Моя личная жизнь вас не касается!

Снейп набрал номер Люциуса Малфоя только в девять утра. Чего ему стоило сдерживать себя всю ночь и не позвонить этому напыщенному лицемеру сразу же, не знал никто. Гарри перевели в хирургию практически перед самым врачебным обходом, ожидавшимся около десяти. Поттер несколько раз начинал тихо стонать, но в себя не приходил, и медсестры успокаивали Снейпа, что «все так и должно быть». Так или иначе, без пяти девять Северус вышел на лестничную клетку, чтобы не тревожить соседа Гарри по двухместной палате, выбрал в сотовом нужное имя в списке контактов и нажал на кнопку соединения. – Слушаю, – раздалось в трубке. Этот ненавистный голос окончательно снес Северусу крышу, и он зашипел, надеясь все же, что Люциус прекрасно слышит его: – Гарри ночью избили, Малфой. Он едва не умер. Я уверен, это организовал твой сын. И я это докажу. Вам не отвертеться от ответственности. Ты пока еще не английская королева! Я обращусь в полицию и добьюсь судебного разбирательства против Драко, а сейчас я требую, чтобы ты и твой сын оставили Гарри в покое! Северус думал, Люциус станет отпираться, на худой конец обвинит в том, что он сошел с ума, но в трубке тихонько рассмеялись. Малфой произнес лишь: – Все сказал? – окатив Снейпа ледяным презрением, и дал отбой. Северус ошарашенно глядел на мобильный, когда он завибрировал снова. Видимо, Люциус все-таки нашел, что ответить бывшему университетскому товарищу. Но это оказался не он. – Мистер Снейп? – вежливо поинтересовались у Северуса. Услышав утвердительное: «Да», – неизвестный продолжил: – Я Питер Петтигрю, адвокат семейства Малфой. Вы только что имели неосторожность угрожать моему клиенту. Ваш разговор записан. Вы пытались оклеветать уважаемого человека и его сына. К счастью для вас, мистер Малфой понимает, в каком вы сейчас состоянии. Пьяные драки между студентами, к сожалению, не редкость, и не вина мистера Малфоя в том, что ваш... хм... партнер пострадал от подобного инцидента. Если вы будете благоразумны и не станете делать в полиции ваших смехотворных заявлений, вам и мистеру Поттеру беспрепятственно позволят выехать из страны. В противном случае... В посольстве Канады могут дважды подумать, выдавать ли рабочую визу человеку с запятнанной репутацией и его недоучке партнеру. Так стоит ли, мистер Снейп? *** Следствие зашло в тупик, практически не начавшись. Нападавших никто не видел. Они скрылись с места преступления до того, как избитого до полусмерти Гарри нашел случайный прохожий, выгуливавший в это позднее время собаку. А Поттер вообще потерял сознание после первого же удара по голове и, соответственно, не сумел никого опознать или вспомнить. Через два дня в урне за пять кварталов от места происшествия обнаружили разрядившийся сотовый телефон, принадлежавший Гарри. Никаких отпечатков пальцев на нем не было. Очевидно, бандиты работали в перчатках. Северус сгорал от желания поделиться своими подозрениями с полицией, но вкрадчивое: «В посольстве Канады могут дважды подумать, выдавать ли рабочую визу человеку с запятнанной репутацией и его недоучке партнеру. Так стоит ли, мистер Снейп?» – останавливало его не хуже непробиваемой бетонной стены. Он передвинул намеченную дату бракосочетания с пятого марта на два месяца вперед, сдал билет, написал Риддлу о случившемся и попросил перенести их встречу и сроки начала работы на сентябрь. К тому времени, по уверению врачей, Гарри уже должен был полностью поправиться и выдержать полет в Канаду. Пока же Северус дневал и ночевал в больнице. Он потребовал постелить ему на матрасе возле кровати, и персонал после непродолжительного, но бурного выяснения отношений согласился на подобное нарушение правил. Тем более что Гарри нуждался не просто в уходе – как раз с этим у санитаров не возникало никаких проблем, в его состоянии были необходимы тепло, забота и любовь. То есть как раз то, что мог дать ему Северус. Немного пришедший в себя после операции и сотрясения мозга Поттер обнаружил, что не может говорить. По крайней мере, в течение ближайших пары недель. Позже речь следовало восстанавливать, несмотря на боль в сломанной челюсти. Кроме того, он не способен был пока самостоятельно питаться, и жидкую пищу ему вводили через зонд. Почему-то именно этот факт подействовал на Гарри столь удручающе, что он впал в настоящую депрессию. Северус замечал, как Поттер все глубже уходил в себя, отказывался общаться, лежал, уставившись в потолок пустыми глазами. Он понимал, что Гарри нужно свыкнуться с этой тяжелой ситуацией, которая, к счастью, являлась временной, но понимать – это одно, а изо дня в день наблюдать за страданиями близкого человека – совсем другое. До избиения Поттер был здоровым парнем, полным сил и энергии, и состояние абсолютной беспомощности, зависимости от персонала и даже от Северуса во всем – от приема пищи до личной гигиены – угнетало его. Несколько раз приходили одногруппники Гарри. Известие о нападении распространилось в Оксфорде со скоростью степного пожара, и Снейпу пачками присылали эсэмэски с расспросами о самочувствии Поттера. Гарри никого не хотел видеть. Снейп вежливо извинялся и клятвенно обещал немедленно сообщить об улучшении. *** Дней через десять после избиения Поттера навестила декан МакГонагалл. Утром в реабилитационном процессе наметился маленький, но очень существенный сдвиг: Гарри смог поесть протертый жидкий суп самостоятельно, через соломинку, и, по уверению лечащего врача, с этого момента надобность в зонде отпала. Настроение Поттера улучшилось настолько, что он впервые позволил допустить к себе визитера. Профессор МакГонагалл принесла в объемной сумке стеклянную бутылку натурального сока («Мне сказали – вам нужны витамины, Поттер») и пачку печенья в жестяной коробке для Северуса («Я слышала – больничная еда просто отвратительна»). Стараясь не смотреть на все еще отечное, не пришедшее в норму лицо своего студента, она сообщила, что зимнюю сессию Гарри сдал на отлично и что в деканате уже принято решение предоставить ему полугодовой академический отпуск с сохранением стипендии. Гарри внимательно все выслушал, потом взял мобильный и написал Северусу: «Передай профессору МакГонагалл, что я благодарен ей за заботу, но не буду продолжать учебу в Оксфорде». Северус поднял на него глаза и одними губами спросил: – Ты уверен? Вместо ответа Гарри кивнул. Они не обсуждали эту тему. До возвращения к нормальной жизни Поттеру было еще ох как далеко, но Северус и сам понимал: так или иначе, Гарри он здесь не оставит ни при каких обстоятельствах. И значит, на новом месте тому, вероятнее всего, придется начинать учиться в лучшем случае со второго курса. – Мне очень жаль, Поттер, – кажется, за стеклами очков железного декана сверкнули слезы, но она моментально спряталась за маской чопорности и холодности, пожелала Гарри скорейшего выздоровления и удалилась, не уступая осанкой английской королеве. – Гарри, – Северус взял партнера за руку, – ты поправишься, мы уедем, и ты доучишься. Я сделаю все возможное, чтобы твоя мечта стать врачом осуществилась, – он хотел добавить банальное: «Мы справимся!» – но слова комом застряли в горле. Гарри легонько сжал его пальцы и что-то быстро набрал в WhatsApp. На экране возникло сообщение: «Я тебя люблю!» *** Процесс выздоровления и реабилитация растянулись на долгих два месяца. Им приходилось непросто: Гарри научился полностью полагаться на Северуса в некоторых вещах, более интимных, чем постель, а Снейп понял, что нельзя дрожать над Поттером, словно он стеклянный. Для того чтобы встать на ноги, Гарри тяжело работал, преодолевая разочарование и боль. Далеко не все удавалось с первого раза. Медленно и долго восстанавливалась речь, болели рука и ребра, беспокоил шрам в полживота. Но, как и предсказывала медсестра Джонсон, молодой организм в итоге победил, и к концу апреля Гарри уже чувствовал себя вполне сносно. Четвертого мая пришло письмо из университета Оттавы. «Уважаемый мистер Поттер! – гласило оно. – Мы рады сообщить вам, что по результатам предоставленных вами оценок, а также благодаря рекомендациям профессора МакГонагалл, характеризующей вас как исключительно способного и серьезного студента, вы зачислены на второй курс медицинского факультета. После оплаты первого года учебы вам будет выслано приглашение, необходимое для получения студенческой визы». А на следующий день, пятого мая, они вышли из регистрационного офиса законными супругами. Церемония бракосочетания не заняла и пяти минут, и по ее завершении Северус осторожно поцеловал Гарри в неповрежденный уголок рта. Вечер накануне этого важного события они, разумеется, провели дома, расположившись в своих любимых креслах и с головой уйдя в чтение. Поттер теперь по выработанной за два месяца лечения привычке много молчал, хотя с каждым днем, приближающим их к заветной дате, заметно веселел и как будто оттаивал. – Жаль, что ты не сможешь накормить меня тортом, – это была, кажется, самая длинная фраза, сказанная им за неделю, и Северус немедленно отозвался: – А у нас, что, намечается свадьба? – Да нет, какая свадьба, Сев? Да и кто на нее придет? Я сообщил о ней только Дину. Он обещал после церемонии забежать поздравить нас. Все равно секс еще под запретом из-за швов. – А ты бы хотел? – глаза Северуса лукаво блеснули. – Я бы отдал половину печени, чтобы заняться им сейчас! – грустно произнес Поттер. – Ну и за чем же дело стало? Мне, кстати, твоя печень совершенно без надобности. Меня интересуют другие части твоего тела. Снейп опустился на пол перед креслом, в котором сидел Гарри, и положил обе руки ему на бедра. – Сев, что ты делаешь? – А ты разве не видишь? Судя по тому, что Гарри абсолютно не сопротивлялся, когда Северус стащил с него пижамные штаны вместе с трусами – вот оно, преимущество домашней одежды: ни тебе молний, ни тугих пуговиц! – он прекрасно понял намерения Снейпа и не имел ничего против, когда тот принялся ласкать ставший почти моментально твердым член вначале пальцами, а потом и языком. Футболка Гарри задралась и открыла еще свежий розоватый шрам прямо посередине живота. Северус нежно поцеловал его, а затем вернулся к обделенному его вниманием долгих два с лишним месяца члену. Слизал капельку предсемени, обвел языком головку и, устроив руки поудобнее на пояснице Гарри, взял член в рот целиком. – Се-е-ев, – Поттер изогнулся в своем кресле и вцепился в подлокотники побелевшими от напряжения пальцами. Снейп не торопился. Он наслаждался вкусом Гарри, вбирал член до самого горла, а потом выпускал и облизывал головку. И снова. И снова. Пока Гарри не начал мелко дрожать, что всегда предвещало у него близкий оргазм. Чувствуя, как Поттер глухо стонет, изливаясь ему в рот, Снейп в первый раз за многие дни ни о чем не тревожился и не думал. Только о том, как им хорошо вдвоем. *** Так что вечером, по окончании церемонии, они ничего такого не планировали. Гарри пока еще довольно быстро утомлялся, и Снейп решил отпраздновать начало их семейной жизни в каком-нибудь маленьком ресторанчике и вернуться домой. Но на выходе из регистрационного офиса «молодоженов» ожидал сюрприз. На тротуаре стоял черный лимузин. Вылезший из него водитель, облаченный в классический костюм, строго спросил их: – Мистер Поттер и мистер Снейп? – Да, – практически хором ответили они. – Прошу, – он распахнул перед ними дверь машины. После пятнадцатиминутной езды они остановились... возле кафе, в котором подрабатывал Гарри. Вход был украшен плакатом «just married» (1) и разноцветными воздушными шариками, а внутри находились почти все одногруппники Гарри с Дином Томасом во главе. Выделялся своим отсутствием лишь Драко Малфой. В общем, у них получилась настоящая свадьба: с шампанским, тостами и даже огромным кремовым тортом с фигурками двух мужчин на верхнем корже. Только от первого танца жениха и... жениха пришлось отказаться ввиду слабости, которую все еще испытывал Гарри, и тотального неумения танцевать у обоих супругов. Вечером, осторожно прижимая уже засыпающего, крайне утомленного, но чертовски счастливого Поттера к себе, Северус прошептал ему на ухо: – Всегда считал свадьбы глупейшим изобретением человечества, но наша собственная, как ни странно, мне понравилась. *** Они улетали в Канаду теплой июльской ночью. Северус не стал пока продавать их квартирку в Оксфорде (мало ли как сложится жизнь), нашел через агентство преподавателя, желающего снять недорогое жилье, и занялся пересылкой вещей. В аэропорту он буквально вырвал чемоданы из рук Поттера, решившего напоследок поиграть в «носильщика». Гарри смеялся и уверял, что у него ничего не болит, и, вообще, надо тренироваться перед эмиграцией: «А вдруг первое время придется работать грузчиком?» – Я тебе поработаю! – беззлобно огрызнулся Снейп, свалил все чемоданы на тележку и покатил ее к стойке регистрации. Самолет оторвался от земли, и, когда внизу замигали огни Лондона, словно прощаясь с ними, Северус расстегнул свой ремень и поцеловал Гарри. У них начиналась совершенно новая жизнь! ______________________________________ 1. just married – молодожены. http://translate.academic.ru/just%20married/en/ru/