Your Human and You / Твой Человек и Ты

      Обратный путь в Кантерлот, хотя и значительно медленнее, чем безумный рывок в Понивилль, был гораздо более спокойным. Напряжение было низким, и нежный шёпот разговоров наполнил воздух, когда «Чудо-Молнии» лениво пролетели мимо.       Внизу пейзаж был теперь свободен от удушающих объятий чёрных лоз. Земля местами была взрыта, и многие строения имели структурные повреждения, но теперь всё было очищено от растений. Это в сочетании с тем фактом, что солнце и луна медленно корректировали свой курс, означало, что все возвращается в нормальное русло. Или настолько близко к норме, насколько это возможно, учитывая ситуацию.       Две колесницы летели по воздуху, неся своих пассажиров в столицу. Ведущая колесница, запряжённая Спитфайр и Соарином, несла Твайлайт и Спайка. Второй транспорт, который был дальше и немного ниже в небе, нёс двух землян, у обоих на лицах были нервные выражения, поскольку они сидели как можно дальше от края колесницы. Время от времени один из них бросал нервный взгляд на землю далеко внизу, прежде чем неловко пошевелиться.       Остальные «Чудо-Молнии» летели рядом с колесницами, внимательно следя за людьми и тихо переговариваясь между собой. Они не присутствовали в Кантерлоте во время событий, предшествовавших появлению лоз, и как таковые это были первые земляне, о которых они знали, за исключением Макса. Некоторые из них подходили ближе к колеснице, чтобы получше рассмотреть их, что, казалось, только усиливало нервозность людей.       Положив голову на перила, Твайлайт устало смотрела, как внизу мелькает сельская местность. Она была единственным Элементом, совершившим обратный путь в Кантерлот, хотя называть себя Носителем Элемента теперь казалось неточным после того, как она поместила свой Элемент в это странное дерево вместе с другими.       Её друзья попрощались с ней, когда она садилась в колесницу, решив остаться по разным причинам, в которых она не могла и не винила их. Рарити после того, как почти выжала жизнь из своей сестры в сокрушительных объятиях, осталась, чтобы помочь с уборкой. Пинки также осталась, чтобы помочь навести порядок, используя своё Пинки-чутьё, чтобы найти любые здания, которые могут рухнуть из-за структурных повреждений. Дёргающийся хвост никогда не подводил.       Рэйнбоу осталась, чтобы помочь команде метеорологов очистить небо от аномальных штормов, которые пытались подкрасться с Вечносвободного леса, а также использовать свою скорость, чтобы действовать в качестве посыльного. Эпплджек осталась из-за необходимости заботиться о своей ферме, своей семье и своих людях, многие из которых были напуганы растениями. К счастью, они остались не затронуты инфекцией, так как ни одна из лоз, напавших на ферму, не была носителем вируса.       Наконец, Флаттершай осталась, чтобы успокоить своих друзей-животных, а также оказать медицинскую помощь как животным, так и пони. Зекора тоже присоединилась к ней, используя свои знания о зельях и отварах, чтобы помочь.       Единственным, кто решил пойти с Твайлайт, был Спайк, который не отходил от неё ни на мгновение. Даже сейчас он лежал, прислонившись к её боку, и дремал, используя её крыло в качестве импровизированного одеяла. Он заснул почти сразу после взлёта, отдохнув от дневных волнений. Каждые несколько секунд тихий храп срывался с его губ, вызывая улыбку на лице Твайлайт. Она вспомнила этот храп — он успокаивал, давая ей знать, что он всё ещё здесь… Всё ещё с ней.       Она молча обдумывала последние события. Чёрные лозы, дерево, Элементы и странная запертая шкатулка — всё это казалось сном, хотя это могло быть связано с тем, насколько она устала. Она не была уверена, как долго не спала, потеряв счёт времени некоторое время назад. Ей казалось, что прошли дни, хотя, насколько она знала, это могли быть всего лишь часы. Она была измучена, её тело болело, и она жаждала хорошей мягкой постели, но она пока не могла заснуть. Или, скорее, не станет. У неё всё ещё были дела, о которых нужно было позаботиться, и она отказывалась спать, пока не сможет сделать это рядом с Максом, даже если это будет на одной из медицинских кроватей.       С её усталым умом, кружащимся от случайных мыслей и размышлений о вещах, она не заметила, как луга превратились в предгорья, предгорья — в крутые склоны, а крутые склоны — в мощёные улицы. Она поняла, где находится, только когда Спитфайр крикнула через плечо:       — Мы будем во дворце через несколько минут, ваше высочество.       Твайлайт моргнула, прежде чем оглянуться. На улицах Кантерлота не было пони, хотя этого нельзя было сказать о мусоре. Десятки повозок были перевёрнуты, бочки разбиты, несколько самодельных баррикад опрокинуты. В нескольких местах всё ещё поднимался дым, но, к счастью, открытого огня не было. Тот факт, что на улицах не было охранников, также был счастливым случаем, поскольку это означало, что военное положение не было объявлено, а граждане добровольно вернулись в свои дома. Когда они приблизились к стенам замка, группа пегасов в черных и фиолетовых комбинезонах поднялась с парапетов и помчалась к ним.       — Вот ты где, — крикнул светло-серый пегас, шедший впереди, когда она приблизилась. — Мы уже начали думать, не заблудилась ли ты, Спитс. — У неё была короткая темно-фиолетовая грива, такого же цвета, как и ее униформа. Жёлтые глаза с любопытством оглядели усталых «Чудо-Молний», на её лице мелькнуло беспокойство при их появлении, прежде чем ей удалось скрыть это за маской профессионализма.       — Привет, Фрифолл, — ответила Спитфайр, её слова слегка заплетались, когда она устало улыбнулась пегасу. — Нет, мы не заблудились. Мы только сейчас возвращаемся из патруля. В Понивилле произошло нечто странное, что потребовало нашего внимания.       — Ты думаешь, у тебя было что-то странное? Тебе следовало быть здесь раньше. Вот это было странно, — сказала Фрифолл, прежде чем взглянуть на порванную форму Спитфайр. Она поморщилась при виде засохшей крови. — Клянусь крылом и пером, Спитс, дерьмово выглядишь. Что с тобой произошло? Лесной волк напал?       — Нет, это был не лесной волк, — вздохнула Спитфайр. — Это было кое-что из Вечносвободного леса. Мы позаботились об этом.       Фрифолл тихо вздохнула и продолжала смотреть на Спитфайр ещё мгновение, прежде чем, наконец, заметила, что Твайлайт сидит в колеснице. Её глаза расширились, и она громко вскрикнула.       — Ваше величество! — Развернувшись, она поспешно отсалютовала. — Извините, мэм. Не видела вас там!       — Всё в порядке, — тихо пробормотала Твайлайт, слабо помахивая копытом. — Нет необходимости отдавать мне честь. Это был долгий день для всех нас.       — Как скажете, — пробормотала Фрифолл, прежде чем повернуться к своей команде. — Хорошо, «Чудо-Молнии»! Смирно! Сопроводить Принцессу Спаркл обратно во дворец. — Кивнув, остальные «Чудо-Молнии» встали рядом со своими более яркими соперниками.       Фрифолл вспорхнула, чтобы скользнуть рядом со Спитфайром.       — Итак, э-э… что с людьми? — спросила она, кивая на двух людей, сидящих во второй колеснице.       — Это долгая история, — сказала Спитфайр. — и я бы предпочла подождать, пока не появятся другие Принцессы, чтобы мне не пришлось повторяться.       Фрифолл кивнула, прежде чем замолчать. Остаток пути прошёл в молчании. Когда колесницы, наконец, приземлились на посадочной площадке во дворце, луна стояла высоко в небе, а солнца нигде не было видно. Твайлайт счастливо застонала, сойдя с колесницы, её затёкшие мышцы протестующе заскрипели. Она поморщилась, когда её раненая нога заныла, но она по большей части проигнорировала это. По крайней мере, шина делала своё дело.       Люди тоже сошли с колесницы, но остались рядом со своей. Тот, что был на костылях, что-то бормотал своему спутнику вполголоса, с беспокойством оглядывая окружающих пегасов. Его спутник усмехнулся, но не сводил глаз со Спитфайр, когда она проходила мимо него.       Когда Твайлайт убедилась, что всё ещё спящая фигура Спайка надёжно спрятана между её крыльями, ближайшие двойные двери распахнулись, и из них вышли пять единорогов в золотых доспехах. Первый из них отсалютовал Твайлайт, когда она приблизилась.       — Мэм, с возвращением.       Заметив двух людей, он напрягся и быстро кивнул единорогу справа от него, который шагнул вперёд, держа термометр в своей магии. Твайлайт подняла копыто.       — Да, они земляне, — Все стражники напряглись. — но они со мной. Они помогли решить проблему в Понивилле. Я приведу их к остальным землянам в подземелье, так что не могли бы вы сопроводить нас туда?       Ведущий единорог несколько секунд подозрительно разглядывал людей, прежде чем кивнуть.       — Хорошо, следуйте за мной.       С этими словами он повернулся и зашагал обратно внутрь. Жестом приказав людям следовать за ней, Твайлайт тоже вошла в двери, Чудо-Молнии и Теневые Молнии следовали за ней по пятам. Люди колебались, но в конце концов последовали за удаляющимися пони, тот, что с костылями, медленно бряцал. Оставшиеся единороги окружили большую группу, настороженно глядя на людей.       Хромота Твайлайт постепенно усиливалась по мере того, как они пробирались по безмолвным залам, но она отказывалась отдыхать. Отдых придёт позже, а пока она тащилась вперёд, несмотря на дискомфорт, её дыхание было поверхностным и прерывистым. И Спитфайр, и Фрифолл обеспокоенно посмотрели на неё, но она упрямо отказывалась от любой предложенной ими помощи. Даже люди смотрели на неё с беспокойством, но ей было все равно. Ей просто нужно было посадить землян к остальным их сородичам, отправиться в медицинское крыло, забраться в кровать Макса и уснуть.       О, чудесный сон... Теперь она понимала, почему Макс так любил его. Завернув за угол, Твайлайт направилась к подземельям, только чтобы удивлённо моргнуть, увидев Луну, приближающуюся с противоположной стороны. Её взгляд был устремлён в пол, когда она шла, слегка нахмурившись. Её грива и хвост снова были астральными, лениво покачиваясь на невидимом ветру позади неё.       — Л-Луна? — пробормотала Твайлайт.       Подняв глаза, Луна оживилась, увидев, кто окликнул её по имени. На её губах появилась улыбка.       — А, Твайлайт Спаркл. Ты вернулась! Надеюсь, вы победили?       — Да, — кивнула Твайлайт. — О лозах мы позаботились, но нам пришлось вернуть Элементы на дерево, чтобы избавиться от них.       Глаза Луны загорелись.       — А, значит, это было Древо, — тихо сказала она. — Нам было любопытно… но это не имеет значения. Ты можешь спросить об этом мою сестру позже, и я уверена, что она сможет рассказать тебе больше о Древе. И всё же ты должна гордиться, Твайлайт Спаркл. Вы нашли решение и в очередной раз спасли Эквестрию. На самом деле, дважды за один день. Но, прошу тебя, скажи… — Её взгляд медленно переместился на двух людей. — Кого это ты нашла в процессе?       Твайлайт вздохнула, прежде чем повторить, казалось, в сотый раз:       — Эти двое — земляне, которых мы нашли в странном здании над деревом. Однако они не кажутся агрессивными по отношению к пони. На самом деле, они помогли нам очистить лозы вокруг дерева. Я забираю их, чтобы поместить к другим землянам на более поздний срок.       — Ты говоришь, они вам помогли? — Луна задумчиво напевала, глядя на людей. Она на мгновение замолчала, прежде чем взглянуть на охранников-единорогов. — Обеспечьте их едой и питьём, а затем отведите их к… остальным в Большом зале. Наблюдайте за ними, но не заставляйте их чувствовать себя нежеланными гостями. — То, как она сказала «другие», заставило уши Твайлайт насторожиться.       — Другие? — она спросила. — Какие другие?       — Они не первые земляне, оказавшие помощь во время кризиса, — сказала Луна. — Мы решили разместить их в Большом зале, подальше от их… жестоких компаньонов. До сих пор они не проявляли никаких признаков агрессии. Во всяком случае, они, похоже, смирились с любой судьбой, которая может быть им уготована.       — И какова будет их судьба? — спросила Твайлайт.       — Мы обсудим это позже, — сказала Луна с улыбкой. — Пока этим двоим нужна еда. Они выглядят немного изможденными.       Она кивнула охранникам-единорогам, которые ответили ей тем же жестом, прежде чем повести людей. Они не были грубыми, даже настолько, чтобы соответствовать темпу человека с костылём, который оглянулся на Твайлайт, прежде чем позволить увести себя. Твайлайт смотрела им вслед, пока они не завернули за угол и не скрылись из виду. Как только они ушли, она тяжело вздохнула.       — Наконец-то. Все кончено, — выдохнула она. За её спиной Спайк тихо хмыкнул, прежде чем ещё глубже зарыться в её гриву. Схватив несколько прядей, он начал радостно посасывать их. Твайлайт улыбнулась этому ощущению, прежде чем широко зевнуть.       — Твайлайт, — сказала Луна, перекидывая крыло через плечо. — Скажи, пожалуйста, где остальные Элементы? Разве они не вернулись с тобой?       — Они остались, чтобы помочь навести порядок в Понивилле, — сказала Твайлайт, смаргивая слезы с глаз. Мир начал слегка расплываться, её измученный мозг отказывался сосредоточиться должным образом. — Без Элементов они чувствовали, что могут оказать наибольшую помощь дома.       — Сейчас? — спросила Луна, задумчиво напевая. — Понимаю. Что ж, пусть им сопутствует удача в этом начинании. Позже нам придётся прислать кое-какие припасы, чтобы помочь с оказанием помощи. Мы полагаем, что…       — Луна, — раздражённо перебила Твайлайт. — Я… Мне жаль, если это покажется вам грубым, но если вам все равно, я думаю, что хотела бы отложить любые вопросы, которые у вас могут возникнуть, до более позднего времени. Прямо сейчас я просто хочу пойти и лечь спать… с Максом. — Она начала поворачиваться, но её остановило крыло Луны.       — Мне очень жаль, Твайлайт. Мне действительно жаль, — начала она, опустив уши. — но есть ещё одна вещь, о которой ты должна позаботиться, прежде чем это произойдёт. Если ты будешь так добра, пожалуйста, следуй за мной в тронный зал.       Уши Твайлайт навострились.       — Ч-что? Зачем?! — закричала она. — До сих пор я делала все, о чем меня просили! Что ещё вам нужно? Что происходит?       Выражение морды Луны стало серьёзным.       — Мы покончим с землянами раз и навсегда.

* * *

      Добравшись до тронного зала, Твайлайт заметила, что он на удивление пуст. Присутствовало около дюжины охранников, большинство из которых были одеты в доспехи Ночной Стражи. Они сгруппировались у стен, молча разглядывая большую группу людей, расположившуюся в центре комнаты. Небольшая горстка пони в лабораторных халатах сгрудилась вокруг нескольких передвижных досок в углу комнаты, поверхность которых была покрыта каракулями. Сами люди были скованы вместе одной длинной цепью. Некоторые с ненавистью смотрели на пони, но по большей части большинство из них просто сидели, опустив головы, с измученными лицами.       В дальнем конце комнаты, у основания тронного возвышения, на большой подушке покоилась Селестия. Её грива, как и у Луны, вернулась в свое обычное магическое состояние. Рядом с Принцессой, к большому удивлению Твайлайт, стояли её отец, Ланс и капитан Темпест. Все три пони выглядели немного отдохнувшими, хотя у них всё ещё были темные мешки под глазами. Они разговаривали с Селестией приглушённым шепотом.       Твайлайт слегка подпрыгнула, когда Луна подтолкнула ее крылом. Затем Лунная принцесса жестом пригласила ее следовать за собой, и пара отправилась через тронный зал, Твайлайт, прихрамывая, следовала за Луной. Хайвиндс предложила отнести спящего Спайка в медицинскую палату, так как «Чудо-Молнии» направлялись в ту сторону, чтобы проверить Спитфайр. Он будет там вместе с Максом, как только она закончит с заданием.       Когда они приблизились к собравшимся людям, Твайлайт не могла не заметить, что почти все они получили некоторую медицинскую помощь. Под их одеждой были видны бинты.       — Вы лечили их раны? — спросила она Луну.       — Конечно, — последовал ответ. — хотя это было сделано с некоторым трудом.       — Почему это? — спросила Твайлайт.       — Из-за нашей неспособности общаться с ними у врачей были проблемы, — сказала Луна, глядя на людей. Некоторые из них уставились на неё, но никто не пошевелился. — Большинство из них отпрянули, — продолжала она. — а некоторые даже набросились на меня в гневе или страхе. Я не верю, что они знали, что мы пытаемся сделать.       — Ну, если то, что Макс сказал папе, правда, у землян сложилось впечатление, что мы контролируем людей с помощью заклинания, — задумчиво пробормотала Твайлайт. — Если это так, то они легко могли предположить, что мы снова пытаемся промыть им мозги.       — Мы пришли к тому же выводу и собирались отказаться от оказания им помощи, — сказала Луна.       — Что заставило их передумать?       — Одна из наиболее пострадавших женщин, наконец, решилась принять нашу помощь, — объяснила Луна. — Врачи смогли её залатать, а остальные смогли увидеть, что происходит. После этого многие другие разрешили врачам и медсестрам лечить их, но даже сейчас некоторые «избранные» продолжали отказываться от любой помощи.       Твайлайт слабо кивнула, позволив своему взгляду скользнуть по людям. Она заметила, что бывшая пассия Макса напряжённо смотрит на неё из середины круга, и быстро отвела взгляд.       Пара почти миновала последних людей, когда к ним внезапно поспешил серый единорог. На нём не было доспехов, отметила Твайлайт, и вместо этого он был одет в лабораторный халат. Его чёрная грива была довольно растрёпана, а под янтарными глазами виднелись мешки. Она едва могла разглядеть его кьютимарку, выглядывающую из-под подола белого халата: падающая звезда с двухцветным синим следом за ней. Подойдя, он широко улыбнулся им обоим.       — А, вот и ты, — пробормотала Луна, тупо глядя на единорога. — А я все гадала, куда ты запропастился. Твайлайт, это исследователь Шутинг Стар, — сказала она, махнув крылом в сторону жеребца.       — Как поживаете? — спросила Твайлайт как можно вежливее. Усталость начинала её утомлять.       — Я… в порядке, принцесса, с-спасибо, что спросили, — заикаясь, пробормотал Шутинг Стар, всё ещё широко улыбаясь, глядя на нее немигающим взглядом.       — Шутинг Стар работает в Институте Человеческих Исследований, — сказала Луна. —Его попросили быть здесь, чтобы понаблюдать за землянами, прежде чем мы отправим их домой.       Твайлайт бросила на жеребца растерянный взгляд.       — Зачем?       — К-как это зачем? — Если это вообще было возможно, глаза жеребца расширились ещё больше. — Принцесса, такая возможность выпадает раз в жизни! — Он шел рядом с Твайлайт, подстраиваясь под её медленный, прихрамывающий шаг.       — Я не думала, что это так важно, — пробормотала Твайлайт, опустив уши назад. Прожив с Максом достаточно долго, мысль о большем количестве землян, хотя и интересная, не волновала её так сильно, как год назад.       — К-конечно, это большое дело, ваше высочество, — задыхаясь, сказал Шутинг Стар. — Эти люди так похожи на наших, но в то же время совершенно разные. Просто изучив их в течение нескольких часов, мы уже отметили десять похожих моделей поведения, а также пятнадцать уникальных, которые мы никогда раньше не видели.       Это заставило Твайлайт остановиться, и она с любопытством посмотрела на него.       — Какое именно поведение?       Шутинг Стар облизнул губы, прежде чем вытащить планшет из одного из карманов халата.       — Ну, во-первых, в отличие от наших эквестрийских людей, у землян нет заметной иерархии стаи между каждым человеком. Однако они по-прежнему склонны группироваться вместе, а не стоять в одиночку. Они также, кажется, поддерживают друг друга, несмотря на то, что не являются частью одной стаи или семьи. Мы не знаем точно, почему они это делают, но, учитывая достаточно времени, мы, вероятно, могли бы придумать…       — Наше решение окончательное, Шутинг Стар, — перебила Луна, оглядываясь через плечо, чтобы посмотреть на жеребца. — Их немедленно отправляют домой.       — Н-но, принцесса, пожалуйста, подумайте! — воскликнул учёный. — Если бы мы могли просто изучить этих существ ещё несколько часов или, может быть, даже день или два, просто подумайте о том, что мы могли бы узнать о наших собственных людях!       — У вас есть время, пока мы не отправим их обратно, мистер Стар, — сказала Луна, прежде чем снова повернуть голову.       Единорог несколько раз открыл и закрыл рот, прежде чем искоса взглянуть на Твайлайт. На его щеках появился легкий румянец.       — К-конечно, хоть вы видите пользу от нашей работы, принцесса Спаркл, — мягко сказал он. — Кто-то настолько умный, как вы, должен быть в состоянии понять, как это может принести пользу нашему виду. Возможно, вам удастся убедить свою подругу-принцессу отложить отправку. Или, может быть, позволить нам задержать здесь одного из землян ещё на некоторое время? Нам бы не понадобились все они! Хотя бы парочка.       — Извините, Шутинг Стар, — сказала Твайлайт, бросив на жеребца беспокойный взгляд. — но я согласна с Луной. Чем скорее мы отправим землян домой, тем лучше. И для нас, и для них.       Уши учёного поникли.       — Оу… Хорошо…       Чувствуя себя немного неловко перед жеребцом, Твайлайт пошевелилась и на мгновение накинула крыло ему на спину.       — Я уверена, что информация, которой вы сейчас располагаете, очень полезна, — сказала она с несколько натянутой улыбкой. — Кроме того, Луна сказала, что у вас есть ещё несколько минут, чтобы понаблюдать за ними. Это должно что-то значить, верно?       Большой румянец появился на лице единорога, когда крыло Твайлайт коснулось его, и он напрягся. Сглотнув, он медленно кивнул головой.       — Я, эм… просто пойду понаблюдаю ещё немного, хорошо? Простите, что беспокою вас, принцесса.       С этими словами он повернулся и поспешил прочь, его лицо было скорее багровым, чем серым. Какое-то мгновение Твайлайт смотрела ему вслед с растерянным выражением лица, но потом покачала головой и вздохнула. Повернувшись, она последовала за Луной, которая уже подошла к тронному возвышению. Она что-то шептала на ухо сестре, которая теперь слегка улыбалась.       Когда она подошла к собравшимся пони, ее отец оживился, и на его морде появилась усталая улыбка. Шагнув вперед, он нежно обнял ее.       — Привет, тыковка. Как дела?       — Привет, папа, — пробормотала Твайлайт. — Я в порядке, но чувствую, что могу проспать неделю.       — Я знаю, что ты чувствуешь, — ответил Найт Лайт, отступая назад.       Твайлайт улыбнулась, прежде чем взглянуть на Селестию, которая смотрела на неё с гордостью.       — Моя верная ученица. Похоже, вам удалось победить чёрные лозы.       — Да, — ответила Твайлайт, — хотя по пути нам кое-кто помог.       — Я слышала, — сказала Селестия, кивнув Луне. — И все же мы знаем, как трудно было вам и вашим друзьям отказаться от Элементов. Потребовалось большое мужество, чтобы отказаться от них, и мы благодарим вас.       — Значит, вы знали о Древе? — спросила Твайлайт.       — Да, — призналась Селестия, — но я не знала наверняка, связано ли это с растениями. Напомни мне об этом позже, и я расскажу историю, стоящую за Древом, но сейчас у нас есть более неотложные дела. Тем не менее, вы выступили превосходно, и я не могу быть более горда. А теперь прошу меня извинить…       Встав на копыта, Селестия на мгновение посмотрела на людей, собравшихся в центре тронного зала.       — Точно! — сказала она вдруг и громко, привлекая к себе все взгляды. — Я думаю, что пришло время отправить эти бедные души туда, откуда их вытащил Дискорд. Полковник Найт, Ланс, — оба солдата выпрямились. — нам с сестрой придется позаимствовать немного вашей магии для этого. Вы оба готовы к этому?       — Готов, ваше высочество, — ответил Тёрминал.       — Полагаю, у меня осталось немного магии, — усмехнулся Ночник.       — Очень хорошо, — сказала Селестия, кивая им обоим. Затем она обратила свое внимание на капитана стражи. — Капитан Темпест?       — Мэм? — Пегас отдал честь.       — Пока мы готовим заклинание, постарайтесь изо всех сил сообщить людям, что мы собираемся сделать, — сказала Селестия.       — Есть, — кивнула Темпест. Спрыгнув с тронного возвышения, она направилась к людям. Сделав это, она рявкнула на ближайших исследователей. — Принесите мне чистую доску и что-нибудь, чем можно писать.       Исследователи поспешили выполнить её просьбу, и вскоре Темпест стояла перед людьми с чистой классной доской рядом с ней и кусочком мела в копыте. Твайлайт встала с противоположной стороны доски, любопытствуя, что задумала Темпест. Люди нервно смотрели на двух пони.       — Хорошо, — сказала Темпест, постукивая крылом по доске. — Я знаю, что вы не можете понять меня, но, если вы хоть немного похожи на Макса, вы должны понимать картинки.       Мелом она нарисовала на левой стороне доски своеобразный дом с фигурами пони и человека внутри. Это вызвало несколько испуганных криков людей, а также местами мрачное бормотание.       Не обращая на них внимания, Темпест затем продолжила рисовать другой дом на другой стороне доски, на этот раз только с фигуркой человека внутри. Она сделала паузу, прежде чем улыбнуться человеку.       — Вот, — сказала она, откладывая мел. Она отступила и повернулась к людям. — Поняли?       Люди молча смотрели на неё в течение нескольких мгновений, прежде чем один из них в толпе крикнул что-то, что никто из пони не мог понять. Что бы ни было сказано, это заставило остальных людей сгрудиться вместе, качая головами либо в страхе, либо в несогласии с тем, что, по их мнению, изображали картинки. Когда они мрачно уставились на доску, в толпе многие что-то забормотали.       — Я не знаю, как я могла бы сделать это более ясным, — прорычала Буря себе под нос.       — Дай-ка я попробую кое-что, — сказала Твайлайт, взяв мел в копыта. Начисто вытерев доску, она начала рисовать большой круг на левой стороне доски. Внутри круга она нарисовала меньший круг, а затем нарисовала солнце и луну по обе стороны от него, прикрепленные к окружности большего круга.       Перейдя к правой стороне доски, она снова нарисовала солнце, но, в отличие от предыдущего, она начала рисовать меньшие круги, ведущие от солнца по прямой линии. Она продолжала это до тех пор, пока у неё не получилось девять кругов разного размера в ряд.       — Что ты делаешь? — спросила Темпест, приподняв бровь.       — Рисую наш мир и их мир, — сказала Твайлайт, добавляя маленький круг прямо над третьим кругом от солнца.       В качестве завершающего штриха она добавила изогнутую линию между четырьмя кругами и пятым. Отступив назад, она восхитилась своей работой.       — Макс показал мне схему своего мира, — сказала она, искоса взглянув на Темпест. — Или «солнечной системы», как он её называл. Само собой разумеется, что другие земляне тоже узнают его.       Конечно же, из группы людей начало доноситься перешёптывание, многие из них вытягивали головы, чтобы посмотреть, что рисует Твайлайт. Повернувшись к ним мордой, Твайлайт убедилась, что они смотрят на неё, прежде чем обвести всё в один круг.       — Эквус, — сказала она, хотя знала, что они не могут её понять. Снова жестикулируя, она указала на маленькую точку в центре левого круга, прежде чем повторить: — Эквус.       Она сделала паузу на мгновение, прежде чем снова постучать по кругу и указать на собравшихся людей. Затем, начав с круга, обозначенного как «Эквус», она провела линию через доску к третьему кругу в очереди с правой стороны. Закончив со стрелкой, указывающей на указанный круг, она сказала:       — Земля. Дом.       С этими словами она отложила мел и отошла от доски.       — Думаешь, на этот раз они поймут? — спросила Темпест, разглядывая схему.       Она моргнула, прежде чем её уши повернулись на людей. Возбужденное перешёптывание медленно распространялось по всей группе, многие из людей указывали на доску, когда они шептались со своими соседями. Некоторые всё ещё смотрели скептически, но большинство землян смотрели на них почти с надеждой.       — Я бы сказала, что они что-то да поняли, — сказала Твайлайт с улыбкой.       Цокот копыт заставил пару оглянуться.       Принцесса Селестия и Луна приближались к собравшимся людям, их рога мягко светились, а глаза сверкали силой. По обе стороны от них стояли Найт Лайт и Ланс, их рога тоже пульсировали магией.       — Время пришло, — просто сказала Селестия, её голос дрожал от силы.       Твайлайт и Темпест попятились назад, Твайлайт потянула за собой доску, чтобы дать принцессам место для работы.       — Ты готова, сестра? — спросила Селестия, глядя на людей. Её взгляд скользнул по нервным лицам перед ней, её морда оставалась бесстрастной.       — Воистину, дорогая сестра, — фыркнула Луна. — Давай покончим с этим.       Их рога начали светиться ярче, до такой степени, что на них было больно смотреть. Затем, внезапно, раздался громкий треск, а затем вспышка яркого синего света. Твайлайт подняла копыто, чтобы прикрыть глаза, но перед этим она мельком увидела большую гавань с арочным мостом и большое белое здание с видом на гавань, похожее на паруса корабля. На короткое мгновение теплый ветерок пронесся по тронному залу. Послышался громкий «всплеск». А потом все закончилось.       Свет померк, и пони сморгнули слёзы с глаз. Там, где минуту назад находились земляне, теперь было пусто, если не считать цепей, которыми они были скованы. Никаких тлеющих кругов, никаких следов, никаких последствий, только пустой пол, ковёр и цепи.       — Это… все? — спросила Твайлайт, оглядываясь по сторонам.       — Да, — фыркнула Луна. — А ты ожидала чего-то другого? — Она тяжело дышала, на лбу выступили капельки пота. Двум единорогам было не лучше: Тёрминал задыхался, в то время как Найт Лайт, казалось, был близок к инсульту. Селестия была единственной, кто не выглядел измученным заклинанием, хотя она дышала через рот.       — Ну да, — фыркнула Твайлайт. — С тем, сколько магии требуется для заклинания, и с тем, насколько это важно, я думала, что будет… ну… что-то большее! — Чтобы подчеркнуть свои слова, она помахала копытами.       Луна бросила на неё растерянный взгляд.       — Разве ты не была когда-то участником упомянутого заклинания? — спросила она. — Мы думали, что ты и твои друзья наложили его на тебя раньше, в другом мире.       — Да, мы были, — кивнула Твайлайт, — но мы не видели самого заклинания. Мы были там, а через секунду — уже дома.       — Это довольно разочаровывающее заклинание, — с улыбкой подтвердила Селестия. — Как мы уже однажды говорили Максу, оно никакого волнения не производит на тех, на кого его накладывают. Ощущается легкое покалывание, а затем вы переноситесь обратно в свой собственный мир. Единственная проблема в том, что вы не можете быть на сто процентов уверены, где окажетесь на другой стороне.       — Значит, мы просто отправили землян обратно, — медленно проговорила Твайлайт. — не зная, где в их мире они окажутся? Что, если они попали в какое-нибудь враждебное или опасное место?       — Это была одна из главных причин, по которой Макс решил остаться, — сказала Луна, — но в данном случае оно было к лучшему.       — Но как вы можете объяснить… — начала Твайлайт, но остановилась, когда Селестия накинула крыло ей на спину. Подняв глаза, она удивленно моргнула, увидев печальную улыбку на лице принцессы.       — Это было к лучшему, Твайлайт, — тихо сказала она. — Ты действительно думаешь, что кто-то из них был бы счастлив, находясь здесь? Особенно после того, что они пережили? — Когда Твайлайт покачала головой, Селестия продолжила: — Для них лучше быть в своём собственном мире, чем запертыми здесь против своей воли. Где бы они ни оказались, я уверена, что они смогут поддержать друг друга.       — Так… все кончено? — с надеждой спросила Твайлайт.       — Не совсем, — ответила Луна, избегая встречаться взглядом с Твайлайт.       — Не совсем? — повторила Твайлайт. — А что ещё нужно сделать?!       Убрав крылья со спины Твайлайт, Селестия повернулась к паре охранников, стоявших у боковой двери.       — Впусти их.       Охранники кивнули, и Твайлайт моргнула, когда небольшая группа людей вошла в комнату. Группа состояла из трёх женщин и трёх мужчин, в двух из которых она узнала людей, которые помогли ей и её друзьям с чёрными лозами. Другой мужчина был коренастым человеком с темной кожей. Когда люди последовали за стражниками в центр комнаты, они с благоговением огляделись.       — Все готово? — спросила Селестия одного из охранников.       — Да, мэм, — последовал ответ, и кобыла резко отдала честь. — Мне привести его?       Селестия улыбнулась.       — Есть, — кивнул охранник и поспешил прочь.       — Что происходит? — спросила Твайлайт, разглядывая новых людей.       — Я боюсь, что мы вынуждены это сделать, — застенчиво сказала Селестия, ее уши были отведены в сторону. — Видишь ли, в отличие от своих товарищей, все эти шестеро людей каким-то образом проявили сострадание к пони, будь то помощь раненым или помощь в разрешении продолжающегося кризиса.       — Таким образом, — сказала Луна, продолжая с того места, на котором остановилась её сестра. — мы протянем им… копыто помощи.       При её словах двери тронного зала открылись, и пара единорогов вошла, неся в руках большую лодку. Когда лодку опустили на пол, Твайлайт увидела, что она полна тёплой одежды, еды, фляг с водой, верёвок и многих других предметов для выживания. Твайлайт оторвала взгляд от лодки и посмотрела на Селестию.       — Что вы…       — Копыто помощи, — повторила Луна, когда Селестия кивнула. — Поскольку мы не уверены в том, где они окажутся, мы дадим им немного… помощи, так сказать. Возможно, им это и не нужно, но это самое меньшее, что мы можем сделать, чтобы выразить свою признательность.       — Значит, к этим людям относятся по-особому, потому что они были милыми? — спросила Твайлайт, навострив уши.       — Как мы и говорили, вынужденная мера, — фыркнула Луна. — Да, это нечестно, — быстро добавила она, когда Твайлайт открыла рот. — Другие люди просто делали то, что считали правильным, но посмотри на это с нашей точки зрения: десятки охранников были ранены, многие из которых находятся в критическом состоянии из-за действий их более жестоких коллег.       — Мы не можем просто так наказать любого из них, — продолжила Селестия за Луной, — поскольку ими манипулировали. Однако какая-то форма правосудия должна быть обеспечена.       Вытянув крыло, она указала на лодку, которая теперь стояла на полу. Шестеро людей смотрели на неё в замешательстве, явно не понимая, почему посреди дворца, так далеко от воды, стоит лодка.       — Итак, мы сделаем все, что в наших силах, — тихо сказала Селестия. — Мы вернём их всех домой... но только окажем помощь тем, кто её заслужил.       — И все же, мне кажется, что это неправильно, - пробормотала Твайлайт.       — Нет, это не так, — согласилась Луна. — Однако это не твоё бремя. Мы с сестрой решили так поступить, так что это будет на нашей совести. Просто помни, Твайлайт Спаркл, — сказала она, бросив на Твайлайт многозначительный взгляд. — не всё так черно-белое, как нам хотелось бы. Иногда приходится выбирать меньшие из двух зол. Например, стоит ли спасать своих друзей… или спасти Эквестрию.       — Мы молимся, чтобы тебе никогда не пришлось принимать такое решение, — закончила она, грустно улыбнувшись Твайлайт.       Облизнув губы, Твайлайт задумчиво кивнула, прежде чем снова обратить своё внимание на шестерых людей. Темпест снова выкатила доску и теперь показывала им схему, которую Твайлайт нарисовала ранее. Судя по лицам людей, они прекрасно понимали, что происходит… даже если не знали, как это сделать.       Крупный самец уже забрался в лодку и счастливо сидел на заднем сиденье, на шее у него висел слишком маленький спасательный жилет. Пока остальные осторожно разглядывали содержимое лодки, он огляделся. Когда его взгляд встретился с её, его улыбка слегка померкла, когда его глаза скользнули вниз к воротнику на её шее. Он на мгновение замер, прежде чем кивнуть ей.       Твайлайт удивленно моргнула, но человек вернулся к возне со спасательным жилетом. К тому времени другие люди тоже расположились в лодке и теперь неловко сидели, как будто не зная, что делать.       — Может, и их тоже отошлём? — спросила Луна, взглянув на сестру.       Селестия покачала головой.       — Хорошо, я сделаю это. Тебе понадобится магия, чтобы через несколько часов опустить луну.       Луна моргнула.       — А как же твое солнце?       — О, я уверена, что ты тоже справишься с этим, — сказала Селестия с ухмылкой, прежде чем шагнуть вперед. Её рог начал светиться, когда она начала направлять магию для заклинания.       Тёрминал Ланс тоже двинулся вперед.       — Вам снова нужна наша помощь, ваше высочество? — спросил он. Его голос был уверенным, даже когда его рог слегка искрился.       — Нет, но спасибо за предложение помощи, Тёрминал, — сказала она. — Хотя, возможно, мне понадобится, чтобы ты принёс мне подушку, как только я закончу.       С горящими глазами она шагнула вперед и встала перед людьми, которые теперь бросали на неё нервные взгляды. Женщины даже выглядели готовыми убежать, но коренастый мужчина прошептал им что-то, что, казалось, успокоило всю группу. Вероятно, помогло и то, что Селестия одарила их своей фирменной материнской улыбкой.       — Я знаю, что вы не можете меня понять, — тихо сказала она, глядя на сидящих людей, — но я просто хочу поблагодарить вас за доброту, которую вы проявили к моим подданным. Я не знаю, сделали ли вы это из страха, уважения или чтобы очистить свою нечистую совесть, но это не имеет значения. Вы проявили доброту своей расы, и теперь я должна показать вам свою.       — Мы отправляем вас обратно. У вас были трудные времена в нашем мире, поэтому я желаю вам всем долгой, но мирной жизни в вашем.       С этими словами Селестия склонила голову, и во вспышке магии комната снова осветилась. В свете Твайлайт сумела разглядеть то, что казалось городом, частично погруженным в воду, прежде чем стало слишком больно смотреть, и она отвела взгляд.       Как и раньше, яркий свет, вызванный заклинанием, длился всего секунду, прежде чем исчезнуть, не оставив после себя никаких следов людей или заполненной припасами лодки. Когда магия, исходящая из рога Селестии, исчезла, она издала низкий стон, прежде чем внезапно рухнуть. К счастью, за несколько секунд до этого она подложила под себя подушку, и та слегка распушилась, когда она опустилась на неё. Она одарила его благодарной, хотя и несколько усталой улыбкой. Её грива, теперь снова лишенная своих обычных магических свойств, свисала перед глазами длинными розовыми прядями.       — Спасибо, Тёрминал, — сказала она слегка хриплым голосом.       Твайлайт уставилась на то место, где минуту назад были люди. Всех землян, которых смогли найти охранники, собрали и отправили домой. Возможно, один или двое всё ещё оставались где-то неучтенными, но, насколько им было известно, Макс теперь был единственным землянином, оставшимся в Эквестрии.       Она не была уверена, что эта информация заставила ее почувствовать. И как к этому отнесется Макс? Неужели вся эта драма заставит его передумать оставаться в Эквестрии? Когда он проснется, захочет ли он вернуться в свой старый мир?       Медленно страшные мысли начали всплывать в её голове, но прежде, чем её иррациональная часть смогла развернуться, она была полностью и сильно разбита той частью её разума, которая была истощена. Что ей сейчас нужно, так это поспать; она будет беспокоиться об этих мыслях позже, если они когда-нибудь возникнут снова.       Моргая, она вышла из оцепенения и посмотрела на Селестию.       — Все... все кончено?       — Да, — сказала Селестия, тяжело дыша, — теперь точно всё кончено.       — Так… — медленно произнесла Твайлайт, навострив уши. — я могу пойти к Максу?       Фыркнув, Луна закатила глаза, но слабый намек на улыбку коснулся её губ, когда она села рядом с сестрой.       — Да, Твайлайт Спаркл, — сказала она. — Можешь идти к…       Её слова потонули во внезапно распахнувшихся дверях тронного зала. Несколько стражников попятились в комнату, их копья были направлены на дверь, в которую они только что вошли.       — Что все это значит?! — крикнула Луна, вскакивая на копыта.       — Ваши высочества, у нас может возникнуть ситуация! — крикнул один из охранников через плечо. Пока она говорила, толпа людей начала просачиваться в тронный зал через двери. «Течь», если быть точным, так как в них не было настоящей свирепости. Во всяком случае, большинство из них выглядели более любопытными, чем кто-либо еще. Они тихо разговаривали друг с другом, оглядываясь на пони, но ни разу не двигались угрожающе.       — Ещё земляне? — с тревогой спросил капитан Темпест.       Охранница покачала головой.       — Нет, мэм. Они все эквестрийцские люди.       Лицо Темпест сморщилось в замешательстве.       — Эквестрийские? Тогда что они здесь делают?       — Мы не уверены, мэм, — отозвался другой охранник.       — Проявляли ли они какие-либо признаки агрессии? — спросила Селестия, с любопытством разглядывая собравшихся людей. Некоторые ответили ей любопытными взглядами, а некоторые даже осторожно приблизились к ней. Найт Лайт двинулся, чтобы преградить им путь, но Селестия покачала головой. — Нет, пусть подходят. Если они не агрессивны, то с ними всё в порядке. Мне интересно, что они будут делать.       Молодая женщина положила руки на солнце, изображенное на крупе у Селестии. Запустив пальцы в разноцветный мех, она начала чуть ли не визжать от счастья. Она отдернула руку и посмотрела на Селестию, всё ещё вздрагивая от восторга.       — Прости, малышка, — тихо сказала Селестия с грустной улыбкой на лице. — но я не могу тебя понять. — Она пристально смотрела на человека, пытаясь рассмотреть как можно больше деталей. Она удивлялась, как она не заметила их интеллект раньше.       — Я не думаю, что общение с ними будет возможно прямо сейчас, — сухо сказала Луна. Вокруг неё была своя стайка людей, некоторые из которых осторожно трогали её крылья. Один из них, молодой подросток мужского пола, провел пальцем по луне на её боку, тихо воркуя.       Найт Лайт фыркнул.       — Ну, похоже, нам придется подождать, пока Макс проснётся, чтобы выяснить, чего они хотят.       Не успели эти слова слететь с его губ, как море людей начало расступаться перед высоким человеком, который пробирался через комнату. Его мускулистое тело было покрыто шрамами. Три огненных шара были выжжены на правой стороне его груди, вращаясь друг вокруг друга. На плечах у него висела пони, а лицо было хмурым. Глаза Селестии расширились, когда человек приблизился.       — В-Ван?!       С ворчанием человек сбросил свой груз с плеча и осторожно опустил пони на землю.       — О, да, вот так. Просто взял и кинул меня на задницу… козёл, — проворчала Лира, садясь и потирая зад. Оглянувшись через плечо, она посмотрела на человека, который принёс её сюда. Он смотрел прямо в ответ, в отличие от других людей, которые бросали на нее испуганные взгляды и обходили ее стороной.       — Лира? — недоверчиво спросила Твайлайт, когда кобыла поднялась на копыта. — Что… что ты здесь делаешь?       — Меня поймала, — проворчала Лира, отряхиваясь. — пара людей. Не то чтобы я возражала, правда. Они выбрали идеальное время. Сегодня в приюте вечер тушёной моркови, а у неё всегда блевотный вкус.       Твайлайт склонила голову набок, нахмурив брови.       — Но что… что они… зачем они привезли тебя сюда?       — Да хер его знает, — ответила Лира. — Давай спросим у них. — Прежде чем кто-либо из пони успел ответить, она обернулась и спросила: — Эй, придурки, зачем вы притащили меня сюда?       Человек зарычал на неё, его губы растянулись в оскале. Лира закатила глаза.       — Ладно, ладно… Псай, зачем ты привёл меня сюда?       Человек хмыкнул, прежде чем скрестить руки на груди. Пока он что-то бормотал, ухо Лиры дёрнулось, как будто она могла слышать произносимые слова. Когда человек перестал «говорить», она повернулась и посмотрела на Селестию.       — Тупицы, — прорычал человек. — отлично, Псай говорит, что они здесь, чтобы забрать то, что обещал им Король.       В комнате воцарилась тишина, пока все люди терпеливо ждали ответа. Пони, однако, смотрели на Лиру широко раскрытыми глазами, их рты были открыты в шоке. Через несколько секунд Селестия закрыла рот.       — Ты… ты их понимаешь? — слабо спросила она.       — Ну да, — бесстрастно ответила Лира.       — Как давно?       Лира пожала плечами.       — Вообще-то всегда понимала.       — И ты никому не говорила об этом раньше? — зарычала Темпест. — Это та важная информация, которую нам нужно знать!       Лира медленно повернула голову, чтобы посмотреть на капитана стражи. Знаете, если бы взгляды могли убивать, от Темпест не осталось бы ничего, кроме пыли и перьев.       — Я говорила всем пони, что могу разговаривать с людьми. Меня включили в ёбаный список тех, за кем нужно пристально следить. Я трижды пыталась донести это до принцессы, и каждый раз стражники выкидывали меня из дворца. Сука, меня вообще поместили в сумасшедший дом! Я пыталась сказать всем… и ты тут ещё что-то вякаешь?! — Темпест сделала шаг назад, прижав уши к голове. Несколько ближайших охранников неловко заёрзали, не в силах взглянуть в сторону Лиры.       Лира только фыркнула, прежде чем снова повернуться к Селестии.       — Да, я понимаю людей. Я также могла понять её человека, — сказала она, указывая на Твайлайт. — когда он вчера был здесь.       — Понятно, — тихо промурлыкала Селестия. Она помолчала несколько секунд, прежде чем продолжить: — И ты сказала, что они здесь, чтобы забрать то, что обещал им этот «король»? Могу я спросить, кто такой этот их «король»?       — Это прозвище Макса для них, — сказала Лира.       — Они называют Макса «Королем»? — спросила Селестия, прежде чем покачать головой. — Неважно. Что именно пообещал им Макс?       Тихо фыркнув, Лира повернулась к Псаю.       — Эй, а что вам предложил король? — Он начал ворчать и щебетать, и, не сводя с него пристального взгляда, Лира начала переводить. — Король сказал, что, если они помогут спасти пони, он поговорит с Солнцеза… — Она замолчала, дважды моргнув. — Т-ты только что назвал её… о боже. — Уголки ее рта слегка приподнялись. — Это… беру свои слова обратно. Этот идиот действительно умеет удивить.       — Что происходит? — спросила Луна, подняв бровь.       — Ничего, — слишком быстро ответила Лира. Она откашлялась, прежде чем продолжить. — Макс обещал поговорить с Селестией о том, как им получить логово, то есть место для их общины. Судя по всему, это может включать в себя предоставление им земли.       — Им нужна земля? Какую землю мы могли бы им дать? — прошептала Луна сестре.       — Ну, есть же, например, Жеребячья Гора, — прошептала в ответ Селестия с неуверенностью в голосе.       — Разве они не принадлежат жителям Холлоу Шейдс? — прошипела Луна. — Я думаю, они получают древесину с деревьев на склонах.       Селестия прикусила губу.       — Ну... на севере есть Кристальные Горы. Нам просто нужно переговорить с Каденс.       Сёстры были выведены из их разговора, когда человеческая женщина вышла вперед, быстро чирикая.       — Что? Действительно? — спросила Лира, её глаза слегка расширились. Человек кивнул, заставив Лиру замурлыкать.       — Что она сказала? — спросила Селестия.       — Очевидно, некоторые люди хотят продолжать жить со своими владельцами пони... но как равные? — Лира направила последнюю часть на человека, который снова кивнул.       Селестия несколько секунд смотрела на человека, прежде чем её взгляд медленно начал скользить по толпе перед ней. Хотя выражение её морды было пустым, любой, кто знал её достаточно хорошо, мог видеть, что шестерёнки в её голове вращались. Она взвешивала свои варианты и пыталась понять, какой курс будет лучшим. В конце концов, её взгляд остановился на группе пони, стоявших в стороне.       — Шутинг Стар? — позвала она.       Жеребец оживился, когда его позвали.       — Д-да, ваше высочество?       — Подойди сюда, пожалуйста, — улыбнулась Селестия.       Учёный моргнул, но сделал, как его попросили. Обогнув море людей, он быстро направился к подушке, на которой сидела принцесса. Она подождала, пока он приблизится, прежде чем продолжить.       — У меня есть для тебя особое задание, которое, я думаю, тебе очень понравится, учитывая твой интерес к людям. Мисс Хартстрингс, это относится и к вам.       — Ч-что это за задание, ваше высочество? — спросил Шутинг Стар. Стоявшая рядом с ним Лира навострила уши, но сохранила на лице выражение безразличия.       — Я сейчас расскажу подробнее, — сказала Селестия. — но, проще говоря, вы двое будете работать вместе. Мисс Хартстрингс поможет преодолеть языковой барьер между нами и людьми, в то время как вы, мистер Стар, возглавите интеграцию людей в наше общество. — Пара бросила на неё одинаково растерянные взгляды, заставляя ее продолжить. — Нам нужно знать, что нужно людям, чтобы не только выжить, но и процветать. Мы также должны быть в состоянии предотвратить любые конфликты, которые могут возникнуть между нашими видами в ближайшие годы. Мы слишком многого попросим от пони, чтобы они изменили своё представление о том, что для нас люди, но мы должны это сделать. Мы не можем продолжать обращаться с ними, как с животными, когда теперь совершенно ясно, что это не так. Это то, над чем вы двое будете работать с помощью других исследователей в Институте Человеческих Исследований.       Шутинг Стар уставился на Селестию широко раскрытыми глазами, вес того, о чем она просила, медленно фиксировался в его сознании. Его уши навострились, и он слабо сглотнул. Лира, хотя и не была так обеспокоена, выглядела менее чем удивлена ситуацией.       — Игнорируя тот факт, что вы сразу же просите меня об этом, — сухо сказала она. — вы же просто предположили, что я собираюсь вам помочь? Если это было не совсем ясно, то в настоящее время я нахожусь в психиатрической лечебнице! За то, что якобы сошла с ума! — крикнула Лира. Селестия смотрела на неё в ожидании. — Потому что я пыталась сказать пони, что люди разумны! — закончила Лира с легким раздражением. — Итак, какой у меня здесь стимул? Что вы можете такого сделать, чтобы я действительно захотела вам помочь? Потому что… пока я не вижу никаких перспектив.       Несмотря на дерзкий тон Лиры, лёгкая ухмылка коснулась лица Селестии.       — Я была бы более чем счастлива обсудить условия вашей работы, королевское помилование и особенно крупное вознаграждение, которое вам причитается за те неудобства, которым вы подверглись, но сначала я должна позаботиться об одной последней вещи. Твайлайт!       Твайлайт, которая медленно засыпала, резко проснулась, когда её окликнули по имени. Моргнув, она смутно взглянула на Селестию, прижав ухо к голове.       — Д-да, принцесса?       Селестия тепло улыбнулась ей.       — Спасибо за то, что была здесь во время предыдущих событий, но дальше мы с Луной справимся сами. Я верю, что есть человек, которого ты хочешь видеть... и кровать, зовущая тебя по имени, если я не ошибаюсь.       Моргая по-совиному, Твайлайт уставилась на Селестию. Медленно на её морде начала появляться улыбка.       — Это… это значит…       — Да, Твайлайт, — тихо сказала Селестия. — Можешь идти.       Улыбка распространилась полностью, и с возбужденным визгом Твайлайт вспорхнула к дверям тронного зала. Люди расступились перед ней, многие с любопытством наблюдали за ней, когда она, спотыкаясь, проходила мимо. Она распахнула двери и быстро поскакала по коридору, направляясь не только к своему человеку, но и к заслуженному сну.

* * *

      — Эшелон, четыре, девять, двадцать три, шесть, двадцать два, двадцать шесть, двадцать три, двадцать три, одиннадцать, три, двенадцать, восемь, двадцать два, восемь, двенадцать, восемнадцать, двадцать четыре, восемь, четыре…*       Мелодик Винд медленно ползла по коридору на животе, тихо бормоча себе под нос, когда она шла. Её глаз всё ещё был заплывшим и закрытым, а хороший остекленел. Треснувшие копыта мягко стучали по каменному полу, когда она медленно продвигалась вперед. Её лишенные перьев крылья бесполезно волочились по полу. Учитывая, насколько скелетообразным было её тело, любой пони, проходивший мимо, мог принять её за движущийся труп.       И всё же ни один пони не наткнулся на неё. Они были слишком заняты другими делами, которые происходили в других частях замка. Вот как ей удалось сбежать из медицинского отделения. Появились несколько охранников и увели врачей и медсестер на лечение особых пациентов в подземелье. Она воспользовалась отсутствием присмотра и выскользнула из постели и из палаты. У неё была миссия, которую она должна была выполнить.       — Эшелон, четыре, девять, двадцать три, шесть, двадцать два, двадцать шесть, двадцать три, двадцать три, одиннадцать, три, двенадцать, восемь, двадцать два, восемь, двенадцать, восемнадцать, двадцать четыре, восемь, четыре…       Дойдя до лестницы, она без колебаний спустилась по ней. С тошнотворным «стуком» её грудь ударялась о каждую ступеньку на пути вниз. Воздух вырывался из её легких мягкими, хриплыми вздохами с каждым ударом. Добравшись до дна, она лежала там скомканной кучей всего мгновение, прежде чем встать. Она снова начала тащиться вперед, всё время бормоча себе под нос одну и ту же мантру.       Когда она приблизилась к концу коридора, перед ней внезапно появилась пара белых копыт. Она смотрела на них в течение короткого мгновения, прежде чем попытаться обойти их, но была остановлена красной аурой, окружающей её. Медленно, её голова была поднята упомянутой аурой, пока она не обнаружила, что смотрит в пару пронзительных красных глаз.       — И куда это ты направляешься? — спросила Винил, приподняв бровь.       Мелодик моргнула здоровым глазом, прежде чем снова пробормотать:       — Эшелон, четыре, девять, двадцать три, шесть…       — Да, да, — вздохнула Винил. — Я так и думала, что ты скажешь что-то в этом роде. — Она несколько секунд смотрела на Мелодик, прежде чем медленно склонила голову набок. — Риддик всегда был одержим играми разума. Всегда был очарован… «спящими агентами», как он их называл. Возможно, это как-то связано с той Холодной Войной, в которой он участвовал. Всё стало только хуже, когда он стал драконикусом и мог легче влиять на умы пони… хотя я сомневаюсь, что должна тебе это говорить, — Она многозначительно посмотрела на Мелодик.       — …двадцать два, восемь, двенадцать, восемнадцать, двадцать четыре, восемь, четыре… — пробормотала Мелодик, всё ещё глядя Винил в глаза.       — Конечно, есть два основных способа, которыми он любит играть с умами пони, — продолжила Винил. — Первое — это «рассорить» их. Сделай их полной противоположностью тому, кто они есть на самом деле. Однако этот метод легко повернуть против создателя, просто напомнив, кто они на самом деле, и эффект сразу исчезнет. Некоторые могут задержаться, но по большей части пони возвращается в нормальное состояние.       Мелодик моргнула.       — Эшелон, четыре, девять, двадцать три…       — К сожалению, второй способ гораздо более... разрушительный и постоянный, — процедила Винил сквозь зубы. — Он заходит туда и обхаживает всё вокруг, заставляет вас делать то, что он хочет, сводит вас с ума от желания делать то, что он хочет, даже не зная толком, в чем заключается задача. Ты хоть знаешь, чего он от тебя хочет?       Мелодик снова моргнула, на этот раз медленнее.       — …двенадцать, восемь, двадцать два, восемь, двенадцать, восемнадцать, двадцать четыре?       Это был почти вопрос, который заставил Винил горько рассмеяться.       — Да, видишь? Ты не знаешь, чего хочешь, — сказала она. — Я искала на протяжении многих лет, но мне ещё предстоит найти хороший способ противостоять этой форме промывания мозгов. Ну, это не совсем так, — призналась она. —Есть способ это исправить. Смерть. — Она уставилась на Мелодик, которая прервала своё бормотание ровно настолько, чтобы это было заметно. — Не лучший вариант, но на данный момент единственный, который есть у большинства пони. Это своего рода… последний шанс для Риддика. Вы либо выполняете то, что он от вас хочет… или умираете, пытаясь это сделать.       Мелодик открыла и закрыла рот, но не произнесла ни слова. Медленно её рваные уши опустились. Винил на мгновение замолчала, прежде чем наклонилась.       — К счастью, я не большинство пони, — прошептала она Мелодик на ухо.       Мелодик снова встретилась с ней взглядом, и впервые в тусклом шаре засияли крошечные искорки.       — Есть способ помочь тебе, хотя за это придется заплатить, — сказала Винил, выпрямляясь. — Видишь ли, есть раса пони, называемых сангвинариями, или, как вы, вероятно, называете их, вампирами.       Она замолчала, и её глаза начали светиться красным, белки стали черными как смоль. Если Мелодик и была встревожена, то не могла этого показать.       — У сангвинариев есть несколько черт, некоторые из которых являются благословениями, а другие — проклятиями, — продолжила Винил. — Тем не менее, одна очень заметная черта заключается в том, что мы не подвержены влиянию ментальной магии. Контроль над разумом на нас не действует. — Сделав паузу, она облизнула клыки, выступившие из её верхней губы.       — Если я превращу тебя в вампира, как я, власть Риддика над твоим разумом будет разрушена, — тихо сказала она. — Но это не всё. Будут некоторые проблемы. Твой разум не будет прежним, но ты, по крайней мере, снова будешь контролировать себя.       Мелодик внимательно слушала, выплёвывая случайное число каждые несколько секунд.       — Но есть только одна проблема, — мягко сказала Винил. — Ты сама должна хотеть этого. Я могу обратить тебя, только если ты на это согласишься. Без твоего согласия это не сработает, и ты застрянешь в таком положении на всю оставшуюся жизнь. Итак, я спрашиваю тебя… ты ещё там, чтобы услышать и понять, что я говорю? — Наклонившись, она заглянула в тусклый желтый глаз Мелодик. — У тебя осталось достаточно сил, чтобы освободиться?       Мелодик некоторое время тупо смотрела на неё, прежде чем внезапно сморщить морду. Мышцы на её морде дёргались и сокращались, когда она продолжала, не моргая, смотреть в глаза Винил. Она безмолвно открыла и закрыла рот, прежде чем прикусить губу. С рычанием она сильно укусила её, проливая кровь.       — Нахер, — прорычала она из-за кровоточащей губы.       Широкая улыбка расплылась по морде Винил, обнажив её клыки во всей красе.       — Хороший ответ.

* * *

      Полчаса спустя Винил забрела в медицинскую палату, Мелодик лежала у неё на спине. Пегас была без сознания, хотя, казалось, мирно спала. Её шерсть теперь была тёмно-синего оттенка, и там, где когда-то были крылья без перьев, теперь находилась пара кобальтово-синих кожистых крыльев. Шерсть вокруг ее рта была окровавленной и сырой, а на щеках виднелись засохшие кровавые полосы слез.       Осторожно двигаясь, Винил отнесла Мелодик к ближайшей койке и осторожно положила её. Она укрыла её одеялом, стараясь быть осторожной с костлявой кобылой. Она застонала, когда Винил натянула одеяло, её распухший глаз на мгновение открылся, обнажив красную радужку вместо жёлтой. Винил просто тихо шептала ей, и Мелодик вскоре снова затихла. Посмотрев на кобылу, она тяжело вздохнула и покачала головой.       — Октавия убьёт меня, — пробормотала она себе под нос, прежде чем повернуться и пройти по палате в дальний конец. Проходя мимо медсестры, она что-то прошептала ей на ухо, прежде чем указать на Мелодик. Глаза медсестры расширились, но она кивнула и быстро подошла, чтобы проверить нового вампира.       Винил продолжила свой путь, пока не подошла к одной из кроватей рядом с большим окном. Обойдя его, она села на стул, стоявший рядом с койкой. Она откинулась назад, пока ее голова не уперлась в стену. Через несколько секунд она взглянула на обитателя кровати.       Макс тихо дышал, его грудь поднималась и опускалась с каждым вдохом. Лицо и шею покрывали бинты, но большинство из них предназначались для мелких порезов и царапин. Гипс покрывал одну из его ног, обе руки свисали с краёв медицинской койки. Пока она смотрела на него, он слегка поморщился, прежде чем пошевелиться во сне. Винил тихо прошептала:       — И какие ужасы ты испытал…