Пациент 203

— Твоя работа мне с каждым днем кажется всё страннее и страннее, серьёзно. — бурчала Джиён, идя рядом с подругой, чей взгляд и вовсе был потупившимся. — Йа, не молчи, — слабо надула губы она, — всё хорошо? — Да, — словно выйдя из транса, ответила Сюзи. — У мамы завтра завал на работе, и мне придется выйти и помочь ей, так что я освобожусь ближе к вечеру и сразу тебя наберу (!). — Не торопись, главное помоги маме, ведь я знаю, что она в последнее время много болеет. — Хорошо, — кивнув, брюнетка посильнее обняла Бэ, а после поспешила на остановку ждать своего автобуса. Обычный город превращается в сказочный, ведь фонари ярко освещают улочки и парк, снег витает в небе, кружась и создавая узоры. Ближе к ночи горожане не все выходят, но многие предпочитают прогуляться вечером по городу. Осень скоро кончится, а после и зима, праздники. Только вот не для всех эти праздники таковыми и являются… «Наши встречи будили тоску о чем-то неведомом, потрясали и порой делали меня, то счастливым, то несчастным без всякого смысла и причины.» Упираясь о серые стены затылком, блондин сидел на полу, пока кончики пальцев выводили узоры на ковре. Недавно приходила медсестра, провоняла всю палату дешевыми духами, оставила какую-то коробку на столе, а после поспешила убежать, испугано смотря в темные глаза двести третьего. Джонхан может лишь сидеть и размышлять в тишине, сам с собой и своими мыслями, и вряд ли кто-то в ближайшее время его потревожит. Она придет? Он не знает. Сможет посмотреть снова в глаза парня с таким же волнением? Снова же: он не знает. Как можно думать о ней тогда, когда сам на грани? На грани вымирания физически, ведь морально он уже погиб. Железная дверь с грохотом отъезжает в сторону, открывая вид на высокого мужчину, чей черный пиджак слабо покрылся пылью. Мрак в палате больного — обычное дело. Исцарапанных стен директор не наблюдает, что слегка забавляет его. — Значит, я был прав насчет тебя. — усмехается старший, делая глухой шаг внутрь, пряча руки за спиной. — Ну как? — игриво спрашивает Юн. — Всё ещё стараетесь исправить этот мир? — Я наблюдаю его. — Ага! Видно, что философ! И что же Вы находите? — Нахожу, что за две тысячи лет христианство очень мало продвинуло человечество вперед, — спокойно отвечает Чхвэ, а после лишь приподнимает руку, подзывая кого-то сзади. Следом заходит санитар, которого прежде Джонхан уже видел. Видел в тот день, когда безжалостно убил его брата. Хун кивает старшему, а после подходит к пациенту, пытаясь того поднять. Блондин начал славиться тем, что не брыкается во время самого сложно процесса, как казалось раньше. Смирительная рубашка. Для каждого пациента — это что-то слишком страшное и мучительное. Но и в то же время благодать. Джонхан не пытается вырваться, а смирительно, как и полагается, поддается, пока его одевают. Где Вы ещё такое увидите? Чтобы пациент, и так послушно. Но вот не все ещё запомнили о козырях в рукавах или же, в случае блондина, во рту. В квартире тихо, нет того привычного отзвука телевизора, который смотрит Тао, пытаясь доделать проект к завтрашнему дню. Нет того запаха кофе, которое парень подносит уставшей Сюзи. Что-то внутри бушует, а глаза сами покрываются прозрачной пеленой. — Нет, я же не буду плакать, — запрокинув голову, быстро моргала Сюзи, махая рукой, дабы слезы так и не полились из глаз, — мне нужно просто с тобой поговорить… — шепчет она, после разуваясь и освобождаясь от пальто, повесив его на вешалку в шкафу. Удобней усевшись на диване, она поджала колени, держа в руках смартфон и слабо покусывая губу. Стоит ли звонить? Нужно ли ему это сейчас? А вдруг помешает? Послышались первые гудки — такие длинные и мучительные, раздражающие и заставляющие ждать. — Ало? — Тао, ало, привет, как ты? — взволнованно и быстро говорила шатенка, вызвав легкий смешок у парня. — Привет, я отлично, мы устроились в отеле… Сейчас работаем. — Понятно, — кивала сама себе она, а после, сглотнув, продолжила: — вы с Сохён же в разных номерах? — Конечно, — пропустил смешок шатен, а после ненадолго затих, — не волнуйся и на работе не задерживайся, я постараюсь поскорее вернуться. — Я скучаю, — прошептала девушка, прижимая ладошку ко рту, а после прикрывая глаза. — Я тоже, — выдохнув, парень продолжил, — у тебя ведь всё хорошо? — Да, но, — делает паузу она, задумавшись, а после выдохнув, — постарайся не задерживаться. — Хорошо, прости, мне пора, ещё созвонимся. Люблю тебя. — Сюзи слабо приоткрыла рот ответить, но что-то явно её останавливало. До тех пор, пока парень просто не отключился. За окном ветер сильнее подул, да так, что некоторые деревья, находящиеся ближе к окну, смогли ударить ветками по стеклу.

×Bones — Tempo×

«Я обещала себе, что не вернусь к этому» — проносится в голове у девушки, когда та поднимается с дивана и уверенным шагом идет в сторону коридора. Открыв шкаф, который находился в стене, вид открывается на верхнюю одежду, которую та сразу разводит руками. Опускаясь ниже, она поднимает большую черную коробку, выдыхая и унося за собой… — Ла, ла, ла, ла, ла, — твердо выговорил последний слог блондин, медленно ходя по комнате. — Я убью тебя. — яркая улыбка расползалась по лицу парня, когда тот услышал позади себя открывающуюйся дверь. Джонхана вернули в палату буквально пару часов назад, ведь посчитали это нужным. — Сегодня ты будешь говорить со мной, — коротко и ясно проговаривает парень позади. — Пришел повидаться с братиком? — слабо поворачивает голову Юн, открывая вид Хуну на свой профиль. — Или же поплакать? А, может, ты и вовсе к нему хочешь? — неожиданный поворот, а после тот прогибается в спине, громко и назойливо смеясь. Интерн сжимает кулаки, а после выдыхает, боясь оступиться, как сделал его брат. — З-зачем? Зачем ты убил его? — директор позволил парню поговорить с пациентом один на один, пока Сюзи на «отдыхе». Джонхан замер, держа в воздухе приподнятую руку, а после лишь дернулся, приподнимая один уголок губ. — Знаешь, — пауза, а больной уверенно, и словно подкрадываясь, наступает ближе, — мы то и дело забываем, что живем на этой планете лишь недолгий срок. И потому страдаем совершенно ложным комплексом мировой скорби. Словно нам предстоит жить вечно. Так и в случае с твоим братом, малыш, — хмыкает блондин, — рано или поздно его бы прикончил кто-то другой за слишком резкие слова… — Ты так думаешь? А не боишься сам когда-то умереть? — Я? — Юн тычет себе в грудь пальцем, а после поднимает задумчивый взгляд чуть выше парня, слегка надувая губы. — Нет. — спокойно, не колеблясь, отвечает, а после остро глядит на Хуна, который, казалось, уже не такой смелый, каким был буквально пару минут назад. — А если бы тебя здесь в больнице захотели убить? — А я бы убил их раньше, — ухмыляется блондин. Резко застегивая кожаную куртку, руки тянутся к байкерским перчаткам, а после Сюзи на момент сжимает кулаки, смотря на те самые перчатки. На улице снова мрак, зато она знает, где сейчас людно и настолько громко, что даже шумный ветер — не помеха. — …Трудность в том, что я никак не могу получить и то и другое, — мрачно заявляет Джонхан. — Любовь небесную и любовь земную. Любовь сейчас же становится мягкой, преданной, полной жертвенности и доброты. А при этом и половое влечение становится мягким, домашним. По субботам, понимаешь ли, чтобы можно было в воскресенье выспаться. Но мне нужно такое чувство, которое было бы только влечением пола, без всего прочего, чтобы в него вцепиться зубами. — Думаешь, если будешь таким, найдешь любовь? — А кто сказал, что я настоящий не смогу это сделать? — игриво перекинув ногу на ногу, сидя на краю стола, склонился чуть вперед Юн. — Может, я уже нашел то, за что мне хочется вцепиться. Хун на секунду замер, обдумывая сказанное пациентом, а после лишь кивнул. Молча поднимаясь из-за стола, парень начал уходить, пока блондин провожал того взглядом. Рука работника замерла у двери, а после он слабо повернул голову. — Где она? — сквозь зубы процедил Джонхан, на что тот лишь ухмыльнулся, покидая палату. Со всех сторон слышны крики, хлопки, взрывы, скрип колес и громкая музыка. Огромная территория уже давно, так сказать, забронирована местными байкерами. Дым из-под шин мотоцикла, на одном колесе которого крутится парень под громкие аплодисменты. Темно-синий байк неожиданно подъезжает к группке ребят, из-за чего те на момент застыли, желая увидеть «смельчака», который осмелился приехать к особенной группе. Самый высокий парень, держа в руках стакан с красной жидкостью слабо изгибает бровь, а уголки губ приподнимаются. Он догадался кто это, ведь хватило взглянуть на весящую бабочку на руле: маленькую и серо-черного цвета. — Сегодня будет весело, не так ли? — хмыкнул брюнет, а приезжий снимает шлем. Длинные волосы распались из-под шлема, падая на плечи и свисая ниже. Бурные овации со всех сторон, а всё потому, что Сюзи здесь знали. У каждого есть своё «темное прошлое» или же свой скелет в шкафу. А вот и её секреты. Тао не знал. Не знал, чем его девушка ещё долго до их отношений занималась. Как проводила свои дни, как прятала сигареты от мамы, но сама не курила — помогала друзьям. Как была одной из участниц команды "известных байкеров" Сеула. Влияние отца, воспитание, обучение в школе, университете, после подработка в клинике изменили Бэ так, что она даже оставила всех друзей, решая начать жизнь с чистого листа. Верный железный конь всегда был в целости и сохранности, скрыт в старом гараже у старого дома семьи Бэ. Она знала, что запускать мотоцикл нельзя, из-за чего позволяла себе тайком приходить и приводить его в чувство. — Что стало причиной твоего приезда? — скрестив руки на груди, шел возле девушки парень. Пара проходила вдоль реки, по каменной части, а находились чуть ниже основной байкерской территории. — Крис, помнишь, как встречался с ДжиУ? — Ну? — поджав губы, он перевел взгляд на воду, в которой переливался лунный свет. — Ты помнишь причину вашего расставания, верно? — Неужели? — слабо приподнял уголки губ брюнет, а после лишь грустно взглянул на небо. — Ага, — кивнула Сюзи. — Это вышло не по моей воле, но я почему-то не могу сказать, что я сейчас сильно страдаю. Знаешь, — делает паузу она, — кажется, что я провинилась, оставила рану на наших с ним отношениях, но у меня также есть ощущение, что эта рана и так была, до моего вмешательства. — Тао улетел? — Вы с ним общались? — мельком взглянула на собеседника шатенка. — Да, — слабо надул губы Крис, — он изменился, как стал главным в своем отделе. — В плане? — Он не рассказывал? Полететь с Сохён в Китай была его инициатива — никак не директора. Прежде чем винить себя, узнай: не виноват ли он. — Наши отношения давно приняли непонятный оборот, но виду ни я, ни он не подавали. — проводя кончиком носа ботинка по асфальту, пихая камешек, спокойно рассказывала девушка. Звёзды в небе, большая яркая луна, чей свет переливается в воде, пока с той играет ветер. Байкеры вокруг, а к паре быстро подбегает какой-то парень. — Хэй! Крис, Сюзи, — с улыбкой кричит он, стоя на склоне, — гонки начнутся через пару минут, пошли! Пара переглянулась, а брюнет сильнее заулыбался, смотря на ту привычную Сюзи, которую так давно не удавалось встретить. Они давно знакомы: вместе учились ездить, вместе убегали от полиции, именно его сигареты она прятала, а после отхватывала от мамы. Мысли в голове перемешались, создавая непроизвольный ураган из событий. Будь то что-то хорошее, оно станет мрачным, только вспомни о чем-то одном. Страшно ли ей? Да. Страшно ли ему? Никто не знает. Сюзи метится среди двух «источников». Огонь — Джонхан, вода — Тао. Казалось, если ты пойдешь к первому — потеряешь свой постоянный родник, и есть возможность обжечься или же вовсе сгореть дотла. — Знаешь, Хун, — сделав затяжку, стоял спиной к парню мужчина. — Все в больнице начали шептаться из-за резкого отдыха доктора Бэ и твоего резкого перевода после смерти брата. Нужно утрясти весь этот срач. — Директор, Вы не боитесь быть пойманным? — Ни капли, — хмыкает старший, выпуская новый клуб дыма, после смотря на то, как узоры растворяются. — Ты должен быть тверже и уверенней. Забудь, что такое сочувствие, совесть и доброта, понял? Двести третий не думал о сочувствии или о сожалении, когда убивал твоего брата, — словно ножом по больному, зная, как сейчас будет, продолжал Чхвэ, а после вальяжно обернулся на работника, холодным и черным взглядом заглядывая в глаза, — научись быть холоднокровным, дорогой мой. Серьёзный и твердый голос директора заставлял верить ему, что и наивно делал работник. Хун и представления не имел, что перед ним стоит монстр, который ничем не лучше того же самого Джонхана.

×Lorde — Everybody Wants To Rule The World [Original]×

— Сколько времени прошло? — Много, — коротко отрезала Сюзи, перекидывая ногу через байк и усаживаясь поудобней. — Но вряд ли я стала хуже ездить, — ухмыльнулась девушка, завязывая волосы в хвостик. Рык машин, на капотах которых уже сидят люди, готовясь смотреть на своего вида шоу. Все кричат, хлопают, прыгают. Взгляд водителей как никогда серьёзный, а мотоциклы тихо подъезжают к белой полосе, которая отмечает старт. Пальчики сжимают ручки, спина чуть согнута для удобства, взгляд направлен прямо, а шлем во время таких поездок байкеры и не думают надевать. К черту безопасность, ведь главное великолепное представление. — Не боишься? — слегка прикрикивает парень, ведь возгласы вокруг куда громче одного голоса. — Ничуть, — коротко отрезала шатенка, крепче сжимая руль, а после лишь похрустев шеей. — Знаешь, мне очень хочется уйти, но что-то заставляет меня остаться. Если человеку представляется случай помучить себя — он не так легко и откажется от этой возможности. Крис молча протягивает руку, на которую сперва странно покосилась Сюзи, но после лишь улыбнулась, протягивая свою ладонь и давая пять. Сколько заездов начинались с этого — прикосновения рук, которое, казалось, придавало уверенности. Перед водителями выходит девушка, держа в руках кусок красной ткани, который вот-вот подкинут в небо, оповещая о старте. — Готова? — Готова. Вдох, а после она на момент прикрывает глаза, задумываясь обо всем, что сейчас происходит; смешивает мысли с происходящим сейчас, а после поднимает острый взгляд. — Три! — в унисон кричат люди вокруг, а девушка уже поднимает руку, двумя пальчиками сжимая край ткани. — Два! — сердце пропускает удар, ведь главное — не потерпеть крушения, не потерять над собой контроль. Она хочет выпустить пар, таким образом успокоиться и обдумать всё, что так терзает её мысли. Он сейчас, наверное, снова сидит на кровати, думая о чем-то или же вовсе ни о чем. Снова выдох, ведь все беспрерывно что-то кричат, сдерживая ту самую интригу, к которой должны были все байкеры привыкнуть. — Один! Рывком несколько мотоциклов отъезжают от старта, из-за чего из-под колес появляется дым. Запах слегка горелой шины проникает в нос, но это сейчас не так важно, ведь сильный холодный ветер куда мощнее. Сейчас хвостик с силой отлетает назад, пока глаза слабо слезятся от сильнейшего ветра. Кончики пальцев чувствуют легкий мороз, а мотоцикл склоняется к земле всё ближе, когда приближается поворот. Крис набирает скорость, но вырывается вперед, ибо Сюзи начинает лидировать. — Пациент двести три, Ваша еда. — ставит перед парнем еду работница, после решаясь покинуть палату. Джонхан лишь поднимает взгляд, а глаза, казалось, сейчас слишком черные и безумные (?). Продолжай ехать. Продолжай от злости сжимать ручки руля, а после выдавливать как можно сильно скорость, из-за чего все лишь смотрят вслед вырвавшегося мотоцикла.

Стройная девушка аккуратно постукивает каблучками, идя по паркету, а после заходит в комнату, где на кресле уже умастился парень.

Ещё один резкий поворот, осталось совсем чуть-чуть и открывающий вечер заезд закончится победой Сюзи, которая и вовсе не ради этого приехала.

— Тао, — томно и слегка протягивая, проговаривает Сохён, присаживаясь тому на колени. — А ты снова на каблуках…

«Ты — мой повод быть лучше.» Удар, негромкий крик и улыбающийся директор, что смотрит на спину парня.

× × ×

— Знаешь, а ты и вправду не растеряла свои навыки, — ухмыльнулся парень, стоя у перил моста. — А ты думал, что я приехала позориться? — пропустила смешок Сюзи, упираясь ногами о нижнюю часть перил, пока руки крепко держатся о верхнюю, а сама девушка слабо откланивается назад, так по-детски. — Но мы оба с тобой знаем, что ты приехала ни ради гонок. Твоя проблема мне понятна, но ты не рассказываешь ключевые моменты, на которых и строится все проблема. Заставлять тебя рассказывать — я не буду, ведь понимаю, что личное. Скажу тебе лишь перестать всё время искать проблемы в себе. Сколько тебя помню, ты так делала, — пропустил смешок Крис, — смотри на всё с другой стороны и даже в идеальных, как думаешь ты, людях ищи подвохи. — Всё так, — делает паузу она, резко спрятав лицо, прислонившись к перилам. — Знаешь, когда кто-то исчезает из твоей жизни, и ты больше никогда его не увидишь, но ты хотел бы сказать ему то, что не успел, что-то очень важное… ты берешь бумагу и карандаш… И пишешь письмо. Оно может быть длинным, а может — в одно слово… Ты пишешь тому, кого уже нет… Но не отправляешь, а просто складываешь, подносишь к огню и сжигаешь… И ветер уносит пепел и ту боль, которая была внутри тебя… — До сих пор жалеешь? — А как ты думаешь? Крис поджал губы, поднимая взгляд к небу. Звезды ярко сияли, а туч не было. Ветер несильно подул, развевая волосы ребят, а после глаза начали блестеть. Воспоминания парню бьют по спине ножами, ведь он помнит, как провинился, изменив, но в итоге потерял свою «единственную», ведь в момент измены её сбивает машина насмерть. — Дорогая, — вдруг слышится за спиной сладкий голос парня, из-за чего руки сильнее сжали железные перила.

×Missio — Anthem For The Broken×

— Кто это? — оборачивает брюнет, хмуря брови. — Джонхан, — сглотнув, выдохнула Сюзи, не осмеливаясь обернуться на парня. — Ты оставила меня? — как-то грустно выдает блондин, слабо пошатнувшись. Волосы небрежно развиваются, пока некоторые пряди запутанно спадают на глаза. На щеке кровь, а на руке большой порез. — Это пациент из твоей клиники? Он болеет шизофренией? — настороженно спрашивает Крис, мельком взглянув на подругу. — Почему он называет шизофрению болезнью? — резко тычет в незнакомца Юн, сильнее пошатнувшись, а после похрустев шеей и решаясь медленно наступать. — Разве нельзя было бы с таким же успехом считать её особым видом душевного богатства? Разве в самом нормальном человеке не сидит с десяток личностей? И не в том ли разница только и состоит, что здоровый в себе их подавляет, а больной выпускает на свободу? И кого в данном случае считать больным? — Что он несет, Сюзи? — Смерть и гниль в этот мир, — вдруг смеется Джонхан, — а я хорош… — Сюзи, — серьёзнее произнес брюнет, уже собираясь схватить подругу за плечо, но в рукав резко влетает лезвие, застревая в кожаной куртке. — Ц-ц-ц-ц, — приподняв слегка кривой указательный палец, цокал тот, а после подмигнул, показывая язык. — Не трогай. — Крис, не нужно, — открыв глаза, оборачивается шатенка, поднимая спокойный взгляд на друга. После рука парня аккуратно достает лезвие, отбрасывая по ту сторону перил. Предмет глухо падает под воду, медленно спускаясь ко дну, пока кровь, которая была на нём до этого, медленно растворяется. — Что ты здесь делаешь, Джонхан? Как ты снова выбрался? — Я? — ехидничал блондин, после проводя пальчиками по волосам, словно задумываясь. — Я не выбирался, — уголки губ приподнялись, — меня выпустили.