До крови оголенная душа

      Всё начиналось мирно. Жизнь без тётки и кузена казалась райской. Пусть Гарри вставал ни свет ни заря и готовил завтрак Вернону перед работой, да и остальные хозяйственные дела оставались на нем, он искренне радовался свободе.       Каждое рабочее утро Вернон дожидался, чтобы Гарри покинул дом, и со спокойной душой закрывал свою ценную жилплощадь на ключ. Где и в каком состоянии мальчишка должен был шататься на улице целый день — его не волновало. Он бы скорее удавился своей слюной, но не допустил даже мысли оставить племянника дома одного.       Гарри был рад и этому. Он заранее прятал в рюкзак несколько бутербродов и яблок. С учётом скудного питания у родственников таких запасов ему хватало. Это не Хогвартс с вкуснющими яствами, от которых ломился стол, Дурсли его никогда не баловали. Бутылка воды, книга и старый плед — вот и вся его компания. Выбора, что почитать, у Гарри практически не было. Средь заваленной хламом комнаты особого разнообразия литературы не имелось. Дадли никогда не любил читать. Из всех книг Гарри больше всего нравился сборник стихов. Он находил в рифмованных строчках отражение своих мыслей:

У хрупкого хрусткого ветра Цветочный и солнечный вкус… Какой удивительно грустный Ветра и сердца союз! Давай поговорим с тобой, душа, О том, что так тебя тревожит… За чашкой кофе, не спеша, Обсудим то, о чём не спросят… Мы поговорим с тобою по душам, О шрамах, что внутри так ноют, О том, что шепчешь чуть дыша, И этот стон безумно болен… Мы поговорим о том, как излечить, Чтоб сердце вновь не искалечить, Как научиться просто жить Счастливою дорогой в вечность. Давай поговорим с тобой наедине — Без лишних слов поймем друг друга, Ты всё расскажешь откровенно мне, А я решу, что делать дальше будем… Давай поговорим с тобой, душа, Обсудим всю тревогу честно, Чтоб не вернуться больше никогда Туда, где не хватает солнцу места…*

      Он почти всегда уходил в парк. Скинув рюкзак, Гарри располагался поудобнее на расстеленном пледе и читал до первых сумерек. А когда надоедало или уставали глаза просто сидел глядя на небо. Ему не было одиноко или грустно одному. Он привык, что всегда предоставлен самому себе.       В такие моменты он вспоминал о друзьях. Устроить пикник с Роном и Гермионой было бы куда интереснее и веселее, чем коротать время в одиночку. Думал о школе, о том, какие в этом году добавили новые предметы, кто тот несчастный, кому не повезло стать преподавателем ЗОТИ в этот раз. Каждое лето его не покидало чувство, что Хогвартс — это просто прекрасный сон, в котором для него нет места. Как же он хотел открыть глаза и увидеть на календаре первое сентября.       К сожалению, июль не каждый день радовал теплой погодой. В пасмурные дни Гарри приходилось отсиживаться в библиотеке. Выбор книг был гораздо лучше, но это место он не очень любил. В их маленьком городе все хорошо друг друга знали, а о нем шла весьма нелестная молва благодаря Дурслям. Если не было дождя, он просто гулял, кутаясь в кофту, и старался избегать людей, выбирая самые обходные тропинки. К семи часам вечера собирал вещи и возвращался к дому, где ожидал возвращения Вернона.       По возвращении дяди Гарри переодевался и отправлялся готовить ужин. Он накрывал стол на одного и пока Вернон расправлялся с едой, занимался другими делами по дому: ставил стирку, протирал влажной тряпкой пыль, поливал цветы, кормил Хедвиг. Исполнив свои обязанности, прежде чем спуститься на кухню, чтобы помыть посуду, он зашел умыться. Провел мокрой рукой по лицу, взлохматил волосы, тяжело вздохнул и уставился на свое отражение. Не увидев ничего нового, кроме капель воды, поблёскивающих в тусклом освещении ванной, лишь усмехнулся.       Этот вечер отличился от остальных. Дядя принес домой несколько бутылок спиртного. Гарри не обращал на это внимания. Вернон, пока Петуния была в отъезде, позволял себе пить сколько хотел. Обычно он быстро засыпал, поэтому причин для волнения не было. Но заметив на столе помимо грязной посуды несколько початых бутылок, Гарри поднапрягся. Вернон задумчиво держал тлеющую сигарету в руках и методично надирался алкоголем.       Гарри прислушался к себе, чтобы понять, голоден ли он настолько, чтобы сейчас съесть шоколадную лягушку, которую припас вместо торта на свой День Рождения. Праздновать он планировал привычно после полуночи. Но ему банально не хотелось остаться без сладкого. Не зря же он пол-лета хранил эту несчастную конфету?! Гарри решил отправиться на аудиенцию к холодильнику ночью, когда дядя будет крепко спать. Поэтому вернулся в свою комнату, лег на кровать и прислушался. За ожиданием его сморил сон.