ELYSIUM

— Доктор, у него вновь приступ? — Мы вовремя купировали его. Скажите, вы что-то сказали ему? — Я просто ушел, но что вы хотите сказать этим? — Повторный приступ произошел из-за волнения, прошу, в следующий раз не говорите ничего плохого пациенту, иначе, я буду вынужден отказать вам в посещении. — Простите, я ничего не скажу, клянусь! — Чон низко кланится. — Вот и хорошо, однако, головные боли все усиливаются, мы с каждым разом увеличиваем дозу легкого анальгетика, боюсь, у него все меньше времени, поэтому не тратьте его на ссоры, подарите ему счастье, прошу, — врач хлопает парня по плечу и уходит. «Меньше? Нет, он будет жить, все ложь, Чимин-а, ты будешь счастлив!». — Прости, — парень медленно поднимает взгляд на бледного Пака. — Хен, ты вернулся, ты не обижен? Я больше не буду молчать, только прошу, пожалуйста, не бросай меня! — блеск в глазах и короткий стон. — Не смей, — Хо срывается с места, — никогда не плачь, понял? — Хорошо, хен, — Чимин утыкается носом в широкую грудь. «Как тогда, в парке», легкая улыбка. — Я люблю тебя, прошу, больше не пугай меня так, иначе я не переживу, — невесомый поцелуй в висок. — Хорошо, хен, — маленькие пальчики сжимают покрепче толстовку. «Не хочу тебя отпускать».

***

      Блуждая по улицам Хосок не знал куда ему пойти. В голове всплывал образ лучезарного рыжего парнишки, который постоянно улыбался, дарил радость и счастливые моменты Хосоку, который вечно твердил «Всё в порядке», хотя это было не так. Нежный, мягкий, немного детский голос произносивший «Хён», настойчиво звучал в голове, наращивая громкость. «Почему именно ты?» — думал парень и продолжал идти куда-то, сам не зная куда. Остановившись на пешеходном переходе, он считал секунды, когда же загорится зелёный свет, посмотрев по сторонам его взгляд изменился, руки сжались в кулаки, злость накрыла одеялом. «Как он может продолжать жить?» — прошептал Хо. Парень смотрел на очень дорогую машину, из которой через пару минут вышел пожилой мужчина. Он смеялся и разговаривал с кем-то по телефону, выглядел радостным и счастливым, что заводило Хосока сильнее. Ему так хотелось ударить этого «не человека», что только красный свет светофора предотвращал беду. Ногти, из- за возрастающей злости, больно впивались в ладони, но плевать, он не чувствовал. Его разум, сердце и душу терзала совершенно другая боль. «Как отец может так поступать? Как? Как он может продолжать жить так спокойно?». Он ненавидел тот день, он ненавидел о нём думать и вспоминать, но именно сейчас вспомнил…

***

      Чон вспоминал, ослепительное солнце, тогда был прекрасный день, чтобы вывести Чимина в парк, что бы он насладился свежим воздухом. Он помнит, как осталось всего лишь перейти дорогу и пройти пару метров, так же он помнит, что его остановило. Машина. Знакомая машина. Чон вспомнил, что видел, как Чимин стоял рядом с этой машиной, отнюдь не веселый. «Отец» всплыло в голове. «Он даже и не беспокоится, что его сын пропал?», раздражение, все, что тогда управляло Хосоком. — Господин, — Чон постучал в окно автомобиля. — Кто ты? Мне вообще-то ехать нужно, — опуская окно, возмущался мужчина. — Я Чон Хосок, друг вашего сына, вы совсем его не ищите? — А он пропал? Слава богу, на одну проблему меньше, хоть обсуждать не будут, — мужчина заметно расцвел. — Он болен раком, — Хо еле сдерживался, чтобы не вытащить этого «отца» через окно и не размазать его харю по асфальту. — Зачем ты мне это говоришь? Нужны деньги? Ну хорошо, — мужчина порылся в бумажнике, — столько хватит? , — в руках красовались десять тысяч вон. — Вам и правда плевать? — Не поверишь, если он умрет, будет еще лучше, хотя, я потеряю бесплатную прислугу, ну да ладно. Ты еще здесь? Возьми уже эти деньги и позаботься о том, чтобы он больше не появлялся у меня, хорошо? — мужчина кинул деньги в парня. — Дерьмо! — ярость взяла свое. Чон схватил мужчину за грудки и вытянул, по пояс, через окно, — он, тварь, твой сын, как ты можешь так говорить? Надеюсь, ты сдохнешь раньше, чем Чимин поправится, — Чон остервенело улыбнулся. — Знаешь почему я так сказал? Правильно, он не увидит твою мерзкую рожу! А теперь, подбери свою бумажку и засунь ее глубоко в глотку, приятно подавиться! — Хосок отпускает «отца» демонстративно сплевывает на помятую бумажку. — Ты, щенок. Я найду тебя и засажу, запомни! — Удачи! — парень показывает соответствующий жест и переходит дорогу. — Хен, ты пришел! — Чимин радостно встает с кровати. — Привет, Чимин-а, — Чон приобнимает парня за талию, — как ты себя чувствуешь? Приступа не было? — обеспокоенный взгляд. — Если бы мне было плохо, то ты бы первым узнал, я же обещал, — нежная улыбка и почти невесомый поцелуй куда-то в шею. — У тебя сегодня хорошее настроение? — парень удивленно вскидывает брови. — А ты думал у меня оно всегда плохое? — кокетливая улыбка. — Чимин-а, хватит меня соблазнять, — Хо немного отстраняется, но его тут же притягивают обратно — я пришел сказать, что сегодня мы пойдем на прогулку. — Правда? Я правда могу выйти из этого ужасного места? — Пак плотнее прижимается к такой родной и такой теплой груди. — Правда, только нам нужно поторопиться, — Хосок ласково поглаживает спину Пака. — Давай постоим так еще немного, хен? — Чимин трется носом о кофту, будто устраиваясь поудобнее. — Ты такой теплый и приятный. Хо улыбается, его умиляет этот маленький и такой беззащитный сейчас, паренек. Он покрепче обнимает похудевшее тельце и целует куда-то в макушку. — Чимин-а, я верю, что ты скоро поправишься, я сделаю все для этого! — тихий шепот щекочет кожу. — Я верю тебе, хен, — парень поднимает взгляд на улыбающегося Хосока, — ты ведь не оставишь меня до самого конца? — Ты такой глупый, как я могу тебя оставить? — парень целует Пака в нос. — Ты единственный, кто у меня есть, — ласковая улыбка и быстрый поцелуй куда-то в уголок губ. — Это был поцелуй? — хитро щурится Хосок, крепче прижимая к себе паренька. — Тебе было мало? — ядовитая ухмылка и кокетливые искорки в глазах. — Очень, — отвечает он с придыханием, прежде чем прильнуть к губам Мина. Почувствовав на себе теплые губы Хосока, Чимин утробно стонет и сильнее прижимает его за затылок. Мину мало, он ждал этих губ уже давно, он хочет целовать их, не прерываясь ни на секунду. Поддавшись инстинктам, Хо, не разрывая поцелуй, подталкивает парня на кровать, прижимая всем телом, углубляет поцелуй. Чимин несдержанно стонет, от чего по коже разбегаются мурашки возбуждения. Пак тает от ласк чужих губ. По коже проходит холодок, Мин слегка прогибается в спине. Он чувствует, как чужие руки блуждают под его футболкой. Кислород неумолимо заканчивается, но остановиться нет сил. Хочется раствориться в друг друге и забыть все, что происходит в реальности. Перед глазами плывет, Хо вынужденно отрывается от сладких, раскрасневшихся губ и утыкается лбом в лоб Мина. Тяжелое дыхание, прекрасные глаза напротив. Чимин запускает пальчики в темные волосы, больно сжимая у корня. Чон слегка улыбается, убирая свою руку из-под футболки парня. — Х-хен, — томно шепчет Пак, его останавливает короткий, уже не такой настойчивый поцелуй. — Чимин-и, нам нельзя, — длинные пальцы очерчивают скулы, — нас могут увидеть и тогда я больше не смогу приходить в больницу, — вновь короткий, плавящий поцелуй. — Хорошо, хен, — Мин притягивает парня за затылок сильнее и со всей нежностью целует в уголок губ. — Я люблю тебя, мой милый Чимин-и, а теперь давай, наконец, отправимся в парк, — Чон поднимается и тянет за собой расслабленного Чимина, — такой растрепанный. — Интересно, кто в этом виноват? — с ноткой укора произносит Мин. Хосок виновато улыбается, заботливо поправляя футболку Пака и аккуратно убирая выбившиеся рыжие пряди за ухо.