Шаг влево, шаг вправо - расстрел!

      Когда Нокаут ушёл, Ал осталась наедине со своими мыслями и несуразным корпусом – именно таким его считала Маднесс. Сначала фем маялась от скуки, не зная, чем занять себя: видеть она не видела, поэтому понять, вечер уже или даже ночь, она не могла; время они с Нокаутом настроить не догадались, хотя Алеа прекрасно знала, что все её кибертронские друзья определением такового «внутри себя» владеют. Но где-то через час (навскидку страдающей бездельем авантюристки) решение проблемы нашлось. Маднесс, двигаясь на ощупь, направилась туда, где её застала смерть, а потом – алый гонщик. В её процессоре застыла одна единственная цель: найти белковое тело, потому что до этого момента уделить ему внимание Алеа не успевала. Что она будет делать с ним, когда обнаружит, фем пока не знала… Споткнувшись в третий раз (кажется, даже в том самом месте, где довелось поцеловаться с полом пещеры на пару с Нокаутом не так уж давно), Алеа громко выругалась и, наклонившись, потёрла ушибленный коготь сервопривода. «Больно!» — с каким-то странным удивлением отметила фем и выпрямилась. Да, что ни говори, а слушать от того же, к примеру, Прайма подробное описание того, что кибертронцы тоже чувствуют боль – неважно, царапина это или серьёзная рана – одно, а вот ощутить это на себе – совсем другое. Маднесс вздохнула вентсистемами. «Мне надо быть осторожнее, иначе, когда верну себе зрение, буду лицезреть не сияющий корпус инопланетной красотки, а обычную груду поцарапанного и помятого металлолома, собранную в подобие фемки…» Ал повертела головой, надеясь, что это поможет ей открыть в себе какие-то новые способности. А что? Должно же быть у продвинутых жителей Кибертрона хоть что-то на случай такой неприятности, как неисправная оптика! Или они сворачиваются в комочек ничтожности и, размышляя о бренности актива, ложатся в уголок, дожидаясь деактивации? Но – увы – фокус не удался: зрение не вернулось, новое не открылось и даже что-то, что хотя бы отдалённо могло помочь, не появилось. Понимая, что предусмотрительностью её корпус не блещет, Алеа в Искрах чертыхнулась. — Ла-а-адно, Праймус, — процедила Маднесс сквозь острые денты. Её уже начала одолевать злость, а злость в ней всегда затрагивала такую штуку, как принцип: что угодно эта особа могла совершить, что называется, на спор. Просто из банального упрямства и уверенности, что она «могёт», а потому возьмёт и сделает! — Я не знаю, на кой чёрт ты всё это заварил, но просто так мириться с этим я не буду. Что там Нокаут сказал? Звуковое восприятие? Сейчас устроим! И авантюристка, сложив от досады манипуляторы на груди, опёрлась на стену с самым недовольным выражением лицевой из всех возможных…

***

      …Сначала Алеа услышала, как где-то рядом с ней копошатся среди камней маленькие зверьки, умудряющиеся жить в таких суровых условиях. Еле заметно улыбнувшись своему открытию, фем продолжила стоять неподвижно и вслушиваться. Вот снаружи поднялся ветер: видимо, здесь, как в пустыне, ночью погода менялась в худшую сторону. Вот удалось уловить еле различаемый звук капающей воды – даже неясно, близко это или где-то глубоко в пещере. Вот шорох потревоженных камешков, ссыпающихся с какой-то возвышенности. Ими, скорей всего, занялась здешняя живность… Алеа немного постояла в размышлении, после чего отошла от стены и потрогала её. Подняла металлическую ладонь выше, выше, ещё выше… До тех пор, пока не поняла, что потолка коснуться не получится – слишком высокий. «Наверное, отсюда ко мне и пролез инсектикон», — Маднесс покачала головой. Что ж, по крайней мере, верхней частью корпуса теперь точно нет риска стукнуться. А вот нижней… Кто знает, сколько тут ещё камней, коварно выжидающих своего часа? Позволить им навредить себе великой Маднесс больше не могла, поэтому решила воспользоваться «Методом летучей мыши», как она его обозвала – то бишь, эхолокацией или чем-то подобным. А после тщательного обдумывания всевозможных вариантов остановилась на радиоволнах. И началась новая морока – найти в своём корпусе то, что способно эти радиоволны обеспечить… Если, конечно, такое вообще возможно.

***

      Нокаут прибыл на следующий день и принёс с собой энергон, как и обещал. Маднесс он застал неподалёку от её белкового тела, на которое медкон не мог смотреть без гримасы некого отвращения. Фемка оффила, кое-как смирившись с неудобствами своего металлического корпуса, и алый мех, тихо усмехнувшись, поставил на пол кубы и сел. — Нокаут? — Маднесс шумно прогнала воздух и, открыв оптику, потянулась. — Ага, — отозвался медик. — Ты чего так рано припёрся? — как ни в чём не бывало поинтересовалась фем, на что Нокаут вскинул оптограни. — Вообще-то, уже Земной полдень… И, да. Это так твоё «спасибо» звучит?! — Спасибо, — хмыкнула та. — Полегчало? — Можно и так сказать. — Медкон всмотрелся в подругу получше. — Как первая ночь в новом корпусе? — А по мне не видно? — Мрачности Ал можно было только позавидовать. Или посочувствовать?.. — Отвратно. Словно не спала вообще. Так и клонит отрубиться… — Это у тебя энергия на исходе, — пояснил мех и сунул напарнице по скорости один из кубов. — Давай, пей, пока мне не пришлось откачивать тебя. — Пахнет странно, — скривилась фем, поболтав ёмкость. — Энергоном. — А какой он на вкус? — Ну… — Нокаут задумался. — Шлак, не знаю, мне не с чем сравнить так, чтобы ты поняла меня. Просто попробуй и узнай сама. Смелее. Всё ещё кривляясь, Маднесс влила в себя около четверти энергона и цокнула глоссой. — Мерзость. На вкус, как сильно разбавленный водой кисель… Ненавижу его, — вынесла приговор фем. — Мне что, теперь вечно питаться этим?! Нокаут хохотнул. — А ты привередливая! — Не, гля! Сам мне невкусный энергон принёс, а теперь заливает, что я, видите ли, привереда! — Настроение Ал потихоньку поползло вверх, хотя тот факт, что содержимое куба оказалось далеко не таким вкусным, как хотелось бы, всё равно портил всё впечатление о жизни кибертронцев. — Будешь себя хорошо вести, я тебя научу кое-каким своим штучкам. Весьма улучшают вкусовые характеристики энергона, хотя я всё ещё не понимаю, что тебя не устраивает, — Нокаут улыбнулся подруге. — Но лучше привыкай к этому вкусу – совет медика. Чистый энергон куда лучше, поверь. — Даже на Кибертроне всё вкусное – вредное, — обречённо вздохнула Алеа и стала вливать в себя оставшуюся жидкость. Пока фемка, отплёвываясь время от времени, заполняла опустевшие баки, медкон успел осмотреть её бывшее тело. — Ты что-то делала с ним? — вдруг удивился мех и даже немного наклонился в сторону трупа. — Ась? — Маднесс оторвалась от третьего куба и повернула голову туда, откуда шёл голос друга. — А… Да. Я его положила в другое место и, как смогла, стянула края кожи. А то, что это: в луже крови и с органами наружу. Фу! Совсем не эстетично… Нокаут в который раз удивился этой особе. — Ты серьёзно? — Вполне, — отозвалась вновь фем и допила наконец-то всё, что принёс медкон. — А как ты всё это проделала? — Гонщик встал, и тут до него вдруг дошло. — Как ты вообще сюда добралась? Да ещё и тело нашла? Я был уверен, что найду тебя там, где оставил! Алеа развела манипуляторами. — Не поверишь! Раком, боком и прискоком! — После этих слов фем помолчала. — Ну, почти так и было, конечно, но я ещё радиоволны использовала. Надоело, понимаешь? Надоело биться о каждый камень… Нокаут потёр оптику. — Ох, Маднесс… Ты… Ты… — Что я? — Авантюристка поднялась с места довольно уверенно и поставила манипуляторы на талию. — Давай, удиви меня. — …Неповторимая и креативная, — выдавил с усилием мех. — Радиоволны – это, конечно, весьма умно… весьма… Долго осваивала? — Достаточно, — отмахнулась фем. — Давай уже отсюда выбираться. Мне надоело тут сидеть: прохладно, местами сыро, а ещё темно. Десептикон растянул губы в весёлой улыбке и уже собирался ответить на это, как Ал его опередила: — Вокалайзер свой закрой, остряк! Один вяк по поводу оптики – и я выйду отсюда без тебя! То, что я не вижу, ещё не значит, что отсутствие солнечного света я не могу на себе ощутить. Понял? — Понял, понял! — Нокаут поднял манипуляторы вверх. — Ни слова больше! Выходим? — Выходим. И, хмыкнув, фем уверенным шагом пошла в сторону выхода, удивляя своего напарника по гонкам всё больше и больше.

***

      Маднесс, хотя и не была дурочкой, на обучение трансформации шла тяжело. Можно даже сказать, что вообще не шла. Нокаут упрямо твердил, что всё это из-за пессимизма бывшей белковой: то ей не так, это не так, одно не нравится, десятое бесит. А если дело не нравится, то и получаться оно не будет – через силу обучаясь, успеха не добиться. Но Ал только хмыкала на недовольные замечания своего друга, отрицая все его убеждения. Одно радует – чтобы трансформироваться, зрение не нужно, поэтому фем, опираясь на свои ощущения, почти перестала обращать внимание на свой «брак». И это, в первую очередь, помогло ей самой: медкон без лести заметил, что подруга стала превосходно ориентироваться в пространстве без помощи оптики. Успехи были такими, что иной раз казалось, словно никакого брака нет вовсе. И Алею это несколько успокаивало. — Что ж, — Нокаут поскрёб когтем одну из своих свежих царапин, которые он ещё не успел убрать со своего корпуса, — трансформировать манипуляторы в оружие я тебя, с горем пополам, научил. Принцип поняла? — Поняла, — Ал кивнула. — Драться ты, как оказалось… — медкон осмотрел себя и вздохнул, — …тоже умеешь. Может, самое время для тебя альтмоды присмотреть? — Альтмоды? — Маднесс наклонила голову вбок. — Так я всё-таки многорежимник? — А это мы с тобой как раз таки и узнаем. С чего хочешь начать? — Нокаут повеселел. — С колёсного транспорта? Фемка серьёзно задумалась…

***

      …От сильного удара и Оптимус, и Мегатрон по инерции проехались на сервоприводах в разные стороны. Оба были изрядно помяты в ходе затянувшейся битвы, то там, то тут виднелись царапины, сколы и даже несколько серьёзных ран. Оба были напряжены. Оба молчали. Всё повторялось вновь. Как в тот самый день, когда Маднесс серьёзно заболела и лежала в больнице. Всё происходило с одной лишь разницей… Ал больше с ними не было. Даже где-то в поликлинике. Именно с ними. Её не было ни с автоботами, ни с десептиконами: она принадлежала к обеим фракциям и порой казалось, что может объединить их, но теперь… Теперь Искра каждого, чья судьба тесно сплелась с судьбой этой белковой девушки, болезненно сжималась от мысли, что Маднесс больше нет. А в её смерти больше не сомневался никто. Даже Саундвейв и Прайм. Конечно, противостояние продолжилось даже после утраты: подтверждением этого была сегодняшняя битва, основанная на обладании неким омега-ключом – одной из четырёх реликвий, способных, якобы, возродить Кибертрон. Капсула с виновницей торжества летала по всему полю сражения, не даваясь кому-то в манипуляторы надолго. В какой-то момент она и вовсе закатилась невесть куда, заставив на время всех присутствующих оставить драку и приступить к совместным поискам. — Лорд Мегатрон! Все тут же обернулись на голос – своего лидера звал один из вехиконов. Заметив, что он привлёк внимание бывшего гладиатора, солдат указал куда-то в небо. Теперь всё внимание было направлено именно туда. Трансформировавшись на лету, на сервоприводы грузно приземлился инсектикон. Автоботы тут же наставили на него своё оружие, опасаясь, как бы за одним кибержуком не прилетел целый рой, а вот Мегатрон отреагировал на это появление иначе, и Оптимус отметил про себя, что с некоторых пор его давний друг весьма презрительно стал относиться к подобным созданиям. — Какого шарка ты тут забыл?! — рык серого меха был преисполнен негодования. — Я запретил вам высовываться! — Кажется, он что-то нашёл, Лорд Мегатрон, — влез вездесущий Старскрим, успевший осведомиться у инсектикона, для чего он явился сюда. — И хочет показать вам это. Первый десептикон сузил алую оптику и, бросив на автоботов быстрый и предупреждающий взгляд, коротко кивнул кибержуку. Все вытянулись от странного любопытства, когда тот неспешно подошёл к своему господину и вложил что-то маленькое в его когтистую ладонь… По лицевой серого меха пробежала необычная тень, после чего Мегатрон смог вернуть себе самообладание и вновь принять невозмутимый вид. — Что ж, — Лорд глянул на Прайма и повернулся к нему, — кажется, тайна случившегося с твоей напарницей наконец-то раскрыта, Оптимус. И прежде, чем возникшее в голубой оптике изумление успело приобрести форму вопроса, Мегатрон вытянул манипулятор и раскрыл когти, являя всем присутствующим окровавленное и явно безжизненное тело Алеи Маднесс…

***

      Мало кто понял, что вдруг произошло – каждый был слишком поглощён увиденным. Повисшую тишину разорвал нестерпимый визг тормозов и звуки быстрой трансформации: мимо автоботов тёмной стрелой пронеслась в сторону бывшего гладиатора неизвестная всем фемка, которая в следующий же миг… …С разворота врезала Мегатрону по фейсплейту, после чего совершила в воздухе кувырок и изящно приземлилась на сервоприводы, выпрямляясь и ловя в раскрытую ладонь тело погибшей девушки. — Так! Первое! — Неизвестная трансформировала бластер свободного манипулятора. — Кто, блять, спёр труп?! Вы совсем уже охренели, я так понимаю?! Под общий шумок к десептиконам незаметно присоединился Нокаут, с увлечением глядя на происходящее. А фемка тем временем ответов на свои вопросы не ждала и продолжала: — Я Искрой чувствую, с ним плохо обращались! Мне теперь снова края раны стягивать… — Теперь со стороны гостьи послышался всхлип. — …И почему я себя сразу не похоронила?! Все непонимающе переглянулись. Все, за исключением Нокаута. Он-то сразу понял, что это – самый обычный нервный срыв, но незнакомка словно почувствовала это, быстро взяла себя в манипуляторы и приняла свой прежний, относительно спокойный вид. — Простите, я… Просто, я многое пережила, и не всё шло гладко, да и просто очень плохо было душевно, простите… — Фем вздохнула вентсистемами. — Кхм… Второе! Неизвестная убрала тело в грудной отсек, резко повернулась и быстрым, уверенным шагом подошла точнёхонько к лидеру десептиконов, трансформировав пушку обратно в манипулятор. Это несколько успокоило поднявшееся вдруг волнение присутствующих, но каждый по-прежнему никак не мог понять, что происходит и чего ждать ещё. — Мегатрон, сука, ты – мудак, моральный урод, козёл, бессовестная сволочь, ошибка Праймуса и самый хреновый мужик – в плане отношений – из всех!!! — Фем перевела дух. — Мало того, что к моей смерти манипулятор приложил, так ещё и тело моё успел найти. Как вы его вообще достали?! Я же его спрятала! Мегатрон, глядя в пустую белую оптику и Искрой чувствуя исходящие от гостьи негодование и обиду, вскинул от удивления оптограни, когда до процессора дошёл-таки смысл услышанного. — Маднесс? Алеа скрипнула острыми дентами. — А ты Праймуса встретить надеялся, скотина?! Увы, сегодня не твой день, но я виделась с вашим хвалёным богом, и он просил меня кое-что тебе передать! — И авантюристка заехала по десептиконскому фейсплейту второй раз, после чего схватила меха за выступающие части брони и дёрнула на себя, заставляя наклониться. Благо, что Лорд, как и все здесь, всё ещё был шокирован воскрешением этой особы, иначе ей точно не проделать таких наглых махинаций… — Шутка. Это тебе было от меня, засранец. И знаешь, что? Я требую возмещения морального ущерба! Заметь – пока ещё только морального! И Маднесс, недолго думая, уверенно поцеловала ненавистного ей на тот момент меха. — Фе-е-емки, — протянул Нокаут, насмешливо скалясь. — Везде одинаковые! Везде!