Дождись меня

Это был странный понедельник. Начать хотя бы с того, что Юнги впервые пришел на работу не то что во время, а даже чуть раньше начала первой пары. И успел застать декана на кафедре. Намджун же, едва завидев того, мигом развернулся и попытался улизнуть обратно в свой в кабинет.  — Что, совесть гложет? Этот вопрос застал Джуна уже в дверях. Он неуклюже развернулся и едва не расшиб себе локоть. Было так неудобно за вчерашний звонок, что не хотелось даже просто попадаться Юнги на глаза. Однако судьба-злодейка решила по-своему. Заметив пристальный взгляд друга, Намджун попытался натянуть воротник рубашки повыше и тем самым привлек ненужное внимание к паре смачных засосов на шее.  — Ну, все ясно, — усмехнулся Юнги. — Не парься, я все понимаю. Сокджину привет передавай. Захватив нужный журнал посещаемости, Юнги прошел мимо застывшего с открытым ртом декана, насвистывая веселый мотивчик. Настроение на удивление было приподнятое. А все потому, что он выспался, хоть и проспал всего пару часов. А снился ему Пак Чимин. Его личный ангелочек, который переминался сейчас у кабинета, не решаясь туда зайти.  — Привет. Чимин нервно оглянулся и кивнул в ответ. Он на удивление был одет не совсем по погоде — легкая футболка, джинсы и кеды, хотя за окном моросил неприятный дождь, а солнышком даже и не пахло. Да и вел себя крайне странно — постоянно прятал руки за спину, а взгляд бегал из угла в угол.  — Что-то случилось?  — Да. Нет. Ушки Чимина забавно порозовели в тон цвета волос. Юнги рассмеялся и открыл перед студентом дверь.  — Проходи. Сегодня мы, похоже, будем только вдвоем. Чимин шустро проскользнул внутрь и сел за парту, по-прежнему пряча руки от взгляда Юнги.  — Чонгук вроде хотел придти. Но я не могу ему дозвониться. Может, передумал. Юнги согласно кивнул. Гук — умный мальчик, не должен сотворить какую-нибудь несусветную глупость. Да и расстались они вчера весьма тепло. А сейчас время заняться собственными проблемами. Чимин постоянно ерзал на стуле и не поднимал взгляда от открытой тетради. Юнги не выдержал и, попутно забросив на преподавательский стол журнал, подошел к парте, за которой сидел единственный студент в аудитории. Присев на предшествующую столешницу, он поднял тетрадь, которую так внимательно изучал Чимин. Как и ожидалось — просто пустые страницы. «Почему он такой дерганный?». В Юнги проснулся хищник, завидевший перед собой дрожащую жертву. Он тихо наклонился к согнувшемуся в три погибели студенту и на ушко прошептал:  — Покажи руки. Чимин вздрогнул всем телом от этого проникновенного шепота и вжал голову в плечи.  — Не хочу, Юнги-сонсенним.  — Пак Чимин, — едва не мурлыкая, добавил Юнги. — Не заставляй меня применять силу. Чимин судорожно вздохнул и достал правую руку из-под парты. Юнги хмыкнул. «Вот уж не думал, что быть преподом так…увлекательно». Он прошелся, едва касаясь кончиками пальцев, от запястья до сгиба локтя и обратно. Нежная кожа тут же покрылась мурашками.  — Вторая, Чиминни.  — Не надо, Юнги. Собственное имя из уст Чимина прозвучало крайне сексуально. И этот румянец, появившийся на щечках. Загляденье одно.  — Наконец-то ты назвал меня просто по имени. Ну, давай, пирожочек, не ломайся.  — Я не пирожочек, — буркнул Чимин. Юнги рассмеялся. Он нежно погладил розовую макушку.  — Милый, сладкий. Пирожочек и есть. Чимин еще сильнее раскраснелся, чем вызвал еще больший приступ умиления и восхищения. Эту игру можно продолжать бесконечно долго. Но только стоит ли? Юнги грустно улыбнулся и, едва касаясь нежной кожи, провел по раскрасневшейся скуле.  — Я тоже боюсь, — вдруг тихо сознался он. — Очень боюсь, что мы с тобой ошиблись. Чимин, наконец, осмелился поднять на Юнги взгляд.  — И не смотри на меня так. Да, я тоже могу бояться. Но так как я все-таки старше, давай сделаю это сам. Юнги расстегнул и скинул пиджак, а потом принялся и за пуговички на манжете рубашки. Чимин придвинулся чуть ближе и внимательно следил за каждым движением. Подвернув ткань до локтя, Юнги опустил руку перед Чимином. Желтая роза в шипах и колючие веточки вокруг. Лицо Чимина буквально засветилось счастьем, когда он достал левую руку из-под парты с точно таким же рисунком. Вздох облегчения. Нашел. Чимин неуклюже поднялся, едва не опрокинув стул, и обошел парту, встав прямо напротив Юнги. Пухленькие пальчики нежно обхватили запястье с рисунком и погладили розу.  — Я так счастлив, Юнги. Я так счастлив! Из глаз Чимина скатились пара слезинок. Юнги не выдержал и, схватив ангелочка за запястье, притянул к себе, ткнувшись носом ему в грудь.  — Я тоже. Чимин дотронулся до мягких белоснежных волос и пропустил прядки между пальцев. Приятное чувство. Не менее приятное, чем осознание, что этот человек, смущенно сопевший под носом, теперь целиком и полностью принадлежит ему. Мин Юнги — его вторая половинка. Неужели мечты способны сбываться? И именно в этот момент, даже не соизволив постучаться, влетел Намджун. Увидев все происходящее, он на секунду затормозил. Нужно порадоваться за образовавшуюся парочку, но сейчас есть новости поважнее.  — Чон Чонгук в больнице. Джин уже поехал туда.  — Что случилось? — в унисон спросили Чимин и Юнги.  — Точно не знаю, только что позвонили из второй городской. Собирайтесь, нужно ехать туда. Чимин бросил тетрадь в рюкзак и повесил его на плечо, Юнги поправил рукав рубашки, а потом подхватил с парты пиджак и накинул на плечи Чимина.  — Там холодно сегодня. Намджун отвернулся, пытаясь спрятать улыбку. Они так мило заботились друг о друге. Но сейчас не время для романтики. Чон Чонгук. Во что успел вляпаться этот мальчишка? Дорога отняла целых полчаса. Огромные пробки в центре едва не довели всех до нервного срыва. Джин не звонил. Этот факт настораживал. Юнги, заметив дрожащие пальцы Чимина, закинул руку на его плечо и притянул к себе под бок.  — Все будет хорошо, это просто какое-то недоразумение, — успокаивал Юнги, доверчиво прижавшегося к нему парня. Вот только он и сам был напуган до чертиков. В больнице у дверей в операционную прямо на полу сидел парень, опустив голову на согнутые колени.  — Тэхен? Парень поднял голову и посмотрел на подошедших. Увидев среди них Юнги, Тэхен вскочил и бросился к нему на шею. — Юнги-хён. Я так рад, что ты здесь. Чимин при этом едва заметно скривился и ухватился за рукав своей половинки, хоть как-то пытаясь вытащить Юнги из лап конкурента. Тэхен даже не заметил этих манипуляций, продолжая виснуть на своём кумире.  — Что случилось? И что ты вообще здесь делаешь? Тэ не успел ответить. В этот момент дверь операционной открылась, и оттуда вышел Сокджин, на ходу снимая перчатки и медицинскую шапочку. Теперь все внимание было приковано к врачу. Джин ответил не сразу. Он со злостью зашвырнул ненавистные стерильные перчатки прямо в урну.  — Не уберег. Я его не уберег! И тут сдали нервы.  — Да что случилось-то? — прорычал Юнги, отталкивая от себя замершего Тэхена. — Может уже кто-нибудь сказать?! Джин поднял тяжелый немигающий взгляд и ответил:  — Чонгук попал под грузовик. Огромная скорость, очень сильный удар. Его едва можно было опознать. Как парень остался жив к приезду скорой — неизвестно. Только что провели третью операцию. Состояние стабильно-тяжелое. Он может и не прийти в сознание.  — А как же ваша хваленая медицина, которая лечит все болезни?! Этот вопрос задел за больное. Джин сорвался. Впервые за несколько сотен лет.  — Она и лечит все болезни! Лечит! — прокричал врач, с каждым словом делая шаг по направлению к не менее злому Юнги. Неизвестно чем бы все это кончилось, если бы не вмешался Намджун, мягко остановивший Сокджина.  — Да?! А почему тогда Чонгук сейчас не вышел вслед за тобой, а лежит там — на операционном столе?!  — Я не знаю! Я не знаю, понятно?! — в любимых объятиях Джин смог немного успокоиться. — Судя по анализам, его организм сопротивляется лечению. Причем настолько активно, что при дальнейшей интенсивной терапии возникает риск анафилактического шока. Если так продолжится и дальше, он не протянет и месяца.  — Это я виноват. Все взгляды обратились к Тэхену, по щекам которого струились слезы. Он облокотился о стену и поднял взгляд к потолку.  — Из-за меня он попал под этот чертов грузовик. Если бы я не сказал, что ненавижу его, что не хочу видеть, то всего этого просто бы не было. Я убил Чонгука. Чимин, стоявший все это время немного в стороне, низко опустив голову, дернулся от этих слов как от пощечины. Все остальные же просто замерли, погрузившись каждый в свои мысли.  — Убил? — едва слышно переспросил Чимин, подходя к Тэхену. Дойдя до цели, он поднял голову и резко наотмашь ударил прямо по лицу. Из разбитого носа хлынула кровь. Но Чимин на этом не остановился. Его пальцы вцепились в ворот рубашки Тэхена и, неслабо встряхнув, припечатывали того к стене после каждой фразы. — Да как ты смеешь?! Как ты смеешь говорить, что мой друг умер?! Он еще жив, ясно?! Жив! Юнги не сразу осознал, что все это происходит на яву, что его маленький сладкий пирожочек прямо сейчас выбивает дурь из Тэхена. В буквальном смысле выбивает! Блондин бросился к своей половинке и попытался его оттащить, но Чимин вырывался изо всех сил, абсолютно игнорируя ласковые успокаивающие слова, произнесенные на ушко.  — Ты совершенно не знаешь, какой он человек! Чон Чонгук никогда не сдается! Никогда, слышишь?! Да мы все здесь виноваты. Юнги, Намджун-хён и Джин-хён винят себя в том, что отпустили, не доглядели, не уберегли. Я виноват в том, что передал ему твои поганые слова по телефону, а не при личной встрече. А ты! Ты виноват в том, что решил, будто Чонгук тебе не подходит. Да это ТЫ его не достоин в таком случае, понял?! Едва Чимина удалось оттащить, Тэхен обессиленно спустился по стене на пол. К нему тут же подошел Джин, приподнимая голову за подбородок и осматривая повреждения. А Юнги развернул притихшего Чимина к себе и обнял. Рука сама потянулась к розовым волосам. Поглаживание шелковистых волос успокаивало и самого Юнги. Его маленький ангелок сейчас сказал то, что, так или иначе, проскользнуло в мыслях каждого из здесь собравшихся. Вот только озвучить их смог один лишь Чимин. Дверь в реанимацию открылась. Две медсестры на каталке вывезли Чонгука. Джин тут же поднялся и бросился к ним.  — Куда?  — В двадцать шестую.  — Хорошо, скоро буду. Сокджин вернулся к друзьям.  — Гука переводят в палату. Через пару часов можно будет навестить. Я к нему, если хотите, можете подождать здесь.  — Я с тобой, — вдруг сказал Тэ. Он поднялся с пола и придвинулся к Джину, натягивающему медицинскую шапочку. — Из-за меня он не хочет жить. Это я должен возвращать его с того света. Сокджин засомневался, но решительный настрой Тэхена убедил его в правильности принятого решения. Попытка не пытка. Сейчас все средства хороши.  — Ладно, пошли. Зайти разрешили спустя полчаса. И только после того, как обработают последствия стычки с Чимином. В палате было прохладно. Пищали многочисленные приборы, тянувшие свои проводки к телу пациента. Аппарат искусственной вентиляции легких подавал через трубку кислород, из-за чего туго перебинтованная грудь едва заметно приподнималась и опускалась. Бинты были повсюду. На Чонгуке не было живого места. Кое-где уже начала просачиваться кровь. Тэхен придвинул стул к постели и сел, осторожно взяв в руки перебинтованную ладонь. Постоянно казалось, что все это ложь. Что под этими бинтами не тот улыбчивый крольчонок, которого он видел несколько часов назад. Что их разговор не мог вот так вот закончиться.  — Привет, Кукки. В ответ лишь писк приборов.  — Прости меня, крольчонок. Я так виноват перед тобой. Не знаю, слышишь ты или нет, но, пожалуйста, не умирай, — сглатывая слезы, прошептал Тэхен. — У тебя здесь есть куча друзей, которые о тебе так переживают. У тебя есть я. Чудесного оживления, как это бывает в бредовых романах, не происходило. Тэхен обессиленно уронил голову на постель, рядом с Чонгуком.  — Вернись ко мне. Пожалуйста. Твой тигренок тебя ждет, Кукки. Ладошка в руках едва заметно дрогнула. Но больше никаких изменений не было. Показания приборов не изменились. Гук не пришел в сознание.