Тихий взрыв

Сэм действительно не пришёл в восторг. Он засмеялся. — Вы что, шутите? — спросил он, переводя взгляд с Дина на Каса. Дин вздохнул, переступая с ноги на ногу, а Кас нахмурился. — Нет, мы не шутим. Дин официально приписан к моей лаборатории, и мы приглашаем тебя отметить с нами и его друзьями из столовой. Сэм сунул руки в карманы и прислонился к косяку. — Отметить, да? — с интересом спросил он у Каса. — В большой развесёлой компании? — У Дина не так уж много друзей, — возразил Кас. — Эй! — возмутился Дин. — Я просто не всех приглашаю! Будешь выпендриваться, позову больше! Кас критически на него посмотрел, а Сэм вздохнул. — Слушайте, вы серьёзно? Нет, не пойми меня неправильно, Кас, Дин наверняка отличный механик, но… он же работал только с автомобилями! Дин открыл было рот, чтобы возразить, но Кас ответил первым: — А откуда тебе знать, Сэм, что посреди моей лаборатории не стоит огромный автомобиль? Сэм открыл рот и тут же закрыл. — Ладно, — протянул он. — И какие развлечения в программе? — Бильярд, дартс и море алкоголя в рамках одного стакана. Если, конечно, ты уже не израсходовал недельную норму, — сказал Дин. — Давай, выдвигайся. Почесав в затылке, Сэм пожал плечами и вышел из комнаты. — Лиза будет? — спросил он. — Ага, — ответил Дин. — Она и Бенни. — Здорово. Давно хотел с ней познакомиться. — Да ты её видел миллион раз, — фыркнул Дин. — Ты-то давно здесь. И вообще, я пробыл здесь пару недель и тащу вас знакомиться со своими друзьями, а ваши друзья где? Вы же… Кас, сколько ты уже в проекте? — Мы с Сэмом прибыли в один день. — И мы общаемся друг с другом, — вставил Сэм. — Чего тебе ещё? — Асоциальные типы, — буркнул Дин. — Подожди, Кас, я в свой первый день видел тебя в столовой с… ну, первый был какой-то тип, который сказал, что не часто сюда приезжает, а вторая — какая-то дамочка… не помню, о чём вы спорили. — Это Бальтазар и Рэйчел, — сказал Кас. — Бальтазар работает в министерстве обороны, а с Рэйчел мы когда-то вместе учились. Она тоже над чем-то здесь работает. — В министерстве обороны? — удивился Дин. — А здесь он что делает? — А ты не знал? — в свою очередь удивился Кас. — Министерство спонсирует наш проект. — Серьёзно? — Ну да. — Так вы что… создаёте какое-то оружие? — нахмурился Дин. — Нет, — одновременно коротко ответили Кас и Сэм. Дин позабавленно приподнял бровь, но ничего не сказал, потому что они уже вошли в бар. — У меня только два часа до начала смены, — сказал Бенни после приветствий и представлений. — Потому что моя начальница не разрешила мне поменяться на вечер, — он дружелюбно-свирепо покосился на Лизу. — Интересно, с кем? — улыбнулась та. — У нас в штате минус один работник! — она игриво подтолкнула Дина локтем. — Скажи спасибо, что начальница не видит, как ты заказываешь пиво за два часа до смены. — А я даже после десяти стаканов не глядя попаду в яблочко, — заявил Бенни, и они переместились к дартс. Он и правда оказался лучшим стрелком; он работал на базе не первый год и большую часть того времени, что ему не удавалось найти партнёра для бильярда, провёл метая дротики. В общем и целом два часа прошли отлично; Кас и Сэм вроде как поладили с Бенни и Лизой, Дин обыграл всех в бильярд, а Бенни намекнул, что после ухода Гвен с кухни в декрет он и сам получит долгожданное повышение до повара. — Я не знал, что это так работает, — сказал Дин. — На место повара берут кого-то из кухонных рабочих? — Нет, конечно, — сказала Лиза. — Но Бенни раньше был поваром. "Раньше". Это слово произносилось так, словно до работы здесь у всех была другая жизнь, к которой уже никогда не вернуться, а теперь они попали в новый мир. Так же, наверное, употребляли бы это слово души в раю или в аду. Дин вспомнил, как Сэм сравнил чёрную дыру с адом, и подумал, что они здесь и правда как в чёрной дыре, из которой не выбраться. А ещё он подумал, что ни черта не знает о предыдущей жизни Бенни и даже о том, как он сюда попал. Они кучу времени проводили вместе, но говорили совсем мало, и Бенни знал о нём так же мало. Что не мешало им быть хорошими друзьями, а Бенни — спасти его от что-там-ему-угрожало. Дин успел вскользь поблагодарить его за своевременное вмешательство, а Бенни отмахнулся так лениво, словно всего лишь передал соль. Потом они все переместились в столовую, где больше никого пока не было, так что они уселись за один стол и запоздало пообедали. Когда наконец подтянулись первые желающие поужинать, Бенни ушёл за стойку, Лиза — на кухню, а Дин, Кас и Сэм потянулись наверх. — Лиза просто потрясающая, — сказал Сэм, когда они уже поднимались по лестнице. — Здорово, что теперь, когда ты не будешь ей подчиняться, вы наконец сможете начать встречаться. — Мм, — неохотно протянул Дин. — Что насчёт тебя? Сэм, видимо, не предугадал этот совершенно логичный поворот в разговоре; он буркнул, что ему нужно ненадолго подняться на лабораторный этаж, а потом они могут кино посмотреть. Они договорились встретиться в комнате Дина, как он освободится, и разошлись. — Знаешь, — сказал Кас, когда они в задумчивом молчании подошли к своим комнатам, — мне всегда казалось, что у Сэма отношения с его лаборанткой. Дин мгновенно вынырнул из размышлений о Лизе. — Что?! — Значит, ты не знал? Я думал, он просто мне не хочет говорить. — Я даже не знал, что у него есть постоянная лаборантка! — Есть, это точно. Но я, конечно, не эксперт в определении степени близости… Всё-таки немного странно, что он никогда о ней не говорит. Я раньше не придавал этому значения, но он сейчас заговорил про вас с Лизой, про то, что ты теперь ей не подчиняешься… Может, в этом его проблема? Ему мешает их совместная работа? — Кас! — перебил Дин. — Сэм совершенно точно не встречается со своей лаборанткой! — Почему ты так уверен? — Потому что… он мне говорил кое-что. Ему кое-кто нравится, — Дин ощутил себя школьницей, сплетничающей о мальчиках. — Точно не лаборантка. — О, — удивился Кас. — Ладно. Что за чёрт? Кажется, Сэму предстоит ОЧЕНЬ серьёзный разговор. До Дина дошло, что они так и стоят в коридоре, и он спросил: — Зайдёшь? Сэм наверняка быстро освободится, можем сразу у меня подождать. — Конечно. — И ты всё ещё должен мне историю о возникновении вселенной, не забыл? — Сложно забыть, ты постоянно мне об этом напоминаешь. — О, ну прости, что я такой любознательный, — фыркнул Дин. — Но если я ляпну кому-нибудь, что вселенная выскочила из гигантского торта, у тебя не будет права сделать вид, что мы не знакомы, потому что ты сам будешь виноват. — Из гигантского торта, — повторил Кас. — Ага. И ещё Большой взрыв, да? Представляешь, как этот торт разнесло-то? Дин уселся в кресло, и уже устроившийся на диване Кас вытянул ноги и растёкся по подушке. — Большой взрыв, — сказал он, — произошёл 13,8 миллиардов лет назад. — Так точно? — удивился Дин. Кас закатил глаза. — Конечно, нет. Технически есть вероятность разброса этого события на миллиарды лет в обе стороны. Я был бы тебе очень признателен, если бы перед всей моей историей ты поставил бы обозначение "Скорее всего" или "По мнению большинства учёных" и больше не спрашивал меня о точности. Потому что учёные редко сходятся в чём-то на сто процентов. Впрочем, есть кое-что, в чём расхождений нет. — И что же это? — поинтересовался Дин. — То, что тогда не было никакого гигантского торта. — Нуу, — протянул Дин. — Я бы не был так уверен. Кто знает, что мы с тобой откроем? Кас чему-то улыбнулся и продолжил. — Точно не торт. Ты ведь понимаешь, что в момент зарождения теперешней вселенной не было даже атомов? — Как это? — удивился Дин. — Что же тогда появилось? — Фотоны, — Кас пожал плечами. — Кварки. Электроны. Нейтрино. — Ну всё, — проворчал Дин. — Пошли сложные слова. Кас пихнул его ногой, чуть не свалившись с дивана. — Образование атомов стало возможно только с возникновением протонов и нейтронов. Как ты думаешь, какие атомы образовались первыми? Дин задумался. Кас, конечно, переоценивал его мыслительные способности, но раз он спрашивал, скорее всего, вопрос был не на знания, а на сообразительность. Ну, или всё-таки на знания, но кажущиеся Касу элементарными. — Наверное, — сказал он, — те, в которых меньше всего тех штук, без которых атомов не бывает. Протонов и нейтронов. — Именно, — просиял Кас. — Водород, в котором всего один протон, и гелий, в котором их два. — А нейтроны, значит, без разницы? — Разное количество нейтронов в атоме даёт изотопы одного вещества, — сказал Кас. — А то, какое именно это вещество, определяет только количество протонов. От него же зависит положение вещества в периодической системе элементов: однопротонный водород идёт с номером один, двупротонный гелий — с номером два и так далее. Дин наморщил нос. — Короче, забиваем на нейтроны. Образовались водород и гелий. Дальше что? Три протона, четыре, пять? — Нет, — строго сказал Кас. — Для сталкивания протонов и образования более тяжёлых атомов требуется высокая температура. А вселенная постепенно расширялась и охлаждалась. — Подожди, — сказал вдруг Дин, сдвигаясь в кресле. — Если вселенная постоянно расширяется… момент начала расширения известен, скорость тоже… значит, мы можем вычислить её диаметр. Значит, она не бесконечна! Кас покачал головой. — Вселенная бесконечна. — Куда же она тогда расширяется? — Никуда. Она расширяется в самой себе. — Что? — Дин засмеялся, но перестал, увидев выражение лица Каса. — Что, серьёзно? Что это вообще значит? — То, что я и сказал. — Но… ведь Большой взрыв произошёл в одной точке! — Большой взрыв, — веско сказал Кас, — произошёл везде. Потому что если вселенная бесконечна, значит, она была бесконечна всегда. Дин пару минут помолчал, таращась на Каса. Тот терпеливо ждал. — Знаешь, где сейчас произошёл Большой не Большой, но не маленький такой взрыв? — спросил Дин. — Где? — непонимающе нахмурился Кас. — У меня в башке. Бам! — Дин изобразил руками взрыв. — Пшш. Кас тяжело вздохнул. — Могу я вернуться к истории? — Не уверен, что вынесу ещё парочку мозговыносящих откровений, — пробормотал Дин. — Нет, подожди. Ты ещё сказал, что тебе известна скорость расширения вселенной. Откуда это? — А разве это не скорость света? — удивился Дин. — Конечно, нет. Вселенная расширяется быстрее. — Но… ведь скорость света превысить нельзя! — Скорость света предельна для объектов, обладающих массой. Даже для тех же фотонов и кварков. Но пространство — не обладающий массой объект. Оно расширяется. Быстрее, чем ты можешь себе представить. — Не буду даже пытаться. Сломается последнее, что осталось от мозга. — Дин… В дверь постучали, и из-за ней донёсся голос Сэма. — Бог есть! — радостно завопил Дин, бросаясь открывать. Кас предсказуемо скривился, зато остатки разума Дина остались невредимы.