И за нами

Мы чувствуем. Мы слышим Твою боль, твой страх. Но мы всегда рядом, чтобы напомнить тебе, Что мы любим тебя таким, какой ты есть. И ты не должен справляться со всем в одиночку, Потому что ты не один. У тебя больше друзей, чем ты думаешь. Кто-то уже вокруг тебя, а кого-то ещё предстоит встретить. В твоей жизни на самом деле больше любви. Не отпускай её, дай ей время. Не торопи. Тому, кто любит тебя больше всего, ещё нужно немного подрасти, И всё будет хорошо. У тебя больше друзей, чем ты думаешь. Оставайся тем, кто ты есть, Учись прощать. Ведь дело не в том, кого ты любишь, А в том, как ты живёшь. © Glee Cast "You have more friends than you know"

      — Наруто, прости, у нас с завтрашнего дня миссия А-ранга в стране Моря, — Ино перевязала букет шёлковой лентой и любовно провела пальцами по сочным зелёным листочкам, стараясь не смотреть ему в глаза. — Давай после неё соберёмся, уверена, у многих найдётся время, и…       — Конечно, нет проблем! — Наруто широко улыбнулся и неловко почесал затылок, стараясь за этой эмоцией скрыть своё разочарование. Ино прикусила губу. — Удачной миссии. Попробуем после. Конечно, — он попятился назад, наощупь находя дверной проём цветочной лавки Яманака и выходя наружу. Стоило лишь Ино исчезнуть из его поля зрения, и улыбка Наруто моментально улетучилась. Фальшивая же, она долго никогда не держится.       Из всех друзей, до которых он успел дойти, согласились на встречу всего двое: Киба и Сакура. Надеяться на успех подобной затеи было глупо, ведь собрать девять взрослых шиноби, обременённых работой и семейными проблемами, крайне сложно. Ещё сложнее собрать людей, с которыми спустя годы теряешь связь, забывая, кто они вообще такие и что их связывало в прошлом. Наруто помнил многое, но детали совместных миссий ускользали, и ему всё труднее было вспомнить, с кем он сопровождал стариков в страну Чая, куда ходил с Ли и Сакурой на миссию, и кто был заказчиком в их задании отвезти ценный груз в соседний город. Мелочи растворялись в больном сознании, и Наруто так отчаянно не желал этого признавать, что всё чаще старался записывать всплывающие в своём океане памяти фрагменты собственной жизни. Помнить для него было важно не потому, что это было чем-то ценным, сокровенным, важным, а потому что это было частью его прошлого. С каждым последующим днём Узумаки с горечью осознавал, что вновь что-то не помнит. Хотя, скорее просто не может пробиться сквозь стену, которая так старательно ограждает его от собственной памяти.       Идея собрать свой класс поначалу казалась гениальной. Они могли бы не только напомнить ему о былых временах, но и самим предаться ярким, живым моментам своего прошлого, чтобы вдоволь посмеяться, немного взгрустнуть и даже отдаться светлому чувству ностальгии. Но Наруто хотел увидеться со всеми не только поэтому. Он как никто другой знал, как важно находить время для себя, для семьи и друзей, а этого времени катастрофически не хватало. Оно ускользало прочь, словно мелкий песок, сыпалось из рук, и собрать секунды-песчинки уже не представлялось возможным: они терялись в миллионах своих собратьев, поэтому найти ту самую уже было попросту невозможно. Светлая идея была разбита вдребезги, когда не поддался на уговоры Чоджи. Конечно, он не мог отказать другу, но встреча с тёщей запланирована была ещё два месяца назад, и наполненный энтузиазмом Акимичи виновато тупил взгляд, с космической скоростью уплетая пачку редких чипсов, чтобы всем своим видом показать «мне жаль, прости». Наруто не злился, лишь пожал плечами и предложил другое время, но и тут друг был непреклонен. Шино и Тен-Тен организовывали специализированные занятия, каждый в своей сфере деятельности, а Ли и вовсе планировал уехать на месяц в страну Железа за оборудованием для своих супер напряжённых тренировок. Расстроенный Наруто уныло поплёлся в сторону дома Кибы, который с радостью принял приглашение и даже убедил в том, что обязательно вытащит с собой Шино, чтобы собраться, как минимум, командой номер восемь в доме Узумаки-Хьюга. Настроение Наруто стремительно взлетело вверх.       В приподнятом расположении духа он побежал в больницу за Сакурой, но её там не обнаружил: медсестры услужливо сообщили, что Сакура-сан уже тридцать минут как ушла домой по настоянию дочери. Наруто отправился к подруге, надеясь, что с Сарадой всё в порядке, но он не ждал, что встретит кого-то ещё. Взлетев по ступенькам к двери, он уже было протянул руку, чтобы нажать на дверной звонок, как дверь медленно распахнулась. Наруто уклонился и поднял взгляд, замирая от пронзительного взгляда Саске. Он знал, что Учиха в Конохе, но старательно не придавал этому особого значения, в конце концов, именно он из них двоих сбежал с места преступления под названием «любовь».       Саске не ожидал такого поворота событий, но Наруто в очередной раз доказал свою непредсказуемость и вот сейчас стоял перед ним на пороге дома его жены и дочери, хватая ртом воздух словно рыбка на суше. А Саске искренне не понимал, нахрена этот придурок припёрся к нему, если до сих пор не высказал и намёка на извинения, замерев каменным столбом. Взгляд невольно скользнул по знакомым морщинкам на напряжённом лбу, по осунувшимся после болезни щекам, по тёмным кругам под глазами, в которых читалась усталость, борьба с собственным подсознанием и засевшая глубоко внутри тоска. Весь внутренний мир Наруто был для Саске как на ладони, и Учиха не знал, то ли это он так научился его читать, то ли Узумаки задолбался настолько, что даже не в состоянии проследить за самим собой. Внутри вспыхнуло ярким пламенем знакомое чувство, и он словил себя на мысли, что если проведёт ещё хоть секунду в его небесных глазах, то точно потеряет над собой контроль. А в глазах были искры, знакомые тёплые звёздочки, которые мирно освещали такой неспокойный и подвластный только ему одному океан, они манили, заставляя тонуть в нём, утягивали в сладкую манящую пучину. Саске не понимал почему, а когда осознал, его сердце невольно ёкнуло: Наруто смотрел на него слегка испуганно и заинтересованно, так, словно он знает его уже очень давно, словно спустя много лет хочет узнать, что изменилось в его давнем знакомом. А потом он очнулся, и уже знакомый взгляд непонимающих затерянных глаз развеял сладкую иллюзию. Саске силой подавил в себе раздражение и пнул пяткой дверь, закрывая её.       — Зачем пришёл?       Наруто мгновенно ощетинился и огрызнулся:       — Не твоё дело.       О, значит, направлялся к Сакуре. Впрочем, Наруто не выглядел тем человеком, который был готов к разговору с Учихой, он в принципе не был готов с ним встречаться, и это читалось в той знакомой неловкости, которую Наруто когда-то тщательно учился скрывать.       Саске молча обошёл нахохлившегося Узумаки и исчез в неизвестном направлении. Наруто, скрипя зубами, удержался от того, чтобы повернуться и проследить, куда же направился несносный урод, и зашёл в дом. Внутри пахло ароматным мисо-супом, и Наруто позволил себе забыть хоть на мгновение об Учихе, глотая слюни от неимоверных запахов, будоражащих его обоняние. Навстречу вышла Сарада, которая думала, что вернулся отец, а за ней и сама Сакура. По её лицу проскользнула тень печали и какой-то неведомой тоски, но девушка умело скрыла эмоции. Наруто невольно подумал, что всё дело в её муже.       Харуно с радостью приняла приглашение, сказала, что возьмёт с собой Сараду, которая была явно против всей этой затеи, ведь главным аргументом было «совсем неинтересно слушать, как вы развлекались в молодости, мама», хотя, скорее всего, ей попросту не хотелось в очередной раз сталкиваться с Боруто. Наруто нервно усмехнулся, стараясь не влезать в конфликт двух сильных куноичи, и поспешил к Ино. Уже уходя из дома Сакуры, он заметил, как она смотрела на него, и неожиданно понял, почему она без раздумий согласилась прийти: она его слишком сильно жалеет и больше других знает, как ему это важно. Наруто в ответ на эти мысли лишь горько усмехнулся. Ино, к сожалению, тоже предалась этому чувству, и ему в какой-то момент стало очень мерзко на душе. Раньше его все ненавидели, презирали, смеялись над ним, как над пугалом, а теперь жалеют.       Наруто искренне надеялся на Сая и Шикамару. Нара уже неделю как находился в Суне по приглашению Темари, но должен был вот-вот вернуться, и Узумаки с нетерпением ждал этого момента. После посещения магазинчика с цветами — Наруто чисто интуитивно угадал, что она там — он решил найти бывшего сокомандника, используя чакру. Сай нашёлся у себя дома в компании Иноджина, поэтому Наруто радостно повернул за угол и позвонил в дверь. Спустя пару секунд она распахнулась, и лицо Сая озарила улыбка.       — Привет.       — Наруто, привет.       Видеть Сая в домашней одежде было непривычно, как непривычно и приходить к нему в дом, ведь большая часть их встреч происходила на работе, а после недавних событий ещё и в больнице. Наруто помялся на пороге, но, когда Сай приглашающе открыл дверь шире, Узумаки мотнул головой: он не хотел задерживаться. Спешить, конечно, было некуда, но это было хорошим поводом избежать неловких разговоров. Сай это понял и спокойно прислонился плечом к дверному косяку.       — Лучше себя чувствуешь?       Наруто улыбнулся и убедительно кивнул.       — Да, гораздо. Сай, у тебя есть планы на вечер пятницы? Я хочу пригласить тебя к нам. Поболтаем, вспомним прошлое, повеселимся, — его оптимизм хлестал через край. Сай рассеянно осмотрел пейзаж позади друга, вспоминая, есть ли планы на этот день. Наруто, заметив его задумчивость, оживлённо продолжил. — Будут Киба и Сакура, возможно Шино. Остальных, правда, собрать не удалось: многие заняты на работе, но ещё я планирую позвать Шикамару…       — Саске тоже отказался? — Сай, как всегда, умел бить по больному. Наруто насупился и отвёл взгляд, привычным жестом засовывая руки в карманы штанов. В голове назойливо всплыли воспоминания о случайной встрече час назад, но он тут же резко их отмёл.       — Нет, его я звать не собираюсь. Обойдётся, — Сай удовлетворённо улыбнулся и поспешил прервать непонимающего возбуждённого друга, прежде чем он начнёт расспрашивать причину его улыбки.       — Я обязательно приду. Ино завтра будет на миссии, но я могу взять с собой Иноджина, — из глубины коридора внезапно донеслось громкое: «Ни за что не пойду», и Сай лишь виновато пожал плечами, коротко смеясь. — А могу и не брать.       Наруто с благодарной улыбкой положил руку на его плечо и слегка сжал.       — Спасибо, Сай.       Сай искренне улыбнулся и проводил взглядом спешащего по своим делам друга. То, что он услышал от Наруто, ему не понравилось, но он знал, как решить эту проблему. Оставалось лишь дождаться Шикамару.       Наруто не заметил нахмуренного взгляда друга, он был весь в предвкушении от встречи, а значит, надо было сообщить Хинате, кто придёт. Звонить ей не было смысла, тем более Наруто изначально планировал прогуляться, поэтому телефон с собой предусмотрительно не взял, сказав жене, чтобы она в случае чего сама ответила на звонки. Ему хотелось увидеть всех вживую, как они делали это раньше, потратить время на прогулку по любимой деревне, в конце концов, вспомнить, что они шиноби и могут найти друг друга, используя собственные способности. Наруто повернул за угол и устремился вперёд по узкой улочке, протискиваясь между мусорных баков, огибая знакомое тысячелетнее дерево, которое восстановил буквально по частям Ямато-тайчо. Он шёл вперёд и шёл, по дороге изучая новые незнакомые постройки, которые были возведены относительно недавно, пробежал мимо Ичираку и неожиданно для самого себя уткнулся в тупик. Наруто недоуменно осмотрел ветхое здание перед собой, из забора которого вдруг вылез ободранный кот и уставился на него в ответ, молчаливо задавая незамысловатый вопрос: «Что ты тут забыл, человек?». Тупика здесь не было всю его сознательную жизнь, а после восстановления Коноху выстроили по старым чертежам и воспоминаниям жителей, так что изменений не должно было быть.       — Нанадайме-сама?       Наруто быстро повернулся на детский голос и натянул самую что ни на есть светлую и широкую улыбку. Девочка, ровесница Боруто, поклонилась ему и присела на корточки, протягивая руку коту, который заинтересованно обнюхал её пальцы и наконец позволил себя погладить.       — Привет.       — Вы заблудились? Резиденция вон там, — она махнула рукой в сторону возвышающегося среди других построек круглобокого здания с красными стенами и по-детски наивно улыбнулась. Наруто подавил в себе желание дать по шее маленькой наглой девчушке, которая… констатировала режущий по ушам факт: он потерялся. Как это вообще, чёрт побери, могло произойти?       — Нет, вовсе нет, — привычным жестом почесал щёку правитель и нервно осмотрелся, пытаясь найти пути к отступлению, но ему пришлось признать, что он абсолютно не знает, где находится. — С чего ты это решила?       Девочка взяла кота на руки и ласково провела по его голове ладонью, наслаждаясь звуками урчания маленького животного.       — Вы пришли в старый забытый всеми район, где нет ничего, кроме воспоминаний о былой славе когда-то живших здесь людей. Впрочем, и от них здесь ничего не осталось, только история и память.       Наруто с тоской осмотрел обветшалые рассыпающиеся на глазах дома и философски заметил, что завернул точно по адресу.       — Думаю, я бы хотел найти такое место, где можно заново познакомиться со своим прошлым, вернуть забытые воспоминания.       — Вам есть, что вспомнить? — наглости и упёртости девочке было не занимать. Наруто отчаянно усмехнулся.       — Больше, чем кому-либо, — он глубоко вздохнул. Пора с этим заканчивать: изливать душу ребёнку он не собирался, а выбираться отсюда надо было. Плюс, с точки зрения Хокаге этот район нужно было благоустроить, а значит, перед этим стоит заглянуть в резиденцию и тонко намекнуть Какаши-сенсею и очень не тонко Шикамару, что пора бы устранить этот пробел. — Я обязательно займусь этими домами, их нужно привести в надлежащий вид.       Однако энтузиазм Наруто растаял на глазах, стоило его маленькой незнакомке выдать:       — Даже после этого никто не будет жить здесь. Район был восстановлен после разрушительной битвы с Акацки, но снова был заброшен. И Вам известно больше всего, почему, — Наруто удивлённо посмотрел на неё и уже хотел было задать неподобающий Хокаге вопрос, но девочка продолжила. — Хоть и единственный выживший Учиха был оправдан, а его старший брат признан героем благодаря Вам, из памяти людей сложно вытравить мысли о том, каким жестоким и беспощадным был этот клан. Это место приносит несчастья.       Мир вокруг Наруто мгновенно потерял цвета, растворившись в монохроме. Ветер трепал безжизненные тряпки, свисавшие с некогда распахнутых окон, и привычного веера, раздувающего огонь, не было ни на дверях, ни на дорожках, словно архитектор не хотел показывать, что здесь когда-то жили родственники «единственного выжившего Учихи». Наруто был железно уверен в том, что никому бы не позволил стереть с лица земли великий клан, а значит, это произошло задолго до его правления. Сейчас, благодаря этому нерадивому архитектору, квартал выглядел пустым, заброшенным, неживым: таким же, как и Наруто, думающий о Саске. На него неожиданно навалилось осознание того, почему они были так похожи: одинокие, потерянные, ненужные никому, они всю свою жизнь прятались от монстров, окружавших их миры, и нашли друг в друге понимающих людей. Наверное, это сделало их заклятыми друзьями.       Наруто очнулся и моргнул, переводя взгляд на неловко переминающихся с ноги на ногу девочку, которая явно не желала прерывать раздумья Хокаге. Девочка, заметив, что тот вернулся в реальность, улыбнулась.       — Постой, а что тут делаешь ты? — очевидный вопрос не поставил её в тупик, она, кажется, даже была рада услышать этот вопрос. — Не боишься нахватать «несчастий»?       — Нет, совсем нет. Я историк, занимаюсь изучением клана Учиха и пришла на это место, чтобы проникнуться духом истории.       Наруто удивлённо окинул её взглядом. На вид ей было не больше тринадцати лет.       — В таком-то возрасте?       — Мне двенадцать, Хокаге-сама, — надулась девочка. — Я учусь и уже многое знаю. Например, дорогу в центр города.       Наруто от души рассмеялся и, последний раз осмотрев квартал, повернулся к своей новой знакомой. Пожалуй, он понимал всех тех жителей, которые когда-то его покинули: сюда он тоже больше никогда не вернётся.       — Что ж, веди меня, юный историк. Меня зовут Наруто, а тебя?       Девочка звонко рассмеялась и одним ловким движением поправила свои локоны, позволяя им каскадом раскинуться по плечам. В зелёных глазах заплясали задорные искорки.       — Конечно я знаю, как Вас зовут, Узумаки Наруто-сама! Моё имя Узумэ-чан, расскажете что-нибудь из своей жизни?

***

      Наруто отвлёкся от записей, чувствуя восхитительный запах еды, доносящийся снизу. Хината предупредила ещё вчера, что позвала половину своего клана, чтобы отметить удачное выздоровление Наруто, а заодно и поднять настроение своему мужу: кроме Кибы и Сакуры с Саем согласился принять участие в своеобразных посиделках лишь Шикамару. Наруто был безмерно рад тому, что ещё хоть один его друг придёт на ужин. Конечно, такой состав радовал мало, ведь со всеми теми, кто согласился прийти, он так или иначе пересекался в ближайшие несколько недель, остальных же не видел больше месяца. Живя в мире, где всем правили законы шиноби, сложно застать всех на месте, ведь они жили в состоянии вечной войны. Хината заметила, как опечалился муж, и приняла решение пригласить на званый ужин своего отца, маму, Ханаби и ещё человек десять, имена которых Наруто очень старался запомнить, но безбожно выкинул из своей многострадальной головы.       Наруто откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. В комнате было свежо: из едва приоткрытого окна тянуло прохладой, и мысли настраивались на нужное русло. Нужно было спуститься на кухню и предложить Хинате свою помощь. Наруто закрыл блокнот и спрятал его в верхний ящик стола, закрывая на ключ. В последнее время он старался тщательно скрывать свои воспоминания от семьи, от друзей и близких: он не мог поделиться чувствами к Саске ни с кем, кроме самого Саске, а с ним делиться подобным он не собирался. Бумага ненадёжно, но хранила мысли об их совместно проведённой ночи, о чувствах, которые им пришлось пережить после, о глупых поступках, назойливо осевших в голове. Наруто больше не забывал, он записывал всё скорее по привычке, желая оставить эти события где-нибудь ещё кроме собственной головы. Более того, ему стало гораздо лучше: головные боли, сопровождающие все его попытки вспомнить, постепенно сводились на «нет», а кошмары стали таким же редким явлением, какими были до появления Учихи в деревне.       — Папа! — дверь резко распахнулась, и в кабинет ворвалась Химавари. На ней было красивое жёлтое платье с подсолнухами на подоле: совсем новое, подумалось Наруто. Но, прежде чем он успел осознать эту мысль, дочь схватила его за руку и потащила к выходу, щебеча: — Гости скоро будут, пошли!       — Постой, Химавари, я не… — Наруто мельком осмотрел себя в зеркале, а в голове пролетела мысль, что надо было бы переодеться, потому что упасть в грязь лицом перед кланом Хьюга ему совсем не хотелось, но надобность отпала сама собой: он вспомнил, что позаботился об этом после обеда. И Наруто сдался.       Внизу их уже ждали насупленный Боруто, которого буквально заставили остаться на ужин, и слишком счастливая Хината. Наруто мельком заметил богато накрытый стол и благодарно улыбнулся жене. Хината подошла к нему, любовно и заботливо поправляя сбившийся ворот накинутой на плечи кофты, и Наруто невольно заглянул в её глаза. В них плескалась тревога и какое-то чувство неуверенности, словно она чего-то боялась. Наруто хорошо знал этот взгляд.       — Волнуешься? Всё пройдёт хорошо.       Хината улыбнулась уголками рта и кивнула, заряжаясь уверенностью от своего мужа. Уж что-что, а в этом Наруто был мастер.       Когда в дверь позвонили, желудок Наруто сделал сальто и скатился вниз. Он неожиданно перенял все переживания собственной жены, которая почему-то вдруг засветилась от счастья и уже не казалась такой напряжённой. Словно переложила весь груз ответственности встречи Хиаши-сана на него. Наруто научился этому обычаю у клана Хьюга и теперь старательно пытался вспомнить, что и как, но неожиданно вспомнил другое: гостей нужно встречать в традиционной одежде, выказывая дань уважения традициям. Однако Хината не была одета так, как положено, значит, он что-то пропустил или забыл? Наруто проглотил неприятный комок в горле и распахнул дверь.       — Привет!       Сердце вернулось на своё привычное место, стоило ему увидеть перед дверью своих друзей. Сакура с Сарадой, Сай, Мицуки, Киба и Шикамару радостно улыбнулись и, не дав Наруто вымолвить и слова, разошлись по обеим сторонам, позволяя увидеть остальных. Узумаки распахнул рот и попытался выдохнуть, но грудь сдавили знакомые тиски, от которых стало так трудно дышать. Здесь были абсолютно все: Ино и Тен-Тен приветливо махали руками, Иноджин тормошил сонного Шикадая, Чоджи вместе с Чоу-Чоу пытались зажевать стресс от излишне активного Ли, который на пару с Металом скакал вокруг него и Шино.       — Ребята, вы… — Наруто отошёл на пару шагов назад, позволяя всем протиснуться сквозь узкий дверной проём и снять обувь. — Но у Ино же была миссия, а ты хотел уехать в страну Железа за оборудованием. Чоджи, как же запланированный ужин в Облаке?       Ино рассмеялась:       — Я перенесла отбытие из деревни на послезавтра. Выступить позже нам не так критично, тем более, я договорилась с Какаши-сенсеем, он был не против.       — Моя поездка в страну Железа тоже потерпит, в конце концов, ради друга можно и повременить, — Ли положил руку на всё ещё пребывающего в шоке Наруто и победно поднял руку вверх. — Тем более, как можно отказать Са…       — Ли!       Ино, Чоджи и Тен-Тен мгновенно накинулись на Ли, всячески пытаясь заткнуть ему рот. Тот попытался извернуться, но тут же получил по голове от сзади стоящей Сакуры и потёр шишку, обиженно оглядываясь назад. Неловко смеющийся Наруто развеял все сомнения по поводу того, догадался он или нет, и все облегчённо выдохнули.       — Ладно, хватит стоять в прихожей, все за стол, — Наруто хлопнул в ладоши и затолкал всех в гостиную, подходя тихо к Хинате и с опаской шепча: — Скоро придут твой отец, Ханаби-чан и остальные?       Хината поджала губы и отвела взгляд, не в силах больше скрывать ложь.       — Нет, Наруто-кун, они не придут.       Наруто удивлённо распахнул глаза.       — Как это не придут? Что-то произошло? Я что-то сделал не так? — он панически уставился на дрожащую Хинату. Девушка заправила прядь волос за ухо и виновато коснулась его руки, потупив взгляд.       — Ребята хотели устроить тебе сюрприз и попросили меня сказать, что придут мои родственники. Они не хотели тебя обидеть или расстроить, Наруто-кун, прости меня. Я всего лишь…       — Спасибо.       Хината выдохнула и замерла в объятиях мужа. Она так сильно переживала насчёт всей этой затеи, и признаваться ей в обмане было очень нелегко, но Наруто, кажется, снова всё понял иначе.       — Это был лучший сюрприз.       Хьюга робко провела ладонью по его спине и, когда муж отстранился, одарила его тёплой улыбкой. Наруто счастливо улыбнулся и схватил за руку, таща к своим друзьям. А Хината вновь вспомнила, почему она в него так сильно влюбилась и почему готова была доверить этому человеку весь мир и всю себя вместе с ним.

***

      — Может, сыграем в карты?       — Ооо, здравая мысль, Киба! — поддатый Наруто хлопнул рукой по столу и встал, показывая пальцем на столик в гостиной. — Шино, Чоджи, вытащите стол на середину, будем играть! — и исчез в дверном проёме.       Шикамару лениво откинулся на спинку стула и прикрыл глаза. Большая часть приготовленного была съедена, напитки выпиты, а разговоры из обсуждения семейной жизни плавно перетекли в разговоры о миссиях, тренировках и занятиях с юными шиноби Конохи. Девушки почти сразу вышли из-за стола и продолжили свои дискуссии в комнатах наверху, а дети исчезли ещё раньше: очевидно, что им надоели разговоры их стариков, да и сладкое стремительно улетучилось. Всё-таки им было с ними скучно, но никто не может осуждать новое поколение за непринятие привычек старого, это естественный процесс развития. Нара с горечью отметил, что их поколение уже стало «стариками».       Через несколько минут вернулся Наруто, победно потряхивая картами в воздухе, и Шикамару устало подумал о том, что нужно вставать и идти рубиться в ненапряжную игру. Конечно, он выйдет из партии первым, он всегда выходил, хотя и иногда поддавался, изображая скорее ленивого, нежели несоображающего человека, после чего ловил на себе насмешливые взгляды друзей. Каждый знал, что Шикамару влом, но никто никогда его за это всерьёз не судил, да и в конце концов, им же не стратегии ключевого боя с соперником составлять, это была просто игра, которая позволяла расслабиться и повеселиться. Просто игра для Наруто и ради Наруто.       Когда Шикамару вернулся в Коноху, его первым делом встретил встревоженный Сай. От него Нара узнал про ужин, на который их всех так счастливо зазывал Наруто, но получил от многих отказ. Сай предложил переубедить половину друзей, и Шикамару его в этом сразу же поддержал. Нара знал, какой самый главный аргумент в пользу Наруто, но использовать его значит давить на жалость, а это было низко и подло. На уговоры ушёл целый день: они отпрашивали Тен-Тен, Шино и Ино у самого Какаши-сенсея, который на уговоры поддался не очень легко, но кажется был готов на всё ради своего бывшего ученика, а потом донесли эту информацию до друзей. Наруто нуждался в поддержке так, как никто другой, он заряжал их своей энергией уже тридцать лет, и никто не мог не осознавать того, что без безбашенного, надоедливого, упёртого Наруто Узумаки они не смогли бы выиграть свои битвы жизни. Они совместно решили не раскрывать тайны, кто собрал их всех, но внутренне были искренне благодарны Саю и Шикамару за то, что они их переубедили. Это стоило бы им дружбы.       — Пойдём, Шикамару! — Чоджи махнул ему рукой, и тот неохотно поднялся со стула, подходя к столику. Ли уже раздавал карты, не прекращая трещать на ухо Кибе, который отпихивал его от себя, и все постепенно уселись на места. Карты были розданы, а игра так и не началась. Наруто обвёл всех присутствующих взглядом и заметно погрустнел.       — Наруто?       Наруто положил веер из карт лицом вниз и опустошённо выдохнул, уткнувшись взглядом в мелкие трещины на тёмном столе:       — В прошлый раз с нами не было Сая, но…       Тяжёлое молчание повисло в воздухе, словно густой туман над рекой. Все разом поняли, о чём идёт речь, но произнести вслух никто не решался: даже спустя десятилетия рана не зажила. Глубокая, сильная, оставившая шрамы в сердцах каждого из них. Наруто молча опёрся правой рукой о пол и поднялся на ноги, решительно подходя к холодильнику. Достал бутылку сакэ, семь керамических чашек и притащил это всё на стол. Разлил по ним прохладный напиток и поднял вместе со всеми чашку вверх.       — За Неджи.       — За Неджи, — шесть голосов как один в унисон тихо разнеслись по комнате.       Настрой на карточную игру был растерян грустным напоминанием о потерянном друге. Война унесла много жизней, война растоптала их души, прошлась по ним, рассекая острыми лезвиями ножей, искромсала сердца и засунула обратно, оставляя десятилетиями помнить, что они тогда пережили. Никто из них после этого уже не был прежним, никто из них не смог забыть, потому что просто невозможно. Потому что кошмары преследовали изо дня в день, и ушедшие люди то и дело всплывали по ночам в их снах, напоминая о былом прошлом.       — Я думаю, он счастлив за нас, — Ли первым разрезал тишину, привлекая внимание. — Мы живы и мы продолжаем помнить о нём, но не скорбя, а вспоминая все те счастливые моменты, которые мы пережили вместе. Он сражался ради будущего, в котором мы сейчас живём, и сейчас наша задача его сохранить. И в первую очередь мы должны сохранить тебя, Наруто, потому что это его наследие. Ты часть его будущего, и я совру, если скажу, что с будущим всё в порядке.       Наруто распахнул глаза, ошарашенно смотря на своих друзей. Он не ожидал услышать подобное, хотя всегда знал, что в него верят так же сильно, как он верит в них. Но одно дело знать и чувствовать, а другое — искренне слышать из уст дорогих тебе людей.       — Ли прав. Твоя проблема никуда не делась, более того, нападения на страны всё ещё дают о себе знать, но мы готовы все вместе тебе помочь. Мы расскажем тебе всё, что знаем, и, раз уж тебе стало лучше, так уж и быть, стерпим всю твою болтовню про Саске, — Наруто усмехнулся на упоминание Учихи и по-дружески ткнул Кибу в плечо.       — Спасибо. Спасибо вам большое за поддержку, за то, что пришли, за помощь. Я не подведу, — Наруто растянул губы в широкой улыбке и протянул руку вперёд, сжав её в кулак. — Я обещаю.       Шикамару усмехнулся, наблюдая за тем, как разряжается напряжённая до этого атмосфера, и вот уже Наруто кричит громче всех о том, как играть, а его пытаются успокоить Чоджи и Сай, пока Ли с Кибой спорят о своём. В этой компании безумцев действительно не хватало уравновешенного Неджи, способного абстрагироваться от шума, и даже, возможно, холодного Саске, которого, впрочем, и так обычно не было во время их посиделок. Шикамару неожиданно для самого себя осознал, что ему не хватает таких встреч: живых, ярких, шумных, напрягающих, искренних, весёлых, пьяных. Душевных, где они были такими, какими знали друг друга вот уже тридцать лет. И, пожалуй, Шикамару отдал бы всё, чтобы собраться вместе вновь, пусть раз в пять, в десять лет, но именно тут, именно с ними он чувствовал себя вновь тем самым двенадцатилетним генином, которому предстояло ещё многому научиться.       Потому что рядом с Наруто Узумаки никогда не знаешь, что может тебя ожидать в следующую секунду. Пожалуй, Шикамару именно этого и не хватало.

***

      — Всё! — Наруто покрыл крестового валета своей чудом оставшейся дамой той же масти и успешно вышел из игры.       — Признавайся, гадёныш, где ты спрятал ещё карту! — Киба оскалился и начал вынюхивать ещё карты у друга, который, смеясь, уворачивался от попыток снять с него футболку. Кибу не смущало то, что у футболки нет рукавов — этот дурак же не мог выйти из игры раньше него, значит, однозначно у Наруто в рукаве должна была ещё быть спрятана лишняя карта!       — Эй, Киба! Мы ещё не доиграли! Давай ходи! — Чоджи, сидящий по ту сторону от Кибы, ткнул того в бок. В числе оставшихся карточных бедняков* остались Киба, Чоджи и Ли. Первым из игры вышел ожидаемо Шикамару, привычно сидящий по правую руку от Наруто, Сай и Шино.       — Ли-кун, не хмурься, морщины — не лучший атрибут юности, — насмехался Сай, на что Ли ответил недобрым взглядом, а потом снова уставился в свой оставшийся набор карт.       Шикамару положил руку на плечо Наруто, шепнув ему: «Я на перекур», и поднялся, отряхнув колени. Наруто обвёл взглядом друзей, трое из которых по-прежнему пытались доиграть партию, а Сай что-то втирал серьёзному Шино. Ему впервые за несколько лет было настолько хорошо. Он впервые за многие года ощутил себя настолько дома. Не считая той ночи, о которой он меньше всего сейчас хотел вспоминать, но память продолжала услужливо подкидывать картинки с Нового Года, а сердце с энтузиазмом вторило ей, пока внизу живота снова скручивался комок желания. Он с тоской оглянулся на Шикамару, выходящего за дверь, решая, что никто в пылу игры не заметит временного их отсутствия, и поспешил последовать за помощником. Ему необходимо было отвлечься от навязчивых мыслей.       Шикамару стоял на крыльце, прикуривая сигарету, когда услышал, что дверь за ним снова открылась. Ему не нужно было оборачиваться, чтобы знать, кто составил ему компанию. Наруто поёжился, надевая предусмотрительно захваченную с собой куртку. Он глянул на полную луну, лениво плавающую между облаками и звёздами. Вечер уже был относительно поздним, и на улице было слышно лишь переливающаяся трель сверчков и редко проезжающих где-то вдалеке машин. Из дома раздался громкий смех парней и восклицания Кибы, на что Шикамару цокнул, а Наруто подавил смешок, опустив глаза на носки ботинок. Нара покосился на смурного друга, и, тяжело вздохнув, выдавил:       — Рассказывай.       — А? Что? — Наруто ответил на взгляд.       — Не придуривайся. На твоём лице всё написано. Рассказывай, говорю, — с нажимом повторил Шикамару, делая затяжку.       — Мы переспали, — выпалил Узумаки, и Шикамару подавился сигаретным дымом, закашлявшись. Наруто заботливо похлопал его по спине, и это было бы смешно, если бы не было так грустно.       — Что? — шокированно посмотрел он на Наруто. — Когда?       — Ещё на Новый Год, — сказал он и сжал переносицу. Он не хотел об этом рассказывать, но Шикамару был едва ли не единственным, с кем он действительно мог этим поделиться. Ему необходимо было выговориться, хотя бы чтобы самому освободиться от этого груза.       Нара присвистнул, матерясь про себя. Этого, конечно, стоило ожидать, но он не был готов к тому, что это произойдёт так скоро.       — Как это случилось?       — Блин, Шикамару, я и сам не знаю, — прикрыл глаза Наруто, закинув голову. — Мы отмечали праздник дома с Хинатой, Сакурой и детьми. Потом я загрузился, пошёл наверх, уронил блокнот, а оттуда вывалился ключ.       — Чёртов Саске, — хохотнул Нара. — Так вот зачем он подарил тебе этот блокнот.       — Что? Но он был не от…       — Саске, — улыбнулся Шикамару, понимая, что уже можно открывать такого рода информацию, которую раньше они вынуждены были скрывать от Наруто.       — Подожди, я всё помню, эту книжку принесла мне птица… — Наруто замолкнул, задумавшись, а потом чертыхнулся. — Блять.       — Вот именно. Ну, так что дальше?       — Ну что… Я недолго вычислял, откуда этот ключ, и сразу же нашёл ублюдка. Я был весь на взводе, а он ещё только вышел из душа, и такой, сука, красивый… — простонал Наруто.       — Во имя всего святого, Наруто, оставь детали, — закатил глаза Шикамару, хотя, к своему стыду, представил эту картину, и что греха таить, Саске всегда был недурно сложенным даже по его меркам. А вспоминая помешательство Ино и Сакуры в детстве, а позже самого Наруто, сейчас нечему было удивляться.       — Да пойми ты! — в сердцах воскликнул раскрасневшийся Узумаки. — Я, честно, не хотел и не задумывал это. Сначала. В смысле, я не сразу, как увидел его, захотел. То есть… Господи, как же сложно! — Наруто схватился за голову. Шикамару усмехнулся.       — Я понял. Ты держал себя в руках по началу.       — Да! А потом мы начали разговаривать, и он со всей своей ублюдочностью каждым словом меня распалял. Мы даже подрались сначала.       — О-о-о, ну вот этому я уж точно не удивлён, — Шикамару с улыбкой подкуривал уже вторую сигарету, толком не осознавая этого. Его увлекал этот рассказ. Было ощущение, что он слушает пересказ одной из книг из библиотеки Какаши-сенсея. Шикамару задумался, что надо будет потом поинтересоваться, только ли гетеросексуальные пары описывал Джирайя-сан.       — Короче, мы потрахались, а наутро я проснулся и сбежал.       Шикамару бы не удивился, если бы это был сюжет книги, но сейчас он задержал дыхание, медленно поднимая глаза на друга.       — Повтори?       — Я осознал, что изменил Хинате, детям, трахнул мужа Сакуры, и вообще это была ошибка. Разве я не прав? — Наруто глянул на Шикамару из-под нахмуренных бровей. Тот медленно переваривал информацию, потому что плохо представлял себе такое развитие событий. Он молчал, обдумывая ситуацию.       — Ты хоть ему об этом не сказал? — с надеждой произнёс Нара.       — Сказал. И велел больше не искать меня и не приходить, — закусив губу, Наруто зажмурился.       — Ну ты и идиот, — выдал поражённый Шикамару.       — Прости?       — Ты тупица, Узумаки, самый настоящий.       — Только не говори, что ты на его стороне, — огрызнулся Наруто.       — Да как же ты не поймёшь! Я не на его стороне, я ни на чьей стороне, это всё такой гемор, что я бы знать этого не знал, и жил бы себе спокойно, а ещё лучше вернулся бы в Суну, — Шикамару глубоко вздохнул. — Наруто, ты понимаешь вообще, что такое любовь?       Наруто, ни на секунду не задумавшись, выпалил:       — Я люблю Хинату!       Нара покачал головой.       — Прости, конечно, но между тобой и Хинатой на данном этапе что угодно, но не любовь. Не пойми меня неправильно, я всеми руками за вашу семью. Ты знаешь, я безмерно уважаю Хинату и люблю ваших детей, как своих. А ещё я больше всего хочу, чтобы ты вернулся и занял по праву твой пост Хокаге. Но я хочу видеть прежнего Наруто, а не того, который сейчас стоит передо мной. Потому что прежний Наруто совершал много ошибок, но никогда, повторю, никогда не обманывал себя. Саске — тот ещё урод, но он, по крайней мере, держится за свою любовь. Где он сейчас? — неожиданно спросил Шикамару.       — Не знаю, дома, наверное. Он живёт сейчас с Сакурой и Сарадой, — ответил Наруто, потупив взгляд, словно школьник, которого отчитывают. Примерно так он сейчас себя ощущал.       — Подумай на досуге, почему он всё ещё в Конохе. Сакура и Сарада — это не те люди, которые способны его здесь удержать. Он даёт тебе время и не лезет в твою жизнь, но, если бы ты задумался, то понял бы, что он здесь ради тебя. Тебя, который перестал лежать в больнице из-за постоянных приступов. Тебя, идиота, которого так сильно любит.       — Идиот, потому что сбежал? — Наруто опустил плечи.       — Нет, — Шикамару покачал головой. — Идиот, потому что сделал это, любя.       Узумаки ногой пнул попавшийся камешек и, немного переведя взгляд, выхватил у Шикамару из рук дотлевающую сигарету и сделал затяжку, закашлявшись.       — Как думаешь, клона будет достаточно? — спросил он, вглядываясь куда-то вдаль.       Шикамару улыбнулся и похлопал друга по плечу. Тот создал клона, который тут же убежал, а потом открыл входную дверь, пропуская туда Шикамару. В коридоре столкнулись с Кибой, который спускался, видимо, в туалет.       — Вы чего так долго? Что вы там делали?       Шикамару глянул на Наруто, который с трудом снимал ботинок. Почесав затылок, Нара усмехнулся:       — Нарутотерапию. *Игра, в которую играют ребята, называется "Богач". Это традиционная и очень популярная карточная игра в Японии. Проигравших называют "бедняками".