Your Human and You / Твой Человек и Ты

      Меня разбудил стук в дверь. Это был тихий стук, едва ли достаточно громкий, чтобы вырвать меня из объятий сна. Тихо застонав, я перевернулся на бок и приоткрыл здоровый глаз, смутно озираясь по сторонам. Теплый солнечный свет струился сквозь занавески открытого окна, а лёгкий ветерок заставлял их слегка шевелиться. Я прищурился, чтобы посмотреть на циферблат часов над камином, и застонал, когда увидел, что было только начало девятого.       — Что не так с этими проклятыми пони и почему они не спят в такую рань? — проворчал я, когда тихий стук продолжился. Изо всех сил стараясь не обращать на него внимания, я снова перевернулся на другой бок и зарылся поглубже в одеяло, надеясь, что тот, кто был по ту сторону двери, сдастся и уйдёт. Однако этому не суждено было сбыться. Стук продолжался, становясь всё громче.       Тихо ворча себе под нос, я сдался и заставил себя встать. Когда матрас подо мной сдвинулся, справа от меня раздался тихий шёпот, исходящий из моей слепой зоны. Повернув голову, я посмотрел на свою спутницу жизни.       Твайлайт лежала рядом со мной на спине, её крылья безвольно свисали по бокам, а передние копыта были мило сложены на груди. Её грива была распущена вокруг головы в растрепанном ореоле волос, лавандовые и розовые пряди смешивались вместе. На её лице была лёгкая улыбка, а ухо подёргивалось каждые несколько секунд.       Протянув руку, я убрал несколько прядей её гривы с лица, заставив её счастливо улыбнуться. Она что-то тихо пробормотала, её задние копыта задвигались под одеялом. Я не мог не улыбнуться про себя, наблюдая, как она спит, её грудь мягко вздымалась и опускалась.       Момент был испорчен, когда пони по другую сторону двери снова постучал. Ухо Твайлайт дёрнулось от стука, и её улыбка слегка померкла.       "Наверное, я должен выяснить, кто это, прежде чем стук разбудит её", — подумал я, скатываясь с кровати. Оглядевшись, я обнаружил свою рубашку, лежащую на полу в нескольких сантиметрах от меня. Быстро подхватив её, я сонно пытался надеть её, пока плёлся к двери. Раздался ещё один стук, и я тихо застонал. Кто бы это ни был, он был очень настойчив.       Я прислонился к стене, приоткрыл дверь и выглянул в коридор. Увидев два пурпурных глаза, уставившихся на меня, я подпрыгнул от удивления.       — Доброе утро! — прощебетала Селестия, одарив меня теплой улыбкой. Её взгляд скользнул по моим волосам, и она склонила голову набок. — Только не говори мне, что ты всё ещё спал, — сказала она, тихонько цыкнув, и глаза её весело блеснули. — В такое-то прекрасное утро!       Я ошеломленно посмотрел на неё, по-совиному моргая в ярком свете коридора.       — На самом деле, я искала тебя вчера, — сказала она, и её улыбка слегка померкла. — Есть кое-что важное, о чём я должна поговорить с тобой. Кроме того, — продолжила она, и ее улыбка превратилась в ухмылку, — есть кое-кто, с кем я хотела бы тебя познакомить.       Проведя рукой по волосам, я смущенно посмотрел на нее, прежде чем пожать плечами.       — Конечно, чёрт возьми, — прожестикулировал я, распахивая дверь пошире, — мне сегодня больше делать нечего.       — Отлично! — прощебетала Селестия. — А теперь, пожалуйста, следуй за мной, — начала она, но замолчала. Взглянув через моё плечо, её глаза расширились от шока, прежде чем сузиться. Её улыбка исчезла, и она поджала губы.       Сбитый с толку внезапной переменой в её поведении, я тоже оглянулся через плечо. Я увидел только Твайлайт, лежащую в постели спиной к двери. Я смотрел на неё несколько секунд, прежде чем мои глаза расширились, когда я понял, в чем проблема. Мне вспомнился вчерашний разговор с Твайлайт, и я тяжело вздохнул. Селестия хотела, чтобы она нашла себе отдельную комнату.       Выйдя в коридор, я закрыл за собой дверь, прежде чем взглянуть на Селестию, которая смотрела на закрытую дверь холодным взглядом, её ноздри раздувались.       — Я же сказала ей... — пробормотала она себе под нос и фыркнула. Её уши двигались взад-вперёд, и она выглядела так, словно молча размышляла, стоит ли ворваться и разбудить Твайлайт.       Протянув руку, я положил ладонь ей на лицо и толкнул. Последовало некоторое сопротивление, прежде чем она повернула голову и последовала по коридору, её спина была напряжена.       — Я же сказала ей... — повторила она, из её носа практически повалил пар.       — Я знаю, — кивнул я, шагая рядом с ней. — Она мне сказала.       — Но почему…       — Ты не можешь контролировать, кто спит со мной, — сказал я, искоса взглянув на неё. — Это решаю я.       Это вызвало вздох Селестии, которая закрыла глаза и нахмурилась.       — Именно об этом я и хотела с тобой поговорить, — мягко сказала она, слегка расслабив плечи. — Я искала тебя вчера, но никак не могла найти. Теперь я знаю почему. — Она поморщилась, прежде чем взглянуть на меня с явным беспокойством на лице. — Ты уверен, что понимаешь всю серьезность того, что она сделала?       — А ты уверена, что моя сексуальная жизнь — это твое дело? — парировал я, приподняв бровь.       Глаза Селестии расширились, и она чуть не споткнулась, едва успев вовремя остановиться. Её щеки пылали, а уши прижались к голове.       — Н-но она же… — начала она, подбирая нужные слова.       Я только покачал головой, прежде чем прервать ее.       — То, что произошло между мной и Твайлайт, касается только меня и Твайлайт. Меня это вполне устраивает.*       — Но она же тебя изнасиловала, — неуверенно сказала Селестия.       — Это не было изнасилованием, — ответил я, свирепо глядя на неё. — Меня вполне устраивает то, что произошло.       — Ты дал ей согласие до начала акта? — спросила она, прищурившись.       — Нет, но это не значит, что мне не понравилось то, что произошло. Согласие должно быть выражено и может подразумеваться. Я не двинулся, чтобы остановить её, поэтому дал косвенное согласие.       Селестия фыркнула и покачала головой.       — Отсутствие возражения — это не то же самое, что согласие, — возразила она. — Она удерживала тебя и не позволяла что-либо говорить. Что, если бы ты не смог остановить её, если бы захотел? По твоей логике, это всё равно будет означать, что, пусть ты и не пытался остановить её, но всё равно согласился на это.       Я остановился и скрестил руки на груди, одарив её невозмутимым взглядом. Она тоже остановилась, опустив уши.       — Послушай, — мягко сказала она, — я просто пытаюсь убедиться, что ты понимаешь последствия того, что произошло. Несмотря на то, во что ты можешь верить, то, что сделала Твайлайт, было неправильно и может считаться изнасилованием в глазах общественности.       — Чтобы это засчитали как изнасилование, мне нужно было бы заявить об этом как таковом, — ответил я, сузив глаза.       Она уставилась на меня, слегка приоткрыв рот, потом вздохнула и покачала головой.       — Ну, я вижу, что с тобой бесполезно спорить, — фыркнула она. На несколько секунд в коридоре воцарилась тишина, прежде чем она продолжила. — Хорошо, я пока оставлю этот вопрос, но только оба знайте, что я этого не одобряю. Слишком многое может пойти не так, если об этом узнают. Если бы кто-нибудь из знати узнал об этом, они могли бы попытаться убить Твайлайт.       — За что? — спросил я, и ухмылка медленно расползлась по моему лицу. — За секс с человеком? Разве большинство дворян так или иначе не арендуют людей для своих утех? Они не могут судить её за это, если только не хотят сами получить неприятности из-за этого.       — Но ты — не эквестрийский человек.       — Но когда я решил остаться в Эквестрии, разве не ты говорила, что в глазах закона я — эквестрийский человек?       Селестия остановилась на полушаге, а её глаза расширились. Она недоверчиво посмотрела на меня, её рот беззвучно открывался и закрывался, пока она снова не обрела дар речи.       — Т-ты это спланировал... или просто придумал на месте?       — Я парень, который взял трех кобылок в лес, кишащий чудовищами, пил случайные зелья ради забавы и дважды сражался с альфой древолков. Ты действительно думаешь, что это всё было заранее спланировано? — спросил я, и моя ухмылка исчезла.       Селестия изучала меня в течение секунды, прежде чем улыбнулась сама.       — Наверное, нет.       Пока мы шли, воцарилась тишина, нарушаемая только цоканьем копыт Селестии. Мы прошли мимо пары стражников, которые прекратили патрулирование и отсалютовали Селестии, когда она проходила мимо. Один из них быстро кивнул мне, прежде чем продолжить патрулирование.       — Итак, кто этот пони, к которому мы идём? И зачем мне вообще встречаться с ним? — спросил я через несколько минут ходьбы.       — Скоро ты все поймешь, — тихо рассмеялась Селестия. Я ошеломленно посмотрел на нее, но не стал расспрашивать.       Вскоре наше окружение приобрело более индустриальный вид. Взглянув на одну из проходящих мимо дверей, мои глаза расширились, когда я понял, где мы находимся: Институт Человеческих Исследований. "Вот где они держат мой телефон", — подумал я, оглядываясь на металлические двери. — "Интересно, зачем Селестия привела меня сюда?" Мы прошли ещё через пару дверей, прежде чем Селестия, наконец, остановилась.       — Мы пришли, — прощебетала она, поворачиваясь ко мне.       Взглянув на дверь, я увидел выгравированные цифры.

Институт Человеческих Исследований B&A – 334

      Повернувшись к Селестии, я бросил на нее смущенный взгляд.       — По словам Луны, вы с Твайлайт бывали здесь раньше, — объяснила Селестия, и её рог загорелся. Дверь окуталась золотистой аурой, прежде чем со щелчком открылась. Внутри было довольно темно, и я услышал слабый звук движения. До моих ушей донёсся странный щелчок.       — Я думаю, что тебе пора встретиться с добрым Доктором лицом к лицу, — продолжила Селестия, указывая на открытую дверь.       Переводя взгляд с открытой двери на Селестию и обратно, я на мгновение прикусил губу. Затем, пожав плечами, я подошёл к двери, но не успел сделать и пары шагов, как из темноты внезапно выскочил большой острый коготь и схватил меня за рубашку. Прежде чем я успел среагировать, он резко дернул, утягивая меня в темную комнату. Я вскрикнул от шока, когда меня швырнули на стул, который сразу едва не упал со мной вместе. Внезапно вспыхнул яркий свет, ослепив меня и заставив зашипеть от боли.       Смаргивая слёзы с глаз, я попытался встать со стула, но в удивлении отпрянул назад, когда моё зрение внезапно заполнило большое, покрытое перьями лицо. Острый клюв сверкнул, громко щёлкнув, когда янтарные глаза пристально изучали меня из-за увеличительных очков.       — Кто ты такой? — пронзительно закричало существо с сильным акцентом. Похоже, это мужчина. — Кто тебя послал? Говори!       Я смотрел на него широко раскрытыми глазами, разинув рот. Низкий булькающий звук вырвался из моего горла, когда я пытался понять, что происходит. Я слышал, как Селестия хихикает позади меня.       — Ну, это не имеет значения. Я все равно скоро узнаю! — прокричал он, дёрнув головой вперед. Быстро, как молния, он протянул лапу и схватил моё лицо своими когтями, откинув мою голову назад и открыв мой рот. Я пытался сбросить его с себя, но он был намного сильнее, используя грубую силу, чтобы удерживать меня.       — Не будь таким плаксой, — сказал он, щелкнув клювом. — Не двигайся! — Внезапно перед его очками упало ещё больше увеличительных стёкол, отчего его глаза стали ещё больше. Заглянув мне в рот, он издал несколько странных щёлкающих звуков, высунув язык из клюва.       — Зубы ненормальные. Резцы, клыки, первые коренные зубы, вторые коренные зубы с коронкой и следы рубцов на месте третьих коренных. Зубы в относительно хорошем состоянии, несколько небольших трещин, но ничего не нужно пломбировать или сверлить. Зубы прямые, и, кажется, хорошо растут, хотя верхние вторые коренные кажутся немного короче остальных. На зубах и языке образовался налёт. Все это быстро и вполголоса выпалило существо, которое внимательно изучало мой рот, наклоняя голову то в одну сторону, то в другую. Отпустив мой рот, он позволил моей челюсти сомкнуться, но держал мою голову в своих когтях.       — Большой шрам поперёк переносицы, повреждение хряща, идущее от щеки к правому глазу. Глаз слепой, хрусталик мутный из-за упомянутого повреждения. Похоже на какое-то большое лезвие. Удивлен, что после этого он вообще может дышать носом. Также шрам на нижней губе с правой стороны.       Наконец, он отпустил мое лицо, и я потёр щеку, моя челюсть громко хрустнула. Покачивая головой, существо быстро обошло меня, при этом воздух наполнил низкий жужжащий звук. Всё время, пока он двигался, он что-то бормотал себе под нос.       — Череп немного больше среднего, возможно, из-за большого мозга. Уши немного меньше, надбровные дуги менее выражены. Выглядит старше, чем он есть, но он старше, чем должен быть. Странный запах, не могу определить его происхождение. Уникальный цвет волос, волосы на лице слегка подстрижены, одежда высокого качества, ноги в сандалиях. — Он вдруг оказался передо мной, его клюв почти прижался к моему носу.       — Все признаки аномалии! — громко закричал он, его гребень поднялся, когда горячий воздух вырвался из его ноздрей.       Я откинулся назад так далеко, как только мог, уставившись на существо широко раскрытыми глазами. Тишина заполнила тёмную комнату, пока мы продолжали смотреть друг на друга. Воздух наполнился тихим смехом, и внезапно комната наполнилась светом. Селестия шагнула в дверь, ее глаза весело блеснули.       — Правильно, как всегда, мой дорогой друг, — сказала она. — А теперь, я думаю, нам следует представиться друг другу. Доктор — это Макс, иначе известный многим как "Эквестрийская аномалия". Макс — это…       — Доктор Мак Гриффон! — счастливо прощебетало существо, склонив голову набок.       Теперь, когда комната была освещена и я мог как следует рассмотреть её, я понял, что это был большой самец грифона. Коричневые перья вперемешку с серыми покрывали его голову и лицо. На черном клюве покоились увеличительные очки, увеличивающие и без того огромные глаза. Он сидел в чем-то похожем на модифицированное кресло-каталку, его правая лапа покоилась на джойстике. Провода и шестерёнки покрывали кресло, выглядя как какая-то фантазия в стиле стимпанка.       Беглый осмотр показал, почему он сидел в упомянутом кресле: его правая задняя нога была полностью оторвана до колена. Ничего не осталось, кроме пары больших шрамов. Несмотря на это, из-за его огромных размеров он всё ещё был на уровне моих глаз, даже когда сидел. Увидев, куда я смотрю, грифон помахал передо мной своим «обрубком».       — Нравится? — спросил он, громко хихикая. — Получил это в битве с человеком ещё в Империи Грифонов. Он получил мою ногу, а я получил еду! Он кормил меня добрых тринадцать дней.       Услышав это, я посмотрел на него с некоторым трепетом, отодвигая свой стул назад.       — Прости доброго Доктора за его выпады. Он иногда бывает довольно… эксцентричным, — сказала Селестия, подходя к нему. — Даже если так, он в настоящее время является нашим ведущим экспертом по людям в Кантерлоте. Он изучал их большую часть своей жизни и даже написал несколько книг на эту тему. Я точно знаю, что ты читал одну из них. — На мой растерянный взгляд она ухмыльнулась. — «Твой Человек и Ты».       — Да, и эти пернатые в издательстве даже не смогли правильно написать моё имя! — кудахтнул Мак Гриффон, а его грудные перья раздувались. — Мак Гаффин, серьезно? Что это за фамилия такая?!       Мои глаза расширились, и я посмотрел на грифона, который все еще пристально изучал меня. "Это тот псих, который написал книгу, которой Твайлайт была одержима неделями?!" Продолжая массировать челюсть, я откинулся на спинку стула и посмотрел на Селестию.       — Так зачем ты меня сюда привела?       — Потому что наш добрый доктор собирается помочь нам увидеть, сможем ли мы избавиться от твоей магии хаоса, — объяснила Селестия. — Он может в основном изучать людей, но он также один из наших ведущих экспертов в магии. А именно обнаружения и исчезновения.       — Ага, — чирикнул Мак Гриффон, щёлкнув клювом, — и у меня как раз есть для этого машина!       — Больно ведь не будет, да? — спросил я, нервно облизывая губы. — Я не люблю иглы.       — Я ничего не понимаю из того, что ты бормочешь, — проскрипел Мак Гриффон, качая головой. — Это просто набор звуков!       — Нет, — ответила Селестия, одарив меня теплой улыбкой. — Ничего агрессивного и ничего болезненного, я обещаю. И мы можем остановиться, когда захочешь.       — Ну, конечно же, это не больно! — Взвизгнул Мак Гриффон, поднимая гребень. — Каким бы я был врачом, если бы все мои пациенты умерли?! Я что, похож на психа? Ну а теперь... приступим! Чем скорее мы начнем, тем скорее начнется наука!       Резко дёрнув когтем джойстик, его кресло быстро сделало полуоборот, после чего он покатился к большой машине, стоящей в углу комнаты. Из корпуса машины торчало несколько кранов, а по рычагам тянулись провода. На концах кранов были прикреплены большие странного вида лампочки. Верхняя часть машины была покрыта множеством антенн различной длины.       — Это чудесное устройство позволит нам волшебным образом увидеть, что происходит с твоим телом! — крикнул он через плечо, щёлкнув парой переключателей на приборной панели машины. — Я изобрел его после первого вторжения чейнджлингов. Мы смогли использовать его, чтобы выяснить, были ли на ком-то следы их магии, или же был ли какой-нибудь пони чейнджлингом. Однако данная функция была удалена, когда выяснилось, что люди лучше распознают чейнджлингов. — Он повернулся ко мне вместе со своим креслом. — А теперь, дружочек, сбрось свою одежду, — прощебетал он, щелкая когтями.       Я непонимающе посмотрел на него, медленно приподняв бровь. "Чего?!"       — Я что-то не так сказал? Или ты не расслышал? — спросил он, дважды моргнув. Снова щелкнув когтями, он повторил: — Ты должен снять свою одежду. Машина плохо работает с одеждой!       Пока я просто продолжал стоять там, уставившись на него, он громко фыркнул, прежде чем испустить громкий, пронзительный свист. Я застыл в тревоге, когда в ответ воздух наполнило низкое жужжание. Две тёмные фигуры отделились от потолка и упали на пол.       Я с опаской оглядел этих новых созданий. Внешне они напоминали пони, хотя вместо шерсти у них была почерневшая кожа, похожая на панцирь жука. Когда они приземлились, насекомоподобные крылья сложились под их панцирем.       Изучая их, я понял, что уже видел их раньше. Твайлайт переодевалась в подобный костюм на Ночь Кошмаров. Если я правильно помню, она называла этот костюм чейнджлингом, хотя эти выглядели немного иначе, нежели костюм Твайлайт. Вместо голубого цвета их глаза были кроваво-красными, как и ободки на шеях и кольца вокруг рогов.       — Так это и есть чейнджлинги? — спросил я.       — Именно, — сказала Селестия, наблюдая за парой пони-жуков с легкой улыбкой на лице. — Трутни Доктора, как их стали называть обитатели дворца.       — Но мне показалось, вы сказали, что они нападали на Кантерлот, — сказал я. — Тогда почему они здесь?       Внезапно один из подменышей сгорел в красном пламени. Когда пламя рассеялось, я удивлённо моргнул, и мои глаза расширились. Там, где когда-то стоял чейнджлинг, теперь стоял я. Мой двойник моргнул, прежде чем посмотреть на своё новое тело. Рядом со мной хихикнула Селестия.       — Да, чейнджлинги действительно нападали на Кантерлот, — ответила она, когда жук вернулся в свою первоначальную форму, — но эти двое из другого улья. Улей, атаковавший Кантерлот, принадлежал королеве Кризалис. Эти двое пришли из улья в Вечносвободном лесу, которым когда-то правил лорд чейнджлингов по имени Метаморфозис. Однако мы считаем, что улей был уничтожен конкурирующим ульем. Уцелело только два яйца. — Замолчав, она махнула копытом в сторону жуков.       — Я достал их, когда они только вылупились! — закричал Мак Гриффон, разворачивая свой стул. — Тренируй их молодыми, воспитывай правильно, и они будут яростно преданы тебе. Большинству сотрудников замка по какой-то причине нравится их присутствие, особенно кобылам. Говорят, что они "игривые". Парочка смутьянов — вот кто они такие, — прощебетал он, свирепо глядя на парочку и щёлкая клювом. — Да, пока вы здесь, — сказал он, указывая на меня. — Одежду. Снять. Сейчас же!       Оба подменыша заскользили по полу в мою сторону. Я сделал шаг назад, подняв руки в защитной манере. Их рога вспыхнули красноватым пламенем, и с рёвом огня я внезапно оказался голым. Прижав руки к паху, я зарычал на подменышей, а мои глаза сузились. Они только моргнули, глядя на меня широко раскрытыми глазами. Пока я продолжал смотреть на них, Селестия подошла и встала рядом со мной, накинув крыло на мои обнажённые плечи. Наклонившись, она прошептала мне на ухо:       — Помни, что это совершенно добровольно с твоей стороны. Если в любой момент ты почувствуешь угрозу или дискомфорт, просто дай мне знать, и мы немедленно прекратим, не задавая никаких вопросов.       — Мне уже дискомфортно, — сказал я, изо всех сил стараясь при этом прикрыть промежность. Единственные, кто сейчас смотрели на меня — это чейнджлинги, а Мак Гриффон всё игрался со своей машиной, — но я всё ещё чувствовал себя немного нервно. Их большие глаза не указывали, куда они смотрят, но казалось, что они пристально смотрят прямо на меня. "Какого хрена им надо?"       — Если хочешь, мы можем уйти прямо сейчас, — тихо сказала Селестия.       Я нахмурился. Мой взгляд медленно переместился на машину, которую настраивал грифон.       — Это поможет нам придумать способ избавиться от магии хаоса во мне? — спросил я, вспоминая Твайлайт и её странное поведение. Я не хотел, чтобы она снова подвергалась опасности.       — Никаких гарантий, — сказала Селестия, — но это может помочь нам найти правильное направление.       Я продолжал смотреть на машину в течение нескольких секунд, прежде чем вздохнуть.       — Давайте уже покончим с этим, — сказал я, осторожно подходя к машине. — Я скучаю по своим штанам. — Чейнджлинги следовали за мной, как собаки. Я старался не спускать с них глаз, но они всё время исчезали в моей слепой зоне.       — Ты закончил хлопать ушами, Аномалия? — спросил Мак Гриффон через плечо, когда я подошёл. Когда я кивнул, он указал на кабину в центре. — Не волнуйся, — прощебетал он, когда я ступил на платформу, — это совсем не больно! По крайней мере... не должно быть.       Я стоял в центре света и нервно оглядывался по сторонам, всё ещё прикрывая руками пах.       Когда Селестия встала позади него, Мак Гриффон начал щёлкать несколькими переключателями на панели управления. Повернув ручку, он бросил последний взгляд на множество переключателей и кнопок, прежде чем потянуть за большой рычаг. Последовала короткая пауза, прежде чем машина начала вибрировать, а воздух наполнил громкий жужжащий звук. Платформа, на которой я стоял, начала трястись, и я споткнулся, пытаясь удержать равновесие. Мои зубы застучали, и я чуть не прикусил язык. По нескольким антеннам полетели искры.       — Не волнуйся, — прощебетал Мак Гриффон, перекрывая шум, — это всего лишь часть процедуры! Мы профессионалы. Эй! Эй! Убери это из своего рта! — Один из чейнджлингов поднял глаза, прекратив жевать один из кабелей, прикреплённых к машине. Когда Мак Гриффон потянулся к нему, он выронил кабель и с громким чириканьем умчался прочь. Взяв изрядно пожёванный кабель, Мак Гриффон снова подсоединил его к аппарату, ворча себе под нос.       — Проклятые, покрытые мехом пародии на пони. Иногда от них больше хлопот, чем пользы. — С подключенным кабелем машина мгновенно успокоилась, громкое жужжание перешло в тихий гул. — Так-то лучше, — прощебетал грифон, и его гребень снова раздулся. — А теперь давай посмотрим, что нам скажут твои магические потоки, — С этими словами он щёлкнул выключателем, и свет с треском включился, окутав меня странным фосфоресцирующим сиянием.       — Хмм… интересно, — прощебетал доктор, повернув голову набок и уставившись на меня единственным глазом. Рядом с ним Селестия смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Как только я взглянул на свое обнаженное тело, мне пришлось согласиться с ним.       В свете ламп всё мое тело теперь было окутано болезненно-желтой аурой, которая исходила от моих конечностей, как дым. Он был сильно сконцентрирован в определенных местах, таких как мои руки, ноги и шея. Как ни странно, он, кажется, был сосредоточен на следе от укуса заражённого человека — следы зубов светились ярко-жёлтым.       Но это ещё не всё. Вокруг моих запястий и лодыжек ярко горели розовые полосы, в которых было больше энергии, чем в жёлтой ауре. Они потрескивали и щёлкали, больше похожие на электричество, чем дым. Краем глаза я заметил, что Селестия с кислым выражением лица разглядывает полосы.       — Очень интересно, — повторил Мак Гриффон, придвигаясь ближе ко мне. — Розоватый осадок…       — Твайлайт, — ответила Селестия нейтральным тоном.       — Ах да, — прощебетал Мак Гриффон, всё ещё разглядывая мое тело. — В этом есть смысл. Розоватый — это магия Твайлайт, а желтый — явно магия хаоса. Я никогда раньше не видел такой отвратительной магии, даже от чейнджлингов. Это определенно латентно, хотя вы можете сказать по тому, как летаргически он движется. — Он указал на исходящую от меня ауру. — Нелатентная магия, как вы можете видеть, — сказал он, указывая на розовые полосы вокруг моего запястья, — гораздо более активна. Она тоже свежая, вероятно, ей не больше нескольких дней. Также похоже, что магия хаоса просачивается во внешний мир, как вы и утверждали. Хотя это происходит быстрее, чем вы первоначально сказали.       — Насколько быстрее? — встревоженно спросила Селестия, навострив уши.       — Ну как сказать… — прощебетал Мак Гриффон. — Вы утверждали, что это повлияло только на Спаркл, потому что её постоянная близость к нему не позволяла её гармоничной магии со временем очистить её. Однако, как видите... — он поднес когти к свету, кончики которых уже начинали светиться тем же болезненным светом. — он уже начинает на меня влиять, а ведь ещё и часа не прошло.       — Это очень тревожная новость, — пробормотала Селестия, нахмурив брови. — Кто-нибудь в опасности?       — В данный момент? Я бы сказал, что нет, — ответил Мак Гриффон, откатываясь назад и поглаживая свой нижний клюв. — Судя по скорости распространения, я бы предположил, что пони должны находиться в пределах пяти метров от него в течение более чем двадцати четырех часов, чтобы это начало влиять на их психическое состояние. Кроме того, достаточно было просто уйти, чтобы их гармоничная магия начала очищать их организм. Возьмем, к примеру, Мисс Спаркл. Они, вероятно, спали в одной постели, так что она будет более подвержена воздействию, чем кто-либо другой. Однако, учитывая, как долго они были врозь, она, вероятно, уже вернулась к управляемому уровню. Никаких неприятностей, никакого вреда… по крайней мере, пока. Но я бы не допустил, чтобы ситуация стала ещё хуже, особенно если риск возрастёт.       — Почему она собирается вокруг его рук и ног? — спросила Селестия, склонив голову набок и глядя на меня.       — Я думаю, это те розовые полосы, — ответил Мак Гриффон. — Магия твоей ученицы позволила магии хаоса течь во внешние конечности, но не обратно, поэтому она начала собираться именно там. Очень похоже на кровь, когда на конечность накладывают жгут. Скоро он должен вернуться к нормальному уровню… я так думаю.       — Ты так думаешь? — спросила Селестия, приподняв бровь.       — Это все домыслы, — ответил он. — Мне никогда раньше не приходилось иметь дело с чем-то подобным. Магия хаоса — это всё теории, поскольку единственное существо, которое, кажется, способно контролировать ее, — это Дискорд. Насколько я знаю, магия хаоса уже развратила нас всех, и мы просто не знаем этого. Я даже не знаю, является ли жёлтый цвет магией хаоса. Я просто предполагаю, основываясь на том, что вижу. Вполне возможно, что это его собственная скрытая магия из старого мира.       — Понятно, — пробормотала Селестия, потирая крылом подбородок. — Я должна поговорить с Луной и посмотреть, сможем ли мы найти способ удалить магию, не причиняя ему вреда и не убивая его.       — Ну, если вы всё-таки убьёте его, я буду более чем счастлив забрать тело, — радостно прощебетал Мак Гриффон. Когда Селестия бросила на него испуганный взгляд, он распушил свое оперение. — Что? Он — единственный человек в своём роде! Редкий вид человека, встречающийся только на его планете! Его биология отличается от человеческой. Как рассказывают, он пережил укус зараженного человека, что уже немыслимо! Только подумайте, что может показать вскрытие! Кроме того, мне было бы интересно посмотреть, отличается ли он и на вкус, — добавил он, глядя на меня голодным взглядом.       — Ладно, мне становится очень неудобно из-за того, в каком направлении пошел разговор. — сказал я и посмотрел на грифона недовольным взглядом.       Селестия открыла рот, чтобы что-то сказать, но застыла, её глаза метнулись вниз, к моей обнаженной нижней области. Её рот захлопнулся, а глаза расширились от шока. Мак Гриффон тоже посмотрел, громко щелкнув клювом, когда его гребень поднялся. Сбитый с толку, я тоже посмотрел вниз, только чтобы резко вдохнуть. Там, светясь вокруг основания моего члена, был розовый круг тайных символов. Они ярко горели на фоне тусклой желтой магии.       — Ну и авантюрист же ты, парень, — усмехнулся Мак Гриффон, и его смех прозвучал как кудахтанье курицы.       — О, я определенно собираюсь поговорить с ним об этом, — пробормотала Селестия сквозь стиснутые зубы.       Я просто снова прикрылся, а мои щёки пылали красным.       — Верно, — прощебетал Мак Гриффон, выключая машину как ни в чем не бывало. Огни замерцали, прежде чем с тихим шипением погаснуть, и флуоресцентное облако видимой магии вокруг меня исчезло из поля зрения. — Я видел достаточно, — продолжил он, поворачиваясь на кресле лицом ко мне. Поглаживая клюв, он задумчиво посмотрел на меня.       — Вы действительно удивительная находка, Мистер Макс **, — мягко сказал он, сверля меня своими орлиными глазами. — Магия хаоса, разумный человек, передовые технологии из другого мира… Мне любопытно, что ещё вы можете предложить нам в будущем.       Я смущённо посмотрел на него, но он уже отвернулся и теперь возился с машиной. Селестия встала рядом с ним, наклонив голову, чтобы что-то прошептать ему. Я несколько секунд смотрел на них обоих, слегка нахмурившись, прежде чем пожать плечами. Повернувшись, я сошёл с небольшой платформы, поморщившись, когда мои босые ноги коснулись холодного пола.       "Мне нужна моя одежда", — подумал я, подавляя дрожь. Я сделал пару шагов, но остановился, нахмурившись, когда вспомнил, что чейнджлинги фактически украли мою одежду. Тихо пыхтя, я огляделся, пытаясь найти жукеров. Однако они, похоже, исчезли.       Я уже собирался повернуться и попросить Селестию о помощи, когда что-то в моем боковом зрении привлекло мое внимание. Обернувшись, я резко вздохнул от удивления, когда увидел Твайлайт, стоящую у одного из столов и пристально наблюдающую за мной. "Я даже не слышал, как она вошла. " Она посмотрела на меня с легкой ухмылкой, приподняв бровь.       — И давно ты тут? — спросил я. — И да, как ты узнала, где мы находимся? — Осознав, что стою перед ней голый, я почувствовал, как мои щеки вновь запылали, и быстро прикрылся. Несмотря на то, что недавно произошло между нами, мне всё ещё было немного неловко быть полностью обнажённым перед ней.       Её ухо дернулось, и она тихо хихикнула от моего внезапного смущения. Она не ответила, а вместо этого медленно пошла вперед, ее хвост двигался взад и вперед. Когда она подошла достаточно близко, то встала на задние лапы, закинув передние мне на плечо. Отступив на шаг назад, я инстинктивно положил руки ей на бока, чтобы она не упала. Я почувствовал, как она вздрогнула от моего прикосновения, и её ухмылка стала шире, а глаза закрылись.       — Привет, жеребец, — выдохнула она, прежде чем наклониться вперед и быстро притянуть меня к себе в поцелуе. Её язык нежно протиснулся сквозь мои губы, заставляя моё тело напрячься, а глаза широко раскрыться. Она наклонила голову в сторону, чтобы углубить поцелуй, счастливо напевая при этом.       Через несколько секунд, которые больше походили на минуты, она прервала поцелуй, и нить слюны соединила наши губы. Она несколько раз причмокнула губами, прежде чем отпустить мою шею и снова опуститься на четвереньки. Я просто стоял с открытым ртом и горящими щеками. "Что… что это, мать вашу, было?... Не то, чтобы я жаловался, но что…"       С тем же страстным выражением лица Твайлайт повернулась и пошла прочь, покачивая бёдрами взад-вперед. Похотливо улыбнувшись мне через плечо, она взмахнула хвостом и тут же вспыхнула пламенем. Я вскрикнул, когда она была поглощена красным огнём, пламя извивалось вокруг её тела, как змеи. Затем, так же внезапно, как и начался, огонь погас, явив одного из чейнджлингов. Он чирикнул один раз, прежде чем зажёгся его рог. Во вспышке огня я внезапно обнаружил, что снова одет.       Он снова чирикнул, прежде чем расправить крылья и взлететь к потолку, где и исчез в темноте. Я уставился на тени, смущённый и немного взволнованный. Звук копыт позади вывел меня из оцепенения, и я оглянулся через плечо. Селестия подошла ко мне с весёлой улыбкой на лице.       — Я думаю, тебе пора уходить, — сказала она, — пока они не слишком... привязались к тебе. Ты же не хочешь, чтобы Твайлайт ревновала, правда?       Рассеянно покачав головой, я посмотрел на темноту под потолком, прежде чем медленно направиться к двери. Остановившись в дверях, я оглянулся через плечо. Селестия снова шепталась с Мак Гриффоном, а сверху доносилось низкое жужжание, и иногда в темноте вспыхивали красные глаза.       Понаблюдав за ними ещё несколько секунд, я тяжело вздохнул и вышел из комнаты. Засунув руки в карманы, я принялся беззвучно насвистывать и зашагал вперёд по коридору, не имея конкретного пункта назначения.

* * *

      Когда человек ушёл, две тёмные фигуры выскользнули из ближайшей тени, молча последовав за ним.

* * * От Лица Селестии * * *

      Оглянувшись через плечо, когда Макс вышел из комнаты, Селестия подождала, пока не убедилась, что он точно ушёл, прежде чем снова переключить своё внимание на Мак Гриффона.       — Ну и что ты думаешь?       — Странный парень, — хмыкнул грифон, тупо глядя перед собой с задумчивым выражением лица. — Учитывая, сколько неприятностей было вызвано с тех пор, как он прибыл сюда, я ожидал чего-то… ну, большего. Несмотря на то, что он умный человек, он разочаровывающе нормален. Учитывая все слухи, ходящие сейчас по гвардии, можно подумать, что он какой-то храбрый рыцарь в сияющих доспехах. Он защитил жеребят от мантикор, выжил после боя в яме, сражался со стаей древолков ради кобылы в беде… дважды, был укушен зараженным человеком и выжил после этого… Но после того, как я увидел его лично, сложилось ощущение, что он не понимает, что происходит вокруг него. Как будто он бредет по жизни, не имея никакой цели перед собой.       — Не рыцарь в сияющих доспехах, но близко, — прокомментировала Селестия с легкой улыбкой, которая медленно угасла. — Думаешь, мы сможем ему помочь? — спросила она, опустив уши.       Тяжело вздохнув, Мак Гриффон закрыл глаза, его оперение вздулось, когда он забарабанил когтями по подлокотникам кресла. На несколько долгих секунд в комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь редкими движениями чейнджлинга где-то под потолком. Снова вздохнув, Доктор открыл глаза и посмотрел на Селестию.       — В данный момент у меня нет способа удалить магию хаоса внутри человека, известного нам как "Аномалия", не причинив большого ущерба его психике и возможного необратимого психического повреждения.       На лице Селестии появилось удрученное выражение, и все ее тело, казалось, поникло.       — Вообще никак? — спросила она, и одно крыло слабо дернулось. Доктор лишь покачал головой.       — Нет, у меня нет ни механизма, ни устройства, которое позволило бы мне безопасно удалить у него магию. Особенно учитывая, как много её внутри него. Мне очень жаль это говорить, принцесса, но вы не получите от меня никакой помощи в этом плане. Вам придется найти другой способ.       — Тогда я поговорю с Луной, и посмотрим, сможем ли мы найти другой способ, — сказала Селестия со вздохом. Слабо улыбнувшись грифону, она добавила: — Спасибо, что взглянул. — С этими словами она повернулась и направилась к двери, но остановилась, когда Мак Гриффон снова заговорил.       — Есть ещё одна вещь, которую я должен упомянуть, прежде чем вы уйдете, принцесса.       Остановившись в дверях, Селестия оглянулась и с любопытством посмотрела на него.       — Да?       — Я не хотел говорить об этом здесь, с мальчиком, — тихо сказал Мак Гриффон, медленно поворачиваясь к ней, — но в его теле присутствовал третий тип магии. Тот, который я не смог опознать.       — Ты уверен? — спросила Селестия, навострив уши. — Я ничего такого не заметила.       — Он был там, — кивнул грифон. — Глубоко под слоем хаоса. Он был очень слабым, едва заметным, но я всё ещё мог его видеть.       — Возможно, это была магия его охраны, — предположила Селестия с некоторой неуверенностью в голосе. Это был скорее вопрос, чем утверждение. — Он и майор Эбони действительно проводили много времени вместе.       — Это не магия единорога, — сказал Мак Гриффон, качая головой.       — Тогда какого рода…       — Я сам не уверен, — фыркнул грифон, — но это не тот тип магии, который меня беспокоит. По большей части он выглядит так же безобидно, как магия хаоса.       — И где же он находится? — спросила Селестия, облизывая губы.       Подняв один из своих когтей, доктор постучал себя по виску, глядя солнечной принцессе прямо в глаза.       — У него в голове.