Маленькая жизнь

      Гарри не знал, что случилось с ним полчаса назад. Он бился в истерике и не мог взять эмоции под контроль. Беспомощность и отчаяние распирали изнутри. Казалось, словно все эти чувства остаются с ним навсегда. Истерика была единственным способом выплеснуть плохие эмоции наружу.       Сейчас Гарри сидел на груде старых вещей в своем чулане, поджав колени к груди. В носу крутило от пыли, скопившейся за пару лет. Помешанная на чистоте тетя Петуния настолько боялась волшебства, что ни разу не убралась там с тех пор, как Гарри съехал.       Тяжело дыша, едва держа глаза открытыми, Гарри потрусил головой в надежде избавиться от глупых мыслей. Он не мог перестать прокручивать последних разговор со Снейпом. Гарри не хотел думать о чувствах и мыслях Снейпа и мечтал о том, чтобы Снейп вел себя к нему равнодушно. Чтобы не проявлял излишней заинтересованности.       Разговор казался постыдным. Почему Снейп не может просто сидеть в комнате и не лезть в чужие дела? Гарри казалось, что не сможет после такого позора разговаривать со Снейпом ближайшие несколько лет. Даже в глаза смотреть не сможет ― какие уж там разговоры?       Гарри испытывал чувство благодарности к Снейпу за то, что он вылечил раны, но стыд его перекрывал. Легче жить с болью, чем быть в долгу у Северуса Снейпа. Мысли о том, что Снейп снова все испортил, накатывались каждые две минуты. Гарри ненавидел его. Ненавидел.       Он шумно выдохнул и шмыгнул носом. Гарри всегда понимал: то, что достается от дяди, это цветочки по сравнению с тем, что с ним может сделать Волдеморт. Он никогда не решался угрожать дяде, колдовать или убегать ― знал, что сделать этого не дадут, и когда где-то в лесу его найдет отряд Авроров и швырнет на порог дома Дурслей, достанется ему еще больше. Да и вообще, за все хорошее нужно платить ― Гарри считал, что за десять месяцев Хогвартса расплачивается двумя месяцами на Тисовой. Это не так уж плохо, как могло быть.       Гарри бил озноб и, пусть он немного успокоился, из головы не могла выйти ситуация в комнате. Проигнорировав волной поднявшуюся боль в голове, он встал на ноги и, отчистив свою одежду от толстого слоя пыли, отворил дверцу.       Немного постояв в проходе и прислушавшись к тишине, Гарри облегченно выдохнул. Отметив лишь мерзкий запах, стоящий в доме, он немного осмелел. Все-таки пытаться вести себя спокойно легче, когда ни дяди, ни тети, ни брата в доме нет. Аккуратно и тихо, чтобы не услышал Снейп, Гарри ступил в коридор. В планы входило быстро принять душ и лечь спать в чулане. Естественно, совсем не хотелось ни видеть Снейпа, ни слушать его. Как и Дурслей.       Наступившая на улице темнота, конечно, немного смущала, так как возможности посмотреть который час у него не было, но такая идеальная тишина могла говорить лишь о пустоте дома. Когда дома тетя Петуния, из кухни всегда доносится запах еды, а когда дядя дома, без телевизора не обойтись. Ровно точно также Гарри понял, что Дадли нет, потому что жирный кузен не орал наверху у себя на нападающих зомби.       Бесшумно передвигаясь, Гарри осторожно подвинул двери от чулана и дернул, чтобы их закрыть, но когда за ними оказался красный, словно рак, дядя Вернон, его едва не вывернуло наизнанку.       Вот откуда исходил этот запах.       Дядя Вернон стоял, облокотившись о стену рядом с чуланом, и что-то бормотал себе под нос, брызжа капельками слюны. Белки глаз отблескивали синим цветом, щеки горели огнем. Неухоженная борода и усы заставили поморщиться, а сальные, точно у Снейпа, волосы спадали клочьями на жирную кожу. Из морщин дяди словно выливался пот, а запах алкоголя изо рта способен был распугать всех живых существ в округе.       ― Щенок? ― писклявым голосом спросил Вернон, едва заметно покачнувшись.       Сначала Гарри подумал, что дядя очень пьян, и уже думал начать радоваться ― в подобном состоянии дядя никогда и ничего ему не делал. Но ему на этот раз не совсем повезло ― немного подвыпивший дядя Вернон скорее походил на быка, красной тряпкой для которого служил племянник.       Пытаясь сдержать испуганный вскрик и унять разбушевавшийся внутри ураган, Гарри начал пятиться.       ― Поттер! ― тут же взревел дядя, сузив глаза. ― Что ты сотворил с моим сыном?!       После этого вопроса Вернон, не медля ни секунды, кинулся в сторону Гарри. Интересно, а где же все-таки сейчас этот актер Дадли?       Не тратя времени на разговоры и понимая, что ему нужно спасаться от гнева дяди, Гарри развернулся на пятках и быстро рванул в сторону лестницы. Он удивился бы, если бы ему кто-то сказал, что он выглядит собранно и четко. Такие ситуации всегда ставили его в полнейший ступор, именно из-за них он переставал соображать. В этом мире ― в особенности против своего дяди Гарри был абсолютно беспомощен, и от этого хотелось рыдать. Кровь стучала в висках. Глаза слезились от страха, внутри все скакало, и в голову пришла мысль о том, что никогда еще раньше он не бегал от дяди. По крайней мере, уже в более осознанном возрасте. Гарри и сам не знал, почему ноги понесли его именно туда, но когда подумал головой, было слишком поздно.       В голову внезапно ударило воспоминание о Снейпе, и Гарри едва заставил себя не притормозить прямо перед дверью. Топот ног, лязг ключей на поясе и визг уже отдавался в ушах, и он надеялся, что в его комнату этот маггл войти испугается. Но Снейп… Времени думать не было.       С разгона отворив ногой дверь, Гарри быстро в комнату и всунул между старомодной ручкой и замком дряхлую палку, попавшуюся по руку, чтобы дверь не поддавалась дяде.       Пытаясь унять дрожь в руках и ногах, осмотрелся.       ― Открывай, паршивая мразь! ― голос дяди донесся, словно из другого мира. Он вместе со стуком обрушился на голову, заставив собраться.       Снейпа в комнате не было. Гарри увидел, что уже половина одиннадцатого ночи, мысленно поблагодарил Мерлина, что Снейп решил прогуляться.       С громким стуком палка разломалась на две части. Что ж, Гарри знал, что долго она не продержится.       ― Тварь поганая, ты куда начал бежать?! ― завопил дядя Вернон, с ноги выбив дверь в комнату. Гарри удивился, когда без страха дядя ступил за порог, но затем вспомнил, что алкоголь выгоняет страх. ― Неужели думаешь, что в самом деле можешь от меня убежать?!       Гарри нерешительно, но безостановочно пятился от Дурсля, скрестив пальцы. Только бы он не начал его избивать, только бы не полез к нему ― отсутствие шрамов на спине очень сильно разозлит дядю Вернона, а появление новых прибавит вопросов Снейпу.       Страх подкатывал к горлу волнами, не оставляя никаких шансов на то, чтобы начать нормально дышать. Задыхаясь и едва не теряя сознание оттого, что не может восстановить дыхание, Гарри пятился назад к окну.       Желудок скрутило, а сердце едва не выпрыгнуло из груди, когда дядя в мгновении ока оказался в паре сантиметров и схватил за шиворот. Трясущиеся руки не давали возможности даже схватить за руку дядю, чтобы уговорить немного ослабить хватку ― и так задыхающийся, он был уверен в том, что прямо сейчас дядя его убьет. Гарри чувствовал, как кровь начала приливать к вискам, как начало отекать лицо, но ничего не мог с этим поделать. Дядя что-то кричал, но Гарри ничего не слышал. Все тихим эхом отдавалось в ушах, а он сам еле заставлял себя держать налитые кровью глаза открытыми.       ― Дядя, ― из последних сил прохрипел Гарри.       Дальше парень почувствовал невыносимую боль. Последним, что Гарри увидел ― это как прямо перед ним, откуда ни возьмись, вырос Снейп. Больше ничего. Пустота поглотила его.

***

      Ложиться спать Северус и не думал. После того разговора Поттер ушел, так и не вернувшись даже через несколько часов. Естественно, Северус не понимал ни черта из того, что творится с мальчишкой, но идти искать его не собирался. Раз он настолько самостоятельный, чтобы уйти от серьезного разговора со старшим человеком, значит и на неприятности не нарвется в таком состоянии.       Северус не мог понять, что же чувствует на самом деле. Конечно, он не знал наверняка, что происходит с сыном Лили, но чувствовал, что все здесь не так просто. Жалость, которая время от времени внезапно возникала в сердце, он душил своими мыслями о том, что Поттер ― это всего лишь наглый выскочка, истинный сын своего папаши ― вернее, ему очень хотелось так думать, но в последнее время не мог, просто притягивал за уши. За время, что провел здесь, он понял, что Гарри по крайней мере воспитанием от Джеймса отличается. У Поттера, несомненно, есть чувство такта, а в том, что все эти истории про прогулки и драки в компании ― ложь, Северус был абсолютно уверен. Поттер не хочет, чтобы его ненавистный учитель зельеварения знал хотя бы что-то из его жизни, и Северус, как ни странно, его отлично понимал. Да, но только Северусу было абсолютно все равно, чего хочет Поттер, а чего нет. Потакать его прихотям точно не собирался ― только лишь в том случае, если этот паршивец будет умирать.       Посмотрев на время и поняв, что Поттера сегодня, вероятно, ждать не нужно, Снейп (подавив внутри нарастающее волнение) собрался пойти в свою лабораторию и немного спустить пар. Что ему поможет сейчас немного утихомирить эмоции, как не любимое дело?       Накинув поверх себя черную мантию и в мгновение ока защитив себя от лишних глаз чарами невидимости, Северус выдохнул. От этого Поттера одни проблемы… И где носит этого чертова ребенка? Никогда раньше Гарри не задерживался до такого времени, никогда не приходил в свою комнату позже восьми, что всегда удивляло Снейпа. Неужели гулять допоздна Золотой Мальчик не любит? Мурашки пробежали по спине, но даже сам перед собой Северус виду не подал, что что-то произошло. И на самом деле переживал. За пропажу знаменитого шрама Дамблдор именно с него три шкуры снимет.       Или ему все равно на то, что сделает директор? Или нет?       Северус уже сам себя не понимал. Просто за это время, что находится на Тисовой, Снейп привык, что в восемь Поттер всегда на месте, отчего мысли о том, что уже практически одиннадцать, а мальчишки все нет, казались более страшными.       Мгновение подумав, Северус фыркнул. Снова Поттер попал в беду ― он чувствовал это всем своим нутром.       Миг, и Северус решил забросить идею с лабораторией и отправиться на поиски Поттера. Мысленно проклиная себя за столь глупое решение, он подался вперед, но не успел даже до двери дойти, как в комнату, запыхавшийся и явно чем-то напуганный, ввалился Гарри Поттер.       «Вот идиот», ― промелькнуло в мыслях у Северуса перед тем, как он собрался снять с себя чары невидимости и со всей строгостью обсудить с мальчишкой правила безопасности для Избранных Мальчиков-Которые-Выжили. Но передумать заставили действия Гарри.       Не успел Поттер попасть в комнату, как между ручкой и замком впихнул какую-то палку, а затем стал лихорадочно оглядываться по комнате и метаться из стороны в сторону. Страх буквально плескался в изумрудных глазах, отчего Северус впал в ступор. Послав идею о том, чтобы снова начать говорить, он решил наблюдать. Может ли случиться так, что сейчас он узнает что-то, что немного откроет ему глаза на ситуацию в этом доме?       ― Открывай, паршивая мразь! ― чертовски противный голос сотряс стены в этой дряхлой комнатенке.       Северус вздрогнул. Это Дурсль?       Приняв решение, что будет наблюдать за происходящим до тех пор, пока это не будет угрожать драгоценной жизни Поттера (если вообще будет, в чем сомневался), Северус отошел как можно дальше от поля действия и вжался в стену. Интерес к жизни Поттера все больше и больше возрастал, заставляя прокручивать в голове воспоминание из его Хогвартской жизни.       Когда палка разломалась на две части, Снейп едва сдержался, чтобы не хмыкнуть. Неужели Поттер всерьез рассчитывал на то, что она сможет долго продержать его вне зоны доступа для дяди?       И что натворило это ходячее бедствие?       Когда дядюшка Поттера с ноги отворил ветхие двери и переступил порог в комнату, Снейпу пришлось задержать дыхание, чтобы его не стошнило. В такой маленькой комнате отвратительный запах перегара очень быстро заполнил собой пространство.       Северус отшатнулся, но продолжил наблюдать.       ― Тварь поганая, ты куда начал бежать?! ― ужасный вопль заставил даже решетки на стеклах дрожать. Северус внимательно присмотрелся к Дурслю. Злой, отвратительный и мерзкий, он был изрядно выпившим, что невольно вернуло в прошлое. Его детство можно было описать одной этой картиной. ― Неужели ты думаешь, что в самом деле можешь от меня убежать?!       Даже голос… Волна воспоминаний подхватила Северуса из дома номер четыре по Тисовой улице и мгновенно, закружив в водовороте событий, перенесла в Паучий Тупик. Маленький Сев робко, но безостановочно пятился от своего отца, который летел на него с толстейшей палкой в одной руке и бутылкой в другой. Брызжа во все стороны вязкой слюной, не в силах ее контролировать, Тобиас кричал о том, что Северус не достоин быть его сыном, что он вообще не достоин жить. Маленький мальчик плакал и вжимался в угол, чтобы находиться от пьянчуги как можно дальше, но все равно каждый раз ощущал эту жгучую боль. Палки, розги, ремни и разные-разные предметы ― в свое время Северус мог сказать по шраму, от чего он взялся: от ремня или розги, стекла, палки. Сев глотал слезы, Тобиас бил сына, одновременно заливая в глотку алкоголь, а в другой комнате тихо плакала мама, молясь о том, чтобы Северус и сегодня выдержал все издевательства. Позже она вступится за сына, прикроет грудью, но сейчас просто надеется на благоразумие человека, которого полюбила.       Вернон же прямо шел на Поттера, не оставляя тому выбора, отчего он так… так знакомо пятился к окну, отчаянно борясь с желанием бежать напролом. Сердце Снейпа при виде этой картины внезапно пронзили сотни иголок. Болезненный и худой мальчишка, возвращающийся с каникул. Поттер, который не боится становиться лицом к лицу к смерти, но боится обычного голоса профессора зельеварения. Гарри, который получает письма только несколько раз в год, и то ― не от родственников. Обноски, старые книги и невозможность учиться ― что можно говорить об этом?! Северус захлебнулся в ярости на самого себя. Как он мог не замечать таких очевидных вещей? Пусть и не декан, это же всегда, всегда было видно ― только он не видел, не смотрел. А еще эти шрамы… Идиот. Как Минерва вообще могла игнорировать факт семейного насилия над своим студентом? Как? Северус просто не знал, куда смотрит Дамблдор, и где же в эти моменты находится благородный Блэк.       Когда Северус, отбросив из головы ужасные мысли и воспроизведя в голове картины, которые сейчас произойдут с Поттером, перевел взгляд на Гарри и Вернона, он просто обомлел.       Гарри уже начинал обмякать между пальцев дяди. Дурсль держал его, схватив за горло, и что-то кричал ему прямо в лицо, одной рукой расстегивая ремень на грязных джинсах.       Кровь ударила в виски. Сняв с себя чары невидимости, Снейп рванул на помощь. Желудок скручивался при мысли о том, что Вернон хотя бы пальцем притронется к Гарри, и Северус едва не споткнулся, когда… не успел. Он и не думал, что не сможет быстро попасть в такой маленькой комнате из одного конца в другой.       Дурсль одним движением достал ремень из брюк и, словно щенка швырнув Поттера на пол, со всей силы зарядил огромной пряжкой прямо по голове. Снейп едва не упал от приступа тошноты.       Ему ничего не оставалось делать, кроме как в мгновение ока забирать Поттера из этого ада.       Злость бушевала, буквально разрывала тело Северуса на мелкие части изнутри, заставляя вены вздуваться. Он не понимал, что происходит, настолько страшной была картина, которую он увидел. И ровно настолько же ему стало больно, сколько и Поттеру.       Врезав Вернону по свинячьему лицу, проигнорировав возмущенный возглас, Снейп проклял жалкого маггла, подхватил до удивления легкого Поттера на руки и аппарировал прочь, пообещав Вернону Дурслю, что это не последняя их встреча.       Мразь.