#Тихийдом

— Долго ты собираешься молчать? — снова недовольно произнес Мэтт, держа Келя за ворот кофты и заглядывая в испуганные глаза. Мелло пытался быстро придумать что угодно, лишь бы не говорить Мэтту, что тот оказался прав в том, что предупреждал об опасности игры. А признать правоту Дживаса было бы поражением собственных интересов Келя. На кону стояла самооценка и самоуважение, что всегда было важным для блондина. Надрывно сглотнув подступивший к горлу ком, Мелло перевел глаза на губы Мэтта. — Это немного личное, Мэтт. — Все что на личном, не должно быть публичным? — огрызался рыжий, — мне кажется, мы подобное с тобой уже обсуждали, так что выкладывай. — Мэтт, ты что, не уважаешь мою личную жизнь? — Кель провел рукой по плечам друга, на что тот сразу дернулся. — Уважаю, но тут явно дело не в личных отношениях, — недовольно продолжал музыкант, давая всем своим видом показать, что блондин попался и лучше бы ему рассказать все как есть, иначе будет только хуже. — Ладно, я поделюсь с тобой, если ты меня отпустишь. Мэтт недовольно ощерился, медленно ослабил хватку, а затем и вовсе отпустил юношу, отступая на шаг назад. Мелло старался сохранять максимальную естественность, пытаясь в голове подобрать хоть какие-то слова, чтобы все выглядело действительно убедительным. — Отец планирует вернуться за мной и забрать в новую семью, — выдал он, стараясь ничем не выдавать свое вранье. — И ты думаешь я в это поверю? — вдруг оттаял Дживас, но постарался сохранить напористость. — Твое право, верить или нет. Я вот тоже не сразу в это поверил, но он уже вернулся в Лос-Анджелес и ждет меня в квартире, — Кель поднял глаза на друга. — Тогда чего ты так нервно отреагировал на эту новость? — негодовал Дживас, пытаясь услышать причинно-следственные связи от блондина. — Может потому что он сначала отказался от меня, а теперь пытается все вернуть? Наверняка у него там что-то случилось, теперь пытается зацепиться хоть за кого-то, — парировал Кель так уверенно, что даже сам был готов в это поверить. — Ладно, надеюсь, что это в самом деле так и ты меня не обманываешь. — Просто ты все время так напористо во все влезаешь, что создается впечатление, будто бы я нравлюсь тебе. — Даже если это и так, ты об этом не узнаешь, не переживай, — нагрубив, Дживас поторопился выйти из туалетной комнаты, чтобы успокоиться. « — Да, Мэтт, хочешь что-то спрятать — положи на самое видное место, — пронеслось в голове у Мелло, который был доволен тем, что смог убедить Мэтта во лжи.» Улыбнувшись самому себе в зеркало, Мелло вдруг почувствовал неожиданный прилив сил, ему поскорее захотелось узнать, каким будет следующее задание. Теперь в нем играл азарт и желание закончить эту игру, не достигая последней ступени, и будьте уверены, он добьется этого. Мелло вдруг вспомнил про телефон, который он до сих пор держал в руке, неторопливо разблокировал его и прочитал сообщение от куратора. Прочитав новое задание, Мелло подумал, что это будет относительно просто, только нужно будет сделать это так, чтобы Дживас снова не прикопался и уж тем более не стал следить за ним. « — Опять то же время. 23:59.» Мелло вышел из сети и отправился в комнату, где Мэтт уже по самые уши зарылся в одеяло, не желая до самого утра контактировать с другом. — Мэтт. В ответ Кель получил лишь молчание. — Мэтт, ты меня слышишь? Музыкант старался не двигаться, как бы ему не хотелось, чтобы не давать Мелло возможности и дальше разговаривать с ним. — Джи, прости, что так вышло. Просто меня самого ошарашила эта новость. Я не могу понять, как мне правильно ее пережить. Просто попробуй встать на мое место, — почти шепотом говорил Мелло. Мэтт неожиданно резко повернулся лицом к собеседнику, слегка приподнимаясь на кровати. — Почему это я всегда должен входить в твое положение, почему это я вечно должен вставать на твое место? Ты что, король земли, чтобы все тебе потакали? Спустить уже с небес на землю, ты точно такой же школьник, как и все мы. Не делай из себя очень важную персону, ты ей не являешься, — протараторил Джи, желая поскорее закончить с этим разговором. — Если я такое дерьмо, почему ты до сих пор поддерживаешь наше общение? — Мелло знал почему, но ему хотелось это услышать наверняка. — Да потому что вряд ли кто-то еще захочет иметь с тобой дело. А один ты загнешься, — с долей ненависти пробубнил Дживас, не ожидая того, что Кель уловил каждое его слово. — Вот как, — хмыкнул Кель, заворачиваясь в одеяло на своей кровати и отворачиваясь лицом к окну. «Ну и кто меня за язык тянул? А? — негодовал в душе Дживас, не желавший это все говорить, но почему-то все пошло по пизде, — просто гений, молодец, пять баллов, Дживас!» — Мелл, — рыжий виновато выдохнул и сел на край своей кровати, высвобождаясь из одеяла, — Мелл, прости. Я не знаю… — Не утруждай себя и ложись спать, — вдруг перебил его блондин, выше поднимая одеяло. — Мелл, я правда не… — Отвали от меня, ладно? Мэтт несколько раз приоткрывал рот, пытаясь сообразить, что лучше сказать, чтобы не развезти скандал еще больше. — Я не хотел все это говорить, просто ты сильно меня разозлил. Я переживал, что с тобой что-то случилось, что тебе кто-то угрожает, может и еще чего хуже, но ты ведь всегда молчишь, как же мне иначе до тебя достучаться? — Никак, просто положи на это хуй. — Мелл, ты в упор не хочешь меня выслушать! — повысил тон музыкант. — Ты прекрасно знаешь, что я за человек, ты знаешь, как я ко многому отношусь. Так какого хуя ты пытаешься указать мне на это, якобы так не положено? Если что-то идет не так, как ты привык, это не значит, что это полное дерьмо. Если тебя что-то не устраивает, проваливай, — не сдержался Кель, грубя в ответ другу. — Ладно. Ты прав. Извини. Мэтт испытал очень противоречивое чувство, сравнимое с виной и нежеланием бросать все то, что он так старательно строил годами. Да и к тому же, нельзя любить человека, только когда он в хорошем настроении. « — Наверняка тебе сейчас просто нужна моя поддержка, а я так грублю тебе. Да, ты далеко не подарок, но ведь и я тоже. Вечно лезу к тебе, запрещая что-то делать. Эх, Кель, если бы ты только знал, как я хочу оберегать тебя от всего, что только происходит.» Мэтт, молча, улегся обратно в постель, лежа лицом к Мелло, пытаясь рассмотреть его фигуру. *** Утром в воскресенье Мелло проснулся первым. Спал он плохо, голова болела, спина ныла, желудок противно урчал, требуя еды, и ужасно хотелось пить. Кель повернулся лицом к кровати Мэтта и убедился, что тот еще спит. Вспомнив про свое задание, Мелло тихо встал, оделся, взял все необходимое и вышел из комнаты. Стоило только двери закрыться, как Дживас тут же открыл глаза. — Ну все, Мелло, теперь я от тебя ни на шаг не отойду, — прошептал он сам себе, неспешно вставая с кровати и сладко потягиваясь. Так же как и Кель, Дживас оделся, взял все необходимое и вышел из комнаты в поисках друга. Блондин медленно прогуливался до туалетной комнаты, чтобы умыться и немного привести себя в порядок. Так рано мало кто просыпался, но когда Мелло вошел в уборную, он наткнулся на Ниа, который чистил зубы. — Доброе утро, Мелл, — проговорил Ниар, не улыбаясь. — И тебе, — процедил Кель, пристраиваясь рядом и завязывая волосы в небрежный хвост, чтобы удобнее было умываться. — Ты что-то сегодня рано, на тебя это совсем не похоже, — Ниа посмотрел на блондина через зеркало. — Плохо спал, — сказал Мелло, наклоняясь к струе воды и умываясь. — Да, я слышал, как ты вчера с Мэттом орал на всю уборную, — альбинос словил недовольный взгляд Келя, — Мелло, — вдруг тон Ниа изменился на более серьезный. — Чего? — Я знаю, что ты играешь в эту идиотскую игру. Мелло на несколько секунд впал в ступор, пытаясь сохранить бесстрастное лицо. — В какую игру? — приподнял он левую бровь, ожидая объяснений. — Ты знаешь в какую, не делай из себя дурачка, тебе не идет, — процедил Ниа, давая понять блондину, что он знает о его тайне. — Откуда ты знаешь? — сдался Мелло, готовый задавить Ниа своим интеллектом, если это вдруг потребуется. — Только дурак этого не заметит, Мелло. Да и к тому же, я слежу за тобой. Зная тебя, — Ривер осмотрел приятеля с ног до головы, — ты можешь наделать море глупостей, из которых потом тебе будет трудно выкарабкаться. Я слежу, чтобы просто быть на подхвате. Переубеждать тебя перестать играть в эту игру — глупо, ты все равно ни за что не согласишься. Это ведь ты, — мальчишка слегка пожал плечами. Мелло оскалился, оголяя белые зубки. Его слишком сильно бесил тот факт, что Ниа сует нос не в свои дела, да и к тому же пытается выставить себя сверх разумом в отношении Мелло. — И давно… — С самого начала, Мелло, — перебил Ниар. — Мне не нужен опекун, тем более что ты еще малявка, — блондин двумя пальцами толкнул собеседника в лоб, заставляя его немного отклониться назад. — Я тебя не пытаюсь опекать, Мелло. Просто не хочу, чтобы ты вдруг погиб по своей дурости, — парировал Ривер, — только потому что я все знаю, не могу сидеть сложа руки. — С чего бы вдруг я должен погибнуть? — Ты ведь прекрасно знаешь, чем закончится эта игра. Тебе самому не страшно? — Ты говоришь полную чушь, Ниа. — А, то есть Мэтт до сих пор не знает о том, что ты играешь? — смешком поинтересовался Ривер. — Все, съеби в туман, достал, — Мелло спешно выпихнул альбиноса за дверь, потому что его присутствие начинало бесить блондина. Мелло вернулся к раковине, в которую большим потоком струилась прохладная вода. Худые руки схватились за края белой керамики и сжали ее, пытаясь высвободить напряжение из организма. « — Вот же мелкая тварь, вечно он лезет туда, куда его не просят, — подумал Мелло и тут же услышал, как открылась дверь.» — Я тебе сказал, съеби, — начал говорить Мелло, поворачиваясь лицом ко входу. — Чего? — вдруг поежился Мэтт, непонимающий, почему Мелло ему грубит. Заметив рыжего, Мелло тут же наклонился над раковиной, чтобы продолжить умываться. — Ты чего такой напряженный, Мелл? — поинтересовался Мэтт, пристраиваясь к соседнему умывальнику. Кель упорно молчал, помня вчерашние слова Дживаса, пытаясь всем своим видом доказать, что он сможет без его общения. — Мелл, прекращай меня игнорировать! — начинал закипать Майл, ввиду последних событий, — я же уже извинился вчера. Да, погорячился, но и ты меня пойми. — Сделай одолжение, отъебись от меня, — высказал свое недовольство Кель, закрывая кран. — Да пойми же ты, что я тоже переживаю за тебя! « — Что значит тоже? — вдруг мелькнуло в голове блондина, — он тоже знает, что я играю, но молчит?» — Мне не нужна такая опека, как же вы меня достали! — заистерил блондин, торопясь выйти из уборной. « — Вы? — подумал Мэтт и открыл кран с водой, заставляя себя не идти за другом, как бы не хотелось, — кто это „вы“?» Мелло быстро сбегал в комнату, забирая из прикроватной тумбочки пачку с лезвиями для бритвы и упаковку сухих салфеток. Затем он так же быстро скрылся за поворотом, чтобы дождаться, когда Дживас освободит уборную, чтобы можно было выполнить второе задание. В кармане черных джинс Кель мусолил пачку с лезвиями, пытаясь справиться с нарастающим вихрем волнения, который уже воплощался в виде подступившего к горлу кома. Спустя минут пять дверь туалетной комнаты открылась и из нее вышел Дживас, направляясь в сторону столовой. Как только полосатая фигура скрылась за противоположным поворотом, Мелло тут же рванул к двери туалета и снова юркнул в помещение, закрываясь в свободной, самой крайней кабинке. Кель спешно хлопнул крышкой унитаза, забираясь на нее с ногами, достал из кармана пачку лезвий, кучу салфеток и телефон. Блондин быстро посмотрел на время, чтобы примерно понять, когда начнется завтрак. Времени оставалось не так много, но это будет самое подходящее время, чтобы отвести от себя максимум подозрений, потому что Дживас, судя по всему, так просто не отстанет. « — Так, все, нужно сделать все быстро, не мешкая! — приказывал голубоглазый юноша сам себе, — давай, у тебя есть пятнадцать минут, чтобы решить этот вопрос. Давай же!» Упаковка с лезвиями для бритвы нервно вскрылась, высвобождая тончайшую сталь наружу. Затем Мелло открыл упаковку с салфетками, и взял одну из них, положив между зубами. Нервно сглотнув подступивший рвотный ком, блондин вдруг ощутил приступ жара, в то время, как внутри все просто пробивало от холода. Мелло задрал на левом запястье рукав черной кофты, чтобы было видно бледный участок кожи. Глаза беспорядочно бродили по запястью, а точнее по сплетению синих вен, которые сейчас, как показалось Келю, торчали еще сильнее обычного. « — Что это так стучит? Так громко! — пытался он уловить посторонние звуки, но слышал только собственное сердце, точнее то, как оно гоняло литры крови в его хрупком организме, — как же громко оно бьется.» Времени на промедления не оставалось, нужно было решаться именно сейчас, иначе в своих же собственных глазах Мелло прослыл бы трусом. Кем он себя не считал, разумеется. Блондин удобнее выставил перед собой бледную руку, подводя запястье ближе к взволнованным глазам. Мысленно Кель представил, где и как будет вырезать кита, но нужно будет стерпеть только собственную боль. Он понимал, что ему раньше никогда не приходилось причинять самому себе боль, но он был обязан, чтобы от его выходок не пострадали другие! Даже несмотря на то, что Мелло вечно огрызался, считал себя выше по статусу, сильнее и умнее в несколько раз многих из его приятеле и друзей, он все равно их любил. Но думать об этом и говорить разные вещи. Мелло глубоко вздохнул и довольно шумно выдохнул, опуская острый конец лезвия на тонкий участок кожи. Каждый удар сердца эхом отдавался где-то внутри, будто бы с каждой секундой сильнее сдавливая все близлежащие органы. Стоило лезвию проникнуть под слой кожи на один миллиметр, как Мелло тут же оскалился и нахмурил брови, сильнее сжимая зубами бумажную салфетку. Несколько капель крови тут же проступили наружу, давая понять блондину, что начало раны положено. Собравшись с мыслями, Мелло начал вести лезвием по тонкой коже, заставляя себя внутри сгорать от боли, иногда из него вырывались стоны, но он старался держать себя в руках, чтобы ничем себя не выдать, если вдруг кто-то зайдет. Спустя долгих три минуты, на тонкой коже появилось очертание спины кита, которое уже полностью просочилось кровью. Давая себя привыкнуть к боли, Мелло вытащил лезвие, спешно промакивая рану салфетками, чтобы не запачкать одежду. Кель был готов остановиться и перестать калечить себя. Было слишком невыносимо терпеть то, что он сам себе причиняет боль ради какого-то неизвестного ему куратора, но каждый раз, когда подобные мысли закрадывались голубоглазому гению в голову, он тут же гнал их от себя, потому что понимал, что он сам виноват и теперь никто не должен пострадать. Словно мантру, он повторял себе это из секунды в секунду, пытаясь не сорваться. Кожа вокруг появившейся раны заметно покраснела и начала противно пульсировать, давая понять, что это заживать будет еще долго. Блондин понимал, что выполнил только малую часть задания, ему еще необходимо вырезать хвост, грудь и морду млекопитающего. Немец нервозно бросил взгляд на телефон, а затем на время. Прошло только четыре минуты из отведенных пятнадцати, а по ощущениям, будто целый час уже пронесся. — Мелло что, завтракать не придет? — поинтересовался Брайан, откусывая хрустящий тост с вишневым джемом. — Придет, наверное, я не знаю, — пожал плечами Дживас, делая вид, будто совсем не беспокоится о друге. — Он какой-то странный в последнее время, не находишь? — А что с ним? Вроде как и всегда, такая же сука, — выпалил Дживас. — Как ты его любишь, — хохотнул Брайан, отпивая чай. — А как же мне его не любить. Вечно страдает всякой хуйней, а мне что, бегать за ним что ли, — Дживас напряженно почесал шею. — Да ладно, случилось может чего. — Я и так все знаю. — Прямо все? — очевидно напрягся собеседник, отпивая еще горячий напиток. — Слушай, дай хоть позавтракать нормально, а. Спал плохо. — Конечно, хорошо, — облегченно выдохнул брюнет, доедая сласть. « — Давай, еще немного, еще совсем чуть-чуть, ты справишься, — повторял сам себе Кель, дорезая свою плоть, до полной картинки крупного млекопитающего.» Мелло задержался в туалетной комнате намного больше, чем он планировал. Завтрак уже давным-давно кончился, на который он так и не соизволил явиться. Мэтт испытал неприятное чувство беспокойства, которое терзало его с самого утра, но именно сейчас оно возникло слишком остро, заставляя рыжего искать блондина по всей школе и на ее территории, чтобы успокоить свои нервы. Дживас прошел по всем этажам, был в библиотеке, в фойе, в спортивном зале, в актовом зале, на улице обошел всю территорию школы, снова вернулся в помещение, ища друга в их комнате, а затем и в столовой, но блондин будто бы сквозь землю провалился. Кто бы мог подумать, что эта меркантильная тварь все еще сидит на крышке унитаза и пытается сфотографировать свой шедевр, затем отправляя куратору и перебинтовывая рану. Все запястье противно ныло и жгло, напоминая своему «хозяину» о том, что теперь это с ним навсегда. Мэтт вдруг решает для себя, что больше он бегать за Мелло не станет, несмотря на то, что хочет его от всего уберечь. Ведь его друг тоже человек и имеет право претендовать на свое личное пространство и время, в котором он сможет самостоятельно делать то, что ему заблагорассудится. Ведь Кель прав, если что-то он делает не так, как привык Мэтт, то не значит, что это полное дерьмо. Более-менее успокоив себя этими мыслями Дживас вернулся в комнату, желая до обеда выучить на гитаре новую песню, стараясь не обращать своего внимания ни на что постороннее и его не касающееся. Каждая минута пролетала словно секунда, так подумал Кель, собираясь с мыслями и думая, как ему теперь удачнее выйти из кабинки, чтобы чисто случайно не нарваться на Ниа или Мэтта. Ведь оба в последнее время ужасно его бесят. Собрав все необходимое, Мелло опустил ноги с крышки унитаза на пол, выпрямляя их и давая крови возможность нормально циркулировать. Пока по ногам бегали «ежики», Кель посмотрел на часы. Время пролетело слишком быстро. По меркам Мелло прошло максимум двадцать минут, а не два часа. Голова стала ватной и немного закружилась. Кель неспешно спрятал все по карманам, а затем открыл кабинку туалета. Немного неуверенно он подошел к раковине и умылся, затем посмотрев на себя в зеркало. Глаза выглядели какими-то болезненным, а лицо, кажется, стало еще бледнее обычного.Челка немного прилипла ко лбу от воды, добавляя внешнему виду нервозное состояние. Похрустев шейными позвонками, Кель вышел из туалетной комнаты и нарвался на Ниа. — Ну что, хорошо позавтракал? — поинтересовался Ниа, но звучало это как-то слишком безразлично, — а то просто обед совсем скоро, хоть для виду появись в столовой. — А тебе обязательно совать свой нос в чужие дела? — Мелло, не строй из себя героя, очевидно же, что тебе нужна помощь и дружеское плечо. — Не твое явно, — огрызался Кель. — Тогда почему Мэтт до сих пор не в курсе событий? Или ты даешь ему возможность самостоятельно догадаться? — все еще не унимался Ниа, идя по коридору с Мелло. — Он узнает об этом от меня, когда придет время, все, отвали, Ниа, — бесился Мелло, немного придерживая левое запястье, которое так и зудело. — Что там у тебя? — Ничего, просто рука чешется. — Пойдем ко мне в комнату, ты мне все расскажешь, — заявил Ниа, открывая дверь своей комнаты перед блондином. Мелло призадумался на долю секунды, но все же юркнул в комнату к приятелю, почему-то веря интонации его голоса. С два часа Мелло рассказывал Ниа о том, что происходило с ним в последние дни, как он выполнял первые два задания, что чувствовал при этом, но Ривер его вдруг перебил. — Мелл, скажи, а почему Мэтт до сих пор об этом не знает? Ты боишься ему это рассказать? — Не знаю, просто не хочу, чтобы он переживал и вмешивался, — Мелло посмотрел на левое запястье, которое скрывалось под черной тканью кофты, — а откуда ты это узнал, а? — Мэтт всегда слишком громко разговаривает, когда что-то происходит на эмоциях. В столовой я слышал весь ваш разговор. И мне этого было достаточно, чтобы понять, что ты будешь играть в это. Таков ты, ничего с этим не сделаешь. Только мне непонятно, почему Мэтт этого еще не понял, — хмыкнул Ривер, накручивая прядь седых волос. — Потому что верит мне как себе. Верит в любую чушь, которую я ему скажу, — заявил Мелло, решивший разоткровенничаться со своим неприятелем или теперь получается — другом? — Хм, вот оно как, — хохотнул Ниа, понимая, что на данный момент времени, он единственный, кто знает про Мелло абсолютно все, — а я думаю, ты просто боишься признать, что он был прав, говоря тебе о том, что не стоит начинать играть. Ты ведь не терпишь своих поражений. Кель вдруг слышимо выдохнул, показывая все свое недовольство, и поправил челку, которая так небрежно упала на глаза. — Мелло, пойми, я всего лишь хочу оказаться в нужный момент рядом. — А у меня все отлично, Ниа, все прекрасно, — разнервничался блондин, пытаясь себя защитить, — если об этом разговоре узнает хоть кто-то, я тебя закопаю, самолично! Кель напряженно соскочил с кровати Ниа и отправился на обед, который должен был начаться через десять минут. « — Да уж, Мелло, сильно же доканала тебя эта игра. Может, все же рассказать Мэтту правду? — подумал Ниа, рассматривая, как утонченная фигура скрывается за деревянной дверью, — ну уж нет, я сам разгадаю эту загадку и пойму, кто всем этим заправляет.» Кель просто источал из себя гнев, слишком громко топая кроссовками по ковру, что лежал вдоль коридора. — Мелло! — послышался со спины голос Джи. Блондин попытался сдержать весь спектр эмоций внутри и повернулся лицом к Мэтту. — Чего тебе? — безразлично спросил он. — Я тебя везде ищу, где ты был? — Мэтт пытался не напирать на Келя со своими расспросами, хотя так и хотелось отвесить блондину подзатыльник за свое временное, но довольно длительное исчезновение. — У Ниа в комнате был, помогал ему с домашкой, — протараторил голубоглазый. — Надеюсь, ты хоть пообедаешь? А то на тебя без слез не взглянешь, похудел вон как, — разволновался рыжий. — Пообедаю, — нехотя, ответил Мелло и вместе они пошли в столовую. Вместе они дошли до столовой, где каждый выбрал себе обед по нраву. Как обычно они сели за свой стол, застеленный красивой бежевой скатертью с золотой оторочкой по краю. Через несколько минут за столик подсел Брайан, ставя и свою тарелку с обедом. — О, какие люди, наконец-то аппетит проснулся? — заулыбался он, что-то набирая в свое телефоне. Стоило брюнету положит свой телефон на край стола, как завибрировал телефон Мелло. Кель настороженно посмотрел на Брайана, а затем и на его телефон. Мелло ничего не ответил приятелю, а вместо этого взял свой мобильник и открыл социальную сеть, в которой пришло сообщение от куратора. Голубоглазый юноша тут же напрягся, «кит» заныл, будто бы собирая вокруг себя весь жар огня, заставляя Мелло хмуриться и потеть. — Мелл, ты чего? — негодуя, посмотрел на него музыкант, — болит чего? — Нет, все, — нахмурился Кель еще сильнее, хватаясь за левое запястье, не позволяя себе его чесать, — нормально. Правда, — после этого блондин вдруг решил проверить, может быть, это Брайан тот самый сумасшедший куратор? Он тут же переборол подступившее жжение и взял телефон, набирая сообщение. Seele Mello Я жду указаний на третье задание.