Шаг влево, шаг вправо - расстрел!

      Забегая назад, поведаем о том, кто встретил Саундвейва после его последнего визита к Маднесс, которая на тот момент ещё лежала в больнице, и чем это для связиста обернулось. И если вы уже думаете о чём-то плохом, то думаете правильно. Саундвейв, который в прошлый раз не столкнулся с какими-либо проблемами своего ухода, и в этот смог благополучно покинуть «Немезиду». Мегатрона в тот день вообще почти никто не видел, а вероятность того, что он вернётся, пока связиста не будет, была крайне мала. Но уже на обратном пути, подлетая к величественному кораблю, крайне восприимчивый ко всему Саундвейв предчувствовал что-то не очень приятное. А может даже и очень неприятное. Трансформировавшись на взлётной полосе, молчаливый десептикон направился вглубь «Немезиды», обратно на свой пост. Конечно, вся работа и даже то, что полагалось сверх неё, было выполнено, но почему-то одна щекотливая мысль не давала связисту покоя… Мысль, что сегодня результаты труда не помогут, потому что проблема будет связана не с ними. На мостике никого не было. Сбитый с толку своим дурным предчувствием, Саундвейв неспешно прошёл к терминалу, подключился к нему через оптокабели и погряз в работе, которой у него всегда было достаточно – на любой случай актива. Прошло немало времени, прежде чем на мостике появился Мегатрон в сопровождении Старскрима – сикер вился вокруг своего господина и, видимо, всячески пытался подлизаться. Уж это связист чувствовал спинными сегментами, не нуждаясь в помощи аудиодатчиков или изображений происходящего за спиной. — Саундвейв! — Вечно громкий и отчасти жуткий голос Лорда мог напугать того же командующего ВВС десептиконов, но не привыкшего к этому связиста, поэтому Саундвейв только на время прекратил щёлкать по терминалу пальцами, показывая, что готов слушать дальше. — Давно работаешь? Молчаливый десептикон только кивнул. Даже если брать его отсутствие, то с момента возвращения он здесь давно. — И никуда не отходил? — Подозрения закрались в самую Искру, и для какого-никакого «прикрытия» Саундвейв повернулся к предводителю и вывел на экран маски показатели уровня энергона, время последней заправки и время следующей, закончив общую картину данными о двух выходах с мостика для усмирения буянивших утром вехиконов. Всё это было правдой и вполне убедительной. Мегатрон быстро просмотрел «ответ» и выдержал недолгую паузу. — А за стены корабля? — последовал очередной вопрос. Саундвейв решил, что пора бы уже принимать какие-то меры в свою защиту, и перешёл в нападение: — Саундвейв: член экипажа «Немезиды». Допуск к выходу за пределы корабля: имеется. Выход: свободный. Количество вылетов за текущие сутки: один. Нарушения: отсутствуют. Претензии: нелогичны. Допрос: неоправдан. За спиной Лорда зашипел Старскрим, выходя вперёд: — А что же ты не доложил нашему господину, что вылет твой был к вражескому союзнику?! — Старскрим! — рявкнул на весь мостик Мегатрон, хватая своего зама за шлем когтистым манипулятором. — Я сам разберусь! Пошёл вон. И летун лёгким движением был вышвырнут в коридор. Саундвейв невольно подумал о том, что сколько бы раз актив этого подхалима не граничил с деактивом из-за Мегатрона, Скрим никогда не перестанет быть собой. Избавившись от возмущённого коммандера, Лорд, кажется, вздохнул с неким облегчением и прошёл к трону. Сев на своё излюбленное место, серый мех постучал когтями по подлокотнику и перевёл взгляд на по-прежнему ожидающего продолжения разговора связиста. — Нет смысла говорить тебе, что о визитах к Маднесс мне доложил Старскрим – он проследил за тобой. — Молчаливый десептикон в этот момент поклялся себе обязательно дать летуну по фейсплейту. — С его доносами я разберусь отдельно, а сейчас хотелось бы прояснить ситуацию с тобой. Алая оптика была недобро прищурена. — Старскрим не солгал? Саундвейв отрицательно покачал головой. Отпираться было бы ещё хуже, поэтому он предпочёл ничего не скрывать. Точнее, не скрывать то, о чём спросят – остальное же пусть останется за кадром. — Мне это не нравится. Девчонка, с которой ты так спелся, — на этих словах лидер фиолетовозначных хмыкнул, — является напарницей моего главного врага, если ты не забыл. Пусть мы и помогли ей в своих целях, это не значит, что её не надо считать врагом! Связист немного склонил голову, как бы в знак уважения и того, что он понимает, что хочет донести до него лидер. Мегатрон шумно провентилировал. — Ты забываешься, Саундвейв. Ещё ни разу мне не пришлось усомниться в твоей преданности десептиконам и мне в частности, как не пришлось усомниться и вчера, когда я узнал о твоих визитах к белковой. Более того, я уверен, что тебя не заставить даже под угрозой деактивации предать нас. Саундвейв мысленно содрогнулся, уже заранее зная, что Лорд скажет дальше. — А теперь представь, что у тебя выбор: либо она, либо мы, — безжалостно озвучил страшные догадки связиста Мегатрон. — А такой выбор может случиться. И вот здесь я уже не так твёрдо уверен, что выбор будет в нашу пользу. Бывший гладиатор поднялся с трона и, заложив манипуляторы за спину, прошёл на середину помещения. Там он остановился и, не оборачиваясь, сказал: — Прекрати общение с Ал как можно скорее. И это не совет, Саундвейв, это приказ. Приказ твоего лидера. Не заставляй меня идти на крайние меры, потому что в этом случае – о вашем общении – пожалеете вы оба. И она – в первую очередь. И серый мех покинул мостик, не оставив связисту никакого выбора. Оставшись наедине с самим собой, Саундвейв медленно развернулся. Тонкие пальцы невольно сложились в кулак, который через миг уже оставил в матовом покрытии терминала глубокую выемку. Алеа никогда не узнает об этом разговоре. Никогда! Как и Саундвейв никогда не узнает об истинных причинах, побудивших Мегатрона запретить ему общаться с белковой фемкой. И одной из этих причин была элементарная ревность.

***

      — Ох, ребят, ну поздравили вы меня конечно от души! — Алеа плюхнулась на диван, подняв в воздух облако блестящей пыльцы и бабочек из фольги. Сегодня её приветствовали все – даже обычно ворчливый и угрюмый Рэтчет. Да что там Рэтчет! Агент Фоулер не остался в стороне – написал СМС-ку с парой поздравительных слов. Вроде мелочь, а приятно. — Прям такое чувство, словно я не из больницы выписалась, а День Рождения праздную! Мико сверкнула глазами. — Точно! Надо будет тебя ещё и в этот день поздравить. Только дату нам скажи. Маднесс расхохоталась и пообещала, что обязательно скажет. — А пока мне бы хотелось-таки узнать, что я пропустила! — и девушка поудобнее устроилась на своём месте. — У-у-у-у-у… — протянул Джек и сел рядом. — Это весь день надо рассказывать. Рафаэль поддержал Дарби, но Ал только тряхнула своей гривой белых волос. — Я никуда не спешу. — Точно, она никуда не спешит. — Мико потёрла ладони, вызвав у ребят смешанные чувства: и радость, что японка берёт повествование в свои руки, и некоторое отчаяние от осознания, что это надолго. — Так, начнём мы, пожалуй, с самого интересного… Пусть Мико и начала рассказ, её постоянно дополняли Джек с Рафом, а также проходившие мимо автоботы. Алеа заболела крайне не вовремя, как она сама для себя решила – многое, очень многое произошло в её отсутствие. Оказывается, на Землю попала некая Эйрахнида, которая когда-то давно была в рядах десептиконов, а потом стала одиночкой. Эта фем была заклятым врагом Арси, с которой и столкнулась в первый же день пребывания на планете людей: двухколёсница с Джеком были отправлены на разведку, и она едва не обернулась для обоих плачевным исходом. Алеа с замиранием сердца слушала, как Дарби взорвал корабль Эйрахниды, а потом ещё весьма продолжительное время убегал от этой ненормальной, жаждущей его крови. Второй историей был рассказ о том, как всё та же Эйрахнида объединилась с Сайласом, вышедшим из тени, и похитила маму Джека. В обмен на жизнь женщины фемконка требовала Арси, которая была нужна организации «M.E.X.» как образец для исследования. Тут уж Маднесс закатила глаза, сказав, что это слишком банально. А раз всё закончилось в пользу автоботов, то выходит, что это не только банально, но и неэффективно. Новость же о том, что мама Джека теперь тоже знает о кибертронцах, Ал не удивила. Вообще нисколько. А вот с заявления Мико, что агент Фоулер явно клеится к молодой женщине, Маднесс позабавило. — И что? Это всё? Неужели я больше ничего не пропустила? — Ал выжидающе смотрела то на Мико, то на Джека, то на Рафаэля, потому что в какой-то момент все трое замолчали, переводя дух. — О, не-ет! Не всё! — замахала японка руками. — Просто взяли передышку. Сейчас продолжим. Рассказали Маднесс и про случай с какой-то магнитной перчаткой – весьма хитрым артефактом, с помощью которого во время стычки Арси оказалась «приклеена» к Балку, а потом, разлепившись, автоботы точно так же склеили Брейкдауна и Эйрахниду. После этого фемке пришлось снова вступить в ряды десептиконов. — Безобразие! — воскликнула Алеа, думая о том, что эта паукообразная дрянь могла липнуть к Саундвейву. Странно, что он не рассказал о ней во время её визита на «Немезиду» или во время одного из своих в больницу. — Что? — удивилась сбитая с рассказа японка. — Везде теперь эта паучиха. Фу! Ребята развели руками и продолжили. Перчатку в итоге всё равно забрали автоботы, а через какое-то время случилось кое-что неожиданное и абсолютно неприятное для команды Прайма: Эйрахнида обнаружила целый рой инсектиконов – насекомообразных трансформеров – и привела их к Мегатрону. Теперь к десептиконам прибавилась дополнительная «живность»: весьма живучая, весьма мерзкая, весьма противно пищащая и вообще просто неприятная на вид. — Ненавижу насекомых. — Отвращение отразилось на лице Ал, когда она слушала эту историю. — Всё? — Как бы ни хотела, чтобы пропущенных тобой событий было минимальное количество, но это не всё, — улыбнулась Мико. Маднесс вздохнула, но с прежним интересом слушала, как нашли артефакт, выпускающий стазисные лучи, и этот артефакт отжали себе. Это тоже не очень впечатлило девушку, но вот следующая история произвела должный эффект. Согласно ей, на Землю в очередной раз попала спасательная капсула с инсигнией десептиконов. На место жёсткой посадки прибыли, разумеется, команды обеих фракций, и сделали это не зря. Оказывается, внутри капсулы был не десептикон, а автобот, которому алозначные помогли отбиться от врагов и которого потом забрали на базу. — Ого! Новобранец! — подскочила девушка. — Крутяк! А… А где он? Ребята улыбнулись. — Вы всё равно незнакомы, поэтому мы просили его отлучиться, дабы не портить эффект. Познакомим, когда ты всё узнаешь! — пообещал Джек. — Да это, собственно, и всё, — пожал плечами Раф и поправил очки. — Ну наконец-то! — Алеа плюхнулась обратно на диван. — Ух, голова гудит. Сколько всего крутого было, пока я болела! — Что поделать. — Мико села рядом. — Зато теперь ты вернулась. И у нас будет ещё больше крутого! Девчонки обнялись. — Кстати. Вы кормили Детонатора и Хаоса? — неожиданно вспомнила Маднесс. — Ага. — Джек достал из кармана звенящие ключики. — Там были твои ключи, ты же не забрала их в больницу, ну, мы набрались наглости и сделали дубликат. Подлинник оставили, а этими пользовались. — Мы можем тебе их вернуть, — спохватился Рафаэль, но Алеа замахала руками. — Не, оставьте себе. Вдруг со мной опять конфуз какой-нибудь приключится. Но только, чур, без предупреждения в мою крепость не соваться, пока я в добром здравии! Троица согласно кивнула. — И что ты будешь делать, когда всё это узнала уже? — поинтересовалась Мико. Японка наверняка хотела ещё послушать о том, как Ал впечатлена пропущенными событиями, но её желания рассыпались, как карточный домик, когда её подруга вновь подскочила. — Не смотри на то, чего не вернуть и не исправить! А мне вдвойне не надо смотреть, ибо я вообще отсутствовала. Поэтому, я сделаю то, что должна была сделать ещё в первую минуту возвращения на базу. После этих слов Алеа сбежала по лестнице и молнией метнулась в сторону Оптимуса, который всё это время тихо и мирно стоял с Рэтчетом и о чём-то беседовал. — Куда это она? — удивился Джек. — Сейчас узнаешь. — Мико даже хихикнула. — ПРА-А-А-АЙМ! — разнёсся по базе радостный вопль. А потом последовал звонкий «бам» – чей-то лоб приветливо встретил сервопривод Оптимуса, заставив своего владельца в изумлении отойти: на стыке брони, схватившись в прыжке за выступ, висела она, его напарница. Маднесс скучала. Очень. И именно поэтому в ближайшее время отпускать своего лидера не собиралась. Но он и не был против.

***

      Тот самый новый автобот, о котором рассказали ребята, появился на базе в самый разгар прилива Алкиной нежности: девушка уже успела повисеть на серво Оптимуса, не слушая его просьб отпустить выступ брони, расцеловать всех мехов в команде (при этом, перед Арси Маднесс только развела руками – её она целовать не собиралась, но для баланса послала воздушный поцелуй), посраться, но беззлобно, с Рэтчетом, когда он отпирался от такого выражения благодарности и счастья, и теперь просто сидела у Прайма на плече и жалась к его лицевой с абсолютно довольной моськой. — Ого, это она ваша напарница?! — было первым, что сказал автобот, трансформировавшись в робомод из своей альтформы спорткара. Мико, проходя мимо, хихикнула. — Ага! Знакомься, это Алеа Маднесс. Главная по попаданиям в переделки. Даже меня обошла! — Привет! — Девушка только ненадолго отлипла от предмета своего обожания, помахала ручкой и прилипла обратно. — Привет. — Автобот недоуменно глянул на японку, как бы спрашивая, всегда ли напарница их лидера так тесно общается с ним, но, получив в ответ лишь неопределённый жест плечами, решил забить на это и просто представился: — Я – Смоукскрин! — Рада знакомству, — бросила через плечо Ал. Оптимус, которому стало немного неловко перед новобранцем, попытался снять с себя напарницу. — Алеа, уже можно меня отпускать. — Нельзя, — насупилась та. — Но… — Никаких «но»! Никаких! Меня чуть ли два месяца не было, а ты уже хочешь от меня избавиться! — Не говори так! — даже обиделся лидер алозначных. — Я бесконечно рад твоему возвращению и выздоровлению. — Ну вот и не пытайся тогда меня снять! — подвела черту Ал. — Я не снимусь. Мне тут удобненько. Причём очень даже! Прайм вздохнул вентсистемой. — Очень-очень? — Очень-очень, — последовал утвердительный ответ. — Тогда тебе придётся меня простить… — Что? За что?.. Эй!!! Это возмутительно! Оптимус!!! Немедленно верни меня на место, ты, бессовестная личность! — Оптимус осторожно подхватил девушку на манипулятор и как можно аккуратнее снял её с лицевой, нарушая довольство и покой. Но пока Маднесс возмущалась и барахталась (Смоук и Мико, которые наблюдали за этой милой картиной, уже вовсю пытались сдержать смех), Прайм поднёс напарницу к груди и бережно прижал к тому месту, где под толстым слоем брони сияла Искра. Задержав там Ал на какое-то время, Оптимус опустился и поставил девушку возле Накадаи, после чего выпрямился. — Я, правда, переживал, — зачем-то добавил мех и, ещё немного задержав на напарнице взгляд, вышел. Маднесс, которая заметно притихла после такого жеста со стороны Прайма, вздохнула. Пожалуй, в этот раз она простит ему нарушение внутренней гармонии – всё-таки потом он её восстановил. — Эй, — Мико пихнула подругу в бок. — А? — девушка повернула к японке голову. — Что такое? — Ничего особенного. Просто, как я погляжу, обряд выражения нежности у тебя прошёл, так что… Алеа напряглась, ожидая худшего, но вместо этого Накадаи ломанулась в сторону и крикнула: — Кто последний до второго отсека, тот на следующую стычку не идёт! — …НУ ТЫ САМА НАПРОСИЛАСЬ!!! Рэтчет закатил оптику, наблюдая весь этот шумный кошмар. — Вот и снова всё встало на круги своя… Тьфу, такое ощущение, словно эта девчонка и не отсутствовала вовсе!