Шаг влево, шаг вправо - расстрел!

      …Когда линзы присутствующих после активации ключей перестали сбоить, системы – отказывать от сильного всплеска энергии, а изображение наконец-то приобрело чёткость, автоботы и Маднесс поднялись на сервоприводы и одновременно с шумом стравили воздух. Можно было осмотреться и понять, изменилось что-то или же план оказался пустышкой… Первое, что бросилось в оптику, это ключи. Вернее, их отсутствие: после запуска замка все четыре реликвии изменили своё физическое состояние и перешли в какое-то другое, но понять, какое, не представлялось возможным – на месте ключей попросту не было. Сам же замок быстро и компактно трансформировался у всех на виду и скрылся в металлической поверхности планеты, демонстративно обособившись от мира сего толстыми створками. Не осталось ничего, кроме ровной и голой площадки. После этого, проводив замок взглядами, шесть пар оптических линз устремились в разные стороны, чтобы охватить взглядами расстилающиеся перед ними просторы Кибертрона. По сути, почти ничего не изменилось, если, конечно же, не обращать внимания на то, что ядро планеты вновь можно было называть действующим: разрушенные здания так и остались разрушенными, чтобы у кибертронцев была возможность самостоятельно восстановить то, что они уничтожили; разломы в металлической земле, которые зияли страшными ранами даже за пределами атмосферы планеты, исчезли; а небо, это серое, с «ржавыми» разводами тяжёлое небо, вновь обрело свой первозданный «живой» оттенок и сейчас окутывало мир, стоящий на пороге возрождения, приятной, нежной, ласковой лазурью с вкраплениями других небесных цветов, свойственных Кибертрону. Глядя на одно только небо, уже хотелось облегчённо и счастливо вздохнуть вентсистемами, что каждый без исключения и сделал сейчас. Даже Маднесс, которая никогда не видела воочию планету своих друзей такой, какой она была до войны, не смогла сдержать улыбки. Искра в своей камере ликовала, готовая вот-вот вырваться наружу, и фем пришлось прижать к груди манипулятор, боясь, что такое и правда может случиться. Глупо, смешно – но так и было… Чувства переполняли, сдавливали шейный отдел, сбивали дыхание вентсистем и призывали громко кричать от восторга. Да, у них получилось. Кибертрон будет жить…

***

      Когда Алеа появилась на борту «Немезиды», никто уже этому не удивился. Поняли давно: Маднесс приходит когда хочет, к кому хочет и так, как хочет. В этот раз фемка решила появиться по-особенному и максимально неожиданно… Можно даже подумать, что предыдущие разы были не такими. Ха! Но как бы кто к этой бестии ни привык, эффект неожиданности всё равно сработал. …Мегатрон стремительно зашёл на мостик, дабы посоветоваться со своим офицером связи относительно затихших вдруг автоботов. Думы бывшего гладиатора были тяжёлыми и требующими сосредоточенного состояния, поэтому Лорд так погрузился в себя, что на окружающую действительность внимания решил не обращать. Зря. — Привет, милый! — раздался со стороны трона вождя десептиконов до жути знакомый, чистый голос. — Привет, — на автомате отозвался серый мех и даже кивнул, кинув в сторону источника приветствия быстрый взгляд. — С трона встань. — Не, я посижу, удобно села просто, всё такое… Хорошо? Мегатрон только отмахнулся, становясь около Саундвейва, и как ни в чём не бывало начал с ним разговаривать. Так прошло некоторое время, а потом… А потом в процессоре бывшего гладиатора наконец-то звякнул звоночек «Что-то тут не так» и первый десептикон резко развернулся. — Ну наконец-то! Я уж думала, что придётся открутить твою пушку и продать её инсектиконам за пару кубов сверхзаряженного, чтобы ты заметил меня. — Ал хмыкнула, стуча когтями по подлокотнику. — М, хотя не факт, правда, что это сработало бы… — Что ты здесь делаешь?! Опять! — перебил гостью первый десептикон, в один миг оказываясь возле неё и наклоняясь к ней, при этом низко рыча. — У меня к тебе очень важный разговор, Мегатрон, — посерьёзнела Маднесс, уверенно глядя в алые линзы. — Но если ты хочешь, чтобы мы побеседовали по Искрам, убери этот зверский оскал, он меня напрягает. Почувствовав, что фемма в этот раз не шутит и не лукавит, Лорд выпрямился и сдвинул оптограни. — Хм… Серьёзный разговор? — Именно. — Ну что же… Я тебя слушаю, посланница автошлака. Алеа скривилась на это, рывком встала с трона, оказавшись броня к броне с серым мехом, и бесцеремонно отодвинула его в сторону, направившись к выходу. — В душевой и поговорим.

***

      — …Так что за разговор? — Так! Совсем оквинтел?! Отвернулся быстро!.. Ни стыда, ни совести… Настоящий десептикон… И Ал, брызнув очистителем на Мегатрона, который заменял ей в общей душевой корабля ширму, продолжила оттирать свой корпус от Кибертронской пыли. При этом отвечать на вопрос вождя фиолетовой фракции она не спешила, ворча и вслух возмущаясь. Десолидер скрипел дентами, полыхал оптикой, распространял вокруг волны недовольства и раздражения, но смиренно стоял спиной к наводившей марафет фемке. Не заинтригуй его слова Маднесс о предстоящем серьёзном разговоре, он, может, и не стал бы терпеть подобное, однако Ал смогла вызвать любопытство у бывшего гладиатора, так что приходилось держать себя в когтях. — В общем, дело такое, — начала наконец-то Маднесс, с умным видом пытаясь вывести странное пятно на бедре. Мех немного повернул голову назад, показывая, что слушает. — Как бы так сказать… Помнишь омега-ключи? — Глупый вопрос. За них сейчас и идёт битва, — хмыкнул Лорд. — Ну, да… Да… Ты прав… «Идиотина, господе Праймусе, не так надо было начинать разговор! Совсем не так! Лучше бы как-то издалека… Потихонечку… Не быть мне профи в области важных бесед, ой не быть… Да что ж делать-то теперь?!..» — …Маднесс! — Да что?! — Ты скоро с себя защитный слой сотрёшь, что! — рявкнул десептикон. — Да я просто задумалась! — обиделась Алеа, надув губки. — И вообще, какого Юникрона ты опять пыришься на меня?! Щётка, которую бросила авантюристка, угодила Лорду в грудной отсек, ровно в знак фракции. Мех хмыкнул, поднял предмет и снова обратился к гостье, подкидывая щётку на ладони. При этом отворачиваться он не спешил. — Надеюсь, задумалась ты об этом трижды проклятом серьёзном разговоре? — Именно. — Маднесс демонстративно встала бампером к бывшему гладиатору. — Не каждый день мне приходится думать о том, как поделикатнее сообщить Лорду всея десептиконов новость об успешной активации ключей!.. Ой… — ЧТО?! Фемма метнулась к дальней стене и вжалась в неё, прекрасно зная, что это поможет так, как никак. Ну, что ж… Она хотела сказать Мегатрону всё, как есть, она и сказала… Обижаться на саму себя глупо. — Что значит «успешная активация ключей»?! — Серый мех готов был разнести не только душевую, но и весь свой корабль в принципе. В один миг оказавшись возле Ал, Мегатрон впечатал оба кулака в стену в обе стороны от авантюристки. — Как это случилось?! У вас не было ещё одной реликвии! — Ну… Ну… Была… Автоботы нашли её без твоего ведома, пока ты нянчился со мной, и… — Тут в фемском процессоре что-то переклинило, и Алеа полыхнула оптикой, наполненной злостью и недовольством. Обманчиво хрупкие и слабые манипуляторы довольно сильно ударили бывшего гладиатора в нагрудные пластины. — Слушай, я не обязана перед тобой отчитываться, понял?! Это всё равно уже случилось! Моя задача была – сообщить, что Кибертрон возрождён и готов к восстановлению, твоя – услышать меня, заткнуться и принять эту новость, как должное! Зачем Искру за зря мотать, если изменить уже ничего нельзя?! Только лишний раз мне на процессор капать будешь! Всё бы ничего, да только вот Мегатрона эта пламенная речь ничуть не смутила. — Принять как должное?! КАК ДОЛЖНОЕ?! — Лорд схватил авантюристку за плечи, тряхнув. — Я долго шёл к тому, чтобы воплотить замыслы правления Кибертроном в актив, и вот недавно появился шанс владеть сразу двумя мирами. Я незамедлительно перебросил усилия для использования этого шанса, а теперь ты пришла и говоришь мне, что всё кончено?! Я проиграл?! — Да кому ты нужен!!! — тут же взвилась Алеа, вырвавшись из хватки десептикона. — Как ты, шарк тебя дери, не понимаешь: никто не проиграл! Обе враждующие стороны оказались в плюсе, ведь планета ваша снова ЖИВАЯ! Зачем, зачем воевать?! Да объединились бы уже давно и жили себе в мире и радости, блин! За то время, что вы терроризируете Землю, можно было не то, что Кибертрон заново отстроить, а отстроить его ТРИЖДЫ! — Да что ты вообще понимаешь?! — Ничего! А знаешь, знаешь, почему?! Потому что ваше дебильное противостояние настолько тупое, что понимать в нём не-че-го! Нечего! — Маднесс перевела дух. — Слушай, Мегатрон. Ключи активированы. Ядро планеты активно. Всё. Тебе теперь два пути: объединиться с автоботами, чтобы жить долго и счастливо, либо… Бывший гладиатор почувствовал, как в прессовую секцию ткнулось горячее дуло какого-то крупного огнестрельного оружия. — …отдать мне свою Искру, дорогуша.

***

      Нетрудно догадаться, что путём многих, нудных, продолжительных, убедительных и крайне настойчивых… Нет, не уговоров – тычков плазменной пушкой везде, куда можно и нельзя (особенно нельзя), Алеа смогла наконец-то едва ли не буквально выбить из Мегатрона добровольное – как же иначе, верно? – соглашение на перемирие. Оно было ненадёжным, шатким, сомнительным – но было. Прайм, отправляя свою подопечную к Лорду, прекрасно понимал, что старый враг ни за что не откажется от своих грандиозных планов захватить хотя бы Кибертрон, но всё-таки надеялся на лучшее. Неизвестно было, пустые это надежды или всё-таки нет, но соглашение Мегатрон сквозь стиснутые денты выдал. Это радовало. Маднесс сделала своё дело, а там, как Оптимус будет решать с бывшим гладиатором вопросы мирного сосуществования двух фракций, её уже не касается. В конце концов, Ал не дипломат, а всего лишь фем с таким же сомнительным статусом воина, какой был у соглашения Лорда. …Перед тем, как возвращаться на базу, Алеа сообщила результаты переговоров опекуну и направилась к Нокауту, зажав под мышкой увесистую пушку. Разумеется, возвращать понравившееся оружие массового поражения (Маднесс хотелось думать о нём так) никто и не думал. А что? Не обеднеют же десептиконы, в конце концов, от этого… Вон, у них учёный есть. Светило науки всея Кибертрона, между прочим! Придумает новое, не развалится, так что нытьё тут явно неуместно. Ввалившись в медбей ошалевшего от такого визита медкона, Ал бухнула пушку на стол и плюхнулась в кресло напротив рабочего стола своего друга. — Привет, красавчик! — Бело-лунные линзы полыхнули шарковскими огоньками. — Ты не ждал, а я припёрлась!.. — Алеа! — Нокаут вскочил, пытаясь поднять оружие со стола и убрать его. — Что за квинтень?! Убери это с моего рабочего места! — Фу, чё ты как фемка?! — Маднесс одним махом умостила своё сокровище на коленях. — Тоже мне, десептикон. Привет, говорю! — Да привет, привет… — Алый мех, успокоившись, сел обратно. — Ты чего опять на нашей базе забыла? Да ещё и в таком страшно подратом виде? Смотреть противно. — Не опять, а снова!.. А это так, побочный эффект от переговоров с вашим Лордом. — …Не понял? — Да мы тут Кибертронское ядро сделали активным… В общем, планета готова к восстановлению, — коротко изложила суть авантюристка. — Я у Мегатрона требовала соглашение на перемирие в честь этого события. Ну, он немного повозмущался, как видишь, поэтому я пришла к тебе, мой хороший. Давай, возвращай мне любимой моё величие! — Ага, понятно. Требовала, значит, с этой вот пушкой у фейсплейта Мегатрона? Рискованная ты, однако. — Это слова Нокаут говорил, когда был уже возле ремплатформы, красноречиво указав на неё взглядом. — И как же это он тебе грудной отсек в ответку не прострелил? — Две причины. Первая: вон та глупость про взаимную любовь… — Скорее, взаимную неприязнь. — Вокалайзер оффни. — Понял. — Ну, а вторая – это Оптимус и Саундвейв. — Ох-х, да, у Мегатрона не было никаких шансов. Повисла тишина, которая длилась всего несколько мгновений, после чего медбей взорвал хохот этих двоих. — Ой Алка, с тобой не соскучишься. Ложись давай, Мисс Фортуна. Залатаем тебя и отполируем. — Ты не мог бы мне ещё крепления на спину приделать, чтобы я пушку носила с собой? — Маднесс легла на платформу, положив рядом оружие. — Приделать-то я приделаю, вопросов нет, но как ты будешь альтформу менять? — Я её раз в сто ворн меняю, вон, даже лётную форму ещё не выбрала, так что ты давай не вякай, а работай. Тебе за что платят?! — В том-то и дело, — закатил оптику мех. — Не платят мне… И медкон взялся за инструменты.

***

      — …И какие у тебя планы? — Да какие у меня могут быть планы, Ноки… Сейчас бы поскорее Кибертрон отстроить заново и отдохнуть от всего этого шлака. А там, глядишь, что-нибудь из планов да наметится. — Ну ты там смотри, Ал… Я мех свободный, видный… Не просигналь такого красавца! — Солнышко моё, свет Искры моей – по мордальнику тебе, что ли, заехать? Паяй давай, чё ты там паяешь, и предложений таких мне больше не делай! — О, да брось, киса, я вовсе не это имел в виду!.. — Давай, давай, отмажься красиво, как ты умеешь. Удиви меня! — Да я про гонки, Ал, про гонки!.. Как Кибертрон восстановим, так давай первый заезд с тобой гоночный и откроем! — Ах ты падла, выкрутился… Ну ладно-ладно, я запомню, что ты мне всего лишь гонки предлагал. Ясно теперь, для чего я нужна тебе!.. А я-то думала… — Что?.. Э-эй, стопорни-ка! Ты сейчас серьёзно?! — Конечно. — То есть… Ты сейчас обижаешься на то, что я, якобы, не смотрю на тебя, как на фемку, а смотрю как на напарника по скорости, а если бы смотрел, как на фемку, то ты обиделась бы на это?! — Именно! — Что за логика такая?! — Самая обычная! — Да самая обычная логика у нас только у Шоквейва, и если бы он услышал этот квинтец, то перегрелся бы! — Значит, это фемская логика! Вы же вечно на это наговариваете… — ДА ДАЖЕ ФЕМСКАЯ ЛОГИКА НЕ ТАКАЯ! — ОЙ НУ ДА! — ОЙ ДА ДА! — КВИНДА! И Маднесс, дабы у Нокаута больше не возникало желания спорить с ней, привела самый железный аргумент из всех, что у неё был – инструментом да по шлему. — За что?! — Медкон взялся за голову. — Тебе ещё объяснять надо, за что?! — …Нет, я передумал. — То-то же… Ты закончил там? — Закончил, закончил. Можешь теперь сваливать отсюда, — беззлобно отозвался десептикон, отходя. — Идеально! — Ещё бы, ты ж делал. — Ну хоть что-то хорошее я от тебя за сегодня услышал. Ох Алка… — Ну что ж поделать… Такая вот я. Маднесс встала, поблагодарила своего друга, покрутилась у зеркала, любезно им предоставленного, и, закрепив пушку на спине, походным шагом покинула медбей. Нокаут проводил её взглядом, про себя усмехаясь. Фемки!

***

      На базу Маднесс явилась под покровом ночи и первым делом отчиталась перед Праймом. Пусть по комлинку всё было сказано точно такими же словами, как и сейчас, просто пройти мимо фемма не могла. Оптимус конечно повздыхал, повздыхал, но заверил Ал, что волноваться не о чем: у Мегатрона хватит терпения не пустить всё под откос, когда уже Кибертрон почти начал свою вторую жизнь. А туда дальше Прайм придумает, куда и как направить запал старого врага, чтобы это не переросло в новую войну. — Ну и хорошо, — обрадовалась авантюристка. — Временную передышку мы получили, остальное – нюансы. — Верно. — Лидер алозначных кивнул. — Думаю, теперь наши дела наладятся… — Ха, ещё бы! В дело ведь вступил настоящий профессионал! Иначе быть не могло. — Алеа самодовольно улыбнулась, щуря оптику. — Кстати. Какие у нас планы на ближайшие пару орнов? — Мы уже, в общем-то, готовы покинуть Землю, — охотно поделился последними новостями мех. — Так что завтра будь готова отправиться на Кибертрон с нами уже окончательно. Нам предстоит огромная работа… — Это что же… С ребятами прощаться?.. — Губы Маднесс дрогнули. — Да что ж такое… Не ржа, так алмазная крошка… — Увы, Алеа, — Оптимус положил ладонь на плечо феммы, — но нам часто приходится выбирать одно в пользу другого. — Да, да, я это понимаю. — Авантюристка тяжело вздохнула. — Ребята, наверное, тоже… Взгляд белой оптики зацепился за установку моста. — Всё равно теперь на Земле мне нет места. Я одна из вас, Прайм. Я – одна из вас…