Rev!Falls

С серого, казалось, совсем безжизненного неба падал такой же серый снег. Нет, сначала он был, как положено снегу, белым, но падая на землю, словно пропитавшись атмосферой грустного ноября, окрашивался в сероватый оттенок. Начало ноября, а холодно и безрадостно, как в конце. И правда, ноябрь очень грустный месяц. Сам по себе. По атмосфере, по погоде. Да и он не виноват, что у некоторых в жизни именно в ноябре появляются проблемы. 6:30. Пустая остановка. Обычно Пасифика ездит в 7:30 в школу, но сегодня ночью она совсем не могла уснуть, вот и встала рано. Гидеон ездил вместе с ней, но он бы никогда не встал на целый час раньше, даже если бы его мучила бессонница. Он бы назло лежал с закрытыми глазами, пытаясь силой открыть двери в мир Морфея. Холодно. Девушка топчется на месте, чтоб хоть как-то согреться. Так же холодно ей было, когда она в одной пижаме вышла на улицу к… Да, Диппер…

Один

Она так и не смогла с ним поговорить, ведь вчера в школе он не появился, как и Мейбл. Их обоих не было. И это очень взволновало Пасифику. Почему? Что случилось? В голову даже приходила мысль, что возможно это из-за того разговора. Что Диппер мог что-то с собой сделать! Но потом вспоминая, что Пайнсы не из таких, она немного успокаивалась.

Два

Резкий звук сигналки машины скорой помощи оторвал Пасифики от нелегких размышлений. Сердце вдруг забилось, как бешенное. Скорая ведь едет в сторону особняка! Вдруг что-то… что-то случилось? Хотя, не обязательно, что это в особняк. Но странное нехорошее ощущение осталось. Нортвест проводила машину беспокойным взглядом.

Три

«Что с тобой? Сама же хотела отдалиться от них! Зачем переживаешь? Это не твои проблемы!» В школе Пасифика никак не могла сосредоточится на чём-то, посторонние мысли о плохом знаке в виде машины скорой помощи никак не выходили у неё из головы.

Четыре

Сначала она подумала, что ей просто показалось, будто она видела знакомые каштановые локоны, но приглядевшись, она точно поняла, что это именно она — Мейбл. Она хотела подбежать к ней и всё расспросить… Но раздался звонок, и Нортвест пришлось идти в класс. Но после урока она обязательно всё узнает.

Пять

Ждать пришлось недолго, ведь прямо перед началом урока, в класс зашла классная руководительница и вместе с Мейбл встала по-середине кабинета. Все с интересом следили за действиями Пайнс, в их числе и Пасифика. — Итак, дети, у нас очень важное объявление, — учительница переглянулась с Мейбл. — С этого дня близнецы Пайнс больше не будут учиться в нашей школе. По классу разошлись разочарованные вздохи, недоуменные взгляды. Мейбл, смотря на всё это, улыбнувшись, начала говорить: — Да, вчера мы с братом подали заявление об уходе. Но я подумала, что будет некрасиво уйти, совсем не попрощавшись, — она очаровательно улыбнулась. — Поэтому сегодня я здесь, чтобы лично попрощаться со всеми вами. Мы будем очень скучать.

Шесть

В кабинете начался гвалт. Учительница еле успокоила разбушевавшихся ребят. — Но почему вы уходите? — спросил один из поклонников Мейбл. — По семейным обстоятельствам. — А почему с тобой не пришёл Диппер? — Братец… сегодня не смог. Не могу сказать, но… Ладно. Он немного приболел. Он тоже хотел со всеми вами попрощаться, но не получилось. Прошу, простите его.

Семь

— Да. Так, ребята! — вновь пришлось крикнуть учительнице, чтобы её услышали. — Тишина! Теперь начинайте урок. Мейбл, ты можешь идти. Попрощайтесь. Вдруг с громким противным звуком отодвинулся стул. Пасифика со странными глазами уставилась на девушку. Нет, так просто она её не отпустит. Но ведь именно этого она и хотела!

Восемь

— Извините, могу ли я сейчас, пока Мейбл не ушла, поговорить с ней? — опустив глаза в пол, попросила Пасифика. Видимо учительница хотела возразить, но тут влезла сама мисс Пайнс. — Да, разрешите, пожалуйста, мы ненадолго, обещаю.

***

— Ты бы видела, какими взглядами тебя провожали, — усмехнулась Мейбл, оперевшись на стену спиной. Девушки вышли из класса и встали около шкафчиков, не на много отойдя от кабинета. Несмотря на такое грустное прощание, Пайнс, видимо, была в хорошем настроении. Чего не сказать о Пасифике, что стояла сейчас с хмурым лицом и глядела в пол. — Мы помолчать вышли? — разглядывая идеальный маникюр, проговорила Мейбл. — Я… Я вчера хотела тебе платье отдать, но ты не пришла, а с собой у меня его сейчас нет, я поинтересоваться хотела, когда можно это сдела… — Ротик off! — засмеялась Пайнс, останавливая, казалось, непрекращаемый поток слов Нортвест. Сама Пасифика тут же смутилась. То не может ни слова сказать, то замолчать не может. Что творится-то? Сама не понимает. Нужно уже собраться и спросить, что хотела. Но поразительно поменялось все отношение. Раньше же общались легко, непринужденно, а сейчас будто какая-то пропасть. И вырыла её именно Нортвест. — Почему вы уходите? Что случилось? — наконец, спросила то, чего хотела Пасифика. — А обязательно должно что-то произойти? Может, мы просто не хотим больше тратить время на школу, когда у нас и так уже есть образование, — горделиво сверкнула ухмылкой девушка. Пасифика молчала. Это ещё больше веселило Мейбл. — И с чего бы это тебя интересует? Ты ведь вроде как больше не хочешь с нами общаться. Пасифика резко вскинула голову и немного испуганно посмотрела на собеседницу. — Тебе что… Диппер рассказал? Я не… — Успокойся, — ухмылка тут же слезла с лица Пайнс. — Братик мне ничего не говорил. Он вообще очень редко что-то мне рассказывает… В пятницу только, — девушка усмехнулась, — сразу после приёма, когда я уже приехала, то застала его валяющимся… Да, именно валяющимся в кресле около камина. Он был с таким непонятным лицом, что я было уже заволновалась. Но потом он, — она тяжело вздохнула, — кое о чём спросил меня… — О чём? — непроизвольно вырвалось у Пасифики. Мейбл снова засмеялась. — Так интересно? — и вновь серьезный тон. Как у неё так получается? — Он спросил: «Мей, что это за ощущение, когда кому-то всё равно, о чём думает и что хочет один человек, но просто нужно, чтобы он оставался рядом?» Тогда я спросила его: «Ты уверен, что этому кому-то всё равно? Может, нужно не только присутствие, но и взаимность какая-нибудь?» А братик так смешно поморщился и неуверенно пробубнил: «Может быть…» — Мейбл тепло улыбнулась. Глаза Пасифики отчего-то стали мокрыми, и внутри что-то больно защемило. — И я сказала, что возможно это любовь. А он замолчал и стал пялиться в потолок. Знаешь, меня всё-таки это очень обеспокоило. И я решила немного его подзеркалить… — Подзеркалить? Как это? — То есть подсмотреть мысли. Но это громко сказано, ведь чтобы читать мысли нужен опыт, огромный запас энергии, а у меня такого нет, да я и не сильно уделяла внимание учёбе заклинаний. Подзеркалить — это немного проще. С помощью определенной руны ты на пять секунд попадаешь в сознание человека и, если можно так сказать, запоминаешь самые сильные образы в его голове. В общем, это сложно, не парься. Ну, я и увидела ваш разговор. Видимо именно это волновало его больше всего в тот момент. — А с Диппером что? Почему он сегодня не пришёл? — А тебе не всё равно? — может, она не хотела, но эти слова прозвучали очень грозно. Нортвест даже вздрогнула. Но настроение у Пайнс-младшей всегда менялось быстро, поэтому через миг она уже приобнимала девушку за плечи. — Вообще-то, после этого я была на тебя зла. Но не сильно. Скажи мне лучше, сколько тебе понадобилось аргументов, чтобы понять, что ты не можешь теперь «отдалиться» от нас, забыть, как кошмарный сон? — Восемь. — Что? — Восемь, — громче произнесла Пасифика. Мейбл, похоже, не ожидала услышать такого точного ответа. Именно восемь. Восемь раз Пасифика ловила себя на мысли, что думает о Пайнсах, о нём… — Вот видишь. Ты погрязла с нами в этом странном мире. Но лично я тебя не затаскивала сюда, это сделал братец. Ты не можешь уже не общаться с нами, ведь уже пережила с нами не только плохие, но и хорошие моменты, — Мейбл встала сзади Пасифики и прошептала. — Благодаря тебе братик стал чуточку лучше, он снова чувствует. Так что, ты мне ещё нужна… До встречи! — она развернулась. — Стой! — глаза были полны странной безысходности. Она не могла поступить по-другому. — Что… Что с ним сейчас? Все хорошо? Мейбл остановилась. И загадочно, не поворачиваясь, проговорила: — Конечно нет. Но ты можешь прийти и проверить его. Он, думаю, будет рад тебя видеть. «Не думаю… Слишком поздно… Да и, под каким предлогом я приду? Повидаться? Нет…» — Платье вернуть не забудь. Оно мне нравится, — напоследок, высунувшись из-за двери, пролепетала Мейбл.

***

Почему ты смотришь так? Так невинно улыбаешься. С таким неподдельным интересом рассказываешь про недавно посмотренный фильм. Так смешно рассказываешь о косяках актеров, о дне в школе… Будто совершенно ничего не происходит. Всё как всегда, обычно… Мне столько нужно тебе рассказать, о стольком посоветоваться! Но мне страшно, очень страшно. Не хочу, чтобы и тебе было плохо. И боюсь, что возненавидишь меня за такую наглую долговременную ложь. Как же мне быть? Помоги мне! Спаси меня… — Да, и не забудь посмотреть ту серию, обязательно! — надевая ботики и совсем не волнуясь насчет незавязанных шнурков, протараторил Гидеон. Сегодня он заходил к Пасифике в гости, так как по его словам та стала совсем какая-то вялая и скучная, так что Глифул пришел «немного расшевелить подругу». — Обязательно, — шутливо отдала честь Нортвест. Вдруг она крикнула. — Гидеон, осторожно! Ступенька! Парень от этого крика испугался еще больше, не удержал равновесие, и всё-таки споткнулся. Немалую роль в этом падении сыграли и незавязанные шнурки. Кряхтя и потирая ушибленную пятую точку, Глифул кое-как показал палец вверх. — Гидеон, — подбежала к другу девушка, помогая встать. — Точно всё в порядке? — Конечно. Зато можно будет легально ничего не делать на физ-ре! — улыбнулся он. А после улыбка исчезла, а глаза будто потускнели. — Я-то в порядке. А ты? — Что? — Ты в порядке? — глаза Гидеона всё больше темнели, из голубых, превращаясь сначала в синие, а потом и в черные. Но Пасифика этого не заметила, она была поглощена своими мыслями, да и темно было. Он так резко это спросил. Хотелось разреветься. — Нет… Да, да, конечно я в порядке, — улыбнулась Пасифика. Так мучительно, что эта боль передавалась воздушно-капельным путем. — Спасибо, друг. Я обязательно посмотрю ту серию и еще обгоню тебя. — Да? Тогда ладно, — улыбнулся в ответ Глифул, а глаза вновь стали голубого цвета. — Пока! — Шнурки завяжи! — Зачем? — засмеялся парень и побежал в сторону дома. Через пять метров он остановился, посмотрел на уже закрытую дверь дома подруги. — А врать ты не умеешь, — шепотом проговорил он, доставая телефон из кармана. — Руди, привет! Нужно поговорить. Это насчет Пас. Ну… да. Очень! Ты где?

***

На обочине стояла одинока фигура. Девушка. Судя по всему… довольно симпатичная. Остановиться, нет? «Настроение… Всё возможно. Всё равно пока нечем заняться». Мустанг синего цвета остановился. Переднее окно медленно опустилось и из него с пафосным видом высунулось лицо Руди с неизменной сигаретой во рту. Спасибо, что очки в ноябре не нацепил. Речь была заготовлена не менее пафосной, но как только Нортвест увидел, кому собирался сказать те слова… — Мейбл? Мейбл Пайнс? — сигарета выпала из его открытого рта. Девушка приветливо помахала ему рукой. Уже сидя рядом с Руди на переднем сидении мисс Пайнс с интересом оглядывала машину, в которую зашла. — Нда, никогда не ездила на таких… — улыбнулась девушка. — Лучше скажите, как вы оказались на этой дороге? Здесь же почти ничего нет, одни деревья! — игнорируя явно не лестный отзыв о его машине, недоумевая, спросил Руди. Он был в лёгком шоке. — А, ну, — тихонько хихикнула девушка. — Я же тебе проиграла, обещала переслать деньги. Но за то, что ты меня в пятницу сам проводил до дома… Причем на такси, я никогда не ездила на такси, так весело было! Я подумала, что лучше сама отдам тебе деньги. А как я узнала, что ты всегда ездишь по этой дороге — будет моим маленьким секретом, — Пайнс-младшая подмигнула. — Ну, я тебя поразила? — Вы меня просто ошеломили своим внезапным появлением, — искренне улыбнулся Руди. Эта леди была восьмым чудом света. — Уу, — нахмурилась Мейбл. — Почему «вы»? Называй меня на «ты», я же младше! — Прошу прощения, но не могу, — засмеялся парень. Он еще раз прокрутил в голове момент, как провожал Мейбл до дома и встал в ступор от дворца, в котором та самая девушка жила. Вскоре он вспомнил, что бывал здесь. С тех пор замок словно стал еще величественнее. Пайнсы же. Теперь ее долги и правда казались сущей мелочью, а встреча с дворецким убедила Руди в том, что намного правильнее обращаться к ней на «Вы». Мало ли что. — Положение обязывает. Хотя… Какое уже положение… — При знакомстве всё было проще. А после приёма всё поменялось! Мне не нравится. Называй меня просто Мей, Мейбл, или раз ты уж так хочешь, можешь звать меня госпожой… — Лучше уж Мейбл, как при знакомстве, — усмехнулся Руди. — … или как ты Пас называешь, котёнок, да? — парень поперхнулся. — Может, зайка тогда или солнышко… — Давай сойдёмся на Мейбл, — начиная нервничать, протараторил парень. Тогда мисс Пайнс загадочно посмотрела на него, улыбнулась, а потом… Её щека оказалась очень близко с его, а через миг они уже соприкасались. Руки девушки обвили шею и плечо парня. Краем глаза Руди видел, как длинные черные ресницы опускаются и поднимаются. Шёпотом девушка произнесла: — Почему нет? Я настолько ужасна и не похожа на солнышко? — Нет, мисс, — нервно усмехнулся Нортвест. — Очень, но по-моему вы больше на Луну похожи и… не могла бы ты так не делать, я ведь всё-таки за рулём! — Луна мне тоже нравится, — улыбнулась девушка и совсем неожиданно (особенно для самой Мейбл), она приблизилась к парню и… прикоснулась губами к его губам. Руди скоропостижно наугад нажал тормоз и как-то умудрился безопасно съехать на обочину. Хоть это было совершенно странно и чрезвычайно опасно, и любой другой бы на его месте просто наорал на такую беспечную девушку, но на поцелуй он ответил. Оторвавшись друг от друга, Мейбл, немного наклонив голову на бок, пристально глядя на рыжеволосого парня, спросила: — Ты… что-нибудь почувствовал? — Н-нет, — виновато опустив голову, с чуть нарушившимся* дыханием, ответил Руди. Пайнс согласно закивала, и наконец, плюхнулась обратно на кресло. — Вот и я — нет, — она о чём-то задумалась. — А ведь у Пас с братиком наверняка… Не успела она довести свою мысль до конца, как у Нортвеста зазвонил телефон. Он быстро достал его. — Прости. Да. А, привет, чудик. О чём? Ч-что? С ней что-то случилось? Очень срочно? Я… лучше заеду за тобой, там и встретимся. Давай, — он отключился и было уже повернулся к девушке, чтобы объяснить, но это оказалось ненужным. Её в машине уже не было. А на сидении лежал белый толстенький конверт с чёрным сердечком на нём.

***

— О, парень, привет, — доброжелательно помахал Нортвест идущему ему на встречу Гидеону. Он даже сигарету потушил. — Привет, — немного с одышкой ответил Глифул. — Так что такое? Что-то с котёнком? — Ну, — откашлялся Гидеон, — можно сказать и так, — Руди вопросительно посмотрел на него. — С ней-то точно что-то случилось, и ты точно знаешь что… — Эй, чудик! Знаешь, не нравится мне, что твои глаза светятся! Странный вопль разлетелся по всему городу.

***

Пасифика, потирая ладонь о ладонь, всё ещё думая, что она абсолютная идиотка, стояла на заснеженном берегу. Окончательно решившись, она стянула с себя ботинки, курточку. Холодный ветер заставил вздрогнуть. Но назад дороги уже не было. Она отошла как можно дальше, разбежалась, и прыгнула в ледяную воду… — Ты совсем дурочка, Нортвест? В ноябре купаться уже нельзя! Идиота кусок! Зачем одной было тащится? Позвала бы меня… — Д-Диппер?