Волчьи глаза

Какаши задумчиво наблюдал за своими, возможно, будущими учениками. Не сказать, чтобы увиденное радовало. Они наедине всего-ничего, а уже разругались вдрызг и не планируют идти на контакт. У Хатаке было стойкое ощущение, что они не пройдут его испытание. Правда, примешивалось к нему еще какое-то, едва уловимое. Возможно, им было сожаление. Все-таки, какая могла бы быть команда! Саске, гений из клана Учиха – по определению многообещающий ниндзя с уникальными талантами. Наруто – джинчурики Девятихвостого. Если он научится использовать силу биджу, то скоро сможет драться наравне с самим Какаши. Не говоря уж о том, что его родители – Четвертый Хокаге и сильнейшая куноичи своего поколения. Не могли же такие гены совсем не проявиться в потомке? И Харуно Сакура, бесклановый генин. Пока ничем особенным, кроме хорошей памяти и мизерных объемов чакры не отличается. При правильном обучении может стать неплохим ниндзя. При неправильном – быстро станет балластом. Но сейчас ее задача – как у Рин когда-то – сглаживать острые углы между сокомандниками. Гений и растяпа – Какаши на собственном опыте знал, как это бывает. Но в отличие от Рин, Харуно со своей задачей не справлялась. Глядела влюбленными глазами на Саске, лупила Наруто, от чего тот бесился еще больше и, в свою очередь, накручивал Саске, и так по кругу… Что ж, это не его проблемы. Если команда не придет к гармонии, они и не станут его учениками, а если придет – то и беспокоиться не о чем. Стоит дать ребятам немного времени. Они смогут обсудить свои разногласия, а он сам – прочитать пару глав в новой книге… … или дочитать ее до половины. Ма-а… Кажется, он чересчур увлекся. Стоит позвать ребят на крышу и познакомиться с ними лично, а не только с сухими строчками личных дел. Какаши отправил клона и тот, развеявшись через некоторое время, передал ему информацию. Мда… Как и ожидалось, Наруто будет проблемным учеником. Ребята поднялись к нему на площадку. Началась стандартная процедура знакомства. Выступление Сакуры по информативности напоминало его собственное. Зато эмоций и красноречивых взглядов в сторону Саске – хоть отбавляй. Саске… Все так же, как в досье, только в более запущенной форме. И последний… - Мое имя Узумаки Наруто! Я люблю свою старшую сестру и рамен! Ненавижу ждать, пока рамен готовится и гадкие травяные настои! Когда-нибудь я стану Хокаге, даттебайо! Хм, а вот здесь наметилось первое серьезное расхождение. По документам, Наруто был круглым сиротой, сестры у него не было и быть не могло, Какаши это точно знал, и не помнил, чтобы кого-то «назначили» на эту роль чтобы присматривать за джинчурики. Судя по изумленным взглядам Учиха и Харуно, о мифической старшей сестре они тоже слышат впервые. Не исключено, что «старшая сестра» просто плод воображения одинокого ребенка. И все равно – тревожный сигнал. Надо будет это проверить. Сообщив команде о завтрашнем отборочном испытании, не отказав себе в удовольствии попутно запугать их как следует, Какаши незаметно проследил за проблемным блондином. Но тот не торопился домой. Поболтал с Шикамару Нара и Акимичи Чоджи, посидел в раменной Ичираку, поиграл с внуком Третьего Хокаге и его друзьями. Времени уходило все больше, а загадочная «старшая сестра» так и не объявилась. Более того, даже упоминания о ней не было. Узумаки пришел домой только к вечеру. Вошел в квартиру, немного неприбранную, но довольно чистую для такого шалопая, спохватившись, разулся и тихонько сказал «Я дома». Ему, разумеется, никто не ответил. Наруто вздохнул и прошел на кухню, где его было куда хуже видно. Постоял у холодильника, поужинал, помыл посуду и до самой ночи что-то чиркал на бумаге карандашом, а после обводил тушью. Хатаке осторожно подобрался ближе, чтобы разглядеть чем занят его, возможно, будущий ученик. Здание было старое, и Какаши очень старался одновременно пристально наблюдать и не выдать себя каким-нибудь неосторожным звуком. Но даже если бы какая-нибудь предательская досочка и издала разоблачающий скрип, Наруто бы этого не заметил. Он, едва не уткнувшись носом в бумагу и высунув от усердия язык, что-то рисовал. Рисовал долго, тщательно и кропотливо, стараясь даже лишний раз не дышать. Какаши удивился. Ему Узумаки казался одним из тех детей, которые даже во сне не могут вести себя спокойно, что уж говорить о долгой однообразной работе. Однако Наруто хватило усидчивости закончить начатый рисунок. Когда он с хрустом распрямил затекшую спину и размял подрагивающую от длительного напряжения руку, стояла уже глубокая ночь. Мальчик потер уставшие глаза и посмотрел в окно, то и дело щурясь и подслеповато моргая – зрение тяжело переключалось после длительной работы с хорошо освещенной бумагой. Удивленно почесал полосатую щеку, разглядев потемневший небосвод, бросил взгляд на часы, чертыхнулся и побежал мыть кисти. Какаши задавил в себе желание влезть в комнату и посмотреть, над чем так старательно работал этот шебутной ребенок. Останавливало две вещи – то, что Наруто его непременно заметит, и вязь защитного фуин-барьера, аккуратно нацарапанного на старенькой раме. Какаши пригляделся к рисунку фуин и вновь удивился. Такие барьеры Минато-сенсей – еще в бытность самого Какаши генином – ставил вокруг их лагеря, если им приходилось ночевать где-то в лесу. Беспокоить их ночлег не решались даже насекомые, ну а те, кто решались – осыпались хладными трупами в траву. Кого-то покрупнее этот барьер не убьет, но доставит массу разнообразных ощущений разной степени болезненности. Хатаке мысленно сделал себе заметку – присмотреть за пареньком, даже если он не попадет в его команду и выяснить, кто и зачем поставил этот барьер. А Наруто, уже успевший принять душ и переодетый в пижаму, завел будильник и погасил свет со словами: - Спокойной ночи, нээ-сан. Ма-а, какая неприятная ситуация. И самое неприятное то, что разбираться с ней придется самому. Какаши взлохматил непокорные вихры. Его ленивая натура протестовала против лишней нагрузки, но желание получить ответы на вопросы было сильнее. Можно было попросить разъяснений у Хокаге, но где гарантия, что ему их дадут, а не велят забыть и заниматься своими делами? Так что этот вариант придется отложить на самый крайний случай. А сейчас остается только ждать и надеяться, что завтрашний (точнее, уже сегодняшний) день даст больше ответов, чем минувший. На экзамен новой команды Какаши запланировано, но неожиданно проспал. Вернее, прийти он собирался вовремя (почти) и втихаря понаблюдать за ребятами, но дурной мозг всю ночь мучил его мыслями, и отключился лишь когда на горизонте забрезжил рассвет. Голова была тяжелой, но желания упасть лицом в подушку и придавить еще на пару часиков не было. Уснувшее под утро любопытство вновь подняло голову, а тонкий голосок интуиции на грани сознания настойчиво попискивал, что сегодняшний день повернет его жизнь как минимум на девяносто градусов. Быстро добравшись до назначенного места, Какаши незаметно угнездился на дереве недалеко от стоянки генинов. Над полянкой висела зыбкая тишина. Каждый был занят своим делом. Вернее, Узумаки что-то жевал, наплевав на предупреждение Хатаке (интересно, сам такой прозорливый или надоумил кто?), и подправлял ластиком одному ему ведомые огрехи на листке бумаги (уж не вчерашний ли рисунок до ума доводит?), а двое других изо всех сил делали вид, что им совсем не интересно, чем занимается «этот идиот». Это при том, что Харуно то и дело сглатывала слюну, стеная о диете и пропущенном ужине, а Учиха рисковал заработать косоглазие, пытаясь заглянуть к сокоманднику в листок. В этом Какаши был с ним солидарен, поэтому незаметно передислоцировался на дерево за спиной Узумаки. Тот продолжал жевать печенье и подчищать карандашную основу удивительно детального портрета. Какаши невольно восхитился. Изображенная девочка тринадцати-четырнадцати лет была почти как живая. Каждая прядка вьющихся крутыми локонами волос, часть которых была забранна в два высоких хвоста, каждая трещинка изогнутых в мягкой улыбке губ, каждая ресница, узор радужки чуть раскосых, миндалевидных глаз – все было прорисовано просто запредельно тщательно и с внушающей трепет четкостью. Линии строгие, аккуратные, непрерывные, правильной толщины, грамотно наложенные тени – не верилось, что это рисовал ребенок, к тому же такой непоседливый, как Наруто. Какаши казалось, что он может разглядеть даже смешливые искорки в теплом взгляде нарисованной девочки. А еще ему казалось, что он ее уже где-то видел. Если так, то таинственная «нээ-сан» вполне может оказаться реальным человеком. Ну или хотя бы иметь реальный прототип. Неожиданно хрустнула сухая ветка. Наруто, вздрогнув, прижал портрет к груди, а Саске поспешил сделать вид, что вовсе не пытался подглядывать, а прогуливался по поляне. Какаши мысленно отвесил себе оплеуху. Его могли заметить генины – недопустимая халатность! Ладно, шутки в сторону. Времени и так мало, а он тратит его впустую, да еще и позволил себе выпасть из реальности. А это халатность вдвойне. Подавив желание вообще забить на этот экзамен, Какаши спрыгнул к ученикам. Ответом на его приветствие стало хоровое «Вы опоздали!». - Черная кошка перебежала мне дорогу, и пришлось делать крюк… Судя по лицам, ученики ему не поверили, однако развивать тему не стали. Сакура недовольно сжала губы (ругательства сдерживает, что ли?), Саске скептически хмыкнул, а Наруто осторожно спрятал в рюкзак вложенный в папку рисунок. - Итак, начнем… Выслушав задание, ребята прыснули в кусты. «Что ж, посмотрим, чего вы стоите и что из себя представляете». Не успел Какаши достать свою излюбленную книгу, как из кустов выскочил Наруто, и, с кунаем наперевес, попер на него в лобовую атаку. М-ма, ну что за идиот. Хатаке легко уклонился и заломил руку парня к лопаткам. Неожиданно кто-то наскочил ему на спину, пытаясь зафиксировать руки. Какаши ожидал Учиху или, на худой конец, Харуно, но, к его удивлению, это оказался еще один Наруто. Хо, Теневые Клоны, значит. Какаши нанес по одному ощутимому удару каждому из клонов, и все «Наруты» развеялись. Настоящий, судя по всему, отсиживался в кустах и вырабатывал стратегию. Что ж, похоже, джинчурики не такой уж и идиот. Какаши сиганул в те кусты, где, предположительно, засел настоящий Наруто, но напоролся на еще одну группу клонов, которые почти загнали его в довольно примитивную ловушку. Уворачиваясь от нее, он едва не попался в другую, так же не блещущую оригинальностью. Хитрый Узумаки наставил прорву ловушек на «своей» части полигона, вот только большинство из них были рассчитаны на животных. Интересно… Какаши вернулся на открытую часть полигона, где на него снова накинулась толпа Нарут и попыталась увлечь в заросли. Ну, в любом случае, неплохо, хоть и бесполезно. На лицо попытка думать, что уже выгодно отличает его от остальных. Кстати, надо бы и их отыскать. Может, пока его здесь отвлекают теневые клоны, генины собрались где-нибудь кучкой и придумывают план? Какаши мысленно усмехнулся. Предположение было абсолютно абсурдным. Скорее всего, оставшаяся часть команды сидит по кустам и наблюдает за потугами Узумаки выполнить миссию. Да, так и есть. Какаши приземлился рядом с Харуно и, попеняв ей на невнимательность, поймал в гендзютсу. Та мгновенно «поплыла» и упала в обморок. М-ма… Нет слов. А вот с Учихой было больше проблем. Для генина он показал отличное владение тайдзютсу и впечатляющее владение ниндзютсу, но и этого, разумеется, оказалось мало. Поэтому, с чистой совестью закопав его по шею в песок, Какаши отправился на поиски Наруто, который сейчас сражался с его клоном. На полигоне продолжалась «эпическая» битва клонов, а сам Узумаки сидел недалеко, надежно укрытый высокой тенистой травой, хмуро наблюдал за сражением и беспокойно теребил губу и опустевший рюкзак. О, кажется у маленького диверсанта закончились припасы. Отличная возможность выяснить реальный уровень его навыков. Какаши шугнул паренька, метнув в землю рядом с ним пару кунаев. Поняв, что он обнаружен и его замысел раскрыт, Наруто снова полез в ближний бой. Тайдзютсу у него было средненькое, но уворачивался он на совершенно диких рефлексах. Когда, а главное кто и как помог ему их отточить? Со столь низким уровнем тай странно иметь такие рефлексы, пусть и однобокие. Наруто, похоже, пустил в ход весь имеющийся у него арсенал. Какаши даже заметил, как пару раз мальчишка разгрыз таблетку легкого стимулятора. Откуда он мог его взять? Детям дают стимуляторы только в крайних случаях – они дурно сказываются на очаге! А еще и эти странное взрывающееся оружие. Какаши мог поклясться, что ни на одном из брошенных в него сенбонов, кунаев или сюрикенов не было прикреплено взрыв-печатей, и тем не менее треть из них отчетливо фонила чакрой и исправно взрывалась. В Конохе такого оружия не создавали. И тем не менее… Загадка приобретала все более зловещие очертания. Загнав яростно боровшегося пацаненка в одну из его же ловушек, Какаши услышал издевательский звон будильника. Хмурые генины подтянулись к площадке с тремя столбами. - М-ма… Итак, вы все провалились… Генины пришибленно выслушали его выводы. Какаши оглядел огорченных и пристыженных ребят. На первый взгляд из этих троих никогда не выйдет толковой команды. Но он все еще помнил свою собственную команду, и не мог не провести параллель. Да и беседа, что провел с ним Хокаге перед тем, как вручить ему этих выпускников, была свежа в памяти. - Ну ладно, я дам вам еще один шанс. Но условия будут еще жестче – у вас будет всего три часа, чтобы достать колокольчики. Можете поесть и отдохнуть. Все, кроме Сакуры. - Что?! - Но почему, сенсей?! Как ни странно, Наруто возмущался даже громче самой проштрафившейся куноичи. - Из вас троих она единственная, кто никак себя не проявил. Если вы двое смогли дать мне хоть какой-то бой, то Сакура не сделала совершенно ничего. – Какаши привязал девчонку с подозрительно дрожащими губами к столбу и добавил, перед тем как исчезнуть. – Тот, кто захочет поделиться с ней, будет немедленно исключен. Пустив эту парфянскую стрелу, Хатаке скрылся в ветвях своего любимого дерева. Некоторое время ребята жевали молча, но потом Наруто подскочил и протянул сокоманднице свою порцию. - Держи, Сакура-чан. - Н-но Наруто, Какаши-сенсей запретил… - Сенсей ушел. Ты должна скорее поесть, пока он не вернулся, иначе совсем ослабеешь! - Но… - желудок девочки выдал голодную трель, и она покраснела, стыдливо завесив лицо волосами. - Ты ведь не только завтрак пропустила, но и вчерашний ужин! Если не поешь, то у тебя не будет сил сражаться. – настоял на своем упрямый джинчурики. - Наруто прав. – неожиданно отозвался Учиха, буравя взглядом свою порцию. – Мы должны объединиться. Если ты не поешь, то ослабеешь, и от тебя не будет пользы. Это плохо для команды и для нашей миссии. - Саске… - куноичи смотрела на своего кумира блестящими влажными глазами, очевидно, истолковав его слова в пользу своего девичьего самолюбия. – Но как же вы? Порции маленькие, на всех не хватит… - Не беспокойся, Сакура-чан! – встрял Наруто. – Саске хватит его порции, а ты съешь мою. - А ты сам? – резонно возразил Учиха. – Ты едва притронулся к еде. Наруто широко улыбнулся, но в этот раз улыбка приобрела несвойственный ей ехидный изгиб, придавая сходство с довольным оскалом. - В отличии от вас – в звонком голосе Узумаки проскользнула насмешка. – я завтракал. И даже успел перекусить. А Сакура еще и не ужинала!.. Желудок девочки вновь издал жалобный звук. - Но я не смогу поесть сама. – розоволосая пошевелила зафиксированными руками и с надеждой покосилась на Учиху. – Кто-то должен меня покормить. Какаши подавил смешок, наблюдая, как искривилось лицо девочки, когда Наруто протянул ей сжатый палочками рисовый шарик. - Но Саске… - от жалостливого взгляда, брошенного в его сторону, последний Учиха едва не подавился. Но на выручку вновь пришел Наруто. - Саске должен доесть свой обед. Ешь скорее, Сакура-чан! Какаши-сенсей может вернуться в любую минуту! Как только рисовый комочек скрылся во рту обиженно пыхтящей девочки, Какаши предстал перед командой, не забыв сопроводить свой выход щедрым количеством спецэффектов. Да… На первый взгляд, эти трое никогда не смогут составить хорошую команду. Да и на второй тоже. Но то, как быстро они сумели сплотиться внушало большую надежду. Возможно, Хокаге был прав на счет этих детей. Какаши процитировал им слова Обито, что когда-то изменили его собственную жизнь. С жадным вниманием отметил, как легко эти слова вошли в душу Наруто, как задумалась Сакура, и даже в очерствевшем сердце Саске дрогнула какая-то струнка. И в этот момент между ними протянулась тонкая связующая нить. Какаши чувствовал это каждой клеточкой своего тела, как и ветер перемен, вновь ворвавшийся в его жизнь во всей своей неистовой силе. Из туманного омута неясных эмоций его вырвало громкое нарутовское «Я домой! Увидимся!». Ах да, загадка. Загадка, всю ночь трепавшая его ум как котенок игрушку с кошачьей мятой. Какаши подстроился под быстрый, подпрыгивающий шаг и поравнялся с мальчишкой. - Наруто. - Что-то случилось, Какаши-сенсей? – на выразительной подвижной мордочке нарисовалось удивление. - Нет, не совсем… Просто стало интересно, где ты научился ставить такие ловушки? Большинству из них не учат в Академии. - А, это сестра научила. – легкомысленно отмахнулся Узумаки. – Мы в такие всякое мелкое зверье и птиц в лесу ловили, когда есть… ну, иногда, в общем. – скомкано закончил Наруто и отвернулся. - Да? Как интересно… – оговорка неприятно царапнула, но Какаши решил разобраться в этом позже. Сделал вид, что не заметил ее и перевел взгляд на ученика. Сначала информация. Врать Узумаки не умел и, судя по всему, не любил, поэтому вопрос в лоб в этом случае – самый быстрый и эффективный метод допроса. – Скажи, Наруто… откуда ты взял стимуляторы? Кунай достиг цели – мальчишка беспокойно огляделся по сторонам и почти взмолился: - Пожалуйста, не рассказывайте никому! Нээ-сан предупреждала меня, что они очагу… Какаши взмахнул рукой, прерывая панический поток оправданий. - Наруто, успокойся, я не стану на тебя докладывать. Просто скажи – их дала тебе твоя сестра? Наруто быстро закивал и вновь пустился в объяснения. - Нээ-сан сказала, чтобы я использовал их только в крайнем случае… - Тогда зачем ты использовал их на экзамене? Это бессмысленно… - Я обязан был использовать все свои возможности! – неожиданно горячо возразил Узумаки. – Если все время отступать, ничего не достигнешь и за сотню лет! Человек развивается лишь перешагивая свой предел! Какаши обескуражено моргнул. - Ма-а… Я удивлен. В твоей голове появляются такие взрослые мысли… Джинчурики смутился и чуть покраснел. - Это не в моей. Нээ-сан так говорит. - Вот как. – Какаши внутренне подобрался. Сейчас он собирался ступить на очень тонкий лед. А может и в болотную трясину. – Она, наверное, очень умная. - Ага! Самая-самая! - Интересно было бы с ней познакомиться. Что скажешь, Наруто? Это можно устроить? - Познакомить вас? – огромные изумленные глазенки уставились на него в упор. – Н-не знаю. Ее вчера срочно в госпиталь вызвали, она даже поужинать не успела, не то что поспать. – Наруто смущенно почесал полосатую щеку. Потер шею. Взлохматил волосы и продолжил бормотать, старательно не глядя на сенсея. – А ведь она после ночной смены была. Она сейчас спит, наверное… - Давай так. – встрял в его рассуждения Какаши, резонно опасаясь отказа, пусть даже вежливого и обоснованного. – Если твоя сестра спит, то я зайду в другой раз. Если, конечно, вы оба не против. Подобная навязчивость почти граничила с грубостью. Вежливее было бы перенести визит на другое время, когда его будут готовы принять. Но Какаши не хотел давать возможному диверсанту такой подсказки. Вряд ли его неожиданное появление сильно увеличит его шансы что-то разузнать, но, по крайней мере, хоть как-то увеличит. К тому же, еще одного дня мучительного любопытства он мог просто не выдержать. - Отлично, так и сделаем! – просиял Наруто и схватил его за руку, переходя на бег. Судя по всему, ему ужасно хотелось похвастаться своей прекрасной «сестрой» хоть перед кем-то. А значит, гостей они принимали не часто. Или вообще не принимали. Интересно, хоть кто-нибудь в деревне в курсе, что у Наруто появилась обожаемая «старшая сестра» или проморгали возможную диверсию? Не столь важно. Старейшины будут не довольны уже тем, что у джинчурики появился близкий человек, который изначально будет важнее чем какое-то там признание жителей и, возможно, даже сама деревня. А значит контроль над оружием уже ослабел и стремительно ускользает из рук. – Поспешим, Какаши-сенсей! Какаши не был против. В конце концов, разгадка маячила на горизонте и ради нее можно было пробежаться.