Моя личная жизнь вас не касается!

Снейп положил трубку так стремительно, что уже потом, в такси, запоздало вспомнил – он ничего не спросил о состоянии Гарри. Логика подсказывала, что о несчастных случаях со смертельным исходом обычно оповещает полиция, а не никому не известный интерн. Следовательно, Поттер однозначно жив. Больница Джона Рэдклиффа располагалась в огромном безликом здании постройки семидесятых годов. Стылой февральской ночью на дорогах было практически безлюдно, и они домчались до места буквально за десять минут. Снейп сунул таксисту деньги и, не дожидаясь сдачи, бросился в регистратуру – узнать, где искать Гарри. Сильно накрашенная девица, сидевшая под табличкой с надписью «Справочная», бойко побарабанив наманикюренными пальчиками по клавиатуре, выдала задыхающемуся от быстрого шага и страха Северусу информацию: – Поттер Гарри, двадцать один год, поступил около двух часов назад. Сейчас его оперируют. Так что вам придется подождать. Комната для посетителей... – Простите, а где можно найти интерна мистера Вуда? – оборвал ее Снейп. Девушка расплылась в милой улыбке. – Оливера? В приемном покое. А, да вот же он! К ним действительно подходил молодой врач с приятным, но несколько издерганным и уставшим лицом. – Отлично, что вы смогли приехать так быстро. Сегодня пациентов сравнительно немного, поэтому у меня получилось ненадолго вырваться. Гарри уже в операционной... Мы с ним знакомы. Хороший парень, очень жаль... Я видел вас вместе, на том фото, по телеку. Нашел в справочной ваш номер... – Спасибо, Оливер. Вы мне оказали большую услугу, – торопливо произнес Снейп, ему не терпелось задать самый главный вопрос. – Как он? – Ну... жить будет, – уклончиво протянул Вуд. – А поточнее! – резко сказал Снейп. Он, безусловно, был благодарен Вуду за звонок, вытащивший его из липкого ужаса беспомощного бездействия, но теперь ему требовалась информация, которой Оливер, несомненно, обладал, но, видимо из соображений профессиональной этики, не спешил ею делиться. – Вы не хотите дождаться окончания операции? – Вуд явно боролся с собой: с одной стороны, он сочувствовал Снейпу, с другой – опасался за последствия своей несдержанности. – Хирург вам все сообщит. – Оливер... – в голосе несгибаемого профессора Снейпа послышался намек на мольбу, и Вуд понял, что дело проиграно. – Пожалуйста, скажите мне, как Гарри. – Его привезли примерно два часа назад очень сильно избитого. Если вкратце, то диагноз после первичного осмотра такой: сломано два ребра и левое запястье, разрыв селезенки – собственно, это сейчас и оперируют, множественные ушибы по всему телу, гематома в паху, сотрясение мозга, перелом носа и челюсти. Я, конечно, не специалист – пусть полиция разбирается, но, по-моему, бил не один человек. И, вообще, я бы сказал, что это – работа профессионалов. Только не представляю, где Гарри мог нажить себе таких крутых врагов! Дать вам воды? – он участливо дотронулся до руки Снейпа, перед глазами которого действительно все поплыло, и он был вынужден ухватиться за стойку регистратуры. – Да. Благодарю. Северус старался держаться, хотя волны гнева на какую-то мразь, посмевшую поднять руку на ЕГО Гарри, грозили захлестнуть его с головой. – Профессор Снейп, мне надо идти, – извиняющимся тоном произнес вернувшийся Оливер, поставив перед Северусом бумажный стаканчик с водой. – Простите. Вот возьмите, это студенческое удостоверение Гарри. Нашли в кармане джинсов. Остальные вещи пока забрала полиция. А теперь пройдите в комнату ожидания. Когда все закончится, вас позовет хирург. *** Время, казалось, тянулось бесконечно. По информации, найденной на просторах интернета, операция по удалению разорванной селезенки должна была занять час, от силы полтора, а уже прошло больше двух. Может, случилось что-то непредвиденное? Северус сидел, судорожно сжав кулаки и не отрывая глаз от электронного табло, на котором высвечивались инициалы пациентов и статус: готовится к операции, оперируется, переведен в палату интенсивной терапии. В груди неприятно давило, а он забыл дома свои таблетки. Хотелось курить. И кофе. Но Снейп боялся сдвинуться с места: а вдруг произойдет катастрофа? Он отойдет на пять минут, а Гарри в его отсутствие не станет. И он терпеливо ждал. Еще полчаса... Сорок пять минут... Час... Стеклянные двери комнаты ожидания разъехались, пропуская внутрь хирурга – еще достаточно молодого человека яркой, харизматичной, даже слегка порочной внешности. Такие, безусловно, нравятся женщинам, да и некоторым мужчинам тоже. – Здесь есть семья мистера Поттера? – спросил он, окинув взглядом присутствующих. – Да, – вскинулся Снейп. – Я. Врач посмотрел на него довольно скептически, наверное, ожидал увидеть тут целую толпу волнующихся родственников, а не одинокого мрачноватого типа, но ничего по этому поводу не сказал, а просто присел на стул рядом со Снейпом. – Сириус Блэк, – представился хирург. – Значит, если никого из близких больше ждать не приходится, все достанется вам, как говорится, в одни руки. Спленэктомия (1) проводилась под общим наркозом. К сожалению, из-за обильного кровотечения и явной опасности для жизни пациента пришлось отказаться от лапароскопии (2), соответственно, процесс выздоровления несколько затянется. Проведенное в приемном покое КТ (3) показало, что сломанные ребра не угрожают целостности легких, осколков не наблюдается, кроме того, диагностировано сотрясение мозга, гематом не обнаружено. После удаления селезенки пластический хирург вправил вашему родственнику нос и закрепил нижнюю челюсть при помощи одностороннего шинирования (4). В данный момент Поттера переводят в палату интенсивной терапии. Понаблюдают пару часов и поднимут в хирургию. Он сейчас, разумеется, еще спит. И, скорее всего, пробудет в таком состоянии до вечера, а возможно, и до следующего утра. В состав обезболивающих входит морфий, так что полностью в сознание он придет в лучшем случае послезавтра. Если хотите, можете пройти к нему. Дежурная медсестра вам все объяснит. Держитесь. В ближайшие дни вы ему очень понадобитесь, – он встал и протянул Северусу руку. – Удачи, профессор. «Да, «преимущества» закрытого общества. Все про всех знают», – невесело подумал Снейп и направился к палате интенсивной терапии. *** В последние дни Северус решил, что в Оксфорде все до единого прекрасно осведомлены о подробностях их с Гарри скандального романа. Оказалось – не все. – Кем вы ему приходитесь? – строго спросила чернокожая медсестра, точно мифический Цербер, преградившая ему путь в палату. Снейп на секунду задумался, определяя для себя: кем. Любовник – пошловато, муж – странно, друг – вранье... – Партнер, – спокойно, несмотря на усталость и не утихавшую тревогу за Гарри, сказал он, глядя в глаза медсестры. – А-а-а... – протянула она, не сумев вовремя сдержаться. – Так вы из ЭТИХ... – Именно, – ледяным тоном процедил Северус, – можно мне уже пройти? – Наденьте халат и защитные бахилы на обувь. Его койка – шесть, за ширмой. В большой, ярко освещенной комнате, напоминавшей приемный покой больницы, выстроились с двух сторон двенадцать коек. Пациенты после недавно прошедших операций в основной своей массе спали. Несколько человек уже пришли в себя, и вокруг них хлопотали родственники. В воздухе стоял запах лекарств. Раздавалось мерное пиканье приборов. Немногочисленные посетители и персонал негромко переговаривались между собой. Северус подошел к койке номер шесть. Как и говорил хирург, Гарри спал. Лица Поттера практически не было видно из-за сплошь покрывавших его бинтов и кислородной маски. Рядом с кроватью на штативе располагались две капельницы. – Обезболивающее и антибиотик, – перехватила взгляд Северуса медсестра. – Давайте-ка я принесу вам стул, – сказала она. Что правда, то правда – геев медсестра Джонсон действительно недолюбливала. Особенной антипатией ко всем без исключения сексуальным меньшинствам она воспылала после того, как ее собственный двадцатипятилетний сын вместо хорошенькой подружки – пусть даже не чернокожей! – привел домой смущающегося белого мальчишку и заявил, что теперь он и Кевин будут жить вместе. Но прежде всего медсестра Джонсон была человеком порядочным и при всей тяжести ее работы еще не разучилась сострадать людям, а этот посетитель находился вне себя от тревоги за своего партнера. Она вышла из палаты и вернулась через минуту с пластиковым стулом в одной руке и стаканом воды в другой. – Присядьте. И не волнуйтесь вы так! – уже второй раз за сегодняшнюю сумасшедшую ночь Северусу предлагали воду и слова утешения. – Операция прошла без осложнений, иначе его бы отвезли в реанимацию, организм у него молодой. Выкарабкается. Болеть, конечно, будет какое-то время. На диете придется посидеть. Может, небольшой шрамик на лице останется... Не открывая глаз, Гарри пошевелился и застонал. Медсестра бросила беглый взгляд на табло, показывающее жизненные показатели Поттера, потом подкрутила какое-то колесико на капельнице, и лекарство быстрее потекло по трубочке, оканчивающейся входящей в вену иглой. – Полагаю, через час-полтора его переведут в отделение. А вы пока идите домой и поспите. Не думаю, что он очнется до вечера. Заодно и мобильный телефон принесете. Ему еще долго нельзя будет разговаривать. А так по WhatsApp сможете с ним переписываться... – Спасибо, но я останусь с ним. С вашего позволения, – постарался улыбнуться ей Северус. – Как хотите, – пожала она плечами и ушла к другим пациентам. «Значит, это было банальное ограбление? Или все-таки нечто иное?» – размышлял Снейп. В карманах Поттера не обнаружили ни сотового, ни бумажника. Несмотря на то, что все признаки указывали именно на хулиганское нападение, слова Вуда о «профессионализме» избивших Гарри мерзавцев не давали ему покоя. Глядя на изувеченного Поттера, Северус уже не в первый раз за эту ночь почувствовал, как в нем поднимается что-то темное и страшное. Гнев на людей, пытавшихся отнять у него самое дорогое, ослеплял его. Почему-то сразу вспомнились полушутливые-полусерьезные «обнимашки» Поттера и Малфоя-младшего еще до «охотничьего домика» и полные ненависти взгляды, которые Драко бросал на Гарри после начала семестра. Они вдруг резко перестали садиться рядом на лекциях и делить стол во время лабораторных. Потом была драка двух разругавшихся в пух и прах приятелей и мерзкая история с фотографией, окончившаяся для Северуса увольнением по собственному желанию. «Это никакие не хулиганы, – пришел к выводу Снейп, проанализировав и сопоставив все факты. – Это Малфой». __________________________________________ 1. Спленэктоми́я (от др.-греч. Σπλήν — селезёнка и ἐκτομή — вырезание, усечение) — хирургическая операция по удалению селезёнки. https://ru.wikipedia.org/wiki/Спленэктомия http://medicalhandbook.ru/operations/3562-splenektomiya-udalenie-selezenki.html 2. Лапа̀роскопи́я (др.-греч. Λαπάρα — пах, чрево + др.-греч. Σκοπέω — смотрю) — современный метод хирургии, в котором операции на внутренних органах проводят через небольшие (обычно 0,5—1,5 см) отверстия, в то время как при традиционной хирургии требуются большие разрезы. Лапароскопия обычно проводится на органах внутри брюшной или тазовой полостей. https://ru.wikipedia.org/wiki/Лапароскопия 3. Компью́терная томогра́фия (КТ) – метод неразрушающего послойного исследования внутреннего строения предмета, был предложен в 1972 году Годфри Хаунсфилдом и Алланом Кормаком, удостоенными за эту разработку Нобелевской премии. Метод основан на измерении и сложной компьютерной обработке разности ослабления рентгеновского излучения различными по плотности тканями. В настоящее время рентгеновская компьютерная томография является основным томографическим методом исследования внутренних органов человека с использованием рентгеновского излучения. https://ru.wikipedia.org/wiki/Компьютерная_томография 4. Шинирование – это методика, которая защищает зубы от расшатывания при травмах или парадонтите, способствует правильному распределению жевательной нагрузки для заживления челюсти после перелома. http://zubki2.ru/ortodontiya/shinirovanie-chelyusti.html https://www.32top.ru/stat/1987/