Призрак в твоём доме

— Я со­бирал­ся по­высить её, но раз уж Вы нас­та­ива­ете… С моего лица сошли все краски, разгорячённый мозг остыл и покрылся кромкой льда, взгляд затуманился. Забыв о правилах приличия, я подняла взгляд на господина Кима и в упор смотрела в его добрые выразительные глаза. Довольная улыбка постепенно исчезла с лица хозяина, сменившись обеспокоенным выражением. — С Вами всё хорошо? Ким Сокджин подошёл ко мне поближе, протянув руку и собираясь помочь мне подняться. Но я быстро опомнилась, самостоятельно встала на ноги и, как ни в чём не бывало, сложила руки на животе. — Спасибо за заботу, господин Ким, я в порядке, — я улыбнулась ему, стараясь сдержать нахлынувшие эмоции. — Простите мне моё поведение. Так о чём Вы хотели поговорить? — Ах, да. Кажется, он совсем забыл, зачем позвал меня к себе, поэтому медленно прошёл вдоль стола, задумчиво разглядывая стопки бумаг, сел на стул и сложил руки в замок, положив на них подбородок. — Хм. Знаете, госпожа Пак… Экономка Кан сказала мне недавно, что ей уже давно пора уходить на пенсию, но она не может сделать этого, потому что у неё нет преемницы… — он выжидающе посмотрел на меня. — Не понимаю, к чему Вы клоните, господин, — соврала я, изо всех сил пытаясь скрыть волнение в голосе. — Хм… Что ж. Я довольно долго присматривался к Вам и Вашим коллегам. И могу сказать, что Вы впечатлили меня своей рассудительностью, порядочностью, воспитанностью и мудростью. Вы умны не по годам, — хозяин сосредоточенно разглядывал меня, и я готова была под землю провалиться, не в силах выдержать его изучающий взгляд. — Спасибо, господин Ким. Вы очень добры ко мне, — я снова уставилась в пол, кляня себя за глупое поведение, которое продемонстрировала буквально пять минут назад. Кажется, он хотел сделать меня этой самой преемницей. Но не стоит тешить себя напрасными надеждами… — Думаю, Вы прекрасно поняли, что я хочу сделать Вас новой экономкой. К чему эта интрига, если всё было понятно с самого начала? — усмехнулся Ким Сокджин, будто бы прочитав мои мысли — Да, господин. Но… — я осеклась. — Но? — Но что насчёт той оплошности… позавчера… — я подняла на него взгляд, полный раскаяния. — Вы поступили очень благоразумно, — ничуть не смутился господин Ким. — Эта ситуация послужила окончательным доказательством правильности моего выбора. Думаю, не каждая молодая девушка, даже старше Вас, поступила бы на Вашем месте столь же мудро. Он не замечал, как мои уши медленно становятся багряно-красными, зато я чувствовала это прекрасно.  — Ну так что… Вы согласны на повышение? — Как скажете, господин, — я низко поклонилась хозяину, делая шаг назад. — В таком случае, госпожа Кан ознакомит Вас с новыми обязанностями. А в следующее воскресенье, — он провёл пальцем по календарю, — первого ноября, я жду Вас здесь в то же время, — хозяин поднял на меня добрые глаза и улыбнулся. — Я всё поняла. До свидания, господин Ким! — воскликнула я, кажется, слишком громко, о чём тут же пожалела, залившись краской. Решив, что и так задержалась слишком долго, я уважительно поклонилась и выбежала в коридор. Кровь стучала в висках, гулким эхом отдаваясь в ушах. По моей спине текла капля холодного пота, обжигая разгорячённую кожу. Мозг вновь закипел, в мгновение ока растопив лёд, которым покрылся несколько минут назад. Руки дрожали и потели, постоянно соскальзывая с ручки. Оказавшись снаружи, я прислонилась спиной к двери и прижала ладонь к сердцу, надеясь унять сердцебиение. Даже не знаю, чему я больше радовалась: тому, что меня повысят, или тому, что хозяин Ким не догадался о моих «знаниях». Я тяжело дышала, но на моём лице растянулась глупая улыбка, с которой я не могла ничего сделать. «Никто ничего не узнал! — звучало в моей голове. — Меня не выгонят! Я буду экономкой». Меня охватила безумная радость, и я начала нервно хихикать, зажимая рукой рот. Вторую я продолжала держать на сердце, всё ещё надеясь на то, что оно хоть чуть-чуть утихнет. На смену незаметному хихиканью пришёл беззвучный смех, от которого я начала задыхаться. Я зажмурилась и сползла по стене на пол. А затем расхохоталась в голос. Я смеялась, как сумасшедшая, и мне казалось, что так оно и есть. Как могло случиться так, что меня повышают, несмотря на все мои промахи? Это, наверняка, лишь бред душевнобольного человека. На самом деле я, наверное, лежу в больнице, а Юри и Чжехи сидят у койки, сжимая мои руки в надежде, что я очнусь. Я смеялась долго, всё ещё не веря в услышанное, в то время как по моим щекам текли слёзы. Радости или разочарования?.. Не знаю. Знаю лишь то, что мои нервы в этот момент были явно не на месте. Как хорошо, что в этом доме прекрасная шумоизоляция, иначе экономка Кан уже бы отчитывала меня за недостойное поведение. Успокоившись немного, я встала на ватные ноги и шатающейся походкой направилась в свою комнату. Со стороны могло показаться, что я пьяна. Так оно и было, в общем-то: я была опьянена хорошими новостями. Когда пришла в комнату, я первым делом упала на огромную кровать, раскинула руки и ноги звёздочкой и закрыла глаза, погружаясь в сладкую дрёму. «Теперь я буду чаще видеть Мин Юн Ги, — мелькнула последняя, едва заметная мысль, прежде чем я окончательно заснула».