LOVE YOURSELF

Темные, меняющие свои цвета с ярко-красного до багряно-оранжевого блики за окном отпечатываются клеймом на белоснежном потолке тэхёновой комнаты. Он не спит, лежит на боку, просунув руки под подушку и считая минуты. Одна за одной, и все по-новой. Тиканье прикроватного будильника рвет тишину на мелкие куски. Его глаза блестят в этом таинственном свете. Он слегка вздрагивает, когда со спины его обнимает крепкая рука, обвивая живот. Теплое дыхание прямо в шею, до мурашек по ключицам. Пальцы гладят неспешно, и Тэхён прикрывает веки, желая избавиться от тонкой ткани футболки раз и навсегда. Мимолетный чмок за ухом и неконтролируемая дрожь по всему телу. - Гуки... - шепчет Тэхён, накрывая чужую руку своей. Жар тела совсем рядом, до невыносимого желания быть еще ближе, вжаться, слиться, и никуда никогда не уходить. Под кожей предплечья вздуваются вены, напрягаются сухожилия. Он просто плавится под этими пальцами, выдыхая все чаще и чаще. Тэ поворачивается на спину, и сразу же над ним, не теряя времени, гибко нависает Чонгук. Его глаза мерцают в темноте, губы призывно приоткрыты, и на нем нет майки. Мышцы бугрятся под смугловатой кожей, и Тэхён не знает, как ему не упасть в обморок прямо сейчас от такой красоты. Темные волосы Чонгука растрепаны, и Тэ зарывается в них пальцами, перебирая, трогая нежно-нежно, и улыбаясь. Гук опускается все ниже и, наконец, между их губами - совершенно ненужный миллиметр. - Я люблю тебя, мой Тэтэ, - шепчет он призывно, горячо выдыхая прямо в чужие губы, а потом без предупреждения набрасывается, сминает собой, зацеловывает влажную кожу. Проводит языком, едва касаясь, и до слез почти кусает, утробно рыча. И Тэхён отвечает не менее смело, проникает языком внутрь, исследуя, наслаждаясь, лаская. Руки шарят по горячему телу, то исступленно сжимая, то едва касаясь подушечками пальцев. Чонгук усаживается между разведенных бедер и, словно дразня и искушая, медленно развязывает тесемки на штанах. Тэхён дышит часто, сердце выскакивает из грудной клетки, и кажется, вот-вот проломит ребра. Он ждал этого так долго, что впору самому сойти с ума, наложить на себя руки от невыносимого ожидания. Но вот же он, Чонгук совершенно здоровый, горячий и такой родной. Принимающий без остатка. Карие глаза подернуты поволокой желания, не меньшего, чем сейчас испытывает Тэхён. Соблазнительно улыбающиеся губы снова и снова шепчут его имя, а руки касаются уверенно, словно Чонгук точно знает, как заставить Тэхёна видеть звезды. И Тэхён видит их, их все, без сомнения, когда парень опускается между разведенных бедер и легко трогает влажным языком. Пальцы ласкают незамысловато, но так необходимо, так томительно, что он продает свою душу и тело Чонгуку, не медля ни секунды. Он выгибается, стонет несдержанно, а из глаз катятся непрошеные слезы. Он так счастлив. Тэхёна вырывает из этой неги звук открывшейся двери. Он садится в своей постели и не понимает до конца, что происходит. Только пульс частит запредельно, напоминая о том, откуда он только что вернулся. Он трет заспанные глаза и присматривается. И не может поверить в то, что он видит. В узком проходе стоит Чонгук. Обнимает косяк, стискивает изо всех сил, и лицо красивое свое кривит от непомерного усилия. И Тэ подлетает с постели, в долю секунды преодолевает разделяющие их несколько метров и ловит начавшего уже оседать на пол Чонгука. Коляска остается стоять неподалеку. Младший тяжело дышит, когда Тэхён наконец-то сажает его на свою кровать. Он мотает головой и обеспокоенно глядит на старшего, выискивая что-то в его лице. - Гуки, - Тэхён двигается близко-близко, - что случилось? - дрожь в его голосе не укрывается от Чонгука ни на секунду. - Я услышал, как ты стонешь во сне... Ты звал меня, хён, - едва заметно смущается он, - звал по имени. Ну, и... Вот я здесь. Тэхён не может поверить. Не может осознать до конца, и поэтому требует подтверждения: - И поэтому ты... встал? Младший кивает. И вдруг начинает плакать. - Я... хён, я испугался... А вдруг ты... Ты так меня звал... Я подумал, что нужен тебе, - Тэ обнимает крепко, чувствуя себя на седьмом небе. Он там никогда не был, но уверен, что там примерно такое чувство - чувство невесомости. - Ты мне снился. И еще... Ты нужен мне всегда, запомни. Они смотрят глаза в глаза, и Гук кивает. И тут же спрашивает: - А что тебе снилось, хён? Тэхён смущается. Об этом он никогда ему не расскажет. - Ничего особенного. Давай ложиться, еще слишком рано, - говорит он и помогает Чонгуку лечь. - Тэтэ, - зовет его Гук. - М? - Я впервые встал с коляски, - Чонгук улыбается в темноте, Тэхён чувствует это в его голосе. - И сделал это из-за тебя. - Угу, - мычит он и обнимает, уткнув темную лохматую голову Гука в свою грудь. - А теперь спи. Обсудим это завтра. И уже через несколько минут слышит его ровное дыхание. И Тэхён думает о том, что ему не нужны никакие звезды. Главное, чтобы рядом всегда оставался Чон Чонгук.