12
22 мая 2020 г., 20:09
Господи! Как скучно мы живем! В нас пропал дух авантюризма. Мы перестали лазить в окна к любимым женщинам. «Ирония судьбы, или С легким паром».
Кай. — Расправь крылья, — просил я самого себя, — давай! Всего-то крылья. Давай уже. Расправляй. Все, чего я хотел, так это распахнуть крылья и исчезнуть. Не оборачиваться вслед той, что сбежала в смущении. Не слышать ее удаляющихся шагов. Просто отпустить это как дурной сон. Ведь моя жизнь, весь этот мир был для нее не более чем набор определенных кодов. Она рассказывала свою историю, а я все никак не мог поверить, что моя жизнь — это просто шутка и игра ее мира. Мир, в котором возможно так много, но по воле случая ее выбросило сюда. И я уже не знал, кто я? Какой настоящий? Много слов и ни одного, что могло сказать, что ненастоящая именно она. Не бывает в нашем мире столь сильных духов, демонов, по крайней мере, я таких не встречал. Даже к потерянным ее не могу отнести, хотя повидал их немало. Эрика была непохожа на остальных, и с ней было все по-другому; и именно с этого все началось. Именно она виновата в том, что я решил уйти. Все как всегда было до очевидного просто. Я спал, а мой сон длится до тех пор, пока в замок не приходят живые души в поисках защиты и помощи. Для меня не было разницы: люди, эльфы, гномы, кунари — они были живые. А живые обладают своей собственной энергетикой. И когда я очнулся спустя четыреста лет, для меня было непонятно, как одна-единственная душа забрела сюда, да причем живая. Либо я был ошарашен, либо во мне взыграло так называемое живыми любопытство, но я захотел размяться и попугать эту жалкую, еле мерцающую душонку. От нетерпения я перевоплотился прямо на месте и ящик грохнул на меня. Было больно, но больше мне была интересна та, что спешила на помощь. Я смотрел на нее и пытался произвести больше проблем со своим освобождением, но это ее не остановило. Я не понял, когда именно оказался свободен, но мне захотелось похлопать ее по плечу и сказать, что она молодец; не важно, что не увидит, не почувствует, не услышит. В последний момент вспомнил, что забыл вернуть себе прежний облик, а ее глаза вдруг посмотрели на меня с какой-то детской обидой и разочарованием. И только тогда я понял, что она уже падает вниз, а ее резкий вскрик привел меня в чувство, и я просто прыгнул следом, чтобы буквально через секунду зависнуть в воздухе над ней. Сначала показалось, что я брежу, и рука инстинктивно потянулась к округлой груди под странной одеждой. Я даже сказать толком ничего не успел, как меня ощутимо и болезненно ударили между ног. Меня как молнией поразило в тот момент. Она ненастоящая, то есть неживая, но такая… Чуть все волосы мне не повыдергивала, да еще с такой силы в челюсть ударила, словно всю жизнь в кузнице молотом махала. Ну, хочешь не хочешь, а пришлось смотреть правде в глаза. А потом проявлять сочувствие, о котором так любят говорить живые. Со стороны все выглядело как плохо поставленная комедия. В свое время пришлось насмотреться, был один такой любитель. Но смех смехом, а потом уже и мне стало не до шуток. Если поначалу ее странное поведение можно было списать на шок, то потом понял, что шутки кончились, и меня мироздание наградило попаданкой. И как я понял уже после, эта участь настигает самых странных девиц и в них обязаны влюбиться все остальные, только они всегда были живыми, а эта мертва, значит, неприятностей будет больше. С этой мыслью я даже спокойно свыкся. Будет хоть немного веселей, чем раньше. Веселеть я начал с той самой ночи, когда сквозь Тень решил понаблюдать за ее демонами. Для меня это было привычно, как для живых дышать. Сколько снов и фантазий я пересмотрел за все это время, что со счета собьешься, но так меня еще не пробирало. Когда понимаешь и видишь плод чьи-то фантазий, то там кто на что горазд. Перекаченный мужик, у которого вся его мужественность чуть ли из ушей не капает от вида обладательницы снов, которая почти в бабки на самом деле годится. Легкая и трепетная дева, закованная в темном подземелье. Развратная и повелевающая дама средних лет, стегающая плеткой по толстому заду. Куча диких кунари, изнывающих от похоти. Я видел все, что только можно было, и иногда задумывался, что так на самом деле не может быть, но на то их желания и фантазии. Кто я такой, чтобы разубеждать. Но… когда я увидел самого себя. Я чуть воздухом не поперхнулся от возмущения. Вздымающаяся плоть под кожаными полосками кожи была отчетлива видна, а еще этот кляп. И все это время, почти точная копия Эрики, сидевшая на мне… А другая, она, настоящая, о чем-то говорила и спорила. В горле встал тяжелый ком, который было невозможно проглотить. И я с придыханием смотрел за этой проделкой демоницы, которая всеми способами пыталась вывести Эрику из себя. Я даже вспотел от предвкушения, что же она решит. В груди сильно сдавило, а внизу живота разгорелся настоящий пожар. У меня, конечно, бывали моменты, о которых не принято говорить в приличном обществе, но сейчас… — А может, я тогда лучше тебя трахну, а? — ее резкий выпад на провокацию остудил мой пыл, но в тот самый миг я уже просто не мог оторвать своего взгляда от представления. — Если я с тобой сотворю подобное, то это точно избавит меня от тебя. Умом я все прекрасно понимал, но глаза. Я видел много снов и фантазий, но столько чувственной страсти и природного желания я никогда не наблюдал. То, что она говорила, как она вела себя со своим персональным демоном. То, что мою иллюзию развеяли, всколыхнуло во мне недовольство, я бы даже сказал, досадливую злость. Получается, что я не интересовал ее? Ведь это сон, фантазия! Неужели она не захотела вот так прикасаться даже к моей кукле? Меня это задело, хоть и виду не подал. И почему домовенок Кузя? Имя такое, словно бродячая собака прибилась и выкинуть жалко. Милая, но ненужная. К счастью, когда весь этот кошачий концерт закончился, Эрика решила дать мне имя. Ну… в основном я настоял, да и давно хотелось. А то все Хранитель и Хранитель. Заодно проверили ее выдержку в качестве духа, чтобы она перестала сомневаться. Только вот ее фантазии хватает, чтобы с демонами по койкам рассекать, а не имена давать почти приличным Хранителям. Что я только не выслушивал в свой адрес, даже вспоминать страшно, но последнее имя мне, на удивление, и правда понравилось. Кай. Чувствовалось в нем какое-то волшебство. Холодное и недоступное, и… мне показалось, что это имя было наполнено легким оттенком одиночества. И все покатилось по какой-то родной сердцу колее, что мне становилось страшно. Я стал бояться. Страх того, что это все исчезнет и мне просто приснилась эта девушка, которая сделала меня почти живым. Таким же, как и те души… что иногда приходят. И этот страх преследовал меня все дни и ночи напролет. Я боялся вновь остаться один. И мне все чаще хотелось к ней прикоснуться, почувствовать рядом, чтобы понять, что я не брежу. А в ней только больше просыпалось задора от моих попыток. Я видел, понимал, что она привязывается ко мне, так, как это делали живые между собой, и от этого мне становилось больнее с каждым днем. Казалось, что я обманываю. И страшно было сказать самому себе, что обманываю именно себя. Когда она поймала меня с поличным, за тем, что я подглядываю за ней через Тень, я хотел, чтобы она кричала и сильно ругалась. У нее это почти получилось, а потом я не смог. Мне так захотелось, чтобы она увидела замок моими глазами. Он прекрасен, особенно в дни своего запустения. Ей понравилось, а у меня вся моя сущность укатилась в пятки. Все получалось не правильно, но так хорошо, что я не обращал на это внимания. А потом начался круговорот дней и ночей. Обучение магии, где хотелось подзадорить, но в итоге у меня самого чуть сердце не выпрыгнуло из груди, когда увидел ее испуганную. Пусть магичет как хочет, как она любит говорить, «без эмоций». Пусть так, но наши посиделки и вытаскивание ее из подземной библиотеки для меня были самыми счастливыми и яркими событиями в моей жизни. — Замок принимает тебя, — даже не понял, с чего вдруг поделился с ней этим. В глубине души созревала ненависть. Мало того, что она отобрала мое спокойствие. Отобрала веру в того, кто призвал, и называла его все это время ушастым козлом. Кажется, я и сам в это верю и хочу посмотреть этому Соласу в глаза. А теперь я отчетливо осознавал, как Скайхолд реагирует на нее. Он признает ее своей, а я… Я летел вперед навстречу свободному ветру, и меня это не пугало. Мне хотелось это испробовать. Мне многое забредало в голову и никак не выдувалось. Я думал о том, чтобы вернуться, но… Скайхолд выбрал ее. Я видел именно это. Ее непосредственная нежность и забота о нем все более разворачивала то, что я с таким трудом для себя пытался похоронить. Я не питал иллюзий, не хотел быть привязанным к кому-то; в итоге я раз за разом оставался бы один, и только голые и пустые стены напоминали об этом. И даже мое желание ее поцеловать, и сам поцелуй… руки и колени тряслись, словно я припадочный. Это было последнее, что я сделал и завершил все. Хватит! — Теперь я хочу жить! — выкрикнул я, покидая Скайхолд.***
Я хотел жить, но глядя на первую попавшуюся деревушку, где живые метались туда-сюда, мне захотелось жить в другом месте. Я нашел следующую, но и там не было того покоя, о котором мечтал. Все было скомкано и пугающе, словно наступает конец этого мира. Куда бы я ни наведывался, всюду была паника, страх и неразбериха. Кажется, теперь я понял, о чем мне говорила Эрика. Случилось что-то действительно страшное. — И долго ты здесь отираться удумал? — внезапный старушечий голос заставил меня вздрогнуть. Вряд ли сову воспримут за нарушителя спокойствия, подумал я. — Совсем совесть потерял? — и тут неожиданно мне стукнули по голове клюкой, что даже перья дыбом встали. — Сгинуть вздумал? И словно в подтверждение она приподняла клюку и что-то болезненно натянулось. Я видел прозрачные еле мерцающие нити, все еще связывающие меня со Скайхолдом. Я это знал, когда покидал замок. Сковывающие цепи и канаты рвались и ломались, но остались лишь еле заметные нити, тонкие, словно паутина. — Еще немного, и не починишь, — отозвалась старуха, присаживаясь рядом со мной на огромный валун. — Не смотри, что руины, — махнула она рукой в сторону парочки завален. — Академия вроде была? Или дворец? Чего вылупился? К тебе обращаюсь! В еще большем недоумении я оглянулся по сторонам. Руины. Да. Так поэтому тут и решил передохнуть, что никого нет. Тень дрожит, но не сильно, как везде, да и разрывов поблизости нет. А то уже натолкнулся на один. Я даже не знал, что демоны могут быть таким злыми. Подумав немного, решил обернуться в духовный образ; может, пронесет. — Соблазнять решил или похвастаться? — не сводя с меня подслеповатых глаз, вновь спросила старуха. — Я… — Ну не я же! — взмахнула бабка руками. — Кого ирод оставил? — Я… — Вот же тебя коромыслом, — опять нахмурилась бабка. — Девку? — Да почему я должен был кого-то оставлять? — уже вспылив не на шутку, я внимательней присмотрелся к ней. Она живая и видно, что очень сильный маг. Только вот платье очень потрепано, а седые волосы до плеч висли сосульками, и глаза ярко-желтые с хитрецой и чем-то еще неуловимым. — Твои хоромы тянутся за тобой! — грозно прикрикнула она и словно в подтверждение вновь своей клюкой вверх дернула, и я увидел, как нити натянулись еще сильнее, болезненно скрутив тело. — Он же признал и отпустил, — меня чуть не вывернуло под ноги бабули. — Признать признал и отпустил, но ты совсем нюх потерял? — бабуля снова мне клюкой дала по макушке. — Нет ее. Поэтому тебя обратно тянет, неужели еще не чувствуешь? — с прищуром спросила она. — Как нет? — замер на месте и боялся лишний раз сделать вдох, иначе сейчас… Душу сковал дикий страх и ужас. Тело словно заледенело, а по щеке скатилась слеза. Неосознанно стер ее пальцами и уставился на них, будто впервые увидел. Я никогда не плакал. Видел тысячи, миллионы раз, но сам никогда. А потом опять посмотрел на старуху, но так, словно она сейчас рассмеется и скажет, что это шутка. — И-и-извините, — неожиданно я начал заикаться. — М-меня зовут Кай. Пожалуйста, скажите мне, кто вы и как узнали, что она… — Вот это манеры! А находишь всегда там, где и не думал. Это как с носками, — вдруг всплеснув руками, она внимательней осмотрела меня с ног до головы, отчего я даже подскочил на месте, чтобы было лучше видно. — Пожалуйста, — бросился я к ней в ноги. — Вы не простая женщина, раз видите и знаете так много. Вы сможете помочь? Я могу все исправить? — Я подталкиваю историю, когда это нужно. Но иногда её приходится пинать, — в очередной раз она схватила свою клюку и замахнулась, но я даже не пытался увернуться, и она остановилась. — Возвращайся в Скайхолд, пока еще есть силы. С сегодняшнего дня их будет все меньше, а когда совсем закончатся, то и ей, и тебе смерть. — Значит… — Не перебивай! — мне все же прилетело по голове. — Извините, — потирая больное место, но с радостной улыбкой ответил я. — Как вернешься, найди того, кто призвал тебя, — она задумалась на минуту. — Вместе справитесь. — А если… — Ты гляди, чего удумали! — она махнула клюкой куда-то в сторону. — Да черт с ними! — уже прикрикнул я, припомнив мифических существ с планеты Земля. — Что именно… — Тебе что, совсем не интересно? — нахмурилась она. — Когда уготована смерть, то нет, — ответил честно. — Оглянешься, тогда скажу. — Нет! — Что нет? — Не оглянусь, пусть хоть мир рухнет! — Упертый значит? — подбоченилась она и сейчас явно выглядела моложе, чем могло показаться на первый взгляд. — Какой есть, — согласился с ее определением. — Ладно! — сердито махнула она рукой. — Цветы видишь? — ткнув клюкой прямо себе под ноги. — Собери охапку, нужны будут, а то, и правда, в сугробах не найдете. — Конечно, — кинулся я собирать красные цветы под ногами. Их здесь было тьма-тьмущая, и на первый взгляд издалека могло показаться, что эта поляна была залита кровью. — А потом? — Отдашь ей, как очнется! — резко и оглушительно громко крикнули мне в самое ухо, как только я отвернулся. — А потом? — хотел я спросить, а бабки уже и след простыл, но охапку я все же собрал. Не стоило с нее глаз сводить. Чуть что, сразу исчезают.***
Чертова бабка! Чертовы цветы! Чертовы нити! Как и сказала старуха. Я просто еще не понял, не прочувствовал. И сейчас до меня дошло, когда уже на вторые сутки я не мог обернуться совой больше чем на пару часов. Моя духовная сущность взвывала от истощения, и мне хотелось до умопомрачения есть, спать, все что угодно, но не топать на своих ногах в этот чертов замок. Спустя еще пару дней я был согласен на первоначальное имя Кузя. Лишь бы обогрели, подобрали или… да не важно. Хочется, чтобы весь кошмар закончился. Больше всего я боялся, что цветы завянут, но я ошибся. Они даже не думали об этом и продолжали источать аромат, на который у меня, кажется, появилась аллергия. В очередной раз громко чихнув, стойко пытался преодолеть еще одну вершину, пока мой запал не кончился, и я не нырнул с головой в сугроб. Выползая и растирая озябшие руки, принялся вновь собирать цветы, что рассыпались вокруг. Заграбастав в охапку то, что мог тащить в обличье совы, выбрался из недружелюбных сугробов и вышел на протоптанную снежную тропинку. И пройдя по ней еще несколько часов, этот мир смилостивился надо мной, и я увидел Скайхолд. Без сомнений и лишних расшаркиваний я двинулся в его сторону, буквально влетая на своих двоих во внутренний двор и еле успевая увернуться от падающего камня сверху. На главных замковых воротах кто-то протяжно выругался на гномском, но я уже не слушал, а шел на встречу с той, кто тут собирался умирать или был при смерти. «— Вон! Прочь! — заскрежетал, как не смазанная телега, голос». — Где он? Где хозяин? — не сбавляя шага, я напрямую ломился в ее комнату. На миг мне даже представилось, что она неподвижно лежит на кровати и ждет, когда я приду и разбужу ее поцелуем, от которого она не посмеет сбежать. «— Уходи. Она моя!» — Мне кажется, — преодолевая последний полет в комнату, спросил я, — или ты раньше был совсем не разговорчив? В смысле, вообще не говорил. «— Бросил! Бросил! Бросил! — не останавливаясь, хрипел замок в моем сознании. — Уходи! Убирайся! Прочь!» — Она умирает! — резко остановился я уже под ее дверями и заорал что есть силы. — Ты никто без нас! Станешь очередной руиной, камнем! «— Я охраняю. Не даю исчезнуть. Он освободил Эри, и она хотела уйти». — Где она? — обессиленно я рухнул под самой дверью и бросил всю чертову охапку ярко-красных цветов. «— Сам ищи.» — Издеваешься? — но ответом мне была тишина. — Ладно! Понял! — даже руки в примирительном жесте сложил. — Еще повоюем! Прислушался к себе и к вновь забытым ощущениям, и нашел странно натянутую связь. Не мешкая, я спустился вниз и повернул направо, а потом налево и застал довольно нелицеприятную картину. Один гном утверждал, что его и его людей пытаются убить. А потом последовал абсурд. И если честно, то если бы была возможность, то сам их прикончил. Эрика вам не Демон. — Мессир Солас, — сказала одна из живых, а я оторвался от бумажек на столе. Мне тоже было интересно послушать того, кто призвал меня. Я хотел, чтобы этот ушастый козел сделал так, чтобы Эрика вернулась. А он увидел меня и сбежал. Неужели думал, что это остановит. — Ты Солас, о котором она говорила? — совершенно спокойно произнес я, появившись за его спиной. — Где Эри? — в этот раз мне не удалось сдержаться, и я буквально прорычал вопрос как угрозу. В отражении зеркала я видел его растерянный взгляд. Его глаза в замешательстве смотрели и, кажется, не верили в то, что сейчас происходит. Он быстро зачерпнул ладонями воды из тазика, что стоял на табурете перед зеркалом, и быстро плеснул себе в лицо, сильно зажмурившись. — Долго еще собираешься делать вид, что не замечаешь меня? — раздражение все большей волной накатывало на меня. Резко схватив его за плечи и развернув к себе; он, кажется, и вовсе ошалел, когда от души вмазал ему кулаком в мокрую физиономию. Он пошатнулся и начал оседать, но я вновь вцепился в него и, встряхнув, поставил на ноги. — Мне некогда расшаркиваться перед тобой, Хозяин, — последнее слово буквально выплюнул ему в лицо. — Так что сгребай в охапку… — я совсем забыл, что оставил цветы под дверями, а кто-то может их выкинуть, и не найдешь потом. — Жди здесь, — указал ему на место, где он стоял. — Я скоро вернусь. Оказавшись у двери, я в отчаянии схватился за волосы и протяжно застонал. Цветов не было, и где их сейчас искать, когда, может быть, каждая минута была на счету? За дверью послышалось движение и радостный женский голос. То, что это не Эри, я понял сразу, но когда прошел сквозь дверь, оказался в замешательстве. Счастливая эльфийка валялась на нашей с Эри кровати прижимая к себе мой букет. На секунду задумался над тем, что именно сейчас подумал и утвердительно кивнул сам себе. Замок мой, Эри моя и эта чертова кровать тоже принадлежит мне, а этот веник тем более. — А вдруг это от Каллена? — вдруг выдала эта девица и, сев на кровати, стала более придирчиво оглядывать цветы. — Нет! — утвердительно замотала она головой, и губы вновь растянулись в какой-то почти пугающей улыбке. — На такое способен только мой милый Солас. Ему пришлось воспользоваться магией, чтобы достать для меня такую красоту. У меня даже челюсть отвисла от этого откровения. Мало того, что этот козел упустил Эри, так еще и шашни тут успел завести. Ну я его наизнанку выверну. Так. Только я хотел решить, как бы мне вернуть проклятые цветы, девушка бережно положила их на кровать и, весело подпрыгнув на месте, захлопала в ладоши и выбежала из комнаты. Я лишь успел уловить, что она говорила что-то про красивую вазу в этом захолустье. Я выдохнул с облегчением и, забрав букет, решил побыстрее свалить отсюда. Оказавшись в комнате Соласа, на мгновение замер. Он стоял спиной ко мне и смотрел в окно. Его руки были слеплены за спиной в замок, но было трудно не заметить, как они напряжены почти до побелевших костяшек. От него исходила волна ледяного спокойствия, но она вызывала во мне нешуточное опасение. — Пришел в себя? — поборов в себе страх, понимая, что сейчас, как никогда, должен быть сильным. — Определенно, — медленно повернувшись, он уже более внимательно посмотрел на меня. На его скуле стал наливаться синяк, и мне даже стало немного стыдно. — Не стоит. Кажется, мне это было необходимо, чтобы мысли встали на место, — чуть скривился он, видимо, говорить было слегка неприятно. Солас коснулся лица, и магия сорвалась с кончиков пальцев, убирая след. — А это… — он вдруг уставился на цветы в моих руках, и в его взгляде тенью промелькнуло непонимание. — Это нужно отдать Эрике. — Эрике? — удивился он. — Эри. Сейчас это так важно? — вновь начал заводиться я. — Нам нужно действовать, и чем скорее — тем лучше! — Нам? — Слушай, я тебе мозг случайно не повредил? Или у тебя это пожизненно? — ехидно поинтересовался я. — Может, еще раз стукнуть, чтобы на место поставить? — Я лучше откажусь. Довольно сомнительный способ, должен сказать, — серьезным тоном ответил он. — У меня есть несколько вопросов, на которые хочу получить ответы. — словно в подтверждении в его глазах заплескалась магия. — Прежде чем помочь, я должен понять некоторые моменты. — Хорошо. Только давай побыстрее, а то время и правда уходит, — поторопил я. — Как Эри оказалась здесь, и как так вышло, что, вернувшись сюда, я не нахожу тебя? — Она пришла сюда несколько месяцев назад. Поначалу я думал, что она жива, но как оказалось… Так бывает, когда не осознали еще. — Сколько же времени она думала, что жива? — с интересом подался он вперед, но тут же словно одернул себя. — Несколько дней. В горах сошла лавина. Все остальное спрашивай у нее. — намекнул, что пора поторапливаться. — Ей здесь очень понравилось, и Скайхолд стал принимать ее. — В каком это смысле принимать? — уже сложив руки на груди, он стал мерить шагами комнату и хмуриться. — Слушай! — все же не сдержался и вновь начал почти кричать на него. — Ты привязал меня к этому месту и бросил, откуда я должен знать, как это объяснить, а? Чувствую и все! Стены теплели под ее руками, и Скайхолд привязывался к ее заботе и любви к нему. У него своя душа есть, если что! Правда, он раньше был не настолько своевольным. И когда понял, что он и ее видит, как Хранительницу, я подумал, что смогу уйти и… — Ты бросил ее. Одну. — договорил он. — Так зачем вернулся? — У меня осталась связь с Скайхолдом, не такая как была раньше. Она едва заметна, но она все еще есть. Пока есть. Она стала слабеть, и я стал слабее. Мои силы стали покидать меня, и я понял, что-то случилось, — мне хотелось сжаться до маленькой точки от его тяжелого взгляда. — Ты должен помочь. Она говорила, что ты можешь? — Кто? — сверкнул он глазами в мою сторону. — Кто тебе это сказал? — Эрика, — тихо отвел я. — Она говорила, что вы скоро прибудете в Скайхолд. И если кто и сможет ей помочь, так это ты. — Почему она так сказала? — Найдем ее, сам спросишь! — прошипел я, уже ненавидя его всей своей сущностью. — Время уходит! — Есть у меня одна идея, но для этого мне нужен был ты, — он подошел к комоду и стал, перебирая, вытаскивать какие-то травы и баночки. — Хорошо, что не пришлось тебя искать. Сам вернулся. Так, это не то, а вот точно, — последнее, что он вытащил, была склянка с синим лириумом; он сложил все в сумку и перекину ее через плечо. — Теперь пошли. Обогнув меня, он накинул на себя магию невидимости, но я мог его видеть. Мы направились в сторону главного зала, а оттуда прошли по коридору и попали в просторную комнату, где в середине стоял огромный стол. Насколько я понял в свое время, то это было спиленное дерево, все еще уходящее корнями вглубь земли. На поверхности лежали карты с пометками из стоящих на них флажков. — Убери все со стола, но аккуратно, — предупредил он, закрывая дверь, и, что-то шепнув, повесил на замок заклинание. — Не порви и не сломай. Потом нужно будет все вернуть на свои места. — А если сюда… — В это время сюда точно никто не придет. Не стой как статуя, я помню, что и где находилось, — поторопив меня, он принялся выкладывать из сумки необходимые ингредиенты. Я осторожно положил цветы на край стола и быстро освободил необходимое место. Солас принялся выводить черным угольком по поверхности различные символы, образуя из них круговую вязь. В центр он положил по несколько веточек различных трав; откупорив пузырек с лириумом, он осторожно, тонкой струйкой вылил содержимое на символы, и они, впитав в себя жидкость, замерцали голубым сиянием. Маленький огонек слетел с его ладони и жадно накинулся на сухие веточки, не затрагивая поверхности под ними. Вытащив небольшой кинжал, он внимательно посмотрел на меня. — Положи руку в центр, — от чего я напрягся, но сделал так, как он сказал. Огонь уже исчез, и моя ладонь легла на горячий пепел, но боли я не почувствовал. Солас утвердительно кивнул и начал неслышно читать заклинание. Его губы быстро шевелились, и я заметил, как по его виску скатилась капля пота. Поднеся нож к моей руке, он на секунду замер, а потом твердо и уверенно вывел лезвием на тыльной стороне ладони, заставив меня невольно поморщиться от боли. Закончив, он один быстрым и четким движением полоснул себя по запястью. Из глубокой раны тут же полилась кровь, прямо на мою руку, и уже разливалась в стороны, подбираясь к символам, но не выходя за их пределы. Вдруг его кровь начала шипеть и испаряться, а стол начала нагреваться, вызывая в ладони уже сильную боль. Солас тем временем отступил на пару шагов, продолжая что-то шептать, а я уже из последних сил сдерживался, чтобы не заорать от расползающейся боли уже по всему телу. Свет от символов становился все ярче и ярче, пока просто не затопил собой всю комнату и не ослепил меня; боль немного утихла, а в голове творилась самая настоящая каша. Слова, эмоции и мысли, их словно в тысячу раз становилось больше и больше. Вдруг свет исчез, а Солас пытался сфокусировать свой взгляд на мне и был чем-то обеспокоен. — Я ведь все сделал правильно, — растерянно прошептал он. «— У меня уже есть хозяин!» Знакомый голос со стальным скрежетом пронесся в моей голове. «— Я чувствую твою вину и боль. Я разбужу ее». Я отошел от стола и уже хотел сказать спасибо, как стол стали оплетать зеленые магические щупальца. В мою сторону они тоже потянулись, но я стоически держался, когда они впивались чуть ли не под кожу. В глубине души я уже понимал, что теперь никогда не смогу покинуть это место. Но… не жалею об этом. Магические путы стали отступать и рассеиваться, а на столе лежала Эри, абсолютно обнаженная. И кажется, я сейчас услышал не только свой тяжелый вздох, от которого захотелось выколоть одному козлу его глазки.
