Холодный дождь.

      Уже вечером, дома, Майя сидела за столом и перебирала листовки, которые набрала за день. Тут были и забегаловки, и магазины, и всякие прочие места, разной степени ужаса.       — Привет, — в кухню прошла Кэти, выскладывая купленные продукты из пакетов. — Что делаешь?       — Да вот, наша «обожаемая», — воздушные кавычки, — директриса сказала работу найти, а я, хоть убей, не хочу этого делать. Да и некуда, — Майя вздохнула и откинула надоевшие листовки.       — Да? А, кстати, я что-то слышала сегодня... Пришла в кафе женщина с подругой, они говорили о том, что нужен персонал, в общем, что-то подобное. И вот… — она достала из кармана листовку и положила на стол перед Майей.       Та со смесью любопытства и ужаса взглянула на неё и прочитала вот что:       «Если вы живёте полем, лошадьми, ветром и чувством свободы, но вокруг вас спрошной Мегаполис и дома, величиной с горы, то ваши страдания и нужды сейчас исчезнут!       В Нью-Йорке открывается новый конный клуб с большой конюшней!       Вам будут предоставлены услуги:       · Конной прогулки       · Уроков верховой езды       · Содержания собственных лошадей       · Детских праздников       И многого другого!       Подробнее по телефону…»       И трам-пам-пам и ля-ля-ля.       Майя непонимающе глянула на мать.       — То есть ты хочешь, чтобы я как лошадь пахала среди лошадей? — ехидно спросила она.       — Майя! Я поговорила с ними, расспросила, они говорят, что вакансии разные, зарплата приличная.       — Мам, но мне не нужен колледж!       — А мне нужно, чтобы ты училась жить самостоятельно! Позвони им. Думаю, они тебя возьмут. У них пока особого выбора-то нет, — тихо добавила она. Майя возмущённо захлопала глазами.       — Я самостоятельная с пяти лет…       — Майя!       — Ладно-ладно, — и побеждённо подняла руки, чтобы мать отстала. Та всё поняла, и, ухмыльнувшись, ушла в другую комнату.       Майя какое-то время смотрела на телефон прожигающим взглядом, в надежде, что он взорвётся, и ей не придётся никому звонить. Но этого не случилось, поэтому ей всё же пришлось набрать номер с листовки.

***

      — Будешь убирать за лошадьми? — Фаркл прыснул, за что получил от Майи подзатыльник.       — Нет! Они сказали, что попробуют меня в качестве регистратора. Буду сидеть в холле и звонки принимать, если туда конечно вообще кто-то звонить будет. А к лошадям я и на шаг не подойду! Не просите!       На следующий день после «нахождения» работы, в солнечную субботу Фаркл и Майя встретились в Центральном Парке, где Майя поведала ему про «Судьбу свою не лёгкую».       — Знаю, знаю. Ну удачи…       — Вот спасибо!       Майя ожидала ещё какой-нибудь шуточки в свою сторону, но Минкус лишь молча ковырялся ложкой в своём мороженном.       — Ты чего?       — Ты вчера ушла с урока. Пятнадцать.       — Чего пятнадцать?       — Ты уже в пятнадцатый раз уходишь за эти два месяца. И это не считая обычных прогулов, когда ты просто не появлялась на уроках. А ещё удивляешься почему у тебя такие оценки.       — Нормальные у меня оценки, — пробурчала Хантер и повернулась к другу.- Ну да, прогуливаю. Это ж я! Что такого-то?       — В том-то и дело, Майя, это не ты! Тебя сломали! Я замечаю это за тобой всё чаще и чаще. Ты другая. А всё после…       — Молчи.       — … Переезда Райли.       — Сказал, — Майя отрывисто выдохнула, в надежде успокоиться.       — Я просто волнуюсь за тебя! Кто знает, к чему это всё приведёт?! Ты помнишь, что было в Майявиле? Какой был итог? А ведь тебя тогда остановили. Успели. А сейчас останавливать некому. Я не смогу. Я не настолько сильный. Майя, решай: кто ты. Иначе потом будет поздно, — он глядел в стеклянные глаза Майи и продолжал. — Нам нужно это прожить. Смириться. Я уже смог, и ты сможешь…       — Не смогу.       — Погоди. Сможешь. Тебе времени нужно гораздо больше, чем всем нам. И я понимаю. Поэтому даю тебе время. Но это не навсегда. Ты должна приложить к этому усилия, если хочешь вылезти из ямы. Хорошо?       Вместо ответа Майя крепко обняла его.       — Уроки Меттьюза не прошли для тебя даром, Моп-Топ.       Фаркл улыбнулся.       — Знаю.       Майя понимала, что это нужно сделать. Знала, понимала, пыталась, пыталась много раз, но у неё не получалось.       Как? Как она может отпустить человека, который был рядом с ней десять лет? Который пригрел, полюбил, рядом с которым она была в безопасности?       Их подоконник — это вся жизнь. Всё, что произошло в её жизни, затрагивает комнату Сладкой, её саму, всю их семью. Это невозможно отпустить. Но она пообещала Фарклу. А она совсем не хочет потерять ещё и его.       Майя задумалась, прижимаясь к нему. Наверное, Минкусу тоже нелегко. От него уехали две дорогие ему девочки разом. Хотя бы она рядом.       И она видела, он всё ещё любит Райли. Он обещал ей. Фантастика!       Много ли на свете таких людей, которые держат обещания, несмотря ни на что, и сподвигают других держать их? Нет. Но Фаркл есть Фаркл. И он именно такой. Ей очень повезло с ним. Им всем с ним повезло.       — Ты там не уснула? — услышала она сверху голос Фаркла и притворно всхрапнула.       Оба громко рассмеялись, пока не заметили, что их мороженое упало и растеклось по асфальту.

***

      — Пошли на колесо! Ну Фа-ааркл!.. — теребила его за руку Майя. После оплакивания погибшего мороженного она заметила работающее колесо обозрения и стала уговаривать Фаркла сходить на него.       — Ну что ты привязалась? Хочешь — иди, я тут постою.       — У меня денег нету! Минкус, не упрямься, пошли!       Фаркл закатил глаза. Откуда-то сзади послышалось противное хихиканье. Майя обернулась и увидела Мисси Брэдфорд, Сару Карпентер и Дарби, обнимающую Йоги, а точнее державшую его на руках. Йоги выглядел таким довольным, что становилось как-то не по себе. Хихикала Мисси, что, впрочем, неудивительно.       — Что смешного? — холодно осведомилась блондинка.       — Ничего, — Мисси пожала плечами. — Просто вы такие милые. Не удивлюсь, если в этом году лучшей парой станете вы, а не как тогда, с Лукасом, — она снова захихикала.       Майя тихо зарычала. Желание выдрать Мисси все её плохо нарощенные волосы уже подступало. И всё бы произошло, если бы не появился Лукас.       — Привет! Вы это чего тут?       «Лёгок на помине» — подумала Майя, а вслух дерзко ответила:       — Держи своих овец в стойле, Ковбой, а то они бодаются. Плохо, конечно, но терпеть их невозможно, — она бросила многозначительный взгляд на Мисси.       — Майя! — Фаркл попытался вмешаться.       — Привет, Фаркл.       — Привет, — отозвался тот и схватил Майю за локоть. — Тормози. Тормози, слышишь? Это плохо кончится.       — Я сделаю, что должна, — процедила она и вырвала локоть.       — Лукас, ты посмотри какие они очаровашки! Просто прелесть!       — Лучше топай отсюда, а то…       — А то что? Что ты мне сделаешь? Ничего! Ты ни на что не способна.       Майя зарычала уже громче. Взрыв был очень близок.       — Майя, успокойся… — попытался Лукас, но и его ждал удар.       — Не лезь! Ты вообще обнаглел. Райли уехала всего год назад, а ты уже с этими! — она кивнула на Мисси и Сару. — Скажи, что движет твоими техаскими мозгами?! С чего ты вообще взял, что кто-то на свете сможет заменить тебе Райли?!       Майя сама того не заметила, как оказалась около Лукаса, глядя ему прямо в глаза. Он был очень удивлён, а она еле держалась, чтобы не расплакаться. Фрайер поджал губы и тихо спросил:       — Мы идём?       Майя удивлённо приподняла бровь, но потом поняла, что он обращался к девушкам, стоящим сзади. Мисси подлетела к парню, самодовольно улыбаясь, и потащила того в сторону колеса, по дороге что-то тараторя ему на ухо. За ними пошли Сара, Дарби и Йоги. Они смотрели на девушку с явным сожалением. Мисси это Мисси — вопрос выживания.       Майя опустила глаза в землю.       — Майя…       — Я пошла домой, пока.       — Майя, что с тобой случилось? Ты и раньше ругалась с Лукасом, но не до такой степени!       — Я сказала: пока.       — Он это пережил…       — Но почему Мисси?! Почему Сара?! Ладно, Сара ещё нормальная, но Брэдфорд?! Мы вместе это пережили, вместе с Райли мы не поверили ей тогда и сохранили дружбу, не дали ей вмешаться, а теперь Лукас так просто разрушает все труды Райли и Меттьюза? Наша дружба…       — Но Майя, мы разошлись! — ляпнул Фаркл и тут же прикусил язык. Он понял, что брякнул, и с ужасом заметил, как исчезают все эмоции с лица Майи. — Я…       — Нет, ты прав. Дружба закончилась. Это факт. Мы не обязаны больше думать друг о друге. Ты тоже. — она замолчала. — Пока, Фаркл.       Затем она быстро развернулась и пошла прочь из парка. Оттолкнула от себя последнего близкого человека. А всё из-за парня, просто осквернившего саму память о Райли.       Урод.       По щеке скатилась слеза. Она была единственной, посему её быстро подхватил ветер и унёс.       Может быть, он долетит до Лондона. Может быть его увидит Райли. Она всегда видела ветер...       О чём она?       Она снова сломленная бунтарка. Её сила исчезает с солнцем. А когда появляется луна она может дать волю слезам. Но только самую малость.       Иначе она не Майя Хантер.       Майя тряхнула головой.       Майя Харт.       Она должна вернуться к этому имени. Раз уж она снова ТА Майя.       Я — Майя Харт.       Думаю, Шон не обидится.       Шон как раз был дома, когда Майя вернулась.       — Ты прямо, как ураган, — он попытался пошутить, но увидел её лицо и взволнованно спросил. — Что случилось?       — Ничего.       — Опять Райли?       — Ничего!       — Майя…       — Да вы что, сговорились?! Оставьте меня в покое, у меня и так послений год весь наизнанку вывернутый! — выкрикнула она и громко хлопнула дверью своей комнаты.       Составляем потрясающий список итогов последних двух дней:       1. Год с уезда Райли.       2. Вынуждена работать.       3. В конюшне.       4. Мороженое упало, а она не успела его доесть.       5. У Лукаса появились дуры.       6. Ссора с ним и дурами.       7. Потеря Фаркла.       8. Ссора с Шоном.       Потрясающе!       Майя устало приложила ладони к лицу. Неужели вся её жизнь без Райли будет выглядеть именно так?       После душа ощущение обречённости более-менее уменьшилось, и Майя легла спать почти спокойная. Почти.       Она ворочалась с одного бока на другой, пыталась заглушить какие-то голоса в голове. Голос Фаркла, Лукаса, Мэттьюза. Это зависимость? Возможно.       Они большая часть её жизни.       Не считая Лукаса. Отныне он — умершая часть. О нём вспоминать не стоит.       Постепенно глаза закрылись. Вместо сна Майе вспомнился момент их с Райли прощания.       « — Мне будет ужасно плохо.       — Я не хочу уезжать! А можно я с тобой жить буду?       — Да! Мам?       — Нет.       — Прости, Райлз.       Райли вздохнула.       — Нам пора. Но есть кое-что… — она протянула Майе маленький коробок. — Открой его где-то через год. Когда уже будет совсем плохо. Думаю тебе это поможет.       — Я не выдержу год, ты же меня знаешь!       — Я помогу. — Кэти взяла коробок. — Он будет лежать у меня. Придёт время, и ты его откроешь.       — Спасибо… Гром?       — Молния.       — Навсегда.»       Майя резко проснулась. Год. Этот год прошёл. Значит, она может забрать подарок Райли.       Блондинка посмотрела на часы. Час ночи. Они уже точно спят. По идее, Майя тоже должна спать, но она же Майя Харт! Её не остановит какая-то ночь.       Майя тихо пробралась в родительскую комнату и открыла ящик, где мама всегда прятала от неё что-либо. Стараясь не издать ни звука, Майя нащупала заветный коробок и вытащила его.       Тихо закрыть ящик не удалось. Он громко хлопнул, но Кэти только сонно перевернулась на другой бок. Майя облегчённо выдохнула и вернулась к себе.       Даже не заморачиваясь, Хантер уселась на пол и аккуратно открыла коробочку. Внутри неё лежали ключи, перевязанные ленточкой. Но это были не простые ключи. Они были похожи на ключи от окна.       А Райли могла подарить ей ключ только от одного единственного окна.       Сердце забилось чаще. Прямо в своей пижаме, босиком, Майя вылезла на улицу, крепко сжимая в руке ключик. Ровно десять минут — и она подлезла к до боли знакомой оконной раме. Она, естественно, была закрыта.       Майя провела пальцем по стеклу и отперла окошко. Ей открылся проход к подоконнику.       Не помня себя от бури эмоций, Майя пролезла в комнату и села на него. И тут же появилось ощущение защищённости.       Комнату освещал уличный фонарь. Родная кровать, родной стол, пустой шкаф. Райли тогда смогла убедить родителей не продавать квартиру и большую часть мебели. Оставить всё здесь.       Теперь Майя понимала, зачем.       И вдруг ей ужасно захотелось спать. Наверное, потому что она наконец успокоилась. Майя подложила под голову подушку и уснула прямо на подоконнике.       На этот раз с лёгкой улыбкой на лице.