На радарах никого

4.1 Проклятые лисы. Они будто с ума сошли, все тявкали и рычали из ближайшего осинника. Гэйб боялся, что военные встревожатся, на поведение зараженных звери реагировали бурно, но чувствовали они Гэйба или другую бродящую по округе бомбу, он не знал. А это сборище идиотов и вовсе, по-видимому, не сталкивалось с бешеными, раз вели себя так беспечно. Поймали мальчишку на грузовике, и горды собой до самых небес. Гэйб думал уйти. Он сразу понял, в чем тут дело. Было бы глупо со стороны Хаки скрывать ситуацию от командования. Хоть это и било по самолюбию генерала, он не стал бы рисковать безопасностью выживших. А значит, по всем лесам стоят такие отряды, и Гэйбу не выбраться. Первую идею, угнать грузовик Корсы и удрать на нем, он отмел, услышав от здоровяка-капитана про Хаки. Когда капитан, коренастым сложением и широченными плечами напоминающий вепря, упомянул генерала, Гэйб сидел в придорожных кустах, невидимый никем, кроме долбанной облезлой лисицы. Тварь подобралась слишком близко, чтобы выдать его местонахождение, но слишком далеко, чтобы поймать и придушить ее. - ...Отгоните фуру вон в тот лесок, а этого в подвал. Утром генерал будет здесь, пусть сам с ним и разбирается. Утром Хаки допросит Корсу и узнает, что Гэйб был с ним. С этого момента он труп. Даже грузовик не поможет ему сбежать от генерала. Хаки найдет его, как какой-нибудь проклятый грейхаунд. Значит, придется вытащить Корсу и драпать вместе. Хорошо бы с грузовиком, но, весьма вероятно, на своих двоих. Стараясь не шуметь, Гэйб следовал за Корсой и его конвоем. Военные встали лагерем в четверти мили от трассы, заняв заброшенный дом. Вообще-то в тайге много таких строений. Никому не принадлежащие, они служили пристанищем для застрявших на трассе туристов и охотников. Там всегда можно было найти крышу над головой, очаг, крупу и соль. Бродяги пользовались этими дарами, а взамен оставляли что-то следующему гостю дома у обочины. В такой вот дом и отвели Корсу. Сквозь освещенные окна Гэйб разглядел внутри троих человек. С оставшимися снаружи дозорными и капитаном всего военных было человек семь. Еще двое заняты фурой. Много. Значит, придется придумать, как их отвлечь. И придумать быстро, пока Корсу не успели допросить. Гэйб умел выжидать, но еще лучше у него получалось импровизировать. Он сумел сбежать из секретной лаборатории с тройной системой охраны, а эти типы считали себя тут в полной безопасности, иначе не оставили бы без охраны старый «хаммер». Гэйб подобрался к нему без труда, осмотрел и отогнал мелькнувшую идею драпать на нем. Слишком приметный протектор. А вот гореть эта штука будет очень хорошо. Придумывать изящный план было некогда. Прячась за «хаммером» и то и дело замирая, заслышав шаги безалаберных дозорных, Гэйб открыл бензобак. Разорвал прихваченную из мотеля индейскую футболку, скрутил тряпку длинным жгутом и просунул в бак, как следует вымачивая в горючем. Через минуту бензином воняло уже на всю округу, а лисы выли чуть ли не в соседних кустах, но Гэйбу снова невероятно везло. Судьба повернулась к нему интересным местом, когда Габриэль уже разложил на земле вымоченный горючкой жгут, сунув конец в бензобак «хаммера». Со стороны тропинки загудели двигатели, мелькнули огоньки фар. Интуиция встала на дыбы, как одуревший конь. - Вы что-то говорили о пленном, - раздался до боли, до нерва знакомый голос. Звучный и сильный, с едва уловимым акцентом, британским, как и у отца. «Мааааки», – шутливо тянул генерал, иронизируя над сходством их фамилий. Впрочем, Гэйб давно знал, что "Хаки" это псевдоним. Прозвище. Маска. Дьявол, он здесь! - Да, сэр. Хотите его увидеть? - Разумеется. Для чего же мы гнали сюда всю ночь? Лили, руку... И она тут. Нельзя позволить им добраться до Корсы! Гэйб оскалился и зажег спичку. 4.2 Прыжок, бросок, приклад с глухим стуком опускается на затылок. Путь свободен. Гэйб не церемонился, бил наверняка, но то ли удар прошел по касательной, то ли голова дозорного была чугунной, очнулся этот гад очень скоро. Гэйб только и успел повесить автомат на отягощенное рюкзаком плечо и обшарить карманы лежащего на предмет боеприпасов к нему. Дозорный всхлипнул и глухо застонал. Гэйб перешагнул через него и просунул руку в широкую щель под стеной. Корса всё-таки молоток, половину работы сделал сам, если бы не это стонущее недоразумение, он бы выбрался. Осталось только помочь ему и рвать когти. Пожар полыхал все сильнее, кто-то матерился, слышались голоса Хаки и вепрекапитана, беспорядочная стрельба и треск горящих досок. - Чего смотришь? Хватайся, дурак! Надо делать ноги! Корса взял его за руку, и Гэйб понял, что опоздал. Рука была такой горячей, будто ее сунули в костер. Не жилец, екнуло в груди. Гэйб заглянул в расширенные от страха и перевозбуждения, все еще очень красивые глаза и потянул за руку. - Помоги же мне, ну, - прохрипел он, злясь. На Корсу, на себя, на весь этот сумасшедший мир, превратившийся в настоящий ад. Шум разорвал чей-то истошный крик, в лесу зашлись тявканьем лисы. Корса старался изо всех сил, скаля зубы и шипя, отверстие под стеной было слишком узким, какие-то гвозди лезли со всех сторон, превращая куртку парня в лохмотья. Гэйб уселся задницей на мокрую землю, уперев ноги в края щели, и тащил его уже обеими руками. Пока Корса в сознании, Хаки его не видать. Потом, когда процесс зайдет слишком далеко, Гэйб сам его убьет. Аккуратно и безболезненно, как должен был убить Розалин. Он не успел помочь ей, но Корсе – сумеет. Если долго мучиться, что-нибудь получится, так говорят. Они промучились даже слишком долго, рискуя быть пойманными и расстрелянными в упор. Но Хаки, видно, что-то отвлекло, и усилия Гэйба увенчались успехом. Освобожденный из плена Корса свалился на него, больно ударив башкой в грудь. - Вовремя ты, - выдохнул он с явным облегчением. - Чего разлегся? Драпаем! - прорычал Гэйб. Где-то совсем рядом послышались шаги, короткая очередь подрезала кусты. Гэйб вывернулся из-под Корсы, помог ему подняться на ноги и потащил в опутанный туманом лес. Они вломились в чащу, топая и ломая кусты, как взбесившиеся лоси, уже не заботясь ни о какой конспирации. Лисы за ними не побежали, остались бесноваться рядом с пожарищем, и это некоторым образом утешало. Корса спотыкался, то и дело оскальзывался на сырой хвое, приходилось его придерживать. Гэйб даже через рваную куртку ощущал жар его тела. Когда они отбежали на достаточное расстояние, чтобы не видеть огня и не чувствовать запаха дыма, Корса остановился. - Пошли! Нужно идти, - потянул его Гэйб, но тот уперся, вырвал руку и привалился спиной к дереву. - Погоди, - тяжело дыша, попросил он. - Только не говори, что устал, - зло прорычал Гэйб. - Нет, - помотал головой Корса, хотя выглядел совсем погано, - нам нужен грузовик. - И думать забудь, - возмутился Гэйб, - мы шли в противоположную от трассы сторону, возвращаться назад чистейшее самоубийство. Мы нарвемся на людей Хаки. - Ты не понимаешь! – облизнул губы этот ненормальный. – С этим грузом что-то не так. - Наконец-то ты это признал. - Мы должны разобраться, - твердо сказал Корса и начал сползать по стволу на землю. Гэйб закатил глаза и бросился его поднимать, ужасно боясь, что изменения уже начались. Укуса зараженного он не боялся, но Корса даже сейчас не слабее его, а впав в бешенство, приобретет поистине огромную, неконтролируемую силу. Гэйб взял его за грудки, рывком вздернул на ноги и, притиснув к дереву, прошипел: - Когда тебя укусили? - Что? – заморгал Корса, дыша широко открытым ртом. Пены на губах не было, и это было хорошо. - Где и когда ты подхватил заразу? Признавайся, сукин ты сын! Ты же горишь, а твои зубы отбивают морзянку с самого мотеля! - Это не то, что ты думаешь! – Корса отпрянул, долбанулся затылком о дерево и замер, отчаянно глядя на него. – Это все Лэнни Бэйкер! - Какой еще, нахер, Лэнни?! – рявкнул озадаченный Гэйб. Корса высвободился из его рук и зачем-то принялся расстегивать куртку. Распахнул полы и оттянул горловину футболки. - Боже ты мой! Что там у тебя?! - Татуировка, - прошептал, задыхаясь, Корса, - Лэнни сделал мне татуировку. Прямо перед отъездом. - И что с того? Гэйб ничего не видел в темноте, но, судя по запаху, под повязкой началось банальное воспаление. Как-то у него в детстве случился на пальце нарыв, совсем небольшой, а температура подскочила до сорока градусов. Мама ужасно испугалась. - Это из-за Андреа, Лэнни любил ее, а она бросила его, и он подумал, что из-за меня… - бессвязное бормотание Корсы Гэйб уже не слушал. Скинул с плеча рюкзак, порывшись, откопал фляжку бородача. - Тихо, - велел он, - сейчас будет больно, постарайся не заорать. - Угум, - заткнулся Корса. Гэйб сорвал сырую вонючую повязку, бросил в кусты и от души плеснул алкоголем на рану. Корса взвыл, не открывая рта. Гэйб сунул ему под нос фляжку: - Пей. На этот раз парень не спорил, но едва не обломал зубы о горлышко, не в силах сдержать дрожь. Гэйб усиленно соображал. По всему выходило, что Корса прав – надо идти за грузовиком. В таком состоянии бедолага далеко не уйдет, а бросить его Габриэль не мог. Если оставить его тут, рано или поздно Хаки до него доберется. Был еще один вариант – пристрелить по-тихому и выбираться одному, но Гэйб его откинул. За кольцо оцепления ему не выбраться, наверняка такие кордоны уже стоят на всех дорогах. А Рэд-Форт, судя по всему, неплохое место, где можно пересидеть, пока не минует опасность. - Ладно, - убирая фляжку в рюкзак, сказал Гэйб, - пошли угонять наш грузовик. Корса не поправил это «наш», похоже, он совсем расклеился. Пришлось оживить его парой несильных, но звонких пощечин: - Эй, приходи в себя! Умирать будешь, когда заберем тачку. - Да, - быстро закивал Корса, - пошли. И они пошли. Гэйб отдал спутнику обрез Зака, а сам тащил под мышкой «калаш», крайне довольный столь выгодным приобретением. Он прислушивался к тишине и треску хвои и мелких веточек под ногами, без устали вертел головой, но в лесу царила тишина. Добравшись до опушки, куда военные загнали грузовик, они засели в кустах и с полчаса, не жалея времени, наблюдали за происходящим вокруг. Машина сиротливо стояла, накренившись одним боком – колеса попали в глубокую колею. Слегка колебался под порывами ветра тент. Возле грузовика не было ни души, только на земле белели свежими досками несколько разбитых и разбросанных ящиков. - Никого нет, - Корса подхватил обрез и поднялся, но тут же снова свалился под сдержанное чертыхание Гэйба. Над головой свистнула пуля, с треском вошла в дерево у них за спиной. - Какого дьявола ты полез? Корса пристыжено промолчал. Он был не так уж виноват, Гэйб и сам собирался встать. Но теперь они обнаружили свое присутствие. - Ты хорошо стреляешь? – шепотом спросил он, напряженно вглядываясь в темноту, где укрылся невидимый стрелок. - Нормально. - Я его отвлеку, а ты стреляй, - изложил план Гэйб и собирался было отползти, чтобы обойти грузовик с другой стороны, как услыхал: - Я не могу. Никогда не стрелял в человека. - Оооо, - простонал Гэйб, утыкаясь лицом в рукав, - дал же бог напарничка, ни украсть, ни покараулить. Ладно, тогда ты отвлекай, а я, так уж и быть, возьму грех на душу. - Спасибо, - торжественно шепнул Корса и нырнул в чащу. Надо признать, получилось у него лучше некуда. Ах да, он же охотник! Гэйб не слышал, как он передвигается – ни одна хвоинка, ни один сучок не треснул у него под ногами, пока метрах в десяти не колыхнулся куст. Гэйб уставился в темноту, откуда прозвучал выстрел. Несколько секунд ничего не происходило. Он уже решил, что ищет не там, а стрелок поменял место засады, как и Корса, когда впереди, в паре сотен футов мелькнуло что-то светлое. Лицо. Эти гады в камуфляже, в чаще ночью их хрен разглядишь, а вот рожу намазать не догадался. Гэйб резко вскочил, упер автомат в плечо и пустил очередь. От грохота выстрелов ожил весь лес. Полетели в стороны щепки и ошметки коры раненных деревьев, оглушительно заверещала какая-то перепуганная птица, ее крик подхватили неугомонные лисы. - Ты убил его, - как Корса успел добежать до стрелка, Гэйб даже не заметил, - он мертв. - Живо уходим, сейчас тут будут все! Он подхватил мешок и рванул к грузовику. Корса не отставал. Правда, на ступеньках силы его окончательно оставили, но это уже было неважно. Гэйб за шкирку втащил его в кабину, захлопнул дверцу и бросил мешок с оружием на переднее сидение. В чаще уже замелькали огни фонариков, когда фура сорвалась с места и, прыгая по кочкам, полетела в сторону трассы. 4.3 Ледяной ливень бесконечной пулеметной очередью колотил по крыше кабины. Гэйб сидел, обхватив себя руками, и смотрел, как по ветровому стеклу ручьями бежит вода. Он сам предложил остановиться, свернуть в лес на ночевку. Они гнали весь день, пока из-под капота не повалил дым. Тогда Гэйб залил антифриз, и они поехали снова. К вечеру миновали мотель, где их свела судьба. Горючка подходила к концу, силы Гэйба тоже. Корса из-за лихорадки был слегка в неадеквате, все твердил, что он «в порядке», но зубы продолжали отстукивать безумную чечетку. Отдых был необходим им обоим, а тут еще полил дождь. - Дождь – это хорошо, - посиневшими от холода губами прошептал Корса, - он смоет наши следы. - И то верно, - согласился Гэйб и свернул в чащу леса. Ливень прибил туман, но здесь было относительно безопасно. Гэйб выключил фары и двигатель, заблокировал дверцы и достал заветную фляжку. Спасительная жидкость едва-едва плескалась на дне. Гэйб отвинтил крышку, втянул ноздрями резкий запах и протянул фляжку Корсе: - Один глоток, не больше, - строго предупредил он. Напарник кивнул, приложился к горлышку и глотнул – даже не глотнул, слегка пригубил и вернул фляжку Гэйбу. Тот вылил остатки алкоголя на ладонь: - Расстегни куртку, - велел он и приложил руку к воспаленному месту на груди идиота. И какого хрена ему вздумалось делать наколку перед долгой дорогой? - Ауч, - зашипел Корса. - Терпи, раз уж ты такой балбес, - мстительно фыркнул Гэйб, жалея о драгоценных каплях, которые могли согреть его в этой холодной железной коробке. - Я же говорил, это Лэнни, - простонал Корса, поспешно застегивая пуговицы и поднимая ворот до самого носа. - Не знаю я, что там с этим твоим Лэнни, но забыть обработать свежую татуировку – глупость восьмидесятого уровня! - Ха, - слабо усмехнулся он, - ты говоришь, как геймер. - А то, - засмеялся Гэйб, пихая его локтем в бок. - Я любил ГТА и стрелялки, а ты во что играл? - В стратегии разные. И в гонки. - Надо же! - Так-то!... Дробь крупных капель отстучала по капоту грузовика, и оба умолкли. Гэйб убрал опустевшую фляжку в рюкзак, вынул из него последний ломоть хлеба, разломил надвое и протянул половину Корсе. - Я не хочу, - протянул тот таким тоном, будто его сейчас стошнит. - А придется, - непререкаемо ответил Гэйб, тыча куском ему под нос, - ну серьезно, другой еды у нас нет, а силы тебе понадобятся. Ешь, Роззи, не спорь… - Роззи? – переспросил Корса, и Гэйб сообразил, какую глупость сболтнул. И надо ж было ему так проколоться. А все потому, что все эти дни в плену он мысленно говорил с ней. Спорил, убеждал, уговаривал. Она умерла на его глазах, но в голове Гэйба осталась жить. Корса взял хлеб и начал жевать, то и дело облизывая растрескавшиеся губы и бросая на него сочувствующие взгляды. Гэйб делал вид, что не замечает их, грыз колючую корку и смотрел вперед – на обильно текущие по стеклам ручейки. - Кто такая Роззи? – наконец не выдержал Корса. – Ты уже второй раз упоминаешь о ней. Это твоя девушка? Гэйб вгрызся зубами в хлеб, сморгнул пелену с глаз. Позорище, сейчас-то зачем… - Нет, - резко, почти грубо ответил он, - это девушка моего отца. Типа моя вторая мама. Папашка мой был тот еще ходок по юбкам. Но к Розалин уехал, только когда матери не стало. У них было серьезно… - Извини, я думал… - растерянно прошептал Корса. Фразу он так и не закончил. - Ничего. Роззи была моим другом, очень хорошим другом. После этого говорить стало не о чем. Для легкой, ни к чему не обязывающей болтовни не то настроение, а для того, чтобы обсуждать серьезные вещи, напарник был слишком болен. Он кутался в плед, но все равно отстукивал зубами уже приевшийся дробный ритм. Гэйбу пледа не досталось. За пару часов под дождем с выключенным движком кабина вымерзла так, что при дыхании изо рта вырывались клубы пара. Гэйб подтянул ноги к груди, съежился, но холод не отступал. С каждой минутой он делался только сильнее. Надо было поспать, чтобы хоть немного восстановить силы перед трудным днем. Им придется искать горючку, а если не удастся найти, то бросить машину и идти в Рэд-Форт пешком. Гэйб нуждался в отдыхе и сне, но проклятый холод, казалось, добрался уже до самых костей. Он посмотрел на закутавшегося в свой плед Корсу и сказал: - Иди сюда. - Что? - Вдвоем теплее. Иди ко мне и прихвати свое одеяло. Они долго не могли уместиться рядом. Сталкивались коленями, локтями, ботинок Корсы отдавил Гэйбу левую ногу. Сам он был очень горячим и при этом трясся, как эпилептик. Гэйб обхватил его за плечи, Корса заворочался, чтобы удержать равновесие, перекинул ногу через его бедро, а через некоторое время осмелился пристроить руки у него на талии. Гэйб стянул вокруг них кокон пледа и наконец перестал дрожать. Как же мало, на самом-то деле, человеку нужно, чтобы почувствовать себя счастливым. 4.4 Стрелка в последний раз колыхнулась возле нуля, движок тихо фыркнул, и грузовик плавно остановился, упираясь хромированным радиатором в разлапистый куст бузины. - Аста ла виста, бэби. Вылезай, - Гэйб затянул горловину рюкзака, подхватил автомат и выпрыгнул на каменистую обочину. Корса повозился в кабине, наверняка изобретая очередной противоугонный фокус. Когда они проснулись утром, жара у парня уже не было, но и отличным настроением он отнюдь не лучился. Провал заведомо провальной миссии выбил бедолагу из колеи, и он хмурился, задумчиво глядя на темнеющий густой еловой порослью перелесок. - Да пойми ты, - увещевал его Гэйб, - вся эта авантюра шита белыми нитками. Это даже мне, не знающему ваших дел, и то ясно. - Дядя Джо поручился за меня, - трагически заломив черные брови, вздохнул Корса, - не только перед Кагалом, еще перед мэром и шерифом. Залог взял – сто литров горючки. Знаешь, что мы будем должны, если я не выполню работу? Отдать неустойку – вдвое больше залога. Это все горючее, что есть в Рэд-Форте! Гэйб крепко задумался. Кажется, он уже разгадал незатейливую схему, придуманную и мастерски разыгранную этим «бизнесменом». Осталось только найти подтверждение, а за этим далеко ходить не нужно. - Пора заглянуть в ящики, - решительно остановив машину, сказал он. - Я не могу! - Зато я могу. Станешь пытаться мне помешать? Корса снова вздохнул и отрицательно покачал головой. Стояло влажное, свежее утро. После дождя лес очистился от испарений и сверкал каждой мокрой иголочкой. Гэйб осмотрелся, убеждаясь, что они одни на трассе, и полез в укрытый синим тентом кузов. Большие деревянные ящики стояли рядами по три в ширину и высоту кузова. Положив автомат к ногам, Гэйб сорвал с крайнего пломбу, подцепил тесаком не ошкуренную доску и легко отковырнул. Корса наблюдал за ним с напряженным лицом. - Ну, что там? - обеспокоенно спросил он. - Какие-то плотные пакеты, - заглянув в щель, сказал Гэйб, - посмотрим, что в них. Он ткнул острием ножа в пакет и отпрянул – что-то сухое и сыпучее окатило его с головы до ног. - Быть не может! – закричал Корса, запрыгивая в кузов, пока Гэйб отфыркивался и отряхивался от забравшегося повсюду песка. Песок. Какая пошлость. Но чего-то подобного Габриэль и ожидал. - Вот дерьмо! Я так и знал! – отчищая ворот куртки от песчинок, проворчал он. - Знал?! – Корса схватился за второй ящик. - Не, ну не про то, что в ящиках именно песок, - пожал плечами Гэйб, помогая ему отодрать доску, - да убери ты свою катану, пока не зарезался нахрен! - Напарник на редкость неловко обращался с холодным оружием. Корса его не услышал, вспорол ножом пакет и едва увернулся от сыпучей струи. - И тут песок… - прошептал он, бессильно опуская руки и приваливаясь к ящику. – Но зачем мистеру Кагалу понадобилось перевозить под охраной… песок? Может быть, это для отвода глаз? Гэйб только усмехнулся в ответ на это нелепое предположение. Но Корса был из тех, кого на берег, а они в воду. Он настоял, и Гэйбу пришлось помогать ему разламывать ящики и осматривать их все до единого. - Ну что ты ищешь? – бормотал Гэйб, сталкивая двадцатый ящик на землю и утирая испарину на лбу. Тяжеленные, сука! Этот прохвост, наверно, песок еще и водой поливал, чтобы груз был потяжелее. – Золото, серебро, доллары? - Кому нужно золото? – шептал едва живой от усталости Корса, губы у него посинели, но он продолжал толкать проклятущие ящики. – Думаю, там оружие… - Нет его там! - Осталось немного, - упрямо твердил дуралей, вспарывая мешки. Давно пора было передохнуть и что-нибудь съесть, а они все ворочали бесполезный песок, тратя на это время и силы. - Смотри! Хоть Корса и ослабел от лихорадки, он все еще был куда бодрее, чем Гэйб. Тому, чтобы забраться в кузов, пришлось распластаться животом на краю и из последних сил подтянуться. Но увиденное тут же заставило его вскочить. - Глазам не верю! - А я что говорил? Гэйб с недоверием потрогал серый песочек, сыплющийся из предпоследнего ящика. Растер между пальцами и для верности понюхал. Порох. Целый ящик пороха. - А тут еще вот что есть, - с торжествующим видом показал небольшой уже распечатанный пакет Корса. В нем лежал свернутый бикфордов шнур и обычная пластиковая зажигалка. Гэйб покрутил в руках все это богатство и вздохнул. - Как ни странно, это только подтверждает мою теорию. - Какую теорию? Они сидели на полу пустого кузова. Корса крутил в руках зажигалку. Наверняка он не видел таких уже много лет. - Думаю, этот ваш мистер Кагал задолжал кому-то солидную сумму, которую по какой-то причине совершенно не хотел платить. Почему, не важно. Главное, что он придумал, как ему и рыбку съесть, и… ну ты понял. В общем: берет он свой самый никудышный грузовик, нанимает трех головорезов и едет к вам. Твое селение, как и любое другое, отчаянно нуждается в горючем и оружии, поэтому с радостью берется найти еще одного наемника. В пути твои дружки убили бы тебя, а потом заявились в Рэд-Форт и объявили, что ты угнал грузовик. А чтобы не было никаких сомнений, потом нашли бы сгоревший грузовик с твоим трупом в кабине. Таким образом, Кагал избавился бы от своего долга, да еще поимел с твоих родных горючку и отступные. Корса сжал руками виски, будто у него страшно болела голова. - Не понимаю… не понимаю, как можно быть таким... – беспомощно прошептал он. - Иди и побейся головой о бампер. Жизнь несправедлива, амиго, смирись с этим. - Что же теперь делать? Рядом с ним было тепло, будто возле печки, но Гэйба это вовсе не радовало. Лихорадка вернулась. - Посиди тут, а я уберу эту дрянь и найду воды. Нужно поесть и промыть твою рану. 4.5 После того, как они избавились от «груза», машина пошла легче и протянула почти до самого Форт-Вермилиона. - Нужно взять канистры, - сказал Корса, - попросим горючее в форте, вернемся и заправим машину. - У кого попросим? Эта деревушка давно пуста, - Гэйб знал про Форт-Вермилион от Хаки. Генерал получал данные от дронов-разведчиков, которые рассылал по всей Альберте, пытаясь отыскать выживших. - А мистер Кагал говорил, там живут люди, - Корса закрыл кабину грузовика и спрыгнул на дорогу. - Вот тебе еще одно доказательство, что я прав, - заметил Гэйб. - Там все равно может быть горючка, - Корса до сих пор считал себя главным в их совместной экспедиции, - и какая-нибудь еда. Нужно сходить и проверить, что там. Гэйб поправил ремень автомата. Что ж, Форт-Вермилион, так Форт-Вермилион, все равно других вариантов нет. Выглянуло солнце. Гэйб с удовольствием подставил лицо теплым лучам, шагая по трассе рядом с сосредоточенным Корсой. Туман в низинах светился золотым, в памяти покоилась тайна секретного места, где он припрятал порох, жизнь казалась прекрасной. Еще прекраснее, чем тогда, когда Гэйб готовился к праздничному ужину в мотеле. И тут они наткнулись на труп. Мужчина средних лет лежал посреди дороги с перегрызенным горлом и разорванной щекой. Раскинувший руки в стороны, издали он напоминал стрелку, головой указывая в сторону Форт-Вермилиона. Несмотря на холод, над ним кружила какая-то одинокая муха. Морозоустойчивая, видимо. Гэйб склонился над телом, разглядывая загустевшую в рваной ране темную кровь. Труп сделался трупом уже несколько часов назад. Но то, что его убило (Гэйб не стал бы называть это человеком), могло находиться поблизости. - Держи ухо востро, - предупредил он Корсу. - Как странно, - отозвался тот, - похоже на рану от волчьих зубов, но волки не нападают на открытом месте… - Его убил не волк, а человек, - сказал Гэйб, выпрямляясь, - зараженный. Поэтому и говорю, смотри в оба. Корса не ответил – выдохнул сквозь зубы. Тоже присел и некоторое время разглядывал раны на теле убитого. - Ты прав, это не волчьи зубы. Нужно его похоронить. - Не сейчас, - Гэйб вообще не собирался этого делать, а тем более давать глупому напарнику трогать зараженный вирусом труп. Но он уже убедился, что спорить с Корсой дело безнадежное. – Нельзя тратить время, неизвестно, сколько мы пробудем в деревушке, а вернуться нужно до темноты. Похороним его на обратном пути. - Ладно, - поколебавшись, согласился Корса, и они двинулись дальше. Гэйб без устали крутил головой, держа оружие наготове, за каждым кустом ему мерещилось движение. Как назло поднялся ветер, который хоть и раздувал испарения Разлома, создавал ощущение, что в лесу кто-то ходит. Трещали сучья, шелестели голые безжизненные ветки, беспокойно кричали птицы. Под футболкой по спине текли ручейки холодного пота. - Кажется, ты много знаешь об этой заразе, - негромко заговорил Корса, - расскажи, что это за болезнь такая и почему все ее боятся? - Да ничего я толком не знаю, - отмахнулся Гэйб, не представляя, как рассказать ему правду, не раскрывая инкогнито, - это что-то вроде бешенства. Очень заразная штука. Инкубационного периода у вируса считай что нет, укушенные сразу впадают в ярость, нападают на других, как дикие звери, пытаются сожрать заживо… - Ты меня разыгрываешь? – недоверчиво перебил Корса. – Пересказываешь сюжет «Ходячих мертвецов»? - А тот мужик на дороге похож на розыгрыш? - усмехнулся Гэйб и увидел, как побледнело смуглое лицо парня. - Так они что – зомби? – Корса приостановился и огляделся по сторонам. Трасса в оба конца была пуста и безжизненна. - Технически нет, - успокоил его Гэйб, - они живые и без еды довольно скоро дохнут от лихорадки и судорог. Но это единственный плюс, в остальном нам не повезло. - Почему? - Эти твари быстрые, сильные, не чувствуют боли и умирают, только если разнести им череп. Вот так-то, брат. Корса снял с плеча ружье и проверил, как оно заряжено. Дальше шли молча до самого Форт-Вермилиона. 4.6 Небо затянуло тучами за какие-нибудь полчаса. Характерная погода для поздней осени в этих местах: вчера шел проливной дождь, а сегодня кучевые облака притащили мелкий сероватый снег. Когда Гэйб и Корса добрались до селения, дорога и придорожные кусты были занесены снегом. Приветливая табличка-указатель покосилась, рядом со сломанным шлагбаумом застыл ржавый пикап. - Чего бы этому проклятому снегу не пойти раньше, - с досадой проворчал Гэйб, - тогда мы увидели бы следы тех, кто тут прошел. - А теперь кто-то, кто пойдет за нами, увидит наши следы, - в тон ему добавил Корса. От этого наблюдения легче не стало. Они шли по пустому, брошенному селению, не замечая ни малейших признаков, что здесь недавно побывали люди. Покосившиеся деревянные и кирпичные строения, провалившиеся дороги, занесенные сухой коричневой листвой и крупинками снега. Хрипло каркнул ворон. Тот самый? Преследует он их, что ли? Да нет, другой, точно другой. Корса беспокойно оглядывался, но самообладания не терял. Смелости парню не занимать, другой бы просто не согласился на эту авантюру с автопробегом до Досон-Крик. - Это личное, да? – спросил Гэйб. - Что? – встрепенулся Корса. – О чем ты? - Ты сам хотел попасть на ту сторону Разлома, правда? Кто у тебя там остался? Родные? - Мама, - коротко ответил он, заглядывая в черные прямоугольники окон. – Я был в скаутском лагере, когда все случилось, и даже не знаю, что с ней стало. - Хреново, - кивнул Гэйб. Ему было легче, он хотя бы точно знал о судьбе своих родителей. - Да, - Корса едва ли нуждался в чьем-либо сочувствии. – Заглянем в этот дом, он неплохо выглядит. Дверь он взломал. Мастерски, выстрелив в гнездо нехитрого замка. Перезарядил ружье и вошел, бросив на ходу: - Прикрой меня. Кажется, Корсе не впервой осматривать чужие дома – в новом мире мародерство в порядке вещей. Гэйб окинул взглядом пустую улицу и вошел за ним, аккуратно притворив за собой дверь. Подумав, поставил у дверей жестяные канистры. Если кто-то вздумает войти, они повалятся на пол и нехило загремят. - У тебя рюкзак с собой? – крикнул Корса из кухни. – Тащи его сюда, я кое-что нашел. О, эти чудесные консервы! Когда Гэйб появился на кухне, Корса успел выставить на стол с полдюжины ананасов в сиропе. Рот бывшего пленника вмиг наполнился слюной. Трясущимися от нетерпения руками Гэйб развязал шнурок рюкзака и принялся запихивать в него добычу. - Оливки брать? – глухо спросил Корса, с головой нырнувший в недра кухонного шкафчика. - Брать! - Тут еще сардины! - Боже, - простонал Гэйб, - просто заткнись и бери все! Удивительно, что этот дом до сих пор не вычистили. Бегущие в никуда люди брали все, что могли унести, в первую очередь еду и оружие, а дом, куда их привело чутье Корсы, выглядел так, будто хозяева сегодня утром ушли на работу. Причина такой удачи обнаружилась в гостиной. - Вот черт! – высказался Гэйб, увидев семейную пару, чинно сидящую на старомодном диване с резными ножками и подлокотниками. Он – в форме полицейского, она в домашнем платье с рюшечками. Корса шумно выдохнул и беспомощно тронул локоть Гэйба. Гэйб и сам впервые увидел нечто подобное. Череп женщины с остатками рыжих локонов и брекетами на зубах доверчиво покоился на плече мужа. - Он застрелил ее, - прошептал Корса, - а потом себя. Гэйб не ответил, мысли его блуждали очень далеко. Если б у отца не было Роззи, как он пережил бы смерть мамы? - Они здесь столько лет, - сокрушенно вздохнул Корса, - мы должны… - Нет, - перебил его Гэйб, - даже не заикайся о том, что хочешь их похоронить! Иди к дьяволу, Корса! У нас нет на это времени. - Ладно, - неожиданно легко согласился тот. Но ушел не сразу. Порывшись в комоде, он отыскал среди аккуратно сложенного белья пару простыней и накрыл трупы накрахмаленной белой тканью. Гэйб смотрел, как беззвучно шевелятся его губы – молитву читает? Или говорит сам с собой? Странный он все-таки. - Пойдем, - позвал Гэйб. Время неумолимо приближалось к вечеру, если они еще промедлят, придется ночевать в этом призрачном городе. Несмотря на обилие теплых постелей, Гэйбу не хотелось оставаться в Форт-Вермилионе. Не хотелось и все. Ворон поджидал их, сидя на покосившемся заборе и встретил яростным карканьем. Огромный, иссиня-черный с потрепанными перьями и длинным острым клювом, он скрипел, как кусок железа, которым водят по стеклу, и таращился на пришельцев выпуклыми злыми глазами. Корса осторожно прикрыл дверь дома, они двинулись дальше по улице. Оттягивающие плечо банки с ананасами и сардинами грели душу. Осталось наполнить канистры горючкой и вернуться к грузовику без проблем. Гэйб щурился, прикрываясь рукой от мелкого колючего снега, и думал о Рэд-Форте. Хаки ни разу не упоминал о нем, выходит, его хваленые дроны не разглядели лесное поселение? Или он просто недостаточно доверял Гэйбу, чтобы рассказывать обо всех своих «находках»? Нет, это вряд ли. Генерал охотно делился с ним информацией, рассказывал даже больше, чем Розалин. Гэйб был в курсе всех планов и намерений Хаки. Что он делает сейчас? Идет по следу? Злится, забавляется, думает? Обхаживает Лили? - Смотри, - вдруг воскликнул Корса и ускорил шаг, - танк! Посреди заснеженной дороги действительно стояло нечто похожее. Гэйб с трудом удержал на месте нижнюю челюсть и сощурился, разглядывая удивительную штуку. Это, конечно, был вовсе не танк, а просто бронированная машина на гусеницах. Но принадлежала она военным – это факт. Об этом свидетельствовал торчащий на крыше крупнокалиберный пулемет, отличная штука, которую не мешало бы прихватить с собой. Не доходя до машины двадцати шагов, они, не сговариваясь, нырнули за ближайший забор, чтобы понаблюдать за техникой и теми, кто на ней приехал. - Ого, - шепотом сказал Корса, приникая глазом к щели в заборе, - там стоит «Харлей»! - И думать забудь, - посоветовал Гэйб, - ездить на «Харлее» по твоим лесам глупое и опасное занятие. - Я и не собираюсь ездить на нем по лесам, - упрямо ответил Корса, - а в разведке он пригодится. Гэйб только отмахнулся в ответ. Каждый мальчишка мечтает о мотоцикле – это факт. Ему пришлось пойти в колледж, чтобы отец исполнил обещание и купил ему байк. А Корса не успел ничего, он был совсем еще ребенком, когда случился апокалипсис. Пусть забирает мотак и гоняет на нем по своим лесам, никому от этого хуже не станет. Габриэля же заинтересовала бронемашина неизвестной конструкции и два внедорожника, стоящих рядом с ней. - Они тут недавно, - шепнул он Корсе, - стекла чистые, ржавчины нет, в них должно быть горючее. - А где люди, которые приехали на них? – задал разумный вопрос напарник. – Что, если они тоже здесь? Поблизости? - Подождем. - Подождем. Темнота подступала со всех сторон, снег сменился холодной моросью, быстро промочившей куртки. Корса поднял и изо всех сил стянул спереди воротник, чтобы ледяная вода не попадала за шиворот. Его снова заколотило, да и Гэйб дрожал от холода, проклиная непогоду, стремительно подбирающуюся ночь и ворона, который последовал за ними и вот уже битый час демонстративно чистил на заборе мокрые перья. - Д-д-дддумаю, никто не придет, - судорожно вздрагивая, отстучал зубами Корса. Гэйб снова приник к щели. Ничто не выдавало присутствия поблизости живых. - Пошли, - скомандовал он, подхватывая канистру и крепче прижимая к себе автомат. Бедный Корса подскочил с похвальным энтузиазмом. - Сливай бензин, - велел Гэйб и кинул напарнику фляжку, когда они оказались возле машин. - А ты? - А я сниму с этой штуки пулемет. Спорить Корса не стал. Подхватил канистры и ринулся к внедорожникам. Гэйб, оглядевшись, забрался на гусеницу, оттуда на крышу бронемашины. Он чувствовал себя так, будто впервые оказался с отцом в автопарке полицейского участка. Пару раз папа проводил его, позволял забраться в патрульную машину и даже посигналить. А теперь вот Гэйбу ничто не мешает снять с военной техники пулемет и забрать ящики с патронами. Странно, столько лет прошло, столько дерьма случилось, а он все хранит это ощущение праздника. Ощущение игры, которая закончится хорошо. Потому что с ним, с Габи, просто не может случиться ничего плохого. Пулемет стоял на башенной установке, снять его не представляло труда. Гэйб перетащил ящики с патронами на гусеницу, вернулся за пулеметом. - Тут есть горючка, - очень спокойно оповестил его Корса. - Круто! – Гэйб уже почти любил этот Форт-Вермилион. Ананасы, сардины и пулемет – отличная добыча для одного маленького поселка. Скинув добычу на мокрую землю, он пошел к облюбованному Корсой мотоциклу. Как ни странно, «Харлей» был на ходу и завелся с полоборота – бак оказался полон топлива. - Ты все еще хочешь забрать его? – крикнул Гэйб. - Да, - отозвался Корса, сливая горючку со второго джипа. - Вовремя мы избавились от песочка! - И верно. Так, придя к взаимному согласию, они занялись каждый своим делом. Гэйб присобачил к багажнику мотоцикла пулемет и боеприпасы, Корса слил весь доступный запас горючего. Плечи оттягивала еда, жизнь казалась еще прекраснее, чем с утра. - Я поведу, - Гэйб сел за руль мотоцикла, ожидая возражений напарника, но тот послушно устроился сзади. - Давай, ты лучше сумеешь. Научишь меня потом? Гэйб улыбнулся, когда руки Корсы обхватили его за пояс. Если бы у него был младший братишка, он хотел бы, чтоб тот был похож на этого парня. 4.7 На обратном пути они снова встретили лис. Две шустрые облезлые тварёшки с ввалившимися боками, урча, объедали лицо уже знакомого трупа. Гэйб затормозил чуть поодаль. Лисы заинтересовались. В луче света, льющегося от фары мотоцикла, они и не думали тушеваться. Вместо того чтобы сбежать в темноту, звери подняли выпачканные темным морды и горделиво, как престарелые оперные дивы, взвыли на два хриплых тонких голоса. - Мне кажется, или тело сдвинулось? - сдавленно спросил Корса, выглядывая из-за плеча Гэйба. - Это они могли его сдвинуть. Плевать. Поехали, пока совсем не стемнело. Какое счастье, что Корса не стал спорить и тратить их драгоценное время на препирательства. Он покрепче обнял Гэйба, и они рванули прочь подальше от бешеных лис. Грузовик нашелся там, где его и оставили. Гэйб запоздало подумал, что если бы за время их отсутствия на «Кенворт» набрел Хаки с военными, из-за шумного «Харлея» им уже пришла бы хана. Глупо было соглашаться на это баловство, а все из-за Корсы. Повелся на большие невинные глаза не видевшего жизни лесного дитятка. Чуть не подвел обоих под пули. Странно даже, что Хаки до сих пор их не нагнал. С «Харлеем» пришлось еще повозиться. Гэйб отверг идею кому-то ехать на нем, растрачивая драгоценное топливо, хотя и видел, как Корсе хочется. Кажется, от воодушевления у мальчишки даже остатки лихорадки исчезли. Но нет, наездится еще на своем мотике. По лесам, где не бродит толпа зомби. Пока снимали с мотоцикла пулемет и патроны, пока грузили его в кузов, Гэйб беспокойно оглядывался на темную мокрую дорогу, все ожидая услышать неровные шаги зараженных или шум моторов военных машин. - Как думаешь, что стало с теми людьми? - С которыми? - Которые приехали в Форт-Вермилион на военных машинах. Тревожные глаза Корсы блестели в темноте, как у какого-нибудь кота. - Скорее всего, их уже нет, - честно ответил Гэйб. - Нет? - Физически они, возможно, еще существуют. Но заразившиеся довольно быстро перестают осознавать себя. Они теперь все равно что звери. - То есть они сейчас бродят по лесу и могут на кого-то напасть? - Ещё как могут. Поэтому предлагаю побыстрее заправить тачку и убираться отсюда. Они все еще возились с канистрами, когда забеспокоились проклятые лисы. Их тявканье слилось с треском ивняка в лесу. Накаркали! - Быстрее, - рявкнул Гэйб, кидая напарнику канистру и снимая автомат с предохранителя, - давай, пока эти твари до нас не добрались! Корса ловко открутил крышку, в баке забулькало, как в голодном желудке. Треск в кустах усилился – зараженный их почувствовал. Гэйб изо всех сил всматривался, щурился, но никак не мог разглядеть в темном лесу идущего к ним бешеного. Целился на слух, чувствуя, как немеет палец на спусковом крючке. - Чего ты там возишься?! Корса выкинул пустую канистру в сторону и схватил еще одну: - Это последняя. - Хватай ее и лезь в кабину! - из перелеска показались сразу две фигуры, Гэйб заметил их лишь когда они выбрались на трассу в десяти шагах от него. Пущенная очередь прошла по ногам зараженных. Один свалился, но второй пер на Гэйба, а в перелеске снова захрустели ветки. - Габриэль, - заорал Корса, - сюда! Гэйб снова выстрелил, но второй, хоть и получил с десяток пуль, продолжал приближаться. Гэйб уже видел его творожно-бледное исступленно-звериное лицо под забралом шлема. Взвыл мотор «Кенворта», взвыли экзальтированные лисы. Корса сдал назад, поравнявшись с Гэйбом открытой дверцей. - Давай руку! – он опасно свесился из кабины. Гэйб расстрелял обойму в бегущего к нему зараженного и полез на подножку. Теплая рука напарника перехватила его запястье, буквально втащив в кабину грузовика и бросив вместе с автоматом поперек коленей водителя. Сзади трещало, хрипело и тявкало, грузовик ревел, как раненый слон, их рвануло вперед, замотало по дороге, громко и яростно заскрипела распахнутая дверца. Гэйб ничего не видел, уткнувшись лицом в пассажирское сиденье и бестолково болтая ногами в открытую дверь. «Кенворт» летел по ночной дороге. - Слезь уже с меняааа, - простонал Корса, пихая Гэйба в бок, - ничерта из-за тебя не вижу! - Я бы и рад, - Гэйб выпустил автомат, ухватился за край сиденья и подтянулся, сползая с коленей парня, тот лихорадочно переключил передачу. Машину снова заболтало по дороге, но хотя бы не было этой ужасающей лисьей какофонии. Гэйб поспешно перекатился по кабине, занимая привычное место рядом с водителем, Корса прямо на ходу, как заправский каскадер, высунулся наружу и захлопнул дверцу. - Выбрались, - резюмировал Гэйб. - Не совсем, - зловеще проговорил Корса. Впереди в круге света появился человек. Несколько секунд – иногда это целая вечность. Корса успел закричать, крутануть руль, Гэйб – вцепиться в него, побороться с сильным и упрямым идиотом. Они сломали придорожные ивняки, череп зараженного и собственный бампер и едва не вылетели через ветровое стекло, спас только руль, в который оба вцепились мертвой хваткой. - Чтоб тебя, сукин ты сын! - Отпусти руль, придурок, это моя машина! - Вот твоя благодарность?! - Да пошел ты! Корса выровнял машину, и разбитая, изрытая ямами трасса снова потекла под колеса грузовика. Гэйб откинулся на спинку кресла, подтягивая к груди разряженный автомат, он демонстративно не смотрел в сторону напарника. Правда, в отражении на стекле отлично видел упрямо выдвинутую челюсть Корсы. Да что о себе думает этот мальчишка? Чуть не угробил их обоих из-за зараженного и еще имеет наглость дуться. Да если бы не Гэйб… А если бы не он, валяться Гэйбу на дороге с перегрызенной глоткой. Как ни крути, они только что спасли друг другу задницы. - Черт с тобой, - проворчал Гэйб. - И с тобой, - помолчав, ответил Корса. Впереди простиралась темная, поганая, но совершенно свободная дорога.