Глава 50: Напряжение
2 декабря 2020 г., 05:00
Со стоном я медленно вернулся в мир живых. Мое тело затекло, я лежал голый в постели, и мозгу потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить причину. Когда воспоминания о том, что произошло прошлой ночью, вернулись, я снова застонал, прежде чем перевернуться на живот. Было еще слишком рано причислять меня к живым. Я разберусь со всем этим за несколько часов.
Завернувшись в простыни, я попытался снова заснуть. Я лежал там всего несколько минут, когда мое тело ясно дало понять, что ему нужно пописать. Сейчас.
С раздраженным ворчанием я заставил себя сесть, отчего простыни упали с меня. Приоткрыв глаза, я оглядел комнату. Занавески на балконе были приоткрыты, утреннее солнце пробивалось сквозь них, давая достаточно света, чтобы видеть. Моя рубашка и брюки были небрежно брошены на диван, вероятно, магией Твайлайт прошлой ночью. "Кстати говоря…"
Твайлайт в комнате не было. Ее место в постели было пусто, единственный признак того, что она здесь была — это несколько перьев. Дверь в ванную была открыта, и оттуда не проникал свет, так что ее там не было. Взглянув на дверь, ведущую в холл, я заметил, что она оказалась незапертой. Твайлайт, по-видимому, уже встала и ушла, прежде чем я проснулся.
Мое лицо нахмурилось, и я тихо фыркнул. Я надеялся, что она все еще будет здесь, и мы сможем поговорить о том, что произошло прошлой ночью. Мне придется поймать ее позже. Может быть, после того, как я найду Селестию и заставлю ее объяснить этот «жар» немного лучше. Может, я и не очень хорошо это понимаю, но существует огромная разница между тем, как прошла течка у Эпплджек, и тем, как она проходит у Твайлайт. В-основном, Твайлайт казалась ещё более насильственной. И, похоже, у неё было раздвоение личности.
Буду надеяться, что Селестия сумеет прояснить все вопросы. Я был серьезен, когда сказал Твайлайт, что готов попробовать свои силы в этих отношениях, но если она собирается вести себя именно так, то я сейчас уйду. Хотя я не возражал против того, что случилось прошлой ночью, я не собирался мириться с этим в течение длительного периода времени.
Мой мочевой пузырь снова сжался, напоминая мне, почему я не собираюсь снова спать в данный момент. Подползя к краю матраса, я заставил себя встать с удобной кровати.
Я поплелся в ванную, но остановился, когда почувствовал странное ощущение в промежности. Сбитый с толку, я посмотрел вниз и…
"Ох, это просто отвратительно." — Поморщившись, я отвернулся от ужасных последствий. — "Не могу поверить, что я так спал. Мне определенно нужно принять душ. А горничным, вероятно, придется сжечь простыни.… и одеяла… и матрас."
Войдя в ванную, я продолжил заниматься своими делами, все время стараясь не касаться слишком большого беспорядка внизу. Как только я закончил, я сразу же включил душ и прыгнул в воду. Как только теплая вода омыла мое тело, я судорожно вздохнул и закрыл глаза. Я просто стоял там несколько минут, наслаждаясь ощущением, прежде чем действительно начать мыться. Я оставил беспорядок внизу напоследок, сосредоточившись на остальном теле. Вымыв волосы, я потянул их, изучая их длину. Они снова стали длиннее, и я сделал мысленную заметку поговорить с Рарити о стрижке.
Мне потребовалось около двадцати минут, чтобы принять душ. Вытираясь, я вышел из ванной и огляделся. Твайлайт не вернулась, пока я был в душе, а это означало, что она все еще была на улице и делала что-то еще. Проходя мимо кровати, я остановился, прежде чем нагнуться и поднять большую часть перьев Твайлайт. Расправив их, я положил их на прикроватный столик на потом.
Теперь, когда я встал, принял душ и проснулся, я подумал, что мне, вероятно, следует пойти найти что-нибудь поесть, прежде чем искать Твайлайт. Мой желудок тихо заурчал, соглашаясь с моим решением. Взяв свою одежду, я оделся и вышел из комнаты. Убедившись, что дверь закрыта, я обернулся и удивленно моргнул, увидев стражницу, стоящую на противоположной стороне коридора.
Она пристально смотрела на меня, ее красные глаза не мигали. Одетая в доспехи Ночной Гвардии, ее рог торчал из отверстия в шлеме. У нее была кьютимарка, похожая на красный глаз, с крыльями летучей мыши, торчащими по бокам. Я также увидел два клыка, торчащих из-за ее губ. Ее ноздри раздулись, а зрачки, казалось, сузились, прежде чем вернуться к нормальному состоянию. Мы смотрели друг на друга несколько секунд, прежде чем я медленно поднял бровь.
— Ты идешь завтракать? — спросила она неожиданно легким голосом. У него был какой-то звон, почти как у серебряных колокольчиков. — Я провожу тебя в столовую. Приказ принцессы Селестии.
Я нахмурился и тихонько цокнул языком. Я знал дорогу в столовую; мне не нужен был провожатый. Видимо, заметив мое раздражение, стражница покачала головой. — Я просто провожу тебя в столовую, не более того. Вчера поздно вечером прибыл грифон-сановник, чтобы поговорить с принцессой Луной, и мы хотим избежать ненужных осложнений. Но после завтрака она уйдет, так что к тому времени я уже буду вне твоей гривы.
Опустив голову, я тяжело вздохнул, прежде чем сделать ей знак идти вперед. Пока мы шли, она все время держалась немного впереди меня, дыша через рот. Я с любопытством наблюдал за ней, не зная, что и думать об этом поведении. Время от времени она оглядывалась на меня, дважды проверяя, что я все еще следую за ней.
Нам потребовалось больше времени, чем обычно, чтобы добраться до столовой, так как стражница повела меня по боковым коридорам. Сначала я немного опасался этого, но когда мы начали проходить все больше и больше стражников, которые просто кивали моей сопровождающей, бросая на меня странные взгляды, я решил, что она действовала законно. Либо так, либо она была чертовски хорошим лазутчиком. Она молчала, пока мы не дошли до столовой. Повернувшись, она склонила голову, указывая на дверь. Ее лицо слегка покраснело, и она все еще дышала через рот.
— Здесь я оставлю тебя, — сказала она.
Когда я кивнул в знак благодарности, она повернулась и пошла по коридору, не сказав больше ни слова. Я смотрел ей вслед, пока она не завернула за угол, а потом толкнул дверь столовой и вошел.
Когда дверь за мной захлопнулась, я заметил, что вокруг стола уже сидят пони. Селестия сидела во главе стола, спиной к двери, в которую я только что вошел. Эпплджек и Рэйнбоу Дэш сидели по одну сторону стола, а Флаттершай и Рарити — по другую. Я предположил, что они пришли с Твайлайт, и если это действительно так, то где же Пинки?
"Вероятно, прячется, ожидая, чтобы удивить следующего, кто сядет завтракать", — размышлял я про себя, подходя к столу.
Эпплджек подняла глаза, когда я приблизился, и на её лице появилась улыбка.
— Ну, доброе утро, сахарок, — сказала она, когда я сел рядом с Флаттершай и взял кусочек тоста. — Как т… — она замерла, ее глаза расширились, а ноздри раздулись. Ее щеки мгновенно покраснели, и она приложила копыта к морде, закрывая нос.
Реакции остальных были схожи по своей природе. На лице Рэйнбоу вспыхнул яркий румянец, ее крылья широко распахнулись, едва не сбив Эпплджек с ног. Рарити выплюнула свой напиток, ее лицо было таким же красным. Флаттершай застыла рядом со мной, ее крылья тоже распахнулись, и она выглядела так, будто вот-вот потеряет сознание. Даже Селестия выглядела так, словно ее только что ударили, ее глаза были широко раскрыты, а на лице застыло потрясенное выражение. Я приподнял бровь, жуя свой тост.
— Блин, чувак, — Рэйнбоу подавилась, зажав нос копытами. — Так не круто. Я понимаю, что ты все еще злишься из-за вчерашнего, но что касается расплаты, то это удар ниже пояса!
— Ну, по крайней мере, мы узнали, почему Твайлайт была так счастлива этим утром, — пробормотала Рарити, обмахивая лицо салфеткой. — Не пойми меня неправильно, я очень рада, что она счастлива, но это было неуместно.
Я одарил их всех немного растерянным взглядом.
— Сахарок, — сказала Эпплджек, ее голос звучал гнусаво, когда она держала копыто над ноздрями. — Я рада за тебя, что ты хорошо провел время прошлой ночью, но в следующий раз почистись после этого, ладно? Если только ты не один из тех жеребцов, которые любят повыпендриваться.
На мой непонимающий взгляд Рарити фыркнула.
— Дорогой, когда кобыла и жеребец… э, делают дело, так сказать, обычно жеребец потом пахнет кобылой. Мы чувствуем на тебе запах Твайлайт, и это ещё мягко сказано. В то время как некоторым кобылам может показаться лестным, что жеребец готов расхаживать пахнущим как она, это имеет тенденцию возбуждать других кобыл. Особенно во время течки.
Мои глаза расширились от внезапного понимания, а щеки покраснели, когда я понял, что они подразумевают. Они чувствовали запах того, что Твайлайт и я занимались сексом. Внезапно, стражница, дышащая через рот, стала выглядеть намного более осмысленно. Как и странные взгляды, которые бросали на меня другие стражники.
С пылающим лицом я опустился на стул, пытаясь скрыть смущение.
— Ты действительно должен принять душ после этого, вместо того, чтобы разгуливать с ее запахом повсюду, — сказала Рарити, натянуто улыбаясь мне, ее щеки слегка покраснели. Моя голова дернулась вверх, и я уставился на нее через край стола, выражение беспокойства медленно пересекло мое лицо.
Это заставило ее улыбку исчезнуть.
— Ты… ты ведь еще не принял душ? — спросила она, словно не веря своим словам. Когда я кивнул, ее уши откинулись назад, а глаза расширились от шока.
— Во имя Создателя, — выдохнула Рарити, ее зрачки были размером с булавки. — Если он так силён после того, как ты принял душ… — Она замолчала, по ее спине пробежала дрожь.
На морде Рэйнбоу появилось напряжённое выражение, и мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что она пытается не рассмеяться. Наклонившись в сторону, она прошептала на ухо Эпплджек: — Я же говорила тебе, что она была подавлена. Например, реально сдерживалась. — Это заставило уголки губ Эпплджек дернуться вверх.
Я наблюдал за ними несколько секунд, прежде чем на меня упала тень. Я поднял глаза и удивленно моргнул, увидев Селестию, нависшую надо мной со зловещим выражением лица. Однако она смотрела не на мое лицо, а на мои запястья. Я тоже бросил взгляд вниз, но не заметил ничего подозрительного.
— Что случилось прошлой ночью? — спросила она бесстрастным голосом.
В этот момент я был напуган больше, чем когда Твайлайт удерживала меня прошлой ночью. Глаза Селестии горели внутренним огнем, который, казалось, горел, как тысяча солнц. Я почувствовал, как мое сердце начинает стучать в ушах, а дыхание застревает в горле. С четырьмя простыми словами и взглядом, она была более пугающей, чем даже стая мантикор. Теперь я наконец понял, почему Твайлайт так высоко ценила эту кобылу.
Сглотнув, я написал: «Она ждала в моей комнате, когда я вернулся. Мы поговорили, обсудив ее чувства ко мне, потом легли спать и… ну, да», — указал я на свое тело, указывая на свой запах. Я не хотел вдаваться в подробности; она уже знала, что произошло, по запаху. Ее глаза слегка сузились.
— Ничего странного не произошло?
Я не успел ответить, как двери столовой внезапно распахнулись, заставив всех посмотреть на них. Через несколько секунд вошла Твайлайт, практически проскочив через дверь с улыбкой на лице. Ее глаза остановились на мне, и улыбка стала шире, ее уши навострились, как у собаки.
— Доброе утро, Макс, — прощебетала она, подпрыгивая. — Доброе утро всем, — добавила она, заметив остальных обитателей комнаты. Подруги ответили на ее приветствие, пылая лицами. Селестия просто отпрянула назад, пристально глядя на Твайлайт, когда она обошла стол, направляясь ко мне.
Я отодвинул стул, чтобы она села рядом со мной, но она удивила нас всех, проигнорировав это. Вместо этого она запрыгнула ко мне на колени, быстро поцеловав меня в щеку, прежде чем устроиться поудобнее. Засветив своим рогом, она схватила кусок тоста и намазала его джемом.
Остальные просто ошеломленно наблюдали за происходящим, хотя на лице Флаттершай появился намек на улыбку. Селестия внимательно наблюдала за ней, слегка нахмурившись. Не обращая на них никакого внимания, Твайлайт прикончила свой тост и потянулась за вторым куском.
— Удобно? — спросил я, вынужденно обхватив её руками, словно в знак согласия. Это заставило ее радостно замурлыкать и прижаться к моим объятиям.
— О, да. Очень удобно, — кивнула она, с удовольствием жуя свой завтрак. Рэйнбоу Дэш прикрыла рот копытом, снова пытаясь подавить смех. Твайлайт смущенно посмотрела на нее.
— Что? — спросила она, проглатывая еду. — Что тут смешного?
— Ты уверена, что не хочешь сесть на стул, дорогая? — спросила Рарити с легкой ухмылкой на лице. Твайлайт немедленно покраснела и опустилась ниже на мои колени, но не двинулась с места. Она что-то пробормотала себе под нос, откинув назад уши.
— Прости, дорогая, что ты сказала? — спросила Рарити, наклоняясь вперед, и ее ухмылка стала еще шире.
— На стуле не так тепло, — сказала она чуть громче. Я "фыркнул" на это, а Флаттершай рядом со мной тихо хихикнула. Твайлайт надулась, глядя на меня через плечо. Я просто улыбнулся ей, прежде чем крепче сжать ее в объятиях. Я все еще хочу поговорить с ней о прошлой ночи, но это может подождать. Кроме того, ей было удивительно удобно.
— Ну, — внезапно сказала Селестия, вставая из-за стола. — День настал, и ряд королевских обязанностей требует моего внимания, так что мне лучше уйти. Твайлайт, ты не могла бы составить мне компанию на минутку? Мне нужно кое о чем с тобой поговорить.
— Эм… Нет, спасибо, я-я в порядке, — нервно сказала она.
Селестия остановилась на полпути к двери и оглянулась через плечо.
— Это была не просьба, — сказала она, поджав губы. — Пожалуйста, сопроводи меня. Это займет всего несколько минут.
Твайлайт оглянулась на меня, слегка нахмурившись, прежде чем снова посмотреть на Селестию. — Но… У меня уже есть планы, которые я должна выполнить. Я не хочу… — она вскрикнула от удивления, когда золотая аура внезапно подняла ее с моих колен. Рог Селестии светился, пока она левитировала Твайлайт к себе.
— Пойдем, Твайлайт, — сказала она, направляясь к двери. — Это не будет долгим разговором.
Твайлайт секунду боролась, прежде чем обмякнуть в магии Селестии. Как раз перед тем, как двери за ними закрылись, она оглянулась на меня и крикнула:
— Я догоню тебя позже!
Рарити смотрела на закрытые двери с ошеломленным выражением на лице.
— Это было неожиданно, — медленно произнесла она. — Я не совсем понимаю, что только что произошло.
— Это ты мне говоришь, — фыркнула Рэйнбоу, скрестив передние лапы. — Я так запуталась… а Пинки сейчас здесь даже нет! — Она надулась на несколько секунд, прежде чем на ее лице появилась хитрая усмешка. Перегнувшись через стол, она посмотрела на меня.
— Эй, не поможешь мне разрешить спор? — спросила она. Я моргнул, прежде чем пожать плечами. Кивнув головой в сторону двери, Рэйнбоу спросила: — Она — крикунья? — Рарити, которая только что сделала глоток своего напитка, снова его выплюнула. Флаттершай пискнула, прежде чем спрятать лицо в гриве. Эпплджек навострила уши и краем глаза внимательно наблюдала за мной, ожидая ответа.
Я снова пожал плечами, прежде чем сделать рукой какое-то письменное движение. В данный момент у меня не было никаких средств связи с ними, кроме игры в шараду. Рядом со мной раздался шорох, и я удивленно моргнул, когда передо мной подтолкнули лист бумаги и угольную палочку. Я посмотрел на Флаттершай, которая только застенчиво улыбнулась мне.
— Ты, э… ты оставил свои сумки в библиотеке, — пробормотала она, рисуя копытом маленький круг на столе. — Я знаю, что ты держишь там свои письменные принадлежности… так что я… э… захватила кое-что с собой.
Улыбаясь, я взял угольную палочку и начала писать. Это заняло у меня несколько секунд, но, когда я закончил, я поднял бумагу Рэйнбоу для прочтения.
«Я не буду ни подтверждать, ни отрицать это, и я не думаю, что это имеет какое-либо отношение к вам», — уши Рэйнбоу опустились.
— Я-я извиняюсь… — начала она, но остановилась, когда я быстро нацарапал кое-что еще.
«Однако я скажу, что это не мои уши болели, когда я проснулся сегодня утром».
Румянец быстро пробежал по лицу Рэйнбоу. Покачав головой, она откинулась на спинку стула и фыркнула. — Это значит, что я должна Пинки двадцать пять битов, — проворчала она. Эпплджек громко кашлянула и толкнула ее копытом. Рэйнбоу вздохнула, прежде чем вытащить откуда-то небольшую сумку. Она что-то пробормотала себе под нос, прежде чем отсчитать деньги и вручить их Эпплджек, которая только улыбнулась, принимая биты.
Посмеиваясь над их выходками, я рассеянно постучал угольной палочкой по столу. Я сделал паузу, взглянув на Рарити, прежде чем нацарапать новое сообщение. Я пододвинул его к ней, и она подняла бумагу с помощью своей магии.
— Я знаю, что течка — это время повышенных гормонов для самок, но нормально ли для них становиться чрезмерно агрессивными в захвате (зачёркнуто) в поисках партнера?
— Не обязательно, — ответила она, нахмурившись. — Некоторые кобылы иногда становятся более раздражительными. Чирайли иногда приходится нанимать замену во время течки, потому что она становится слишком резкой с жеребятами, но я никогда не слышала, чтобы кобыла становилась слишком агрессивной во время течки.
— Почему ты спрашиваешь? — спросила она, возвращая мне листок. — Это как-то связано с Твайлайт?
Я помолчал, прежде чем ответить.
— Не совсем.
Рарити заметила мою нерешительность, и ее глаза сузились.
— Дорогой…
Я поморщился, прежде чем добавить.
— Возможно, она немного спятила и удерживала меня своей магией...
— ОНА СДЕЛАЛА ЧТО?! — Рарити выдернула бумагу с помощью своей магии, ее глаза расширились. Я вздрогнул, пораженный ее реакцией. Она снова перечитала записку, открывая и закрывая рот. Остальные собрались вокруг, читая записку через ее плечо. Флаттершай тихо ахнула, прикрыв рот копытами. Рэйнбоу нахмурилась, скрестив передние лапы.
— И она разозлилась на меня за то, что я так настойчива, — тихо проворчала она. Эпплджек кивнула, но промолчала.
Рарити уставилась на бумагу, ее глаза сузились.
— После того, что мы обсуждали в поезде… да как она посмела?! — Она замолчала, сморщив лицо, прежде чем снова взглянуть на меня. — Ты хочешь сказать, что она удержала тебя своей магией и пометила? Дорогой, как бы не был силён жар у кобылы, ни одна кобыла никогда не изнасилует жеребца!
Протянув руку, я выхватил листок бумаги из ее магии.
«Она меня не насиловала!» — нацарапал я, прежде чем показать им.
— Ты на это согласился? — спросила Эпплджек, приподняв бровь. — Иначе это можно считать только как изнасилование.
Я фыркнул, глядя на нее.
— «Кто бы говорил. Нужно ли напоминать тебе о том, что произошло в ваших племенных амбарах? Я не помню, чтобы соглашался на это, но ты, похоже, была довольно настойчива, чтобы залезть ко мне в штаны»
Эпплджек отшатнулась, ее глаза расширились, прежде чем она опустила взгляд. Она надвинула шляпу на глаза, и её лицо залилось густым румянцем.
— Поняла, — пробормотала она.
«И давайте не будем забывать Мисс "Хочу Поиграть", — добавил я, прежде чем указать на Рэйнбоу. Она вздрогнула, прижав уши к затылку. — «Кобылы могут быть в состоянии контролировать себя рядом с жеребцами, но, похоже, люди — это другое дело?
— Ну, это… Я… — Рарити запнулась, моргая. Ее щеки надулись, а лицо покраснело. Через несколько секунд она резко выдохнула, опустив голову. — Ладно, полагаю, ты прав. Да, большинство кобыл используют людей, чтобы охладить себя во время жара, потому что они не только не могут сделать кобылу беременной, но и вам не нужно формировать с ними эмоциональную связь. Однако это не должно относиться к тебе, поскольку ты — не типичный человек. У тебя есть возможность самому выбирать, что произойдет, будь то сказать "нет" чересчур нетерпеливым кобылам... — она многозначительно посмотрела на Эпплджек и Рэйнбоу, —... или сказать "да" Твайлайт.
— Тем не менее, у тебя все еще должен быть долгий разговор с Твайлайт о том, чтобы удерживать тебя своей магией, — продолжила она. — Ты не только не мог устно дать согласие, но и не мог сказать ей, чтобы она прекратила, если тебе что-то не нравится.
«Я мог бы остановить её, если бы захотел».
— Очень сомневаюсь, дорогой, — фыркнула Рарити. — Это почти невозможно для не-единорогов — вырваться из магической хватки единорога. — Когда я просто продолжил ухмыляться ей, ее глаза сузились. — Отлично, ты думаешь, что сможешь выбраться из магического захвата? Вот. — Ее рог начал светиться голубым светом, и знакомое покалывание начало покрывать мое тело.
Однако, прежде чем она успела поднять меня, я протянул руку и схватил ее за рог. Мгновенно моя рука онемела, и магия, текущая вокруг ее рога, прекратилась. Она удивленно моргнула и в замешательстве посмотрела на свой рог. Она нахмурилась и напряглась, пытаясь заставить свой рог работать. Все, что ей удалось сделать — это создать пару ярких искр.
Через несколько секунд она прекратила попытки и надулась, ее щеки слегка покраснели. — Ладно, ты был прав. А теперь, пожалуйста, отпусти мой рог.
* * * От лица Селестии * * *
— Итак, я вижу, что ты наконец-то поговорила с Максом о своих чувствах к нему, — сказала Селестия, идя по коридору, ее копыта мягко "цокали" по мраморному полу. Рядом с ней трусила Твайлайт, нервно прижав уши. В голосе принцессы не было никаких отрицательных эмоций, но она все равно внутренне съежилась, как будто сделала что-то не так. Тяжело сглотнув, Твайлайт ответила: — Д-да, так я и сделала. Хотя, я не думаю, что у меня был большой выбор после того, что случилось в Понивилле. Селестия кивнула, легкая улыбка тронула ее губы. — Судя по запаху, исходящему от него сегодня утром, я бы сказала, что все прошло хорошо, — сказала она, искоса взглянув на Твайлайт. Ее лицо стало ярко-красным, а глаза расширились от шока. Она поджала хвост, безмолвно желая, чтобы пол разверзся и поглотил ее целиком. — Не могу поверить, что он не принял душ перед тем, как спуститься к завтраку, — всхлипнула она подавленно. — О, он так и сделал, — ответила Селестия, — но, похоже, ты произвела на него неизгладимое впечатление прошлой ночью. Твайлайт споткнулась, все ее лицо покраснело. — Ох, да ладно тебе, — упрекнула Селестия, тихо рассмеявшись. — Тут нечего стесняться. Это совершенно естественно и на самом деле очень мило. Хотя, наверное, тебе стоит заставить его снова принять душ. Запах был слегка ошеломляющим. Твайлайт взволнованно кивнула и продолжила смотреть вперед. "Этого не может быть. Я не веду этот разговор с принцессой!" — Конечно, — заговорила Селестия, выводя ее из оцепенения, — это не та причина, по которой я попросила тебя сопроводить меня. Вообще-то, я хотела задать тебе вопрос. — Она остановилась и повернулась лицом к Твайлайт. — Я заметила кое-что интересное в Максе этим утром, кроме его запаха, и я должна спросить… — ее взгляд стал жестче, улыбка исчезла, —... почему у него магические ожоги на запястьях и шее? Твайлайт отступила на шаг, ее уши оттопырились назад. — Ч-что? — У него очень слабые магические ожоги на запястьях и шее, — повторила Селестия. — Они вызваны высокой концентрацией магии, которая трётся о кожу. Например, когда магия используется для сдерживания человека. Обычно они скрыты мехом и исчезают в течение нескольких часов. Однако у существ с очень низкой магией, таких как люди, это более заметно и имеет тенденцию длиться дольше. — Итак, я спрошу еще раз. Почему на его коже магические ожоги? Опустив голову, Твайлайт сглотнула, во рту внезапно пересохло. Она чувствовала, как к горлу медленно подступает желчь, и с трудом сдерживала ее. Не было никакого способа выбраться из этого; так или иначе, Селестия узнает. Лучше всего откусить кусочек сейчас, и покончить с этим. Надеясь, что она не слишком разозлится. Закрыв глаза, она глубоко вздохнула, прежде чем рассказать Селестии все, что произошло прошлой ночью. Как она ждала в его комнате его возвращения, их разговор и ее слезливое признание в любви, его согласие и разрешение спать с ним в одной постели. Ей пришлось сделать паузу, чтобы собраться с духом и продолжить после этого, но она справилась. Покраснев от смущения и стыда, она рассказала принцессе, как проснулась среди ночи и, полностью поглощенная запахом Макса и своими чувствами к нему, прижала его к себе и добилась своего. Селестия молчала на протяжении всего рассказа Твайлайт, ее лицо ничего не выражало. От этого Твайлайт стало еще хуже. Она хотела, чтобы она выглядела сердитой или что-то в этом роде. Этот нейтральный взгляд заставлял ее сильно нервничать. Когда Твайлайт, наконец, закончила говорить, Селестия вздохнула и покачала головой. — Я разочарована в тебе, Твайлайт. Твайлайт замерла, ее глаза расширились. — Ч-что? — Я ожидала, что ты будешь лучше владеть собой, — сказала Селестия холодным тоном. — Мы не безмозглые животные, которые загонят любого жеребца в пределах досягаемости. Мы прошли этот этап давным-давно. Даже после своего тысячелетнего изгнания Луна была в состоянии контролировать себя рядом со стражниками во время ее отсроченного жара. То, что у тебя была течка, не дает тебе права так обращаться с Максом. Ты не только не задумалась о его собственных чувствах по этому поводу, но и полностью лишила его контроля над ситуацией. Он не может говорить, Твайлайт. Сковав его руки, ты фактически лишила его возможности сказать тебе, что он чувствует. Что, если ему было больно? А что, если бы он хотел, чтобы ты остановилась? Как он должен был общаться с тобой? Слезы медленно стекали по лицу Твайлайт, когда она смотрела на Селестию, разинув рот. — Но я не… он сказал… — она попыталась подобрать слова, но не смогла. — Неважно, сказал ли он, что все в порядке, — вздохнула Селестия. — Тебе не следовало ставить его в такое положение с самого начала. Ты выше этого. — Но т-ты же сама пригласила меня сюда! — закричала Твайлайт, указывая на нее копытом. — Ты сказала мне, что Макс будет в Кантерлоте, и мне нужно будет приехать сюда, чтобы поговорить с ним! — Да, поговорить с ним. Не насиловать его, — сказала Селестия. — Я думала, что ты достаточно умна, чтобы спать в другой комнате, если у тебя проблемы с самоконтролем. Я думала, что он драматизирует, когда говорит, что ты ведешь себя как сумасшедшая, но теперь я вижу, что он, возможно, был прав. — Я собиралась спать в другой комнате, но он остановил меня, — крикнула Твайлайт слегка надтреснутым голосом. — Он хотел, чтобы я спала с ним в одной постели! Он хотел быть со мной! Селестия приподняла бровь. — Ты хочешь сказать, что у тебя достаточно сил, чтобы удерживать его в возбужденном состоянии, но недостаточно, чтобы освободиться от его хватки? Твайлайт открыла рот, чтобы ответить, но тут же снова закрыла его. С трудом сглотнув, она опустила голову, откинув назад уши. — То, что ты сделала, непростительно, — вздохнула Селестия, качая головой. Повернувшись, она снова пошла по коридору, оставив Твайлайт позади. — Теперь я понимаю, что было ошибкой позвать тебя сюда. Я поговорю с Максом об этом позже, но сейчас, вероятно, будет лучше, если ты вернешься в Понивилль на остаток течки. Так будет... Волна магии позади нее заставила Селестию резко вдохнуть. Засветив свой рог, она сумела воздвигнуть барьер вокруг себя за несколько секунд до того, как волна магии ударила в нее, розовая энергия омыла ее золотой щит. Она отшатнулась назад от силы взрыва; ее барьер дрогнул, но выдержал. Ее глаза расширились от шока. "Это магия Твайлайт!" Резко повернув голову, она закричала: — Твайлайт! Что, во имя Гармонии, ты… — слова замерли на ее губах, когда она ошеломленно уставилась на свою бывшую ученицу. Твайлайт низко пригнулась, широко расправив крылья в знак превосходства. Ее голова была опущена, на лице застыл оскал, а рог ярко светился. Однако больше всего Селестию поразили ее глаза. Были видны белки ее глаз, а зрачки превратились в булавки. У нее было дикое выражение лица, когда она впилась взглядом в Селестию. Сделав шаг назад, Селестия бессознательно расправила крылья. — Что ты делаешь?! — спросила она с явной тревогой в голосе. Твайлайт громко фыркнула, ее ноздри раздулись, когда она ударила копытом по полу. — Я поняла, что ты пытаешься сделать, — прорычала она. — Ты считала себя такой умной, не так ли, принцесса? Но я все поняла. Ты просто хочешь, чтобы я ушла, чтобы Макс был только с тобой! Селестия отшатнулась, как от пощечины. — Что? Почему ты так думаешь?! — Теперь я это вижу, — продолжала Твайлайт, не обращая на нее внимания. — Когда я вернусь в Понивилль, ты сможешь забить ему голову ложью о том, как я над ним издевалась! Ты будешь рядом с ним, утешишь его, а когда придет время, возьмешь его себе! — Она громко фыркнула, делая шаг вперед. — Ты пытаешься отнять его у меня! — Уверяю тебя, я ничего подобного не делаю! Я пытаюсь помочь вам наладить ваши отношения, — поспешно сказала Селестия, поднимая копыто в защитной манере. "Что происходит?" — Ложь! — прорычала Твайлайт, и из ее рога полетели искры. Концы ее гривы и хвоста начали дымиться, и Селестия почувствовала исходящую от нее магическую энергию. — Твайлайт, пожалуйста! Я... — Ты не отберёшь у меня моего партнёра! — Внезапно вскрикнула Твайлайт, бросаясь вперед. Она прыгнула в воздух, оскалив зубы, и бросилась на принцессу. Глаза Селестии расширились, и, повинуясь инстинкту, она направила большое количество магии в свой рог. Магический пузырь образовался вокруг Твайлайт, поймав ее в ловушку в воздухе. Пытаясь вырваться, она пнула пузырь, но безрезультатно. Она выпустила несколько вспышек магии только для того, чтобы их поглотили золотые барьеры. Тяжело дыша, Селестия уставилась на нее, удерживая ее в воздухе. Твайлайт продолжала бороться, рыча, пытаясь вырваться из магической тюрьмы. — Он мой, Селестия, — прорычала она, сузив глаза. — Он мой! Ты не отнимешь его у меня, несмотря ни на что. Я этого не допущу. Я сожгу Кантерлот дотла, если придется... Не обращая внимания на слова Твайлайт, Селестия прищурилась. Любому наблюдателю показалось бы, что солнечная принцесса пристально смотрит на свою бывшую ученицу. Однако это было не так. Она внимательно изучала Твайлайт, пытаясь найти причину её внезапного безумия. Она заметила, что ее глаза, несмотря на сдерживаемую ярость, тоже остекленели. Ее рог беспорядочно искрился, точность и контроль, которые обычно демонстрировала младший аликорн, теперь отсутствовали. Направив еще больше магии в свой рог, Селестия осторожно потянулась к извивающейся Твайлайт, ища. Когда магия медленно омыла ее тело, Селестия в замешательстве нахмурилась. Магия Твайлайт пребывала в состоянии смятения, вспыхивая и извиваясь в больших вспышках силы. Она чувствовала ее гнев, разочарование и отчаяние. Ярость исходила от нее огненными волнами, как и страх. Одной силы этих эмоций было достаточно, чтобы вызвать у Селестии дискомфорт. Она не знала, почему Твайлайт так себя чувствовала, но она доберется до сути. Борясь со стеной гнева, Селестия все глубже проникала в сердце Твайлайт. Она остановилась, ее глаза слегка расширились, когда она наткнулась на что-то. Это было нечто, с чем она никогда раньше не сталкивалась; длинная, тонкая нить чужой магии. Она была слабой, едва заметной даже для ее навыков, но тем не менее, все же присутствовала. Цепляясь за нее, Селестия медленно продвигалась все глубже, направляясь к источнику этой неизвестной магии. Сначала было какое-то сопротивление, как будто магия пыталась заставить ее отступить, но она упрямо продолжала идти вперед. Когда она приблизилась к центру, то обнаружила, что путь ей преграждает ментальный барьер, который, после ее пробного осмотра, оказался относительно сильным. Собравшись с духом, Селестия направила свой магический зонд глубже в сердце Твайлайт, растягивая таинственный барьер в течение нескольких секунд, прежде чем он, наконец, прогнулся, и она прорвалась. Селестия в ужасе отшатнулась, почти потеряв контроль над своими заклинаниями. Магия Хаоса бушевала в ядре Твайлайт подобно урагану, искажая и разрушая ее скрытую магию. Она набросилась на нее, заставив отпрянуть назад. "Откуда это взялось?!" — подумала Селестия, когда Магия Хаоса запульсировала темной аурой. — "Дискорд заточён. Единственное другое существо в Эквестрии, которое на данный момент обладает Магией Хаоса — это…" — Ее глаза расширились, когда она сложила два и два. Ее взгляд стал жестким, глаза сузились. Используя огромный запас магии внутри своего солнца, она направила большой поток магии вниз по соединению. Он врезался в массу Магии Хаоса, обволакивая ее и начиная душить. Хаотическая масса отбивалась, пытаясь одержать верх. Однако она была еще не слишком велика, и магия Селестии вскоре оказалась сильнее. С последним всплеском магии она очистила систему Твайлайт от Магии Хаоса. Когда магия Твайлайт медленно начала возвращаться в нормальное состояние, Селестия убрала свой зонд. Тяжело вздохнув, когда напряжение покинуло ее шею, она открыла глаза. Из магического пузыря Твайлайт все еще смотрела на нее и кричала. —… на Эквусе не будет силы, которая сможет... помочь… тебе. — она замолчала, ее разъяренное выражение медленно сменилось замешательством, затем шоком, прежде чем остановиться на чистом ужасе. Ее крылья безвольно повисли по бокам, копыта болтались в воздухе. Искры вокруг ее рога погасли, ее магия исчезла. — Я… о, нет, — всхлипнула она, откинув назад уши. — Я не… почему я… я… я напала на вас… о, Селестия, что я наделала?! — Зрачки сузились, она открыла рот, и оттуда вырвался пронзительный крик. Медленно приблизившись, Селестия сочувственно посмотрела на нее. — Как ты себя чувствуешь, моя верная ученица? — спросила она, делая ударение на слове "верная". Твайлайт только вздрогнула при этом слове, опустила голову и испуганно заскулила. — Мне так жаль, — прохныкала она. — Я… не знаю, что на меня нашло. Я… я просто… о, Создатель, этому нет оправдания. Я ужасная пони. — Все хорошо, Твайлайт, — пробормотала Селестия, опуская пузырь на пол и выпуская пойманного аликорна. — Хорошо? — сказала Твайлайт, ее голос стал пронзительным, а дыхание участилось. — Хорошо?! Как это может быть хорошо? Я напала на вас! О, милостивая Селестия. Я напала на Селестию! — Ты не могла ясно мыслить, Твайлайт, — сказала Селестия, стараясь говорить мягко и тепло. Она видела, что Твайлайт близка к приступу паники, и ей нужно было сохранять спокойствие. — В тебе была чужеродная магия, которая влияла на твои решения. — Ч-чужая магия? — заикаясь, спросила Твайлайт, глядя на нее сквозь челку. Она все еще была напряжена и выглядела готовой сбежать в любой момент. Селестия кивнула. — Да, Магия Хаоса. Глаза Твайлайт расширились, и она резко вдохнула. — Но… но это невозможно, — взвизгнула она. — Во мне была Магия Хаоса? Но Магия Хаоса исходит от Дискорда, не так ли? И в настоящее время он заключен в каменную тюрьму в саду замка. Единственный, кто сейчас обладает Магией Хаоса, это… — она замерла, ее зрачки сузились. —... это Макс. — Действительно, — сказала Селестия, глубокомысленно кивая. — Похоже, что твой… партнёр, как ты метко выразилась, сливал свою скрытую Магию Хаоса, сам того не осознавая. Как только та оказалась вне своего тела, она, вероятно, искала ближайший магический источник и быстро впиталась в тебя, что, по-видимому, является причиной твоего агрессивного поведения. — Подождите, — нервно сказала Твайлайт, — вы хотите сказать, что Макс развращает всех, с кем вступает в контакт? — Думаю, что нет, — сказала Селестия, качая головой. — Количество Магии Хаоса, которое я нашла в тебе, было не таким уж и большим. Я очень сомневаюсь, что твои друзья тоже пострадали. Их скрытая магия должна со временем исправиться. — Но тогда почему я так взволнована? — спросила Твайлайт, нервно сглотнув. — Учитывая, что Макс проводит большую часть своего времени рядом с тобой, я должна предположить, что ты впитала больше, чем кто-либо другой. Вероятно, он также получил огромный всплеск прошлой ночью из-за вашей… сомнительной любовной деятельности прошлой ночью. Я совершенно уверена, что никакие другие пони в настоящее время не находятся в опасности от Магии Хаоса. Однако, как говорится, тот факт, что это происходит, все еще вызывает беспокойство. Твайлайт опустила голову, шаркая копытом. — Так, эм… э-это значит, что прошлой ночью…? Глаза Селестии сузились, губы сжались. — Хотя Магия Хаоса, возможно, частично ответственна за то, что произошло, она все же не делает это правильным. Хотя я не стану принуждать тебя возвращаться в Понивилль, я все же настоятельно рекомендую тебе снять отдельную комнату, — она подчеркивала каждое слово ударом копыта. — Если есть хоть малейший шанс, что это случится снова, ты должна предотвратить это. Ты едва не сорвалась. Я все равно поговорю об этом с Максом, так как хочу услышать и его версию, — продолжила она, и ее взгляд стал холодным. — Если подобное случится снова или я узнаю от Макса, что ты не получила его полного согласия, то будут последствия. Страшные последствия. Твайлайт сглотнула и опустила глаза, но понимающе кивнула. Тяжело сглотнув, она взглянула на Селестию сквозь челку своей гривы. — Ч-что мы будем делать с Магией Хаоса Макса? Даже если сейчас это не так опасно, позже все может измениться. Холодный взгляд Селестии смягчился, и она слегка улыбнулась ей. — Предоставь это мне.* * * От лица Макса * * *
Я шел по коридору, с удовольствием жуя яблоко, которое стащил с тарелки Эпплджек, когда она отвернулась. Завтрак закончился, и так как Твайлайт не вернулась в столовую, я решил посмотреть, смогу ли я найти ее. Завернув за угол, мне пришлось обойти двух стражников, идущих в противоположном направлении. Одна из них, кобыла, сделала глубокий вдох, раздувая ноздри. Легкий румянец появился на ее щеках, но она сохранила бесстрастное выражение лица. Я бросил на нее извиняющийся взгляд, когда она проходила мимо. "Возможно, мне стоит еще раз принять душ, прежде чем искать Твайлайт." Свернув с прежнего пути, я возвращаюсь в свою комнату. Быстренько приму душ, а потом разыщу Твайлайт. Может быть, она уже вернулась в комнату. Это было бы намного проще, но я сильно сомневался в этом. Поднявшись по главной лестнице, я доел яблоко, прежде чем выбросить его в ближайшее окно в сад. Я подумал, что если какое-нибудь животное не найдет его, то оно может разложиться естественным путем. Может быть, даже вырастить яблоню. Насвистывая веселую песенку, я засунул руки в карманы и продолжил идти пружинистым шагом. Мне потребовалось некоторое время, чтобы добраться до нужного этажа, учитывая количество лестниц в этом месте. Серьезно, мне, возможно, придется поговорить с Селестией о том, чтобы поставить лифты. Конечно, когда ты можешь летать, лифты кажутся довольно бесполезными, не так ли? Направляясь по коридору к своей комнате, я заметил пони, идущую в противоположном направлении. Это была белая пегаска с коротко подстриженной голубой гривой. Ее хвост был заплетен в косу, основание которой было перевязано красной лентой. У нее было серьезное выражение лица, ее желтые глаза смотрели на мир перед ней. Несмотря на то, что она была меньше среднего роста, от нее веяло властью. Оставив ее в стороне, я двинулся в сторону коридора, чтобы пройти, но она преградила мне путь. Она пристально посмотрела на меня, ее глаза сузились. — Ты человек принцессы Твайлайт, Макс, верно? — спросила она неожиданно грубым для кобылы голосом. Я кивнул, с любопытством глядя на нее. — Я понимаю язык копыт, человек, — проворчала она. Моргнув от ее резкости, я поднял руки. — «Да, предполагаю, что технически я человек Твайлайт, но только на словах. А ты кто такая?» — Я Темпест Барраж, капитан гвардии, — коротко ответила она, взмахнув хвостом. Ее ноздри внезапно раздулись, и она поморщилась, сморщив нос от отвращения. Она пробормотала что-то себе под нос, что прозвучало как оскорбление, но я не смог разобрать слов. Фыркнув, она покачала головой, прежде чем продолжить. — Я искала тебя. Есть вопрос, который мы должны обсудить, который касается нескольких пони, которые в настоящее время находятся под твоим командованием. Первый лейтенант Авера Ноктус из Приближающегося Рассвета, майор Эбони Роуз из Боевых Магов и Праймроуз, капитан Лунной Стражи.» «А что насчет них?» — спросил я, приподняв бровь. Хотела ли она спросить, как они мне нравятся? Разве Луна не делала этого во время Гала-концерта? В любом случае, мой ответ не изменился. Может, они и дуры, но это были мои дуры. Плюс, мне нравилось пить с Праймроуз и Аверой. Выражение лица Темпест оставалось жестким, ее взгляд холодным. — Настоящим я освобождаю их от действительной службы до тех пор, пока они не будут сочтены пригодными для выполнения своего долга. — Она не повысила голоса, но ее слова ударили меня, как кирпичная стена. Мои глаза расширились, и я резко вдохнул. «Что?» — прожестикулировал я, не зная, что сказать. Лицо Темпест оставалось бесстрастным, но ее глаза опасно сузились. — Они доказали, что не в состоянии выполнить задачу, первоначально возложенную на них, поэтому я забираю их из Понивилля, отстраняю от твоего командования и освобождаю от действительной службы до дальнейшего уведомления. «Ты не можешь этого сделать!» — прожестикулировал я, изумленно глядя на нее. — Ты говоришь мне, как делать мою работу? — прорычала она, раскрыв крылья. — Думаю, ты поймешь, что я могу. Видишь ли, когда принцесс нет, я за главного. Я решаю, что делать с моими стражниками, и этих троих немедленно отзывают. «По каким причинам?» — спросил я, свирепо глядя на нее. — «Они не сделали ничего плохого.» Глаза Темпест расширились от этого, и ее бесстрастная маска сломалась, когда она недоверчиво посмотрела на меня. — Не сделали ничего плохого? — повторила она, недоверчиво хихикнув. Сунув копыто под крыло, она вытащила сложенный листок бумаги. — Ладно, если ты хочешь поиграть в эту игру, мы сыграем в эту игру, человек. — Она развернула бумагу, быстро встряхнула ее, прежде чем взглянуть на нее. — Во-первых, — сказала она, прочитав написанное на бумаге, — они не смогли должным образом выполнить свою работу в первый же день развертывания. Через несколько минут после прибытия в Понивилль они не смогли защитить тебя от гражданского лица по имени Лира Хартстрингс.— Ее глаза метнулись к моему лицу, и она громко цокнула. — Я не обратила внимания на этот маленький беспорядок, потому что, и только потому, что это был первый день, и они, как я надеялась, все еще приспосабливались к своему новому месту дислокации. — Однако, — сказала она, снова уткнувшись желтыми глазами в бумагу, — список на этом не заканчивается. Есть также Гала-концерт, на котором они оставили тебя без присмотра, без охраны, что привело к попытке похищения принцем Блюбладом, которая была остановлена другим дворянином, герцогиней Скрэтч. Заметь, дворянка должна была делать свою работу за них. Позор. Затем был инцидент с зараженным человеком в Понивилле. И снова они оставили тебя без присмотра, в результате чего тебя укусил человек, зараженный вирусом черной лозы. Единственная причина, по которой ты все еще жив — это твоя повышенная температура. Если бы не это, их беспечность стоила бы тебе жизни. Есть также множество случаев, когда они ставили тебя в опасные или ненужные ситуации. Позволили тебе незаконно войти в человеческое шоу, позволили тебе войти в Вечносвободный лес через несколько дней после нападения зараженного человека — достаточно просто перечислить некоторые из них. К тому же, есть их общее отношение к своему заданию, — фыркнула она. — Азартные игры, пьянство, общая лень. Это не тот тип поведения, которому мы обучаем наших стражников. — Она помолчала, снова глядя на бумагу. Она изучала её в течение нескольких секунд, прежде чем ее глаза загорелись в притворном удивлении. — О! — Она снова подняла голову, и ее взгляд стал холодным. — Есть еще вопрос о том, что они берут взятку у гражданского лица, — прорычала она, яд сочился из ее слов. Мое сердце ухнуло в груди, когда я понял, о чем она говорит. — Не думал, что я узнаю об этом, не так ли? — фыркнула она, когда мои глаза расширились. — О да, я знаю все об этих маленьких засранцах. Принимать деньги от гражданского для выполнения задания, которое подвергает их подопечного, тебя, прямой опасности? Это стало последней каплей. Им повезло, что их просто освободили от службы и не отдали под трибунал за эту маленькую выходку. Я могла бы посадить их за решетку так быстро, что у них закружились бы головы. Затем было бы дисциплинарное слушание, и я была бы удивлена, если бы они вышли из этого без увольнения, не говоря уже о понижении в звании. — Сложив бумагу, она сунула ее обратно под крыло. Я с трудом сглотнул, с ужасом глядя на нее. Облизнув губы, я прожестикулировал. — «Это все, что нужно? Они просто повсюду следовали за мной. Может быть, мы могли бы…» — Это не обсуждается, — прорычала Темпест, обрывая меня. — Я не искала тебя все утро, чтобы сказать тебе это только для того, чтобы ты мог попытаться избавить их от наказания. Никаких извинений, никакого второго шанса на их пути не будет. Они будут наказаны за это, и ты ничего не сможешь с этим поделать, аномалия. Это мои стражники под моим командованием. Я больше не позволю им позорить свое положение. Их выводят из Понивилля, и новые стражники, которых я одобрила, займут их место после твоего возвращения. «Ты не можешь отнять у меня моих друзей» — Они не должны быть твоими друзьями, — рявкнула Темпест. — Они должны быть твоими охранниками! «Но...» — Это окончательно, — прорычала она. — Этот разговор окончен. Ты видишь, что моему терпению пришел конец! — С этими словами она развернулась и, махнув мне хвостом, зашагала по коридору. Я смотрел ей вслед с открытым ртом и ошеломленным выражением лица. Мой разум пытался осмыслить то, что только что произошло. Я только что потерял своих охранников, и, судя по тому, как это прозвучало, они тоже были в большой беде. Я чуть было не бросился за ней, но передумал. Судя по выражению ее лица, спорить с ней было бесполезно. И, как бы мне ни было неприятно это признавать, она была права. Они должны были быть моими охранниками, а не друзьями. Тем не менее, я все еще рассматривал их как друзей, и это была моя собственная глупость, которая только что привела моих друзей в беду. Я слепо натыкался на вещи, не обдумывая их, и чаще всего оказывался раненым. Я пошел вместе с Рэйнбоу и Рарити, я не слушал, когда Авера сказала мне бежать от зараженного человека, и я был тем, кто решил пойти в Вечносвободный для Флаттершай, и теперь другие платили за мои опрометчивые решения. Я тяжело сглотнул, глядя в пустой коридор. Должен же быть какой-то способ вытащить их из этого, не попав в беду. Возможно, я мог бы поговорить об этом с Селестией и посмотреть, смогу ли я убедить ее отменить решение Темпест. Но сначала мне нужно было найти Твайлайт. Я действительно нуждался в объятиях прямо сейчас. Продолжая идти по коридору, я направился в свою комнату. Я начну оттуда и обыщу весь замок. Если это не сработает, я просто пойду и прерву дневной суд Селестии. Она ведь не будет возражать, правда? Это даст ей возможность отдохнуть от всех этих высокомерных аристократов. Когда я открыл дверь в свою комнату, до моих ушей донеслось шарканье ног. Подняв глаза, я увидел, что Твайлайт уже была в комнате. В ее магии была подушка, и я смутно заметил, что это была та самая подушка, на которой я спал прошлой ночью. "Ну, это было легко," — подумал я, закрывая за собой дверь. Когда дверь захлопнулась, Твайлайт замерла. Она повернула голову, ее глаза расширились от шока, когда она увидела меня. Подушка упала на пол, когда ее магия замерцала и погасла. — Эм… — начала она, не глядя мне в глаза. Ее крылья нервно трепетали, ухо подергивалось. — Не обращай на меня внимания. Я… я просто собирала кое-какие… вещи перед тем, как… переехать в другую комнату. «Переехать в другую комнату? — спросил я. — Принцесса Селестия подумала, что будет лучше, если мы останемся в разных комнатах до конца моего жара, — пробормотала она, шаркая копытом по полу. «Так почему ты забираешь мою подушку?» — спросил я, указывая на неё. Большой румянец распространился по ее лицу и ушам, сложенным на голове. — Потому что она пахнет тобой, — пискнула она. Я не смог удержаться от фырканья, и на моем лице появилась слабая улыбка. Это лишь заставило Твайлайт покраснеть еще сильнее. Подхватив подушку, она поспешила к двери, что-то быстро говоря. — Ну, а теперь я пойду... Эй! — Она вскрикнула от удивления, когда я подхватил ее на руки. Сопротивляясь, пока я нес её к кровати, она закричала: — Но принцесса Селестия сказала... Я оборвал ее и рухнул обратно на кровать, увлекая за собой. Мы закончили тем, что она лежала на моей груди, мои ноги свисали с края матраса. Похоже, горничные еще не сменили простыни. Впрочем, мне было все равно. По словам остальных, мне все равно нужно было принять еще один душ. Пока я просто лежал, уставившись на балдахин кровати, Твайлайт переместилась на мой живот. Я посмотрел вниз и увидел, что она перекатилась так, что мы оказались животом к животу. Она посмотрела на меня, покусывая нижнюю губу. — Эм, я… насчет прошлой ночи, — пробормотала она, ее уши были откинуты назад. — Я… Я плохо соображала, и я… Эм, я сожалею о… обо всем. — Ей было трудно говорить, она словно задыхалась от слов. Ее глаза начали слезиться, и она выглядела несчастной. — То, что я сделала, было непростительно, даже для того, чтобы быть в течке. Принцесса Селестия обнаружила, что во мне есть какая-то Магия Хаоса, которая, по ее мнению, исходит от тебя, и это, возможно, повлияло на мои действия, но я… …Я все же должна знать. Ты действительно в порядке после того, что случилось? Т-ты можешь быть честным, я не буду злиться. Я… я просто не хочу, чтобы ты меня боялся. «Магия хаоса?» — спросил я, держа мои руки вокруг нее. — «В самом деле?» — Да, — пробормотала Твайлайт, мягко кивая. — Похоже, что она уже некоторое время накапливалась, и Селестия считает, что она оказалась там, потому что мы так много общались. Однако ей удалось избавиться от неё, так что я не должна… больше так себя вести. «Остальные тоже пострадали?» — обеспокоенно спросил я. Я не хотел, чтобы другие пони страдали из-за моей утечки плохой магии. Твайлайт покачала головой. — Нет, количество, которое поглощается, настолько мало, что их естественная магия удаляет его. Это просто потому, что ты и я так близки друг к другу большую часть времени. «Это хорошо.» — прожестикулировал я, с облегчением вздохнув. — «Хотя, мы должны посмотреть, сможем ли мы что-нибудь с этим сделать» — Селестия этим занимается, — тихо сказала Твайлайт, рассеянно потирая копытом мою грудь. — Но это не ответ на мой вопрос. Я одарил ее теплой улыбкой, прежде чем наклониться вперед и оставить ей небольшой поцелуй на губах. Это было быстро, но она все равно отшатнулась, ее глаза расширились от шока. — Н-но как ты можешь быть таким снисходительным? — спросила она. — Я практически прижала тебя к земле и изнасиловала! «Потому что это ты» — ответил я, все еще улыбаясь. Это просто заставило ее уши сложиться назад. — Ты все время это повторяешь, — пробормотала она. — Но что это значит? Если бы я была кем-то другим, это не было бы хорошо? Почему я такая особенная? Вздохнув, я нежно взял ее за подбородок, приподняв его, пока мы не оказались лицом к лицу. Прежде чем ответить, я нежно погладил ее по щеке. «Потому что ты дала мне так много и просила так мало взамен. Ты дала мне место для жизни, пищу, теплое место для сна. Ты волнуешься, когда я ранен или болен. Ты изо всех сил стараешься мне помочь», — Она открыла рот, чтобы заговорить, но я просто продолжал. — «И это правда, что если бы кто-то другой сделал это со мной, я бы не простил его так легко, если вообще простил. Что делает тебя особенной, так это то, что я знаю тебя, Твайлайт. Ты никогда не причинишь мне вреда намеренно» — Это все еще не оправдывает того, что я сделала, — сказала она, нахмурившись. — Макс, ты, кажется, не понимаешь. Я тебя изнасиловала. «И я уже говорил тебе, что не смотрю на это так.» — прожестикулировал я, возвращая хмурый взгляд. — «Да, это было внезапно. Да, это было неожиданно, но я не жалею об этом. Я не ненавижу тебя за это» — Но... «В конце концов, это мне решать.» — перебил я её. — «Ты можешь продолжать корить себя за это, Твайлайт, но это ничего не изменит. Я сказал тебе, что готов дать тебе шанс, и я все еще готов. Конечно, мы наткнулись на небольшую загвоздку, но до тех пор, пока ты снова не станешь удерживать меня без разрешения, все будет в порядке. Как я уже говорил тебе, Твайлайт. Ты застряла со мной» Слезы катились по щекам Твайлайт, когда она смотрела на меня так, словно не могла поверить своим ушам. Медленно, почти неуверенно, словно боясь, что я исчезну, она наклонилась ко мне. Она заколебалась, ее глаза скользнули по моим, прежде чем она нежно прижалась своими губами к моим. Это был целомудренный поцелуй, как будто она боялась сделать что-то еще. Я поцеловал ее в ответ, и она тихонько замурлыкала. Честно говоря, это было странное ощущение. Ее губы были покрыты тонким слоем меха, но он был очень мягким. Я чувствовал, как он щекочет мои губы и лицо, когда мы целовались. Кроме того, с ее мордой, она должна была слегка наклонить голову, чтобы избежать столкновения наших носов вместе. Через несколько секунд она отстранилась, слабо улыбнувшись мне. — Я все равно собираюсь загладить свою вину, — сказала она, протирая глаза тыльной стороной копыта. В этот момент мой желудок тихо заурчал, заставив нас обоих взглянуть на него. — Ты опять проголодался? — недоверчиво спросила Твайлайт. «Эй, не вини меня.» — ответил я. — После прошлой ночи мне нужно больше энергии.» — Твайлайт снова покраснела, но сдержала улыбку. — Ну, как насчет того, чтобы я пошла искать другую комнату, пока ты принимаешь еще один душ, — сказала она. — Убери с себя мой запах, —ее румянец потемнел, и я подумал, что она сейчас упадет в обморок, — а потом мы найдем тебе что-нибудь поесть, хорошо? — Я кивнул, и она спрыгнула с меня на пол. Схватив мою подушку, она побежала к двери. Я оттолкнулся от кровати и последовал за ней. Она открыла дверь, но остановилась, оглянувшись на меня в замешательстве. — Эм… там есть ванная, — сказала она, указывая на ванную комнату. Я кивнул, но не двинулся с места. — Куда это ты собрался? «Я следую за тобой.» — прожестикулировал я. — «Ты сказала, что собираешься найти другую комнату, верно?» — Да, для меня, — сказала она. — Это твоя комната. Я найду другую. Принцесса Селестия хочет, чтобы мы спали в разных комнатах. Я фыркнул, качая головой. — «Моя комната — это твоя комната.» — Но принцесса Селестия... «Не имеет права решать, что нам делать в наших отношениях», — прожестикулировал я. — «Я же сказал тебе, что мы теперь в одной лодке» Твайлайт уставилась на меня, разинув рот и подрагивая нижней губой. Подушка снова упала на землю, когда ее магия развеялась. — Я… я… я… — Она запнулась, не зная, что сказать. На мгновение воцарилась тишина, мы просто смотрели друг на друга. Затем я с визгом упал на спину, когда Твайлайт обвила ногами мою грудь и начала выдавливать воздух из моих легких.* * * От лица Селестии * * *
Был уже поздний вечер, когда Селестия постучала в дверь спальни Луны. Она не смогла сдержать легкую улыбку, появившуюся на ее лице, когда звук приглушенного ворчания достиг ее ушей. Луна могла быть Принцессой Ночи, но она не была вечерней пони. — Луна, ты уже встала? Тебе нужно поднять Луну через несколько минут. — Она услышала еще один стон, прежде чем дверь распахнулась. Луна стояла в дверях, ее воздушная грива была слегка растрепана. Она по-совиному моргнула сестре, прежде чем мягко улыбнуться. — Вечера, Тия, — промурлыкала она, подавляя зевок. — Добрый вечер, Лулу, — хихикнула Селестия, уткнувшись носом в сестру. — Ты хорошо спала? — Вполне, — сказала Луна, протирая сонные глаза. Она вышла в коридор и закрыла за собой дверь спальни. Сестры пошли по коридору, направляясь к балкону, выходящему в сад. — Что-нибудь случилось, пока Мы спали? — спросила Луна, пока они шли. Улыбка Селестии померкла, но не исчезла полностью. — Кое-какие осложнения между Твайлайт и Максом, но ничего такого, с чем бы я не справилась, сестра. — В самом деле? — спросила Луна, оживляясь. — Скажи на милость, что это за осложнения? — Тебе не о чем беспокоиться, Лулу, — ответила Селестия. — Мне просто нужно поговорить с Максом и все уладить. — Она помолчала, задумчиво нахмурившись. Она не видела Макса с самого завтрака. Конечно, в день суда у нее было не так уж много времени, чтобы посмотреть. По словам кухонного персонала, он заходил на кухню днем с Твайлайт, но с тех пор их никто не видел. Но ее это не слишком беспокоило. Со всеми стражниками, бродящими по замку, она сомневалась, что случится что-то плохое. Кроме того, она могла бы просто поговорить с ним, когда заберет его завтра на прием. Кстати об этом… — Луна, — сказала Селестия, искоса взглянув на сестру. — Могу я попросить тебя об одолжении? — Разумеется, сестра, — сказала Луна, одарив ее теплой улыбкой. — Что тебе нужно? — Если сможешь, убедись, что Макс сегодня крепко спит. Ему нужно хорошо отдохнуть. — Ну конечно, — сказала Луна, моргая, — но, если Нам позволено спросить, почему он должен отдыхать перед завтрашним днём? — Потому что, — ответила Селестия, ее улыбка превратилась в ухмылку, — у него назначена встреча с доктором.* * * От лица Архимага * * *
Сталактиты загремели наверху в пещере, когда Архимаг в ярости захлопнул железную дверь, и получившийся "бум" эхом разнесся по пещерам, усиливая звук. Единороги в замешательстве подняли глаза, но тут же вернулись к своим занятиям, увидев, кто это был. Шагнув вперед, Архимаг громко фыркнул, из его ноздрей практически повалил пар. Вена на его голове пульсировала, и он чувствовал, как нарастает сильная головная боль. Увидев выражение его лица, несколько единорогов быстро убрались с его пути, огибая края пещеры и наблюдая с безопасного расстояния. Архимаг был взбешен, и хотя они были закоренелыми преступниками, никто не хотел вставать на пути старшего единорога. Направляясь к дальнему концу пещеры, где находились массивные стальные двери, Архимаг громко зарычал. — Из всех проклятых вещей, из всех чертовых гребаных вещей, которые могли произойти, он должен был появиться здесь! — Снова фыркнув, он сверкнул рогом, и ближайший сталагмит взорвался дождем камней. — Он не должен быть здесь. Он должен вернуться в Понивилль! Какого хрена... — еще одна вспышка, и взорвались еще три каменных сооружения, ...он здесь?! Он остановился, вонзив переднее копыто в скалу под собой. — Этот тупой болван все испортит, и это будет несчастный случай, клянусь! Мало того, он принес с собой гребаные Элементы Гармонии! — Он зарычал, хлестнув хвостом по воздуху. — Хотя, они — не такая уж проблема. Если все пойдет по плану, Элементы Гармонии не будут иметь значения, но этот чёртов человек! Глаза Архимага вспыхнули ярко-желтым, и потолок над ним взорвался дождем камней и пыли. Единороги бросились прочь, когда пещера затряслась от ярости Архимага. Он не обращал на них внимания, продолжая кипеть от злости. — Годы подготовки, месяцы тщательного планирования, недели точных движений, и этот ублюдок все испортит?! — пробормотал он себе под нос. — Клянусь, это самая большая ошибка, которую я когда-либо совершал. Уставившись в землю перед собой, Архимаг помассировал виски копытами. Он медленно поднял голову, его взгляд стал жестче. — Дарк Спайс, — прорычал он, стиснув зубы. Последовала секундная пауза, прежде чем рядом с ним материализовался единорог, черный капюшон скрывал его лицо. — Да? — прошипел единорог. — Ты знаешь человека принцессы Спаркл? — спросил он, глядя на Дарк Спайса. Когда жеребец кивнул, он продолжил: — У меня есть для тебя работа, и мне нужны два твоих лучших члена, чтобы сделать её. — Что за работа? — спросил Дарк Спайс, склонив голову набок. — Он злоупотребил гостеприимством, — фыркнул Архимаг. — Убей его. Дарк Спайс кивнул один раз, прежде чем бесшумно исчезнуть во мраке. Архимаг стоял, массируя виски. Медленно приходя в себя, он провел копытом по гриве, расправляя ее. Глубоко вздохнув, он двинулся вперед, направляясь к большой стальной двери в конце пещеры. Когда он приблизился, его рог зажегся, и звук скрежещущих шестеренок эхом прокатился по пещере, когда дверь начала открываться. Когда дверь открылась достаточно широко, он проскользнул в нее, и дверь закрылась за ним с громким «лязгом». Он мгновенно погрузился в темноту, и ему пришлось зажечь свой рог, чтобы иметь возможность видеть. Болезненно-желтый свет от его рога осветил все вокруг, и он оказался в длинном, тонком, металлическом коридоре. Провода бежали по потолку, извиваясь и оборачиваясь вокруг себя, когда они прыгали со стеклянных светильников, которые усеивали потолок. Сделав глубокий вдох, Архимаг двинулся вперед, медленно шагая по коридору. Его копыта громко цокали по металлическому полу, эхом отдаваясь в маленьком коридоре. Он прошел мимо нескольких стальных дверей, все они были сломаны и не поддавались открыванию. В конце концов, коридор привел его в большой зал. Повсюду были разбросаны металлические столы, и все покрывал толстый слой пыли. Вдоль дальней стены тянулись книжные полки, их содержимое состарилось до такой степени, что едва не рассыпалось. Несколько странных устройств были разбиты о землю, их провода и шестерни были разбросаны повсюду. Пол был усеян битым стеклом, большая часть которого превратилась в пыль. Наверху несколько мостков тянулись по всей длине комнаты, ведя к дверям, которые вели в темноту. С потолка свисал большой изодранный кусок ткани, синий и красный почти полностью выцвели, соответствуя белому. Со своего места за одним из столов Даркфлэр взглянул на вошедшего Архимага. Роуз и Перл сидели рядом с ним, троица смотрела, как он пересекает комнату, не обращая на них никакого внимания. Он направился к одному из боковых входов, дверь которого валялась обвалившейся на полу. Перешагнув через отброшенную дверь, он вошел в соседнюю комнату. Вдоль стен тянулись камеры, каждая из которых была отгорожена решеткой безопасности, выглядевшей ржавой и старой. Звук его копыт эхом разнесся по комнате, когда он направился к последней камере. Когда он добрался до нее, он направил еще больше магии вниз по своему рогу, освещая обитателя камеры. Мелодик Винд распласталась на земле, её тело обмякло. Ее шерсть была в пятнах и покрыта слоем грязи и пыли, были отчётливо видны ее ребра. Ее плоть была покрыта струпьями порезов, из некоторых все еще сочилась кровь. Один глаз у нее заплыл, кожа вокруг него была в синяках. Цепи сковали ее лодыжки, приковав к дальней стене. Ее большие крылья теперь были обнажены, лишенные некогда великолепных перьев. Засохшая кровь запеклась на голой конечности, покрывая ее мех и плоть. Когда Архимаг остановился перед ее камерой, она приоткрыла один глаз и посмотрела на него затуманенным взглядом. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что она видит, но когда она это сделала, то усмехнулась. Уставившись на нее с отсутствующим выражением лица, Архимаг медленно склонил голову набок. Его рог сверкнул один раз, и шар болезненного зеленого пламени вспыхнул перед ним. Мелодик сразу же обратила внимание на пламя, и она уставилась на него, словно в трансе, следя за тем, как оно дрейфует взад и вперед по воздуху. Присев на корточки, Архимаг уставился на нее, прищурившись. — Давай повторим это еще раз.
