Why now?

      Первое, что увидел Галлагер, зайдя в палату, была куча трубок и пара медсестёр, кружащихся над брюнетом. Он что-то невнятно говорил, и только Йен понимал, что он посылает их куда подальше и желает им самого наилучшего.       Даже под кучей препаратов Милкович был довольно саркастичным и не пропускал возможность пошутить про какую-то мелочь. Он улыбался, очередной раз говоря девушке, куда бы ей следовало пойти, как вдруг перевёл взгляд на дверь.       — Блять… — Улыбка с лица Микки пропала, и он отвернулся к окну.       — Хэй, как ты? — Рыжик подошёл ближе, садясь на соседнюю койку.       — Хули тебе надо? — Медсёстры оставили эту парочку наедине, не желая стать свидетелями драмы.       — Я говорил с врачом и…       — И возомнил себя ебучим суперменом? С самого начала беременности, как только ты кинул меня, я дал себе обещание, что тебя не будет в жизни моего ребёнка.       — Так это мой ребёнок? — Ладони Йена начали покрываться небольшим слоем влаги, а пальцы путались друг с другом, выдавая его волнение.       — А ты думал, что я такая же шлюшка, как и ты, давал трахать себя в тюрьме? Хуй там плавал. Я, блять, верил, что ты будешь меня ждать и для чего? Для того, чтобы узнать о том, что тебя выебала ни то баба, ни то мужик? Серьёзно? Ты вот так быстро постелился под первым встречным? — Из глаз Микки будто летели искры, а речь была быстрой и резкой, она давила на самые больные темы и заставляла вспоминать Галлагера все свои косяки. — Зачем ты пришёл? — Голос стал спокойнее, видимо, омега осознал, что пора прекращать этот эмоциональный всплеск.       — Я хочу помочь тебе и своему ребёнку. Врач говорил, что будет с тобой, если ты будешь рожать без альфы?       — Во-первых, это не твой ребёнок, не в этой, сука, жизни. Во-вторых, да, говорил. Я абсолютно уверен в себе и своих силах, так что при родах ты присутствовать не будешь.       — Почему ты отталкиваешь меня? — Рыжик глубоко вздохнул в попытке успокоить свой дрожащий голос.       — Йен, ты болен, — с горечью признал омега. — Я не могу себе позволить, чтобы психически нездоровый человек воспитывал моего ребёнка. Помнишь, что было с Евом? Я отлично это помню.       — Тогда я не был стабилен, я не принимал таблетки и делал всё, что мне хочется, — альфа наблюдал за мужчиной, пытаясь понять хоть какую-то его эмоцию. — Сейчас я полностью стабилен, принимаю таблетки, регулярно хожу к мозгоправу и соблюдаю все его наставления.       Они молчали несколько секунд, которые будто длились вечность, после чего Галлагер нарушил её:       — Прошу, дай мне хотя бы шанс исправиться. Я больше не подведу тебя.       — Хорошо.       — Что? — Йен раскрыл глаза, не веря своим ушам.       — Я даю тебе последний, блять, шанс. Мы начнём всё с самого начала, и, если ты опять подведёшь меня, я собственноручно закопаю тебя в палисаднике своего дома. Понял?       Рыжий активно закивал, стараясь успокоить своих бабочек в животе. Микки улыбнулся на реакцию Йена и начал погружаться в ещё один сон.