Hold on

- Пап? - Ммм? Мы стоим в одной из ежегодных предрождественских дорожных пробок, когда все вдруг внезапно опомнились и принялись опустошать торговые центры, и все дороги враз застопорились из-за обилия машин. Обычно папа, он терпеть не может толкучку, все старается сделать заранее, но не в этот раз. Подготовка к празднованию Рождества и Нового Года, а еще официальная брачная церемония, праздничный банкет – ужин по случаю слияния двух компаний, куда приглашена куча гостей, совершенно изломали тщательный график в его ежедневнике. Мы поехали купить подарки прислуге и вот... застряли. Хорошо хоть елку уже, поставили в гостиной. - Том и Джойс стали официальной парой. - Ммм? Серьезно? Никогда бы не подумал... - Пап... а что, если я... Что если я так и не смогу быть полноценным омегой? - Эта тема меня дергает последние две недели, заставляя мучиться в вопросах, на которые никто не может дать ни одного ответа, ни вразумительного, ни хотя бы обтекаемого. Я устал уже, честно говоря... - Не пори чушь, с тобой все в порядке, ты просто немного запаздываешь. – Папа улыбается, только его пальцы добела стискивают ручку коробки передач. Он в этом отношении ретроград, принципиально не признает машин на автомате. Хочу управлять машиной, а не она должна решать за меня, так это звучало как–то в одном из их споров с отцом по поводу приобретения нового автомобиля. – Я тоже поздно сформировался, однако это не помешало мне встретить твоего отца. Вообще, история знакомства и романа моих родителей – это отдельная легенда в семье. Всей правды я до сих пор не знаю, у каждого, и у родителей, и у деда есть своя версия событий, доподлинно известно лишь одно - отец просто выкрал папу, а вот дальше показания расходились. Иногда, когда папа сильно злился на отца, то в пылу ссоры мог сказануть наподобие «Альфа безродный!!!», на что отец никогда не обижался, а только насмешливо хмыкал себе под нос одно и то же «..а зато мой омега на мне завязан», и вот эти их перепалки не звучали обидными. Когда родители думали, что я не замечаю, то отец что–то шептал папе на ухо, прикусывая мочку, ффууу... Папа вырывался, но улыбался, до смешного смущенно и довольно. Вот это меня сейчас настораживало больше всего, я не особо задумывался над подобным, предполагая, что в будущем у меня тоже будет кто-то, кто будет любить меня и кого буду любить я. В перспективе непонятно какого брака (а внутренний голос язвенно напевал «понятно-понятно»), отношения между моими родителями казались идеалом, который для меня теперь недостижим, и не иметь надежды на то, что кто-то будет так же шептать в ухо... Теперь их игры на двоих уже не кажутся отвратительными, скорее очень интимными. ...О чем я только думаю? Документы были подписаны на днях, отец подтвердил, что пункт и о моем решении продолжить или прервать действие контракта тоже был включен, лишь заметив, что «конечно, выучил на свою голову, но ты все равно молодец». Бракосочетание планировалось на следующий день после банкета по случаю слияния, и вот тут началось самое дебильное – хлопоты по организации этой церемонии. Родители на полном серьезе собирались заказать мне белый фрак. С огромным трудом удалось их убедить, что я могу в таком случае нацепить костюм кузена, все равно церемония будет фарсом. Сошлись на простом костюме, без идиотских отстрочек и блестящих пуговиц. Еще я просил провести ритуал без особой помпезности и пафоса. Папа обозлился и начал выговаривать, что это я ничего не понимаю, и раз по церемонии полагается ведущий, живая музыка и живые же цветы, то значит так тому и быть. Мне уже не хотелось, чтобы мои друзья присутствовали и видели всю лживость момента. На фоне простого тягучего счастья Тома и Джойса я выглядел жалким комедиантом. Кольцо я выбирал у ювелира Уиллсонов, так же не особо заморачиваясь, тонкий ободок белого золота, с алмазным осколком, сойдет за обычное дизайнерское. Отец на это хмыкнул «губа, сын, не дура, скромненько, но недешево». Я равнодушно пожал плечами, просили выбрать, я выбрал, ценников на кольцах не было. Вообще, все это смахивало на сборы меня в спортивный летний лагерь. Правда со сроком не три недели, а подольше, и без права поменять соседа по комнате. С Эриком мы до сих пор не встретились. Ни разу. Меня это устраивало, его, похоже, тоже. Я, правда, погуглил его имя в поисках какой–нибудь полезной информации. Вылезло много ссылок по его бизнесу. Забавно, его подразделение занималось разработкой компьютерных игр, я даже посмеялся, теперь проблем с новинками не будет, надо Джиму сообщить. Мало же было по тому аспекту, что меня интересовал. Все так, как и описывал Уиллсон-старший – целеустремленный, сильный, удачливый управленец, судя по паре интервью, если, конечно, это не редакционная правка, то вполне складно излагающий свои мысли. О личной жизни не было ничего, но картина в общем и целом понятна – альфа, мечта всех незамужних омег и бет. Я постоянно прокручивал в голове сказанное Мэтью, и про фирму, и об отношениях Эрика, и чувствовал, что правда опять где-то посредине, искусно приукрашенная словами, вроде бы правда, но... двоякая. Но последний пункт, добивший меня, был вопрос отца, где бы я хотел провести медовый месяц. Я впал в тихую прострацию. Как? Ну как донести до, казалось бы до сих пор адекватно думающих и вменяемых родителей мысль, что изначально брак этот по расчету, и им это прекрасно известно, и, значит, медовый месяц, если он и будет, скорее всего уместнее провести по отдельности и на разных континентах? - Не дури, - озвучил взгляд отца папа. – Вам надо как-то будет начать общаться друг с другом, познакомиться, узнать друг друга, и наедине это будет сделать проще, нежели в окружении толпы народа. Какое-то рациональное зерно в этом может и было... Но в общем и целом это был пиздец, и больше мне нечего сказать. А уж чья была идея – папы или Джона (это папа Эрика) я не знаю, но они договорились, что почти что семейный рождественский ужин пройдет в поместье Уиллсонов. - И без идиотских шуточек на этот раз. - Взгляды моих родителей иногда весят по нескольку тонн. Подъехав к дому, мы с папой оба удивились – подъездную дорожку блокировал автоперевозчик, сгружающий новенький блестящий джип «VOLVO» перед самым входом в дом. Отец решил сделать папе сюрприз на Новый год? Но, во-первых, папину машину не так давно меняли, а потом, обычно они вместе занимались выбором и тестированием понравившихся моделей. -Не смотри на меня, - отрицательно покачал головой папа, - я ни при чем, и я не в курсе. Это точно не отец! Все оказалось куда прозаичнее, когда водитель–бета, не скрывая любопытства, спросил кто из нас Данниэль Д.Д. Филипс и протянул мне толстый конверт и бумаги на подпись... - Мистер Уиллсон? – каких мне стоило сил не начать хамить с первого же слова? Не знаю. Видимо, чувство самосохранения, все–таки у нас разные весовые категории, и в буквальном, и в переносном смысле. - О, Данни? Уже получил? Признаться, я ждал твой звонок. – А вот он, судя по голосу, весьма доволен. Ждет благодарностей? - Да, получил, но я не уверен, что я могу принять подобный подарок. А водитель отказывается забирать машину и уехать. Прошу вас отдайте распоряжение... – иначе... Устрою истерику. У меня есть голос, и я умею визжать. Этого Уиллсоны еще не слышали. - Данни, подожди, послушай, пожалуйста. Я обговорил вопрос покупки машины с твоим отцом, он поддержал мою идею. – Голос в трубке зазвучал устало и виновато. – Ты скоро будешь жить в «Панорама Плаза», а это совсем не по дороге к твоему университету. Считай это компенсацией за возникающие неудобства. Я почувствовал себя полнейшей неблагодарной свиньей... - Но такая большая машина? - А это уже каюсь, на моей совести, но, знаешь... ты практически уже член моей семьи, и я крайне заинтересован в твоей безопасности. – Мэтью замолчал, давая мне время осмыслить сказанное. – Навряд ли ты бы согласился на водителя или охрану, поэтому я пытаюсь хоть таким образом немного подстраховать тебя. - Надеюсь, вы же не рассматриваете это как плату за мое молчание? - Тишина на том конце заставила меня подумать о том, что только что я ляпнул. И я попытался исправить только что допущенную глупость. – Потом вы поймете, что переплатили, а мне уже не захочется высаживаться из этой машины... Я попытался все свести к шутке, может быть пусть неудачной, но не слишком злобной. Тихо рассмеявшись, Уиллсон ответил негромко: - Боюсь, это ты скоро поймешь, что, возможно, продешевил...