Шедевр Предательства

Перестав что-либо осознавать от ужаса и страха, Салли крепко зажмурилась. Однако панике она не поддалась, поскольку слишком уж участились в последнее время случаи, при которых она находилась одной ногой в могиле. И вероятно, этот стал бы для нее последним, если бы зловещую тишину не прервал медленный и спокойный голос: - Дьявола ради, угомонись, Силентум. Что-то я не припомню, чтобы давал тебе разрешение на казнь моей подопечной. - Я… Прошу прощения, милорд, - мрачно откликнулся тот, с большой неохотой убрав острие кинжала от горла куклы. Напоследок он прожег ее взглядом мутновато-серых глаз, пылающих нечеловеческой ненавистью. Салли передернуло, столько в них было злобы. Ей казалось, что не будь тут Ротаса и остальных ее союзников, Силентум порвал бы ей глотку собственными зубами. Лишь когда тот выпрямился и отошел на шаг, девушка смогла оправиться от оцепенения и поднять, наконец, взгляд на окруживших ее членов братства. При воспоминании о своем бегстве ей стало ужасно неуютно под их пронзительными взорами. До такой степени, что она продолжала сидеть на полу, пока Ротас, наконец, не подал ей руку. Несколько неуклюже поднявшись на ноги с его помощью, кукла исподлобья глянула на своих товарищей, не решаясь вымолвить и слова, чтобы оправдаться. Каким же нелепым ей показалось теперь собственное бегство!.. Со вскруженной головой от воссоединения с Джеком, она забыла о своем долге и принесенной клятве. Повела себя так глупо, так легкомысленно. Как она может звать себя после этого достойным членом братства? Какой позор… Сейчас Салли как никогда сильно хотелось провалиться сквозь землю от стыда. - Я… - только и смогла глухо выдохнуть она, но Ротас жестом попросил ее прерваться. Кукла тут же смолкла и закусила губу, несколько даже перестаравшись. - Славно видеть тебя здесь, - спокойно заговорил темный маг, и уголки его губ слегка дернулись в некоем подобии усмешки. – В конце концов, мне стоило бы тебя отблагодарить. Салли недоверчиво глянула на Ротаса и вопросительно подняла брови, решив поначалу, что она попросту ослышалась. Силентум за плечом своего повелителя скрестил руки и недовольно засопел, всем своим видом выражая недовольство. Ну а Ротаса, кажется, происходящее исключительно забавляло. - Не удивляйся моим словам. Ты, очевидно, до сих пор не совсем поняла, кто я и чем занимаюсь. - Вы… - начала было Салли и вновь запнулась. Она действительно не знала, что сказать. Кукла воззвала к самым отдаленным уголкам своей памяти, силясь вспомнить все те детали, которые могли бы указать на истинный род занятий ее мастера. Ей было не совсем понятно, почему подобный вопрос ей задали именно сейчас, но похоже, что ничего другого не оставалось, кроме как подумать над этим хорошенько именно в данную секунду. Она прожила в одном доме с этим странным созданием два месяца, и что же произошло за это время?.. Что она успела увидеть, услышать, понять и пропустить через помутневший от печали разум? Разговоры, разговоры, разговоры… Новые лица, один за другим приходящие и уходящие в их скромный дом. Иногда Салли, проходя мимо дверей кабинета Ротаса, удавалось услышать обрывки его разговор с гостями. Один на один, в полутьме, под неизменный треск каминного огня. Через дверную щель можно было разглядеть слабо скрытое мраком бескровное лицо темного мага, на которое даже языки пламени не отбрасывали бликов. Он говорил неторопливо, вполголоса, чуть-чуть наклонившись вперед к собеседнику напротив, тем самым показывая свое доверительное отношение. Да, иногда слух Салли мог уловить произнесенные в кабинете слова, но без контекста они не значили для нее ровным счетом ничего. Говорилось что-то о нитях. Ролях. Временных линиях. Вызовах судьбы. Неизбежности. Предрешенности. Страхах. Как сложить из всего этого единую картину и не ошибиться? Это был не тот паззл, который она в состоянии была бы решить. Можно было бы сделать упор на демоническом происхождении Ротаса и его свиты и попытаться найти ключ здесь. Но кто может точно определить, какие могут быть дела у Дьявола на земле, где обитают простые (и не очень) смертные? Откуда вообще они пришли? Какую роль играет сама свита? Неприятно, липкое и холодное чувство. Что это? Сейчас кукла стала по-настоящему сильно сомневаться – действительно ли она часть этого странного и загадочного братства, или же очередной гость, приглашенный под необычным предлогом? Все это время, находясь в домике в глуши Нехорошего Леса, Салли ежедневно ощущала на себе взгляды. Пытливые, изучающие. Стоило ей обернуться, как окружающие тут же принимали равнодушный и отвлеченный вид, словно ее тут нет. Но кукла знала, точно знала, что кто-то постоянно наблюдает за ней. Высматривает что-то. Словно пытаясь увидеть в ней нечто особенное. Салли ощутила себя зрителем, которого без всякого предупреждения вытолкнули на залитую светом софитов сцену, хотя в ее намерениях было лишь пассивно наблюдать, а не действовать. Она ощутила себя частью какого-то масштабного плана, в котором все было спланировано очень и очень давно. У которого есть начало и конец, и ход которого она сама изменить не в силах. Чувство чего-то неизбежного, как бегущий на полной скорости паровоз, приковало ее к земле и тяжким грузом упало на плечи, отчего колени невольно подогнулись. - Вы… - повторила Салли совсем тихо, - вы кукловод. Манипулятор. - Я всегда знал, что ты достаточно сообразительна, чтобы понять это, - Лицо Ротаса исказила несколько странная и жутковатая улыбка. – Но недостаточно сильна, чтобы что-то с этим сделать. Ты свободна, Салли. По крайней мере, сейчас. Мне еще пригодится твоя помощь. Я знаю, что не ты предательница. Истинный предатель, несмотря на свою мастерство в умении скрываться, оставил за собой след. И угадай, куда он нас привел?.. - С-сюда? – выдохнула кукла, надеясь, что она не угадает. - Именно, - Темный маг холодно кивнул. – И он до сих пор здесь. Где-то совсем рядом. Да, теперь велика вероятность, что он никак не связан с нашей свитой. Это усложняет поиски. - Если предатель действительно когда-то находился рядом с нами, почему вы не могли просто прочесть его мысли и разоблачить его? – не выдержав, выпалила Салли. Происходящее все больше напоминало ей некую бутафорскую постановку. - Если бы все было так просто, тянули ли мы бы с поисками так долго? – усмехнувшись, Ротас качнул головой и надвинул цилиндр на повязанные глаза. – Ты переоцениваешь мои способности, дорогая. Сильно переоцениваешь. Почти так же, как и недооцениваешь мое умение контролировать ситуацию. Если разгадаешь некоторые еще из моих загадок, узнаешь больше, я обещаю тебе. Ну а пока… Пока мы скроемся с глаз. Никто не должен знать, что мы здесь. Даже Джек. Прояви уважения к своим старым друзьям, окажи нам любезность, - Маг хрипло рассмеялся во мраке. Напоследок Инриген дружелюбно помахал кукле, Левитта лукаво подмигнула, Билис подбадривающе вскинул кулак, а Силентум презрительно фыркнул, прежде чем их силуэты медленно растаяли в тенях и книжной пыли. Не прошло и полминуты, как меж стеллажей возникла Эйн, сжимающая в руках канделябр с сильно подтаявшими восковыми свечами. - Я тебя обыскалась. Мне кажется, или ты разговаривала с кем-то? - Да нет, просто напевала себе под нос одну мелодию, - Салли попыталась улыбнуться, что получилось довольно вяло, однако Эйн списала это на обычную усталость. - Пойдем, нам и правда уже пора. Нынче в городе не безопасно, так что по просьбе Джека я отведу тебя домой, - Она взяла куклу за запястье и повела за собой к выходу из библиотеки. Последняя и не сопротивлялась. Сказать по правде, она почти не обращала внимание на то, что происходит вокруг. Ее мысли занимало другое. Вопросы всплывали в ее голове один за другим. Волна бунта против происходящего стремительно поднималась в ее душе. Но ощущение было такое, как если бы она пыталась остановить бегущий на полном ходу локомотив. Если вмешается – погибнет, но не остановит движения. Неужели единственный выход – отдаться воле судьбы и плыть по течению? Что будет ждать ее и ее близких в конечном итоге? Много, слишком много вопросов. Как утомительно. Возможно, ей действительно требуется пара часов сна. * * * - …Я все равно не понимаю, к чему было идти туда в такую рань… Ничего бы не изменилось, пойди мы туда часа на три-четыре позже. - Да полно тебе ворчать, Деонт! Раз Джек приказал, значит, так надо. Не так уж часто он отдает подобные приказы, чтобы на это жаловаться. Сонный колдун на это лишь отмахнулся и вновь протяжно зевнул, споткнувшись о выступающие коренья. На пару со своей спутницей-некроманткой он отправлялся к одному из ведьмовских ковенов, обосновавшемуся в глубине западного леса. Как и говорил Джек, подобные фракции не подчинялись ему и жили своей жизнью, делая то, что сами считали нужным, занимаясь классическим колдовством, заговорами, порчами и обрядами. Единственным авторитетом для них являлась лишь верховная ведьма, с которой поверенные люди Повелителя Тыкв и собирались вести переговоры. - Надеюсь, мы будем достаточно красноречивы, чтобы убедить ее на время примкнуть к нам, - Деонт почесал затылок так, что остроконечная шляпа съехала ему на глаза. – Я не питаю особых надежд по этому поводу. Дикие ведьмы ужасно горды, и никогда не станут ни с кем объединяться… - …Только если того не пожелает верховная ведьма, - возразила некромантка, небрежно отмахнувшись от очередной неупокоенной души, летающей у нее перед носом. Своей сущностью она притягивала их как магнитом. – А наша задача в том и состоит, чтобы убедить ее стать с нами на одну сторону. - Скажи, Виола, ты действительно веришь тому, что Бугимэн может вернуться? Тебе не кажется, что у Джека… Ну не знаю, паранойя? - Как сказать. В конце концов, те три дома кто-то же поджег. - Это мог сделать самый обычный хулиган. Неужели этого достаточно, чтобы принимать подобные меры? - Возможно, на то было больше причин, которые нам не оглашали. Не посчитали нужным. Или… Не хотели пугать народ. - Я думал, пугать – это наша работа, - Колдун горько рассмеялся своему каламбуру и остановился, чтобы перевести дух. – Давай присядем, а. Уже почти час идем. Не дожидаясь ответа, он ногой отмел в сторону горсть сухих сучьев и уселся на мшистый ствол поваленного дерева. Виола на это лишь пожала плечами и огляделась. - Надеюсь, мы не спутали дорогу. Мне не очень-то и знакома эта чащоба. - Я слышу бульканье болота неподалеку, так что мы на верном пути. Не переживай, присядь. Добраться до ковена мы всегда успеем. Когда некромантка устроилась напротив, потирая шею костяными ладошками, ее спутник, предварительно осмотревшись по сторонам, словно их могут подслушать, заговорил вполголоса: - Знаешь, мне надоели все эти серьезные темы. Я бы рад был поболтать о чем-то менее, кхм, напряженном. Сейчас чего только в городе ни обсуждают… - Ха-ха, неужто посплетничать захотелось? - Ну а почему нет? Тем более, что давненько ничего интересного у нас не случалось. Тоска была та еще. То ли дело сейчас… Особенно после возвращения нашего короля. Вот ты как думаешь, остались ли у Джека еще какие-то чувства к Эйн? Многие думают, что он сделает ее своей королевой. Не обращая внимания на существование Салли… - Понятное дело, не все воспринимают эту куклу всерьез, - Виола возвела глаза к небу. – О ней самой почти ничего не известно. У нее никогда не водилось здесь особых друзей… Да и ее отношения с Повелителем Тыкв со стороны выглядят, мягко говоря, странно. То сойдутся так, что их раздельно не увидит никто. То вновь разбегутся. То Джек покидает город и отправляется неизвестно куда, чтобы ее вернуть… Но возвращается не только с ней, что интересно. Как шутит народ, хотел вернуть одну подружку, а получилось две… И вообще, Салли не очень-то похожа на будущую королеву, и всем сложно поверить, что Повелитель Тыкв возложит на нее такую роль. Однако же они оба здесь, и Джека даже дал ей приют. Кто знает, к чему это приведет. - И все-таки эта Салли красива… - задумчиво протянул Деонт, подбрасывая в воздух маленький треснувший желудь. – Особенно сейчас, более чем когда-либо, хотя не могу точно сказать, что в ней изменилось за эти месяцы. Когда она находится рядом с Джеком, она прямо светится… Наверное, она очень его любит. Это будет печально для нее, если окажется, что чувства Джека не так глубоки по отношению к ней. Не исключено ведь, что он снова просто… заскучал. - Однако Эйн… Если бы Салли была для него лишь развлечением, он бы не задумываясь вернулся к ней. Он так ее любил. Так горевал, когда она пропала в тех болотах. Но что-то же продолжает удерживать его с этой куклой. Только не совсем понятно, что… - Может, он ее действительно любит. Как знать. Хех, предстоит нам еще погадать, кому суждено стать нашей королевой. У Эйн все же рука тверже, и она ближе народу Хэллоуина. С этой задачей она бы справилась лучше. - Однако не нам решать, - Некромантка поднялась на ноги и отряхнула подолы мантии. – Пора двигаться дальше. Нам бы вернуться в город до полудня. Лагерь ведьм, очертания которого все отчетливее виднелись сквозь лесную чащу, по обыкновению шумный и суетный, был необычайно тих. У небольших ворот колдун и его соратница помедлили. - У тебя нет плохого предчувствия? – спросила Виола, нервно сжимая и разжимая кулаки. - Да, здесь несколько тихо… Тише, чем стоило бы ему быть, - Деонт нахмурился и втянул носом воздух. – Ты… Чувствуешь это? Если по обыкновению лагерь наполняли запахи дымка от еловых веток в кострах и сушеных лесных трав, то сейчас нечто изменилось. Горела теперь не хвоя, а нечто похожее на… - Плоть! – воскликнула Виола, не единожды имевшая дело с трупами. – Этот запах ни с чем не спутаешь. Похоже, дело плохо. Предлагаю перестать церемониться и вломиться туда прямо сейчас. - Так и сделаем, - Колдун согласно кивнул и плечом навалился на ворота. – Ну-ка помоги мне! Вместе они быстро выломали довольно хлипкие воротца и ворвались на территорию разоренного лагеря. Изготовленные из природных материалов шалаши были растоптаны и пожжены. Обломки глиняной посуды и стекла усеивали землю вперемешку с орошенными кровью опавшими листьями. Пройдя дальше, компаньоны обнаружили высокую кучу, охваченную огнем. То были сброшенные в одном месте тела, источающие горький и тошнотворный запах горящей плоти. Некоторое время они смотрели на это ужасающее зрелище, почти не дыша. Но они нередко имели дело со всяческими ужасами, такая уж работа, поэтому оба довольно быстро оправились и молча, не сговариваясь, принялись исследовать лагерь дальше, в надежде найти нечто, что указало бы на случившуюся трагедию. Кто бы ни напал на лагерь, он знатно постарался: здесь стояла мертвейшая тишина, указывающая на то, что все живущие тут ведьмы жестоко убиты. - Кто мог это сделать?.. – наконец спросил Деонт, обретя дар речи. Глаза его почернели от страха, руки тряслись. – У них нет и никогда не было таких врагов… - Значит, все-таки были, - прошелестела Виола. – Нам надо отсюда уходить и доложить обо всем Джеку, срочно. - Да, очевидно, что делать нам здесь больше нечего. Уходим скорее. Налетчики еще могут вернуться. Что мы противопоставим им, если с ними не справился целый лагерь ведьм… * * * Внимательно оглянувшись по сторонам, Салли извлекла на свет связку старых ключей и вставила их в замочную скважину видавшей виды двери. Осторожно, словно боясь, что за ней может находиться нечто неожиданное или опасное, кукла слегка толкнула дверь плечом. Та хоть и неохотно, но поддалась, протяжно заскрипев старыми петлями, которые давно никто не смазывал. В нос сразу ударили запахи пыли и старых вещей. Салли прошмыгнула вовнутрь и аккуратно затворила за собой дверь. Она находилась в древней как сам Хэллоиун галерее, где, как когда-то вскользь обронил Джек, хранилась память о всех некогда выдающихся обитателях королевства ужасов. Салли не единожды изъявляла желание посмотреть на ее содержимое, на что Скеллингтон заявлял, что галерея закрыта для посещения. На логичный вопрос «почему» он отвечал уклончиво, потому девушка решилась взять дело в свои руки и войти сюда самой, без чьей либо помощи. И вот, она здесь. На самом деле, данная «галерея» больше походила на склад, где все реликвии, артефакты и оправленные в рамы картины были в полушаге от того, чтобы быть сваленными в хаотичные груды. По крайней мере, кто-то удосужился выставить их в ряд на длинных столах, делая это хотя бы частично похожим на галерею. И похоже, что Джек не врал, говоря, что галерея закрыта: все выглядело пыльным и заброшенным. Свет в продолговатое и темное помещение едва пробивался сквозь плотно задвинутые портьеры. Пройдя мимо ломящихся от предметов старины столов, Салли резким движением раздвинула тяжелые шторы. Вместе с лучами света в комнату ворвалась стайка летучих мышей, черной тучкой взвившаяся под потолок и улетевшая в дальний и темнейший угол комнаты. Кукла дернулась от неожиданности и отошла на шаг. Что ж, по крайней мере, так намного светлее. Хотя могло быть и лучше, если бы стекла не были оплетены таким невероятным количеством паутины. Отвернувшись от окон, Салли вновь окинула помещение быстрым взглядом. Холодное и не слишком уютнее. Более ничего, кроме безнадежной старости, примечательного не было, и внимание теперь можно было целиком направить на предметы, которые хранили в себе эти обшарпанные стены. Чего тут только не было: статуэтки, книги, часы, наборы оружия и брони, антикварные безделушки, предметы гардероба, старые механизмы, картины, было даже пару игрушек. Проходя мимо всего этого разнообразия старинных вещей, Салли иногда брала кое-что в руки, бережно сдувала пыль, вертела в руках и с интересом разглядывала. Сколько же всему этому лет? Что-то выглядело не очень-то и старым, а что-то, казалось, было старшее ее самой на несколько веков, что неудивительно. Но интереснее всего были портреты. С каждого из них на Салли взирали разномастные монстры: герои, короли и просто известные личности. Осторожно перебирая все эти картины, кукла обнаружила среди них портрет Джека, написанный, очевидно, очень давно, судя по слою пыли и местами чуть осыпавшейся краске. Держа оправленный в толстую раму разрисованный холст, Салли с улыбкой разглядывала своего возлюбленного таким, каким его увидел в свое время неизвестный ей художник. Лицо скелета было оскалено в жуткой гримасе, как и подобает королю ужасов, однако подобное выражение было несвойственно настоящему Джеку: черты его лица были куда мягче и добрее на деле. Но очевидно, что предполагаемому Повелителю Тыкв излишняя мягкость была бы не к лицу. Что вполне закономерно. Девушка аккуратно поставила портрет на стол, бережно, стараясь ничего не повредить, смахнула пыль и прикоснулась губами ко лбу Джека на портрете. Приглушенно рассмеявшись собственному нелепому действию, Салли вновь продолжила разбирать портреты. Вскоре взгляд ее зацепился за единственный из холстов, который стоял у стены, полностью накрытый темной бархатной тканью. Подобравшись ближе к нему, кукла аккуратно стянула ткань и невольно затаила дыхание. С портрета на нее взирали до боли знакомые глаза цвета жидкой стали, в которых к тому же удалось запечатлеть теплое и доверительное отношение в рисующему. Несомненно, это была Эйн, только красивое и вытянутое лицо еще не было изуродовано шрамами, а во взгляде не было столько затравленности. В глубине души Салли не хотелось признавать, что стиль рисовки ей очень знаком. И все же. Вглядевшись еще внимательнее, девушка обнаружила в нижнем углу портрета небольшую подпись, выведенную тонкой кистью: «Моя нерожденная королева, мы так и не смогли воздвигнуть нашу утопию в этом коррумпированном королевстве. Скажи, как и ради чего мне теперь жить без тебя?..» Вне всякого сомнения, это почерк Джека. И подпись эта была сделана значительно позже, чем был написан сам портрет. Салли закусила губу, надеясь, что маленькая физическая боль заглушит хотя бы часть мыслей, бешеным вихрем вращающихся в ее голове. И все бы ничего, если бы в какой-то момент в ней не вспыхнуло подсознательное чувство, будто она находится в галерее не одна. Кукла обернулась и встретилась взглядом с глазницами Джека. Поспешно отставив портрет в сторону, она поднялась на ноги. - Что ты здесь делаешь? – хмуро спросил Скеллингтон, переводя взгляд с Салли на портрет Эйн. – Я вроде бы говорил тебе не заходить сюда. - …Ни разу не назвав конкретной тому причины, - огрызнулась кукла. – Ты, в конце концов, мог бы и объяснить, почему это я не могу находиться здесь. - Как ты вообще сюда вошла? Дверь была заперта. - Стащила у Мэра ключ, когда тот уснул в своем кабинете. - Какая же ты все-таки прыткая девчонка, - Джек покачал головой, и на лице его проскочила улыбка, хотя он и силился оставаться серьезным. – Но в любом случае, посетителям здесь находиться не положено. Пойми же, таковы правила, их придумал не я, и не мне им перечить. - Но ты же король, в конце концов, - возразила Салли. – Разве ты не можешь просто… - Нет, не могу. В конце концов, здесь не абсолютная монархия, мои полномочия тоже ограничены определенным рядом негласных правил. Так что нам с тобой стоит уйти отсюда. - Мы же не делаем ничего плохого… И ты наверняка мог бы что-нибудь рассказать о некоторых из реликвий, находящихся здесь. Например, об этой картине. - Салли… - Поняв, к чему она клонит, Джек покачал головой и нахмурился. – Мы ведь уже обсуждали это… Что еще ты хочешь от меня услышать? - Ничего особенного, на самом деле. Сделай лицо попроще. Разве я не имею права знать некоторые подробности? – Кукла сделала шаг к нему. - Ох, что именно ты хочешь узнать? - О какой утопии идет речь? Скеллингтон отвел взгляд и откашлялся. - Признаться, я ожидал другого вопроса. - Само собой. Я чувствую, что это нечто куда более интимное, чем подробности твоих взаимоотношений с Эйн. По лицу Повелителя Тыкв Салли догадалась, что вновь попала не в бровь, а в глаз. Скелет чуть помедлил, прежде чем заговорить вполголоса: - Признаться, это была мечта. Одна большая и светлая мечта на двоих. Нет, даже большее, чем просто мечта. Это стремление, предел, рывок… Ты не представляешь, в каком аду мы жили, Салли. Впрочем, я счастлив, что тебе не довелось пережить это самой. Иначе я бы беспокоился за твою жизнь и здоровье каждую возможную минуту. Пойми, мы все были в таком положении. Некому было стать на нашу защиту в случае, если кому-то вздумается причинить нам вред или убить. В городе не было правосудия и справедливости. Наша жизнь находилась в лапах беспринципного тирана, для которого причинять кому-то боль было в порядке вещей. По иронии, те, кому предназначено было пугать народ, сами боялись поднять голову от страха. Но мы не хотели мириться с этим. Мы знали, что жизнь может быть лучше. Что мы могли бы осчастливить народ Хэллоуина. В конце концов кто, как не мы, полные решимости, могли бы это осуществить? И тогда мы создали эту Мечту. В наших планах и желаниях мы строили наш идеальный город, каким он должен был бы стать, если бы мы были властны что-то изменить. Это был бы прекрасный город, где все жители были бы уверенны в себе и своих силах, и никому не было бы равных в искусстве страха. Мы бы сделали наш праздник самым запоминающимся и жутким. И при этом народ Хэллоуина был бы свободен и доволен. Мы жили этой мечтой, мы грезили об утопии, и она стала дополнительным звеном в цепочке, связывающей наши души. Она придавала нам сил, не давала падать духом. Мы жаждали начать новую эру. И стали постепенно собирать сторонников… Ну а то, что случилось потом, тебе известно. Джек замолчал и отвернулся, не захотев показывать кому-либо свои эмоции. - Но ведь, - робко начала Салли, - Ты осуществил вашу общую мечту. Ты создал город Хэллоуин таким, какой он есть сейчас. - Это не совсем то, - Скеллингтон покачал головой. – Это сложно объяснить, но без нее я никогда не мог бы создать ту самую утопию, о которой мы мечтали… - Так вот почему «нерожденная королева» … - едва слышно выдохнула кукла, однако Джек ее все же услышал. Он повернулся к ней и увидел, как девушка медленно бредет вдоль столов по направлению к высоким окнам, сквозь которые проливало свой свет заходящее солнце. Остановившись в свете его лучей, Салли заложила руки за спину и задумчиво глянула на свою тень, лежащую на потертом полу. - Вы с Эйн так похожи, - тихо промолвила она, продолжая изучать собственную тень так, словно впервые узнав о ее существовании. – Никогда не думала, что у кого-то могут быть настолько родственные души. Ко всему прочему, вы оба весьма яркие личности. Народ Хэллоуина в вас души не чает, и понятно, почему. Вас слушают, за вами следуют. Ваши имена так или иначе останутся на страницах истории этого мрачного королевства. Вы ЗНАЧИТЕЛЬНЫ. Вы близки к чему-то великому. Что до всех прочих… То мы можем лишь восхищенно наблюдать за такими как вы снизу, задрав головы, ослепленные вашей духовной силой. Джек ощутил странную перемену в ее речи, и ему это не понравилось. - Салли, не говори так отстраненно. Ты сильно идеализируешь нас. - О, вовсе нет. Я чувствую. Чувствую эту энергию в тебе. До недавнего времени ты был единственным существом в Хэллоуине, ее излучавшим… Но недавно появился кое-кто еще. Знаешь, в чем принципиальное различие между мной и тобой? Я стою сейчас в лучах солнца, но оно не видит меня. Не смотрит на меня. Не замечает. Тебя же оно увидит даже тогда, когда ты будешь стоять в тени, как сейчас. Потому что оно никогда не сводит своего взора с тебя. Потому что ты иной. Нечто куда большее, чем ты можешь себе представить. - О чем ты говоришь? - Джек, не смотри на меня, как на умалишенную. Я всегда умела чувствовать людей. Я вижу посредственность, ровно как и способна различать уникальность и величие. Тебе никогда не казалось, что все в твоей жизни тебе дается сравнительно легко? Ты влюбил в себя стольких женщин – начиная с Эйн и заканчивая мной, хотя никогда целенаправленно не стремился к этому. Ты завоевал почет и уважение среди всех граждан, не прилагая никаких усилий. Просто будучи тем, кто ты есть. Искусство ужасов как будто бы у тебя в кости. Те немногие, кто питают к тебе ненависть или неприязнь, испытывают это лишь по причине зависти или банального страха, ощущая твое превосходство. Конечно, это не значит, что ты всегда принимаешь правильные решения или поступаешь исключительно мудро, но ты заведомо уникален, и это дает тебе право на ошибки. - Опять же, ты сильно идеализируешь меня, - Джек подошел к Салли со спины и опустил ладони на ее плечи. – Просто объясни мне, зачем ты все это говоришь? - Зачем говорю? Хм-м… - Салли на секунду опустила взгляд, прежде чем возвести глаза к залитому золотом вечернему небу. – Наверное потому, что я волей-неволей завидую Эйн, которая так на тебя похожа. Хотелось бы мне стать хотя бы на десятую долю столь близкой к тебе духовно. Я… Возможно, я нахожусь не на своем месте. Возможно, что я даже занимаю место другой. - Салли! - …Ты никогда не сможешь отрицать, что я тебе не ровня. Знаешь, по всем законам мирового канона после счастливого возвращения твоей возлюбленной все должно было вернуться на круги своя, и королевская корона наконец возлегла бы на чело своей законной обладательницы. Я не говорю, что отрицаю твои чувства и ставлю под сомнение твою любовь. Но долго ли это сможет продолжаться, если со мной ты никогда не построишь желаемую утопию, и не обретешь в моем лице истинного друга? Знаешь, я чувствую себя лишней соринкой в этом безупречном и великом плане. Убери ее – и все пойдет так, как положено судьбой. Ты не знаешь, каково это – быть лишним. Ох, как бы я хотела быть чем-то… Чем-то прекрасным. Хоть туманом над черным озером, хоть белым мотыльком, поднимающимся в воздух, когда луна зажигает свой фонарь. Но только бы на своем месте. Коротко вздохнув и опустив руку на кукольную талию, Джек чуть склонился к Салли и, заведя длинную рыжую прядь ей за ухо, шепнул: - Ну а теперь прекрати. Хочешь верь, хочешь нет, но ты целиком неправа. Может ты и разбираешься в окружающих людях, но ты на удивление слепа в отношении к самой себе. Не знаю, кто или что сформировало у тебя такое мнение о собственной личности, но тебе стоит обо всем этом забыть раз и навсегда. Иной раз я бы рассердился за то, что ты так себя принижаешь, но это никак не поможет тебе, поэтому я постараюсь просто… объяснить. Начнем с того, что наша с Эйн утопия изначально была бы обречена на провал. А знаешь почему? Да, может быть, возвышенные цели и способны вызвать восхищение. Но если смотреть только вверх, ты забываешь смотреть под ноги и теряешь опору… Проще говоря, долго бы такое королевство не просуществовало и рухнуло бы. Это сложно объяснить, но ни я, ни Эйн не в состоянии были бы подготовить базу всему… То, на чем город и будет держаться. И потому наш план был просто неосуществим. Мы хотели слишком многого. Поэтому наша похожесть делает нас скорее братом и сестрой, нежели королем и королевой. И знаешь, кого я вижу сейчас перед собой? – Джек ласково улыбнулся. – Я вижу в тебе все то, чего не хватает во мне. Без тебя в моей жизни нет и не было никакого баланса. Потому мне не хватало тебя. Я стал частью тебя, а ты – частью меня, и процесс это необратимый. Я хочу лишь одного, чтобы ты поверила в то, насколько ты на самом деле ценна и значительна. Может ты и не стремишься ввысь, как мы с Эйн, но в тебе при этом не менее величия… Просто тебе требуется возможность проявить себя. Просто тебе нужно перестать бояться. Ты не рвешься ввысь, но ты твердо держишься на земле. Это твое величайшее преимущество, потому что я знаю: ты способна была бы вынести тяжесть всего мира на своих плечах, если бы на тебя было возложено такое бремя. Ты намного сильнее, чем думаешь. Аккуратным движением Скеллингтон развернул приумолкнувшую подругу к пыльному ростовому зеркалу с помутневшей золотой оправой, стоявшему у стены. - Взгляни на себя, наконец, по-настоящему и пойми, насколько ты цельное и прекрасное создание. Не мне тебе это объяснять – тебе стоит самой дойти до этого и принять себя. Ты – лучшее, что случалось со мной за всю мою жизнь, а она была долгой, поверь. Узри, наконец, гармонию внутри себя и пойми, что ты достойна большего. Я бы подарил тебе целый мир, но ограничен лишь этим королевством. Что ж, я думаю, и это можно посчитать достойным подарком для тебя. Салли не сразу осознала, что происходит, когда ее рука оказалась мягко сжата в костяной ладони, в то время как костяные пальцы другой его руки распрямили ее бледные пальчики и надели на безымянный тонкое золотое колечко. Девушка чуть затаила дыхание и недоверчиво глянула на скелета. - Ты… Ты что же?.. - Да, да, - Повелитель Тыкв улыбнулся, развеселенный реакцией своей подруги. – Если ты этого еще не поняла, то да. Я хочу, чтобы ты стала моей королевой. Я ведь потому и искал тебя, найдя в итоге здесь. Но подумал, что тебе многое стоит объяснить, раз уж у тебя были вопросы. Иначе если бы я рвался с предложением с самого порога, это бы выглядело несколько странно… Не успел он толком договорить, как тут же оказался стиснут в крепких объятиях. Приглушенно рассмеявшись, он обнял куклу в ответ и зарылся лицом в ее волосы. - Признаю, мне стоило бы сделать это намного раньше… Еще даже до того, как ты покинула Хэллоуин. Но каюсь, я все не решался. Боялся чего-то. Но сейчас больше всего я боюсь тебя потерять, и никакой другой страх его уже не затмит. Ты ведь согласна стать моей женой? - Конечно, - Салли подняла на него взгляд. – Разве это не очевидно? - Ну мало ли. Может, ты на самом деле полезла меня душить. - Захотела бы – давно бы уже это сделала. - Тоже верно. Но спросить стоило, а то неправильно как-то ставить перед фактом. - Да все правильно, - хихикнула девушка, вновь обняв его. – Я так счастлива. - Само собой, что я тоже, - Джек погладил ее по спине и довольно прикрыл глаза. – И я не хочу, чтобы ты думала, что я мучаюсь выбором между тобой и Эйн. Свой выбор я сделал уже очень давно, и ничто в мире не способно его изменить. Ведь вопрос должен стоять не в том, достойна ли ты меня, а в том, достоин ли я тебя. Ты никогда не задумывалась об этом? По глазам вижу, что не задумывалась. И очень зря. - Помолчи уже, - рассмеялась Салли, стиснув его еще сильнее. Она сияла от счастья. Казалось даже, что на глазах ее вот-вот должны были выступить слезы. Она так ждала этого, так мечтала. И вот, наконец. Джек бережно приподнял ее лицо и мягко коснулся костяными губами ее щек и бледного лба. - Люблю тебя, - выдохнул он тихо. – Отныне и навек клянусь, что моя жизнь принадлежит лишь тебе. - Ты-то любишь меня, - вполголоса ответила кукла, опустив взгляд. – Но народ Хэллоуина… Примет ли он меня? - Если он не примет тебя, он отречется и от меня. Третьего не дано. Так что будь спокойна. Я более чем уверен, что пройдет не так уж много времени, прежде чем монстры полюбят тебя всей душой. Вот увидишь. - Спасибо, что веришь в меня. Только я не хочу, чтобы кого-то заставляли меня любить. Пусть лучше я сама как-то попытаюсь завоевать их преданность, - Салли слабо улыбнулась и спрятала лицо у него на груди. - Да будет так, - приглушенно рассмеялся Джек, покрепче прижав ее к себе. В тот момент он чувствовал себя не менее счастливым. - К слову… У нас разве есть ювелиры в городе? - Ювелиров нет, зато есть я. - Неужели ты?.. - Ну а то. А иначе куда, думаешь, я время от времени исчезал. - Какая великолепная работа вышла в итоге. - Рад, что тебе нравится. Так пара простояла еще некоторое время, не в силах оторваться друг от друга. Держа Салли в своих объятиях, Джек окинул погруженную в сумеречные полутени галерею отвлеченным взглядом. И в какой-то момент в душе его поднялась необъяснимая тревога. Миг спустя в черепе всплыла догадка, что в окружении отсутствовала некая очень важная и значительная деталь. Оставалось лишь вспомнить, какая, ведь в галерею эту он уже очень давно не захаживал. - Карнифекс… - наконец произнес он вслух, самим того не заметив. - Что? – девушка подняла на него взгляд. - Его доспех… Он пропал?.. – Джек отпустил куклу и направился куда-то в угол комнаты. Все еще ничего не понимающая Салли последовала за ним. Скелет, казалось бы, перестал замечать что-либо вокруг. Пройдя еще несколько шагов, он остановился перед пустым постаментом, находящимся в самом темном углу. - Их… Их нет! Но они были тут, сколько я себя помню! Куда они делись? - Да о чем ты говоришь, в конце-то концов? – Девушка дернула его за рукав. Что пропало? Что такое карнифекс? - Не что, а кто… Крайне зловещая личность, чье пребывание тут покрыто мраком множества тайн и табу. Он появился в Хэллоуине еще давно, даже до того, как я родился, будучи человеком. Потому лично я его никогда не видел. Но о нем ходят очень мрачные легенды. Я знаю лишь то, что на эти земли он принес немало бед и зла. Однако его черный доспех все же хранился тут, в память о тех страшных временах. Он всегда стоял здесь, никем не тронутый. Да и кому нужен старый громоздкий доспех? Я не понимаю… - Ну, может, кто-то решил, что его можно неплохо продать. - Едва ли. Да и тут есть вещи куда более ценные с точки зрения стоимости, и при этом куда более портативные и удобные для похищения. - Кому тогда это могло понадобиться? - Вот это мне и хотелось бы узнать… Не успел Джек толком договорить, как дверь галереи с шумом распахнулась, и на пороге объявились Деонт с Виолой, вернувшиеся с разведки. Оба были измученные и запыхавшиеся. - Наконец-то мы тебя нашли, Джек! – на одном дыхании выпалил колдун, приблизившись к Повелителю Тыкв. – У нас крайне нехорошие новости… - Я слушаю, - Скеллингтон нахмурился, предчувствуя недоброе. - Лагерь ковена, куда ты нас послал, разрушен и разграблен. Выживших мы не нашли… - …Кроме одной ведьмы, которую мы обнаружили совершенно случайно, - подхватила Виола, пытаясь отдышаться в паузах между речью. – Раненая, она смогла спрятаться от налетчиков там, где ее не сумели найти. Но она серьезно ранена, если мы не окажем ей помощь, долго она не протянет. - Проклятье! – выругался Джек в слух. – Ситуация куда хуже, чем я мог предположить. Главное, что с вами самими ничего не случилось. Где находится та ведьма? - Мы отнесли ее жрице, та уже пытается ей помочь. - Эта ведьма ничего не сказала? - Она пока все еще без сознания. - Надо выдвигаться на тот лагерь и лишний раз его осмотреть, - чуть пораздумав, произнес Джек. – Спасибо вам за службу. Напоследок попрошу вас, найдите Эйн и скажите, что мне требуется ее помощь. Я буду ждать ее в конюшнях. Поклонившись, Виола и Деонт удалились. Скеллингтон повернулся к невесте. - Салли, мне и твоя помощь будет нужна. Неплохо бы, чтобы, как только раненая ведьма придет в сознание, кто-то опросил ее о случившемся в лагере. Это я и поручу тебе. К тому же, ты поможешь нашей жрице исцелить ее. - Но я совершенно ничего не понимаю в целительстве. - Тебя всему научат, если понадобится. Я более чем уверен, что задатки у тебя есть. - Но почему я не могу отправиться с тобой? - Потому что это слишком опасно, я не хочу подвергать тебя такому риску. Кроме того, неплохо бы, чтобы в городе оставался свой человек. Раз уж ты будущая королева, ты можешь считаться полноправной правительницей этого города, и теперь от тебя многое зависит. Так что не подведи. - Ладно, - чуть расстроенно протянула Салли. Джек видел оттенок обиды в глазах девушки, но он был готов и на это, лишь бы не дать ей выбраться за пределы города. В окрестностях стало куда опаснее, чем она могла себе подумать. Ему не хотелось пугать ее раньше времени, поэтому скелет решил, что этих объяснений будет достаточно. - Я в тебя верю, - твердо сказал Повелитель Тыкв, положив руки на ее плечи. – Не стоит недооценивать твою помощь мне в этом деле. Ведь может статься, что от нее будет куда больше проку, чем от нашего с Эйн осмотра лагеря. И не обижайся, что я беру ее с собой. Ее убить непросто, а вот за тебя мне бесконечно боязно. - Ладно, иди уже. Ну а я отправляюсь в пандемониум, раз ты поручил это мне. - Вот и умница, - Джек мягко поцеловал ее в лоб и, развернувшись, покинул галарею. Салли некоторое время смотрела ему вслед, прежде чем с тяжелым вздохом отправиться следом.