Возвращение в Темный замок

      Генри задержал Белль по дороге в башню. Остановившись перед последним извилистым подъемом, мальчик потянул Белль за рукав и взволнованно зашептал:       — Ты уверена? Может лучше дождаться дедушку и он сам…       Миллс замолчал, увидев в глазах миссис Голд глубокую печаль. Она знала, что Румпельштильцхен, действительно, попал в беду. Такое бывало и раньше, и как бы ни был могущественен Темный, но и его можно было запереть в клетке.       — Зелье должно сработать — это наш единственный шанс. Без Реджины мы мало что сможем сделать, а Румпелю нужна наша помощь, — ответила Белль. — Прошлый раз он ошибся с формулой и забыл всю свою жизнь в Сторибруке, сохранив лишь память Темного в Зачарованном лесу. Но он исправил зелье и теперь твоя мама обязательно все вспомнит.       — Даже если она забудет как пользоваться темной магией, мы все равно окажемся в выигрыше. Тогда она хотя бы не сможет нам навредить, — усмехнулся Генри, но Белль не понравилась его идея. Королева должна была охранять Гидеона от Черной феи.       — Румпель надеялся, что Реджина сможет нас защитить, — пробормотала девушка. — Он был бы разочарован таким результатом.       — О чем это вы там шепчетесь? — крикнула Реджина с верхней ступеньки лестницы. — Мы уже пришли.       Белль и Генри быстро поднялись вверх, стараясь не вызывать подозрений. Королева и так не слишком им доверяла. У двери в лабораторию возникло ожидаемое препятствие. Генри с интересом смотрел на магическую стену, возникавшую в воздухе каждый раз, как Белль или королева пытались войти.       — Запечатано магией крови, — сказала Реджина. — Уверена, что его внук сможет открыть эту дверь. Генри так и раздулся от гордости, когда ручка подалась и дверь распахнулась, пропуская их в святая святых замка Румпельштильцхена.       — Он всех проклянет, когда узнает, что я была здесь в его отсутствие, — дальновидно заметила Реджина, переступая через порог.       Белль вошла внутрь, едва сдерживая слезы. Она привыкла видеть мужа у рабочего стола, без Румпеля лаборатория была пуста и навевала тоску. Реджина оглядывалась вокруг с самым хищным видом. Пробежав глазами по столу с рядом пузырьков, она торжествующе воскликнула:       — Теперь понятно, что он искал! — Генри и Белль уставились на королеву с непонимающим видом. — Чернила кальмара. Те самые, которые его обездвижили. Странно, что он не смог это предугадать. Или это все очередной трюк Темного? Белль, зачем Румпелю нужны эти чернила? Что он тут замышлял?       — Ваше Величество, мой муж не посвящает меня в свои опыты с магией, — твердо ответила Белль. — Я знаю только то, что он собирался вернуться сегодня и не смог этого сделать.       С последними словами слезы выступили на глазах миссис Голд. Генри сочувственно коснулся ее плеча. Реджина скривилась.       — Я вам не верю. Ни тебе, ни твоему мужу. А мальчишка вообще ужасный пройдоха. Наверняка ты владеешь магией, Генри.       Белль отвернулась к окну, чтобы вытереть слезы, и увидела пузырек со знакомой голубой жидкостью. Вряд она все знала, но этот флакон был ей хорошо знаком. Это было зелье для возвращения памяти. Белль взяла его и протянула Реджине.       — Это поможет вам многое понять. Выпейте его, Ваше Величество.       — Я ещё не сошла с ума! — воскликнула Реджина, подозрительно глядя на мерцающую голубую жидкость.       — Я пила это раньше, от него нет вреда, поверьте, — уверяла ее Красавица.       — Так и думала, что ты нужна Румпелю, чтобы проводить свои эксперименты, — ядовито заметила Реджина.       — Неужели ты боишься? — поддел ее Генри, пристально наблюдавший за происходящим. Королева окинула мальчика высокомерным взглядом. Холод буквально обдал Генри с головы до ног и он пожалел о своих словах. Его мама могла быть очень убедительной и устрашающей.       — Конечно я боюсь! Хотя внуку самого Румпельштильцхена это не понять, — парировала Злая королева.       — Тогда нам ничто не поможет и мы будем дожидаться Белоснежку и ее принца, сложа руки, — вздохнула Белль.       Реджина сурово сдвинула брови, но не взяла флакон. Мысль о том, что она проиграет своей падчерице была мучительной, но отравиться ядом в лаборатории Темного, она тоже не собиралась.       — А как же ты хотела защитить Гидеона? — напомнила ей Белль, используя сына как последнее средство влияния на королеву.       Она сразу заметила, что ребенок затронул в душе Реджины какие-то сокровенные струны. Проявляя заботу о Гидеоне, Злая королева не выглядела темной ведьмой. Вот и теперь, стоило ей напомнить о беззащитном малютке, как Реджина смягчилась и протянула руку за зельем.       — Я не отказываюсь от своих слов, — тихо сказала Реджина. — Ладно, давайте сюда, -она взяла из рук Белль флакон, открыла крышку и понюхала содержимое.       — На яд не похоже, на оборотное зелье тоже. Только бы не превратиться в лягушку! Он любит такие шутки и мог сделать флакончик для забавы, — ворчала Королева, собираясь с силами. — Ну что же, я позабочусь о маленьком Темном. Его отец оставил мне весьма точные указания на этот счёт. Мы заключили с ним сделку.       — Даже так? — воскликнула Белль. — И что же он пообещал вам взамен?       — Это мое личное дело, — сухо ответила Реджина и сделала большой глоток. Потом ещё один. Её глаза затуманились.       — Мама! — закричал Генри, когда женщина пошатнулась и стала оседать на пол. Вместе с Белль они помогли королеве сесть на стул. Воспоминания шквалом накрывали Реджину. Когда ее взгляд стал осмысленным, она покачала головой.       — Извини, Белль, но твой муж просто злобный маленький имп. Он не должен был так со мной поступать. Только не снова.       В уголках глаз Реджины застыли слезы. Белль не знала, что сказать. На душе словно кошки скребли. Ясно одно, Румпель опять скрыл от нее свой неприглядный поступок. Как это произошло, что она стала сообщницей его темных дел? Неужели взяв себе фамилию мужа, она взяла на себя и частичку его проклятья?        — Я думаю, что Румпель сам был под воздействием проклятия. Что бы он не сделал, это было не осознанно, — вступилась за мужа миссис Голд.       Сделки Темного всегда имели ужасные последствия и часто именно ей приходилось приносить извинения его, доведенным до отчаяния должниками.       — Даже смерть Зелены? — прорычала Реджина.       — Откуда ты знаешь? — ахнула Белль.       — Он рассказывал мне о своей второй ученице, но тогда я не знала, что это моя родная сестра. Послушай, Белль, Румпельштильцхен лишил меня отца, заставив бросить Темное проклятье. А теперь он ещё и убил мою сестру. Белль тяжело вздохнула. Кажется ее мужу никогда не искупить свои прежние действия. И даже то, что теперь он утратил темную силу и стал обычным человеком, пусть и хорошо разбирающимся в магии, не могло ничего изменить.       — Пожалуйста, Реджина, успокойся. Нам всем тяжело. Конечно, ты можешь опять закрыть меня в своей башне и этим отомстить Румпелю. Но разве то, что он спас твоего сына от тебя же самой, не заслуживает твоего прощения?       Генри с опаской смотрел на свою маму. Он до сих пор боялся к ней подходить и ждал, когда она вспомнит о его присутствии и сама обнимет его.       — Не надо манипулировать Генри! Не хватало ещё, чтобы книжная моль вела себя как Темный, — фыркнула Реджина.       Обстановка накалялась. Возвращение памяти не помогло, а только осложнило отношения двух женщин. Реджина никогда не понимала, что нашел Румпельштильцхен в Белль. И теперь она злилась на себя и на Темного, заставившего ее стать феей-крестной их ребенка. В ворота замка неожиданно постучали.       — Незваные гости? — оживился Генри. — Я их встречу. Вдруг это моя мама? — внезапная угроза сплотила двух женщин и они прекратили спорить. И Белль, и Реджина с тревогой смотрели на двери Большого зала.       — Черная фея не стала бы стучать в дверь, прошлый раз она просто появилась в замке, — сказала миссис Голд.       — Я бы узнала, здесь ловушки. Это простые смертные люди, — ответила Реджина. Сразу в подтверждении слов королевы из холла раздался возглас:       — Белль! Белль! — Красавица узнала голос отца и быстро сбежала вниз.       — Папа? — воскликнула она, бросаясь в отцовские объятия.       — О, моя дорогая девочка. Ты жива! Этот монстр не убил тебя, как мы думали, — запыхавшись отвечал Морис, обнимая дочь.        — Гастон вернулся и сказал, что Темный околдовал тебя. О, я так сожалею, что отдал тебя ему. Но ты жива и это главное. Где он? Где Румпельштильцхен? — Морис принялся озираться по сторонам, ожидая увидеть фигуру мага с его злобной ухмылочкой.       Белль отодвинулась от отца и постаралась дать понятный ответ и не сказать лишнего, чтобы не навредить Румпельштильцхину.       — Папа, мой муж в отъезде. У него много неотложных дел, ты знаешь это. Думаю, что это у лучшему сейчас, потому что ты наверняка хотел бы познакомиться со своим внуком.       — Я не понимаю, Белль… Гастон не говорил, что ты в положении. Он бы заметил это, — засомневался Мо.       — Дело в том, что Румпель… штильцхен применил заклятье маскировки. Это все очень сложно объяснить тем, кто несведущ в темной магии, — вздохнула Белль.       — О, а ты уже достаточно сведуща в этом, — страдальчески поморщился Морис. — Ваше Величество, Злая Королева, — он поклонился Реджине, — Я и не ожидал другой компании для моей дочери во владениях Темного мага.       — Вы что-то имеете против меня? — спросила Реджина ледяным голосом.       — Нет, разумеется. Я не волшебник и мне сложно привыкнуть, что моя дочь стала женой злого колдуна. Её мать не выдержала бы этого. Там на небесах она оплакивает тебя, Белль.       Реджина вышла в холл, чтобы посмотреть, кто ещё прибыл в замок Темного вместе с Мо. Она надеялась встретить Робина, но к сожалению ее надежда не оправдалась. Теперь она свысока посматривала на отца Белль, отчитывающего дочь со всей строгостью.       «Надо бы сказать Румпелю, как стоит обращаться с этой маленькой принцессой. А то совсем он ее избаловал», — подумала мисс Миллс.       — Прекрати, папа! — воскликнула обиженная Белль. — Мама рада за меня, потому что я встретила свою истинную любовь. И Румпельштильцхен не так плох. Он изменился. Наша любовь сделала возможным рождение Гидеона. У тебя есть внук и у него мои глаза.       Белль взяла отца за руку и проводила в Большой зал. Мо с удивлением разглядывал логово Темного. Красивые гобелены, дорогие украшения, огромный роскошный ковер, устилавший почти весь пол и прялка в углу с золотом и соломой привлекли внимание Мориса. Белль подошла к прялке и наклонилась над колыбелью с Гидеоном. Ребенок спал, окруженный защитным коконом. Взяв малыша на руки, она поднесла его к деду.       — У него его нос, — поморщился Мо, глядя на младенца.       — Это все, что ты можешь сказать? — Мо нахмурился и по его щеке скатилась слеза. Он взял из рук Белль своего внука, бережно прижимая к себе.       — Я так счастлив, Белль. Когда мы были на пороге смерти, я сделал ужасный выбор и лишился тебя. И вот, все так изменилось! Огры побеждены, ты жива, да к тому же я стал дедушкой. Или… — Морис с тревогой посмотрел вокруг и взмахнул рукой, словно отгоняя невидимый призрак.       — Или это все козни Темного? И я околдован так же, как и ты? — Белль сочувственно покачала головой и прижала руку отца к своему сердцу.       — Это не сон и не магия. Послушай, как бьётся мое сердце в груди. Я жива и мой сын тоже жив и здоров. Но, он не совсем обычный ребенок. Он обладает способностями к магии. Ты понимаешь, что я хочу сказать?       — Да, Белль. Я понимаю, — лицо Мо вытянулось. Он с жалостью взглянул на малыша. — А ведь у него наши глаза и твой подбородок, Белль. Он мог бы стать достойным рыцарем. Но теперь будет злым магом. Ведь об этом мечтает Темный? — Реджина громко фыркнула в раздражении.       — Белль, ты не могла бы сказать мне пару слов наедине, — попросила она. — А за Гидеоном присмотрит твой отец, — Белль согласилась и, послав отцу ободряющую улыбку, вышла из зала. — Пока ты наслаждаешься встречей с папочкой, твой муж томится в тюрьме. Или ты уже решила вступить в наследство и присоединить Темный замок к своему захудалому царству?       — Нет! Я не забыла о Румпеле!       — Тогда оставляй внука деду и отправляйся со мной в подземелье к Румпельштильцхену, — категорично заявила Реджина.       Белль приняла обороняющаяся позу. Она уперла руки в бока и прожгла Реджину глазами. Доверия к Реджине миссис Голд не испытывала.       — Ты расскажешь мне, какую сделку заключил с тобой Голд? — Реджина дёрнула головой, словно пытаясь прогнать плохие воспоминания.       — Ах это. Ну он просто обманул меня. Сказал, что я стану матерью. Теперь ясно, что речь шла о Генри. И ещё он обещал, чтобы встречу свою истинную любовь. Я думала, что она сумеет вернуть Дэниеля.       — Может быть Робин? — предположила Белль, а глаза Миллс вспыхнули яростью и злобой.       — Робин мертв. Аид убил его душу, лишил возможности попасть в загробный мир. Его нигде нет!       Белль поняла, что не стоило напоминать Реджине об утрате. Она уже собиралась извиниться, как в распахнутую дверь влетела стрела. Белль и Реджина уставились на фигуру в зелёном плаще и огромном капюшоне на голове.       — Робин? — прошептала Реджина. Мужчина откинул капюшон и улыбнулся.       — Робин из Локсли, к вашим услугам, миледи.