На радарах никого

2.1 - Чёртов туман, - Леон шмыгнул носом и потер воспаленные после бессонной ночи глаза, - не будем далеко отходить, все равно ничего не видно. Корса поддернул ворот куртки, натянул на уши шапку и присел около раскидистого куста ивы, где им с Леоном посчастливилось отыскать крошечный родник. После Форт-Вермилиона они все сделались немного параноиками. Корса так - к собственному стыду - вздрагивал и хватался за ружье от каждого шороха. В прошлый раз, когда они с Габриэлем были в поселке, он не успел толком разглядеть прущих из леса зараженных, все случилось быстро и в темноте, но в этот раз им с Ягером досталось по полной. Зараженные ворвались в медпункт в тот момент, когда они упаковывали в сумки и рюкзаки крайне необходимые Рэд-Форту медикаменты. Один вошел через дверь, второй полез в разбитое окно, цепляясь за острые осколки почерневшими пальцами. Как ни старался, Корса не мог отогнать жуткое воспоминание: как отрезанная краем битого стекла фаланга пальца упала на покрытый черной пылью подоконник, а человек, не замечая потери, продолжил карабкаться в комнату. Нет, не человек. Габриэль прав, может, эти существа еще и живут, дышат и мыслят, но они уже не люди. - Ты закончил там? – беспокойно спросил Леон. Корса закупорил фляжку и поднялся. - Да, пошли. Решение остановиться он считал не самым мудрым из всех распоряжений Ягера. Да, они ехали всю ночь, не останавливаясь даже на перекур, но Корса готов был проехать и еще столько же, чтобы только поскорее ощутить надежность родных стен Красного Форта. В тумане ему было не по себе. Раздавшийся со стороны лагеря шум заставил их ускориться. - Тебя в детстве не учили, что брать чужое нельзя?! - Там была кровь. Кровь бешеного! Путаясь ногами в длинных, как волосы утопленницы, травах перелеска, Корса с трудом продрался через кусты на обочину тракта, где отряд организовал стоянку и костер. - И что? – раздалось свирепое рычание Ягера. Корса остановился, успокоенный, что на них не нападают, и удивленный открывшейся картиной. Обычно спокойный и основательный, как линкор, Ягер прямо-таки исходил яростью. Ухвативший его за подмышки Рик из последних сил удерживал брата от драки, Ягер рвался так, что ботинки Рика скользили по влажной траве, оставляя в земле глубокие борозды. - И ничего. Нужно было обезвредить вирус, вот я и положил его в костер, - Габриэль злобно щурился и дергал плечом, за которое его держал Бэйкер. - Я сейчас тебя самого в костер засуну, чужак! – Ягер снова рванулся к Габриэлю, и Корса поспешил вмешаться. Он до глубины души любил и уважал Ягера, но в вопросах, касающихся зараженных, больше доверял Габриэлю. - Хватит! Прекратите! Вы сбрендили оба? Едва Корса встал между ними, Ягер сразу остыл. Выпрямился, раздраженно стряхнул с себя руки Рика. - Твой дружок спалил мой топор, - пожаловался он с обидой. - Это для общей безопасности, - полыхая праведным гневом, парировал Габриэль. – Ты хоть можешь себе представить, что будет, если кто-то дотронется до крови бешеного? Мгновенное заражение! Ягер скептически промолчал, сложив руки на груди. - Пожалуйста, - сказал Корса, - не спорьте. Габриэлю в этом деле можно довериться, он лучше всех нас знает, на что способны ЭТИ… - И где же, интересно, он набрался таких знаний? – с неприятной язвительностью спросил Ягер. Никогда не слышавший в голосе своего брата подобных интонаций Корса нахмурился. Ягер Шолль, бывший морской котик и бывший же инструктор в скаутском лагере, имел добродушный нрав и был до безобразия терпелив с теми, кого считал семьей. Корса восхищался им, стремился быть похожим, и сейчас его больно ранило недоверие, с которым Ягер принял Габриэля. - Где набрался? - с вызовом сверкнул глазами тот. – В аду. В гребаной преисподней, где выжить невозможно. - А ты, получается, круче, чем горы? – ухмыльнулся озадаченный Ягер. - Брат! – укорил его за нелепую шутку Корса. - Куда там, - в ответ оскалился Габриэль, - едва ноги унес. И возвращаться не собираюсь. - На карте это место покажешь? – сощурившись, поинтересовался Ягер. - Покажу, если хочешь. - Давайте уже поедем, - взмолился Лэнни. – Не нравится мне этот туман! Хоть убей, так и кажется, что кто-то в нем ошивается и слушает, о чем мы говорим. - Согласен, - поддержал татуировщика Корса. - Болтать можно и в Рэд-Форте. Все враз принялись озираться. Рик поспешно забросал костер влажной землей. Ягер запихнул в рюкзак походный котелок, покосился на обугленное лезвие любимого топора, но трогать остерегся. Габриэль вытащил обойму автомата, пересчитал оставшиеся патроны, беззвучно шевеля губами, и вставил обратно. Привыкший видеть его озорным и хладнокровным, Корса беспокойно заглянул ему в лицо. Гэйб поднял на него взгляд и широко улыбнулся в ответ. - Нормально, - подмигнул он Корсе, - ты заступаешься за меня, будто я твоя девчонка. Щеки вспыхнули против воли. - Ты мой друг, - горячо сказал Корса, - и я доверяю тебе. Если бы это было не так, ты бы не поехал с нами. - А Бэйкеру ты теперь тоже доверяешь? – посмеиваясь, спросил Габриэль. Корса поморщился. У него появилось ощущение, что Габриэль то ли на что-то намекает, то ли попросту подшучивает над ним. Ни то, ни другое ему не нравилось. - Лэнни Бэйкеру доверяет Ягер. У нас так заведено: если кто-то поручился за другого, семья его принимает. - И тебе пришлось поручиться за меня? – допытывался Габриэль. – А если я вас всех обманул? - Зачем тебе меня обманывать? – удивился Корса. Он поспешно огляделся, не слушает ли их кто. Но, к счастью, ребята занимались сборами и не обращали на них никакого внимания. - А зачем люди обманывают друг друга? Ради собственной выгоды. - Какая тебе от меня выгода? Корса не понимал, почему они вообще об этом говорят. Габриэлю нет никакой нужды врать ему. Корса простил его за тот неудавшийся выстрел из строительного пистолета, мог бы простить и менее тяжкие грехи. А если б Гэйб все-таки обманывал его и остальных, разве стал бы он говорить на эту тему? Нет, все лгуны притворяются благопристойными людьми и тщательно скрывают свою ложь. - Ладно, - натянуто засмеялся Габриэль, - не бери в голову. Я все никак не могу привыкнуть, что ты не понимаешь шуток. Корса в ответ только пожал плечами. Отряд вернулся на утопающую в тумане трассу, где они оставили свои машины. Корса забрался в старенький «Jeep», на котором в свое время они с дядей Джо и остальными добирались по лесным буеракам до спасительного Рэд-Форта. С тех пор прошло семь лет, но обласканный заботливыми руками Рика старичок все еще довольно резво бегал по дорогам Альберты. Корса положил на соседнее сиденье ружье и расслабленно уместил руки на руле. Ехать до дома предстояло часов пять. Туман колыхался, обнимая автомобили, плотный, как обрывки грязной ваты. Хотелось закрыть глаза и подремать хоть пять минут. Борясь со сном, Корса уставился в зашлепанный грязью зад «Кенворта». Вот бы оказаться в кабине грузовика. Чтобы ехать, глядя свысока на проносящиеся за стеклом деревья, чтобы на мягком сиденье имелся удобный подголовник, и после многих часов непрерывной езды не болела шея, чтобы Габриэль что-нибудь болтал, прогоняя скуку прочь. Когда раздался гудок головной машины, за рулем которой был Рик, Корса встрепенулся. Потер глаза, зевнул и повернул ключ в замке зажигания. Рик снова просигналил. «Кенворт» впереди выпустил струи черного дыма, загорелись габаритные огни. Корса поставил ногу на газ, повернул голову и оцепенел. На обочине торчала полускрытая туманом странная – большая и зловещая – фигура в похожем на плащ-палатку балахоне и с ветвистыми оленьими рогами. «Кенворт» впереди тронулся, сзади засигналили. Корса отмер и вдавил педаль газа почти до самого пола. Джип рванулся, едва не врезавшись в неспешно разгоняющийся грузовик. Сердце бухало в горле. Бэйкер оказался прав, кто-то действительно был рядом и слушал, о чем они говорят. 2.2 Никогда еще они не привозили в Рэд-Форт такой богатой добычи. В первые месяцы после катастрофы дядя Джо с сыновьями, наряду с другими мужчинами снабжавшие поселение продовольствием, лекарствами, оружием и горючкой, находили много полезного. Но у них не было транспорта, чтобы перевозить все найденное в Рэд-Форт. Единственный вездеход, тот самый старенький джип, с трудом преодолевал лесные завалы. Приходилось объезжать овраги и разломы, разлившиеся реки и упавшие деревья покалеченной канадской тайги. Много времени и сил ушло на то, чтобы расчистить и сделать проходимым основной тракт, но трудностей меньше не стало. Все эти годы остро стоял вопрос дефицита топлива и запчастей для транспорта, делать вылазки в оставленные города и поселки становилось все сложнее. А если удавалось добраться и найти что-то ценное, зачастую приходилось отбивать добычу у конкурентов. Корса помнил первую зиму в Рэд-Форте: заезжие банды не давали им никакой жизни, стычки и перестрелки происходили чуть ли не каждый день. Когда колонна въехала в поселение, была глубокая ночь (они задержались, объезжая нежданно разлившийся приток Атабаски), но встретить их вышли все жители Рэд-Форта от мала до велика. Женщины привели кое-как одетых детей с заспанными лицами, мужчины будто и не спали, салютовали им ружьями. «Кенворт», тяжело переваливаясь, миновал ворота, трубы выпустили последние клубы дыма. Корса затормозил в паре метров от затянутого синим брезентом кузова. Выбрался из машины и тут же увидел дядю. Дядя Джо посмотрел на него и, шагнув, сжал в объятьях. - Мы привезли лекарства, - сказал Корса, с нежностью прижимаясь щекой к грубой ткани его куртки. - Я не сомневался в вас ни минуты, сынок! Рик и Лэнни откинули борт грузовика и подняли тент, призывая мужчин помочь разгрузить провизию и лекарства. Желающих откликнулось много. Не только мужчины, но и женщины, и даже дети вызвались таскать ящики. Закипела работа. Корса завертел головой, отыскивая Габриэля. Он чувствовал себя ответственным за него и теперь каждую минуту думал о том, где его друг, чем занят и нравится ли ему в Рэд-Форте. Корсе было стыдно за тот допрос, который устроил Габриэлю Ягер, теперь он боялся, что Гэйб не захочет остаться с ними и решит попытать счастья в Монреале или где-то в других местах… В далеких и, Корсе все еще казалось, несуществующих землях. Наконец, он заметил Габриэля, тот стоял возле кабины «Кенворта» и мирно беседовал о чем-то с Леоном. Слава богу, хоть один из братьев не изображает из себя засранца. Корса поднял руку над головой, помахал им и стал пробираться через плотную толпу, но кто-то вдруг ухватил его за локоть. - Джи, - негромкий печальный голос каким-то непостижимым образом перекрыл всеобщий гвалт, - подожди, Джи! Корса оглянулся и увидел девушку, которая вот уже несколько лет преследовала его с упорством ищейки. Андреа была на голову ниже его, но цепкие пальцы держали так крепко, что вырваться можно было, только сломав их. - Это важно, - быстро и, Корсе показалось, испуганно заговорила она, - пожалуйста! Умоляю, выслушай меня, Джи! Мне нужно с тобой поговорить! Не о нас, нет… - Нет никаких нас, Андреа, - с усталой досадой перебил Корса. На ее белые волосы оседал снег, она беззащитно облизнула губы и убрала руку. - Я же и говорю, это не о нас. Мне нужно кое-что показать тебе, это важно для всех… пойдем со мной! Корса посмотрел в ее испуганные, умоляющие глаза и почему-то не смог отказать. Андреа вела себя не так, как обычно. Она не липла к нему, не кидалась на шею, не выкрикивала слова любви вперемешку с проклятьями. И она дрожала так, будто действительно до ужаса чего-то боялась. Того существа с оленьими рогами, догадался вдруг Корса. Того жуткого существа в красно-буром балахоне с ветвистыми рогами и провалом на месте лица. Он вздрогнул, хотя ни капли не мерз. - Пойдем со мной, - повторила Андреа, - я тебе все покажу… Она первая нырнула в узкий проулок между двумя заборами. Корса последовал за ней, положив руку на рукоять охотничьего ножа – ятаган Ягера все еще был слишком крут для него. - Далеко идти? - Нет, это рядом, не отставай, - Андреа пошла быстрее, потом побежала, и Корсе тоже пришлось ускориться. Они отошли довольно далеко от площади Рэд-Форта и приближались к его северной границе. В этой части не было жилых домов, только загоны с домашней скотиной. Где-то рядом заржала потревоженная лошадь, и тут же в унисон с ней залилась лаем собака сторожа. Андреа решительно нагнулась и перелезла под перекладиной загона. Чуть поколебавшись, Корса последовал за ней. Они оказались на пастбище, куда летом выгоняли овец и коз, а сейчас только проминали единственную в Рэд-Форте лошадь по кличке Самая. - Смотри, - торжественно воскликнула Андреа. Похоже, Самую сегодня не выпускали – снег был почти не утоптан, только редкие цепочки следов рассекали поле надвое. В центре откуда-то появился толстый деревянный столб, на котором полыхало неровное от ветра пламя, а на самом столбе торчало что-то непонятное и пугающее – в темноте толком не разглядишь. Что-то черное, будто пожухшие листья или куски сожженной бумаги, рассыпалось по нетронутой снежной глади. - Что это за дрянь? – Корса приблизился к столбу, рядом с которым торжествующе замерла Андреа. – Господи! К столбу была прибита птица. Черная ворона… или ворон, он толком в них не разбирался. Огромная и мертвая. Искореженные смоляные крылья раскинулись в стороны, клюв вскинут к небу, будто, умирая, эта божья тварь молилась. А на снегу черными лепестками лежали ее перья. - Когда?... – у Корсы заперло горло. Он вдруг вспомнил о навязчивых видениях Гэйба. Они тоже были связаны с вороном. А тут – мертвый, убитый жестокой рукой ворон. – Когда ты это нашла, Андреа? Ты кого-нибудь здесь видела? Знаешь, кто это сделал? Мира говорила, что она безумна, но Корса не хотел верить. Считал просто странной, просто... одержимой любовью. А в этот момент понял, что сестра была права. Сто, тысячу раз права! Андреа наклонила голову к плечу, в ее глазах отражались далекие огни и черное, жуткое сумасшествие, а в правой руке был нож. Огромный мясницкий нож, которыми разделывают овец и коз, заржавелый, с широким мутным лезвием. Корса отступил на шаг и тоже выхватил нож. Андреа посмотрела на него, как на жертвенное животное, медленно подняла нож и со всей силы полоснула… по своей ладони. Корса вскрикнул, попятился, но споткнулся обо что-то и позорно свалился назад. Его взгляд был прикован к бегущему с ладони девушки ручейку темной крови. - Ты мой! – сказала Андреа, медленно, шаг за шагом, приближаясь к нему. – Я никому тебя не отдам! - Это ты убила ворона? – ужаснулся Корса. В этот миг он совершенно потерял самообладание. Ягер высмеял бы его, если б увидел, как он отползает от наступающей окровавленной женщины, но он не был на месте Корсы. Безумная Андреа пугала до глубины души. - Ради тебя я убила бы кого угодно! – уверила она, занося над ним руки. Капля крови, теплая, отчего-то омерзительно тяжелая, шлепнулась ему на щеку. Корса зажмурился и... - А ну отойди от него, ведьма! – громкий голос разорвал стучащую в висках тишину. Корса сразу почувствовал холодный ветер, гуляющий по пастбищу, услышал ржание Самой, понял, как замерзли пальцы. - Нож убери, живо! Иначе стреляю, раз… Корса открыл глаза. В панике, пользуясь тем, что Андреа отвлеклась, он вскочил на ноги и рванул к Габриэлю. Тот стоял, широко расставив ноги и нацелив свой «калашников» на сумасшедшую. Вид у него был столь решительный, что Корса на месте Андреа поверил бы ему. На голоса уже бежали люди, в проулке виднелись огни факелов, слышались голоса – дяди, Рика, Лэнни… - Гребаная сучка, - процедил сквозь зубы Габриэль. - Она убила ворона, - прошептал Корса, хотя его друг и сам это отлично видел. Но на случай, если не разглядел. – Прибила гвоздями к бревну. - Еще раз подойдешь к Корсе, будешь иметь дело со мной. Поняла, дурища? Лицо Андреа не выражало никаких эмоций, она вообще на них не смотрела, подняв глаза в высокое черное небо. Нож выпал из ее руки. А следом упала она сама. 2.3 Они остались на пастбище одни. Андреа унесли к мисс Моззер, единственному оставшемуся в Рэд-Форте дипломированному врачу. Дядя, покачав головой, осмотрел столб с убитой птицей и ушел, позвав с собой Рика и Ягера. Лэнни долго не хотел уходить, все искал оправдания для безумицы, но потом Леон позвал его выпить, и они тоже ушли. Стало тихо, только глухо и редко лаял пес во дворе сторожа. Корса сел на снег, благо одет был в непромокаемую куртку и штаны. Габриэль обошел столб кругом, спихнул с верхушки горелку и затоптал тлеющий огонек. - Зачем ты пошел с ней? – спросил он, стоя спиной к Корсе и лицом к ворону. - Сам не знаю, - вздохнул Корса, - она сказала, что покажет что-то важное. Габриэль усмехнулся: - В каком-то смысле она была права. - Я ничего не понял, - беспомощно пожаловался Корса, - чего она хотела? Для чего это все? Друг не ответил. Некоторое время он разглядывал мертвого ворона, потом одним рывком выдернул гвоздь с нанизанной на него птицей. - Нужно похоронить… это создание. - У меня в сарае есть лопата. Корса поднялся на ноги и посмотрел на раскинутого на ладонях Габриэля ворона. Он не был уверен, что решился бы взять его в руки. Они похоронили жертву Андреа возле дома Корсы, выдолбив ямку в мерзлой земле. Габриэль казался задумчивым и печальным. Таким, каким не выглядел на заправке, когда убил троих наемников Кагала. - Пойдем в дом, - позвал его уставший и промерзший до костей Корса. Габриэль посмотрел на него внимательно, наклонился и, зачерпнув горсть рыхлого тяжелого снега, приложил к его щеке. - На тебе была ее кровь. Корса содрогнулся. Струйка талой воды стекла по подбородку и просочилась за воротник. В молчании они поднялись на крыльцо. Ягер и Леон еще не вернулись, но ждать не имело смысла. Дядя, может, до утра будет пытать их обо всем случившемся в Форт-Вермилионе. Корса наполнил таз для умывания свежей водой, старательно отмыл лицо, разделся и аккуратно повесил одежду. - Ты голоден? – окрикнул он Габриэля. Тот не ответил. Встревоженный, Корса вернулся в комнату и обнаружил его застывшим у окна. - Есть хочешь? - И давно эта психопатка преследует тебя? – не оборачиваясь, спросил Габриэль. - Не знаю, - пожал плечами Корса, - наверное, давно, я просто раньше не замечал. Андреа казалась странной, но… я не думал, что она на такое способна. Габриэль опустил кусок ткани, который служил занавеской на окне, и кивнул. - Влюбленная женщина способна на все. Вопрос в том, почему она сделала это только сейчас. Кто ее научил? В этом вопросе Корсе снова почудились жуткие ветвистые рога. Казалось, они постепенно погружаются в какой-то вязкий кошмар, каждый – в свой. Ему чудится этот лесной монстр, его друг вздрагивает от вороньего крика. - Ложись сегодня в постель, - сказал Габриэль. – Ложись, иначе завтра же съеду от тебя к татуировщику. Угроза возымела действие, Корса ужасно устал и не стал с ним спорить. Послушно шмыгнул в постель, натянул одеяло по самый подбородок, поджав ноги к груди. Габриэль тоже разделся, бросил одежду в угол, что-то тихо звякнуло. - Даже странно, - задумчиво проронил он. - Что именно? - Этот ворон меня просто бесил. А теперь его нет, и… мне его жаль. - В лесу много ворон, - попытался утешить его Корса, кутаясь в одеяло. Согреться все никак не удавалось. - Так то ворОн… А это был вОрон. Габриэль улегся на полу, долго возился, устраиваясь на матрасе. Пока их не было, дом никто не топил, и он вымерз, как склеп. - На полу холодно, - прошептал Корса. - Не холоднее, чем в кровати, - усмехнулся Габриэль. Корса вздрогнул всем телом, подумал и приглашающе откинул одеяло. Промозглый воздух коснулся голых ног, пустил волны колючих мурашек. Габриэль не стал раздумывать, подхватил одеяло, широким движением накинул его на Корсу. И только потом полез в кровать к нему сам. Под двумя одеялами было тяжело, да и тесно вдвоем на одной узкой койке, но зато сразу сделалось тепло. Корса перестал трястись. Габриэль придвинулся к нему так, что они едва не столкнулись лбами на одной подушке. Корса отполз к стене, вжимаясь в нее спиной, чтобы дать ему больше места. Минут пятнадцать они возились, устраивались, стараясь не мешать друг другу, но ничего не получалось: Габриэль едва не падал с края, а Корса практически не мог шевельнуться, вдавленный в стену. - Да пошло оно все, - вдруг прошептал Гэйб и положил руку ему на плечо. Притянул к себе, так что Корса уперся локтями и коленями в его теплое тело. Стало ощутимо просторнее. И как это они сразу не догадались? Ведь в кабине грузовика именно так им удавалось умещаться на одном сиденье. - Спокойной ночи, - сказал он. - Спокойной ночи, - дыхание Габриэля обожгло его щеку. А через минуту Корса уже спал. 2.4 - Представляешь? – шепнула Мира в ухо, взяв Корсу под руку, - эта ненормальная перерезала себе сухожилие. - Ты об Андреа? - Конечно, - Мира увлекла его в свою комнату и закрыла дверь, - доктор Моззер сказала, ничего сделать нельзя, у этой дурочки никогда не будут сгибаться пальцы. Корса промолчал. Он не знал, что сказать, вообще не понимал, как ему себя вести. Наверное, в том, что случилось с этой девушкой, есть его вина. Но что он сделал не так? Он никогда не позволял ни одного лишнего слова или взгляда, ничем не обнадеживал Андреа, да и вообще старался держаться от нее подальше. Как и от других девушек Рэд-Форта. Не хотел быть похожим на отца, обманувшего мать. - Говорят, новенький спас тебя от этой ведьмы? – с горящими любопытством глазами спросила Мира. - Да, Габриэль меня выручил. Я здорово испугался, когда увидел приколоченного ворона, - признался Корса. - Он очень храбрый, да? О да! Он очень храбрый! - Ты что, влюбилась в него, Мира?! – догадался Корса. - Сдурел?! – в ответ рявкнула она, сердито тряхнув рыжим хвостом. – Вот еще, влюбляться в кого-то! Я тебе не Андреа Боска какая-нибудь! Ой, а ты знаешь, что Джинджер спелась с Бобом? Вчера Боб приходил к папе, просил их обвенчать. Ты себе представляешь? - Да ты что? – удивился Корса. Сколько он помнил Джинджер, та всегда с презрением относилась к мужчинам и твердила, что на ее век хватит всяких любовей. А когда мэр Лоу полез к ней с нехорошими предложениями, чуть шею ему не свернула. Позор был на весь Рэд-Форт. - Истинная правда! Она уже согласилась поехать с ним на его заимку… - Мира продолжала заговаривать ему зубы. При этом она так очаровательно краснела, что все-все было понятно. - Ой, я и забыла, отец просил, чтобы ты поскорее поднялся к нему. Сразу, как придешь! С этими словами Мира вытолкала Корсу из комнаты. Тот, посмеиваясь над простодушными уловками сестры, прикрыл за собой дверь. Ничего удивительного, что Габриэль приглянулся ей. Он веселый и отчаянный, как герои книжек, которыми Мира бредила. И к тому же, очень красивый. - Джи, это ты? – окрикнул его Ягер. – Иди к нам, только тебя ждем. Корса похлопал по двери Миры и вприпрыжку побежал наверх, где собралась уже вся семья. Ночью его не позвали, дали прийти в себя, но с утра Леон бесцеремонно вторгся в жилище брата и растолкал их с Габриэлем. Корса рассмеялся, вспомнив, как Гэйб, будто ребенок, натянул на них одеяло и шепнул: «Молчи, нас тут нет». - Выспался? – Рик подвинулся, уступая ему место на сундуке. – И как спалось? Кошмары не снились? - Да нет, - Корса передернул плечами, снова переживая вчерашнее происшествие. – Я в порядке. - А я так и знал, что эта женщина что-нибудь вычудит, - Ягер, сидя на полу рядом с дядиным креслом, полировал новый топорик. - Всё знают только небеса, а человек лишь предполагает, - нахмурившись, проронил дядя Джо. Корса улыбнулся ему, но в ответ получил полный тревоги и усталости взгляд. Сделалось стыдно. Дядя всю ночь думал о том, в каком тяжелом положении оказался форт, о зараженных, о грядущей зиме и неизбежном дефиците провизии и лекарств, а он, Корса, отменно выспался и почти позабыл о вчерашних проблемах. - Надо рассказать ему о Гэллоуэе, - Ягер бросил неодобрительный взгляд и снова принялся полировать тряпицей лезвие топора. - О ком? – Корса встревожено оглянулся на Рика. Тот всегда смеялся… но не сегодня. - Джи, - дядя с сомнением сжал крупными, сильными пальцами заросший седой щетиной подбородок, - я должен попросить тебя об одном одолжении. Мне не хотелось этого делать… - Конечно, дядя, - перебил его Корса. Он не понимал, что творится, к чему все эти предисловия, почему дядя Джо так расстроен, Рик молчалив, а Ягер сердит. Вошла Мира, принесла плетеную корзинку подслащенных сухарей и чайник с травяным чаем. И осталась, подвинув Корсу и Рика на сундуке. - Ты помнишь эпидемию? – спросил дядя Джо. - Смутно, - признался Корса. Ягер отложил топор, ухватил сухарь. Передал еще один Леону. - Когда мы только поселились в Рэд-Форте, много людей умерло от бешенства. У нас не было вакцины и почти не было оружия, чтобы отстреливать больных животных, поэтому эпидемия быстро распространилась и унесла много жизней. - Да, - сглотнув, подтвердил Корса, - это я помню. - Твой дружок называет это бешенством, - резко сказал Ягер, глядя прямо на него, - но новая эпидемия не может быть вызвана этим вирусом. Симптомы совсем другие. - Мой дружок? – выдохнул Корса. Он не узнавал Ягера. Тот никогда не говорил с ним таким тоном, что бы Корса ни натворил. - Это Габриэль рассказал нам об эпидемии бешенства, - намного мягче произнес дядя Джо. - Нет! – воскликнул Корса. - Это же я слышал об эпидемии от военных! Дядя смотрел на него с безграничной любовью и сочувствием. - Ты слышал лишь о карантине, но именно Габриэль рассказал нам о новой волне бешенства. - Только это никакое не бешенство! – рявкнул Ягер. - Симптомы не совпадают, - поддержал его Рик. А Мира обняла Корсу за плечи. Стало тихо. Только зубы Ягера крошили сухарь. В окно лился розоватый утренний свет. - Я не понимаю, причем тут Габриэль? – Корса обвел глазами всю семью. – Он не врач, чтобы знать такие подробности, бешенство это или не бешенство… Я бы тоже не понял. В чем он виноват? - Может, и ни в чем, - дядя пресек попытку Ягера что-то сказать, - ты не спрашивал своего друга, где он провел последние месяцы? - Нет! – Корса схватился за голову. – Я помню правило! А вы что, забыли? Мы принимаем всех и не задаем вопросов! Это было законом Рэд-Форта, первым и самым главным табу разрушенного мира. Они все, выжившие, пережившие гибель миллиардов людей, заслужили второй шанс. Красный Форт принимал всех путников, не расспрашивая о том, что случилось с ними по дороге в убежище. У каждого из них, даже у тех, кто был в те дни детьми, была своя история. У одних грязная, у других трагическая, и у всех страшная, как мир, в котором они все оказались. Словно в ковчеге среди захлестнувшего землю потопа. - Мы все помним правило, Джи, - тихо произнесла Мира, крепче обнимая его за шею. - Я должен попросить тебя, - в глазах дяди светились любовь и всепрощение, - разузнать кое-что у твоего друга. Где он был до того, как вы встретились в придорожном мотеле, от кого бежал, откуда знает о зараженных. Это очень важно, Джи. Корса вспыхнул от унижения. Его семья смотрела на него в молчаливом ожидании, а он думал о том, что Габриэль все прочитает по его глазам. Не успеет он задать вопрос, как Гэйб поймет, что его отправили шпионить. Обидится и уйдет. Переселится к Лэнни или вообще заберет свою часть добычи и уедет в дурацкий призрачный Монреаль. - Я не могу. - Говорила вам, он не согласится! – Мира с осуждением ткнула Рика кулаком в плечо и поцеловала Корсу в щеку. - Как ты не понимаешь?! – Ягер так быстро оказался на ногах, что глаза Корсы заметили только смазанное движение. – Этот тип… он же как троянский конь! Он принес нам беду! - Пока что он только спас нашего Корсу, - Мира рядом с Ягером казалась совсем малявкой. Но именно это его и охладило. – Что плохого сделал Габриэль? Или ты взъелся на него из-за своего топорика? - Полегче, сестренка, - заступился за Ягера Рик, - ты не знаешь всего. - А ты знаешь, да? - Я знаю. То, что мы видели в Форт-Вермилионе, не может быть бешенством! - Больные бешенством испытывают трудности с глотанием и довольно быстро погибают от обезвоживания и истощения, - спокойный голос дяди Джо остудил спорщиков. - А те, кого вы встретили около Разлома, будто дикие звери, едят сырое мясо. К тому же, скорость заражения просто колоссальная. Даже вирус гриппа не делится в организме человека с такой невероятной скоростью. - И что это меняет? При чем тут Габриэль?! – воскликнул Корса. - Может быть, и ни при чем, - согласился дядя. - Я не буду! Не буду шпионить за ним, это… недостойно! Дядя Джо? - Ты прав, Корса, - вздохнув, улыбнулся его приемный отец, - я воспитывал тебя иначе и не должен был просить о таком. - Габриэль не сделал ничего плохого! – убежденно сдвинул брови Корса. – Он не такой человек! И с вашей стороны недостойно подозревать его в… непонятно в чем! Ягер закатил глаза в потолок, пробормотал что-то вроде «воспитали на свою голову». Рик одобрительно хмыкнул, а дядя Джо поманил Корсу к себе. Когда тот подошел, дядя встал и обнял его, прижимая к широченной груди. - Прости, сынок. Ты прав, я не должен был просить тебя об этом. Корса обхватил дядю за талию, с облегчением устроил щеку на его плече. - Только будь осторожен с ним, хорошо? – он говорил с таким волнением и заботой, что Корса и не подумал обижаться. В конце концов, никто другой не знает Габриэля так хорошо, как он. - Ладно, дядя. На обратном пути Корса улыбался. Утреннее солнце золотило улицу Рэд-Форта, из заведения Джеки вкусно пахло свежей сдобой, и он подумал, что они с Габриэлем могли бы вместе позавтракать, а потом сходить на охоту. Погода располагает, к тому же давно пора проверить силки и капканы, расставленные накануне отъезда в Досон-Крик. Когда Корса вернулся домой, его квартирка была пуста. Не было ни Габриэля, ни его одежды и вещей. 2.5 Если кто и знал обо всем, что творится в Рэд-Форте, то этим человеком была Джеки Гинзбург, владелица единственного в поселке бара. Корса не знал, у кого еще спросить, куда подевался его друг, поэтому из своей квартиры прямиком направился к ней. Обычно заведение открывалось ближе к обеду, но Джеки приходила туда задолго до открытия. Корса знал это, потому что частенько приносил ей пойманную дичь рано утром, еще до восхода солнца, и всегда заставал на кухне у плиты. Джеки трепала его по щеке и подкармливала вкусностями, оставшимися со вчерашнего дня. Корса вошел в неосвещенный бар и прямиком направился к кухне, откуда раздавалось негромкое мурлыканье: хозяйка напевала что-то себе под нос. - Мисс Гинзбург, - окрикнул он, чтобы не напугать ее. Но все равно напугал. Громкий вскрик и звон разбившейся тарелки сопровождали его появление в кухне. Джеки застыла с мыльной губкой в руках. - Джи Корса! Как ты меня напугал! – облегченно выдохнула она, всплеснув руками. Корса неуверенно улыбнулся. - Прости, я не хотел. Джеки бросила губку и поспешно вытерла мокрые руки о замурзанный передник. - Конрад вернулся, - пожаловалась она, - ночью пожаловал со своими придурошными дружками. Думала, это он приперся. - Ну и дела! – удивился Корса, на миг позабыв, зачем пришел. Бут Конрад, которого все в Рэд-Форте звали ни много, ни мало, Психом, уехал со своей бандой из Рэд-Форта в начале осени. Корса надеялся, что они уже не вернутся. Обычно он не позволял себе думать о людях плохо, но в глубине души считал Конрада Психа человеческим мусором и не понимал, почему в жутком катаклизме суждено было выжить таким, как он и его больные на голову приятели. Банда держала поселок в страхе. Псих вообразил себя гребаным мессией и собрал под свое крылышко весь сброд Рэд-Форта. Они врывались в дома мирных жителей, угрожая расправой, отбирали еду и все приглянувшееся и делали еще более ужасные вещи. Шериф Харельсон пытался бороться с преступниками и даже однажды прострелил Конраду ногу, но что он мог сделать против вооруженной банды один? В конце концов, дядя Джо и Ягер собрали все оружие и всех мужчин форта и просто выдворили ублюдков из поселения. - Ты что-то принес, Корса? – Джеки, как обычно, ласково ущипнула его за щеку. – Неужели уже успел с утра проверить силки? - Нет, - покачал головой Корса, вспомнив о Габриэле, - я только хотел спросить. Ты не знаешь, где мой… ну, тот парень, который приехал со мной, Гэйб. Такой… светловолосый, высокий… - Тот красавчик? Можешь не объяснять, ха-ха! – звонко рассмеялась Джеки. – Все девушки Рэд-Форта разом бросились подкрашивать глаза и брови из-за твоего друга, Джи! - Он не… не уехал? - А я почем знаю? – пожала плечами хозяйка бара. – Утром я видела красавчика с Лэнни, татуировщиком, и тем индейским ублюдком, который продает дурь… У Джеки все цветные - ублюдки. Она ненавидит чернокожих, краснокожих и желтокожих одинаково яро, но почему, Корса так и не смог понять. - Так Габриэль с Бэйкером? – уточнил он. – Спасибо, Джеки! Ты мне очень помогла! - Эй, а как же зайцы? Когда ты принесешь мне зайчатины? – крикнула она вслед убегающему парню. - Завтра, Джеки! – пообещал Корса, оглянувшись. – Завтра настреляю тебе самых лучших зайцев. До дома татуировщика он бежал так быстро, что не видел ничего вокруг. Обшарпанная дверь оказалась открытой, Корса толкнул ее и ввалился в полумрак «вигвама». Он был здесь лишь однажды, когда Лэнни бил ему татуировку, и запомнил только страшный беспорядок и пыльные коврики на дощатом полу. И да, тогда тоже пахло чем-то странным. Сейчас жилище Бэйкера заполнял голубоватый сладкий дым, но Корса увидел пришпиленный к стене портрет – нарисованный шариковой ручкой на обычном белом листе портрет Андреа. Очень красивый рисунок и такой до ужаса достоверный, что Корса засмотрелся на девушку, к которой раньше был совершенно равнодушен, а теперь и вовсе не желал видеть. На рисунке Андреа Боска была похожа на ангела. Печального и светлого ангела. Так нарисовать ее мог только очень любящий человек. - Кто там пришел? – раздался голос татуировщика из глубины его жилища, где дым превращался в приторные болотные испарения. - Это Корса. Я ищу Габриэля. - Корса, - тут же откликнулся Гэйб, и Корса выдохнул с облегчением – не уехал. – Иди к нам. - Да, и дверь закрой, не выпускай тепло, - поддержал татуировщик. Корса двинулся на голоса, почти на ощупь. - …И как твои сородичи выживают без боеприпасов и горючки? - Они не мои сородичи, - Корса узнал голос Куаны, торговца, который торговал и с Рэд-Фортом, и с поселением индейцев на Атабаске, - и не делятся секретами, а в прошлом месяце Маленькая Речка прогнала четверых своих – трех мужчин и одну женщину. Я встретил их, когда они направлялись в сторону Ураниума, чтобы поселиться на одной из брошенных ферм. - Да они рехнулись! - Почему кри прогоняют своих? - По словам одного из парней, вся его вина была в том, что он отрезал кусок хлеба ножом для разделки шкур… Пригнув голову, чтобы не удариться о низкий дверной проем, Корса шагнул в комнату, где расположились гости татуировщика и он сам. Все трое сидели на полу в ядовитых клубах дыма и курили травку. От запаха у Корсы тут же начала кружиться голова. - Иди ко мне, - Габриэль похлопал по циновке рядом с собой. Лэнни никак не отреагировал на появление Корсы, а индеец заинтересованно окинул взглядом: - Аааа, сынок старины Джо! И больше ничего не сказал. Корса подошел к Габриэлю и присел на корточки. Оставаться в этом доме ему не хотелось, хотя то, о чем рассказывал Куана, его заинтересовало. - Почему ты ушел? – вполголоса, чтобы не слышали те двое, спросил он Гэйба. - Я не очень нравлюсь твоим братьям, - пьяненько подмигнул ему Габриэль и засмеялся. – Вот и решил – поживу у Лэнни. - Это плохая идея! – нахмурился Корса. – Зачем ты куришь этот дурман? Что вообще с тобой? - Со мной? – удивленно поднял брови Габриэль. – Со мной ничего. А что с тобой? Может, ты тоже хочешь? – он протянул дымящийся косячок. Корсу передернуло от отвращения. - Давай поговорим на улице, - попросил он. - Оставь нашего друга в покое, малец, - тягучим голосом произнес индеец Куана, - не видишь, у нас беседа. - Да вижу я, - огрызнулся Корса, - я только хотел… Он беспомощно перевел взгляд на Габриэля. Тот смотрел на него насмешливо и… по-дружески тепло. Как Ягер, когда у Корсы не получалось с первого раза метнуть топор. И со второго, и с третьего тоже. Он чувствовал себя криворуким обалдуем, а Ягер лишь улыбался и снова подавал оружие. - Садись, посиди с нами, - Габриэль кивнул на грязную циновку, - я хочу дослушать историю. Так что там было дальше, Куана? У Корсы было два выхода: уйти без друга, оставив его в этом притоне, или остаться с ним. Решившись, он сел на пол и сложил ноги по-турецки, чтобы было удобнее пережидать этот бардак. Гэйб улыбнулся, снова затянулся и закинул руку на его плечо. - Дальше, - Куана тоже припал губами к сигарете, выпустил дым изо рта и долго разглядывал что-то на темном потолке «вигвама», - дальше я встретил Его. Мужика с оленьими рогами. Корсе сделалось так холодно, будто разом распахнулись все двери и окна, и ледяной зимний ветер ворвался в дом.