Копьем, искрами и страстью

Не столь далеко на северо-западе от Эстории лежит маленькая, но гордая страна, зажатая в горах между землями любителей пива и землями людей, которые любят пить пиво. Разумеется, в этой маленькой стране, зовущейся Брингольдией, очень развито искусство пивоварения, ведь еще с незапамятных времен люди с восточной и с западной стран, окружавших Брингольдию, два раза в год съезжались здесь, чтобы отметить еще один год без войны и выпить пива. Солод! Именно с него начинается весь этот долгий, но такой прекрасный путь. Вернее… что ж, вернемся еще на пару шагов назад. Мы видим фермера Круго. Он вместе со своей женой Тильдой живет в небольшой деревушке на границе с Брингольдией. Вся его семья, от мала до велика, хоть и вынуждена работать в полях, выращивая рожь, впрочем, никогда не голодает. Раз в год феодал, владеющий землей, издает указ — рожь продать в Брингольдию, с вырученных денег отдать две трети за землю и пятую часть в пользу короне. И вот, после долгого и жаркого лета Круго, Тильда и шестеро детей убирают обширные поля, засеянные яровой рожью. Нужно поспешить — у них на это есть лишь около десяти дней после созревания. Далее Круго везет рожь на мельницу, стоящую на холме неподалеку от деревни. Старый мельник рад гостю и наливает ему чашечку чая, пока специальные жернова для солода перемалывают убранную рожь. Это довольно долгий процесс, и после него, когда солод будет готов, Круго, как самый грамотный человек деревни, будет снаряжен, посажен в телегу и отправлен прямиком в Брингольдию. Местные мастера — в основном это усатые, толстые мужчины на грани между зрелостью и старостью — внимательно осматривают солод. Разумеется, с ним все в порядке, и поэтому на этом работа Круго закончена, и он, получив деньги, спокойно едет домой. Дальше дело за мастерами пивоварения. Солод вываривается в больших медных бочках, а затем долго настаивается в бочках деревянных, пока мастера по старинной технике медленно заставляют эту жижу бродить. Дальше лучше — варка самого пива. Здесь важны даже дрова — от них напрямую зависит качество выварки, как и от качества хмеля, который добавляют на этом этапе. Последний штрих: крыжовник. В этих краях любят хорошее, вкусное пиво, и мастер знает об этом все. Все, бочки наполнены, закупорены и далее хранятся в холодном подвале до октября и июня, когда проводятся знаменитые праздники. Вернее, не так, в октябре все просто по старой традиции беспричинно напиваются, а вот в июне принято отмечать тот самый день перемирия, заключенный более ста пятидесяти лет назад. — Вот поэтому так важно сейчас выпить хор-р-рошего пива! Prost! — Марк, закончив свой оживленный рассказ, поднял деревянную кружку, и незнакомые ему люди, с которыми он пил, выкрикнув “Prost!”, радостно чокнулись. — Я только вот чего не понимаю, Эсториец. — Один из них, лысый и бородатый мужчина без одного глаза, обратился к ведьмаку. — На кой черт ты нам это рассказывал? И вообще, ты кто такой взялся тут, хм? — Хм… — Марк призадумался, поставив кружку на стол и скрестив руки на груди. Он пристально смотрел в лицо мужчине, которое казалось ему подозрительно знакомым. — А правда… кто я? Последние слова ведьмак произнес уже в пустоту темной комнаты в здании Аргифской Канцелярии, в которой он проснулся. За окном было раннее утро, настолько раннее, что даже самый, не побоюсь каламбура, отпетый петух сейчас постеснялся бы драть горло. Чего уж говорить о солнце, признаки которого лишь начинали виднеться где-то на горизонте в виде светлой зеленоватой полосы. — Мда… — тихо вздохнул Марк, оглядывая комнату. Очередной комплект одежды был аккуратно сложен стопочкой на тумбочке, но галстук валялся посреди комнаты. Рядом с ним валялись пара темных стеклянных бутылок и разбитая деревянная кружка. По всему полу были разбросаны какие-то непонятные бумаги, уличные плакаты и афиши. — Так… — снова вздохнул Марк, поднимаясь с кровати. Все мышцы в теле ныли после веселого выходного, и ведьмак с удовольствием потянулся, громко зевнув. — Так о чем это я? Аекиль, ты где? — В пизде, Марк! — раздался голос, приглушенный чем-то странным. Марк щелкнул пальцами, и в комнате загорелась масляная лампа. В полутьме ведьмак увидел, что его очки-компаньон каким-то образом оказались в стеклянной бутылке с узким горлышком. — У меня получилась точная телепортация? — Марк удивленно вскинул бровь. — Пошел к черту. — Но получилась ведь? — Пошел, сука, к черту. — Да ладно, ладно, не сердись, сейчас… — Разобьешь бутылку — пеняй на себя, ты понял? Доставай, как засунул! — Почаще б слышать что-то подобное, — ухмыльнулся Марк и, взяв бутылку в руки, сконцентрировался на темных очках внутри нее. Через секунду они оказались у него на носу, пусть и немного криво. — От тебя несет пивом, Аекиль. — Вот уж кто бы у нас, кусок ты орочьего дерьма, говорил. — Не сердись, говорю же. Напился, подумаешь… — Ведьмак вздохнул, закатив глаза. — Так, Дайфолк. Наведаюсь к нему, пока еще утро, думаю сейчас-то он точно не может быть занят…

***

— О боги… — протяжно стонала сонная Вигдис. В мешках под ее глазами, казалось, можно было спрятать Оригена. — О бо-о-оги! — Эй, да хорош уже орать, — раздраженно буркнула Клио, ковыряя вилкой жареное яйцо. — И эй, эй! Не спать! — Бо-о-оги! — продолжала стонать Вигдис, прислонившись щекой к холодной деревянной столешнице. — Не смогла побить в честном бою, так измором взять решила, бестия рыжая? — Кто бы говорил, сама-то… Пф, можно подумать, ты одна тут не выспалась. — Не одна! — громче выкрикнула волшебница. — Так в том и дело! Ну зачем нам куда-то тащиться в такую рань-то?! — Работать… — низким, басовитым голосом нараспев прогудел Бир, сидящий на стуле чуть поодаль от стола. Вместе с этим он взял аккорд на довольно маленькой для него гитаре и, поморщившись, стал подкручивать струны. — Рабо-о-отать… — О боги! — в очередной раз уже буквально проревела Вигдис и с громким стуком уронила голову на стол. Кроме Клио, Вигдис и Бира здесь была также и Ника. Она, однако, вела себя тише тихого и всецело была поглощена чтением книги, которая еще вчера казалась ей скучной. Лето, уже позавтракав, убежала обратно наверх собираться в путь, а Фили, встав вместе с Клио, ушел забирать башни со двора Канцелярии, прихватив с собой кусок хлеба и ломтик сыра. — Ну вот, я же говорила, что он душка. — Улыбаясь, Лето спускалась по лестнице в полном своем боевом облачении, держа в руке небольшой серебряный жезл с фигурой человеческого уха на конце. — Бир, как гитара? Ничего не отвечая, полуорк показал ей большой палец и, даже не посмотрев в ее сторону, вернулся к настройке гитары. — Итак, все..? — начала было Лето, но, не найдя глазами Фили, молча посмотрела на Клио. — Башни забирать пошел. Думаю, там будут души, так что не помешает лишний раз их покормить чтобы они хоть немного подрастали. — Это верно, — улыбнувшись, кивнула Лето. — Ни-и-ика? Милая, все читаешь? — А? — Ника подняла голову, посмотрев на Лето, и прищурилась от света настенной лампы. Вид у волшебницы был, так скажем, говорящий о прошедшей попойке. — Ага… — Ага… — слабо кивнув, неловко повторила Лето. Присев за стол, она дотронулась до плеча Бира. — Бир, милый, забери все свое из комнаты, пожалуйста. Я не смогла даже поднять твои вещи. — Угу-у-у… — снова пропел тот, взяв аккорд, и в этот раз удовлетворенно кивнул и отложил гитару куда-то в сторону. Громко, подобно сонному носорогу, топая по дощатому полу, полуорк пошел наверх за своим оружием, доспехами и необходимыми вещами. Не то чтобы для этой работы нужно было много вещей, благо контракт не подразумевает какой-либо длительной экспедиции, но, однако, до нужной деревни было довольно далеко, и наверняка все они не успеют вернуться сегодня. В таверну зашел, скрипя старой деревянной дверью, Фили. За спиной у него висели лук и колчан, а на поясе — толстый талмуд с цепью и замком. На обложке его сиял голубой камень, искрящийся на свету всеми цветами радуги. — Всем доброго утра. — Он махнул рукой и прошел в зал, подсаживаясь к остальным. — Все нормально, башни ждут снаружи. — Угусь, спасибо, — кивнула Клио, а затем, будто бы вдруг вспомнив про объявление у себя в кармане, достала и развернула его. — Короче… цель — гоблины. Непонятно сколько, на самом деле, но местных они достали конкретно. Вигдис, не спи! — Не сплю я! — встрепенувшись, возмутилась спавшая на столе волшебница. — Гоблины, короче. Найдем и… ну там уже по ситуации, короче. Ничего сложного, если не считать, что нам идти километров пятнадцать, это за горами, на северо-восток. Там по идее должен быть подземный ход, под горой протекает река, впадающая в Паксис. А, да, еще одно! Мы еще не подписались, так что надо будет сейчас в Канцелярию зайти, еще когда пойдем. Вопросы? — Кто меня понесе-е-ет?.. — Никто, Вигдис. — Бли-и-ин… Клио вздохнула, покачав головой, и еще раз окинула взглядом команду. В это время Бир как раз выходил из комнаты и спускался вниз, весь в броне, с мечом на поясе и по-настоящему огромным рюкзаком на спине. Непохоже, впрочем, чтобы ему было тяжело все это на себе нести. — Ну… выдвигаемся, что ли? — улыбнулась Клио. В ответ ей улыбнулась одна только вечно радостная Лето, а остальные были либо слишком сонными, либо слишком увлеченными чем-то еще. — Вперед, мои бравые воины! — Ура-а-а… — вкладывая всю усталость в свой голос, простонала полуживая Вигдис и поплелась вслед за остальными.

***

— Я иш Красноме...мешта. Красомешта. Красноместа. — С самого утра Эвгенис вновь был увлечен новым для него языком. От того, как быстро он сможет худо-бедно понимать Эсторийский, зависела его прогулка по улице и, возможно, положение гостя у торговцев. В конце концов, он должен будет чем-то отплатить им за доброту, а сделать он это может исключительно при помощи своих познаний в экономике. Где-то в глубине души Эвгенис прекрасно понимал, что его произношение не просто хромает, а как минимум плачет и умоляет об инвалидной коляске. Парень вскинул голову к небу (к потолку вообще-то, но не суть) и громко, отчаянно простонал, вспоминая ругательства на родном языке. — Вот какого… Я много раз видел что-то подобное в литературе, в аниме… Но почему когда именно меня это коснулось, все внезапно перестали говорить по-русски? Ну или… Хотя нет, с английским у меня не особо… — Привычка рассуждать вслух преследовала его на протяжении всей его осознанной жизни. В общем-то, это не особо ему мешало, но окружающие, обычно просто его не замечающие, считали это странным. — Нет, к черту. Хочу завтрак. Он обернулся, глядя на холмы, за которыми медленно поднималось над горизонтом утреннее солнце. — Хотя вроде бы еще рано… Заха-а-ар! — пародируя известного помещика, простонал Эвгенис. К его удивлению, в открывшейся двери появилось краснощекое лицо паренька, который на вид был еще младше гостя торговцев. Эвгенис уже видел его пару раз, этакий мальчишка для “принеси-подай”, скорее всего отданный Мечеславу для обучения торговому ремеслу. Что ж, разумеется, непонятно, как он может научиться торговле, просто отсиживаясь здесь и карауля случайного гостя. Впрочем, Мечеславу, наверняка, виднее — так подумал Эвгенис. — Еда, — сказал попаданец по-эсторийски и жестом показал на открытый рот. Парнишка в дверях кивнул, намекая на то, что он понял, о чем говорит гость. Вано не знал эсторийского, а тем более русского, и был обучен лишь красной грамоте и счету, но и идиотом он не был и вполне понимал язык жестов. Он уже было развернулся и собрался идти на кухню, рукой прикрывая дверь, как столкнулся с круглым, скрытым халатом пузом Мечеслава. Вано опешил, откланялся и побежал прочь. Торговец усмехнулся: — Еще языка не знаешь, а уже людей гоняешь, obcymestec? Ну-ну, молодец. Лови-ка. Старик достал из-за пояса небольшой, позвякивающий монетками мешочек и кинул его Эвгенису. Тот поймал его и открыл и, заглянув внутрь, непонимающе уставился на Мечеслава. — Деньги, — объяснил тот. — Псомии, номизмы, калиптуны, пикинки, златы и так далее. Щас объясню, садись. Карту! Последние два предложения Эвгенис даже понял и, усевшись за стол, за которым они с Мечеславом занимались, сразу же развернул карту мира. — Так, смотри-ка! — прокряхтел торговец и, приставив трость к стене, уселся на стул. Он достал три монетки из мешочка и выложил на то место на карте, где находилась Эстория. — Смотри. Это вот калиптун. Золотой. Он… гляди, — взяв перо, Мечеслав начал писать на чистом листе бумаги. — Калиптун это сто номизм. Вот это номизма, серебряная. А номизма… — он написал число “100” еще раз. — Это сто псомий, медных. Эстория. Калиптун, номизма и псомия. Усек? Эвгенис кивнул в ответ, разглядывая довольно искусно отчеканенные монеты, выложенные на карту. На всех их с одной стороны было изображение солнца в обрамлении оливковых ветвей, а с другой стороны изображения были разные: дракон на золотом калиптуне, лев на серебряной номизме и волк на медной псомии. — Так… Альбион! — Мечеслав выложил еще две монеты. В мешочке их оставалось около двадцати штук.

***

— Клио, извини… Клио, эй. — Фили коснулся плеча девушки, отчего та вздрогнула, выпадая с чердака собственной головы обратно на пыльную дорогу в горы. — Да, Фили? — Она посмотрела на него. Щеки юноши чуть покраснели, и он не совсем понимал, отчего. Ему казалось, что это из-за вечно осуждающего взгляда Клио. — В общем, это… — неуверенно начал он и обернулся на еле плетущуюся с поддержкой Бира Вигдис. — Тащить Вигдис в горы ранним утром правда было не лучшей идеей. Она ведь не шутила по поводу астении. — Хм, вот как? Ну, что сделано, то сделано. — Рыцарь пожала плечами, улыбнувшись. — Кстати, что именно это за болезнь? — Это не совсем болезнь… ну, то есть это болезнь, конечно, но не такая, как хворь или волчанка. Вигдис, вроде как, родилась с ней. В общем… — Ну? — Она всегда уставшая. Неважно, сколько она ест или сколько спит, она не может отдохнуть. Из-за этого она становится как бы… — Психованной? — Ну я бы так не… — Психованной, Фили. Парень вздохнул и, поправляя колчан, тихо сказал: — Ну, в общем-то, да… короче говоря, если она свалится сейчас без сил, то это будет проблема. Большая. Мы останемся без колдуньи. — Пхах, Фил, слушай… — Клио усмехнулась и положила руку на плечо еще больше покрасневшему от такого обращения Фили. — Ты думаешь, мы не справимся без Вигдис? Ну, то есть, как бы… там ведь не должно быть абсолютно ничего сложного, верно? Это всего-то какие-то там гоблины. Это даже не гревлы. — Не уверен… между нами, деревенщины могут и не отличить гревла от гоблина. — Да брось, Фил, все нормально. Справимся мы, и Вигдис поспать еще успеет. Ну, как доберемся, конечно. — Клио легонько ударила Фили кулаком в плечо и бодро зашагала дальше, вышагивая впереди всего отряда. Сразу после нее шел Фили, а за ним Ника и Лето, обсуждая эффективные способы применения бытовой и околобоевой магии, не требующей особых психических затрат. Рядом с ними, семеня маленькими металлическими лапками, бегали маленькие башенки, играясь друг с другом. Замыкающим же был молча хмурящийся Бир, поддерживающий полуживую, замотанную в рваный плащ Вигдис, которая всеми силами пыталась скрыть слезящиеся глаза от солнечного света. — Пободрее, народ! Сейчас пройдем грот с рекой. Хорошая новость: обратно, скорее всего, поплывем на лодке, так что не придется лишний раз проделывать весь этот путь. — Клио обернулась, продолжая идти спиной вперед. За ней виднелась река, бывшая притоком реке Паксис, вытекающая из-под высоких сводов большой и темной пещеры, к которой вела дорога. Как раз в этот момент из пещеры по реке медленно выплывала лодка, не вооруженная парусом и доверху груженая серыми мешками. Клио помахала рукой человеку, сидящему в ней, и он в ответ коснулся полей шляпы. — Видите, я уже вышла на контакт с местными, — широко улыбнулась рыцарь. Ника тепло улыбнулась в ответ, как и Лето, Фили отвел взгляд, а Вигдис, казалось, очень хотела дать одной рыжеволосой воительнице по морде лица. — Ой, да брось, Виг, все не так плохо! — За Виг ответишь, хренов жаворонок… — устало, но максимально зло прохрипела в ответ волшебница, подняв взгляд. Синяки под глазами на свету теперь казались еще больше, и круглолицая девушка была похожа на оживший труп. — Бир, вшатай ей за меня, пожалуйста… — Вы обе про орков заикались. Так что если и дам кому, — пробасил полуорк и, приостановившись, грозно посмотрел на Вигдис. — То только обеим. — Вопросов нет, — сказала Вигдис и устало вздохнула. — Идея понести меня все еще не рассматривается? — Если только после этого ты выйдешь за меня замуж. В Альбионском обществе девушек носят на руках только на свадьбе, — ответил Бир. — Нет уж, ты не в моем вкусе, здоровяк, — ухмыльнулась Вигдис. — Да и ты на мой вкус так себе, — язвительно парировал Бир абсолютно спокойным тоном. — Туше. — Благодарю. Вдруг Вигдис сначала сдавленно, а затем громче засмеялась, вытирая слезы с раскрасневшихся от усталости глаз. Бир недоумевающе посмотрел на девушку сверху вниз. — А? — Она заметила его взгляд, все еще продолжая изредка посмеиваться. — А, нет, забудь. Я просто когда тебя увидела, то сразу подумала, что ты тупой, как пробка, не прими за оскорбление. А ты оказался поумнее этой рыжей девочки-мальчика. — Это всего лишь воспитание, — вздохнул полуорк, посмотрев на шагающую впереди всех с рюкзаком Клио. — Которого не достает Госпоже Эсторакис. Впрочем, иногда я теряю голову, это правда. — Она сирота, сама рассказала. — Благодаря разговору Вигдис будто бы даже немного взбодрилась. Как и Бир, она уставилась на спину Клио, прикрытую большим рюкзаком. — Так что ничего удивительного. Но на самом деле, если уж говорить о воспитанности, то не мне ее судить, хех. — Я слышал о том, что ты успела натворить за год работы в Департаменте. — Бир кивнул. — Не поддерживаю, но и не осуждаю, сам бываю не слишком тактичен. — Эй, народ! — Разговор прервала Клио, громко позвавшая всех своих товарищей. К этому времени они уже подошли ко входу в пещеру, в которой протекала река. — Следите друг за другом и в особенности за башнями. Вообще советую их как-нибудь привязать, потому что соскользнут в воду — не достанем. Идем! Она махнула рукой, но прежде чем вступить внутрь пещеры, скинула с плеч рюкзак и, размяв затекшие руки, достала длинную веревку. Ей она пару раз обмотала Оригена и завязала крепкий узел, а свободный конец намотала на руку так, что башня не могла отойти от нее дальше, чем на полметра. Ее примеру последовали и Бир с Фили, сделав своеобразные поводки для башен. Наконец, отряд двинулся вглубь пещеры. Изнутри она казалась не такой темной, как снаружи: сталактиты, свисающие с потолка пещеры, слабо светились голубовато-зеленым, подсвечивая медленные подземные воды. У входа на стенах было множество надписей, представлявших из себя имена тех, кто когда-то был здесь. — Внутри она выглядит еще больше, — присвистнула Клио. Внезапно она почувствовала, как Ника робко взялась за рукав ее куртки. Клио улыбнулась и взяла напарницу за руку. — За мной! Старайтесь не приближаться к воде, идите вдоль стен! И все вместе, шагая друг за другом по цепочке, служащие Департамента из класса Стрижей двинулись вдоль подземной реки, срезая путь через горы и направляясь к нужному им пункту назначения. Дорога их проходила в основном в тишине, потому как даже шепот многократно усиливался эхом, и все понимали где-то внутри, что любые звуки здесь будут излишни. Пещера была довольно тихой. Этот проход под горой часто использовался речными торговцами для доставки товаров в Паксис из северных провинций, а из городского порта дальше, вплоть до берегов голубого моря. А спрос на товары большой, спросить любого, кто живет на побережье, и любой ответит, что алкоголь и оружие северных Эсторийских провинций, вина, масла и прекрасные амфоры южных — на все товары, производимые в этой стране, огромный спрос, что на востоке, в Байзанийской империи, что на западе, за голубым морем, в странах бывшей Калидии, распавшейся лет двести тому назад. То и дело мимо аккуратно ступающих по острым скользким камням людей проплывали маленькие лодочки, подобные той, что они видели на входе. Путешествовать рекой было куда проще и быстрее, нежели на лошадях, принимая во внимание высокие горы провинции Паксис. Впрочем, обратно все эти люди все равно шли пешком, не имея возможности подняться по реке вверх — каждый день на дорогах из города можно было встретить крепких мужчин, несущих на своих плечах узкие деревянные весельные лодки или по несколько человек едущих на телеге, в которую они складывают свои маленькие судна. Редко тишину нарушали звуки падающих с потолка крупных капель воды и журчание реки. Поток был не слишком быстрым, но иногда, у самого берега, на мелководье, вода сталкивалась с подводными камнями и низкими порогами. Лишь у середины дно было достаточно глубоким, чтобы в нем могли спокойно проплывать лодки. Но помимо этих редких звуков был еще один, незаметный из-за своего постоянства, но довольно громкий, если к нему прислушаться — вой сильного ветра, пронизывающего весь грот. От пронизывающего холода Вигдис, как и Ника, сильнее куталась в свой плащ, но остальным по виду было все равно. Клио же и вовсе не замечала никакого холода и лишь придерживала свободной рукой свое кепи, чтобы ненароком не сдуло в реку. Как она и говорила — все, что упадет в реку, в ней и останется, потому что подземные воды были настолько холодны, что лезть туда равносильно бою с двадцатиголовым мертвым патриархом — ужас, да и только. — Холодно… — пряча нос под своим тонким плащом, протянула Ника. — Сделай пару дырок в одежде и повтори мне это в лицо, южная девочка, — протянула Вигдис и шмыгнула носом. Пока Фили шел впереди и не видел ее, она достала из-за пояса небольшую флягу и сделала глоток, поморщившись. — Далеко там еще, бестия рыжая? — Уже вижу свет, альбионская дебоширка, — ухмыльнулась в ответ Клио, не поворачивая головы. — Я северянка, чтоб тебя… Альбион мне не родина, понятно тебе?! — Да, да, — отмахнулась Клио. — Пободрее, народ! Рыцарь быстрее зашагала вперед, ведя за собой башню на коротком поводке. Постепенно ветер стихал, и было уже не так тяжело сопротивляться его порывам, поэтому и остальные живее поспешили за Клио. Тьма все расступалась, растворяясь в уже не столь далеком солнечном свете, и вскоре и вовсе стало светло: хоть каменные стены еще окружали их, но потолка уже не было и, если обернуться и посмотреть вверх, то было видно нависшие над крохотными людьми громадные горные вершины. Стало теплее, солнце победоносно нависало над ветреным небом, заботливо согревая замерзших (хотя кроме двух из них никто толком и не замерз) путников своим ярким светом. Погода была ясная, а небо чистое, и лишь вдалеке, на севере, виднелись мелкие кучевые облака. Впереди раскинулась широкая равнина, на которой то тут, то там были раскиданы маленькие домики и засеянные поля. Где-то вдалеке виднелся лес, на краю которого маленькими темными точками рисовалась безымянная деревушка. Прямо за пещерой, из которой вышли галстуки, петляла пыльная колея, желтеющими линиями уходящая к той самой деревне вдоль серебристой реки. От дороги то и дело уходили в стороны маленькие, яркие тропинки, ведущие к отдельным домикам через черно-зеленые пашни. Клио вдохнула воздух полной грудью и развела руки в стороны, бросив поводок Оригена. — Не-на-ви-жу подземелья! — радостно выкрикнула она, улыбаясь.

***

Казимир отдыхал в харчевне одного города около северной границы Эстории. Сделка вышла более чем удачной, и теперь он даже обдумывал вариант проведения небольшого отпуска на родине, в Красноместе. — Сесть бы на корабль где-нибудь на юге, проплыть мимо Хайлуна… Эх, и прямо домой, к отцу, — мечтательно протянул он, выпуская клубы табачного дыма из носа и снова взялся зубами за мундштук трубки. — Так ты серьезно из Красноместа? — С ним за столом сидели рыцарь с волшебницей из Департамента, Волки по званию. Мужчина в возрасте около тридцати лет с удовольствием беседовал с Казимиром. — А почему ж так далеко? Я слышал, что Красномест большая страна, но не думал, что там везде есть люди. Казимир тихо засмеялся, улыбаясь одними губами. — Не везде. — Он склонил голову, будто бы пытаясь припомнить, где и какие города раскинуты по стране. — На самом деле… Восток довольно пустой, там почти никого нет. Ну, в середине, по крайней мере. Но мой родной город близко к границе с Хайлуном и стоит на берегу Великого океана, своего рода торговый пост, так что там людей много. Но больше там особо никто не живет, одни рыбаки да торговцы. Даже со столицей больше связь по морю, чем по земле. — Далеко ж вы, красные, забрались… — вздохнул рыцарь, откидывая голову назад и расслабляясь. — Ты особенно. В другой свет приехал, считай, и все для чего? — Просто мне здесь нравится, — пожал плечами Казимир, улыбаясь. — Хорошая погода, тепло, море у вас красивое. Великий океан холодный и мрачный, а зимой там снегу бывает… Ох. Вот так. — Рукой он помахал у себя над головой. — Да ну тебя, торговец, не бывает столько снега! Мы были на севере, даже там, в этих холодах, снега столько нет. — В Красноместе есть, поверь, — протянул Казимир, потягивая трубку и, выпуская очередное облако дыма, улыбнулся. — И в Хайлуне бывает, на севере. — То-то ты оттуда так далеко сбежал, — усмехнулся рыцарь, скрестив руки на груди. — Это точно, — улыбнулся в ответ торговец, и после этого повисла тишина. Волшебница что-то шепнула своему напарнику, наклонившись к его уху, и, встав, направилась к выходу. Рыцарь раскинул руки, намекая, что ничего он поделать не может, и вздохнул: — Хорошо поболтали, но работа зовет. Все ищем какого-то мага-нелегала, который порталы открывает где попало. — Мага, хм? — Казимир вскинул бровь. — Ну… Черт его знает. Последние года то тут, то там появляются большие магические круги, специалисты говорят, что порталы, а вот кто из них появлется и откуда — непонятно. Вон в последний раз чуть больше недели назад, рядом с Олифом. Все в Департаменте настолько всполошились, что даже тут нас на уши поднимают, мол, ищите. — Рыцарь засмеялся и похлопал торговца по плечу. — А что искать, никто не знает. Ну, прощай, Казимир, и спасибо за беседу. — И вам не хворать, — улыбнулся в ответ торговец и пожал руку своему случайному знакомому, а затем раскинулся на стуле, продолжая расслабленно потягивать трубку. Однако только они с волшебницей скрылись за дверью, Казимир вскочил со своего места и со всех ног побежал к выходу во двор, а оттуда уже к конюшне. “Вот идиот-то ты, Казимир! Притащил его прямо к Академии и Канцелярии!” — ругал он себя мысленно, несясь по улицам города к своей повозке.