Турнир джонинов

      Джонины из Облака пришли самыми последними, где-то через три дня после Ивы и Кири. В принципе, как и ожидалось. Чоджуро с укором глянул на виновато потирающего макушку Райкаге, а Наруто, хихикая, пригласил только вошедшего Даруи за стол, за которым буквально минуту назад началось бурное обсуждение предстоящей веселухи.       Да, кстати — туманники вошли в Коноху через несколько часов после пришествия Куроцучи с подчиненными. Шестой Мизукаге одного из советников моментально отправил выискивать ответственного за размещение участников(бедные Какаши с Сакурой), а сам, схватив за шкирку второго, пошёл прямиком к Дворцу Каге. Наруто, Гаара и Куроцучи мариновались в зале: вроде и все обсудили, а расходиться ещё не хочется. И, как только голубоволосый мужчина распахнул двери, те сразу подобрались, сделали вид, что они ну ни капельки не спят, предложили Шестому сесть и перекусить с дороги. Собственно, тот не отказался.       Примерно так и проходила вся та неделя, когда гостеприимная Коноха принимала гостей. Узумаки прямо-таки лучился — его задумка скоро воплотится! И она будет очень, ну очень весёлая!       – Так-с, осталось только обсудить последние штрихи. Самые важные, между прочим! — Наруто важно вскинул палец.       – Ну, и?       – Э-эм… — замялся Хокаге, — Попрошу советников временно покинуть помещение. Кроме Шикамару.       – Почему это? — нахмурился Канкуро.       – Потому что, если я правильно помню, вы будуте участвовать в Турнире. А, значит, то, что я сейчас скажу, вам слышать ка-те-го-ри-че-ски запрещается!       В следующую секунду советники были отправлены в коридор лапой из чакры. У Дейсы задергался глаз.       Каге вопросительно глянули на блондина. Тот, почесав макушку, перевёл взгляд на Нара. Мужчина в свою очередь оглядел сидящих.       – Ну, так что?       Брюнет на мгновение прикрыл глаза. После заговорил:       – Нам осталось обсудить лишь подробности, связанные с самими участниками и конкретными заданиями на Турнире.       …Участников оказалось около трех сотен. Первенство по численности занимала, как и было ожидаемо, Коноха, затем шел Туман, деревни Песка и Облака выделили одинаковое количество шиноби, а самое меньшее же оказалось из Ивы. «Я самых сильных выбрала!» — заявила деловито Цучикаге. На это Чоджуро хихикнул, закапываясь с головой в списки участников. Потом, собрав их все, передал Шикамару. Тот же со скептицизмом осмотрел каждое досье(бедняга), затем вытащил одну из бумаг и передал Узумаки. “В чем дело?” — спросил он, но мужчина попросту кивнул на предоставленную бумагу.       Женщина и девушка. Женщина слащаво улыбается, прищурив глаза; девушка смотрит в объектив из-под бровей, сдвинув их к самой переносице и поджав губы. В досье слов о них ужасно мало: выполненные миссии, возраст принятия звания да личностные качества. Если же у женщины были известны применяемые стихии, то у девушки же стояла пометка “неизвестно”. Хокаге нахмурился. Странно, что под носом нынешнего Мизукаге существует такая особа, про техники и силы которой ничего не известно.       – Чоджуро…       – Да? — мечник поднял глаза на блондина.       Джинчуурики передал ему бумагу, выжидающе сверкая голубыми глазами. Гаара, сидящий рядом, напрягся. Брюнетка скучающе заглянула в лист и моментально нахмурилась.       – Что это? — спросили трое в голос.       Мужчина, поправив очки, уткнулся взглядом в текст и фотографии. Отложил лист.       – Досье на Джию Фукуро и её дочь Джию Хапи.       – Это-то понятно. Почему у девушки нет ничего в строке техник? — проурчал Узумаки. Где-то внутри открыл глаза спящий Лис.       – Хапи с кем-то, кроме матери, на задания не ходит. В деревне она показывается редко: они живут на самой окраине. Фукуро всегда рядом с людьми, правда, идеальным характером она не отличается. А дочка же её не общается ни с кем, нелюдима, а, если и появляется на улице, то отпугивает всех от себя своей агрессивностью.       – Ужас какой-то… — выдохнул шокированный Даруи.       Песчаный хмурился. Вся эта ситуация напомнила аловолосому его самого, когда внутри жил Шукаку и требовал крови, пытаясь завладеть сознанием и вырваться. Гаара перевёл глаза на друга — тот тоже обеспокоенно поглядывал на него. Видимо, тоже вспомнил.       – Наруто, ещё не было известий о воскрешении биджу?       – Нет, — положив руку на живот, ответил он, — Хвостатые молчат. Вы думаете, что она может быть джинчуурики?       – Это очень похоже на поведение бывших джинчуурики: нелюдимость и некоторая агрессия. Но, сколько там ей? — Казекаге взял лист в свои руки, — Девятнадцать лет. Она родилась уже после войны, к тому времени о джинчуурики родилось другое мнение.       – Все равно это странно…       Узумаки сцепил пальцы в замок. Не нравилось это ему. Он прикрыл глаза, окунувшись внутрь сознания.       – Что вы по этому поводу думаете? — обратился он к Демонам. Мататаби рыкнула.       – Странно все это…       – Эй, мальчишка, — обратился к Наруто Шукаку, — Гаару успокой. Я отсюда чувствую, что у него чакра нестабильна.       – Хе, волнуешься?       – Да как бы ни так! Просто раздражают такие чакровые давления! Хвостатые рядом расхохотались.       – Наруто, — Курама поднялся, распрямив спину, — нужно все проверить.       Мужчина кивнул и покинул подсознание.       – …и нам надо… О, Наруто? Ты говорил с ними?       Четыре пары глаз уставились на Хокаге.       – Да. Минутку… — он сложил печати, — сейчас.       Хлопок, и в лёгкой пыльной дымке, встряхнув огненно-рыжий хвост, показался Рыжий.       – Мне, — начал рыжеволосый, — так же, как и вам, не нравится все это. Я попробую проверить окрестности. Наруто, — обратился мужчина уже к Хокаге, — держись на связи.       Снова хлопок и облачко пыли. Чоджуро, Даруи и Куроцучи огромными глазами смотрели на место, где только что стоял Рыжий.       – Наруто… это…       – Так, что там нам надо?       – А? Да нет, ничего.       – Ну, ладно. Так, а теперь перейдем к самому интересному!

***

      Выбрав самую высокую точку в округе Листа, рыжеволосый сложил печать концентрации. Не нравилась ему вся эта ситуация. Но иногда в голове все равно мелькали мысли о том, что все это ещё и глупо. Ну, нелюдима девчонка, и что с того? Сразу нужно, что ли, бросаться в панику? И вообще, почему именно джинчуурики? Других нет вариантов?       В голове замелькали огоньки чакры каждого, кто находился в Конохе. Настроившись на чакру Демонов, Рыжий начал поиск. И нашёл такую только в Резиденции, в Наруто. Ну, и остатки в мальчишке-Казекаге. Собственно, вот и все.       – Дурацкое человеческое тело, — буркнул мужчина, сжимая ткань формы на груди. Что-то непонятное давило на легкие, — Нужно вернуться назад.       Рыжий сложил печать и скрылся в дымке.

***

      Заканчивался последний день официальных переговоров и установлений договоренностей. Всвязи с началом Турнира(а он должен состояться уже завтра) Наруто решил в кабинете закатить пирушку для Каге. Все(Куроцучи не считаем, потому как она уже, покачивая ножкой, сидела около подготовленных тар с саке) вежливо пытались отказаться, хотя особого сопротивления и не было. Но, зная настойчивость Седьмого, смело можно сделать выводы: пятерка Каге спустя полчаса уже попивала напиток, и четверо(Гаара только пьяненько улыбался и сверкал глазками) начали травить байки. Присутствующие при всем этом бедные советники решили слинять, пока не поздно. Шикамару свалил чуть ли не самый первый, за ним сбежал Канкуро, схватив поперёк тела Дейсу. Смылась и Сайко, девушка, считающаяся заместителем Чоджуро. Самым последним вышел Ичине. Закрыв дверь в кабинет, откуда доносились пьяный хохот Куроцучи, хихиканье Чоджуро, хмыканье Даруи и Гаары и громкий смех Наруто, он неспешно вышел на улицу, где с немного паникующим Дейсой забавлялся Канкуро.       – Ка-а-а! А если ей понадобится моя помощь, да?!       – Какая? Саке подлить? Так это она и сама умеет!       Вырваться из крепких рук марионеточника было непросто. Просить помощи у наблюдающих Сайко и Ичине он не осмелился — те, как и многие другие, услышали его фамилию и сразу скривили лицо в презрении. Да, и те все равно уже побрели куда-то. Возможно, что в гостиницы.       Все-таки Песчаный отпустил бедного пацана. Тот отдышался, спрятавшись за Нара.       – Дейса, пойди, погуляй по улицам. Чего тебе зря сидеть в гостинице?       – Ну, у меня книга с собой есть… Я мог бы…       – Ничего ты не мог! — вставил слово кукловод, — Шикадай и его друзья идут сегодня гулять. Можешь присоединиться к ним.       – Шикадай — это…?       – Мой сын, — подсказал Шикамару, — поэтому можешь не беспокоиться насчёт его отношения и отношения его друзей к тебе.       – А что за друзья? — Дейса все не унимался. Было довольно боязно.       – Наследники знаменитых кланов — Узумаки, Учиха, Яманака, Акимичи, сын Змеиного санина и сын Рока Ли… ну, ты его знаешь…       – Ага… — в памяти сразу всплыл образ вечно улыбающегося мужчины в зеленом облегающем костюме, который постоянно что-то восклицал про силу юности. Брр.       Канкуро и Шикамару, попрощавшись в Тсукури, направились в семейный особняк(Казекаге с братом остановились в доме у родственников). Сам же молодой человек пошёл, куда глаза глядят. В конце концов, он даже примерно не представлял — в принципе, как и папаша с дядей — где могут встретиться молодые джонины.       Было страшновато. Все-таки, в какой-либо другой деревне, кроме Ивы, он никогда не находился так долго, как предполагало предстоящее событие. Поэтому нужно взять себя в руки и познакомиться! По крайней мере — попытаться.       Не успел Дейса об этом подумать, как обнаружил знакомую фигурку около кафетерия на центральной улице. «Учиха?» — мелькнуло у него воспоминание об их неожиданном столкновении. Около девушки прислонившись к столбу, стоял блондин со странноватой улыбочкой и девушка с рыжими волосами и тёмной кожей. Та, почувствовав на себе взгляд, обернулась и, мило улыбнувшись, ткнула в плечо брюнетку и взглядом указала на пялящегося Тсукури. Учиха обернулась и, узнав молодого человека, махнула рукой. «Давай, это твой шанс!» — кричал себе мысленно Дейса, подходя ближе.       – Эм, привет. Это ведь с тобой мы столкнулись несколько дней назад?       – Да… Прошу меня ещё раз простить.       – Да ладно, все в порядке.       – Вы знакомы? — удивленно спросила рыжеволосая. Блондин, медленно моргнув, тоже обратил внимание на нового человека.       – Д-да… В каком-то смысле, — девушка смущенно потерла руку.       «Эй, ребята!» — крикнул кто-то справа. Трое обернулись и помахали руками движущейся в их сторону компании. Дейса сразу выделил среди них паренька с высоким тёмным хвостом, засунувшего руки в карманы штанов. «Это, наверно, и есть Шикадай!»       – Хэ-хэй! У нас новый знакомый, даттебаса? — воскликнул блондин с двумя линиями на каждой щеке.       – Как видишь. Ребята, знакомьтесь, это…       Компания зависла в ожидании. Тсукури недоуменно похлопал глазами, смотря на Учиху.       – А, кстати, как тебя зовут? — неуверенно улыбнувшись, спросила она.       И тут Дейса понял, что немного попал.       – Я… Меня зовут… Эээ…       – Что же так неуверенно! — к нему вновь подскочил тот блондин, прищурив глаза, — Мы же не кусаемся! — а потом, притихнув, добавил, — Кого-то ты мне напоминаешь…       Подростки выжидающе уставились на бедного шиноби Камня. Тот, смущенно почесав макушку, уперевшись взглядом вниз и поводив носком сандалия по земле, все-таки произнёс:       – Я Дейса. Тсукури Дейса. Из Камня.       И поднял глаза. Его новые знакомые от неожиданности распахнули глаза. Девушка с рыжими хвостиками нахмурилась, как и парень в зелёном облегающем костюме(«Сразу видно, сын Рока Ли»). Зато все тот же блондин радостно взвизгнул, повиснув на руке Тсукури.       – Так вот, с кем отец так хотел меня познакомить! А я-то думал, почему твоё лицо кажется таким знакомым!       – Отец?...       – Я — Узумаки Боруто! — засмеявшись, воскликнул парень. Шикадай, стоящий рядом, вышел из оцепенения и лениво протянул руку.       – Шикадай Нара. Мой отец и дядя тоже мне рассказывали про тебя.       А Сарада не знала, как дышать. Саске называл ей фамилию человека, к которому на могилу каждый год бегала мама. Но никто ей не говорил, что у этого человека есть родственник.       – Так ты и есть сын знаменитого подрывника Тсукури Дейдары? — напрямую спросил блондинчик с хвостиком, улыбнувшись так, что у Дейсы свело челюсть.       – Д-да… — неуверенно ответил он, снова боязно поглядывая на Боруто. Тот только лучезарно улыбался — ну, прямо вылитый Седьмой! — и уже спешил перезнакомить молодого человека со всеми из своей компании.       – Это Яманака Иноджин и Акимичи Чоу-чоу!       – Так это вы вместе с Шикадаем стали наследниками комбо-техники Ино-Шика-Чо? Рад с вами познакомиться!       В глазах ребят проснулся интерес к новой персоне. Внутри же блондина зажглось пламя невероятной надежды, что, вот, он таки смог найти новых знакомых среди сверстников! Наконец ему будет, с кем поболтать, с кем обсудить что-либо! С кем можно будет посоревноваться играючи, с кем он может встретиться и пожать руку с широкой улыбкой на лице!       – Это Мицуки! А это — Металл Ли! Ну, Шикадая ты уже знаешь, меня тоже… А вот это, — Узумаки указал на черноволосую девушку, — Сарада Учиха. Моя будущая невеста, между прочим!       – Боруто! — вспыхнув, вскрикнула девушка и заехала нерадивому жениху по «тыкве».       Вся компания зашлась дружным смехом, и Дейса в нем утонул. Так вот, как это — дружить. Хотя, конечно, дружбой это назвать ещё нельзя, но его хоть не прогнали, как раньше. Счастливо улыбнувшись, он пошёл, ведомый за ниточку этим великолепным ощущением. Подростки улыбались ему, друг другу, рассказывали какие-то смешные истории, которые успели произойти до их встречи; произошёл даже шуточный бой между Узумаки-младшим и Ли. Мицуки на это снисходительно хихикал, спрятав улыбку за длинным рукавом рубахи. Однажды жёлтые совиные глаза остановились на Тсукури, пронзив тело насквозь: парень был необычным, так подумал Дейса.       – О, Дейса! Почему ты так хорошо знаком с моим папашей и папой Шикадая? Столько много знаешь о нашей деревне?       Блондин усмехнулся и ответил:       – Я один из советников Цучикаге. Точнее, не то, чтобы советник, скорее один из приближенных к Куроцучи-сама шиноби.       – О-о-о! Так ты, оказывается, ещё более знатная шишка!       Улыбка расползлась по лицу, обнажив зубы. Дейса был неимоверно счастлив. Они сидели в одном из кафе центральной улицы. Боруто травил какую-то очередную байку про секреты Каге и все такое прочее.       – От тебя это слушать не интересно! — буркнула Чоу-чоу, попивая коктейль, — Ты сын Хокаге, поэтому ты можешь точно знать, правда все это или вымысел!       – Нисколько! — воскликнул тот в ответ, — Отец мне ничего не рассказывает о своих подчиненных, я сужу только по слухам других шиноби. Но это ведь интересно! — выпалил парень, когда на него неверяще уставились все за столиком.       – А я хотел бы услышать, Боруто-кун, — вставил слово Дейса, — продолжай, пожалуйста!       Тот самодовольно улыбнулся.       – Говорят, что в подчинении у моего отца находится элитный отряд…       – …под названием АНБУ, — фыркнул Иноджин.       – Нет, не АНБУ. АНБУ есть в каждой деревне, да и все знают об их существовании. Я про другой отряд. В него, по слухам, входит девять человек с невероятными силами, а во главе стоит шиноби, по уровню чакры сравнимый с биджу!       Друзья молчали.       – Как-то слабо верится… — пробормотала Сарада, надкусывая печенье.       – Ну и пусть! Зато какая загадка!       Блондин заметил, как Узумаки и Учиха незаметно друг другу подмигнули. Ага, что-то все-таки про это знают. Но сын подрывника решил сделать вид, что ничего не увидел, и продолжил слушать истории новых знакомых.

***

      Стемнело. Друзья начали расходиться по домам, предвещая вкусный ужин и мягкую кровать. Боруто ушёл последним, свернув к особняку. Дейса же решил пройтись с Сарадой. Ему не давала покоя эта схожесть девушки с кем-то, кого он очень хорошо знал.       – Дейса-кун, — она заговорила первой, — ты рассказывал, что многие, услышав твою фамилию, сразу от тебя отворачивались. Здесь, в Конохе, многие этого не делают, потому что Седьмой заверил, что ты другой, не похожий на своего отца. Почему он вступается за тебя?       Дейса замер, недоверчиво поглядывая на девушку. Та в свою очередь ждала ответа, поблескивая стёклами очков под светом фонарей. В чёрных, на первый взгляд глухих глазах проскальзывало любопытство, этакая детская заинтересованность.       – Наруто-сан — один из моих покровителей. В чем-то он даже заменил мне отца…       Учиха подошла ближе.       – Один из покровителей?       – Да. Когда я был маленьким, он часто навещал мою деревню вместе с дорогим мне человеком.       – А ты можешь сказать, кто…?       – Сарада!       Молодые люди встрепенулись, моментально оборачиваясь. По улице, в их направлении, вышагивала семейная чета. Женщина, помахав рукой, двинулась к ним быстрее, за ней, словно тень, следовал мужчина.       – Я-то думала, что вы сегодня снова допоздна гулять будете. А ты даже гостя привела! — Дейса покрылся мурашками и непроизвольно улыбнулся: лицо женщины обрамляли такие знакомые цвета сакуры волосы.       – Ты нас познако…мишь… — куноичи остановилась, не веря своим глазам.       – Здрасте, Сакура-сан! — поклонившись, фыркнул Тсукури.       – Вы знакомы?       – Да! Дейса — сын моего хорошего друга, и…       Тень, следовавшая прямо за женщиной, стремглав кинулась к парню, который даже разобрать-то ничего не успел. Воздух выбился из лёгких при ударе о землю, тело сотрясло от надрывного кашля. Глаза вскинулись к лицу напавшего и так и замерли. Алый, кроваво-красный глаз впился в лицо молодого человека, прожигая и заставляя инстинктивно сжаться и забиться в агонии. Жуткий, а от человека так и шла аура смерти. «Шаринган!» — вспыхнуло в памяти, и в тот же момент Дейса понял, что попал в крупную переделку. Над ним, готовый убить с первым же неосторожным движением, склонился Учиха Саске.       – Саске! Прекрати! Что ты делаешь?! — кричала Сакура у входа в дом. Сарада боком прижалась к матери.       Мужчина не слушал. Он медленно поднялся, схватив за горло Тсукури. Дышать было неимоверно тяжело, но рука упрямо держала молодого человека. Лицо перекосилось в ярости, волосы на загривке стали дыбом.       – Какого черта ты тут забыл, отродье Дейдары?! — прорычал Учиха, сильнее сжимая горло. Голос, глаза, лицо, рука — все было пропитано ненавистью, ревностью.       – Саске! Отпусти его, немедленно!!! — вскричала снова Сакура, и Саске в очередной раз её не услышал.       Отбросив парня, Учиха выхватил катану и, пропустив через её электрический разряд, помчался прямо на него. «Нет!!!» — вскрикнула Сарада, рвясь остановить отца. Но Дейса успел отскочить.       – Техника Земли: Стена! — произнёс он название техники, когда быстрый, как порыв ветра, ученик Змеиного сеннина побежал вновь на него, занося для удара клинок.       – Чидори Нагаши!       – Светопредставление!       – Огненный шар!       Сковырнув во время бега клочок земли, Тсукури сложил печати и бросил его в лицо противнику. «Взрыв!» — огласил округу его возглас.       И в тот же момент он очнулся, как и несколько минут назад, под Саске с его горящим шаринганом. Земля тряслась. Дейса выглянул и обомлел: к ним, разъяренная, двигалась Сакура.       – Шаннаро! — и ударила кулаком по земле. Повсюду заскользили трещины, земля гремела. Саске отскочил в сторону, практически не изменившись в лице. Дейса же, перепуганный и загипнотизированный, так и остался лежать на месте, не смея шелохнуться.       – Что вы тут устроили?! — размахивая руками, кричала на мужа женщина, — Дейса — мой подопечный! А ещё приближенный Цучикаге! Не смей его трогать, иначе Наруто из-за тебя проблем не оберется!       Мужчина фыркнул, развернулся и пошёл к дому, как ни в чем не бывало. Сарада, отмерев, подбежала к новому знакомому. За ней и мать.       – И это-то сын подрывника Тсукури? — презрительно выплюнул Саске, заходя в помещение, — Если уж ты такой слабак, то ты даже не достоин быть его сыном!       – Саске!       – Все в порядке, Сакура-сан…       Подрывник поднялся с земли, слегка покачиваясь. Одежда немного порвалась и замаралась, золотистый хвост всклокочен. Отряхнувшись, молодой человек пошёл дальше по улице.       – К-куда же ты, Дейса-кун! — окрикнула его снова Учиха, — Зашёл бы, чаю хоть попили бы!       – Простите, но давайте в другой раз… — махнув рукой, он скрылся за поворотом дома. Нужно ещё за Куроцучи-сама идти в Резиденцию, а то так там и останется…       …Сакура поджала губы. Вот, она так ждала этой встречи, и что из неё вышло? Ничего. Только стало понятно, что присутствие Дейсы вызывает у её муженька жуткую ярость. Женщина, пропустив пальцы через пряди на виске, встало выдохнула.       Сарада же была подавлена. Да, Дейса был сыном того самого подрывника из Акацуки, но… он же не был плохим парнем! А отец заставил его уйти, ещё и таким способом… Девушка ворвалась в дом и нашла Саске на кухне, когда тот спокойно попивал чай, будто и не было сейчас никакой драки на улице.       – Как ты мог?! — крикнула брюнетка, помимо воли активировав шаринган.       – Мог что? — взгляд из-под бровей заставил куноичи немного поубавить пыл, но она продолжала стоять и грозно сверкать глазами.       – Чем тебе не угодил Дейса-кун?! Да, он сын Тсукури Дейдары, того самого человека, на могилу к которому мама бегает каждый год, того самого подрывника, с которым ты сражался! Но, отец — Дейса-кун другой! Почему ты так поступил?!       Медленно отставив чашку и так же медленно поднявшись, глава семейства встал напротив дочери, накрыв её с головой своей тенью.       – Потому что мне ненавистна сама фамилия двух этих людей. Дейдара был безумцем, гнусным человеком, который в прошлом довел до полусмерти нынешнего Казекаге! А ты сейчас пытаешься защитить от меня сына этого подонка?       – Он уважал тебя!       – Да правда, что ли?!       Затрещала столешница от удара. Отец и дочь обернулись, удивленно поглядывая на ученицу Пятой. Тряхнув розовой копной волос, она заставила двоих прекратить пререкания и ушла в свою комнату. Сарада тоже убежала к себе. И Саске остался один.

***

      «Если уж ты такой слабак, то ты даже не достоин быть его сыном!»…       Дейса плелся и понимал, что весь день пошёл коту под хвост. Все те положительные эмоции испарились, как только он оказался у дома Учиха. И Сакура-сан… Она Учиха? Он даже об этом не знал. Как и не знал того, что Саске-сама может быть таким жестоким человеком. Горло до сих пор саднило. Ободранная спина ныла. Все естество требовало покоя.       Было около десяти вечера. Холодало. Зябко поежившись, Тсукури поплелся вперёд: нужно ещё Цучикаге забрать с посиделок.       Ярко светила луна. Сверкали далёкие звезды. Дейса замедлился и остановился посреди улицы, не обращая внимания на людей, что проходили рядом. Зацепился взглядом за небо. «Как отец мог сражаться с таким человеком, как Учиха Саске?» — задержав дыхание, подумал он. Торопиться некуда, и парень вскочил на крышу, откинувшись на черепицу. Ветерок слабо трепал выбившиеся прядки, ласкал лоб и разгоряченное прошедшей дракой тело.       Хрустнула черепица. Дейса нехотя повернул голову в сторону звука и замер: чуть выше по крыше стояла та самая девушка, с которой он повстречался в парке. Она стояла, предав спину свету луны, и глядела спокойными, ничего не выражающими глазами на подрывника. Парень приподнялся на локтях, не сводя взгляда с освещённой фигуры. Оба молчали, кожей ощущая появившееся напряжение. Тсукури собрался было что-то сказать…       «Хапи, спускайся!» — крикнул кто-то с улицы. Девушка, отмерев, быстро соскочила с крыши и пошла за женщиной, поджидающей её внизу. Но бросила напоследок все тот же, непонятный ещё с прошлой встречи взгляд.       Осталось девять часов до начала Турнира.