Иллюзионистка

      – Маммо-о-он, – затянул Бельфегор почти ей в ухо, – маммо-о-он.       Вайпер шикнула и ускорила шаг, а Бел, продолжающий канючить об одном и том же с самого утра, хлопнул в ладоши и оказался еще ближе.       – Ну пойдем на свидание.       – Нахер иди, – буркнула Вайпер, в потом подумала и назвала сумму, сравнимую с годовым бюджетом среднего государства.       Миленькое платьице-пачка серебристого цвета, в которое ее нарядил Луссурия, колыхалось от каждого движения и было слишком коротким для того, чтобы зваться приличным. Впрочем, Вайпер давно перестала заботиться о собственном приличии.       Бел присвистнул, обогнал ее и пошел спиной вперед, склоняя голову набок и задумчиво прищуриваясь. Вайпер фыркнула и отмахнулась, заставляя его отъехать в сторону.       – Ты следуешь каким-то древним верованиям, – хмыкнул Бел, прижимая длинный тонкий палец к нижней губе, – согласно которым все скопленные при жизни ценности переносятся с тобой в загробный мир?       Вайпер хохотнула, мотнула головой и щелкнула пальцами, так что на Бельфегора прямо из воздуха посыпались золотые монеты. Бельфегор взвизгнул и расхохотался, оттягивая подол рубашки и набирая в него деньги.       Если бы загробный мир существовал, подумала Вайпер, она бы разрушила его собственными руками.       – Ну Маммон, – Бел качнулся с пятки на носок и высыпал испарившиеся в полете монеты на пол, – зачем тебе столько денег? Типа, богатым быть охрененно, но ты же в жизни столько не потратишь.       Вайпер качнула головой и завернула за угол. Штаб Варии был самым настоящим замком, и чтобы добраться от входа до собственной комнаты, ей нужно было пойти добрых полкилометра. Впрочем, не то чтобы ей не нравилось, и она не преувеличивала…       – Я коплю не чтобы тратить, а чтобы копить, – Вайпер коротко улыбнулась, поправила юбку, – я просто жадная.       Бельфегор, выждав с удивленным видом целое мгновение, фыркнул и расхохотался. Вайпер растянула губы в ухмылке и выбросила из головы те времена, когда пропитание приходилось добывать, копаясь в мусоре и выпрашивая подачки. Она освоила свои силы достаточно быстро, чтобы об этом забыть.       – Так какую дату назначим? – спросил Бел, показывая белоснежные острые зубы и пересчитывая ножи на манер банкнот. – Ах, наше первое свидание!       Один из ножей взлетел в воздух, крутанулся и врезался в дверь возле самого ее уха. Вайпер, коснувшаяся ручки кончиками пальцев, повернула голову и цокнула. Нож со скрипом вырвался из мягкого дерева и со звоном опустился запечатывающей крышкой поверх несметных богатств.       – Я свяжусь с тобой, когда время наступит, – бросила Вайпер, призраком исчезая в двери.