Carte blanche, Mr. Siemens

— Да иду я! — обычно, спокойствие — это конёк Артёма, и по его недовольному лицу сейчас можно было понять, что его нервирует тот факт, что его пытаются нарушить. — Иду! — стуки в дверь не прекращались весь его путь со второго этажа. — Господи! Кто-то умер?! Открывая и наконец прекращая звуки назойливых ударов по деревянной основе, он едва успевает отскочить, как Наташа вихрем проносится в дом. — Катастрофа. — Ни полураздетый Артём, ни его недовольный вид, ничего сейчас не удосуживается её внимания. За исключением бутылки Мартини, за которой она шагает в кухню, не снимая обуви. — Чудовищная белобрысая катастрофа!!! И глядя на то, что Наташа ещё даже ни разу не моргнула, делая несколько глотков прямо из бутылки с выпученными глазами, Артём легко повёл губами, опуская голову и пряча улыбку. О том, что произошло, догадаться было несложно. — А он как будто ждал... Ему прямо не терпелось это всё рассказать при ней! Чёрт! — нарочито сбрасывая с себя кардиган, Нэт всё-таки вспомнила о существовании стаканов. — Я вообще удивлена, как он смс-ку ей не послал с детальным рассказом о том, чем мы тут с тобой занимаемся! Скупость на длинные высказывания была второй его изюминкой после спокойствия. Распыляться в словах о том, что непременно научит Миронова держать язык за зубами он не собирался и подавно. Наоборот. Этот язык нужно иногда вынимать. И, желательно, вовремя, дабы не происходило подобных ситуаций. — У меня только один вопрос. — Подходя к усевшейся на боковине дивана Наташе, брюнет медленно опустился рядом на корточки. — Какого чёрта ты здесь делаешь? — Но заметив, как девушка недоуменно пялится, не спешил объяснять, заставляя её мозг работать продуктивнее. — Ты прав... — погодя несколько минут, она начала соображать, сводя брови к переносице и метаясь зрачками от стакана к Артёму. А ведь действительно, он прав. Какого чёрта она не пошла за Ниной, а припёрлась сюда? Чего ждала? Поддержки? Очередного доказательства того, что без его помощи ей уже и шаг сделать сложно? Единственное, что она отказывалась понять — это почему сразу же не пошла за подругой, а решилась лишь на один звонок по пути к Артёму, который, кстати, был успешно проигнорирован. — Ты прав. — Она вторит самой себе, вручая стакан в его руки и надевая кардиган обратно. Один одобрительный кивок, и она переступает через порог его дома. Топая до автобусной остановки, она ещё несколько раз звонит Нине, но всё бестолку. Родная, возьми трубку. Сообщение также остаётся без ответа. Звонок. Ещё звонок. Пока противный голос не сообщает, что абонент недоступен. — Что я за дура... Абсолютно не заботясь о том, что она не одна, и её разговор с самой собой могут услышать, Нэт зачем-то набирает этот номер ещё раз, пока и без того очевидное решение не приходит в голову. Теперь она звонит Линаре, даже как-то облегчённо выдыхая, когда девчонка берёт трубку после второго гудка. — Привет. — Лина, солнце, дай трубку сестре. — Она даже не знает, что сейчас ей скажет. Главное — услышать её голос. — Она буквально минут пятнадцать назад из дома ушла. Что-то случилось? — Да. Случилось. Её подруга — беспросветная дура. — Не знаешь, куда она пошла? — вряд ли она отчиталась младшей сестре, но спросить стоило. — Понятия не имею. — Лина задорно отвечает, без какой-либо обеспокоенности в голосе, словно старшая сестра и виду не подавала, что расстроена. — Если появится — позвони мне, хорошо? — короткое "Окей" с другого конца трубки, и Нэт сбрасывает вызов, закрывая глаза и оставаясь со своими мыслями наедине. Остаётся лишь понять, куда она могла пойти. И в голову, как назло, ничего не лезет. Хоть иди к Миронову и подключай весь его поисковой отряд. Хотя, если на секунду успокоиться, то можно представить, что она просто решила пройтись, и совсем скоро будет дома. Но с другой стороны, вдруг она решит что-то с собой сделать? Тогда, если Нэт не найдёт её, то будет винить себя всю оставшуюся жизнь за свою тупость. Мобильник в кармане вибрирует, и брюнетка резко достаёт его из узких джинс, воодушевлённо, но вскоре разочарованно глядя на экран. Это не Нина. А всего лишь Артём. — Есть успехи? — но Наташа только невнятно бубнит, вновь заставляя его быть своими мозгами. — Просто успокойся и иди домой. — Он серьёзно? — Вряд ли она захочет наложить на себя руки и оставить сестру одну из-за того, что ты передо мной ноги раздвинула. — Его слова звучат обескураживающе, строго и... отрезвляюще. А ведь и правда, если задуматься, то разочарование в близкой подруге — не повод, чтобы счёты с жизнью сводить. Выдохнув, она не молвит ни слова. Просто кивает. Кивает в трубку. А Артём, в свою очередь, на ментальном уровне ясно это видит, сбрасывая вызов. Спустя час он звонит снова, чтобы напомнить о той самой вечеринке, которая стала предметом спора между Ниной и Катей. И поначалу Наташа протестует, аргументируя это весьма логично и просто: — Я оставляю свою подругу, забываюсь во вранье, а потом просто иду танцевать? Ты в себе там? Но дар слова брюнета заставляет передумать по щелчку. — А ты собираешься сидеть дома и горевать, накручивая себя до аневризмы? — кажется, она уже начинает привыкать, что моральная взбучка Артёма заставляет её прикусывать язык. — Предлагаю сидеть и накручивать себя в клубе, рядом со мной. Я тебе раны буду периодически проспиртовывать. — И, пожалуй, не обходится и без привычки того, что даже в сложной ситуации он может заставить улыбнуться своим строгим тоном. Занимая себя неспешными сборами, Наташа чуть дольше обычного валяется в полной ванне, пытаясь избавиться от дурных мыслей. Медленно, будто плавая, ходит по комнатам с полотенцем на голове и с сигаретой в зубах, мысленно говоря родителям очередное спасибо за то, что так часто бывают в командировках. Неспешно наносит макияж, рисуя чёрные стрелки и выводя тушью чуть ли не каждую ресничку. Освобождает влажные волосы от полотенца, поджимая их и заставляя ниспадать лёгкими волнами. Остался последний атрибут — платье. Красное, приталенное платье из шёлковой ткани, подаренное Артёмом. Единственное, чем не получается вооружиться — это улыбкой. Нина по-прежнему недоступна, а звонка от Линары так и не поступало. Такси уже ожидало возле подъезда, и Нэт неторопливо спустилась, усаживаясь в авто и называя адрес. Паркуясь возле клуба, через стекло автомобиля она пока не находила никого знакомого. Вскинув бровями, девушка рассчиталась с водителем, покидая транспорт и двигаясь ко входу здания, манящего изнутри явными признаками веселья. Не сказать, что такая атмосфера была для неё привычной, но брюнетка быстро сориентировалась, находя глазами Артёма и кошачьей походкой двигаясь к столику его компании. Первое, что бросилось в глаза — это сидящая на коленях Даниэля Юля. И это, несомненно, не могло не радовать. Хоть для кого-то этот белобрысый не стал яблоком раздора. Кстати, о нём... Стоило Наташе приземлиться рядом с Депо, фигура блондина в следующую же секунду нарисовалась рядом с их столом. — О Господи... — его появление в буквальном смысле заставило брюнетку быстрее взяться за алкоголь. — Да Глеб меня зовут. — Этот доходяга ей ещё и подмигнул, глаза б её его не видели... Выпив залпом стопку егермейстера, Нэт всё же задела его взглядом, отметив одну вещь: он не пребывал в своём привычном расположении духа, а выглядел, скорее, слегка взволнованным. Садиться к ним не думал, только мельтешил перед глазами, стреляя со стола стопку за стопкой. Оглядывался, впоследствии и вовсе растворяясь в дёргающейся под музыку толпе. Ну и хрен с ним. Заказав себе коктейль, с объёмом более внушительным, чем эти стопочки на два глотка, Наташа уставилась в телефон, открывая сообщения. Входящих не было. Следующим на очереди был список исходящих. И снова номер Нины, кнопка вызова и прижатый к уху мобильник. Вызываемый Вами абонент... — Да пошла ты! Откидывая телефон и привлекая внимание Артёма, брюнетка сводит скулы, пялясь куда-то сквозь толпу. Она готова поклясться, что не стала тереть глаза лишь потому, что в последнюю секунду вспомнила про макияж. Приближаясь к танцполу, Нина делала шаг за шагом, осматриваясь. Её до жути короткое блестящее платье приковывало взгляды мужской половины, высокий каблук подчёркивал спрятанную до этого под мешковатой одеждой фигуру, а выпрямленные светлые волосы идеальным шёлком обрамляли лицо, украшенное французским макияжем. Она остановилась возле какого-то типа, оживлённо о чём-то с ним беседуя, пока с тела Наташи потихоньку спадал паралич. И наконец взяв себя в руки, брюнетка сдвинулась с мёртвой точки, приближаясь к подруге с каждой секундой всё ближе. — Нина! — отвлекая воркующую парочку, она застыла на месте, встречаясь с высокомерным взглядом светловолосой. — Что случилось? — ровно, спокойно, будто ничего не случилось, девушка дала ответ незамедлительно. — Нужно поговорить. — Настороженная таким тоном, Наташа не сдавалась, пребывая в полной уверенности, что сейчас она уведёт отсюда подругу и они наконец поговорят. — Не прошло и половины дня... — Нина усмехается, но с места не сходит. — Не здесь ведь. — Но только Нэт облегчённо вздыхает, как блондинка с вызовом смотрит ей прямо в глаза. — И не сейчас. Я же только пришла... — Лёгкая улыбка появляется на лице, и девушка разводит руками, медленно сливаясь с толпой. — В конце этого вечера. Обязательно. Моргая в замедленном режиме, Нэт всё ещё стоит, словно к полу прибитая, пока рядом с ней своё присутствие не облачает не менее удивлённый блондин. — Это что сейчас было? — провожая Нину взглядом, он медленно отпивает виски из стащенной с бара бутылки. — Это она наверняка проститутку ограбила со словами: "Мне нужны твои платье, туфли и сумочка". Ещё с несколько минут странная пара в лице Наташи и Глеба стоит посреди танцпола, пока брюнетку не озаряет мысль вцепиться пальчиками в рубашку пребывающего в своём персональном космосе парня, с которым недавно любезничала Нина. — Эй! — девушка щёлкает пальцами перед его лицом, заставляя обратить на себя всё внимание. Ну, или хотя бы сконцентрироваться. — Чего ей от тебя нужно было? — А? Кому? — продолжая двигаться под музыку, парень озирается по сторонам. — Той блондинке в коротком платье. — И всё же добившись от него хоть какого-то результата в виде многозначительного и протяжного "А-а-а-а", Нэт ещё раз встряхивает того за грудки. — Что она хотела? — Ну так это, — потирая нос, парень будто считывал ответ со вставшей перед его глазами картинки. — Она таблеток волшебных у меня взяла. — Он не прекращал пританцовывать, пока глаза Миронова и Наташи постепенно расширялись. — Бля буду, она дозу как на пятерых взяла. Весёлая наверно у неё ночка будет. Неуверенно выпуская местного барыгу из рук, Нэт плавно перевела взгляд на Миронова. Возникшая на мгновение ментальная связь позволила не проронить ни слова, и парочка врассыпную бросилась на поиски блондинки, не желая даже представлять, что у неё на уме. Хотя ответ был, наверное, очевиден. Кинувшись к выходу, Наташа выбежала за пределы клуба, мотая головой из стороны в сторону и останавливая чуть ли не каждого прохожего, вопрошая лишь одно: не видели ли они её подругу? Описание её внешнего вида с уст слетало уже на автомате, и запустив пальцы в волосы, чуть взъерошивая их, Нэт кинулась обратно, толкаясь сквозь толпу и выискивая глазами блестящей силуэт. Тем временем, шныряя в небольшой коридор, Глеб мотал светлой гривой то вправо, то влево, чертыхаясь. Пара проходящих мимо хихикающих девиц хотела было отвлечь, но он лишь огрызнулся, когда одна из подвыпивших подружек провела ослабленной рукой по его торсу. — Какой красавчик... — заставив своим жестом Глеба чуть ли не отпрыгнуть, девушка, казалось, не была даже задета этим жестом, лишь продолжила. — Я бы закрылась с тобой в туалете, если бы какая-то овца там не заперлась. Всего секунда на осознание сказанного, и Миронов быстрым шагом долетает до туалета, дёргая ручку. Закрыто. — Эй! — стучит ладонью трижды, где-то в глубине надеясь, что его предположения были ошибочными, и что сейчас какая-то пьяная мадам забасит оттуда, чтобы он проваливал. Но предположение остаётся предположением. — Свали. Тонкий голос по ту сторону двери словно оглушает, заставляя не слышать ни голоса извне, ни долбящую музыку. — Нина... — он примыкает ещё ближе к двери, буквально чувствуя девушку на расстоянии всего нескольких сантиметров. — Не надо. — Тишина с другой стороны заставляет сердце биться чуть быстрее привычного, и он снова ударяет по двери ладонью. — Что бы ты там сейчас не задумала — оно того не стоит. В маленькой дамской комнате девушка стояла, оперевшись на дверь, сжимая в ладошке несколько таблеток ударной дозы. Глаза еле заметно слезились, но это, скорее, от спёртого воздуха. По крайней мере, причину она придумала именно такую. Не хотелось верить, что собственная дурость довела её до такого. Но ещё сильнее не хотелось верить в то, что за этой дверью стоит абсолютно не тот, кого она хотела бы видеть. Ведь хочется верить в другое. В то, что Наташа этого бы не допустила. В то, что ещё там, на танцполе, она не была бы такой размазнёй, а взяла бы её под локоть и вывела бы с этого гадюшника. И взбучку бы устроила за то, что её подруга разоделась, как последняя блядь. Но мозги из Наташи, видимо, вытекли, причиной чему явился Артём. А за дверью всё ещё стоял Глеб. Парень, которому, по сути, наплевать на всё и всех. — Послушай меня. — Выдернутая из раздумий, девушка поворачивает голову на его голос. — Открой эту дверь сейчас же. — Тон всё такой же ровный, но от этого не менее устрашающий. — Или лучше отойди от неё. — Она чётко слышит его вздох, приподнимая бровь и отчего-то вслушиваясь. — Потому что если не откроешь через три секунды, я снесу её нахуй с петель. Не руководствуясь, кажется, ничем, она на автомате делает несколько шагов назад, вжимаясь в стену. Сердце отсчитывает ровно три удара, и женскую уборную заполняет звонкий хруст, когда взвинченный блондин со всей приложенной силой выбивает дверь с ноги, оказываясь в поле зрения. — Так и думал. — Не размышляя ни секунды, он быстро подходит, хватая Нину за руку, в которой она всё сжимает таблетки. — Разожми. — Короткий приказ, но девушка не реагирует. — Разожми!!! — он всё-таки сходит на крик, заставляя блондинку вздрогнуть, но всё же разжать ладонь. Парень нервно шикает, а пять таблеток отправляются прямиком в унитаз. Пальцы тянутся к сливному бачку. — Ну и что это за нахуй? Глаза в пол, она боится поднять голову. Боится спросить, какого чёрта он всё это делает. Какого чёрта значат его перепады настроения по отношению к ней. И какого чёрта он играет то в насильника, то в заботливую няньку. Минута тишины, и рядом слышится звон чьих-то каблуков. — Боже... Нина наконец поднимает голову. Оборачивается и Миронов. Боясь пошевелиться, Наташа стоит возле выбитой двери, отчего-то не решаясь спускать глаз с нарисовавшейся картины. И с каким-то нервным смешком выпуская воздух себе под нос, Глеб неохотно отстраняется, не спеша покидая уборную и оставляя девушек одних. Наташа даже не провожает его взглядом, до сих пор сверля мокрые глаза своей подруги. — Теперь-то мы можем поговорить?