографии Макс и его бывшая подруга стояли бок о бок, обнявшись. Женщина склонила голову на плечо Макса, глядя на Твайлайт с улыбкой на лице. Твайлайт несколько секунд тупо смотрела на фотографию, потом закрыла глаза и тихо вздохнула. Когда она снова открыла глаза, то посмотрела через плечо на Макса, который все еще был занят пером. Сглотнув, Твайлайт снова обратила внимание на телефон.       — Ладно, давай сделаем это. Глядя на фотографию, Твайлайт начала складывать в память как можно больше информации. У неё каштановые волосы, прямые, ниспадающие до плеч, небольшой пучок торчит сзади. Безмятежные голубые глаза, очерченные намёком на макияж. Мягкое лицо, округлые скулы. Небольшая щель в передних зубах, но зубы не кривые. Брови кажутся выщипанными или подстриженными, а лоб не так выпячен, как у эквестрийских людей. Нос также немного меньше. После того, как она впитала столько информации, сколько смогла, она наклонилась вперёд и провела носом по экрану, переходя к следующей фотографии. Она продолжала водить носом, пока не наткнулась на другую фотографию с человеческой женщиной на ней. Если она правильно помнила, это была мать Макса.       "Ладно", — подумала Твайлайт, глядя на человека. — "Помни, общие характеристики. Земляне немного отличаются от эквестрийских людей, и я хочу узнать эти подробности."       Это продолжалось несколько минут; Твайлайт пролистала телефон Макса, ища фотографии человеческих женщин и изучая их. Хотя она могла бы просто пойти на ферму Эпплджек и попросить изучить пару ее самок, она хотела быть как можно ближе к тому, что Макс знал дома. В конце концов, если заклинание Селестии сработает так, как она описала, Твайлайт сможет сформировать черты, которые она хотела, а она хотела, чтобы они были идеальными.

* * * От лица Макса * * *

      Пока Твайлайт возилась с моим телефоном, я изучал комнату, в которой мы находились. Теперь, когда мои глаза привыкли к темноте, я начал замечать груды перьев, усеивающих комнату. Некоторые из них находились в углах комнаты, другие — под столами и тумбами. На одной из книжных полок даже лежала груда первичных перьев. Либо кто-то их собирал, либо у кого-то была проблема с линькой.       Наклонившись, чтобы вернуть перо, которое я взял, обратно в кучу, я остановился. На деревянном полу виднелись длинные царапины, словно кто-то царапал пол когтями. Или ножами, учитывая глубину порезов. При дальнейшем осмотре я заметил, что по всему полу были царапины. Все они были одинаковыми, всегда сгруппированными в три параллельные царапины.       "Что проходило через эту комнату?" — подумал я, проводя пальцами по одному из порезов. — "Росомаха?"       Когда я встал, Твайлайт слегка сдвинулась позади меня.       — О, черт, — выдохнула она едва слышно. — Я не хотела на него нажимать. — Не обращая на неё внимания, я снова оглядел комнату, покусывая внутреннюю сторону щеки. Внезапно я почувствовал, как по спине пробежала дрожь, по коже побежали мурашки. Жуткое чувство, что за мной наблюдают, охватило меня, и я резко повернул голову, вглядываясь в тёмные углы комнаты.       Однако там ничего не было. Я медленно повернулся, мой взгляд метался туда-сюда, пока я искал любой признак чего-то в комнате с нами.       Здесь ничего нет! В тени не было ничего, кроме перьев и пыли.       Через несколько мгновений, когда ничего не произошло, я начал медленно продвигаться к Твайлайт. Я успел сделать только один шаг, когда заиграла громкая музыка, напугав меня до полусмерти и заставив подпрыгнуть.       — Это здорово, все начинается с землетрясения, птиц и змей, и самолёта, а Ленни Брюс не боится!       Твайлайт удивлённо вскрикнула, её крылья раскрылись, а рог заискрился. Телефон мгновенно слетел с её копыт, подброшенный высоко в воздух, все ещё играя музыку. Она вскинула голову и снова вскрикнула, увидев, как телефон изогнулся в воздухе и начал падать обратно на землю. Бросившись вперёд, Твайлайт быстро расправила одно из своих крыльев, используя его как страховочную сетку при падении.       Когда телефон приземлился в её мягкие перья, она сомкнула вокруг него крыло, смягчая падение. Прижав крыло к груди, она открыла его и быстро начала возиться с телефоном, в её глазах застыла паника. Через несколько секунд музыка смолкла, и в комнате снова воцарилась тишина.       Твайлайт медленно подняла голову, повернув её, чтобы одарить меня застенчивой улыбкой.       — Хе-хе… ой, — слабо засмеялась она.       Я пошевелил руками, чтобы ответить, но был прерван, так как комната внезапно наполнилась громким жужжанием и щёлканьем. Зрачки Твайлайт сузились, уши откинулись назад.       — О нет, — выдохнула она, поднимая копыто. — Дроны доктора!       Я сделал шаг назад, оглядываясь вокруг, чтобы найти источник жужжания. Казалось, он доносится отовсюду, сам воздух гудит от него. Когда звук стал громче, я в замешательстве посмотрел на Твайлайт. "Что, черт возьми, происходит?"       Она снова посмотрела на меня, и белки её глаз блеснули. Телефон, когда-то бывший центром её внимания, теперь свободно покоился в её копытах. Она судорожно сглотнула, прежде чем открыть рот. Но прежде чем она успела заговорить, с потолка на неё набросилась чёрная фигура. Она вскрикнула от удивления и шока, когда что то вцепилось в неё, её рог зажегся. Я издал визгливый лай, мои глаза расширились. "ТВАЙЛАЙТ!"       Бросившись вперёд, я поспешил ей на помощь. Как только я это сделал, вторая тёмная капля отделилась от теней потолка и полетела прямо на меня. Короткий взгляд красных куполообразных глаз был всем, что я успел увидеть, прежде чем магия вокруг рога Твайлайт выстрелила, ударив меня в грудь. Мир потемнел, когда мои лёгкие сдавила невидимая сила. Я был атакован сильным тянущим ощущением, дёргающим меня через темноту. Мой желудок подскочил к горлу, и я почувствовал головокружение.       Через долю секунды оно прекратилось, и мир с громким хлопком вернулся в поле зрения. Внезапно я осознал, что сжимаю в объятиях что-то тёплое и мягкое. Приоткрыв глаза, я удивлённо моргнул, так как моё зрение было заблокировано странной темно-синей стеной меха. Мой взгляд медленно поплыл вверх... прямо в голубые глаза принцессы Луны. Она посмотрела на меня сверху вниз с озадаченным выражением лица, слегка приподняв бровь. Мои руки обвились вокруг ее шеи, мое тело примостилось между ее передними ногами.       Тихий гул голосов заставляет меня оглянуться. Меня телепортировали в тронный зал, прямо на колени Луны. Вокруг тронного помоста с потрясёнными лицами собралось не меньше дюжины пони, одетых в пышные наряды с оборками. Был даже один с моноклем перед глазом. Перед Луной стояли два стражника, оба растерянно оглядывались на меня.       — Ну, привет, — сказала Луна, снова привлекая моё внимание к ней. На её лице играла лёгкая весёлая улыбка.       Я моргнул, прежде чем улыбнуться ей сомкнутыми губами.       — Чему мы обязаны этим удовольствием? — она продолжала, её голос был мягким, едва ли выше шёпота. Её глаза метнулись к моему плечу, а улыбка стала шире. Её рог зажегся, и я почувствовал, как что-то сняли с моего плеча. — А, я вижу, вы с юной Твайлайт Спаркл рыскали по лаборатории доброго доктора, не так ли? — я кивнул, едва шевеля головой. — Дай угадаю, дроны? — я снова кивнул, чем заслужил лёгкий смешок от Луны.       Она повернула голову и посмотрела на одного из своих охранников. — Сходи в лабораторию доктора. Нам лучше освободить Твайлайт, пока дроны не слишком развлеклись с ней.       — Конечно, ваше величество, — сказал стражник, отдавая честь, и потрусил прочь.       Когда он пробирался сквозь толпу, как я предположил, дворян, один из них выступил вперёд. Это был белый единорог, одетый в чёрный костюм, его рыжая грива была зачёсана назад.       — Ваше высочество, с вами все в порядке? — спросил он, явно изображая беспокойство. — Этот... верзила не причинила вам вреда, не так ли? — Он бросил на меня свирепый взгляд, его глаза сузились.       — Нет, Сильвер Стрим, — сказала Луна, качая головой, и положила крыло мне на спину. — Мы просто испугались. Не каждый день человек так охотно падает к тебе на колени.       — Какая мерзкая тварь, — сказала одна из дворянок, пожилая кобыла, высокомерно глядя на меня. — Вы только посмотрите, какой он… неряшливый. Неопрятный. Ясно, что нипони уже давно за ним не ухаживал.       — Принцессе Спаркл, кажется, нравится этот вид, — сказала Луна, с весёлым видом пробегая глазами по моей бороде. У меня вдруг возникло ощущение, что она играет с дворянами. — В конце концов, это её человек. — Ещё один вздох пробежал по толпе, подтверждая мои подозрения.       Глаза рыжегривого единорога загорелись, а по его морде пробежала улыбка, от которой у меня по спине побежали мурашки.       — Принцесса, — проворковал он, делая шаг вперед. — Если вы позволите, могу я вернуть принцессе Спаркл её человека? Она, наверное, волнуется за него, нет?       Луна склонила голову набок с задумчивым выражением на лице.       — Отличная идея, Сильвер Стрим, — сказала она, и улыбка Сильвера стала еще шире. — Лейтенант Шейд, — она повернулась и посмотрела на второго стражника, — если вы будете так добры, пожалуйста, верните этого человека капитану Праймроуз. Я думаю, что в данный момент ее можно найти в столовой. Она может присматривать за ним до тех пор, пока принцесса Спаркл снова не освободится.       Улыбка полностью исчезла с лица Сильвер Стрима.       — Ваше высочество, я вынужден настаивать, — начал он, когда я слез с колен Луны.       — Все в порядке, Сильвер, — прервала его Луна, поднимая копыто. — Мой страж справится с этой задачей. В конце концов, это всего лишь один человек. — Сильвер нахмурился, но опустил голову и попятился.       Гвардеец приблизился, махнув копытом, чтобы я следовал за ним. Дворяне расступились, когда мы со стражником проходили мимо, некоторые кобылы пристально смотрели на меня, слегка ухмыляясь. "Я чувствую себя куском мяса." К счастью, никто из них не двинулся с места, чтобы остановить нас, и вскоре мы достигли дверей тронного зала. Когда массивные двери закрылись за нами, стражник повернулся и посмотрел на меня.       — Пошли, — сказал он и пошел по коридору. — Давай вернемся к капитану.       Мы двинулись по коридору, доспехи стражника тихо позвякивали в тишине. Время от времени он оглядывался на меня, чтобы убедиться, что я следую за ним. Когда мы завернули за угол, гвардеец чуть не врезался лицом в кобылу, идущую в противоположном направлении. Судя по одежде, она тоже была аристократкой. Как только я встал за спиной стражника, глаза кобылы метнулись вверх, чтобы посмотреть на меня. Легкая ухмылка мелькнула на ее морде.       — Так, так, так, — хихикнула она, склонив голову набок. — Что это у нас тут? Человек принцессы Спаркл разгуливает без своего хозяина? Вот это сюрприз.       — Прошу прощения, мэм, — проворчал стражник, — но я должен отвести его к его куратору.       — Конечно, — сказала кобыла, возвращая свое внимание к нему. Она захлопала ресницами, одарив его страстным взглядом. — Или ты можешь оставить его со мной.       "О, черт возьми, нет", — подумал я, когда стражник фыркнул.       — Я… Я сожалею, мэм, — сказал он, качая головой, — но у меня есть приказ. А теперь, будьте любезны, отойдите в сторону.       "Скажи ей уже!" — подумал я, молча подбадривая гвардейца.       — Ох уж эти мерзкие приказы, — вздохнула кобыла, прислонившись к стражнику и потирая копытом его нагрудник. Её рог зажегся, и мешок с битами взлетел перед ним. — Неужели я ничего не могу сделать, чтобы переубедить тебя?       — Я… я правда не должен, — заикаясь, пробормотал охранник, откинув назад уши. Он судорожно сглотнул, когда мешок с битами левитировал в его боковую сумку.       "... ты ублюдок, — проворчал я, с отвращением качая головой. Мой взгляд метнулся в сторону, и я оживился, заметив знакомое зрелище. — О… все будет хорошо."       — Не волнуйся, — услышал я шёпот кобылы на ухо стражника. — Я обязательно верну его принцессе Спаркл… когда закончу с ним. — Оттолкнувшись от него, она повернулась и посмотрела на меня. — Хорошо, большой мальчик. Давай вернёмся в мою ко-О, боже! — вскрикнула она, когда я внезапно поднял её и взвалил на плечо.       — Ну, — сказала она, ухмыляясь взволнованному стражнику, — он, кажется, знает, что он хо... ААААААХАХАХАЙХ! — вскрикнула она от удивления, когда я швырнул её в открытый шкаф для уборки чуть в стороне. Бесцеремонно приземлившись в ведро, полное мыльной воды, она дико задёргала задними ногами, пытаясь вырваться.       Я со щелчком закрыл дверцу шкафа, прежде чем толкнуть перед ней небольшую колонну. Выпрямившись, я отряхнул руки, прежде чем оглянуться через плечо на стражника. Он взглянул на меня, его уши откинулись назад, когда он сделал нервный шаг назад. — Гм… хороший мальчик?       Я смотрел на него несколько секунд, прежде чем одарить его широкой, полной зубов улыбкой. С этими действиями я повернулся и направился по коридору в столовую, тихонько насвистывая себе под нос.

* * *

      Харт Кеар зевнула, её челюсть слегка хрустнула. Смаргивая слезы с глаз, она потёрла их передним копытом, прежде чем поправить очки на носу.       — Больше не буду сидеть и читать дурацкие любовные романы, — пробормотала она себе под нос. Было уже достаточно трудно заснуть, когда солнце стояло в небе; ей не нужно было ничего добавлять к этому.       — Мне просто пришлось согласиться работать в ночную смену, — фыркнула она, подавляя очередной зевок, прежде чем вернуться к своей работе. Обойдя медицинский стол, она посмотрела на человека, который в данный момент был привязан к металлической поверхности.       — Человеческий самец, найденный бродящим по улицам Кантерлота, — продиктовала она, держа перо и планшет рядом в своей магии. — Был захвачен Лунной Гвардией сегодня рано вечером. Проявлял агрессивное поведение по отношению к пытающимся поймать его, и продолжал бороться после захвата. Его накачали наркотиками, но действие транквилизатора закончилось раньше, чем ожидалось.       — Он выглядит зрелым, вероятно, около восьми лет. — Подойдя к голове человека, она посмотрела на него сверху вниз, изучая его черты. Глаза человека следовали за ней по комнате, его голова была крепко привязана к месту. Кляп во рту мешал ему наброситься на неё.       — Голубые глаза, каштановые волосы, густая борода, — перечислила она, добавив информацию в планшет, прежде чем продолжить. Оттянув его губы, она внимательно осмотрела зубы, рассматривая их сквозь кляп. Человек недовольно зарычал, но Харт Кеар не обратила на него внимания.       — Его зубы, кажется, слегка деформированы. Возможно, намеренно. Они выглядят острее, чем должны быть, — пробормотала она, нахмурив брови. — Зачем кому-то делать такое с человеческими зубами? Я знаю, что бойцы ямы любят давать своим людям все возможные преимущества, но его тело не показывает никаких признаков боевых повреждений. — сморщив лицо, Харт Кеар цыкнула, прежде чем вздохнуть.       Медленно обходя человека, она тыкала копытом в разные части его тела, тихо напевая себе под нос. Засветив рогом, она приподняла край разорванной рубашки человека, заглядывая под неё.       — Он выглядит слегка истощённым, хотя и мускулистым, — сказала она, отключая свою магию и позволяя одежде упасть на место. Её взгляд метнулся к его руке, и брови поползли вверх. — Отметина на руке. Но это не клеймо. Она почти похожа на искусственную кьютимарку. Это чёрный ящик с жёлтой звездой внутри и маленькой белой звездой внутри него. Отметим для можно более точной идентификации владельца.       Нарисовав символ на бумаге в планшете, она отметила какую-то информацию, прежде чем взять термометр своей магии.       — Для человека его возраста он выглядит совершенно здоровым, — сказала она, прикладывая градусник к его лбу. — Ни артрита, ни катаракты, ни опухолей. — Термометр пискнул один раз, и кардиолог откинула его назад, взглянув на показания.       — Температура… девяносто восемь и шесть десятых градуса по Фаренгейту? —  Харт Кеар побледнела, ее глаза расширились. — Этого не может быть! — она пронзительно закричала, прежде чем положить термометр обратно на лоб человека. Через несколько секунд он снова запищал, и она сняла его, взглянув на дисплей. Температура по-прежнему показывала девяносто восемь и шесть десятых градуса.       — Что… но… этого не должно быть… к-как ты еще жив? — прошептала Харт Кеар, в шоке глядя на человека. Это было невозможно: средняя температура человеческого тела составляла восемьдесят шесть и три десятых. Люди впадали в бред при температуре выше восьмидесяти девяти градусов, а длительное воздействие при температуре выше девяноста пяти градусов было смертельным. Этот человек перед ней не должен быть живым!       И все же он был здесь, глядя на нее снизу вверх, очень живой.       — Это… я должна получить летний отпуск, — пробормотала Харт Кеар, делая шаг назад от человека. — Это невероятно! Нам нужно собрать больше данных, прежде чем мы сообщим… принцессам.       Харт Кеар затихла, покачиваясь на копытах. Она изо всех сил пыталась сфокусировать взгляд, планшет с грохотом упал на землю, когда ее магия замерцала и исчезла.       — Что? — она слегка запнулась, прежде чем, пошатнувшись в последний раз, рухнула на землю без сознания.       Человек удивлённо моргнул, когда глаза единорога закатились, и она внезапно упала на пол. Комнату заполнила тишина, прерываемая только прерывистым дыханием человека через кляп.       Пытаясь пошевелиться, человек согнул руки, прежде чем потянуть за веревки. Он застонал и напрягся, пытаясь высвободить конечности. Однако кожаные ремни не поддавались, и он остался лежать на столе, как в ловушке. Громко пыхтя, человек опустил руки и молча уставился в потолок. Затем из-за двери донесся стук копыт.       Повернув голову, человек увидел, как дверная ручка внезапно о кружилась болезненной жёлтой аурой. Дверь со щелчком распахнулась. Человек уставился на серого жеребца-единорога, стоявшего в дверях. Его темно-серая грива с белыми прожилками торчала в беспорядке.       Когда единорог вошёл в комнату, его голубые глаза скользнули вниз, к бесчувственному телу Харт Кеар. Планшет рядом с ней начал слегка дымиться, а затем внезапно вспыхнул пламенем. Через несколько секунд он превратился в пепел. Единорог фыркнул, его глаза сузились, прежде чем он снова обратил своё внимание на человека. Со вспышкой магии тот обнаружил, что свободен от своих оков. Быстро сев, человек начал вырывать кляп изо рта, сплевывая при этом. Спустив ноги со стола, человек встал, возвышаясь над новым пони. Глядя на жеребца сверху вниз, человек вывернул шею, громко хрустнув ею.       Жеребец только ухмыльнулся в ответ на эту демонстрацию устрашения. Его рог зажегся, заставив человека сделать шаг назад с рычащим визгом. Однако желтая аура окружала не человека, а горло пони.       — Ну, привет, — усмехнулся Архимаг, ухмыляясь человеку. — У меня есть… предложение для тебя, мой злобный друг.